- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
– Ну, что, елка, с Новым годом нас обеих?
Задумчиво и зло поздравляю стоящее рядом с обеденным столом небольшое искусственное дерево и наливаю себе очередной бокал шампанского. После чего осторожно прикладываюсь его боком об уже ставшим мне практически родным, сиреневый дешевый пластиковый шарик.
Пью. Давлюсь противными до одури пузырьками и задумчиво рассматриваю отражающуюся в елочной игрушке свою, перекошенную изогнутым зеркальным стеклом морду. Хорррошшша! Красотка! Я, в смысле. Нос картошкой, глаза маленькие, подбородок срезанный и лобешник на большую часть шара расположившийся. И все это великолепие обрамлено жиденькими кудряшками неопределенного мышиного цвета. И что самое обидное, так это то, что оригинал от искаженного изображения ушел не особо далеко. Нет, о том, что я вовсе не образчик классической женской красоты мне было известно еще чуть ли не с пеленок. Окружающие всяческим образом старались донести до меня эту важную информацию на протяжении всех долгих девятнадцати лет моей жизни. Как будто я сама этого не знала. Но как-то привыкла, старалась просто не обращать внимание на ехидные замечания, фальшивое сочувствие, злорадные ухмылки… И это помогало.
Видя, что я не собираюсь в ответ возмущаться, огрызаться или кидаться с кулаками, интерес ко мне быстро утихал и нападки постепенно сходили на нет. Садик, школа, а теперь вот еще и институт… Всегда и везде все происходило по одному и тому же сценарию, и это все было уже давно привычно, и даже как-то совсем не обидно. Но вот то, что учудил сегодня Пашка Виртьев… Я этого не понимала. За что он так со мной? Зачем ТАК поступил? Что я ему плохого сделала?
Да я и сама хороша, как последняя лохушка повелась. Ведь сразу же заподозрила что-то неладное, когда один из самых популярных парней моего института стал проявлять ко мне чересчур повышенное внимание. И дело было совсем не в тех конспектах, которые он у меня постоянно выпрашивал переписать, так как свои записи регулярно терял или попросту не успевал записать на лекциях. На тех самых лекциях, которые изредка, но все же посещал. В промежутках между пьянками и очередными загулами.
Училась я хорошо, знания мне давались легко, так что немного помочь симпатичному… Хм, ладно… ОЧЕНЬ КРАСИВОМУ парню для меня не составляло особой проблемы. Чем он вовсю и пользовался.
Так что вскорости я уже не просто помогала, я практически делала за него всю его работу. За что меня иногда, очень редко и весьма неохотно награждали поцелуем… В щеку. Чисто по-дружески. А я, дура нереальная, радовалась и этой малости. Прекрасно понимая, что не могу быть объектом ни романтических, ни, тем более, эротических грез со стороны высокого голубоглазого красавчика-блондина, за которым женский контингент нашего ВУЗА чуть ли не полным своим составом бегал. И именно поэтому я довольствовалась тем, что мне иногда перепадало. Хотя и делала несколько раз невнятные предложения о походе в кино или в кафе, на что получала не менее расплывчатые обещания сходить куда-нибудь, обязательно … Но потом, когда у него появится свободное время. Только вот время это свободное отчего-то все никак не наступало. Но я надеялась и ждала. Идиотка!
И все бы ничего, да вот только у меня совершенно неожиданно возникли некоторые финансовые проблемы. Отца в связи с кризисом сократили. Новую, более – менее хорошо оплачиваемую работу ему найти пока что не удалось, а зарплата матери была не настолько большой, чтобы помогать пускай и единственному ребенку, но учащемуся в столице. А цены здесь были просто зашибенные… Хорошо, что хоть за учебу мне платить не нужно было, так как мозгов хватило для того, чтобы поступить на бюджет. Но мне все-равно пришлось искать подработки для того, чтобы самой оплачивать скромную однушку, пускай и не в самом престижном районе города. Была я и уборщицей, и посуду не брезговала в кафешках в вечернее время по выходным мыть… Поскольку официанткой меня никуда не хотели брать, по вполне объективным причинам. Прямо в лицо, конечно, мне никто не говорил, что это самое лицо не особенно хорошо будет смотреться в их заведениях, но основной смысл отмазок работников с персоналом я прекрасно улавливала. Но что делать, крутиться хоть как-то нужно было… И именно поэтому я и соглашалась мыть посуду в этих же заведениях за копеечную зарплату. Ведь помимо оплаты жилья и кушать хотелось, да и из одежды хоть что-то иногда подкупать.
Но я уставала. Да еще и настолько, что однажды не выдержала и высказала Пашке свое недовольство его все время повышающимися требованиями, беспрекословное выполнение которых он воспринимал уже как должное. В этот раз ему нужно было срочно сделать презентацию на тему "Влияние экономических санкций на банковскую сферу РФ". И сделать это нужно было к новогодним каникулам, до которых на тот момент оставалось чуть больше недели. И, как не удивительно, презентацию эту предлагалось сделать именно мне. Только вот у меня и самой забот было дальше некуда. В ресторане, в котором я на тот момент обосновалась уже практически на постоянной основе на роли как бы разнорабочей широкого профиля (опять же мытье посуды, уборка и принеси-подай в одном флаконе), как раз была предновогодняя запарка. Готовили залы, наводили марафет, закупали и загружали в холодильные камеры продукты, напитки и все в том же духе. Так что домой я приползала уже далеко за полночь и времени хватало только на то, чтобы хоть немного выспаться. Так что ни о какой помощи никаким, даже самым рас прекрасным ”Пашкам”, и речи не могло идти. О чем я и высказала вконец приборзевшему парню в довольно – таки грубой форме чуть ли не перед всеми нашими одногрупниками.
Тот, видимо, совершенно не ожидавший подобной подлости от жизни, тем более в моем лице, зарычал не хуже кота, которому придавили самое для него святое и, довольно болезненно схватив меня за запястье, выволок не особо сопротивляющуюся меня в коридор.
– Детка, ты не можешь со мной так поступить, тем более, в такой момент! – категоричным тоном заявил мне угрожающе нависающий надо мной парень, после чего довольно болезненно ткнул мне пальцем в лоб и добавил: – Эта презентация для меня очень важна. Если я ее не сдам, меня выпрут из института и мои предки будут очень недовольны этим обстоятельством. Настолько, что я видимо, все-таки не получу ключи от той тачки, которую они обещали мне подарить на Новый год. А ты, как моя девушка…
– Как КТО!? – ошарашенно уставившись на недовольно сверкнувшего глазами одногрупника, неуверенно переспросила: – Это когда же я успела стать твоей девушкой?
– Свет, ты что, издеваешься?! – опять зарычал на меня Пашка и, настороженно покрутив головой по сторонам, проверив, чтобы рядом с нами никого не было, быстро прижался своими губами к моим. Блиии-ин! И это был мой первый поцелуй в жизни… Настоящий. Поскольку парень, воспользовавшись моим полным охренением от его заявления, шустро скользнул своим языком мне в рот и принялся там вытворять такое…
В общем, из реальности я выпала на неопределенное время. А вот когда пришла в себя, Пашка видимо решил добить меня окончательно, заявив о том, что если я помогу ему с презентацией, то мы это дело отпразднуем в кафе, наконец-то сходим в кино и даже больше… Она будет праздновать со мной Новый год! ОН. СО МНОЙ. ТОЛЬКО ВДВОЕМ!
Я, ясное дело, сразу же согласилась. Ведь это было… Это было .... НЕРЕАЛЬНО КРУТО!!! Презентацию я Пашке подготовила, да еще и с таким воодушевлением, что он получил за нее наивысший балл и не очень охотную похвалу от недовольно косящагося на меня преподавателя. А я ждала своей награды....
Но, на самом деле, все оказалось полным обломом. Это я поняла только сегодня, всего лишь пару часов назад. Когда Пашка позвонил мне на мобилу и отменил наше предполагаемое свидание. Ну, как отменил? Вообще-то он послал меня прямым текстом далеко и надолго. Меня,"уродливую идиотку, которая осмелился вообще допустить мысль о том, что хоть один НОРМАЛЬНЫЙ парень на полном серьезе может предложить ЕЙ потрахушки в новогоднюю ночь". На заднем фоне было отчетливо слышно довольно громкую музыку, женский смех и чужие разговоры. Судя по этому и не слишком внятному голосу, которым мне все и высказывалось, парень уже был неслабо пьян, видимо, начав праздновать в какой – то компании уже задолго до звонка мне. И этот звонок, и сам разговор, было нечто незабываемым. Это было жестко… Но я… Я, действительно, сама выставила себя полной наивной идиоткой.
И вот теперь я праздную. Одна. Хотя нет, вру. Не одна, а в компании елки и шампанского. Очень дорогого шампанского, которое купила специально для праздника. И в компании не менее дорогого коньяка, бутылка с которым стояла на столе прямо передо мной, назойливо напоминая всем своим видом, для кого именно она была приобретена. И на который я потратила практически всю свою заначку, откладываемую на покупку весенней куртки, так как старая уже была совершенно неносительного вида.
С оставшихся денег я прикупила себе довольно откровенный комплект красного кружевного белья и шелковый пеньюар, с которых я торжественно сняла все бирки пару часов назад. Как раз перед тем, как все это на себя напялить в ожидании прихода моего, так называемого, “парня”. И которые теперь ни обмену, ни возврату уже не подлежали.
И что теперь? Как Новый год встретишь, так его и проведешь? Осталось почти три часа до праздника, а я практически без копейки денег, пьяна, одинока, несчастна и все так же девствененна как и…
Звонок мобилы отвлек меня от душевных терзаний и замученный голос управляющего директора ресторана "Ренталь", в котором я подрабатывала последнее время, чуть ли не умоляюще взвыл:
– Светочка, радость моя…. Это Барский. Приезжай немедленно! Вся надежда только на тебя. Тут такое творится… У нас двое на больничном, ничего не успеваем. Я тебе праздничные втройне оплачу. Мамой клянусь! Как полный рабочий день проведу. Ты только приезжай, а то мы вообще никак.
Втройне, это хорошо. За неделю до этого начальство меня безуспешно двойным праздничным тарифом соблазняли, да вот только у меня на новогоднюю ночь были совершенно другие планы… Которые теперь с треском провалились. А вот куртка мне все еще была нужна. И ботинки тоже неплохо было бы обновить. Да, и находиться сейчас одной, в праздник, в совершенно пустой квартире не хотелось, поскольку в голову всякие дурные мысли лезли… В основном о смысле моей совершенно никчемной жизни. Это пугало. Поэтому я почти не раздумывая, ответила быстрым согласием, правда предварительно выбив дополнительную оплату доставки моей просто незаменимой персоны к черному входу в ресторан при помощи такси. После чего шустро бросилась одеваться.
Шампанское из моего организма выветрилось быстро. Столько посуды сколько я вымыла за эти два предновогодних часа, я обычно и за неделю здесь же не перемывала. И при этом умудрялась бегать как угорелая между кухней и складом, доставляя все необходимое главному повару, который уже находился на грани истерики и довел практически до такого же состояния всех своих многочисленных помощников. Посетителей в ресторане было нереально много. И такое ощущение появлялось, что они сюда не праздновать заявились а, чисто пожрать, да еще и с запасом на весь следующий год вперед. Хотя собирались здесь люди очень даже не бедные и явно не голодающие от безденежья. Десять минут до двенадцати осталось, а официанты заказы от клиентов на кухню все еще пачками носили. И это несмотря на то, что предварительное основное меню со всеми посетителями было согласовано заранее.
– Светка! Быстренько дуй сюда! – громогласный бас Пал Иваныча, нашего главного шеф – повара, вывел меня из очередных тоскливых раздумий о непонятном мужском коварстве, и тонкая белая тарелка, которую я в этот момент мыла, от неожиданности выскользнула из моих рук. И грохнулась на пол, разбившись при этом вдребезги. Зашибись просто! Моя пока все еще виртуальная тройная оплата только что сократилась ровно на 250 вполне реальных рублей.
– Не переживай ты так сильно! Посуда бьется к счастью. – чересчур жизнерадостным голосом произнес за моей спиной Женька, вечно неунывающий помощник шеф – повара и за рукав потащил меня за собой на основную кухню.
– Лоботрясы, имейте в виду! У вас ровно 5 минут на все! – угрожающе рыкнул Пал Иваныч на толпящуюся в углу у разделочного стола молодежь, при этом не отрываясь от помешивания сразу же в двух огромных кастрюлях чего-то крайне аппетитно ароматизирующего. Женька, на буксире протащивший меня поближе к компании, впихнул мне в руки пустой бокал, в который тут же полилось шампанское из уже практически пустой бутылки.
– Загадывай желание, быстро, – проорала мне чуть ли не в ухо одна из официанток, старательно стряхивая последние капли из бутылки в мой фужер.– Везучая, ты- последняя, и все последнии капли тебе, так что оно обязательно сбудется!
– Блин! Уже сейчас ! – заорал с другой стороны Женька, услышав как из банкетного зала раздался громкий звук курантов, отсчитывающий последние минуты этого года.
– Все быстро загадывают желания! – бросив поварешки и весьма шустро для своих внушительных габаритов подскочив к нашей толпе, потребовал шеф-повар, с довольным кивком принимая уже заранее приготовленный для него бокал с шипучим напитком.
ОДИН.
Как меня все в этой жизни задолбало!
ДВА.
Надоело так жить…
ТРИ.
И никогда ничего не меняется…
ЧЕТЫРЕ
И так каждый год…
ПЯТЬ
И как же хочется, чтобы все было как-то не так..
ШЕСТЬ
Все изменить…
СЕМЬ
Себя изменить…
ВОСЕМЬ
Свою уродскую внешность изменить…
ДЕВЯТЬ
Тогда все было бы по-другому…
ДЕСЯТЬ
Тогда бы все сразу же наладилось… Наверное.
ОДИНАДЦАТЬ
ХЕРНЯ ВСЕ ЭТИ ЖЕЛАНИЯ… ЧУШЬ ПОСЛЕДНЯЯ! ДА НУ ЕГО ВСЕ! ХОТЯ… ХОЧУ ПРОСНУТЬСЯ УТРОМ НЕРЕАЛЬНО КРАСИВОЙ!!! ВСТРЕТИТЬ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ БУДЕТ МЕНЯ ЛЮБИТЬ ПО-НАСТОЯЩЕМУ!!! И, НАКОНЕЦ, ЛИШИТЬСЯ В ЭТОМ ГОДУ ДЕВСТВЕННОСТИ!!! НУ ЧТО? ИСПОЛНИТЕСЬ, ЖЕЛАНИЯ?! – Отчаянно стиснув пальцами ножку несчастного бокала, мысленно возопила я и одним залпом влила в себя отвратительно-сладкое шампанское.
ДВЕНАДЦАТЬ
– УР-рр-А!
– С Новым Годом!
– Поздравляю-ююю!
– ВСЕ закончили веселиться! И бегом работать! – допивая крупными глотками шипучий напиток, раздраженно рыкнул на нас шеф-повар и быстренько разогнал всех по рабочим местам.
ГЛАВА 2
Утро было тяже-еелым… Очень тяжелым. А, судя по тому, что я увидела на висящих напротив моего дивана часах, было тяжелым уже совсем не утро, а уже, скорее, день. 14:20… Обалдеть просто! Хм, неплохо я поспала. Хотя, если принять во внимание то, что спать я легла где-то в районе десяти часов утра, то значит можно еще и поваляться. Тем более, что сегодня первое января, всеобщий законный выходной. и мне совершенно никуда не нужно идти…
Голова отчаянно гудела, во рту – совершенно неожиданно образовалась пустыня Сахара, да еще и с не очень давним массовым захоронением в ней скунсов. А встать с мягкой постели для того, чтобы добраться до спасительной бутылки минералки, которая, как я смутно помнила, должна была обитать в холодильнике, сил уже не хватало.
– Добейте меня, кто-нибудь… Пожалуйста. – в отчаянии простонала я, умоляюще взглянув вверх, на абсолютно белый потолок. И, о-ооо, чудо, мое желание было немедленно исполнено. Чересчур громкий сигнал убитого допотопного мобильника, лежащего на прикроватной тумбочке, живо привел меня в чувства, заставив резво подскочить в кровати.
Робкая надежда на то, что хоть кто-то кроме родителей решил поздравить меня с уже наступившим Новым годом, умерла не попрощавшись, едва я только взяла трубку.
– Светочка… Здравствуй, моя ты радость. А это я, Анатолий Сергеевич… – вот какого нужно от меня этому неугомонному Барскому, если я вчера, точнее, уже сегодня утром перемыла всю посуду и практически "вылизала" весь ресторан с двумя своими сестрами по несчастью? С такими же студентками-неудачницами в личной жизни, как и я. Неужели наш “Барин” так сильно спешит выдать мне обещанную тройную оплату, хотя вчера обещал расплатиться только после праздников? Нет, я, конечно, была бы вполне не против получить наличку как можно быстрее, но некоторые сомнения на счет этого дела меня все же одолевали… И, как оказалось, совсем не зря.
– Свет, ты как насчет подработки? – развеял все мои тайные надежды на немедленное "обогащение" начальник и быстренько добавил. – Я понимаю, что ты устала, но там всего лишь на пару часиков работы, а заплатят тебе за это просто по-царски…
Оплата "по-царски" – звучало очень даже неплохо. И надежда на более скорое приобретение заветной одежки, пусть и с некоторой неохотой, но заставила произнести меня тихое: "я согласна".
–Свет, ты меня просто не реально сильно выручила. Я знал, что на тебя всегда можно положиться. – чересчур радостным и бодрым до неприличия голосом, от которого мне стало еще более тошно, объявил директор и торопливо добавил: – Быстро одевайся, такси я уже вызвал, оно будет возле твоего подъезда уже через несколько минут. Тебя отвезут к нужному дому, а уже там встретят и все объяснят, что именно нужно будет делать.
Ну и Ба-ааарский! Вот же гад предусмотрительный. Заранее для меня машину вызвал? Настолько был уверен, что я соглашусь? Хотя… Разве я когда-нибудь от таких выгодных предложений отказывалась? Подрабатывала я подобным образом, а именно: срочной уборкой по выходным у многочисленных и крайне влиятельных знакомых Барского, довольно часто. И оплачивалось все это дело в действительности неплохо. Тем более, что мне доверяли. Элитное жилье, богатые граждане… Но и свинарники мне там доставались такие, что мама не горюй. Видимо, владельцам стыдно было вызывать специализированные официальные бригады уборщиков, да и побаивались они, скорее всего, что те языками трепать будут. А я молчала. И молча выгребала последствия диких вечеринок (практически оргий), устраиваемых сильными мира сего. Оплата, однако, того стоила…
Вот и сейчас, я, решив не заморачиваться умыванием и чисткой зубов по причине острой нехватки времени, быстренько натянула на себя вчерашнюю одежду небрежно валяющуюся на полу и, на ходу закинув в рот подушечку "Орбита", шустро бросилась к выходу. Такси уже ждало меня у подъезда. Водитель, крайне южной национальности, дожидаясь, когда я усядусь в салон, вначале бросил на меня безразличный скользящий взгляд, но тут же вытаращился во все глаза и с идиотской улыбкой поинтересовался:
– Вай, красавица, праздник савсэм удачно встрэтила?
Ясно, и этот издевается… Прекрасно понимая, что мой вид в данный момент оставляет желать лучшего (лицо, точнее опухшая морда, всклоченные жиденькие волосенки неопределенного цвета и. скорее всего, заплывшие от недосыпа глаза), я недовольно буркнула:
– Удачнее не бывает, вам бы так встретить…
– Мнэ уже возраст не тот. Был бы моложе… Вах, как бы я его встрэтил… Да еще и с такой дэвушка, как ты. – еле слышно и с явным сожалением в голосе пробормотал мужчина, после чего с чересчур горестным вздохом завел свою старенькую ауди.
Ехали минут сорок. И это при том, что дороги были почти пусты и мы ни разу не стояли в пробках. Практически неотрывное наблюдение со стороны водителя, который следил за мной через висящее рядом с ним зеркало, нервировало и бесило. Но я молчала, делая вид, что крайне заинтересованно слежу за проплывающим за окном пейзажем. Блин, Рублевка. Частный сектор, элитные особняки и охранники на въезде. Один из этих бугаев, задумчиво посмотрев на номера такси и сверив их с чем-то в своем телефоне, неохотно кивнул, разрешая нам проехать. Ехали еще минут десять и, наконец, притормозили у одного из особняков. Скромненького такого, двухэтажного, это если не считать мансарды. И метров на 300 в квадрате жилой площади. Минимум… Блииин! И это все мне? Убирать? Не хочу! Но надо, потому что куртка на меня с неба не упадет. С тяжелым вздохом выползаю из предусмотрительно распахнутой передо мной южным товарищем дверью и нажимаю на кнопку звонка, расположенного на заборе рядом с кованой калиткой, прямо под камерой видеонаблюдения.
Калитка открылась автоматически, практически сразу же, как только я к ней приблизилась. И я вместе с сопровождающим меня таксистом торопливо прошла к крыльцу. Входная дверь оказалась незапертой, и я с некоторой опаской зашда внутрь, оставив за своей спиной так и не решившегося последовать за мной южанина.
– Ты приехала гораздо быстрее, чем я ожидал…
Большой холл. Стильная обстановка под старину. Камин с еле тлеющими в нем углями, приглушенный свет и кресло рядом с камином. В кресле спиной ко мне сидит мужчина, небрежно покачивающий в руке стакан с чем-то темным и, скорее всего, высокоградусным. На меня он даже не оглянулся, задумчиво наблюдая за тягуче плещущейся в стакане жидкостью. Голос усталый, но, вроде бы, трезвый. И это немного обнадеживало.
– Ну извините, если я не вовремя… Но Анатолий Сергеевич сказал, что вы сделали срочный заказ. – практически оправдываюсь, хотя и не понимаю за что. И осторожно интересуюсь. – Что именно вы от меня хотите? Барский сказал, что вы сами мне все объясните.
То, что я уже успела увидеть в этом доме, выглядело чуть ли не совершенно стерильно. И, по крайней мере, в холле мои услуги уборщицы совершенно не требовались.
– Чего я хочу? А хочу я большой и чистой любви на всю жизнь и до гроба… – мрачно и совершенно не смешно "отшутился" на мой вопрос мужчина и тут же неохотно добавил:– Но именно от тебя ожидаю всего лишь качественного одноразового обслуживания. Думаю, что мои пожелания не особо отличаются от того, к чему ты привыкла. Все стандартно, ничего неординарного я от тебя не потребую.
– Понятно… – тяну задумчиво, стараясь не особо заморачиваться этим непонятным бредом про любовь (мало ли у кого какие тараканы в голове обитают) и тут же резко вспоминаю о самом насущном. – Вы конечно извините, но там, на улице, остался таксист, который меня сюда привез. Ждет денег. Мне обещали, что вы оплатите.
– Возьми отсюда. – мужчина небрежно кивает на журнальный столик рядом с собой, указывая на лежащие не аккуратной кучкой на стеклянной столешнице купюры.– Здесь сразу за все. И для тебя, и для таксиста. Можешь забрать оплату сейчас.
Подхожу ближе. Тяну руку и аккуратно сгребаю со стола многочисленные бумажки. Все это несколько напрягает. Мрачноватая обстановка, странный заказчик так и не пожелавший обернуться в мою сторону. ЧИСТОТА. Блиииин! Как-то не нравится мне все это…
Быстро выхожу обратно на крыльцо и смотрю на крепко сжатые в руке банкноты. Ничччего себе! Бумажки, каждая по пятитысячному номиналу, и таких в моей руке было штук десять. Минимум. Обалдело сую таксисту одну из купюр, все так же заторможено слежу за тем, как он торопливо отсчитывает мне сдачу, при этом бросая заинтересованные жадные взгляды на оставшуюся в моей руке пачку.
Расплатившись и проводив отъезжающее такси завистливым взглядом, неохотно возвращаюсь в дом. Идти не хотелось. Причем абсолютно. Какое-то крайне нехорошее предчувствие так и вопило о том, чтобы я немедленно проследовала за южанином, и валила отсюда как можно быстрее, пускай и своим ходом. В смысле, ножками. Но… Барского подводить не хотелось. Да и деньги все равно пришлось бы нести обратно и отдавать владельцу дома. Так что возвращаться все же пришлось.
Тихонько подхожу к столику и, нервно кашлянув, привлекаю к себе внимание мужчины, все так же неотрывно наблюдающего за почти уже потухшим очагом.
– Эммм. Послушайте, те деньги, что вы мне дали, их как бы несколько…
– Если этого мало, то я доплачу. – небрежно бросил мужчина и, как-то невесело хмыкнув, добавил. – Я, если честно, то раньше вообще не пользовался подобной… услугой, поэтому как-то не подумал о том, чтобы уточнить какие у вас расценки, так что извини…
– Не нужно мне ничего доплачивать! – чуть ли не в панике возопила я, про себя покрывая трехэтажным матом зажравшихся богачей, которые могут себе позволить выложить такие бабки за простую уборку. Хотя подленькая мыслишка о том, что неплохо было бы раскрутить этого придурка на дополнительные траты у меня все же проскользнула. Но, так не вовремя поднявшая голову совесть все же одержала верх над жадностью. Мне и этих бумажек вполне хватит на то, чтобы и куртку приобрести и обувь, и жилье за несколько месяцев вперед оплатить. Но для начала все это богатство нужно все-таки отработать. Так что уже более решительным тоном интересуюсь:
– Я, конечно, понимаю, что вам, скорее всего, спешить некуда. Но я была бы не против все-таки заняться делом. Деньги-то вы мне не за разговоры платите.
– Даже так? – мужчина после этой слегка нахальной тирады все-таки решил обратить на меня своё драгоценное внимание. Неторопливо обернувшись и, тут же уставившись на меня несколько ошарашенным взглядом, остановившимся на моем лице, он задумчиво протянул. – Что ж. Весьма… Впечатляет.