Сага об орке. Некомандный игрок

Глава 1. Опоздали

Мы тупо опоздали.

Нет, конечно, на сам тинг мы успели, такого косяка, как игнор главного весеннего сходняка местных одальбондов Йорген допустить не мог. Тем более, за это корячился такой нехилый штраф, что хомяковатая натура дядюшки не пережила бы. В Борг мы притащились перед самым закрытием ворот вечером, накануне первого дня тинга. Вот только новых бойцов в свои лиды свободные форинги набирали почти неделю до.

– И последнее частное объявление, – проорал чувак, которого кроме как ведущим я назвать не мог, – свободный форинг Сигмунд Йоргенсон, победитель троллей, спутник самого Стьюрна Тролебоя из всем известной саги «О походе Стьюрна на троллей» объявляет набор бойцов в свой лид. Его можно найти прямо здесь, вот он, – рука глашатая вытянулась в наше сторону, а брательник в свою очередь приподнял вверх одну из грабок, – или спросить на постоялом дворе уважаемого Фирса Одноногого…

Я злился.

Злился на дядю – старый хрыч тупо мялся-жался с отбытием из усадьбы, ссылаясь на непросохшую дорогу. Видите ли снег еще не сошел и в низинах кони могли проваливаться в грязь по грудь. Выехать пораньше, пока земля еще не раскисла? Это ему не позволили, так сказать, дела… Хотя какие-такие дела? Стадо на пастбище Фроди выгнал еще месяц назад. Обрабатывать землю под посев зерновых рано: пусть с поля снег уже стаял, но грунт оставался промороженным. Инструмент Акке за зиму подготовил… Другой причины, как нежелание платить лишних денег за постой в гостинице я просто не видел.

В результате мы вышли за пять дней до тинга, с расчетом, что пару дней у Сигмунда останется для набора команды. Но над нашими планами, в том числе моими, пролетела птица обломинго – как раз все пять дней ушли на дорогу.

Злился я и на Сигмунда с Фритьефом. Впрочем, на ветерана наверно зря, я и сам видел, как тот с каждым днем ходит все смурнее. Все-таки не он тут главный – ни сейчас в одале, ни потом в походе.

А вот Сигмунд словно радовался каждому лишнему дню, проведенному в родном доме. Много времени проводил с женой, больше обычного игрался с сынишкой Эйольфом, очень живо принимал участие в обсуждении планов на предстоящий сельхозсезон…

Я свои дела на рыбном промысле закончил недели за две до предполагаемого выхода в Борг. Показал Фроди и Итуну как обращаться с захапами, впрочем, Йорген обещался нанять отдельного работника, чтоб тот смог заменить меня в деле поставок морской рыбы.

Попрощался с семьей Гунара, вручив тому перед отбытием, как он не отнекивался, свои десять марок для Гретты.

С Хельми мы даже вышли вместе – молодой хольд торопился к своим в лид.

– Хаук любит заранее готовиться, – говорил он, мечтательно улыбаясь, пока мы шагали бок о бок в сторону Йоргеновой усадьбы, – надо корабль просмолить, запасов на поход наделать. Хаук молодняк наберет, ими тоже надо позаниматься, чтоб бесполезным балластом не оказались.

– Слушай, Хельми, – закинул я удочку, – а может и мне попробовать податься к Хауку?

– Зачем? – искренне удивился тот, – Тебя же Сигмунд берет. Я помню, он сам тогда сказал, публично.

Я засопел носом, плотно сжав зубы. Раскрывать всю подноготную моих взаимоотношений со старшим брательником не хотелось, да и выглядело бы так, словно я жалуюсь. Лично я для себя ничего хорошего от плаванья с Сигмундом не ждал. Думаю, с него станется, незаметно помочь мне оказаться за бортом, или как бы случайно забыть на каком-нибудь дальнем необитаемом острове.

– Не знаю, Хельми, предчувствие нехорошее, вот что-то прям говорит мне, что не надо с Сигмундом идти.

– Предчувствие? – повернулся на ходу ко мне молодой хольд. Уважительно покачал головой. – Тогда это серьезно. А как проявляется? Сны снятся? Или еще как?

Вот и пойми, троллит или нет?

– Да… По-разному, – съехал с темы я.

– Ладно, я попробую поговорить с Хауком, – кивнул Хельми, – в конце концов сам тебя готовил, да и в деле с троллями ты показал себя знатно.

И вот теперь мы опоздали. Тупо – опоздали!!!

Конечно, на утро я первым делом разыскал Хельми.

– Привет Асгейр, что ж ты так поздно? Хаук ждал тебя до последнего. Но тянуть больше нельзя, мы уже завтра утром выходим. А новичка еще надо было с командой познакомить, посмотреть, как он гребет, как место в строю держит…

– Так получилось, – я скрипнул зубами.

Ну не говорить же ему, что одного меня не отпускали… Хотя как не отпускали? Думаю, если бы я неделей раньше плюнул на все, «хлопнул дверью» и подался в Борг, Сигмунд с дядей только облегченно выдохнули бы.

Поэтому теперь я злился и на себя!

Ведь мог же, мог уйти. Что мне, три-четыре дня дороги в тягость? Или испугался одиночной ночевки на опушке леса? Хельми вон – потопал один, Гунар с Коллем и Стейном собирались позже, к тингу.

Не хотелось признаваться даже себе, но скорее всего, я не желал окончательно рвать с Сигмундом: ведь он заявил, что берет меня? Значит не откажется, деваться ему не куда. Значит гарантированное место, если обломлюсь со своим планом, у меня есть. А план был такой: пока эта будущая гроза морей будет набирать себе команду аккуратно поговорить с другими форингами. А потом, договорившись о приеме в другой лид появиться под светлы очи братца и заявить: так мол и так, в гробу я видел тебя, твой корабль и твою банду, нашел себе местечко потеплее, аривидерчи, амиго.

Вот теперь и расплачиваюсь, за попытку хитрожопости. Сам себя обманул, сам себя и вини.

– Ну ничего, не расстраивайся, – попытался успокоить меня Хельми, – уверен, с братом ты скорее полноправным хольдом станешь! С родней идти за море сподручнее.

Ага, ага, мысленно покивал я, держи карман шире.

***

– Здравствуйте. Я – Фре́ир Го́двинсон. Я…

Подошедший к нам паренек сначала уставился на суровую морду Йоргена, потом мазнул глазами по нам с Калле, чиркнул взглядом по Акке, и завис, перебегая глазами с Фритьефа на Сигмунда и обратно.

– Что тебе надо, Фреир Годвинсон? – прогудел Фритьеф. – Уж не хочешь ли ты вступить в лид славного форинга Сигмунда?

И как хороший ведущий развернулся в сторону нашего предводителя.

– Да, я… Я хочу вступить. Очень!

Фритьеф бросил взгляд на сидящего с видом каменной статуи Сигмунда, подержал паузу выжидая, потом вздохнул и продолжил пытать парнишку.

– Расскажи о себе, Фреир, сколько тебе зим, что умеешь, чем владеешь? Ходил ли ты в походы до этого или это твой первый? Останется ли кто-нибудь на берегу, когда ты пойдешь с нами?

Паренек помялся, окинул взглядом еще раз нашу компанию, переступил с ноги на ногу.

– Ну… значит так… Мой отец – Годвин Улесон, был хольдом и ходил с Эйнаром Безносым. Не вернулись всем кораблем семь лет назад… – по лицу паренька пробежала тень. – Мне двадцать две зимы. Пять зим назад женился, а в позапрошлом году у меня родился сынишка, в честь отца назвал Годвином. – Он опять помялся, пожал плечами, типа «а что еще говорить», – Сынишка окреп, теперь я не беспокоюсь за его жизнь, моя мать и моя жена, Гита справляются с хозяйством… Но… В общем на семейном совете мы решили, что мне надо идти в поход.

Он замолчал, пауза затянулась.

– Чем ты владеешь, Фреир? Ты умеешь обходиться со щитом и копьем? Есть ли у тебя все необходимое чтоб идти в море?

– Да. Брат моего соседа – А́льрика, Оден, он хольд в лиде Флоки по прозвищу «Шрам». Он две зимы со мной занимался. А еще у нас есть работник, старый Мортен, тот тоже лет десять назад ходил в походы, он со мной занимался сызмальства.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул Фритьеф, – а как насчет небольшого испытания, Фре́ир?

– Я готов! – с энтузиазмом откликнулся тот. – Выпустите против меня любого вашего бойца, я покажу что умею!

– Погоди! Ты видишь, здесь тинг, – остудил горячность парня Фритьеф, показывая руками в стороны, – но мы можем утроить испытание вечером. Скажем… на берегу, у пирсов. Тебя устроит?

По правде говоря, тинг или вернее «сегодняшняя сессия заседания» уже закончилась, народ в большинстве расходился, некоторые еще что-то перетирали меж собой, где-то спорили в голос. Мы всем кагалом разместились под стеной у края поля.

– Конечно, устроит! Я приду со своим щитом и копьем!

– Хорошо, Фреир Гедвинсон, – милостиво кивнул Фритьеф, – приходи вечером на берег, и коль дадут боги, ты отправишься с нами в поход.

Парень ушел, а Фритьеф, оглянувшись по сторонам, наклонился к Сигмунду. Шептал он тому на ухо, но я-то на слух не жалуюсь!

– Если хочешь, я и дальше буду говорить за тебя, но сказать парню: «Я беру тебя в свой лид» должен только ты. Понимаешь? Это священный договор, между тобой – форингом, и твоим хольдом. Помнишь, я тебе рассказывал?

Сигмунд покосился на ветерана, кивнул. А потом добавил, через губу:

– Я помню. Но и ты помни, кто здесь форинг.

За ближайшие часа полтора пришли еще пятеро.

Сначала появились Э́йнар и Э́йрик, близнецы, восемнадцати зим от роду, тоже сироты, отец тоже погиб в походе. Эти прям рвались в бой, но им пришлось ждать, пока у Эйрика родится ребенок, без брата Эйнар идти не хотел.

Следующим был Бе́рси, девятнадцатилетний крепыш. Имя ему шло прям в самый раз, на сколько я знал Берси значило «медвежонок». Потом подтянулся То́рстейн, долговязый крестьянский парень, решивший сменить соху и мотыгу на щит и копье. А пятым был Си́ндри.

– Где я могу найти прославленного форинга Сигмунда? Сподвижника знаменитого на все Огненные острова Стьюрна Троллебоя. Я, Си́ндри Ормсон, мне шестнадцать зим, и я хочу пойти в свой первый поход за славой под предводительством такого героя!

Сидящий на только начавшей пробиваться травке Калле скривился, но от встревания удержался, а вот братец Сигмунд кажись оттаял.

–Сейчас ты как раз с ним говоришь, Синдри Ормсон, – с каменной мордой египетского сфинкса проговорил старшенький.

Последующей реакции пацана не ожидалникто!

– Ух ты! – у Синдри распахнулись глаза. Ну точь-в-точь как у мелкого гавнюка, когда тот оказался в лавке оружейника в прошлый наш приезд в Борг. – Скажи, а правда, что это ты зарубил того тролля, что убил Стьюрна?

Что? Что за … Моя голова, против воли повернулась к Сигмунду. Я чего-то не знаю?

– Да… – кивнул Сигмунд, еле заметно покосившись в мою сторону, добавил степенно через паузу, – Я был там… Многие приняли участие в той битве, многие погибли. Стьюрн, наш вождь в битве пал от руки тролля, но … кхм-кхм… – закашлялся брательник. – Мы отомстили за его гибель!

Почувствовал, что мои глаза сейчас вылезут из орбит.

– Вот это да… – у парня, казалось, вот-вот челюсть упадет на вытоптанную землю тинговой площади. – Скажи, а правда, что у тролля шкура из камня, и только настоящий богатырь может ее прорубить?

– Кхм, – вырвался у меня непроизвольный кашель.

– Да ты что?! – уставился на меня Си́ндри, – Не знал, с каким героем сидишь рядом?

– Офигеть, – качая головой выдавил я, – даже не представлял.

Ах ты ж сука! Да ты же улетел тогда вместе со Стьюрном, и провалялся весь финальный замес! И если б не твоя кольчуга, кончился там же и так же, как Стьюрн.

– Ну довольно о троллях, парень! – наконец подал голос Фритьеф, – Да, это форинг Сигмунд Йоргенсон, тот самый. А это, кстати, его семья: отец и два младших брата, – блин, этот Си́ндри от восторга сейчас не обоссытся? – Говори за чем пришел, или не отрывай у нас время!

– Я хотел просить форинга взять меня к себе в лид! – выпятил грудь паренек. – Я уже умею и грести, и с копьем, и со щитом… И ребенок у меня недавно родился.

Ого! Не только я такой молодой да ранний!

– Приходи вечером к пирсам, парень, посмотрим, чего ты стоишь!

***

Два часа до условленного времени пролетели мгновенно. Я плюнул на всю компанию, и решил пробежаться по лавкам. Не хотелось представать перед новыми товарищами в образе замшелой деревенщины, ведь насколько я помнил, все хольды как один были довольно модными парнями, если так можно выразиться.

Но такого наплыва в лавках я просто не ожидал! В итоге успел прибарахлиться только новой туникой из тонкого синего сукна, новыми штанами и поясом с несколькими бронзовыми бляшками. Так же сменил обувь, старые башмаки по любому просились на помойку – подошву я разок уже менял, теперь и эта почти протерлась. Да и верх, как я его не вощил, не промазывал разными пропитками, уже весь разваливался.

Скрамасакс, подарок Стьюрна у меня висел по моде всех местных военных под левую руку. Долго думал, куда деть короткий отцовский сакс. В итоге, еще на пастбище перешил крепления ножен так, чтоб нож висел не под поясом, а прям на нем самом. Кстати удобно – не мешал наклоняться. В итоге у меня два ножа висели один над другим параллельно. Остальное оружие пришлось оставить в гостинице – тинг вообще-то был местом, куда вход с оружием запрещен под страхом смерти.

Солнце уже опустилось за окружающие Борг холмы, когда я, наконец, добрался до гавани, где Сигмунд с Фритьефом организовали испытание для желающих вступить в лид «героя битвы с троллями».

На удивление место я нашел быстро – по довольно большой толпе зевак, окружившей вытоптанную площадку, с одной стороны которой возвышался Сигмунд во всей красе, а с другой переминались с ноги на ногу кандидаты. К началу опоздал, рядом с Сигмундом уже стояли взмыленные Эйнар с Эриком, Бе́рси и Фре́ир. Судя по их довольному виду, испытание они выдержали с честью.

Сейчас на площадке, под улюлюканье и поддерживающие крики из толпы Фритьеф тыкал тупым концом копья приземистого и широкоплечего парнягу в простецком шлеме в виде металлической полусферы, с непривычно большим щитом и мощным копьем с широким наконечником. Парняга не уворачивался, а тупо пёр вперед не обращая внимания на принимаемые в щит удары и экономно выцеливал открытые места противника.

– Довольно, – наконец резюмировал Фритьеф.

Кандидат тут-же сделал полшага назад, опуская щит и поднимая копье наконечником вверх.

Фритьеф оглянулся на Сигмунда и удовлетворенно кивнул.

– Что ж, Ре́рик Ингольвсон, я беру тебя в свой лид дренгом, – несколько напыщенно проговорил Сигмунд. – Клянусь привести тебя к славе и богатой добыче, и не обделить при дележе.

Ре́рик воткнул копье в песок, опустился на одно колено, уперся правым кулаком в землю и проговорил:

– Клянусь перед всеми богами быть твоим воином, форинг Сигмунд Йоргенсон. Я буду сражаться за тебя и не покину на поле боя.

– Встань, дренг Рерик, – ответствовал Сигмунд, – пройди к своим товарищам.

Следующим был То́рстейн. Ситуация повторилась в точности, тем более что и парень был под стать Рерику, только выше на полголовы: пер на Фритьефа как танк, получил пару чувствительных ударов в голову, но продолжал пытаться достать того своим копьем.

– Я убил тебя три раза, – резюмировал Фритьеф, когда остановил учебный бой, – ты меня достал один раз, и не смертельно.

Торстейн стоял набычившись, и мрачнел с каждым словом. Над правым глазом набухала шишка.

– Но думаю, – продолжил Фритьеф, – что из тебя можно сделать хорошего бойца.

И повернувшись к Сигмунду кивнул.

Тот несколько секунд медлил, как будто в раздумье, затем «завел шарманку»:

– Торстейн А́сгримсон, я беру тебя в свой лид дренгом…

Проговорив формулу Сигмунд, обратился к ветерану:

– Фритьеф, отдохни немного. А я пока дам тебе пару наставлений.

Здоровяк кивнул, они отошли чуть в сторонку от основной толпы. Да так удачно – как раз в мою сторону.

– Ты что делаешь? – напрягая слух смог разобрать я шепот Сигмунда, – Мы же берем каких-то никчемных новичков. Последний, он даже щит толком держать не умеет!

– Успокойся, – так же тихо ответствовал Фритьеф, – этот Торольв хотя бы упорен, и не закрывает глаза, как некоторые, когда смерть летит ему прямо в лицо. Если выживет в паре-тройке первых боев, получится хороший хольд, верь мне. А что до никчемных новичков… – он помолчал, рассматривая носки башмаков, потом резко поднял голову, – а что вы с Йоргеном хотели? Мы опоздали! Слава Тору, если вообще выйдем в море с половинной командой, в которой будет хотя бы пара опытных хольдов! Все, кто мог повестись на двойную долю, уже заключили договор с форингами, не поленившимися прийти в Борг заранее.

– И что нам делать? – похоже Сигмунд проглотил упрек.

– А ничего! Будем набирать парней, проведу с ними тренировку-другую общим строем, по-хорошему корабль бы перегнать, да поучить их на веслах ходить.