Любовь вопреки законам

Глава 7

Мейсон, совсем молодой парнишка, смуглокожий, с черными как воронье крыло волосами, сильным телосложением и ровной спиной, удалялся от прибрежного ресторана, ускоряя шаг и вскорости, перешел на бег. Несясь со всей мощи по степи, возвышающейся над морем, затаив дыхание и, остановившись на краю обрыва, широко расставив руки, прикрыв глаза, поднял голову вверх. Сердцебиение успокаивалось, а вместе с ним и его пульсирующий разум. Его руки, как крылья огромной птицы, так и балансировали, держа тело на самом краю.

– И что мне теперь делать? – подумал он, затем тихо повторил и уже крикнул, во всю мощи голоса. – Что? – Повернул голову к багровому закату, повторил вопрос ему и, опустив руки, прислушался к себе. Небо словно залилось кровью, переполняющей его сердце. Оно, сердце, все еще рвалось наружу, но в голове, его второе «я», уже твердило свою старую песню, непонятную даже ему.

****

Ев вскрикнула и так вцепилась руками в сестру, что та «Ойкнула», а на коже появились следы от ногтей.

– Девочки! – встревожился Жан. – Что с вами происходит?

– Съездим-ка к детям! – ответила за них Виен. – Нечто кружится над нами, а я не могу уловить что конкретно.

– Так в чем дело? – Жан даже приподнял брови в удивление, растерянным лицам женщин. – Тем более что уже и время решить, кто остается ночевать, а кто домой отправится.

– А можно я подожду вас здесь? – как-то неуверенно спросила Ев, пересиливая тошноту и головокружение. – Только Дэна позовите.

Родители кивнули и вышли.

– Волки! – Едва закрылась дверь, сказала Ев сестре.

– Что волки? У нас на угодьях проблемы? – Не поняла Вел.

– Нет! Помнишь, у меня такое уже было. Давно, когда тот мальчик, ну как его…, Ларсен, любовью страдал…

– Хочешь сказать, что оборотни идут сюда?

– Сомневаюсь. Вижу их бег, сама не сразу поняла, кто это такие. Может у них там что-то случилось и им нужна помощь?

– Кому нужна помощь? – спросил, войдя Дэн, услышав лишь ее последние слова.

– У Ев опять было видение. А где Эд?

– Поехал с родителями. Я как-то тоже хотел глянуть на компанию, но вы позвали. А ему повезло, соблазнит там парочку красавиц.

– Давно пора! – бросила спокойно Вел и отошла, потирая руку, оцарапанную сестрой. Дэн занял ее место, присев на краешек подлокотника кресла, на котором разместилась жена, обнял ее голову и прижал к себе:

– Значит опять. Ты хоть сейчас поняла, что это было?

– Поняла, но боюсь, вам с Эдом, не очень понравится. – вздохнула. Муж же, поддерживая, погладил плечо, улыбаясь собственным мыслям. Ев, радуясь, что не смотрит ему в глаза, почти шепотом продолжила: – Я вижу оборотней. Может позвонить и узнать, не случилось ли чего?

– Это не мне, а Жану надо было сказать. И потом, мы не будем звонить, есть некие договоренности, они сообщат сами, если что. – отнесся спокойно, но веселость всю, как рукой сняло. Поднялся, отошел к окну: – А Эду не стоит вообще говорить.

– Но они же нам помогали! – не сдержалась Вел, напомнила.

– Ага! Или вину заглаживали. Я скажу отцу, он сам решит, как лучше.

****

Эд сидел за рулем и косился на Виен, та опять выставила левое ухо немного вперед, прищурив глаза.

– Что уже стряслось? – не удержался, прервал затянувшееся молчание. – Чего решили так срочно нестись к молодежи?

– Ничего не стряслось, просто я хочу поближе послушать, у кого на душе не спокойно. Но это не наши печалятся, так что не волнуйся. – Подъехав, Виен взяла под руку мужа, пошла ко входу ресторана, а Эд облокотился на крыло авто, прикусил сорванную травинку и впился взглядом в мелькающие за стеклом силуэты, угадывая настроение.

– О! Наши родители! – закричала веселая Ния, не уточняя, кто есть кто. Славки подлетели за ней. Все были раскрасневшиеся, довольные и полные сил еще тусить не один час. Гости повернулись, на их голоса и поздоровались, кивком, но подходить не стали.

Женщина была хороша, но мужчина привлек их больше. Это не мудрено – парней то, почти не было.

– Если это отец Нйки, то какой же у нее должен быть муж? – Сказала одна из девиц, кивая на Жана. – Теперь-то понятно, почему она от всех нос ворочает!

– Да ладно, просто клевый мужчина. – Ответил ей кто-то, Виен не поняла, кто именно и отключилась от девичьих пересудов, принялась искать предмет всеобщей тревоги.

– Добрый вечер всем! – сказал Жан. – Как настроение?

– Отлично! – Закричали многие.

– Не в наших правилах напоминать, но время к ночи. Хотим уточнить, вас сегодня никто не ждет? Домой когда собираетесь?

– А можно утром? – посыпалось со всех сторон.

– Можно, если вы оповестили родителей, или перезвоните им сейчас и предупредите. – Виен слегка сжала его руку, прося не переусердствовать и Жан, смутившись, поспешил добавить: – Гуляйте, мы не будем вам мешать. Девочки! – позвал внучек. – На пять сек!

Троица, кивнув гостям, последовала за ними. Увидев отца, Влада, мгновенно подлетела к нему, и прижалась. Мира была более сдержанна, но тоже подошла, взяла за локоть. Эд обнял Владку, чмокнул остальных и уточнял, как им тут празднуется, не надо ли чего еще. В окна их изучали, он заметил, но изменять положение не стал, прекрасно догадываясь, о чем все подумают. Наверное, это и к лучшему, решил он, и губы его тронула улыбка.

– Вы только посмотрите! – сказала все та же девушка, более глазастая. – К Владке принц приехал.

– Ух, ты! – заворковали многие. – Наверное, артист! Вот это мен! А кольца на пальчике никто не заметил? Может он муж ее, вон как по-родственному обнимает, не стесняясь родаков! Да что стесняться, они-то взрослые, учатся заграницей! – Пересуды полились с быстротой воды в реке. А Жан тем временем, отпустив руку Виен, подошел к Михаилу, уточнить, что да как тут.

Со стороны берега шел Мэйсон. Остановился, стараясь быть не замеченным. Казалось бы, одна из трех отпала, он должен был бы обрадоваться, но его почему-то всего скрутило, а в голове появился непонятный, злорадный шепот. Он опять побежал к воде, сбросил с себя все вещи и прыгнул прямо с обрыва. Остыл, в еще холодной воде, и уже спокойно пошел наверх.

– Как гуляется? – спросил девчонок Эд.

– Нормально! – Не выскальзывая из объятий отца, ответила Владка. – Хотя мы бы уже сбежали, но…, сам понимаешь.

– Я, если честно, тоже. – ответила Ния. – Не думала, что они все такие напряжные.

– Так мальчишек надо было приглашать, что же ты девчонок собрала? – улыбался Эд.

– Ай, мальчишек там хватает. Только все несуразные какие-то, слова сказать боятся, только пьют, да курить бегают.

– Эх, переборчивые вы у нас! – Радуясь в душе, заявил Эд.

– Ох, и хитрите вы, внучки! – присоединилась к ним Виен. – Один, я точно знаю, сохнет от страданий.

– А! Это Мэйсон! – Ответила Агния и, подняв воротничок, стала хвастаться подарком. – Смотрите что подарил!

– С назначением! – оценил Эд. – Не хиленький подарок. И он тебе не нравится?

– Фифти-фифти! – покрутила кистью Агния. – Не могу сказать, что плох, но глубоких чувств не испытываю. Да он вообще смылся куда-то.

Эд засмеялся, Виен молча стояла чуть поодаль.

– Девочки! – не успев даже подойти, начал Жан. – Почти ночь. Поймите только правильно. Я пришлю охрану, пусть присмотрят, чтобы чужие к вам не сунулись. Степь кругом, да и трасса.

– Как скажешь, дедуленька! Я бы уже закончила все это, но не выгонять же. – Промурлыкала Ния, сузив глазки.

– Пляшите, хоть всю ночь, охрану никто не заметит. Ну, бегите, мы на связи. – он обнял каждую, Эд так же. Владка задержалась, говоря отцу, что тот сделал фурор своим появление. Он щелкнул ее по носу и умчался, увозя родителей домой.

– Это кто тебя обнимал? – Налетели на нее, как только сестрички вошли в ресторан.

– Успокойтесь! Родственник. Но планы не стройте, занят! – Ния тем временем искала Мейсона, ее начала мучить совесть. – Кого ищешь? – Отбившись от подруг, спросила Влада.

– Его! Как-то не по-человечески получается.

– Так позови! Видно, прячется. Или позвони.

– Я что, номер знаю?!

– Люди! – крикнула Мира и рукой махнула, прося на время убрать музыку. – Кто видел Мэйсона?

– Да он ушел, давно!

– А номер, у кого есть номер его телефона?

– У меня, а что? – Спросил парень, сидя в обнимку с девушкой.

– Давай! Что, что? Свататься буду! – Мира скорчила гримасу, фигея от вопроса.

Мэйсон добрел к своим вещам, влез в штаны, оглянулся, ища рубашку. В кармане задребезжал мобильный, но он не реагировал на него. Звонок был настойчив. Взял трубочку, сердито бросая:

– Слушаю!

«Это я, Агния! – голосок девушки задрожал, она никак не ожидала такого тона. – Ты где пропал?»

– Ага! Ты? – подпрыгнул от удивления. – Как?

«Что как? – успокоилась, поняв, что он просто не знал ее номера. – Номер нашла? Не скажу, что молча, но и интерпол не подключала. Иди сюда и быстро. Мы за стол садимся, тортик и все такое».

– Не ем я, тортики.

«Так я ем! И не спрашиваю, хочется тебе или нет. Ты ко мне приехал, вот и иди сюда! Мы со Славками, с тобой поболтать, да выпить немного хотим. Не мори нас голодом. – Она все свободней и свободней говорила, как с хорошим, давним другом. Она вдруг поняла, обидела парня своим невниманием, а ведь могла же просто общаться, он новенький, ему тяжело. – Все, дуй к нам.»

– Я, это, искупался. Мокрый весь.

«Высушим! – услышал он в трубку сразу троих, и они отключились. Настроение улучшилось. Он расправил плечи:

– И чего это я?! Зовут же! – побежал в их сторону, подавляя опять рвущейся наружу внутренний голос.

****

Виен уселась на заднее сидение, открыла окно и, повесив руку на верхнюю ручку, ушла в свои мысли. Молчаливо ехала, молча поднималась к себе.

– Как там? – спросили дочери, едва она ступила на верхнюю ступеньку второго этажа.

– А? Нормально! Праздновать будут до утра. Жан послал охрану.

– А где мужики? – Спросил, появившись за спинами Дэн.

– Внизу, болтают с ИВ.

Дэн кивнул и исчез.

– Мам, не томи! – теребила ее Вел.

– А ты молоко? – слегка скривилась, но усмешки не получилось, да и дочери не отводили от нее пытливого взгляда, проигнорировав реплику. – Что интересует?

– Ты же слышишь нечто особенное, мы видим.

– Намекаешь, у меня уши торчком? – Виен снова отошла от темы.

– Девочек касается? – конкретней спросила Вел.

– Нет, не девочек. И опасности – никакой!

– Вот и мне так кажется! Кто-то посторонний просит нашей помощи. – Ев, испытала некое облегчение и нашла своим видениям объяснение.

– Поживем, увидим! – ответила Виен и сбросила таинственность с лица, более-менее поняв, что это были за стоны «души», доносившиеся к ней.

Постепенно все улеглось и затихло. Ев больше не посещали картинки и она, дождавшись фейерверка, улеглась спать, не ожидая прихода дочери. Девочки вернулись под утро, спали настолько крепко, что даже не вышли проводить друзей. А те, довольные, умчались к полудню, говоря спасибо провожающему их Жану и все поглядывая на хозяйский дом, в надежде увидеть того загадочного парня, что взбудоражил их девичье любопытство. Машина его стояла на виду, но, как ни тянули они свой отъезд, а он так и не появился.

А вечером того же дня и Виен засобиралась в дорогу.

– Вы в город с Нией поедете? – Евгения грустно сидела в комнате родителей уже минут десять и не знала, исчерпав все запасы, какие еще наставления произнести.

– Конечно, не бросим, в такой-то момент. – Виен улыбаясь, поглядывала на нее. – А вы подтягивайтесь, к выпускному.

– Но как? – В недоумении воскликнула Ев и подняла брови.

– Что «как»? Молча! Родители вы или нет! Ев, Жан в курсе, мы проверили, из ваших знакомых там никого не будет. Посидите тихонько в зале. Все как у Славок. Жан нашел замену всей обслуге в вашем доме, да и много чего еще предусмотрел.

И Ев радостная, как будто получила самый сокровенный подарок, носилась по дому, откровенно ликуя, даже укусила в плечо мужа, чем рассмешила всех присутствующих.

Глава 8

Максим, сын друзей, которого все ждали с нетерпением не приехал на день рождение Агнии, а она этого даже не заметила. Но уже на следующий день, получив поздравление по всем сетям и огромную посылку от его родителей, поняла – не хватает ей этого занудного, довольно крепенького, маленького, ей по ухо, ботаника! Ей его действительно не хватало – забавного братишки, с миленьким личиком, как у девчонки. С кем еще она могла чудить, всю свою жизнь, выдумывая не девичьи проказы. Этого кареглазого, с длинным чубом, цвета соломы, постоянно свисающего на глаза. С ним одним она могла подраться, лазать по деревьям и гонять соседских голубей. Состроить перед хозяином невинную мордочку, а он, как истинный джентльмен, отдувался всегда и всюду, за двоих. Славки-то, давно стали «барышнями», а он, наивно спрашивая: «Может не надо?», шел за ней как агнец на заклад.

Проснувшись следующим утром, уже в городском доме, перечитала все его письма и, достав мобильный, нажала кнопку его номера.

«Ния! – услышала она его голос, полный радости, с первым вызовом. – Привет!»

– Не здороваюсь, не радуюсь, не общаюсь с предателями!

«Агния, я не смог». – коротко сообщил парень

– Не понимаю…

«Как отметила?» – Он смеялся, прекрасно зная, что она не сердится, что играет с ним в молчанку.

– Не скажу!

«Неужели так обиделась, что и не похвастаешься?»

– Нет!

«И никогда не простишь?»

– Нет!

«А как загладить?»

– Нет, ну, что это такое?! Я что, всю жизнь буду тебя носом тыкать? Как щенка?

«Если тебе это доставит удовольствие…. – Макс так безумно радовался, что готов был слушать ее ворчание еще не один час. – А главное. Услышать от тебя: „всю жизнь“ – это уже многого стоит».

– Не начинай! – Агния остыла к нему так же быстро, как и поняла, что соскучилась. – Я подумаю о твоем прощении, если ты приедешь на выпускной.

«Приеду, обязательно приеду. Я пропущу свой, но буду обязательно!»

– Стоп! Ты же должен был закончить в прошлом году.

«Забыла, как всегда. – с грустью в голосе сказал парень. – Первое – это ты скачешь вперед. Мы школу с тобой закончили вместе. Второе – я перевелся! Третье – год интернатуры.»

– Не загружай меня лишней информацией. Увидимся – поболтаем. Это я тебе звоню. А пока – не простила, не скучала, не жду!

«Тогда обязательно приеду!»

Агния отключилась и бросила телефон под подушку. Удобно разместившись в кровати, задумалась:

– Максим и Мэйсон! Ни к одному из них у меня нет крепких чувств. Да, у меня не екает сердце! Я не влюблена. Не влюблена… Ну и ладно, еще есть время… Ой! А времени у меня… – Ее глаза прищурились, сквозь реснички пробивался свет и расплывался радугой. – Да, уж, появился первый положительный момент. Но с другой стороны – это может и не сработать. Отец же сам сказал, не всем дано. Так, Агния! Не морочь себе голову, будет что будет. Весна на исходе, двадцать лет, пора влюбится! И так, Мэйсон или Макс. Оба влюблены – я нет. Макс – словно брат мне, вместе выросли. Сон – влюблен. Но странный он какой-то. – Ния резко села, взъерошила волосы. – Брат! Так вот что имел в виду дедуля, говоря, что Макс мне брат. А я и забыла, правила! Надо хоть взглянуть. А знает ли Макс? И что это за фигня получается? Все всё знают, но молчат! Мне это не нравится. Да, мне это совсем не нравится! – Она потопала в ванную, чистя зубы, рассматривала себя в зеркало. – Значит так – ДИПЛОМ. Защита пройдет, вот тогда и займусь этой ВЕЧНОСТЬЮ, серьезно!

Максим. Старше Агнии на год с хвостиком. Он практически вырос с девочками Гаев. Родители дружили, семьями. Но это не главное. Важнейшим было то, что они были из одного рода. Того самого Рода бессмертных, который теряется среди человечества, стараясь быть не замеченным, будто хамелеоны. Вынужденные исчезать из поля зрения соседей, не иметь друзей и избегать многих доступных вещей обычного человека.

Казалось бы, еще совсем недавно, Максимка отметил свое двадцатилетие и услышал «приговор» из уст отчима, Влада, заменившего ему отца полностью. Прежде чем проявлять какие-либо эмоции, он сел и как полагается будущему врачу, изучил все законы, досконально и сразу же заявил, что хочет покинуть страну. Влад, не без удовольствия, перевел его обучение в свой вуз, где преподавал хирургию. Максим был сыном его жены, но он любил этого мальчика, теперь уже юного мужчину, ответственного, рассудительного, и видел в нем врача, врача с большой буквы. А Оля, мать Макса, просто обрадовалась решению сына. Неразделенная любовь Максима к Агнии, ее просто убивала. Как она не старалась, но поделать ничего не могла, как и помочь ему, однажды и безоговорочно, приняв условия мужа. Любовь ее мальчика была болезнью, которая постепенно, стала добавлять холодок в отношения с Ев и Вел. Они категорически отказывались вмешиваться, они даже не хотели об этом говорить, всего лишь раз высказав свое мнение: «дети взрослые, сами разберутся.» Был такой момент, в ее женской слабости, когда она бросилась к мужу, попросила помочь сыну, но и тот тоже отнесся к этому спокойно, говоря – в правилах есть не только пункты, которые они обязаны все, без исключения соблюдать, но и подпункты. Тогда Оля вспылила, долго высказывалась о его нелюбви к сыну, а в заключение заявила:

– И не думай даже говорить ему, а уж указывать, тем более! – Влад промолчал, лишь вздыхая ее не совсем здоровой фантазии, а она, немного остыв, добавила: – Пусть переболеет. Агния никогда не полюбит Макса. И вообще, они не пара! – Влад пожал плечами, но спорить не стал. Оля же прекратила названивать подругам, считая их виновными в этом.

Вот так Максим уже год прожил в Швейцарии, погрузился в учебу с головой и держал данное отчиму слово, не заговаривал с девочками Гаев о тайне Рода, не опережая события. Мечтая о Нии и боясь встречи с ней. Да, он боялся, снова услышать из ее уст: «братишка», на свое признание в любви. Опасался, что она уже знает о его принадлежности к роду и отстранится от него вообще. И так каждый день, список его предосторожности рос, а он и пальцем не шевелил, чтобы сдвинуть хоть что-то в их с ней отношениях.

Сегодняшний ее звонок вселил маленькую надежду. Он сиял как медный пятак, идя быстрым шагом к родителям, и открыв дверь, без вступления, заявил:

– Я еду к Агнии.

– Хорошо. – спокойно ответил Влад.

– Зачем? – воскликнула Ольга.

– Как это зачем? – повернули головы к ней оба мужчины.

– Ехать зачем, что он там не видел?

– У нее выпускной! – воскликнул Маск: – Агния звонила, пригласила. Между прочим, она обиделась, что я не приехал ко дню рождения.

– Ну, конечно, как это я не догадалась! Агния позвонила! Почему ты у меня такой подкаблучник?! Она крутит тобой, а ты бегаешь за ней хвостиком! О себе подумал бы.

– Мам, вот что ты такое говоришь? Кто мной крутит, за кем я бегаю? Да, я люблю Нийку, и ты это прекрасно знаешь. На нее ты взъелась за что? Она тут причем? Я и Славок люблю, отчего ты к ним не ревнуешь?

– Я ревную, я?! Ты ничего не попутал? Максим, я твоя мать и имею права высказаться.

– Да, ты моя мать, но это ревность, эгоистичная, материнская ревность. А что касаемо Агнии, то я поеду…

– Не поедешь!

– Поедет! – вмешался в их разговор Влад. – И Максим прав, он сам должен разобраться в своих чувствах и отношения. Взрослый! Не испепеляй меня взглядом. Мы едем все! Десять лет дома не были, пора в отпуск. И тебе не мешало бы, с подругами встретиться. Сидишь тут, на мыльных сериалах, жизни нормальной не видишь. Все, едем! Я сказал. Возможно, там останемся, надолго.

– Как это – надолго? – удивилась Оля, притихшая от всплеска категоричности мужа и сплоченности ее мужчин.

– Там видно будет, лето точно проведем на родине.

Максим лишь с облегчением вздохнул, может встреча будет более теплой, чем последнее прощание. Тогда он так и не смог ей ничего сказать, серьезно. А она, ленно махнула рукой, и ему показалось, что она устала от общения с ним. Но звонок, ее звонок, перевернул в нем все.

****

Ния, через время после их разговора, тоже вздохнула с облегчением, но отогнать двоякое отношение к нему, не смогла. Они перестали быть детьми, и ей наскучила его покладистость. Ей хотелось мужских поступков, пусть не таких как она видит в семье, но хотя бы немного инициативы со стороны мужчины. Но и лишиться Макса она не хотела:

– Вот дурачок! Интересно, подрос хоть? – но тут же мысли унеслись к Мэйсону. Год учебы вместе, но она не замечала в нем той красоты и силы, какую обнаружила днями. Да и подарок, такая тонкая работа… – Сон! И чего ты так долго был тенью? А Славки молодцы, глазастые, рыжие бестии! Красавицы же стали, а парни-то, как на них пялились! Ну, ничего, освобожусь от учебы и начну новую жизнь. Совсем новую! И женихов у них буду отбивать! – Смеялась она, кружась по комнате и поглядывая на себя в зеркало. Какая-то тень мелькнула за окном, она подлетела, надеясь увидеть Мэйсона на своем месте, но сегодня улица была пуста. Удивилась, но тут же выбросила из головы и понеслась к сестрам. Они тоже уже проснулись, но пока не поднимались. Владка читала, а Мира грезила. Ей всю ночь снился Мэйсон. Отпускать сон не хотелось, как и делиться с сестрой. В приоткрытую дверь всунулся черный ежик, затем появился носик и уже затем вся Ния:

– Не спите? Привет!

– Я нет! – ответила Влада. – Доброе утро! – повернулась к Мире. – Она, похоже, тоже.

Сестры сдвигали кровати, куда бы ни приезжали. Это повелось с детства. Поссорившись один раз, они разбежались по разным комнатам, но пробыли врозь несколько часов, померившись же, больше не расставались, любя часами, перед сном, обсуждать прожитый день. Агния улеглась между ними, и это так же стало традицией, с первыми самостоятельными шагами, сделанными Нией.

– Как настроение? – не открывая глаза, спросила Мира.

– Прекрасно! Говорила с Максом, приедет скоро, будет с кем пошалить.

– Вот неугомонная! Он же тебе надоел. – Мира открыла глаза и повернулась к ней. – Тебе пора не по деревьям лазать, а на свидания бегать. Кстати, Макс не подходит. Задумайся.

– Макс по всем параметрам не подходит. – закивала Агния. – Он – маленький лапушка, мой брат. Собственно, и ваш. Ну, это мне сказал Жан, узы Рода, или мы теперь по крови родные, не уточняла. К месту, он тоже, ну, бессмертный, как мы?