По закону и совести

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ПО ЗАКОНУ И СОВЕСТИ

В предыдущих главах я рассказал читателям о нелегкой работе советских чекистов, которые при активной помощи нашего народа обезвреживают вражескую агентуру, пресекают преступные действия расхитителей государственного имущества в особо крупных размерах.

Буржуазные идеологи и пропагандисты возводят целые горы лжи, стремясь извратить и оклеветать деятельность органов государственной безопасности СССР, изобразить их силой, якобы направленной против советского народа, оружием «коммунистического террора». Одно из самых распространенных клеветнических утверждений буржуазных юристов и апологетов империализма состоит в том, что следствие в органах государственной безопасности Советского Союза проводится в каком-то «особом» порядке, «особыми методами».

Мне вспоминаются высказывания некоторых буржуазных газет в связи с расследованием дела Пауэрса.

Американский журналист С.Сульцбергер, известный своей реакционностью и мракобесием, писал 15 августа 1960 года в газете «Нью-Йорк таймс»: «…русские добились признания Пауэрса в шпионаже, применив к нему… теорию Павлова об условных рефлексах». Другие авторы смехотворно утверждали, что за период предварительного следствия в Комитете государственной безопасности Пауэрсу «промыли мозги».

Судебный процесс по делу Пауэрса был открытым и лишний раз показал лживость заявлений империалистической пропаганды о характере и методах деятельности следственного аппарата органов Комитета государственной безопасности. Это признали и сами идеологи империализма. Так, буржуазная английская газета «Дейли миррор» от 17 августа 1960 года отмечала, что заявления о «психологической обработке» подследственных в СССР являются «идиотскими и безответственными».

Высокое качество следствия, его объективность, всесторонность, полнота и строгая законность были отмечены и по делу шпиона английской и американской разведок Пеньковского и его связника Винна.

Все дела об особо опасных государственных преступлениях расследуются в органах государственной безопасности в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Конечно, в методике расследования дел об особо опасных государственных преступлениях имеется определенная специфика, но она состоит не в каком-то особом порядке их расследования, а вытекает из характера этих преступлений. Даже ордера на арест, который раньше применялся в органах государственной безопасности, давно уже не существует. В соответствии с требованиями закона в случае необходимости ареста лица, совершившего особо опасное государственное преступление, следователем выносится мотивированное постановление, которое затем вместе с материалами дела представляется прокурору для получения санкции на арест. Нет в ведении органов госбезопасности и тех страшных тюрем, о которых так много говорилось раньше, а имеется всего лишь несколько следственных изоляторов.

Советское правительство возложило на органы государственной безопасности ответственные задачи. Они призваны бдительно следить за тайными происками наших врагов, пресекать преступную деятельность империалистических разведок.

Для расследования особо опасных преступлений закон наделил органы государственной безопасности функциями дознания и предварительного следствия. На следователей возложено ведение предварительного следствия по делам об измене Родине, шпионаже, диверсии и иным государственным преступлениям.

Следствие представляет собой стадию уголовного процесса и регулируется общим уголовно-процессуальным законодательством Союза ССР и союзных республик. Каких-либо изъятий или «особых» положений для процессуального порядка расследования уголовных дел об особо опасных государственных преступлениях в советском законе не содержится.

На основе решений июльского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС, XX и XXI съездов партии был принят ряд важных мер к укреплению социалистической законности в стране, и в том числе к укреплению законности в работе органов государственной безопасности. Они коренным образом перестроили свою деятельность, пересмотрели значительное число уголовных дел и помогли реабилитировать тех людей, которые были необоснованно обвинены в тяжелых преступлениях.

Как и при жизни В.И.Ленина, деятельность органов государственной безопасности проходит под неослабным контролем Коммунистической партии, неразрывно связана с жизнью советского народа и служит его интересам. Перестроив и укрепив свои ряды, органы государственной безопасности непрестанно совершенствуют свою работу, усиливают борьбу с подрывной деятельностью империалистических разведок.

Быстрое и полное раскрытие преступлений и изобличение виновных являются одной из важных функций органов государственной безопасности. При осуществлении этой задачи следователи и оперативные подразделения Комитета государственной безопасности, наделенные функциями дознания, стремятся обеспечить во всех случаях правильное применение закона, с тем чтобы каждый совершивший государственное преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности.

Важнейшими требованиями, предъявляемыми законом к следствию, являются объективность, полнота и всесторонность расследования обстоятельств дела. Недопустимы никакая предвзятость и никакое упрощенчество.

Принципы законности, объективности, полноты и всесторонности расследования уголовного дела обязывают следователя самым тщательным образом проверить и исследовать все версии, все предположения и сомнения. При этом следователь обязан обеспечить обвиняемому возможность защищаться от предъявленного обвинения всеми установленными законом средствами и способами, а также обеспечить охрану его личных и имущественных прав. Эта обязанность есть служебный долг по отношению к правосудию, ибо гарантии права обвиняемого на защиту составляют часть общих гарантий правосудия.

Строгое соблюдение законности, процессуальной формы расследования и рассмотрения уголовных дел обеспечивают правильное привлечение лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности, вынесение законного и справедливого приговора, повышают воспитательный эффект правосудия, престиж органов следствия и суда, способствуют предупреждению правонарушений и тем самым укрепляют режим социалистической законности.

Закон обязывает следователя в процессе следствия тщательно изучать причины и условия совершения преступления и ставить перед соответствующими организациями и учреждениями вопросы о тех или иных недостатках, которые способствовали совершению преступления. Работа в этом направлении в значительной степени содействует сокращению преступлений в нашей стране.

Ни одно дело в органах государственной безопасности не расследуется без участия прокурора, причем это участие начинается обычно с решения прокурором вопроса о даче санкции на арест подозреваемого. При этом прокурор тщательно знакомится со всеми материалами, обосновывающими необходимость ареста, а в необходимых случаях лично допрашивает лицо, подлежащее аресту.

Прокурор контролирует следствие, участвует в допросе обвиняемого. Кстати, американского шпиона Пауэрса в качестве обвиняемого допрашивал лично Генеральный Прокурор СССР Р.А.Руденко, а изменника Пеньковского – главный военный прокурор генерал А.Г.Горный. Эти же лица утверждали обвинительные заключения и поддерживали государственное обвинение в суде.

В деятельности органов государственной безопасности большое место занимает предупредительная профилактическая работа. К отдельным советским гражданам, которые хотя и допустили под влиянием буржуазной пропаганды действия, наносящие ущерб советскому обществу, но могут исправиться и без уголовного наказания, органы применяют предупредительные, воспитательные меры, помогая им осознать и исправить свои ошибки, стать полноценными членами социалистического общества. Работники органов считают своим долгом не выжидать, пока человек, попав под влияние враждебной идеологии, усугубит свои политические ошибки, а стремятся уберечь его от совершения антиобщественных действий в начальной стадии, предупредить, помочь ему разобраться в своих заблуждениях и стать полноценным строителем коммунизма.

Так, например, слесарь одного из заводов города Дзержинска М. допускал отдельные антиобщественные действия. Работники управления КГБ Горьковской области пригласили к себе его жену, передовую производственницу, и тестя, старого коммуниста, и рассказали им о неправильном поведении М. Родственники обещали воздействовать на него. Вскоре сам М. пришел в управление КГБ и подробно рассказал о своем недостойном поведении. С ним обстоятельно побеседовали и убедительно доказали ошибочность его взглядов. Через несколько дней М. прислал в управление письмо, в котором были такие строки: «Мне особенно приятно было узнать, как товарищи из КГБ борются за каждого человека, стараясь не дать ему упасть! Виноват. Если можно, простите. Становлюсь в строй обновленным и никогда не подведу».

Чекисты хорошо помнят слова К.Маркса о том, что государство даже в правонарушителе «должно видеть… человека, живую частицу государства, в которой бьется кровь его сердца, солдата, который должен защищать родину… члена общины, исполняющего общественные функции, главу семьи, существование которого священно, и, наконец, самое главное – гражданина государства. Государство не может легкомысленно отстранить одного из своих членов от всех этих функций, ибо государство отсекает от себя свои живые части всякий раз, когда оно делает из гражданина преступника»[23].

Мне вспоминается такой случай.

Управление КГБ Смоленской области возбудило уголовное дело в отношении Е., который рассылал анонимные письма антисоветского содержания.

При расследовании дела выяснилось, что Е., 1923 года рождения, участник Великой Отечественной войны, на фронте был тяжело ранен и после излечения получил инвалидность второй группы. На его иждивении находятся жена, двое малолетних детей и престарелая мать. Старые раны подолгу приковывали Е. к постели, и это послужило предлогом для его увольнения с работы. Несмотря на многократные обращения в соответствующие органы, устроиться на другую работу ему никто не помог. Эти обстоятельства озлобили Е. и толкнули написать анонимные письма антисоветского содержания. Большая помощь и сердечное внимание со стороны Управления КГБ области и партийных органов изменили взгляды Е. на советскую действительность. Писем он больше не писал. Дело было прекращено.

Изготовлением и рассылкой писем антисоветского содержания занимался и гражданин Н. Против него было возбуждено уголовное дело. В ходе следствия установили, что эти письма были написаны Н. не в силу его антисоветских убеждений, а из-за политического недопонимания и обывательских суждений о некоторых сторонах жизни советского общества. Поэтому уголовное дело в отношении Н. мы прекратили за отсутствием в его действиях состава преступления. Однако было принято специальное решение проинформировать общественность о политически вредных действиях Н. С сообщением на собрании по месту работы Н. выступил следователь, занимавшийся этим делом. Присутствовавшие на собрании резко осудили действия Н. Это собрание имело большое профилактическое и воспитательное значение.

Следователи органов госбезопасности стремятся к тому, чтобы в процессе расследования дела оказывать положительное влияние на обвиняемого. Общаясь с обвиняемым, следователь подробно выясняет обстоятельства, мотивы и цели преступления, глубоко изучает жизнь и деятельность подследственного. Это позволяет ему убедить обвиняемого в том, что он неправильно понимает те или иные вопросы или просто заблуждается.

Вдумчивый, умный, всесторонне эрудированный следователь в своей работе ежедневно и ежечасно конкретно пропагандирует советские законы и политику нашей партии. Он всегда сумеет пробудить у правонарушителя мысли о долге и обязанностях перед обществом, семьей, товарищами. Поэтому-то к следователю предъявляются требования не только правового, но и этического характера. Каждый шаг и каждое его действие должны строго соответствовать социалистической морали.

Думается, что первыми шагами в работе по исправлению правонарушителей должна быть чуткость и человечность по отношению к ним.

Мне запомнилось письмо, присланное нам из колонии. Писал осужденный за попытку изменить Родине. «Я очень благодарен следователю Комитета государственной безопасности за проведенную со мной работу. Все мои показания были правдивыми благодаря разъяснительной работе следователя. Он изучил мою жизнь так, что знал о ней больше, чем я, был очень чутким к моим запросам и требованиям. Я получил длительный срок, но я найду в себе силы, волю и мужество, чтобы отбыть его и вновь вернуться в ряды рабочего класса».

Осужденный сдержал свое слово.

Мне приходилось слышать отдельные суждения о том, что всякое «философствование» с обвиняемым – это либерализм, что незачем представлять обвиняемому возможность высказываться в защиту своих взглядов и убеждений. Такие рассуждения неправильны. Даже больше того, они вредны. Лишение обвиняемого возможности подробно разъяснить свои взгляды противоречит требованиям объективности и всесторонности исследования обстоятельств дела. Кроме того, это не способствует установлению причин и условий преступления и раскрытию субъективной стороны преступления. А не зная этих обстоятельств, следователь будет лишен возможности дать правильную оценку действиям обвиняемого и может допустить ошибку в юридической квалификации преступления.

Советское государство рассматривает преступника не как человека, родившегося с преступными наклонностями, а как человека, ставшего на преступный путь в силу каких-то конкретных обстоятельств. Поэтому советское законодательство имеет своей задачей не только карать, но, главным образом, перевоспитывать правонарушителей.

Наивно думать, что перевоспитания преступника можно добиться лишь изоляцией его от общества. Сам факт лишения свободы заставляет правонарушителя задумываться о своей жизни, однако без надлежащего комплекса воспитательных мер, без идейного и нравственного воздействия на него невозможно достигнуть желаемого результата. Убеждение, основанное на жизненных фактах и примерах, сильнее действует на душу правонарушителя, чем насилие.

Задача предупреждения и предотвращения государственных преступлений предполагает доведение этой работы до логического конца, до полного перевоспитания лиц, совершивших такие преступления, сколько бы времени для этого ни потребовалось. Каждый случай рецидива чекисты рассматривают как серьезное упущение в своей работе.

Изучение поведения осужденных после отбытия ими наказания показывает, что, за редким исключением, бывшие правонарушители искренне осуждают свое прошлое и активно включаются в трудовую жизнь. Вспоминаю, как осужденный за государственное преступление Н., беседуя с нами после отбытия срока, сказал: «Жизнь меня многому научила. Я понял наконец, что советский строй – самый справедливый, и если надо будет, то я, не задумываясь, сделаю все, что от меня зависит в защиту Советской власти».

Хотелось отметить, что работа органов госбезопасности и их следственных аппаратов уже со времен В.И.Ленина и Ф.Э.Дзержинского приобрела широкую гласность. О нелегкой работе чекистов пишутся романы, повести, рассказы, стихи и поэмы, создаются кинофильмы, театральные спектакли, песни. В центральных и местных газетах публикуются материалы о конкретных результатах работы органов госбезопасности. Такие публикации находят живой отклик и одобрение советской общественности, а указанные в них факты становятся предметом широкого обсуждения. Вокруг лиц, допустивших неправильные, политически вредные действия, создается общественное мнение. Все это способствует предупреждению преступления и воспитанию бдительности, укреплению социалистической законности и правопорядка.

Некий Нестеров в период Великой Отечественной войны был пособником немецко-фашистских оккупантов, а после войны, боясь ответственности за совершенные преступления, проживал под вымышленной фамилией Васильев. Работники КГБ решили побеседовать с Нестеровым-Васильевым. Он подробно рассказал о совершенных им преступлениях и дал обещание искупить свою вину честным и добросовестным трудом. Затем материалы о Нестерове были опубликованы в газете «Гудок» в статье под заголовком «Человек с двумя фамилиями». Коллектив Ленинградского паровозоремонтного завода, где работал Нестеров, сурово осудил его. Подробный отчет о собрании рабочих поместила газета «Вечерний Ленинград». Вскоре в редакцию газеты поступило письмо рабочего одного из ленинградских заводов Степанова. Он сообщил, что под влиянием статьи о Нестерове решил открыто и чистосердечно признаться в пособничестве немцам во время войны и что его настоящая фамилия не Степанов, а Кузнецов. И обратился к другим пособникам врага, скрывающим свое прошлое, с призывом явиться с повинной.

Важным воспитательным и профилактическим средством являются открытые судебные процессы, проводимые по делам, расследованным органами госбезопасности. Эти процессы мобилизуют трудящихся на борьбу с преступностью, на искоренение причин, способствующих совершению государственных преступлений, воспитывают граждан в духе преданности Родине и делу коммунизма.

Чекистам в их благородной работе всегда помогал народ, они всегда опирались на помощь народную. И эта помощь не эпизод, не отдельный случай. Это закономерность, система. Нет, пожалуй, ни одного дела, расследованного органами госбезопасности, в котором в той или иной степени не участвовали бы советские люди, бескорыстные патриоты, для которых интересы Родины и народа превыше всего.

После победы Великой Октябрьской социалистической революции органы ВЧК играли решающую роль в разгроме многочисленных заговоров контрреволюционных сил. «…Это то учреждение, – говорил В.И.Ленин, – которое было нашим разящим орудием против бесчисленных заговоров, бесчисленных покушений на Советскую власть со стороны людей, которые были бесконечно сильнее нас»[24].

Связь органов госбезопасности с народом установилась с первых же дней их организации.

Так, по сигналу сестры милосердия Покровской общины летом 1918 года чекисты раскрыли военно-заговорщическую организацию «Союз защиты Родины и свободы», возглавляемую эсером Борисом Савинковым. Спустя несколько дней был ликвидирован филиал этого «Союза» в Казани. В июле 1919 года учительница 78-й подмосковной школы сообщила в ВЧК важные сведения, касающиеся руководителей московского отделения «Национального центра», главная штаб-квартира которого находилась в Петрограде. Если петроградские шпионы этой организации занимались подготовкой планов захвата Петрограда войсками Юденича, то главарь ее московского филиала матерый шпион Щепкин подготовил для передачи Деникину сведения о дислокации и вооружении армий Южного фронта. Кроме того, московский «Национальный центр» готовил контрреволюционный переворот в Москве в момент подхода войск Деникина. Чекисты еще до сигнала учительницы знали о подрывных действиях этой организации, но долго не могли напасть на след преступников. Заявление советской патриотки помогло положить конец этому широко разветвленному шпионско-диверсионному гнезду.

Благодаря бдительности военного моряка Солоницина в том же году была обезврежена контрреволюционная организация «Тактический центр». В раскрытии так называемой «Петроградской боевой организации» (ПВО), связанной с разведками США, Англии и других империалистических государств, оказали помощь органам ВЧК машинист эскадренного миноносца Кубасов и два пограничника.

Своим активным участием в борьбе чекистов против иностранных разведок и внутренней контрреволюции трудящиеся выражали искреннюю заботу о безопасности любимой Родины. Враги Советской власти пытались представить участие широких народных масс в оказании активной помощи органам госбезопасности в борьбе с иностранными разведками, их шпионами как случайное явление, не имеющее ничего общего с революцией 1917 года. Они не хотели, да и не могли понять, что поступающие в ВЧК многочисленные сигналы от советских людей – это не случайное стечение тех или иных обстоятельств, а вполне закономерный процесс, вызванный коренными политическими и экономическими изменениями, происшедшими в России.

Когда один французский шпион заявил во время следствия, что он пойман случайно, так как его дочь уронила сверток и в связи с этим была задержана красноармейцем, Ф.Э.Дзержинский ответил: «Ошибаетесь… Если бы масса нас не поддерживала, если бы каждый рабочий, каждый красноармеец не сознавал, что раскрытие заговора – дело не только ВЧК, но всех трудящихся Страны Советов, тогда то обстоятельство, что ваша дочь уронила сверток, не привело бы к раскрытию заговора. Ваша дочь случайно уронила сверток, но красноармеец не случайно поднял его, не случайно арестовал ее. Бдительность рядового красноармейца не случай. Именно в этом сила ЧК».

В целях ликвидации опорных пунктов контрреволюционеров в Петрограде в 1919 году работники ВЧК произвели тщательный обыск во всех подозрительных домах, и прежде всего в буржуазных кварталах. В этой огромной по своим масштабам операции вместе с чекистами участвовали несколько тысяч питерских рабочих.

В поступивших в ВЧК и ее органы на местах телеграммах, протоколах и резолюциях рабочих коллективов выражались доверие и готовность впредь оказывать помощь чекистам в их трудной борьбе за обеспечение государственной безопасности страны. Так, рабочий ташкентского трамвая и механических мастерских писал: «Общее собрание рабочих, отмечая доблестную работу органов ВЧК, всегда поддерживавших теснейшую связь с рабочими массами при выполнении своей ответственной и сложной работы, обещает чекистам свою полную поддержку и помощь в борьбе с врагами рабочего класса».

Образцы высокой бдительности показывают жители пограничных районов СССР. Охрану советских границ они считают своим гражданским долгом. Вот несколько примеров.

Однажды машинист Октябрьской железной дороги Минаев готовился к отправлению поезда от пограничной станции в Ленинград. Осматривая локомотив, он обнаружил в ящике тендера спрятавшегося человека. Задержанный оказался агентом империалистической разведки, нелегально прибывшим в нашу страну. Указом Президиума Верховного Совета СССР Минаев награжден медалью «За отличие в охране Государственной границы СССР».