Месть лавандовой феи

Глава 12

Происшествие не омрачило бал, многие даже не заметили, что случился взрыв петарды, и Теали успела вернуться в зал вовремя. Пропустить танец с регентом было никак нельзя. Конечно, на медленную вариацию она опоздала, но суета сыграла на руку.

– Прекрасная госпожа Ильбер-Байан, неотложное дело отвлекло меня. Надеюсь, вы простите меня и все же подарите танец.

– Ваша светлость…

Регент обозначил поклон и подал руку. Теали исполнила реверанс. Отказывать она точно не собиралась и порадовалась, что ее отсутствия господин интриган за собственной занятостью не заметил. А если и заметил, то не подал вида. Помог выйти из неловкого положения? Или взял на заметку, что госпожа не так проста и крутит какие-то свои интриги? М-да. Рано обрадовалась, похоже. Возможны оба варианта.

Регент оказался на редкость галантным кавалером. Хорошо танцевал, уверенно вел, сыпал комплиментами, пытался аккуратно расспрашивать, и Теали с видимой неохотой скармливала ему заранее подготовленную легенду. Расчетливо, так, чтобы некоторые факты действительно можно было проверить – они с Каем не зря так тщательно и долго готовились. А некоторые – чтобы нет, чтобы именно там чудилась тайная подоплека, некая загадка.

Надо ли говорить, что к концу танца регент настойчиво пригласил прекрасную госпожу посетить его позднее в рабочем кабинете? Обсудить инвестиции…

Приглашение выглядело абсолютно прилично – в рабочий кабинет, в дневное время. Однако Теали не обманывалась. Не зря же Кай дважды повторил, что регент вдовец. Сейчас регенту особенно нужны деньги, которые у нее есть. А то, что она неизвестно откуда взявшаяся вдова то ли султана, то ли не пойми кого… деньги замажут почти любой огрех в происхождении. Особенно если она не родит наследника, а благополучно через годик последует за первой женой господина регента, оставив безутешному вдовцу свое состояние.

Галантно проводив Теали к колонне, господин Жильбер де Монфлуа (красивое имя, громкая, известная фамилия, а по сути жадный паук с завлекательным узором раскинутой паутины) приложился к руке и ушел, а рядом возник принц, одетый как приличный человек – в камзоле. Интересно, он старый достал с балкона или новый раздобыл?

Теали выдохнула и осторожно скосила глаза в толпу. Ронна изредка попадала в ее поле зрения, мелькая в танце, а вот Трент… его она все еще так и не видела. И, честно говоря, боялась увидеть. Хотела до боли в груди, но боялась. Потому что знала – болеть станет еще сильнее.

Поэтому лучше сосредоточиться на игре. Еще не все карты розданы и не все ставки сделаны, все только начинается. Отвлекаться нельзя. Она и так потеряла время в Ирхеме. Но нашла там кусочек душевного спокойствия. Тетушка Палмер, Бренда и ее дети теперь в безопасности и на первое время обеспечены достаточно, чтобы спокойно жить. А дальше видно будет, придумается, как их защитить. Все же это единственные люди, которые помнят о сгинувшей в тюрьме девочке до сих пор.

– Госпожа, я надеюсь, ваше обещание танца еще в силе. – Голос наследника раздался за левым плечом, словно тот нарочно изобразил соблазнителя.

– Разве я бы могла вам отказать, ваше высочество? – Теали показательно потупилась и взмахнула ресницами.

– Подозреваю, что вы могли бы, – улыбнулся принц, ведя ее на паркет. – Кстати, вас не затруднит выполнить одну мою просьбу? Знайте, я не приму отказа.

Теали напряглась. Она не ожидала просьб вот так в лоб буквально в первые минуты знакомства, да и принц не показался ей человеком, который будет пользоваться своим положением. Детей вон укрыл от стражи, хотя на первый взгляд у него не было какого-то конкретного интереса ни к мальчишке-пажу, которого он спас от неслабой порки, ни к нахальной экспериментаторше графских кровей.

Но ведь именно его Кай обвинял в предательстве, смерти лучшего друга (этот друг у них, кстати, был общий на двоих, и в свете этого предательство было вдвойне мерзкое) и в своем заточении. Так что первое впечатление могло быть обманчиво.

– Вы просто убеждаете отказать, – рассмеялась девушка, оттягивая время, и закружилась под рукой принца.

– Я настаиваю. Настаиваю, чтобы вы, как наша соучастница, доставили от меня посылку юной дочери графа Рогнестера. С петардами, разумеется. Пока эта невыносимая девчонка не устроила еще одну диверсию в моем дворце. Пусть наиграется и успокоится.

– О нет, это вы невыносимы, выше высочество. Если желаете поиграть в детские игры – почему бы вам самому не украсть для девочки то, что она там возжелала, а не вовлекать в это другую девочку?

В ответ принц закружил ее в два раза быстрее и без того весьма бодрой мелодии. Теали успевала, балансируя на самых мысочках и быстро-быстро перебирая ногами. Голова начинала кружиться, и она поняла, что за прекрасный танец ее ждет расплата – очередной приступ мигрени, который, возможно, на день уложит ее в постель.

Принц умудрялся поддерживать светскую беседу, а вот ей было тяжело. Впрочем, Теали старалась не подавать вида.

– Госпожа Ильбер-Байан, вы правы, детские игры не для вас. Я рассчитываю увидеть вас в скором будущем. Вы позволите навестить вас частным образом? Я бы хотел в удобной обстановке побеседовать… об инвестициях.

– Ваше высочество… Зачем же тратить время на меня, когда вы можете показать дочке графа, как правильно взрывать петарды?

На последней минуте танца принц совершенно по-хулигански закружил Теали в рискованном пируэте так, что она на несколько секунд потеряла равновесие и оказалась в его руках без малейшей возможности удержаться на ногах самостоятельно.

Взгляд принца в этот момент изменился. Игривый прежде, он стал изучающим и словно бы с флером злости или даже ненависти. Но ведь его высочеству не за что ее ненавидеть, они едва познакомились. Здесь уже постарался господин регент? Или сам принц далеко не так добродушен, как хочет показаться?

Додумать мысль Теали не успела, его высочество снова закружил ее, но на этот раз так, чтобы в конце пируэта вернуть девушке равновесие и власть над собственными движениями. Теали показалось, что она взлетает. К счастью, именно в этот момент мелодия завершилась.

– Благодарю вас, госпожа. Давно я не получал от танцев такого удовольствия.

Теали ответила приличествующей фразой, на большее ее не хватило, она задыхалась, и сердце учащенно билось.

Принц не стал, следуя этикету, провожать ее туда, где пригласил. Он отвел ее к ближайшей банкетке и, поклонившись, оставил.

Убедившись, что прямо сейчас к ней никто не спешит, Теали юркнула под невесомую занавесь в ближайшую нишу и устало прислонилась к прохладной стене. Но отдохнуть в одиночестве ей было не суждено. Она лишь на миг прикрыла глаза, почувствовала сквозняк и тут же распахнула их.

Перед ней стоял Кай.

Злющий как фурия. Он пробыл в замке на острове не так долго, как Теа, и клыками обзавестись не успел. Но выглядел так, будто вот сейчас у него получилось.

Глава 13

– Я смотрю, ты не скучаешь, – прочти прошипел мужчина, подходя вплотную и упираясь руками в стену по обе стороны от Теали. Он придвинулся так близко, что Теа могла ощутить его злость, как волну горячего воздуха – словно от пылающего костра.

Наверное, кто-то бы испугался. Но она только чуть запрокинула голову, чтобы посмотреть Каю в лицо, и буднично спросила:

– У тебя настойки от головной боли с собой нет? Еле держусь.

Одна эта фраза подействовала на бывшего наследника лучше, чем ведро ледяной воды в лицо. Он замер, как на стену натолкнулся, и с полминуты на его лице было очень сложное выражение: смесь былой злости, нового беспокойства и общей растерянности.

– Зараза. – В конце концов Кай бессильно уронил голову ей на плечо и вздохнул. – Сколько ты не спала? Выпей сейчас же, – и полез в карман за флаконом темного стекла. Он сам не мог объяснить, почему привычка носить с собой целую аптеку уже стала для него такой же естественной, как дыхание. Вот казалось бы – у них всего лишь договор. Хочет мучиться, перенапрягая слабое тело, – пусть бы ее, большая девочка. Делу это не мешает – не тот Теали человек, чтобы позволять дурному самочувствию влиять на события.

– Спасибо. – На вопрос она отвечать не стала, да он и был риторическим. И так понятно, что, торопясь вернуться к балу, Теали гнала без отдыха минимум двое суток.

Кай убедился, что занавес хорошо скрывает их от любопытных глаз, отвел ее к банкетке в глубине ниши и сел рядом, выдохнул, избавляясь от остатков злости.

– Мы не можем пока уйти, – озвучил он очевидное.

Теали это и без него знала. По всем правилам первыми покидают бал королевские особы, то есть будущий король и… регент, на которого впрямую правила вроде бы не распространяются, но, к гадалке не ходи, его светлость оскорбится пренебрежением.

– Я настолько плохо выгляжу? – фыркнула она. – После бала отдохну, а потом… потом придется крутиться. Я получила сразу три приглашения.

– Но ведь по плану тебе нужна только Ронна.

– Предлагаешь отказать регенту или принцу?

Кай почувствовал, что вновь закипает.

– Где ты была? – Он постарался задать вопрос спокойно, без упрека. Он ведь действительно должен быть в курсе происходящего.

Пожав плечами, Теали пересказала, как вышла проветриться на балкон и стала свидетельницей взрыва петарды. Впрочем, вдаваться в подробности и упоминать забег по растительному лабиринту она не стала, это ведь к делу не относится.

Настойка действовала, и Теали оживилась, вздохнула свободнее, расправила плечи.

– Кай, раз уж нас представили друг другу, было бы неплохо закрепить знакомство. Давай потанцуем на публику?

– То есть без публики ты бы танцевать со мной не стала?! – вновь закипел он.

– Не веди себя по-детски, – пожала плечами девушка. – Выходи и затеряйся в толпе, я сама тебя найду. До танца не стоит афишировать близость, это будет уже слишком подозрительно. Мы с тобой соперничаем за богатые земли, а не флиртуем, так что танец в эту колею ложится хорошо, а вот уединение за занавеской – не очень.

– Конечно, тебе лишь бы с наследником уединиться. – Кай сам не понял, откуда лезет это ядовитое злое ехидство.

– Да глаза бы мои не глядели, – совершенно серьезно отмахнулась от его недовольства Теа. – Если бы я могла выбирать – предпочла бы вообще никого не видеть. – Она оглянулась от выхода из ниши, чуть улыбнулась уголками губ его нахмуренным бровям и закончила: – Кроме подушки.

Кай остался в нише, выжидая, когда можно будет выскользнуть незаметно. Сидел и злился – но теперь в основном на себя самого. Этот приступ дикой ревности – откуда? С чего вдруг? Привык в тюрьме и в подземелье под замком, что Теали общается только с ним? Привык считать ее своей просто так, без каких-то ясных намерений? Вот она есть и никуда не денется?

Еще как денется. Когда они выполнят все условия договора, Кай останется на троне, а Теа?

У нее будут деньги, имя, свобода, а вот чего не будет, так это желания оставаться в столице. Слишком долго Теали была в тюрьме, слишком тягостно ей находиться в многолюдных местах теперь, а столица многолюдна.

А еще он знал, что в глубине души Теали мечтала восстановить свои лавандовые поля. Только вот в столице места для полей нет. Под столицей – тоже. Теали уедет куда подальше, начнет новую жизнь, размеренную и уютную, далекую от столичной суеты.

Нет!

Кай попытался объяснить себе, откуда взялось это категоричное нет. Наверное, привычка? Если подумать, то ведь в его жизни ей тоже не будет места. Он намерен занять трон, который принадлежит ему по праву. Он будет королем, а она – бывшая узница, пусть даже невиновная. Простолюдинка. Женщина, отдавшая душу древней богине в обмен на силу. Королевой ей никогда не стать…

Вместо того чтобы успокоиться, он разозлился еще больше и как ужаленный выскочил из-за занавесей.

Впрочем, скрывать свое настроение не было необходимости. Соперничество за маячащее в обозримом будущем богатство, которое достанется покупателю земель, вполне повод для злости. Надо только правильно подать историю – он злится на то, как слишком легкомысленно госпожа Ильбер-Байан привлекла внимание к этим землям.

Обогнув колонну, Кай замер и тихо зашипел.

А по ней и не скажешь, что так боялась этой встречи. То есть Теа старательно не показывала страх даже ему, но бывший наследник и узник слишком хорошо знал свою невольную сообщницу. Так вот. Сейчас ее улыбка сияла так, словно пятнадцати лет кошмара просто не было. Никто не хватал юную семнадцатилетнюю девочку прямо на пороге ее дома. Никто не обвинял ее в убийстве, которого она не совершала. Никто не предавал. Не бросал. Не убивал…

И эта ее мягкая, светящаяся сдержанной нежностью улыбка была предназначена не Каю. Он приревновал Теали к своему предателю-брату? К змее-регенту? К многочисленным местным повесам? Идиот.

Ревновать надо вот к этому человеку.

Королевский прокурор, худородный мальчишка из маленького города в приморской провинции. Карьерист, взбежавший к высокой должности по лестнице, выстланной связями его богатой жены. Человек, из-за которого Ронна Торнберн когда-то убила сына мельника и подставила лучшую подругу. Обрекла ее на участь, худшую, чем смерть.

Трент Хаксли.

Он пригласил Теали на танец.

Глава 14

Ты совсем не изменился, Трент. И в то же время стал совсем другим человеком.

У тебя все те же голубые глаза с легким налетом добродушной задумчивости. Но теперь в самой их глубине тонет горечь и усталость, а вокруг собрались легкие морщинки. И складка между бровями глубокая, часто хмуришься?

Как сказать тебе хоть слово? Как улыбаться с прохладной вежливостью, принимая приглашение на танец, когда хочется или убежать на другой конец света, или упасть и рыдать, биться об пол от боли?

Ты не узнаешь, еще бы. Столько лет прошло. Лицо изменилось почти до неузнаваемости, рост, фигура. Даже голос стал другим – частые простуды от вечной сырости и холода превратили веселые колокольчики в интригующую усталую хрипотцу. Многие мужчины находят ее необычайно привлекательной в женском голосе – странные. Знали бы они, какой ценой досталась эта «загадочная тональность», будь она неладна.

Хорошо, что руки в перчатках. Дрожь в пальцах не так бросается в глаза, даже, наверное, не чувствуется, ведь королевский прокурор на балу тоже одет по всем правилам этикета и тоже не хватается за дам голыми руками. Так, наверное, можно и потанцевать. Главное – не умереть в процессе.

Теали собрала все силы и улыбнулась кавалеру:

– Вы хорошо ведете, господин Хаксли. Приятно с вами танцевать.

– Вы мне льстите, госпожа. Я уж и не вспомню, когда последний раз выходил на паркет. – Трент чуть улыбнулся уголками губ, и ей пришлось задержать дыхание, чтобы не закричать. Так знакомо, так больно.

– Могу я полюбопытствовать, отчего так? Я уверена, очень многие были бы польщены получить ваше приглашение. – Да, самая страшная тюрьма континента научила многому, и выдержке прежде всего. Только почему так тошно?

– Это страшная тайна, госпожа Ильбер-Байан, но вам, мне кажется, я могу довериться. Все дело в том, что моя супруга весьма ревнива.

Трент говорил с улыбкой и вроде бы шутил, но Теали отчетливо поняла, что это не шутка и что в семье ее бывшего жениха все не так безоблачно, как представляется со стороны. Головокружительная карьера не дала личного счастья, да и тот факт, что Ронна сохранила девичью фамилию и теперь носит двойную, говорил о многом.

– Ее можно понять, господин королевский прокурор. Ее можно понять. Будь у меня такой муж, как вы, я тоже ревновала бы его к каждому столбу.

– Я рад, что вы нас посетите, госпожа. – Трент поспешно сменил тему – и правильно сделал. Гадко все же, что даже его она вынуждена провоцировать. Даже ему лгать. – Кстати. У меня есть старые карты земель, покупкой которых вы интересовались. Возможно, вам будет интересно взглянуть?

– Очень! – солгала Теали, ее сердце снова забилось.

Мысль, от которой она отмахивалась, отгораживалась, внезапно ворвалась и затопила разум. Когда преступление Ронны вскроется и Трент станет свободен, разве у них не появится второй шанс? Может быть, вопреки всему Теали однажды станет госпожой Хаксли?

Она тут же резко одернула сама себя. Теали Палмер больше нет. Есть жрица древней богини. Фурия на затхлых крыльях боли и мести. Такая никогда не сможет стать ничьей госпожой.

Что он там сказал насчет карт? Тревожная новость. Откуда они у господина королевского прокурора? Нет ли там чего-то, что помешает планам заговорщиков?

Вот, на этом и следует сосредоточиться. Исключительно деловой интерес. Ей надо разорить некоторых самых богатых людей этого королевства, в число которых входит и семейство Торнберн. Жаль, что их разорение ударит и по Тренту. Но она постарается свести для него вред к минимуму. В конце концов, у него есть должность, с которой Трента никто не прогонит – он действительно хороший прокурор. Внимательный, дотошный, честный не в ущерб уму и здравому смыслу.

Кай выяснил это первым делом и долго плевался ядом в бывшего жениха своей сообщницы. Но компрометирующих фактов в его биографии так и не нашел, как ни старался. А он старался, очень.

В любом случае Теа взяла с него слово: никаких личных счетов с господином королевским прокурором, даже несмотря на то, что он ставленник партии регента. Когда Кай займет трон, Трента он не станет трогать.

Танец закончился, и Теали едва не споткнулась от сожаления. Сердце билось, и никакой здравый смысл не мог погасить желание задержаться рядом с Трентом еще хоть на минутку, хоть на полминутки. Причем отстраненно Теали соглашалась, что в ней играют не столько чувства, сколько воскресшая память беззаботной юности.

– Благодарю, – поклонился Трент, отпуская ее руку. – И с нетерпением жду новой встречи.

– Взаимно. Ваша супруга была так любезна, что пригласила меня в ваш дом. Это честь для меня и большое удовольствие. – Она повторяла формулы вежливости, принятые в высшем свете, так естественно, словно родилась среди блестящих кавалеров и дам, во дворце на шелковых подушках, а не в далекой провинции возле лавандовых полей. На самом деле так было даже проще, потому что заученные фразы повторить легче, чем сказать что-то от себя, когда либо сказать нечего, либо слов слишком много.

Трент уже собирался отойти, как вдруг напрягся, обернулся к Теали и снова посмотрел вперед. Проследив за его взглядом, Теали увидела мрачного, как грозовая туча, Кая.

– Эалия, вы ведь разрешите мне называть вас по имени, как и моей жене? Спасибо, в таком случае я для вас в дальнейшем просто Трент. И на правах хорошего знакомого осмелюсь заметить, что, кажется, у господина лучшего искателя султанатов не самые дружелюбные намерения по отношению к вам. Позвольте, я провожу вас в картинную галерею, где сейчас отдыхает моя супруга?

– Спасибо, но не стоит. Едва ли господин лучший искатель выйдет за рамки приличий на королевском балу. Скорее, мне любопытно, о чем он так хочет со мной поговорить. Если он потребует, чтобы я отказалась выкупать те земли, о которых возник спор, значит, их точно стоит приобрести.

– Я буду неподалеку, Эалия, – с огромным сомнением покачал головой Трент. Но он прекрасно понимал, что не имеет права вмешиваться в чужие дела. – Пожалуйста, не стесняйтесь дать знать, что вам требуется помощь. – Он еще раз поклонился и отошел, остановившись демонстративно неподалеку.

Теали проводила его взглядом и отвернулась. Игра началась, и даже мрачность Кая сейчас была на руку. Вполне в русле сценария сказки о спорных землях, на которых расположены еще не разработанные рудники.

Она подарила своему сообщнику особо ослепительную улыбку опытной интриганки и слегка кивнула в ответ на его протянутую руку – приглашение на танец.

Глава 15

Притянув Теали к себе и закрутив в вихре мелодии, Кай никак не мог справиться с кипевшим в душе раздражением. Этот мальчишка, королевский прокурор, что он себе позволяет? Вздумал защищать Теали от него, Кайдена!

Поздно, любезнейший, поздно. Ты на пятнадцать с лишним лет опоздал.

Кай понимал, что пятнадцать лет назад Трент ничего не мог сделать: ни повлиять на ход расследования, ни помочь своей невесте бежать. Как бы он вывел ее из храмовой тюрьмы? Да и Теали… Она не вдавалась в подробности, но по обрывкам скупых фраз давно стало понятно, что до осознания предательства девушка искренне верила в справедливость и до последнего ждала, что суд ее оправдает. Она бы сама уперлась, отказываясь бежать. Но здравый смысл говорил одно, а в душе свербило совершенно иное: недосмотрел, не уберег, виноват-виноват-виноват.

Когда из столицы приехал новый следователь, этот господин Хаксли охотно отвечал на его вопросы, но позже, продвигаясь по карьерной лестнице, не пытался подхватить расследование. Почему?

И вроде бы правильно, что не пытался, чего бы Трент добился? Разрушил бы свою жизнь.

Только вот… Кто-то скажет, что мертвым уже все равно, но это… не так. Обреченная на смерть, Теали все равно желала справедливости и мести. И сейчас она по-прежнему хочет мести. А ведь могла, сменив имя, с тем баснословным состоянием, что ей досталось от культа Коры, начать жизнь с чистого листа в другой стране. Теали не начала, Теали предпочла вернуться, чтобы расквитаться со всеми обидчиками.