2060

Пролог

Не думай, что там было в прошлом.

Не спрашивай, что будет позже.

Мир состоит из хлебных крошек –

Мы чем-то все на птиц похожи…1

Сизые, с синевато-белёсым отливом облака плыли навстречу из-за горизонта. Ветер усилился, заставляя прятать лицо, а в особенности оберегать глаза от крутящихся в завораживающем вихре растревоженных нарастающим порывом воздушных масс песчаных частиц. Человек идёт, не оборачиваясь, не обращая внимания на раскуроченные, сгнившие остовы машин. На встречающиеся полузасыпанные железобетонные обломки, когда-то, совсем недавно, бывшие величественными зданиями…

«Опять этот сон!!! – в очередной раз проклинаю, резко вскакивая с кровати, – надо бросать пить!»

Попытки отрешиться, залить в вине то, кем был всего три года назад, не помогают. Только стало хуже. Сон, где человек бредёт по бывшей совсем недавно цветущим раем пустыне, мучает теперь каждый раз, стоит только сомкнуть глаза.

– Бросай, говорю тебе, – пока иду в ванную, проговариваю мысли вслух, – я разве настолько безволен, что не совладаю с собой?! Столько лет прошло, а всё никак не вернусь к жизни… мирной жизни. Двенадцать лет скакал по горам…

Из отражения в зеркале на меня смотрят уставшие глаза. Осунувшееся, с впалыми щеками лицо. Когда-то графитно-чёрные волосы превратились в седую прядь…

Громкая трель телефонного звонка заставила вернуться в комнату. Звонили не на мобильный телефон, а на стационарный – анахронизм из прошлого века. С опаской поднимаю трубку. Кто ещё может звонить? Опять автодозвон с напоминанием об обязательных платежах?! Как они надоели, но ответить необходимо обязательно.

– Слушаю.

– Серёга, Рок, ты?! – в трубке, через треск помех, доносится радостный голос.

– Да. С кем разговариваю? Не узнаю.

– Серёга, да это ж я – Виталик! Ну, Слон!

Последняя фраза всколыхнула, казалось, давно забытое прошлое…

Глава 1

Дальневосточный округ. Воинская часть №ХХ16. За пятнадцать лет до…

– Равняйсь, смирно! Равнение на…

– Отставить! Вольно!

На плацу, где выстроился весь личный состав оперативно-тактической бригады, вдоль строя, прохаживался усатый офицер. Лампасы на его брюках указывали, что он принадлежит к высшему командному составу.

– Что-то генерал Комар не в духе. Видишь, как нервно ходит туда-сюда.

– И молчит, и подняли всех, и построили, прервав занятия.

– Тишина в строю! Серый, Слон! В расположении получите у меня!

– Ага, – уже шёпотом, себе под нос, пробурчал лопоухий боец из-за этой особенности и получивший прозвище: «Слон».

– Поступил приказ, – после затянувшегося молчания, заговорил командир, – в составе полка выдвинуться в заданный район. Приказывать не могу, ребятки, необходимы добровольцы…

Офицер вновь замолчал, задумался о чём-то, о своём.

«Как всё-таки просто было каких-то десять лет назад! – думал генерал. – Вместо обязательного призыва в вооружённые силы Российской Конфедерации существовала контрактная, профессиональная армия. И как существовала?! Реагировала на малейшие конфликты на границах. Сдержала натиск объединённой Ближневосточной группировки под командованием шейха Абдуль Абина, рвавшейся через Ирак, Иран в Закавказье, и дальше в Европу… Ладно! Минули те дни, и победа далась малой кровью. Длившийся полгода конфликт и войной старались сейчас не называть, а мудрёной аббревиатурой: ОНаМ2. А что сейчас?! Как и почти век назад, ему – боевому генералу Комарову придётся направлять под пули едва обученных, призванных всего полгода назад необстрелянных юнцов».

– Задача предстоит трудная, – продолжил генерал, не обращая внимания на подошедшего офицера, – войска Северо-Китайской республики перешли границу Моголии3, – снизив голос добавил, – ничему узкоглазых история не учит, – и приближаются к нашим границам… Из бригады в срочном порядке формируется отдельный полк. Его задачу озвучу командирам. Срок на подготовку десять часов. Добровольцы! Три шага вперёд!!!

Одновременный шаг тысяч пар ног оглушительно разнёсся по плацу.

– Другого и не ожидал. Внимание! Командирам рот, подготовить рекомендации по личному составу. Срок десять минут! Разойдись!

– Это что, война? – раздалось в строю.

– Разговорчики!!! Смирно! Товарищ лейтенант…

– Отставить! Со взвода требуются пятеро, – коротко произнёс подошедший офицер, – отличная физическая подготовка, желательно умение действовать в горной и сильно пересечённой местности…

– Товарищ лейтенант! Разрешите?! У меня разряд по альпинизму.

– Хорошо, один есть.

Наперебой, забыв, что находятся в строю, солдаты загомонили. Что с них взять. Девятнадцать-двадцать лет. Совсем недавно закончили двенадцатилетку. Не смогли или не захотели поступить в высшее учебное заведение. Или, что вероятней, другая причина – подтверждение гражданства.

Гражданином в Российской Конфедерации становились по праву рождения, но подтвердить гражданство, что открывало полный спектр социальной доступности, можно только отдав долг на государственной службе. И самое быстрое – это отслужить два года в армии.

– Серёга, что молчишь? Давай со мной. Мы ж всё-таки первая боевая двойка во взводе.

– Я по горам не любитель лазать. Не умею.

– Не бои́сь! Со мной не пропадёшь! Меня хоть и Слоном кличут, но я такой слон, что и в посудной лавке ничего не разобью и ещё на вершину трёх тысячника взойду!

– Где ты в своём Урюпинске трёхтысячник отыскал?

– Отставить! – но команда офицера утонула в гомоне, витавшем над плацем, – Рокотов… Серый! Что бубнишь себе под нос?

– Товарищ лейтенант, запишите и меня!

– …может, зря вызвались? – смотря, как в грузовые автомашины грузится тройной боекомплект, произнёс Слон.

– Сам же сказал, что если боевую награду получим, то гражданство тотчас подтвердим, и можно, хоть сразу, увольняться из армии.

– Говорить, то говорил, но видишь, как тут всё серьёзно…

– Куда хоть едем?

– Не знаю.

– Полк, смирно!

– О, хоть командира увидим… и Комар нарисовался, – сквозь зубы процедил Слон.

Возле боксов, рядом с боевой техникой в полном боевом снаряжении выстроился сводный полк.

Генерал Комаров окинул взглядом ровные шеренги. Он хотел произнести речь, подбодрить уходящих на задание бойцов, но, выслушав доклад полковника Дрягина, отказался от этой затеи. Времени оставалось слишком мало. Лучше пусть эти пять-десять минут, за которые он планировал произнести пламенную речь, останутся в распоряжении непосредственных командиров на проверку, уточнение приказа, подготовку к выступлению.

– Вольно! Продолжайте!

Строй рассыпался, началась управляемая суета.

– Полковник, останьтесь.

– Слушаю, товарищ гене…

– Оставь. Виктор Вениаминович не на параде. Задачу, что знал, озвучил. Основной инфопакет с уточнённым приказом скинут тебе на планшет. Время снятия блокировки через час. Как раз перед самым выступлением. Я тоже получил инфопакет, но время разблокировки у нас разное… Не молчи.

– Что говорить, задачи поставлены разные. У меня с полком одна, у бригады – другая.

– То-то и оно. Что-то недоброе начинается. И как разведка упустила, что на границе скапливаются боевые соединения?!

– Так учения у северо-китайцев. Доводили по СМИ и каналам спецсвязи.

– Это да… С личным составом, как? Может, усилить танками с поддержкой?

– Не надо. Какие танки в горах?!

– И то верно.

– Что-то вы хмурый, Денис Сергеевич. Не вперво́й получен боевой приказ.

– Тогда всё понятно было, а сейчас… Как думаешь, серьёзное, что намечается?

– Исходя из сути приказа: тройной боекомплект, личный состав, кто знаком с ориентированием в высокогорной местности, отсутствие в штатном расписании тяжёлой техники. Такое ощущение, что нас забросят в горы.

– Но мы не диверсанты или егеря, чтоб по горам скакать.

– Тогда остаётся одно – заслон. Кто-то будет прорываться, а мы его должны остановить.

– Я тоже к таким выводам пришёл. Но для выполнения этой задачи мало бойцов. Тем более, поддержки с воздуха, как понял, не будет. Ни кодов доступа к каналам связи, ни выделенной линии в приказе не доведено. Что только дронами разведчиками навоюешь? Слушай! Возьми с собой боевой беспилотник.

– В приказе о нём ни слова не было.

– Тогда, слушай мой приказ! Дополнить штатную численность сводного полка двумя ударными беспилотниками… Капитан Сергунов! Ко мне!

Через полчаса, хмуро вглядываясь вдаль, генерал Комаров провожал растянувшуюся на пару километров моторизированную колонну.

Запиликал зуммер командирского планшета. Комаров глянул на визуальное оповещение, гласившее: «Приказ №004-к разблокирован. Время на ознакомление: 3:59:56… 3:59:55…» и изучив информацию, выругался. Командира в таком прескверном состоянии ни солдаты, ни офицеры, никогда не видели.

«Что ж случилось?!» – в сердцах произнёс генерал, анализируя полученный приказ.

Ему, вместе с изрядно поредевшим личным составом батальона, предстояло немедленно выдвинуться в противоположную сторону, вглубь территории Конфедерации. И это несколько тысяч километров в походном порядке. Без воздушного прикрытия, без связи с орбитальной группировкой, с жесточайшим приказом соблюдать режим: «Тишина»…

– Всё, выдвинулись! Сидеть тихо, не забивать канал связи! Отрабатываем боевой выход, как учили. Повторять прописные истины не буду, но состав взвода смешанный, так что мало ли, кто забыл… – голос командира и без встроенного в шлем-каску переговорного устройства слышался отчётливо. Шум электродвигателей едва улавливался в бронированном кунге боевой автомашины, – …прибываем в указанную точку, занимаем оборону. У взвода приказ: обеспечить охрану БЛА-234 и ППУ5. Во время следования, контроль периметра в смотровые щели. Всё!

– Опять ничего не прояснилось! И что в эти щели смотреть?! Всё равно над нами пара беспилотников кружит, просматривает во всех диапазонах, которые только можно: и слушает, и смотрит, и нюхает, километров на пять-шесть вперёд, – пробурчал сидевший рядом Слон.

– Не бурчи. Лучше смотри по сторонам.

Растянувшись на пару километров, колонна из военных грузовиков, ехала по извилистой степной дороге. Открытые пространства, длинные переходы в здешнем регионе обычное дело.

Сергей, прозванный за свою фамилию: «Рок», откинулся на сиденье и прикрыл глаза. Он, как и окружавшие его солдаты, ничего не понимал в происходящем.

«Началась война? Но с кем?» – думал он, напрягая память.

Обучение военнослужащих действующей армии строилось не только на физической, боевой подготовке, но и психологических тренингах. Просто так, изъявить желание и поступить на службу – этого мало. Необходимо пройти жесточайший отбор не только по физическим показателям, но и сдать сложные психологические тесты. И всё из-за чего? После Великого локдауна, когда мировая экономика фактически рухнула, а политическая карта Мира изменила цвета, вновь перетасовав устоявшиеся десятилетиями территории, стало понятно, что с прежней, относительно спокойной жизнью с изредка вспыхивающими локальными, ни к чему не приводящими конфликтами за сферу влияния, покончено. Страна гегемон, располагавшаяся в Северной Америке разодранная парадом суверенитетов за каких-то пять-шесть лет превратилась в десяток феодально-рабовладельческих княжеств. И что послужило толчком? Внезапная смерть очередного Президента, когда-то великой державы.

«Неужели…», – мелькнула недобрая мысль в голове Рока. – «Нет, не может быть!»

– О чём задумался, Рок?

– Догадайся с трёх раз.

– Думаешь, это война? Что не поделили-то? Не из-за нефти же, – ухмыльнулся Слон, – её сейчас только в химической промышленности используют. Последний двигатель внутреннего сгорания сняли с эксплуатации лет пять назад, если не ошибаюсь. Знаешь, какие сейчас генераторы, а аккумуляторные батареи! Ты же вроде не спишь, как я на теоретических занятиях по изучению материальной части подвижного состава, но даже я об этом знаю. Вся техника на ион-элементах. Жалко, что летающих машин пока нет. Я бы полетал.

– Это ты к чему? – не понял мечтательного тона Рок.

– Ни к чему. Скучно. Поговорить захотелось. А то едем третий час, а куда? Зачем? Неизвестно.

– Внимание! – раздалось в шлемофоне, – первый-шестой, активировать экзоскелеты. Седьмой-десятый – страховка.

В кунге автомобиля, где по боевому расписанию размещался механизированный взвод, застрекотало, заклацало металлом о металл.

– Что ты суетишься? Мы четвёртая пара. Нам внутри сидеть, – буркнул Слон, видя, как Рок кинулся проверять подвижность сервоприводов, сверяться с индикаторами работоспособности экзоскелета.

– Забыл, – ответил Рок.

Тракмобиль остановился. Распахнулась аппарель и в сгустившиеся сумерки выпорхнули три пары бойцов. Экран тактического шлема услужливо пиликнул о проведённой калибровке и подстройке к внешним условиям. Рок расположился возле распахнутой аппарели, визуально контролируя периметр. Сводный взвод, куда его вместе со Слоном зачислили, не проходило боевого слаживания – на это не было времени, но боевая обстановка вносит свои коррективы.

Оба друга и ранее проходили тренинги, обучались работать в паре. Рок первым номером, а Слон вторым. Как он заметил, среди бойцов сводного, собранного со всей бригады полка, отдавались предпочтения именно сложившимся парам. И пусть говорят, что за полгода строевой службы не научить молодых воевать. Но действующая система подготовки отличалась своей практичностью. Во-первых, призывались не семнадцатилетние, а девятнадцати–двадцатилетние. Кто осознанно выбрал этот нелёгкий, но быстрый путь подтверждения гражданства. Во-вторых, методики обучения замыкались не столько на многократных, монотонных заучиваниях материальной базы, а на практическом применении, использовании накопленного опыта. В этом неоспоримую роль оказывали симуляторы и тренажёры, где моделировались всевозможные ситуации, не только которые случались на практике, но и гипотетически могли свершиться. В-третьих, и это самое главное – последняя война, начавшаяся на сломе эпох, когда имперское мировоззрение умирало, отживало своё, а на его место зарождалось новое, отличное от потребительского мировоззрения учение, показала цену человека-солдата как боевой единицы. Привыкшие к войне на расстоянии, неся смерть, не сталкиваясь лицом к лицу с противником, пережили настоящий шок, когда новомодные, современные, стоившие десятки тысяч человеко-часов «игрушки», оказались бесполезны. Два долгих года, пока длилось противостояние между изжившим себя строем жажды процветания за счёт ближнего и сформировавшейся на просторах Сибири новой идеологии, позволившей скинуть оковы с прогресса. Всего пяти лет Миру хватило разработать и внедрить вместо добычи, использования полезных ископаемых, технологию применения ион-энергии.

– Вижу неопознанную цель на десять часов, – доложил Слон, контролирующий воздушное пространство в закреплённом секторе.

– Принято. Ориентировочное время подлёта? Нам надо ещё три минуты, – донеслось в шлемофоне от старшего группы, обеспечивающей развёртывание БЛА-23.

– Цель разделилась! С ускорением приближается к голове колонны! – выпалил другой боец.

– Воз-ду-х!!! – ударила по ушам команда, прорвавшаяся через командный фильтр.

Средства РЭБ, завязанные на единую систему ПВО заработали в полную силу. Отстрелились и устремились вдаль тепловые ловушки. С полозьев стартовали противоракеты.

Через сорок две, показавшиеся вечностью секунды, на горизонте вспыхнул багровый шар.

– БЛА готов к старту! – отрапортовали в канале.

– Старт!!! Курс по вектору цели!

– На горизонте две… три… пять неопознанных целей! Приближаются! – прорвалось в шлемофоне.

БЛА взмыл в воздух, но через пару минут огненным росчерком рухнул, озарив горизонт кровавым заревом. Событие произошло так быстро, что оператор не успел зафиксировать, сработала система самоликвидации или нет.

«Кто это? Кто атакует? Северо-китайцы? У них такого вооружения отродясь не было», – судорожно соображал Рок, вслушиваясь в доклад. Агрессивная атака со стороны неизвестного противника внесла свои коррективы. Колонна, выдвинув по периметру подвижные системы ПВО, ощетинилась всеми стволами, заняла круговую оборону, ожидая очередной атаки.

– Четвёртая пара! Внимание! Слушай боевую задачу! По пеленгу добраться до упавшего БЛА, снять управляющий модуль и доставить в помеченный квадрат. Если доставить не удастся – уничтожить!!! Связь каждый час! Выполнять!

На тактический экран шлема пришло подтверждение приказа. Рок соскочил на землю, следом за ним выскочил Слон.

– Связь по каналу восемь! – набегу отдал команду.

– Принял, – прозвучал ответ и следом последовал отклик переключения передатчика.

– Бегом! До объекта девять километров. За час управимся.

Нестись в экзоскелете с полным вооружением не такая трудная задача. Разработка отечественного военпрома показала свою надёжность, а разработанные тактические схемы применения и главное – технологический прорыв в энерговооружённости, позволяли лёгкому, но одновременно прочным мышечным усилителям преодолевать с полной боевой загрузкой сотни километров по пересечённой местности.

Бежали быстро. Рок периодически увеличивал масштаб внутренней карты-схемы интерфейса шлема для контроля позиции, где остановилась колонна…

– Где-то здесь, – поднял руку Рок, указывая жестом остановиться.

– Визуально не определяется! – заглянув в небольшую воронку, доложил напарник.

– А должно, – задумчиво произнёс командир пары, всматриваясь на спроецированную на экран шлема карту-схему, как за спиной полыхнуло зарево, окрасив ночное небо яркой вспышкой.

Глава 2

Город Уфа за год до…

– Ты изменился, Рок…

В небольшую комнату одного из новомодных заведений типа «встреч-кафе», где ничего кроме кофе-чая с бутербродами не готовили, а только предоставляли на короткий, до суток срок помещение с возможностью заказа еды напрямую со всех фешенебельных ресторанов города, вошли двое. Жёсткое требование: ограничение на количество посетителей ресторанов, кинотеатров, торгово-развлекательных центров и других увеселительных заведений, трансформировало систему общественного питания в аренду комнат для встреч, где можно поговорить, попить кофе и заказать еду с хорошей скидкой.

Обычно в такого рода заведениях собиралась или молодёжь, желавшая повеселиться без посторонних глаз, или проводились деловые встречи.

– Ты тоже не помолодел, Виталь.

– Ладно, проходи, располагайся. Давай выпьем. Я тут с собой немного принёс, и заказ сделал, скоро доставят.

Двое молодых людей расположились за массивным столом. Один активно доставал из принесённой с собой сумки небольшие свёртки. Второй безучастно смотрел на разворачивающее действие.

– Рок, сколько мы с тобой не виделись? Лет пятнадцать, наверно?

– Где-то так.

– А помнишь…

– Помню, друг. Я всё помню, но сказать ничего не могу.

– Подписка?

Собеседник помотал головой.

– Чип?! Ничего себе?! То-то думаю, что после госпиталя тебя найти не смог… Спасибо, кстати, что вытащил в тот раз. Не бросил. Ну, давай, вздрогнем, по маленькой.

Не чокаясь, стоя, выпили третью рюмку. Откуда пошёл такой обязательный у офицеров ритуал поминовения тех, кто не вернулся, никто не помнит, но традиции придерживаются все, хоть как-то связанные с армией.

На двери мигнула лампочка, сигнализирующая, что спрашивают разрешения войти.

– Это заказ доставили. Я сейчас, – Слон подскочил с места и быстрым шагом пошёл открывать дверь.

Рок сидел безучастным. Алкоголь на него действовал только в очень больших дозах. Сказывалось побочное действие боевых стимуляторов, которыми он пичкал свой организм, стремясь выполнить приказ. Перед глазами вновь встал тот первый, судьбоносный для него бой…

Как только дошло осознание, что колонну накрыли с воздуха, а по закрытому каналу связи доносятся беспорядочные команды, Рок понял, что дело – дрянь. Вдруг, воздушной волной его сильно толкнуло и отбросило от углубления, куда предположительно упал беспилотный аппарат.

«Боекомплект детонировал или с опозданием отработала система самоликвидации», – промелькнуло в голове.

Отряхиваясь, Рок поднялся. Прижал микрофон к уху и вызвал напарника. Ответа не последовало. Спустился вниз и обнаружил израненное тело друга…

Дни смешались. Пройти сотню километров без воды, еды, первоначально казалось невыполнимой задачей, но Рок шёл, бросив ставший бесполезным экзоскелет, взвалив тело друга на свои плечи. Хорошо, что обе индивидуальные аптечки с боевыми стимуляторами оказались неповреждёнными, и он дошёл. Потом, находясь в госпитале узнал причину всей этой вакханалии.

В Южно-Китайской республике, как в принципе и в других более или менее развитых странах, проводились эксперименты с созданием единого центра управления войсками на базе разработок в области искусственного интеллекта. Вот испытания этой системы управления и навело шороху не только на Дальнем Востоке, но и во всём Восточном полушарии. Получив от подключённого в единую командную цепь искусственного интеллекта приказ, Военно-космическая группировка Южно-Китайской республики пришла в движение, заняла боевые орбиты и, единым электромагнитным залпом, вывела из строя военные коммуникационные сети связи. Ладно бы только свои, но на электромагнитный импульс среагировала система оповещения всех армий мира, ведущих контроль околоземного пространства. И тут началось!

Завыли сигналы тревоги. Доклад об атаке за считанные секунды дошёл до Генерального Штаба Конфедерации. Согласно приказу два нуля три на местах боевого дежурства разворачивались к непосредственному применению установки ракетно-космических сил. На боевой взвод встали ракеты шахтного базирования. Мир балансировал на грани масштабного применения ядерного оружия. Кто конкретно отдал приказ: «Залп!», никто не знает. Говорят, первую сигнал-команду службы слежения зафиксировали с Индостана, но поступившую команду система запуска проигнорировала. Индусы вывели к границе танки, Пакистан не остался в стороне и поднял в воздух авиацию, но выстрелить никто не смог. Автоматизированные системы наведения теряли цель, рыскали, не находя объекта для применения смертоносного оружия. Буквально через пару часов после первого электромагнитного импульса последовал второй, уже менее мощный.

Пока сообразили, пока отдали приказ ликвидировать вышедшую из-под контроля космическую группировку, электронные мозги боевой техники свихнулись окончательно. Беспилотные боевые аппараты взмыли в воздух, неся разрушение и смерть. Сигнал «свой-чужой» в электронных мозгах извратился до неузнаваемости. Сбесившаяся, напичканная задатками интеллекта военная техника игнорировала команды операторов, открывая огонь по первым, подвернувшимся на маршруте целям. Так погибла колонна, попав под обстрел своих же аппаратов носителей, против которых не оказалось действенных мер противодействия. Как оказалось, кроме запрета «свой-чужой», проигнорированных взбесившейся системой управления, военными инженерами ничего предусмотрено на экстренный случай не было.

Добравшись на четвёртые сутки до своих, Рок передал Виталика в руки медиков, а дальше… Дальше скоротечное лечение, множество тестов, переподготовка и отправка в Центральную Азию.

Слиться с местным населением другой расы, сами понимаете – невыполнимая задача. Его забросили в глухомань одного без прикрытия. Только потом, случайно, Рок узнал, что его готовили как одноразового ликвидатора. Командование посчитало, что использовать для выполнения второстепенной задачи высококлассных спецов – расточительно, а тут подвернулся молодой парень с опытом снайперской стрельбы, навыками выживания, подходящим психотипом, не обременённый семейной жизнью.

Долгие два месяца он скрывался в горах Тибета. Питался подножным кормом, на коленях исползал склон за склоном, то прячась от местных военизированных группировок, то от мирных жителей. Изредка выходя на связь, получал новое задание и лез выше, поднимаясь в горы. Под конец третьей недели, пришёл приказ: «Занять позицию в отмеченном квадрате и ждать». Цель он снял двумя выстрелами, проведя контроль, а потом была бешеная, затянувшаяся на месяцы гонка со смертью. Его травили собаками, обстреливали миномётами, заваливали камнями, стреляли в спину, но он выжил. Не надеясь на благоприятный исход, он рванул не к месту эвакуации, к которому без усиленного механизированного батальона не прорваться, а в противоположную сторону – на юго-восток. Кто-то скажет, повезло…

Добравшись до одной из относительно дружественной страны на Индокитайском полуострове ему именно повезло. Измученный многокилометровым переходом, исхудавший, с обветренным от постоянного нахождения на открытом воздухе лицом, с выгоревшими на солнце волосами, в нём, одетом в лохмотья, сидевшим в придорожной пыли, признали русского, а всего-то вступился за избиваемого толпой парня.