Где-то девица плачет.

А Сашка всё-таки к нам заглянул. Ещё бы он не заглянул, у нас же остались его вещи! Одежду он мог бы, как настоящий джентльмен и не забирать, наплевать на неё, кроссовки правда дорогие, но вот очки, а тем паче телефон неплохой и явно недешёвенький, парень не мог себе позволить забыть и даже на квартире у прелестных дам. Сашка зашёл днём ближе к обеду. Он по времени подгадал так, чтобы наверняка не встретиться нос к носу с Янкой. Он знал, что Янка в районе полудня обычно отсутствовала, так её и не было дома. На звонок я открыла дверь и в первый момент словно остолбенела. Передо мной стоял Сашка собственной персоной. Сашка красовался в других очках и естественно в другой одежде. Что ему надо? Ах, да!

– Привет, ты за одеждой?

– Да, верни, если можно, – Сашка мрачно зыркнул глазами из-под толстых стёкол. Держался он со мной в этот раз очень официально и холодно, словно чувствовал, чья рученька в кофе гадость подсыпала. Обиделся паренёк. Ну понятное дело!

– Проходи, одежда, очки и телефон – всё у Янки в комнате, – я подвинулась, пропуская кавалера в апартаменты.

– Нет, я здесь подожду, вынеси мне вещи, пожалуйста, – глаза его стали умоляющими.

– Хорошо, я сейчас, – мы оба чувствовали некоторую неловкость, а ведь ещё совсем недавно вполне непринуждённо болтали о жизни, как старинные друзья. Мы и были друзьями, пока я всё не испортила.

Я метнулась скоренько за Сашкиными пожитками и вынесла пакет, подала Сашке. Парень проверил содержимое простенького без рисунка пакета: джинсы, футболка, трусы и носки. Всё это было аккуратно сложено у заботливой сестрёнки. Постаралась девка для жениха. Сашка очень обрадовался, когда обнаружил педантично запакованные в бумагу очки и телефон. И всё-таки в его облике что-то изменилось. Может, глаза стали выразительнее? Ой, он же бородку сбрил! Парень сбрил свою жиденькую козлиную бородку, и это ему пошло на пользу. Сашка стал выглядеть солидней и поинтересней, как мужчина.

– До свидания, – излишне сухо произнёс парень и похоже, что он теперь перемещается в статус бывшего ухажёра моей сестры. Печалька.

– Яна скоро придёт. Подождёшь её? – Зачем-то я спросила, хотя знала ответ наверняка.

– Нет, не буду ждать. Мне не о чём с ней разговаривать, – его голос звучал натужно и глухо, как из бочки.

– Удачи тебе, Сашка! – Я искренне желала парню удачи, ведь он хороший и не виноват, что так случилось. Кто угодно виноват, только не он. Я закрыла за парнем дверь. Мне было жаль Сашку, он достоин лучшей доли, чем бегать под кустами в шкуре козлика и щипать травку.

Немного времени прошло, и притопала из магазина Янка. Что бы в мире не происходило, а шопинг для неё было святым делом. Янка привычно с пакетами прорысила в свою комнату и вдруг выскочила оттуда, как ошпаренная. Я сидела в кухне в ожидании продолжения драмы.

– Сашка приходил? – Глаза сестрицы стали, как у больной собачки. Понятно дело, страдает девка, дела сердечные.

– Приходил, вещи забрал.

– Про меня что-нибудь говорил? – Вид у Янки становился всё несчастнее и несчастнее. Воспалённые глаза подозрительно заблестели.

– Говорил, – я вздохнула. – Говорил, что не хочет с тобой разговаривать.

– Что и видеть меня не хочет? – Голос девки едва не сорвался в рыданиях. В глазах заплескалась обида.

– Не знаю, не спрашивала, – бойко соврала я. Ну что я ей ещё скажу? Пусть сама решает свои сердечные проблемы. Из меня плохая советчица да и сваха тоже плохая. Не умею я примирять. Да и у самой личная жизнь не складывается так, как хотелось бы.

– Лариска, как ты думаешь, если я ему позвоню, это не будет считаться, что навязываюсь парню?

– Да, конечно, не будет! Вы же жить вместе собирались, ты его к родителям обещала свозить. У вас так много общих интересов было, да и вообще…

– Вот именно, было! А теперь всё куда подевалось? Теперь Сашка меня сторонится. Чего Сашка так испугался? – Янка пребывала в смятинии чувств. Она то сердилась, то изволила гневаться на сердечного друга, а-то и вовсе непонятно из-за чего вдруг начинала аккуратненько слёзки салфеточкой с глаз убирать. Вся гамма чувств у неё проносилась в душе и проявлялась на личике.

– Ну парень козликом побывал, боится теперь, что навсегда в копытное превратится, – заявила я глубокомысленно.

– Ты думаешь, Сашка из-за меня козликом стал? И Сашка так думает? – осенило мою Янку.

– А что ему ещё думать, если он у тебя в гостях принял облик серого козла! Вообщем, парнокопытным стал, или козлы – не парнокопытные? Не знаю.

– Я тоже не знаю ничего про парнокопытных. Да и вообще, я тут не причём, – вид у Янки был крайне озадаченный.

– Вот уж не знаю, при чём тут ты или не причём. Пойду лучше фильмец про инопланетян погляжу, отвлекусь. Хочешь, заходи, места хватит, вместе полюбопытствуем про инопланетную расу, – попыталась я миролюбиво закончить разговор.

– Нет, я лучше с Сашкой пообщаюсь. Не хочу, чтобы парень дулся на меня из-за этого дурацкого недоразумения, – полная решимости Янка принялась набирать женишка по телефону. Ну-ну, удачи тебе, красавица! И семь футов под килем… Так мы и разбрелись по своим интересам.

Посреди ночи я проснулась словно от толчка в бок. Странновато как-то в ощущениях, да и спать больше не хотелось. Янка самозабвенно рыдала в своей комнате и думала, что я не услышу. Я услышала глупышку, я всё же сестра! От того наверное и проснулась, что почуяла слёзы кровника. Без церемоний, без предупреждения и занудного старорежимного стука в дверь, я вошла в её комнату, буквально ворвалась и застала сестру валяющейся в постели. Весь её вид говорил о скорби – её лицо потерянно уткнувшееся в подушку, голые пяточки, беззащитно торчащие из штанин пижамки. Плечи Янки сотрясались от приглушённых, но вопреки этому не менее горьких рыданий.

– Ну-ну, не надо так плакать! Не из-за чего так убиваться, это ещё не беда, – я погладила Янку по голове, нежно проведя по шикарным волнистым волосам. Даже в горе она была прекрасна. Не знаю, сколько мы так лежали, я забралась к ней на кровать и пристроилась с боку. Я успела задремать рядом с тёплым бочком сестрёнки. Устав реветь и вообще горевать, Янка рывком села на кровати, едва меня не скинула, я же была с краю. Янка задорно тряхнула спутавшимися давно не чёсанными кудряшками, те моментально приняли вид благородных локонов и рассыпались водопадом по её плечам. Ещё подфыркивая, сестрица гневно выпалила:

– Сашка – козёл! Он даже не удосужился позвонить и лично мне сказать! Этот мерзавец отбил мне элементарную эсэмэску!

– И что написал Сашка-козёл в этой эсэмэске? – Не на шутку заинтересовалась я. Я не имею права лезть в личную жизнь сестры, но знать-то я могу обстоятельства этой самой личной жизни?

– Написал, что мы с ним больше не увидимся, – тихо сказала, почти прошептала Янка. Даже в сумерках белой ночи мне было видно, что ей обидно. Парень бросил, и кого бросил – её, умницу и красавицу! Обычно она парнями вертела, как хотела. И вдвойне обидно, что парень бросил Янку не лично, а по телефону, да и-то короткой фразой в виде записки. Наглость неслыханная!

– А с виду таким приличным человеком казался! Я в шоке, – я сделала ещё одну попытку утешить сестрёнку.

– Да уж приличный! Приличные так не поступают! Написал мне коротко и ясно: «между нами всё кончено, мы больше не увидимся». И смайлик грустный, гад поставил, – Янка еле сдерживалась, чтобы не высказаться непечатными грубыми словами. Вдох-выдох, сдержалась. И не мудрено – она же истинная леди!

– С ним всё предельно ясно. А ты что сделала? – спросила я больше для проформы, истинная леди не могла себе позволить ярко проявлять собственные чувства типа, врезать наглецу в морду со всей дури.

– Я снова позвонила ему, а он трубку не взял. Тогда я поехала к нему на квартиру, а там тихо и нет никого. Бабка соседка выглянула на лестничную площадку и заявила, что Сашку увезли родители. А ещё бабка смотрела на меня, как на проститутку. Я невеста, а не проститутка! А она ещё сказала, что шастают тут всякие!

– Маменькин сынок, ёлки-моталки! А с другой стороны, это и хорошо, что так получилось. На кой-ляд тебе этот мямля? – я пыталась рассуждать логично.

– Что ж тут хорошего? – изумилась Янка вполне искренно. – Я осталась одна! Кого я теперь папе с мамой покажу? Кого повезу на знаменитый семейный пикник?

– Ой насмешила! Найдёшь ты ещё себе парня. Вон ты у нас какая красавица, – сказать-то я так сказала, но перед зеркалом я бы сейчас сестрицу не поставила, ни к чему это было сейчас. Сейчас, если по честному, то личико выглядело не совсем свежим, сильно опухшим и красным от слёз, в целом не лучшим образом. Вот отдохнёт, подкрасится, носик припудрит, улыбнётся где-нибудь в общественном месте, только не в туалете разумеется, и за собой точно мужика притащит. Будет очередной обожатель.

– А родителям что скажем? – жалобно пропищала Янка. Всё-таки без меня она мало что способна решить.

– Да скажем, что смотрины жениха переносятся по причине… По какой причине жених не может добраться до родителей невесты? Ага, парень укатил в срочную командировку. Вот пусть там и побудет некоторое время, – закончила я свои умозаключения.

– Я не против командировки, – Янка снова всхлипнула, но быстро успокоилась. Умная девочка.

За открытым окном, продираясь через наглухо задёрнутые шторы, вместе с порывом свежего ночного воздуха совершенно отчётливо долетел перезвон проезжающего мимо трамвая, который отчаянно скрежетал на повороте. Господи, какой трамвай? В нашем заштатном городке отродясь не водились трамваи и наверное, их здесь никогда и не будет. Кто же запустит трамвайную линию в таком маленьком неперспективном городке?

– Янка, ты тоже слышишь звон трамвая? – Я посмотрела на сестру, а та уже десятый сон видела да и уже, наверное, каталась сейчас на том трамвае. Когда-нибудь лет этак через сто под окном этого дома будут пролётывать бесшумные и вовсе не бензиновые аэробусы с весёлыми беззаботными пассажирами внутри. Жаль только, что меня уже не будет на этом свете. Или я буду, но только совсем-совсем дряхлая? Совершенно аморфная и безвольная я еле доплелась до своей постели, пала на неё и тут же уснула, как в омут провалилась.

Следующая рабочая смена была ознаменована грандиознейшим событием. Наконец и мне улыбнулось счастье. Я познакомилась с парнем, и он обратил на меня внимание. Это ценно. Я часто знакомлюсь, место работы знаете ли располагает. Знакомлюсь часто, но меня словно не замечают, словно я какая-то другая. А чем я отличаюсь от остальных девчонок? Да вроде, ничем. Я кажется не совсем уж страшненькая, и поначалу молодые люди на меня смотрят с любопытством, а проходит немного времени, и парни словно начинают неловко себя чувствовать в моём присутствии, даже словно меня опасаться начинают.

В этот день я работала на кассе. Меня заинтересовал покупатель. Время от времени я любила поиграть в гадалку, присмотреться к покупателю и попробовать угадать род занятия человека, его характер, состав его семьи и окружение. Ну это развлекуха у меня была такая, чтобы уж совсем не зарасти мухоморами от однообразной работы. Бывает и у продавца-кассира минутка радости. Меня заинтересовал покупатель, ну сначала не сам покупатель, а поначалу я залюбовалась его руками. Длинные сильные и очень ухоженные кисти рук меня поразили своей подвижностью и гибкостью. Мама бы сказала, что это музыкальные руки. Я бы поставила другой диагноз – руки хирурга. Очень красивые руки и наверное, и хирург с такими потрясающими руками должен быть красавчиком. Я подняла глаза и замерла в предвкушении разоблачения собственной фантазии. Эти руки принадлежали парню и весьма симпатичному парню. Высокий кареглазый с каштановыми волнистыми волосами индивид конкретно привлёк моё внимание. А тут ещё и ямочка на подбородке присутствовала! Словом, всё как я люблю. Я залюбовалась на его волевой подбородок, а парень мне в ответ улыбнулся. Надо же! Ах, какой милашка.

– Михаил, Миша, – неожиданно представился покупатель. Очереди не было, и я могла с ним немного поговорить.

– Лариса, – робко ответила я. Знакомиться я привычная, а вот дальше… Как-то дальше у меня не очень получалось.

– Когда вы заканчиваете работу?

– Ровно в двадцать три ноль-ноль.

– Я вас провожу после смены. Можно? – Карие и очень добрые глаза смотрели вопросительно.

– Можно, – лаконично ответила, а сама несказанно обрадовалась предложению. По ночным дорожкам домой добираться было неприятно и даже жутковато. Я хотела уж было сменить место работы да всё откладывала. Нравилось мне в этом супермаркете – светлый просторный зал, продавцы милые, да и сама обстановка располагала к хорошему настроению. Парень не обманул, ждал меня у выхода и проводил домой. Такой галантный кавалер оказался, всю дорогу развлекал байками. У подъезда, куда он довёл меня не торопясь, парень не напрашивался в гости, взял на прощание за руку и скромно поцеловал меня в ладошку, пообещал проводить на следующий день. Я пребывала в восторге.

И Мишка сдержал слово, проводил меня и в этот раз. И всё было хорошо.

Я подняла голову вверх. Звёзды сияли. Заря ещё догорала, небо ещё светилось тёмно-голубым колером, а у самого горизонта имело цвет спелых ягод малины. Луны не наблюдалось вовсе. Вместо луны высоко-высоко в небе алела яркая и очень красивая звезда. Я уставилась на новое светило. Я, конечно, не астроном, но звёздочка явно не наша. А она ещё и двигалась! Всё это происходило в полной тишине, слышно было только шелест листьев деревьев от движения свежего ночного воздуха. Так вот, в почти полной овеянной мистикой тишине, яркая алая звезда довольно бойко перемещалась по небосклону. А я молча следила за её передвижениями. И вдруг звёздочке надоело сиять у всех на виду. Она мигнула непонятно чем, но всё же мигнула и быстро набрала ещё большую высоту, и устремилась туда куда-то поближе к космосу. И что это было? Самолёт, какой-то очень продвинутый дрон, или неуловимые инопланетяне? Да какая разница! Рядом со мной стоял и любовался созвездиями такой потрясающий парень, что ему инопланетяшки и в подмётки не годятся. А вдруг я за него замуж выйду? Подумала о замужестве и сама испугалась своей прыти.