Ненависть. Цветы моего «я». Часть 1
- -
- 100%
- +
Она шла быстрым шагом, не задерживаясь ни на минуту. Ее длинные волосы развевались на ветру, создавая какой-то особый спецэффект этому моменту. Не помню, когда в последний раз так детально заострял внимание на ком-то из девушек. Наверное, самое яркое похожее воспоминание – девочка из начальной школы, которая училась в параллельном классе. Она многим нравилась, и мне тоже, но это совсем не считается.
– Привет, – сказал я.
– Привет, – Алиса улыбнулась, но, как мне показалось, выглядела растерянно. Она не понимала, что мне от нее нужно. – Куда пойдем?
– Если не возражаешь – на мое место.
– А… что за место?
– Просто небольшое поле. Я хочу тебе кое-что показать. Все нормально, волноваться не о чем.
В тот момент я уже понял, что она оказалась вполне соответствующей своей внешности. И меня удивило, насколько легко Алиса согласилась пойти со мной неизвестно куда. Неужели она подумала, что может мне полностью доверять и быть в безопасности? Ох, если бы я только сам мог себе доверять. Она меня еще совсем не знает.
– Что за спешка? Для чего такая ранняя встреча?
– Наверное, ты считаешь меня странным, но… Хотя да, не буду это отрицать.
– Мне показалось, что ты был зол на меня.
– Зол?
– Да. Когда я врезалась в тебя. Поэтому все сейчас как-то странно. Сама не понимаю, почему я здесь.
– Не заостряй на этом внимание.
– Не заострять? Ладно. А на чем тогда заострять?
– Понимаешь, у меня есть определенные интересы. Я огнестрел люблю. Даже не просто люблю, у меня есть лицензия и дробовик.
– Серьезно?
– Серьезно.
Мы вышли на выгоревший от палящего все лето солнца пустырь.
– Понятно. И что мы здесь будем делать? – спросила она.
– Почему-то я подумал, что могу поделиться с тобой этим увлечением. Может, постреляем?
– Я никогда этого не делала.
– Тогда я начну.
У меня появился шанс стать тем человеком, который впервые покажет ей, что такое оружие, и насколько это может быть классно. Мне не требовалось много времени, чтобы начать стрелять, так как за эти месяцы тренировок я стал чувствовать себя уже как рыба в воде. Да мне и непростительно было бы идти на такое ответственное задание неподготовленным. Меня бы не допустили.
Алиса
Влад надел беруши и дал мне такие же. Звук улицы мгновенно приглушился, и я оказалась словно защищена от излишнего шума. Затем он снял ветровку, зарядил дробовик, прицелился и тут же начал стрелять по мишеням, которые уже были установлены на этом поле. Видимо, он много времени здесь проводит, раз все уже подготовлено для тренировки. Он выглядел серьезным, сосредоточенным, попадал в цели, и все его действия были очень уверенными, резкими и отточенными. Очевидно, это занятие ему действительно приносит огромное удовольствие. Я внимательно смотрела на него. Очень много деталей его внешности мне удалось разглядеть за это время и теперь даже не могу определиться с тем, что же цепляло в нем больше всего: то, как он хмурится, как держится или владеет оружием. Да, наконец в «гляделки» я не проиграла, пусть он и не смотрел на меня в тот момент.
После стрельбы Влад повернулся ко мне и сказал так, словно выбора у меня не было:
– Теперь ты.
– Я что-то как-то… – взволнованно отмахнулась я.
– Не бойся, я помогу, – успокоил он и принялся объяснять, как правильно держать дробовик, как встать и куда целиться. А когда подошел ко мне совсем близко, вдруг спросил: – Какой у тебя рост?
– Сто шестьдесят пять. А что?
– У меня сто восемьдесят семь.
– Это даже больше, чем я думала. Хотелось бы мне быть чуть повыше.
– Да ну. У тебя хороший рост, не заморачивайся, – ответил он.
Я улыбнулась его словам, потому что часто чувствую себя некомфортно рядом с людьми, которые выше меня. А Влад явно выше и намного.
– Меня еще из-за маленького веса ветром иногда сдувает, – добавила я.
– Меня тоже.
Мы неловко посмеялись над этим, и я поймала себя на мысли, что у нас с ним уже начало получаться обмениваться взглядами не так судорожно, как было до этого.
Достаточно продолжительное время я пыталась настроить саму себя. Меня пугала отдача, я боялась самого выстрела, и вообще дробовик был тяжелым для меня. Но в какой-то момент отбросила все навязчивые мысли и решилась. Даже через беруши звук пронзил меня чуть ли не насквозь, а отдача неплохо отбила плечо, поэтому я зажмурилась от неожиданности и даже вскрикнула. Однако, немного вникнув в ситуацию, начала стрелять во все подряд без остановки. Ни в одну мишень я не попала, но меня распирал дикий адреналин, хотелось продолжать и продолжать. А когда патроны закончились, я повернулась к Владу с улыбкой во все свои тридцать два, словно достигла главной цели в своей жизни.
– Это так круто! Почему я раньше не знала, что это настолько… настолько… Спасибо!
Влад
Меня зацепила ее нерешительная решительность. Алиса боялась, но все равно делала. Конечно, мне было приятно во время обучения коснуться ее рук, как бы невзначай, а она доверчиво подчинялась моим словам. В тот момент я почувствовал власть над ней и оружием… Черт, я не должен этого чувствовать. Она не жертва, нельзя всех видеть в одном обличии! Отсюда и проблемы с обществом, у меня какая-то привычка не распознавать в них людей. Но я же не хочу причинить ей вред, не хочу видеть ее так, как остальных. Алиса выглядела хрупкой, но когда взяла в руки дробовик, я разглядел в ней настоящую силу и был рад вызвать такие бешеные эмоции, понимая, что не ошибся, когда привел ее сюда.
Я сел на землю, нервно перекладывая из руки в руку ствол дробовика, и решил хоть с чего-то начать разговор, стараясь подготовить ее. Я хуже, чем она думает. Я способен на ужасные вещи. Но суть в том, что меня это не пугает. Мне хотелось, чтобы она знала: со мной далеко не уйти.
– Я думал, что ты не поддержишь мое увлечение и вообще не захочешь со мной куда-либо идти.
– С чего ты так решил?
– Не знаю. Понимаешь, я должен максимально рассказать о себе, чтобы потом не было разочарований, каких-то надежд.
– Да что такого ужасного ты в себе нашел? Расскажи, я попытаюсь понять.
– Не хочется мне отпугнуть тебя своими загонами, так как ты мне показалась интересной. Проще, конечно, виртуально говорить об этом. В лицо сложновато. Я имею в виду конкретно тебе. Вообще хрен знает, зачем все это говорю.
– Что, все так плохо? – Алиса присела рядом.
– Я сплошное «плохо». Ненавижу праздники и никогда их не отмечаю, людные компании презираю или они меня, тут как посмотреть. А ты наверняка отмечаешь свои дни рождения и любишь повеселиться с друзьями.
– А мы сейчас будем сравнивать нас? Все разные, но что в этом такого?
– Скорее, я сравниваю себя. Я наблюдателен и понимаю, что все это ненормально. К тому же, у меня эмпатия ниже плинтуса и ужасный характер.
– Не знаю, я пока не заметила в тебе ничего ненормального. Может, это зависит от того, с кем ты находишься?
– Не знаю. Я за три года обучения друзей не завел, так как стараюсь не подпускать людей слишком близко. И вообще не привык к длительному общению. Я знаю, что никогда никого у меня не будет. Да и плевать.
– Почему же? Если сейчас что-то не ладится, это не значит, что так будет всегда.
Алиса будто не слышала меня, пыталась спорить, переводить все на оптимистический лад, доказывая обратное.
«Нет! Не нужно из меня делать хорошего, я не такой!» – кричал мой внутренний голос. Почему она отторгает эту информацию? – «Беги от меня, пока не поздно. Пойми, я поступил как самый последний эгоист, позвав тебя сюда. Потому что, несмотря на опасность, все равно последовал своим желаниям!»
Алиса
– Все уже решено, я смирился. И вообще мои мысли стоит скрывать даже от самого себя, все дело в них. Думаю, самое верное решение – вынести свои мозги из дробовика. Было бы чертовски круто заляпать весь пол мозгами и кровью.
Мне внезапно стало не по себе. От одной только картинки, которую тут же нарисовало мое воображение, появилось ощущение тошноты и легкого головокружения, и мне захотелось уйти оттуда. Я неуверенно подняла рюкзак с земли, надела на плечо и только собралась встать, как Влад остановил меня, спешно схватив за руку:
– Подожди. Я напугал тебя? Так и знал, что все испорчу. Дебил.
Я замерла на месте, в то время как Влад спохватился собирать вещи.
– Я уйду сам. Прости, это все изначально было дурацкой идеей.
Мое лицо еще никогда прежде с такой скоростью не меняло выражений, начиная от испуга, заканчивая удивлением.
– Ты чего? – едва отойдя от ступора, спросила я.
Но он молчал, продолжая складывать все в свою сумку.
– Да куда ты собрался? Подожди, я просто…
– Прощай, Алиса, – твердо сказал он, избегая смотреть мне в глаза, и стремительно пошел прочь, а я так и осталась стоять на том же месте, не решаясь сделать шаг ни влево, ни вправо – вообще никуда.
Влад
Так стыдно мне не было ни разу. Я уходил с того проклятого поля, перебарывая желание перейти на бег в срочном порядке. Но вместо этого просто ускорился, чтобы вдобавок ко всему не создать впечатление позорно убегающего труса. Хотя внутри именно так себя и чувствовал. К чему все это было делать? Зачем пытаться изменить свою ничтожную жизнь на ее закате? Все, успокойся, идиота кусок. Это не для тебя.
Алиса
Я ничего не поняла. Что произошло? Что было дурацкой идеей? Может, я повела себя слишком резко? Нет, а что мне нужно было делать, услышав его слова? Похвалить? Поддержать? Да глупости все это. Он меня не знает, как и я его. С чего вообще решил, что мне можно говорить такие вещи? А с чего решила я, что надо идти с ним непонятно куда, прогуливая пары?
Целый поток вопросов атаковал мою голову, не давая возможности ответить самой себе хотя бы на один из них. Пожалуй, подобного со мной еще не приключалось, и это заставляло без остановки думать и думать о произошедшем. Наша встреча оказалась такой быстротечной, что я пропустила всего лишь одну пару, так что в своей задумчивости в конце концов отправилась на учебу.
Однако даже это не смогло меня отвлечь. Влад оставил слишком неоднозначный отпечаток в моей памяти. Я даже не могла найти никаких объяснений нашему странному знакомству. Такое ощущение, будто это я его вытащила с утра пораньше черт знает куда и зачем, поэтому он так резко решил покинуть место встречи. Но нет, это было его желанием.
«Мои мысли стоит скрывать даже от самого себя». Что бы это значило?..
Больше я не надеялась на то, что когда-нибудь еще увижу Влада, однако его уход сыграл со мной злую шутку. Целый день я только и думала о его странных словах и о том, что он не успел мне сказать. А ведь хотел… Но почему мне?
И в итоге решилась написать первой.
Глава 4
Влад
Не могу поверить, что позволил себе так облажаться. Теперь на этом свете стало на одного презирающего меня человека больше. На фиг, удалю свою страничку, чтобы даже не было соблазна повторить свой позорный номер еще перед кем-нибудь. И чтобы эта девушка забыла о моем существовании. Будем считать, что ей приснился глупый кошмар. И мне заодно.
Но я не успел завершить свой гениальный план. Стоило только открыть приложение, как прилетело сообщение. От Алисы. Моего ответа ей пришлось ждать достаточно долго. Ровно столько, сколько я бил себя по рукам со словами: «Не вздумай!» И как всегда поступил иначе.
– Один-один.
– ?
– Я попыталась уйти, а ты ушел.
– Прости, что потревожил. Больше это не повторится.
– Да в чем дело-то? Все ведь было… неплохо.
– Все в порядке. Алис, одна просьба: давай просто забудем и все.
– Ну уж нет. Я как минимум хочу объяснений. Ты ведь сам позвал меня. И вообще-то я прогуляла из-за тебя пару.
– Поверь, это меньшее, что могло из-за меня произойти.
– Прекращай. Ты хотел поговорить о чем-то, да?
– Ты ошибаешься.
– Ладно, пусть так.
И как она раскусила меня за такой короткий срок? Неужели у меня на лице написано все? Но я ведь и правда хотел поговорить. Уже практически подвел к главному…
– Подожди. Я соврал. Действительно, на встречу с тобой я пришел, чтобы просто поговорить. И струсил.
– Почему?
– В какой-то момент показалось, что это плохая затея.
– Плохая затея – уходить со встречи, которую сам же и назначил.
– Согласен. Тогда, может, позволишь мне исправиться? Завтра.
– Может быть. Но только после пар.
– Идет.
Алиса
На следующий день мы все-таки дали второй шанс нашему странному знакомству. Влад ждал меня на заднем дворе универа с уже менее решительным видом. Очевидно, ему неловко после вчерашнего. Да и я не знаю, как вести себя, чтобы снова все не испортить.
– Давай пройдемся? – предложил он.
– Давай, – согласилась я, и мы медленно направились в сторону пляжа. – По поводу вчерашнего…
– Прости меня. Иногда мне стоит быть сдержаннее.
– Знаешь, мне тоже, – приободрилась я. – Порой я слишком впечатлительная.
– Ты не понимаешь… Это только цветы моего «я». Но стрельба помогает справиться.
– С чем?
– Знала бы ты, как я все ненавижу.
После этой фразы его лицо резко изменилось, наполнилось отчаянием, будто внутри него что-то рухнуло. И тут я поняла, что Влад не тот, за кого пытается себя выдать. Он совсем не похож на тех, кого я знаю или знала раньше. Теперь мне стало интересно выслушать его до конца. Ведь что-то же его заставило сделать шаг на эту встречу.
Влад
Я понял, что перегнул палку со своими рассказами, фантазиями и внушением в ее голову о своей ничтожности. В конце концов, Алиса – единственный человек, который не согласился с этим. Я совсем забыл, что она другая… нормальная. Нельзя так с ней. Не умею я общаться с людьми, мне сложно контролировать правильность своих слов, ведь с собой в голове я говорю обо всем, и это уничтожает меня как человека. Если бы от меня стал убегать кто-то другой, я бы даже не обернулся.
И с этого момента мне захотелось, чтобы она выслушала меня. Зачем? Понятия не имею. Тянуло меня говорить с ней.
– Так ты расскажешь мне?
– На самом деле моя история длинная и, возможно, тебе вовсе не интересная. И я не знаю, с чего начать.
– Я никуда не спешу. Расскажи, что считаешь нужным. Ну, кроме той… мерзости.
– Ладно, – коротко улыбнулся я и, сосредоточившись, начал свой рассказ. – Раньше я не был таким закрытым, как сейчас, хотя никогда особо не умел находить общий язык с людьми. С одноклассниками еще ладно, даже дружил с некоторыми, но с одногруппниками – нет, у нас во всем разные интересы. Мне всегда нравилось то, что другим не нравится и отпугивает. Спустя некоторое время я понял, что не будет у меня такого человека, который разделит со мной все и не скажет, что я придурок. В итоге сложилось так, что я привык быть один, и теперь мне на них плевать. На всех. Мать еще… Она запрещала мне веселиться, видеться с друзьями, в нашем доме уже давно нет таких понятий как праздник и радость. К этому тоже привыкаешь со временем.
– А почему она запрещала?
– Сектанты думают иначе. У них свои правила.
– Сектанты? Твоя мама…
– Да. И с отцом общаемся редко – родители в разводе давно. Он бухает постоянно, с ним и не поговоришь особо. А начав играть в компьютерные игры, в основном они были связаны с оружием, я увлекся. Потом решил воплотить этот интерес в жизнь. И все равно никакого смысла не появилось. Зачем вообще жить?
– Просто потому, что тебе дана возможность стать тем, кем ты хочешь. Да, за это нужно бороться, иногда даже кажется, что невозможно, но в этом и состоит жизнь – достигнуть ее смысла, целей.
– Да отстой этот мир. Плюсы не перекрывают минусы. Все придумано до нас. Так, как думаю я, уже кто-то думал.
Не спеша мы добрели до пляжа. Там стояла одинокая старая скамейка с видом на море, слегка заросшая сухой травой. Только сейчас я обратил внимание, насколько это место умиротворенное. Казалось, здесь никто не способен потревожить нас. Мы сели, и Алиса продолжила:
– Мне кажется, ты слишком загоняешься. Тебе нужно развеяться, нельзя столько копаться в себе, это сведет с ума. Возможно, уже свело.
– Так и есть. Жизнь идет совсем не так, как хочется. И никому не интересно вообще, что я чувствую, что хочу, что мне нравится, а что нет. Поэтому занимаюсь стрельбой.
– В смысле?
– Я представляю вместо мишеней лица людей, которые меня бесят. Тогда на какое-то время мне становится легче, – немного подумав, я добавил: – Ты, наверное, думаешь, что я псих какой-то. Но я не намерен тебя пугать или причинять вред, просто отвык от общения и разучился это делать с нормальными людьми.
– Я думаю, что тебе просто одиноко.
– Это не так.
– И ты не хочешь это признавать. Давно ты не говорил никому о своих переживаниях?
– Никогда. Всем нравится, когда человек с хорошим настроением и не загоняется по всякой фигне, а я явно не подхожу под эти стандарты.
– Зачем тебе подходить под чьи-то стандарты? Будь просто собой. А вдруг это не ты им не подходишь, а они тебе? И мне кажется, все, что ты говоришь, – это не ты. Я имею в виду, что ты просто прячешься за маской безразличного и черствого человека, словно это защитная реакция на мир, в котором ты разочаровался. Но нельзя все копить в себе. Видишь же, к чему это приводит.
– Кому интересно слушать мой бред? Даже ты хотела уйти.
– Пойми, я никогда прежде не сталкивалась ни с кем похожим на тебя. Но я хочу попробовать понять, если ты позволишь. Мне даже интересно.
– Интересно?
– Ага. Психологические замашки, не обращай внимания.
Я поверил. И стало немного легче оттого, что мне удалось удержать Алису, что сейчас она находится рядом со мной, мы говорим, меня впервые понимают и не упрекают в том, что я какой-то не такой. Мне безумно не хватало подобного общения, она права. Хоть бы не стать зависимым от этого, ведь у всего есть свойство заканчиваться. Кто может это знать лучше, чем я?
Весьма продолжительное время мы разговаривали. Впервые я почувствовал настоящий интерес в свою сторону. Это очень необычное и новое ощущение, к которому можно быстро привыкнуть, но делать этого никак нельзя. Алиса лишь изредка отводила от меня взгляд, а я испытывал смущение, ведь в последний раз так контактировал с кем-либо еще в прошлой жизни. Теперь во мне целая тонна загонов, комплексов и сомнений. Они не дают расслабиться.
Алиса
Мы проговорили до самого вечера, обошли вдоль и поперек весь пляж в нашем районе, и ни одному из нас не хотелось никуда сбежать. Влад больше не употреблял пугающих фраз, а я старалась сосредоточиться на его словах, чтобы лучше узнать и понять этого непростого человека. Разошлись мы тоже мирно. Он проводил меня до подъезда, пообещав, что обязательно еще увидимся в какой-нибудь из выходных дней. И, как ни странно, я ждала.
Обычно мы с Энн делимся друг с другом каждой мелочью, каждым происшествием, но за эти два дня я ни словом не обмолвилась на тему Влада. Внутри сидело нечто странное: дикое желание рассказать о наших встречах, но при этом не хотелось позволять узнать ни единой душе. И на этот раз я сдержалась.
В воскресенье, когда наконец не надо было никуда вставать рано утром, я позволила себе пролежать до десяти. Это оказалось самым сладким чувством за последнюю неделю. Жаль только, что пролетают выходные слишком быстро, потому что сначала ты тратишь время на то, чтобы выспаться, затем на домашние дела. Кому-то повезло жить до сих пор с родителями, ведь им не приходится думать о том, что приготовить на обед, держать в голове даты подачи показаний воды, оплаты коммунальных услуг. И самое для меня мучительное – уборка. Эта зараза может отнимать даже два выходных дня, а ведь домашнее задание никто не отменял. Хорошо, что вчера я расправилась хотя бы с ним. На одну головную боль меньше. В такие моменты я еще больше скучаю по маме с папой.
С лохматым пучком на голове, ползая на коленках в попытках вымыть пол под кроватью, я услышала, как телефон о чем-то оповестил меня.
«Привет. Какие планы на остаток дня? Может, увидимся?»
Влад
Практически каждые выходные я помогаю матери по дому. Только сначала жду, когда она сыграет в утреннюю лотерею. Без конца покупает билеты, ждет передачи по телевизору и надеется, что ей перепадет хоть что-то. Неужели в это вообще кто-то верит? Лохотрон и выкачка денег с доверчивых дурачков. Однако я часто попадаю под раздачу, так что иногда за компанию сажусь перед экраном зачеркивать числа в клеточках. Проще сделать это и через пять минут забыть, чем потом всю неделю до следующей игры выслушивать причитания, какой я не такой сын.
Ну, а после этого мы идем на рынок за продуктами. Дома мать готовит, а я занимаюсь уборкой под ее нескончаемый бубнеж о том, что от меня никакой помощи. Я на это уже не обращаю внимания, потому что знаю, что больше ей сорваться не на ком. Молча слушаю, вернее, молча стараюсь пропускать мимо ушей, иначе можно сойти с ума. Это вошло уже в нашу семейную привычку, по-другому и не бывает, ведь мать целыми днями пропадает на работе, устает, а больше мы никому не сдались. Чертово существование меня достало. А сегодня вечером еще и с кураторами встреча назначена. Так я называю тех двоих, что контролируют меня до сделки. Они периодически приезжают, чтобы проконтролировать мои дела. И подобные планы я всегда строго держу в голове.
Но сегодня первой мыслью после пробуждения было написать Алисе. Только я постеснялся это делать с утра. Наверняка у нее полно дел помимо никчемных прогулок с каким-то непонятным типом. И я набрался терпения, чтобы дождаться хотя бы полудня.
Наконец написал. Она согласилась встретиться через пару часов. Для меня это оказалось лучшей новостью из всех, что я мог получить в свой выходной день. И единственным поводом для улыбки среди всего, что меня окружает уже на протяжении восемнадцати лет. Вот тут-то я и насторожился.
Мы встретились там же, где и расстались в пятницу – у ее подъезда. Алиса выглядела как-то по-особенному, вероятно, из-за естественного румянца на щеках. Она улыбнулась и день для меня будто только-только начался. Мы снова отправились на море неспешным шагом, хоть я и привык передвигаться максимально быстро.
– Сегодня прохладно, да? – поежившись от ветра, спросила Алиса, когда мы сидели на скамейке.
– Есть немного.
– Тебе не холодно в ветровке? Продувает ведь насквозь.
– Нет, нет. Мне нормально, – преодолевая внутреннюю дрожь, ответил я. Да, сегодня и правда ветер поднялся мерзкий, в прошлый раз такого не было. Но если я признаю, что погода совсем неподходящая для нашей прогулки, нам придется вскоре разойтись. А я не хочу. – Замерзла?
– Ты обманываешь меня. Так что мне тоже не холодно, – улыбнувшись, ответила Алиса и устремила взгляд куда-то вдаль.
Внезапно между нами возникла пауза, но не оттого, что больше нечего было сказать, а оттого, что просто комфортно помолчать вместе, пусть и погода всеми силами пыталась разогнать нас по домам. Меня буквально разрывало на части от мыслей в голове, но вдруг ощутил, как что-то защекотало мое лицо. Это все оказались проделки ветра, что разбрасывал в воздухе волосы Алисы, которые с легкостью добрались до меня, ведь между нами было совсем небольшое расстояние. И я позволил себе дотронуться до нее, уже не делая вид, что это случайно. Одними только пальцами, едва оставляя след на ее коже, я заправил волосы за ухо, чтобы они не скрывали ее идеальный профиль.
– Вот так, – почти справился я с ее прядями и даже нисколько не задумывался о том, что ей может это не понравиться. Все случилось спонтанно. Но Алиса замерла, позволяя мне закончить начатое. Черт, что происходит? Не могу остановить себя находить в ней плюсы, которые однозначно помешают мне. Так нельзя, уже слишком поздно.
Она вдруг резко встала со скамейки, разрушая тишину, в которой мы находились уже несколько минут.
– Говоришь, ненавидишь праздники и компании?
– А что?
– Моя компания тебя устроит?
– Ты о чем?
– Пойдем со мной.
– Куда?
– Моя очередь показывать свою территорию. Я замерзла, ты тоже. А мы, вероятно, не закончили разговор. Я приглашаю тебя к себе.
– Даже не знаю.
– Брось, в этом нет ничего плохого. Все ходят друг к другу в гости.