Тени далёкого прошлого: Дорога в никуда

Глава 1

Голубое небо, по которому медленно проплывали стайки белых пушистых облачков, очень подходило настроению Легедика.

«Будь небо зелёное, то было бы похоже на барашков, пасущихся на лугу», – подумал воин, вглядываясь в сапфировый небосвод. Его уже освещало солнце, поднявшееся над горизонтом.

Дома и улочки были прекрасны, одетые в свою разноцветную кирпичную кладку, украшенные ожерельями плюща и комнатных цветов на балкончиках, словно модницы на балу. Город только начал пробуждаться от своего безмятежного, спокойного сна. Воздух ещё был свеж, без поднятой ногами прохожих пыли мостовой, и свободен от запахов еды, приготовленной на завтрак. Однако пекарня уже затопила печи, и из её труб начал, пыхтя и неохотно, валить небольшой дым. Молодой воин улыбался сам себе и даже немного пританцовывал от великолепного радостного настроения, зародившегося в его душе, покорённой приятным утренним Ишантионом. Он так и переступил порог дома, и увидев в прихожей сестру, схватил её за ладонь, покружил в такт, играющей в его мыслях, музыке.

Лиграна схватила брата за руку и поволокла на кухню:

– Ну?! Рассказывай скорее! – нетерпеливо вопрошала Лиграна. – Вижу, ты в хорошем настроении, – она улыбнулась. – Ну, как всё прошло, что молчишь? Поговорил вчера с Ланой? Я полночи не спала, переживала, а ты мотался неизвестно где… У тебя же нет теперь ночных дежурств.

– Ты стрекочешь, мне слово не даёшь вставить. Сегодня мой бывший взвод дежурил на стене… так я решил с ними посидеть… Но что рассказывать-то? – удивился Легидик. – … А-а, ты про предложение… Так не получилось увидеться. Лана спала, вроде как… да и этот маг… Да и к лучшему – поздновато ведь уже было. Зато сегодня мне пришла идея, как лучше всё сделать… Когда с моей Ланой увижусь, прямо и честно признаюсь в чувствах, – хитро заулыбался молодой человек. – Сколько можно вокруг да около ходить. Да не переживай ты, никуда стрекоза от меня не уплывёт, только со мной она близко общается в этом городе.

Сестра ошарашено опустилась на стул, поставив на стол локти, обречённо схватилась руками за голову:

– Ой-ё-ё… Да ты придурок! Надо было делать, как я сказала, что ты всё время всё по-своему творишь?! – она зло взглянула ему в лицо и гневно прокричала: – Ты всё испортил, понимаешь?! Всё испортил! Всё пропало, ничего теперь не воротишь!

– Что не воротишь? – насторожился Легедик и в изумлении вытаращил глаза на сестру.

– Не что, … а кого, – Лиграна досадливо захныкала, сокрушённо уперевшись глазами и лбом в ладони.

– В смысле? Что случилось?! – посерьёзнев, резко и холодно спросил брат. – Говори, сейчас же, прямо, начистоту. Что с Джоланой?! … Замуж же она не могла успеть выскочить… Или этот сноб…?!

Лиграна, услышав тон брата, перестала всхлипывать и подняла голову:

– Только ты не нервничай, ладно? – занервничав сама, произнесла она и встала опасливо за стул, оперевшись ладонями в спинку сидения.

– Говори, сейчас же! – рявкнул Легедик и сильно стукнул по столу кулаком.

– Она уехала. На поиски своей семьи. Ну, то есть, не семьи, а своего происхождения, – сразу выдала всю информацию немного испуганная девушка.

– Не… понял, – медленно и тревожно произнёс Дик, ещё не совсем осознавая услышанное и ошарашенно взглянув на сестру.

После, по мере того как в его голову приходило осознание слов Лиграны, он медленно закипал, на лице Легедика просыпалась нервозность и раздражение. Он схватил сестру за предплечья и начал трясти:

– Говори толком, коза горбатая! Что ты имеешь ввиду?!

– Спо-кой-но, я и го-во-рю. Зара-нее всё под-го-то-вила, … а се-год-ня ночью… дол-жна бы-ла уе-хать, – перепуганно та.

Легедик в шоке замер, перестав трясти сестру, и Лиграна тихо добавила:

– Вчера прощаться приходила.

– Ты нормальная, нет?! Почему ты мне сразу не сказала, полоумная?! – взревел на сестру ошарашенный воин. – Зачем использовала меня в тёмную?! Если бы я знал, не дал бы ей совершить такую глупость! Она же, дурочка, пропадёт!

Лиграна заплакала:

– Как я могла сказать, она же обещание с меня взяла, никому ничего не говорить. Я бы её предала.

– А ты её и предала! И меня предала! Она там сгинет где-нибудь… а виновата будешь ты! Ты виновата! – прокричал возмущённо и разгневанно парень в лицо сестре и побежал к выходу из дома.

Лиграна поспешила за ним следом:

– Ты куда?! Она не одна поехала, а с Питекой… Они хорошо подготовились, точно знаю, я им помогала, – лепетала нервно та, бежав за братом по улице.

– Ладно, Джолана наивная и немного со странностями, но ты же адекватный человек! … Теперь я в этом уже сомневаюсь! – судорожно от переполняющего его беспокойства отмахнулся от неё Легедик. – Где нам теперь её искать?! Если что-то случится, даже не будем знать где!

***

Сион задумчиво взад-вперёд прогуливался по коридору, сложив руки за спину, и каждый раз останавливаясь перед дверьми Джоланы, мысленно раздражался:

«Значит, упрямая, да? … Хорошо, посмотрим, насколько тебя хватит. Я упрямее. Не понимаю, что произошло, на что ты обиделась?! На то, что я накричал тогда на Легедика? … Он так тебе дорог?! … Ты ведь должна уже выспаться… вчера так рано легла», – увидев горничную, волшебник обратился к ней:

– Джолану не будите и не беспокойте сегодня. Пусть сама выйдет, когда захочет, – сказав это, он направился к лестнице, чтобы спуститься в холл: «Ладно, дадим тебе капельку времени подумать и остыть…, но я сегодня из дома и шага не сделаю, пока тебя не отловлю».

Кабриус, удобно расположившись в кресле гостиной, читал бумаги.

– Отец, вы тоже уже встали? Доброе утро, – поздоровался молодой человек.

– Так ведь работы полно, скоро приедет делегация из Вакедора… А ты за всё отвечай, поспишь тут, – проворчал пожилой мужчина.

Молодой маг присел в соседнее кресло:

– Тавриур решил подружиться с северными варварами? Зачем они ему сдались?

– Не знаю. Там же всё состоит из мелкопоместных и не очень богатых княжеств… Нашёл-таки себе молодую семнадцатилетнюю принцессу… ему нужен сын, – ответил Кабриус.

Сион рассмеялся и положил указательный палец на щёку:

– Чем нам может помочь Вакедор? Договариваться с ними бессмысленно. Это же мрачные холмистые тундры… хотя климат, конечно, у них тёплый для подобных северных территорий, почти как у нас, из-за того, что они окружены горами. Они занимаются пивоварением, виноделием из северных ягод и изготовлением лекарств… Чем они могут быть нам полезны?

– Там много опытных воинов и мелких слабых магов, – тяжело вздохнул Кабриус. – Но я уже говорил ему: «Что я с ними делать-то буду?» … Но, конечно, тут же король Груанджил заволновался из-за зарождающейся дружбы Тавриура и северных варваров… захотел прощупать почву. Тоже присылает посла. Но он, естественно, так не сказал, просто пришлёт посла из столицы, в знак дружбы, поздравить нашего монарха. А присылает-то он посла не из Таулеца, как обычно, а из самой столицы… Кстати, о магах. Силерна тоже согласилась дать Лане мастера… поэтому всеобщим голосованием трёх магистров… – главный волшебник ухмыльнулся. – Секретарь уже сделал ей новые документы.

– Хорошо, – улыбнулся Сион и слегка одобрительно кивнул.

– Но Диоре я решил, что пока рано… Она плохо занимается в последнее время и не развивается дальше. Силерна со мной согласна, – сказав это, отец осторожно взглянул краем глаза на сына.

Молодой мужчина кивнул:

– Я тоже с этим согласен и проголосовал бы против. И задним числом тоже нет, пусть сначала пройдёт все необходимые испытания и экзамены.

Глаза Кабриуса увеличились, он озадаченно и непонимающе посмотрел в другую сторону.

В парадную дверь часто и сильно заколотили.

– Что случилось с самого утра? – обеспокоенно произнёс Сион и они с отцом встали со своих мест.

Когда служанка открыла дверь, в комнату ворвался Легедик:

– Здравствуйте, Джолана дома?! – спросил он на ходу, направляясь к лестнице. Воин был в крайне возбуждённом и раздражённом состоянии.

Сион перегородил ему дорогу и упёрся ладонью Легедику в грудь.

Глава 2

После нескольких часов бешеной скачки, мы наконец притормозили коней, и высмотрев приятную полянку с небольшим озерцом, спустились с дороги. Озорное солнце играло на водной глади, а ласковый ветерок свободы колыхал молодые листики на кустах и деревьях, также, как наши горячие молодые сердца. Спешившись, мы удобно расположились на тёплом камне под деревом и пили варево из бурдюка. Дерево пропускало солнечные лучи, и это ажурное плетение было очень красиво. Кони начали выискивать и щипать сочную молодую травку, быстро прораставшую в это время года под ярким жарким светилом из нагретой отдохнувшей за зиму земли.

– Только недолго, – предупредила Питеку. – Нам нужно успеть до ночи добраться до Таулеца. Сейчас передохнём пять минут, покормим коней, и в путь… Будем поддерживать их силы магией и лечить, тогда не падут, а наоборот изменятся: "Как мой ворон".

Плут возмущённо закаркал, присев на верхушку дерева.

– А тренироваться надо было или возвращайся домой, – обратилась я к птице, затем, сменив гнев на милость, добавила, – Хорошо, садись на коня.

– Ты так смешно с ним разговариваешь, – рассмеялась Питека, – словно его понимаешь.

– Так я его и понимаю, – улыбнулась ей в ответ.

Пит снова скептически рассмеялась, а после посерьёзнела:

– А ты уверена, что если погоню отправят за нами, то не поедут в Таулец?

– Конечно… искать нас там – это же наиболее очевидное. Ведь Таулец самый большой поблизости город. И они подумают, что именно поэтому мы туда не поедем, а мы как раз и обманем их ожидания. Если вообще за нами будут кого-то отправлять… Не такие уж мы важные личности, – объяснила подруге очевидные вещи.

– Ну, а как же, твой приёмный отец он ведь верховный маг, – проговорила Пит.

– И что? Ты подозреваешь, что родной тётке особо не нужна. А я им вообще чужая… только вздохнут спокойно… Может, посетуют немного, попереживают… Вот, конечно, насчёт Дика не уверена, он может поехать вслед… С него станется, он вообще способен на любую глупость, – сказав это, радостно оглянулась по сторонам. – Как хорошо быть свободными!

– Ага, – рассмеялась Питека, – что хотим, то и делаем теперь, и никто не упрекает. Сами себе хозяйки.

– Но тут есть и минус, – мы можем рассчитывать только на себя, никто не поможет… и верить тоже никому нельзя, кроме друг друга, – тяжело вздохнула и закрыла бурдюк, посмотрев серьёзно на Питеку. – Люди могут лицемерить и врать, даже те, от которых ты этого не ждала. А мы всё-таки выросли вместе в гильдии магов, поэтому верю тебе, как сестре… Надеюсь, ты никогда не предашь меня?

– Конечно нет! Ты мне тоже, как сестра, – обиделась Пит. – Или вместе выживаем или вместе погибаем.

Мы обнялись и пожали руки.

– Не нужно клятв, важнее совесть и искреннее сердце, – улыбнувшись, добавила я. – Давай срежем как-нибудь путь? – достав карту, мы рассмотрели её.

– Тут есть через лес небольшая тропинка до Таулеца… так будет гораздо быстрее, – Питека провела пальцем по рисунку.

– Основную дорогу сделали, скорее всего, специально с таким крюком, чтобы она проходила через эту деревню, – кивнула в ответ.

– Ты думаешь, мы по ней с лошадями проедем? – опасаясь, уточнила Пит.

– А почему нет? Если тропинка указана, значит, там нет непроходимых мест… Телеги не проедут, для них нужна большая дорога, а кони по небольшой дорожке вполне пройдут, – ответила ей я.

***

Мужчины несколько секунд стояли молча, сосредоточенно и неприязненно смотрели друг другу в глаза.

– Легедик, тебе не кажется, что это слишком грубое и вульгарное поведение? – произнёс спокойно Сион.

– Молодой человек, это не трактир и не гостиница, а дом верховного мага, что вы себе позволяете?! – возмутился Кабриус. – Если здесь живёт ваша подруга, это не означает, что вы можете так по-хамски врываться сюда, как к себе домой!

Магка с горничной прибежали с кухни:

– Что тут происходит, что за шум? – взволнованно спросила она, осмотрев окружающих.

Легедик попытался убрать руку молодого волшебника, и когда не получилось, просто отошёл:

– Ты что, простуженный на всю голову?! Мне некогда до ваших расшаркиваний! Не понимаешь, что просто так я бы сюда рано утром не припёрся?! Я тебя нормальным языком спрашиваю, дома ли Лана?! Это срочно и важно! – затем, обернувшись через плечо и не увидев сестры, зарычал, – Иди сюда немедленно, где ты там топчешься, ходячее недоразумение?!

Лиграна нерешительно и осторожно переступила порог, её шея была втянута в плечи, кисти сцеплены в замок. Зайдя, она всем легонько поклонилась:

– Здравствуйте, – произнесла тихим смущённым голосом.

Сион опустил глаза и увидел на ногах Лиграны тапочки: «Это как-то связано со странным поведением Джоланы?» – молодой маг развернулся и молниеносно рванул вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, поняв, что что-то явно произошло и не очень хорошее.

Воин, постояв несколько секунд, припустил вслед за волшебником, а после за ними поспешили Кабриус с женой и старшая горничная.

Лиграна осталась стоять в холле:

«Похоже, я буду сейчас крайняя… Мне, наверное, лучше побыстрее свалить? А может, Лана передумала и дома сейчас, тогда это будет глупо. Зачем Легедик такой шум поднял? Неудобно ведь… Ладно, подойду тихонько посмотрю, и если её нет, то быстро ретируюсь и спрячусь где-нибудь, пока все не успокоятся».

***

Когда Легедик, а за ним и остальное семейство вбежали в комнату Джоланы, то увидели Сиона. Он стоял сгорбившись, оперевшись ладонями о стол и шокировано смотрел на него, не шевелясь:

– И когда ты узнал, от кого?! – глухо и угрожающе почти прорычал Сион.

Магистр Кабриус подошёл к столу и взял в руки три конверта, на которых было написано: «Для Вирены», «Для дядюшки Кабриуса и тётушки Магки», «Для магистра Сиона».

– Как узнал, так и пришёл сразу, … но похоже, мы всё равно опоздали, – раздосадованно вздохнул Легедик, сердце провалилось в бездну. – Лиграна сегодня утром обрадовала, – оглянувшись, он выбежал в коридор, и увидев сестру на лестнице, закричал, – Куда собралась, бестия?! А ну иди сюда, козявка малолетняя, я с тобой ещё не закончил!

Лиграна вздрогнула, затем, скукожив плечи, пошла обратно, виновато опустив голову.

– Присядьте, – холодно обратился к ним Кабриус, указав на диванчик, когда воин и его сестра снова вошли. – Сейчас дочитаем эти сочинения на вольную тему и узнаем, может, какую информацию.

– Она ушла, потому что подумала, что не нужна нам и мы… её не любим? – глубоко расстроенно и переживающе произнесла Магка.

Сион поднял ошалелые испуганные глаза на мать.

«Дорогой дядюшка, я вас с тётушкой очень люблю и уважаю. Передайте ей это, пожалуйста, обязательно. Не знаю, кто я для вас, но вы для меня единственная семья, мои родители, которые вырастили меня. Я уехала на поиски своего происхождения, всё-таки хочу знать, какие секреты хранят мои способности. Вы не отпускали меня и пришлось действовать тайно, так опрометчиво и дерзко. Надеюсь, простите меня и поймёте. Не подумайте, я не хочу вернуть себе своих кровных отца и мать или имя, просто хочу знать правду и ничего более. Это приоткроет нам всем завесу над тайнами моих способностей. Тогда смогу в полной мере понять, на что способна и что умею. Как только цель будет достигнута, сразу вернусь обратно, и вы можете меня наказать, не буду возмущаться. Оставила вам небольшой подарок: в камне запас энергии, которою вы можете черпать. В нём её очень много. Обнимаю и молю о прощении!» – прочитав письмо, верховный маг выкатил на стол из конверта небольшой фиолетовый аметист и убрал в карман.

– Она отправилась на поиски своего происхождения. Мы не пускали её, поэтому она сбежала тайно, – задумчиво и обречённо проговорил Кабриус. – Я думал, что Лана уже бросила эту глупую затею, но эта девочка очень упрямая. Хотел удочерить её, дать ей свою фамилию, но не успел…

Лиграна и Легедик удивлённо посмотрели на архимага.

– А мне Лана даже письма не оставила? – прошептал Дик сестре.

– Оставила. И подарочек небольшой ещё, – ответила Лиграна.

– Глупая… лучше бы она мне себя оставила… – произнёс грустно воин, – даже не успел ей предложение сделать.

Сион сразу бросил на них серьёзный короткий взгляд исподлобья, не поворачивая головы, оторвавшись на время от листка. Прочитав обращённое к нему письмо, молодой волшебник ещё больше нахмурился, его челюсти сжались, а уголки глаз заострились. Он глубоко выдохнул, сдерживая гнев и досаду. Присутствующие озадаченно и задумчиво покосились на Сиона, но предусмотрительно промолчали. Повертев в пальцах такой же фиолетовый камешек, он положил его во внутренний карман. Затем, Сион взял письмо для своей сестры, и открыв его, решил тоже прочесть.

В комнату залетела босая растрёпанная Вирена, и увидев Легедика, замерла, став поправлять платье и приглаживать волосы:

– Что здесь за шум? Горничная сказала, что что-то случилось с Джоланой.

– Случилось, – вздохнул Кабриус, – эта наивная глупышка убежала на поиски больших неприятностей. Не такая уж она и трусиха оказалась. А ты сейчас разворачивайся и иди к себе. Пока не приведёшь себя в более подобающий приличной девушке вид, даже не появляйся тут. Тебе не три года.

Прочитав оба послания, Сион отправил оба листка во внутренний карман, вслед за камешком:

– Здесь нет никакой важной информации. Почти то же самое, что у тебя, отец, – констатировал он.

Вирена скорр вернулась обратно, её волосы уже были красиво уложены, одежда опрятно расправлена. Пройдя в комнату, она ещё раз поздоровалась с гостями и присела в кресло.

Сион, повернувшись к воину и его сестре, серьёзно обратился к Лигране, положив ногу на ногу и бросив произвольно руку на стол:

– Лиграна, Легедик сказал, что ты всё время была в курсе?

Глава 3

Тропинка оказалась даже дорожкой, и была вполне утоптанной. Сразу становилось понятно, что люди пользуются ей частенько, сокращая путь до города. Она немного вилась и изгибалась, как змея, петляя по лесу, сужаясь и снова расширяясь. Кое-где были разбросаны кучи валунов, а в тёмных низинах скопилась вода и грязь, поэтому приходилось объезжать эти места по лесу, выискивая удобный путь. Сделать подобное было сложно, так как холмистая местность, усыпанная камнями, густым высоким кустарником и деревьями, мешала этому процессу. Не хотелось доехать до места выпачканными свинюшками.

– Прости нас, лес и хозяин леса… если мы какое деревце или травинку нарушим, сломаем, – обратилась я вслух в никуда. – Знай, что мы не специально, а по недоразумению…, но постараемся быть бережнее и аккуратнее к окружающей природе.

– Ты чего? – испуганно спросила меня подруга, от удивления у неё слегка расширились глаза.

– А тебе не говорили никогда, что лес живой, и богиня Планита с духом леса не любят, когда ему зло причиняют? Вот я всегда, когда в лес за ягодой или грибами ходила, сразу просила помощи у духа леса и Планиты, чтобы они мне помогли с поисками, и прощение всегда сразу прошу, что не специально, чтобы не сердились на меня, и пакости в ответ не делали существа леса, – пояснила в ответ.

– Говорили, … но не думала, что это так буквально понимать нужно, – всё ещё недоумённо полепетала Питека.

– А ты откуда энергию на магию черпаешь? У природы. Так её беречь и благодарить, значит, нужно, – поучительно произнесла, и посмотрев на подругу, улыбнулась.

Это были уже совсем незнакомые места, потому что дальше близлежащих окрестностей Ишантиона я никогда в жизни не выбиралась.

– По-моему, нам нужно остановиться и перекусить, – произнесла устало Питека. – А то мой желудок начинает есть сам себя… Слышишь, как урчит, гневается на меня? … Говорит, что я недобросовестно за ним ухаживаю.

– А ты тоже странная, как я погляжу, – удивлённо и радостно взглянула на Питеку. – Не лучше меня, – и мы рассмеялись.

Почувствовав, что тоже устала, кивнула, и мы стали присматривать удобное место возле какой-нибудь проточной воды. То ощущение безудержной свободы и веселья сменилось на усталость и голод.

– То-то я смотрю, что глаза уже устали от этой постоянно мелькающей пестрящей растительности и камней… Непривычно, голова словно сама каменная становится. Сейчас поедим и дело пойдёт бодрее.

Только теперь мы осознали, что не только не ели с ночи, но и ещё всё это время испытывали стресс. Услышав небольшой журчащий ручей, расположились на берегу, но не стали разводить костёр, чтобы не терять много времени. Необходимо было, во что бы то ни стало, до темноты добраться до города, чтобы не проводить ночь в чащобе. У нас не было опыта в долгих походах по лесу.

– Надо сначала съесть то, что быстрее портится… хлеб оставим, будем есть его с сыром и колбасой, – сказав это, достала из седельной сумки и протянула подруге пару кусков жареной курицы, вынула мешок с варёными яйцами, пару огурцов и деревянную коробочку с солью.

Плут спикировал ко мне на плечо, а затем перескочил на камень, нетерпеливо затоптавшись:

«И мне… мне тоже… хочу есть», – затараторил он, но Питека слышала лишь карканье.

– Сейчас, погоди, – шикнула я на птицу. Подруга засмеялась и протянула ему уже очищенное яйцо. Плут склонил голову на бок, но пищу не взял.

Очистив от скорлупы ещё яйца, дала ему одно, и немного куриного мяса. Он благодарно закивал, расставив крылья, как дрессированный голубь, и принялся за еду. Поев и выпив остатки варева, наполнили бурдюки чистой водой и хорошенько умылись в ручье.

– Вроде люблю лес, и не люблю одновременно, – обратилась я к Питеке. – Вроде чудесно, … а задумаешься, оглядишься, присмотришься к окружающему пространству, и сразу же не по себе делается… жутко как-то становится.

– Ага, – подтвердила подруга, – сразу какое-то неуютное чувство появляется… опасности и незащищённости. Постоянно кажется, что кто-то наблюдает, и с этим кем-то ты можешь не справиться.

Наконец, собравшись и выйдя на тропинку, отправились в путь. Когда перед нами предстала развилка, немного растерялись.

– Тут не указана развилка, – сказала Питека, рассматривая карту.

– А ты хочешь, чтобы тебе все лесные тропки на карте указали… да ещё и на Ишантионской? – усмехнулась в ответ и рассудила. – Скорее всего, эта слева сворачивает к деревне, которая на полпути, а эта правая ведёт к Таулецу.

– Вполне логично, – кивнула Пит, почесав шею. – Ух, какие мы талантливые следопыты!

И мы продолжили путешествие, свернув направо, углубляясь в чащу леса.

***

– Лиграна, твой сбивчивый монолог совсем не помогает докопаться до истины! – произнёс сердито Кабриус. – Мне нужна полная, достоверная информация… любая мелочь может помочь узнать, где её искать. Как ты могла?! Никому не сказать ничего?! Хотя бы кому-нибудь из нас рассказала бы тайно… мы не стали бы тебя выдавать, но смогли предпринять меры и заранее всё это пресечь! – разгневанно выпалил верховный маг и схватился пальцами за лоб.

– Как я могла предать лучшую подругу? – полепетала Лиграна. – Тем более, Лана сказала, что это важно из-за её магических сил.

– Давай начнём заново? – вздохнув, холодно произнёс Сион. – С каких пор ты в курсе?

Легедик молчал, потому что ругаться или спорить с двумя разъярёнными магами себе дороже. Тем более, что он и сам хотел узнать правду, да и в принципе был согласен с их возмущением. Руки так и чесались дать сестре подзатыльник.

– С самого начала, – ответила та.

– Хорошо. Когда это начало началось? – продолжал терпеливо допрашивать молодой маг.

– Почти… сразу после битвы, – Рана спрятала глаза.

Сион схватился ладонью за лоб:

– Так давно?! И ты молчала, ещё и помогала ей прыгать в пропасть?! Ты же знаешь, какая она ранимая и хрупкая!

Верховный волшебник тоже положил голову на ладони:

– И глупая! Ведь я не догадался ни разу… и ты тоже хорош, вы же с Ланой столько времени проводили вместе и ты не сообразил, я тебя право не узнаю, Сион.

– Скрывать всё в себе она умеет… Да и я ни разу… – тут он осёкся, вспомнив монолог за дверью: «Вот уеду, и они наконец…» «Никуда не собираюсь… это я так сказала… просто от обиды»" – и после ещё странные совпадения.

Присутствующие озадаченно посмотрели на молодого волшебника.

– Ты что-то вспомнил? – спросил его отец.

– Да нет, … просто задумался, – лицо Сиона побледнело, он прикусил нижнюю губу, а глаза стали темнее ночи: «Как я мог так глупо не придать этому значения?! – отругал он сам себя. – Почему мой разум настолько помутился?"

– То есть, сразу после войны она начала готовиться к поездке? – опять обратился Сион к подруге Джоланы, от него веяло холодом, его взгляд был сердитым и колючим.