Дракон зажигает свечи.

Глава 1. Когда жизнь не удалась.

Света с трудом разлепила веки. О-о-о! Тяжёлый вздох вырвался из груди. Сегодня выходной, но всласть поваляться в постели не удастся. Надо топать к нотариусу. Накануне пришло официальное письмо от нотариуса с требованием посетить нотариальную контору на Советской улице. И отлынивать тоже не получится. Дело в каком-то наследстве. В письме чётко стояла дата посещения – день и час. Как ещё рано! Скоро выходить. Хорошо ещё, что не в рабочий день. Подмениться? Какой кошмар! Света представила кислое лицо напарницы, и её всю передёрнуло. Кряхтя поднялась с кровати и направилась на кухню. Щёлкнула кнопкой чайника. «Кофейком отопьюсь», – привычно подумала Света. Теперь туалет и умыться. После кофе стало чуток веселее. Хорошо, что на дворе июль и не надо кутаться в кучу одёжек. Только платье, шляпка и босоножки. Ещё раз побрызгала холодной водой на щёки. Приложила прохладные ладошки к лицу. Нацепила солнцезащитные очки.

– Ну же, Светка, соберись! Надо пройти через эту дурацкую шутку. Неизвестная бабулька оставила тебе неизвестное наследство. Так пойди и забери!

Дорога под палящими солнечными лучами не доставила бы большой радости, если бы не порывы тёплого ветра. Всё-таки жизнь хороша! Подол длинного платья развевался. Лохматились волосы. Босоножки постукивали каблучками по заасфальтированной дорожке тротуара. В сквере шумели тополя. А вот и нужное здание. Хорошо, что город маленький. С работой вот только туговато. Плохо, что город маленький.

Зашла в фойе конторы. Вход был отдельным с высоким бетонным крылечком. Солидно так. В самом здании было прохладно. Наверное и кондиционер имелся. Села на стул поближе к кабинету нотариуса. За дверью кто-то негромко разговаривал. Оно и понятно, предыдущий посетитель. Часы показывали, что до её визита ещё несколько минут. Что ж, подождём. Светлану вдруг замандражило, руки мелко-мелко затряслись. Ещё немного и глаз задёргается, как это бывает при большом стрессе. Света попробовала отвлечься. Она открыла сумочку, проверила на месте ли паспорт. Конечно, он был на месте. Ручка с блокнотом тоже присутствовали, так на всякий случай. На какой такой случай Свете могли понадобиться ручка и блокнот, она не знала, но была твёрдо уверена, что такой случай предстанет. И с чего бы ей так психовать? Она не на приёме у следователя и её никто в убийстве не обвиняет. Света представила, как ножом замахивается на начальницу, и ей стало весело. Отпустило. Фу-у! А раньше Света считала себя дамой собранной и очень ответственной. Во всяком случае старалась ею быть. Теперь спустя годы к этому определению добавилось ещё и слово «нервной». Нервы она упорно лечила таблетками и микстурами, ну и дыхательными упражнениями. Вроде помогало.

Голова за дверью смолкли. Из кабинета вышел тощий и прямой, как палка, старичок. Завещание, что ли писал? Светлана смело шагнула в небольшой, но довольно уютный кабинет.

– Здравствуйте, я по поводу наследства…

Дальше длилась процедура обязательная, стандартная и не такая уж страшная. Оказалось всё просто и даже нудновато. Пришлось заплатить за услуги этой строгой дамы. Всё согласно прейскуранту, но от этого сумма не становилась меньше. Света взяла из рук нотариуса конверт, расписавшись за него в получении. Потом расписалась ещё за что-то и получила на вечное пользование невзрачную коробочку серого цвета.

– Ещё что-нибудь? – Света поискал глазами, где бы ещё расписаться. Её взял азарт. Как-то быстро кончилось наследство, а любопытство только-только проявилось. Да и давненько не бывала в таких официальных заведениях.

– Нет, это всё. Можете быть свободны, – холодно ответила дама-нотариус. Не пожелала продолжить общение. Светлана вышла осторожно прикрыв за собой дверь. Не терпелось посмотреть, что там старуха оставила в наследство. Конверт небрежно сунула в сумочку. Туда же положила и коробочку. «Дома, всё дома. Обстоятельно и не торопясь прочту письмо и только потом достану памятную вещь», – уговаривала себя Света. Стойкости перед соблазном хватило не надолго. Ровно на то, чтобы неспешным шагом покинуть здание. Вот здесь у стандартной урны для мусора она и достала коробочку. Почти не колеблясь, разорвала упаковку. Там пряталась изящная шкатулочка из дерева. На крышке шкатулки был искусно вырезан дракон. Не наш русский трёхголовый гад ползучий, а прелестный дракончик из китайской мифологии. И это всё? Ни фига себе наследство! Светлана в ярости швырнула упаковку в урну. Открыла шкатулочку. Там на синем бархате словно насмешка покоилась и нагло поблёскивала брошка. То что она дешёвенькая, Светлана сразу определила. Хм, обычная брошечка в виде цветка. Ну-да в виде ромашки. Может, даже серебряная. Середина ромашки походила на жёлтый янтарь, а лепестки были и вовсе выточены из горного хрусталя. Брюликами здесь и не пахло. Да и откуда? Старуха происходила из родовитого, но давно и прочно обедневшего дворянского семейства. А потом ещё революция, война, да и много чего происходило. Но жила она долго. Это факт. Видимо из ума выжила.

Вот теперь точно всё. Света не долго думая, вытащила из шкатулки брошь и приколола её себе к платью. Ой, ещё и укололась! Вот зараза! Капелька крови измазала брошку. Света сунула палец в рот. Как маленькая, ей богу! Шкатулочку снова сунула в сумку. Пригодится, прикольная штучка. Завтра у Светы намечался второй выходной, а потом снова топать на работу. И как Светлана ненавидела эту работу! Всеми фибрами своей души ненавидела. Надо было тогда послушаться эту двоюродную тётку по материнской линии и не бросать институт. Дура она, что тогда по глупости, по молодости бросила учёбу. И мама долго на неё сердилась.

Дело сделано. Света отправилась домой отдыхать дальше. Притопала, переоделась, напилась чайку и снова прилегла на диван. Под телевизор дремалось. Хорошо так дремалось, душевно.

Проснулась Света в другом месте. Она сразу это поняла. Здесь даже запах был другой. Чужой запах. Полумрак не давал ничего разглядеть. Заворочалась на не совсем удобной постели. Железная кровать под ней натужно заскрипела. Однако узковато. Опять набухалась и домой не добралась? Чёрт! Мозги не торопились включаться в бурную деятельность. Да и многоопытная память не подкидывала ничего разумного. Ну, не помнила она, что где-то тусовалась в ближайшее время. И с кем тусовалась тоже не помнила. Дела…

Села на кровать, опустила на пол ноги. Странно, вроде голова не болит. Никакого похмелья не наблюдалось. В чём дело? Глаза попривыкли к сумраку. Стали проявляться очертания небольшой комнатки с двумя кроватями и шкафом. Поднялась и пугливыми шажками добралась до дверей. Там около косяка нашарила выключатель. Под потолком в простеньком фарфоровом колпаке вспыхнула ярким светом лампочка Ильича. Показалась комната обставленная по спартански во всей красе. Кроме кроватей, стола и шкафа, проявились две полочки с книгами, а также две тумбочки до краёв заваленные канцелярскими принадлежностями. Света скорее по привычке, чем из любопытства схватила одну из книг на полке. Что-то знакомое. И эту картинку на обложке она тоже где-то видала. Сунула нос в тумбочку, покопалась в пухлых от записей тетрадках. Взяла одну в руки, открыла. Это же её тетрадка! Её институтские конспекты. Ох, ёлы-палы! В висках заломило от волнения, в горле перехватило. Всколыхнулись безвозвратно утерянные молодые годочки. Вот они, тетрадки, заполненные до краёв убористым почерком. Пусть буковки были немного кривоваты, но это они, её родимые собственноручно выводимые обозначения. Как она соскучилась по быстрой скорописи, по нудным лекциям, по требовательным преподам! Ах, вы мои родимые! Ах, вы мои самые любимые! Света разрыдалась. Проплакавшись, она подошла к окну. Ну да, четвёртый этаж её общежития. Только тут она заметила отрывной календарь, что по-дедовски висел на стене над кроватью. В молодости она любила отрывать листок с датой, провожая таким образом ушедший день. Там явственно висело – 24 мая. Ага, когда-то у неё 26 мая был экзамен по сопромату. На экзамен тогда Света не пошла и вообще бросила учёбу в институте. Вот так легонько взяла и бросила. Надоело ей, видите ли, тогда грызть гранит науки! Тогда надоело, а теперь она рыдает по этому поводу. Ой, тушь потечёт! Где зеркало? Открыла дверцу шкафа. Там всегда было вполне приличное зеркало. Всхлипывая, Света пальцами попыталась очистить лицо от некстати нахлынувших слёз. Из зеркала с той стороны таращилась девочка. Круглое, ещё почти детское личико, пухлые губки и бровки домиком. Светка от неожиданности икнула. Девчонка тоже дёрнулась. Так это же она сама! Только много лет назад…

У неё и фото того года имелось. Ещё чёрно-белая фотография. Мордочка точь в точь, как та, что сейчас из шкафа выглядывает. И тут на огонёк заглянула Зойка. Та самая назойливая Зойка, что когда-то не давала ей проходу. Всегда ей что-то надо было от Светы.

– Не спишь? Сахарку не найдётся? – Зойка знакомой дорожкой прошествовала к столу. Бесцеремонно заглянула в сахарницу.

– Не найдётся, – протянула девушка разочарованно. Потом уже с порога:

– Сопромат учишь? Ну зубри дальше.

Света, как стояла возле платяного шкафа, так и осталась стоять. Она была не в силах ни сказать что-либо, ни пошевелиться. Её мозг отказывался верить происходящему. Ещё вчера Светка-конфетка забежала вечером на чай к Наташе. Ещё вчера они сидели на Наташкиной кухоньке и душевненько так гутарили.

– Что новенького? – поинтересовалась Наташа весело хрустя ванильным сухариком.

– Да так, ничего особенного.

– Ты же к нотариусу собиралась.

– Так сходила.

– А говоришь, ничего новенького.

– Так наследство плюгавенькое оказалось.

– Чего-чего?

– В наследство только брошь досталась, – Светка продемонстрировала приколотую брошку. А она, как назло, в лучах кухонной лампочки запереливалась всеми цветами радуги.

– Прикольная. Старинная?

– Не знаю, но точно не новодел. И кажется, серебряная.

– Сохранишь, как память по родственнице, по родной душе.

– Если бы только память. Так я ещё и госпошлину платила! – завопила негодуя Светлана.

– Не будь жмотиной! Ради такой красоты не жаль и каких-то копеек.

– А ещё мне шкатулочка досталась, где брошка лежала, – похвасталась Светка. Она макала сухари в горячий чай. берегла зубы. Зубы у неё на тот момент были отремонтированы и где надо вставлены. Не дешёвое удовольствие, надо сказать.

– Видать, тётка у тебя богатая была, – бросила невзначай Наташа.

– Господь с тобой! Какое богатство? Она происходила из мелкого дворянства. А после революции и вовсе всё отобрали. Пара хрустальных бокалов – вот, пожалуй, и всё её богатство.

– Ну тебе она брошку оставила в наследство. А я вот из рабоче-крестьянской семьи и никакого наследства старинного мне не светит, – вздохнула Наташа.

– Так и мне ничего не светило. Не понимаю, зачем родственники именно мне эту брошку оставили. Я очень дальняя родня.

– Не бухти! Носи и радуйся, – хихикнула Наташка. Они как-то много лет назад познакомились нечаянно, да так и не смогли расстаться. Забегали время от времени на чай спроведать друг друга. Так вот, ещё вчера Света истово оберегала своё металло-керамическое чудо находящееся во рту, от пагубного влияния сладких сухарей с изюмом. Сухари были грубыми и могли нанести непоправимый вред недавно вставленной челюсти.

А, может, и нет никакой общаги? Нет юной розовощёкой Светки, как нет и глупой Зойки с кудряшками?

Может, это только сон? Она с остервенением укусила себя за руку. Ой! Больно-то как! И следы от зубов отпечатались. И не сон? И через два дня снова экзамен? И на него можно сходить и не просто сходить, а даже и сдать преподу. Может, правда сдать? Света достала с полки учебник, нашла в тумбочке тетрадку с конспектами и углубилась в информацию. Тренированный стрессами и жёсткими обстоятельствами мозг покорно заглатывал предлагаемые знания. Отдохнувший от тотальной эксплуатации мыслительный аппарат работал чётко, словно хорошо отлаженный компьютер.

Самое трудное Светлана принялась меленько записывать на шпоры. Авось не пригодится. В пенале имелся заветный кармашек для шпаргалок. Но это так, на всякий случай. Вдруг запаникует и какой-то формулы не сможет вспомнить. Заперла дверь на ключ, чтобы никто больше не смог вломиться. Светлана поставила перед собой цель – сдать экзамен.

Два дня пролетели с кратчайшими передышками на естественные потребности в виде минимума необходимого сна и приёма пищи. Хорошо ещё внизу в общаге на первом этаже располагалась столовая. Светка не голодала, но и не разъедалась. Дремала понемногу, не дрыхла беспробудно. Организм привычно мобилизовался на выполнение базовой задачи.

Глаза боятся, руки делают. В целом задача близилась к выполнению. Светлана придирчиво осмотрела свой студенческий гардероб. Так, так, выбирать особо было не из чего. Но присутствовала вполне приличная синяя юбочка. Нашлась и светлая блузка. Света их отгладила и тщательно умывшись нарядилась в это офисное одеяние. Чуть тронула ресницы щёточкой с тушью. От помады и вовсе отказалась. Пусть у неё будет трогательный юный вид. Волосы тщательно причесала и забрала в пучок. В целом у неё сложился образ типичной «ботанички». Что и требовалось доказать. Собранная, почти свеженькая притопала в первых рядах к началу экзамена. Света была спокойна, как никогда. Ни капли волнения. Это всё давно свершилось. Всё происходящее – дела давно минувших дней.

Было забавно снова ощутить себя сопливой девчонкой. Проснулось давно забытое чувство огромного мира под ногами. «Только небо, только ветер, только радость впереди!» Всё, как в той песне. Проснулось и восхитительное чувство вседозволенности. Уверенной поступью совершенно довольная собой, Светлана шагнула в аудиторию. Рука чуть-чуть предательски дрогнула, когда она вытягивала листок с билетом. Чуть-чуть – не считается.

– Билет номер пять, – вслух сказала Светлана. А про себя она добавила: «Вау! То, что надо! То, что я учила!» Она мысленно прошлась колесом по свободной от столов поверхности. Но-но, только мысленно! Уселась за ближайший свободный стол. Готовилась быстро. В спешке набросала план ответа, тщательно записала необходимые формулы на случай внезапного склероза. А склероза и не случилось. Чётко всё выложила. Немного замялась на одном моменте и получила вполне заслуженное «хорошо». Жизнь тоже сегодня хороша. На остатках адреналина притопала в общагу. Как у неё только ноги не подкосились в момент, когда строгий препод ставил свою подпись под оценкой! Тогда почти все её силы ушли куда-то в пол. В общагу брела, словно в тумане. Чуть не на четвереньках поднималась на четвёртый этаж. Не раздеваясь завалилась поверх покрывала на кровать. Тут её и вырубило.

Проснулась Светка уже дома в своей родной и порядком надоевшей квартирке. Вроде выспалась. Ну и сон же ей привиделся! Какой долгий-долгий сон. И такой реалистичный. Будто бы она, Светка сдала тот злополучный экзамен по сопромату и не бросила институт. Не сбежала в дебильный техникум и не получила полностью не соответствующую последним экономическим веяниям специальность. Ох, если бы она не сглупила тогда! Сейчас была бы полностью упакована и проживала бы где-нибудь в шикарном загородном домике, а не в этой убогой двушке.

И тут Свету настигла волна времени и не просто настигла, а накрыла наглухо. Это было страшно и неотвратимо одновременно. Её словно подхватил тайфун и понёс грубо и мощно в пучину времени. Вот в памяти мелькнул экзамен, где она вытаскивает билет и пытается скрыть неуместную радость. Вот, успешно сдав сложнейший экзамен по сопромату Света приходит в общагу и в изнеможении кулём падает на неразобранную кровать. Дальше всё крутится ещё быстрее. Стройотряд. Учёба. Экзамены. Практика. События мелькают, как картинки. Такое ощущение, будто кто-то важный и строгий перебирает Светкины фотографии. И на этих фото Светка не всегда в ракурсе и в красивой позе. Светка плещется в этой ряби, словно рыба в воде. И всё-то у неё получается после сданного экзамена по сопромату. Диплом на «хорошо» начертала. Нет, «отлично» она бы не вытянула. Не то, чтобы у девчонки наблюдалось маловато таланту, нет. Ленности многовато, лень-матушка мешала развернуться во всю ширь русской души. Да и зачем рваться к высотам? Можно и спокойно и со вкусом жить. Она и жила. Небогато, правда. Можно было подзаработать, конечно, немножко деньжат, но это было уже внапряг. Напрягаться Светка не любила. Мелькнул выпускной. У неё к этому случаю было припасёно длинное чёрное платье с блёстками. В нём себя Светка чувствовала совсем взрослой, ну и красивой тоже. На выпускном, получив заветные корочки, она расслабилась и с упоением танцевала. Потом её куда-то в коридор потащил Серёжка. Там они долго со смаком целовались. Ей всё нравилось ровно до того момента, пока парень не полез ей под подол своими щупальцами. Светке это очень не пришлось по душе. Мять подол своего недорогого, но вполне эффектного наряда Света не могла позволить никому и ни при каких обстоятельствах. Тем более парень мог порвать лёгкую ткань. Она отпихнула от себя навязчивого целовальника и снова вернулась к неистовым пляскам. Вчерашние студенты плясали всю ночь, словно это был их последний праздник в жизни. Такой, пожалуй, последний. Беззаботная молодость уходила безвозвратно и навсегда. Что оставляла после себя молодость? Лёгкий привкус мяты на губах, запах цветущей сирени и терпкое послевкусие молодого дешёвенького вина. Вино уже можно было употреблять, но опять же, нежелательно. Общество осуждало девушек злоупотребляющих горячительными напитками. Требовалось поддерживать естественный градус – тридцать шесть и шесть, вести здоровый образ жизни и заниматься спортом.

Тут Светку в её чёрном поблёскивающем люрексом платьице и туфельках на невысоких весьма скромных каблучках подхватило и как-то разом бросило в бездонный колодец времени. Одним могучим рывком шмякнуло в современность. Голова гудела, словно церковный колокол в момент перезвона. Во рту стоял привкус железа. Язык, что ли прикусила? Или, может быть, губу раскровила? Она и вправду закончила этот долбаный политех? Светка оглядела мутными глазами территорию. Да вроде, ничего не поменялось. Она шатаясь поднялась с дивана, потащила своё бренное тело до заветной тумбочки. Распахнула дверцу. Там на верхней полочке кучкой лежали документы. Паспорт, полис, снилс, бумаги из налоговой, документы на квартиру. Вот и диплом. Сердце ёкнуло. Это же её техникумовский! Такой же синий, корочки жёсткие… Ничего подобного! В графе специальность стояло чётко – инженер. Печати, подписи. Всё, как полагается. Она действительно закончила институт. Вау! Это круто. Светлана шатаясь доползла до дивана и рухнула на него с дипломом в руке. Глаза вдруг заслезились. Обстановка комнаты потеряла очертания. Люстра, окно, мебель – всё показалось размытым. Миг, и что-то сместилось, что-то поменялось. Вот только что? Очертания обрели должную чёткость. Кажется, всё нормально. Даже голова прояснилась, перестала болеть. Глазам вернулась обычная зоркость. Мебель всё та же, или похожая, почти ничего не изменилось. Ещё чуть-чуть, и обстановка стала привычной. И это всё? Где богатство? Где признаки крутой должности на работе? В чём состоит преимущество высшего образования?

Тут Свету затошнило. Она в испуге помчалась в туалет. Ну как помчалась, поплелась по стеночке вдоль по коридору. Опа! Едва успела поднять сидушку, как началось светопредставление. Свету долго и обстоятельно выворачивало наизнанку. Трясущимися руками умылась, как могла. Вернулась в комнату тем же макаром. На полу, как никому не нужная бумажка, валялся диплом института со специальностью инженера. Твою ж налево! Синие корочки валялись, как насмешка судьбы. И оценки ведь хорошие! Видать выронила документ, когда рванула с позывами в туалет. Поднять диплом не получилось. Светлана пала на диван и задремала под стрёкот телевизора – этого вечного другана на все случаи жизни. На болтающий всякую чушь телик уже было наплевать.

Очнулась Светка посреди ночи. Встала водички попить. В памяти ещё в самых её дальних уголках маячила такая надёжная и такая незавидная прошлая жизнь. Как-то мало нынешние хоромы отличались от прежних. Расположение комнат то же, метраж почти тот же. Только этаж поменялся, теперь это второй. И выходной у неё скоро заканчивался. Завтра утром, а точнее теперь уже сегодня, надо было топать на работу. И место работы не поменялось, что удивительно. Она вкалывала, как и прежде, в магазине. Ладно бы продавцом, так нет же, обычной поломойкой. Клининг! Жесть. Память услужливо подсказала, что сей факт не является вынужденной мерой, то есть временной работой. Как так-то?

Глава 2. Стиль бешеного кролика.

Почему Светка получив высшее образование, всё так же нищенствовала? Эта мысль гвоздём засела у неё в голове. А правда, почему? Родители в своё время весь мозг проели о необходимости хорошо и много учиться, и тут такой облом. Ни фига не помогли знания высшего характера, статус Светки не изменился. Сон, как рукой сняло. «Надо в этом разобраться», – прошептала себе под нос недовольная дамочка и почапала на кухню. Походя подняла с пола распластанный диплом, бережно положила на столик журнальный, авось пригодится ещё. На кухне первым делом ткнула в чайник. Тот послушно зашипел. Присела на прохладную табуретку. Ночью без чая не мозговалось. Да и с чаем этот процесс не очень ускорился. Неожиданно стали всплывать в памяти детали Светкиного позора – разорения. Оказывается, она пыталась открыть своё дело. Не получилось. Таланту не хватило, а может, и денег. Скорей всего не хватило того и другого. Копаться в подробностях не хотелось. Лучше потом. Не сейчас, не ночью. Сын также уехал в областной центр учиться, там и осел. Всё, как и должно было быть. «Ну одна, так одна», – подумала полуночница, наливая в чашку кипятка. В чайнике ещё вода булькала, испуская вверх забавные пузырьки. Точно такие же пузырьки плавали у неё в голове. И в каждом таком пузырьке выглядывала какая-то сцена из жизни. В роли мужа выступал всё тот же Юрка. Высокий, даже долговязый, чернявый и в общем ничем не примечательный человек. По каким-то капризам судьбы, Юрка заинтересовался Светочкой и женился на ней. Светочка не была писаной красавицей, но от недостатка ума и обаяния не страдала. И капелька скромности её украшала. А уж глазки умели светиться таинственным светом и манили кавалеров на подвиги. Один попался – уже хорошо. Светке по большому счёту было всё равно за кого замуж выходить. И нечего тут логику искать. Ей просто хотелось поскорее замуж выскочить. Юрка позвал. Нормальный парень. Как можно было упустить шанс? Светке хотелось жить в браке, как жили её родители, дружно и без проблем. С Юркой они и жили почти без проблем. И сына родили без проблем. Оба много работали. А потом вдруг заскучали. Оба разом заскучали. И поговорить им друг с другом стало не о чём. Интересы у обоих были разные, даже сериалы смотрели разные. Дома поселилась скука. Потом, уже когда прошло какое-то время, Светка познакомилась с Наташей и попыталась как-то вечером объяснить причину развода с мужем, то не сумела. Наташа откровенно недоумевала.

– Он тебя бил?

– Нет, что ты!

– Он тебе изменял?

– Зачем? Мы дружно жили, – растерялась Светка.

– Тогда ты ему изменила?

– Ну до этого дело не дошло, – хихикнула нервно Светка. В планах у неё имелась любовная интрижка, но существовала проблемка. Светка понятия не имела, как и где можно было наставить рога супругу. Ну разумеется, без больших последствий.

– Он пил?

– Только по праздникам и немного, – дёрнулась Светка, как на допросе у матёрого следователя.

– Ты прятала от него деньги? Транжирила втихаря? – строго, согласно напряжению момента истины, посмотрела Наташка.

– У нас в шкафу деньги хранятся на еду и самое необходимое. Вернее, хранились. – смешалась вдруг Светка. Она до сих пор там хранила сбережения.

– Муж мало зарабатывал?

– Вполне прилично, да я ещё немного. Нам хватало.

– Ты не всегда работала? Дурака валяла?

– Я пыталась организовать своё дело и прогорела.

– Мужу не нравилось твоё занятие? Он был против открытия дела?

– Нет, что ты такое говоришь! Юра меня поддерживал морально и материально. Он такой внимательный!

– Странно. Так какого чёрта вы развелись?

– Просто устали друг от друга.

– Не поняла.

– Чего тут непонятного? Сын взрослый, живёт своей жизнью. Ну, а мы решили отдохнуть друг от друга.

– Так вы что, официально не развелись?

– Получается, что нет, не развелись, – задумалась надолго Светлана. Где-то глубоко-глубоко, под самой коркой мозжечка мелькнула пугающая мысль, что в той жизни Юрка бросил её из-за молоденькой блондиночки. В той первой жизни они развелись, и Юрка снова женился. Эти старые воспоминания вдруг затуманились, покрылись пылью пролетевших лет, а потом и вовсе стёрлись. Стёрлась и горечь от Юркиного предательства. Последними исчезали из памяти огромные голубые глазищи той блондинки, когда Светка их застукала. В глазах любовницы мужа стоял испуг и удивление. Она вяло прикрывала свои оголённые телеса полотенцем. Светка тогда вырвала из наманикюренных лапочек длинное махровое полотенце и отхлестала им обоих любовничков. Ну и орала при этом что-то ещё нецензурное. Пусть, пусть это стирается…