Вторая попытка леди Тейл 2

Глава 1

Об этом имении мало кто знал в столице. Если не ошибаюсь, его Гранту завещал двоюродный дедушка, чудаковатый холостяк, который терпеть не мог людей и сидел в самом глухом уголке сельской местности, в часе езды от дороги на столицу.

В часе-то в часе, но тем не менее, скажем, в северные горы дядюшка не забрался. Людей он не любил, а вот в политике и экономике предпочитал держать руку на пульсе событий. Так что если знать, как добраться до небольшой усадьбы с романтичным названием «Ясеневый приют», то окажется, что ты почти у самой столицы и в то же время спрятан надежнее некуда.

Я вышла из наемного экипажа и огляделась. Очень… мило. Аллея, ведущая к воротам усадьбы, выглядела немного заросшей, но если присмотреться – заметно, что этот хаос устроен нарочно и с тонким расчетом. И среди диких трав вполне могут прятаться артефакты-ловушки. Или как минимум сигналки.

Ну что же. Настало время проверить, верно ли я поняла торопливый шепот Гранта. Тогда, у калитки, когда я передавала ему Ляну, он успел быстро произнести: «Ясеневый приют. Если станет невыносимо – бегите туда».

Вот я и… прибежала.

Я пошла по аллее открыто – что бы ни пряталось в кустах, Грант не будет охотиться на почтальонов или, например, мелких чиновников, по какой-либо надобности навестивших усадьбу.

Я беспрепятственно дошла до скромного, не похожего на парадное, крыльца и застыла на верхней ступеньке. Мне показалось, что ни одна охранка на меня не дернулась. А как Грант собирался получить сообщение о моем прибытии? Приехала я в сумерках, время ужина, но в окнах не горело ни единого огонька, дом выглядел безлюдным. И как мне попасть внутрь?

Нажав на ручку, я с неожиданной легкостью открыла створку, будто было не заперто. Лишь глухой щелчок выдал, что замок все же имелся, но не обычный, а магический, и он пропустил меня… как хозяйку. Грант настроил?

Не знаю, что учудил ди Монтеро, какую именно гадость устроил Гранту, но раз Эдвин был уверен, что тот не сможет появиться в ближайшее время, значит, так и есть. Дважды уже бывший муж дотошен, этого у него не отнять. То есть в этом доме герцог тоже не появится, я одна.

Оглядевшись, поняла, что не знаю, где активируются бытовые артефакты, но подсветить себе всегда смогу и сама. Прислушавшись к себе, я осознала, что аппетита нет. По дороге я перекусила, а в сумке у меня оставалась пара булочек и яблоко, так что погрызть, если вдруг захочется, можно и в спальне. А пока смыть с себя дорожную пыль и ле-ечь.

Поднявшись на второй этаж, я заглянула в первую попавшуюся комнату, оказалось – в гостиную. Сориентировавшись с планировкой, угадала со второго раза, причем спальня порадовала не только лаконичным интерьером, но и заправленной кроватью. Покрывало горничная натянула идеально, папа бы одобрил – он в казармах такой порядок требует. Пристроив сумку в углу, я прошла прямиком в ванную и уже там скинула платье, открыла кран и залезла под горячую воду. Как же хорошо… Еще лучше – выбраться из воды и докрасна растереться полотенцем.

Мне послышался какой-то шорох, но я не обратила внимания – мало ли, ветка по стеклу стукнула, или припозднившаяся ворона трепыхнулась. Сообразив, что сорочку я оставила в дорожной сумке, я вышла как была и сразу же нырнула под одеяло, гася тусклый светлячок – я подумала, что на всякий случай не стоит делать его ярким, вдруг за окнами кто-то присматривает, хотя это больше походило на паранойю, чем на здравые рассуждения.

Я закатилась в центр в меру широкой кровати, полуторки, и навалилась на охнувшее подо мной горячее тело.

Под пологом кровати мгновенно вспыхнула многоцветная и многоуровневая печать защиты. В нее врезалась моя собственная разработка, которую я первым делом выпустила, пытаясь понять, что произошло. Оба артефакта с треском лопнули, осыпав кровать мелкими искрами, и стало темно, как… как темной ночью в самой чаще дикого леса.

За эти мгновения мы с неизвестным успели слететь с кровати каждый в свою сторону, а я еще и вооружилась подсвечником.

Стало тихо. Даже нашего дыхания не было слышно.

– Мелани? – вдруг спросила темнота так, словно не верила собственным словам. – Это вы?!

– О боги… – Подсвечник выпал из разом ослабевших рук. – Грант, вашу… вашу! Как вы смеете меня пугать!

– Я вообще-то хотел спать лечь, – вздохнула темнота. – Всего лишь. И меньше всего думал обнаружить под своим одеялом вас. Можно я активирую световой артефакт?

– Не вздумайте, – сердито огрызнулась я. – Пока не разрешу. Где тут халат?.. Между прочим, вы сами меня пригласили. Уверяли, что будете рады видеть в «Ясеневом приюте» в любое время.

– Пригласил, – покорно отозвался невидимый в темноте герцог. – Но не рассчитывал на такое… везение.

– Пф-ф! – фыркнула я, наконец-то на ощупь добравшись до сумки и выудив сменное платье, найти его оказалось легче, чем халат. Натянув его, я не стала шнуроваться, но накинула поверх шаль.

– Зажигайте, Грант.

Свет разгорался над нашими головами плавно, давая привыкнуть, не слепя. И Грант предстал передо мной во всем своем великолепии – подтянутый, пропорционально сложенный, обнаженный… На Гранте были только нижние штаны, достающие чуть ниже колена. Я как-то совершенно против воли блуждала взглядом по тренированным мышцам, от длинных ног до широких плеч, и как-то жарко стало, особенно когда я вспомнила про жар его тела. Я облизала губы, сглотнула.

Грант, кажется, тоже просто таращился на меня.

В себя меня привел его возглас:

– Мелани, вы… были без одежды?!

– О, дошло? – фыркнула я.

Грант покраснел, а когда, с еще большим опозданием, до него, похоже, дошло, что я прижималась к нему полностью обнаженная, побагровел. Ну да, настоящая леди никогда не ляжет в постель без пышной и просторной ночной рубашки, в которой с успехом может запутаться не только муж, но и парочка любовников. У них есть шанс никогда даже не встретиться в складках.

Но я не леди. Спасибо, наелась. Мне хватило одного раза, чтобы усвоить: в этом мире нет ничего дороже возможности быть собой. Настоящей.

А настоящая я – девчонка с границы. Дочь генерала и боевой магички. Хулиганка и сорванец. И плевать мне, что подумает высший свет! Я пыталась жить по его законам, и мне не понравилось!

Глава 2

Потуже затянув шаль, чтобы прикрыть грудь, я выразительно покосилась на Гранта. Нет, меня все устраивает – зрелище чудесное, и на Гранта мне смотреть приятно, просто потому, что он Грант, которого я лю… Так, стоп. Сперва нужно разобраться с сэром Эгоистом, стать ему дочкой, сестренкой, да хоть мамочкой, и вот тогда с чистой совестью выходить замуж.

Грант, осознав, что сам тоже не одет, дернул на себя одеяло, замотался, стал похож на гусеницу.

– Мне показалось, что в доме пусто, и я выбрала первую попавшуюся комнату. Простите, Грант.

– Все в порядке, леди. Я… Мне не стоит спрашивать, что случилось? Если я могу что-то для вас сделать, просто скажите.

Какой же он…

Да, я хотела лечь, но оставлять Гранта без объяснений неправильно. Он ведь будет беспокоиться, переживать.

– Уже все в порядке, – улыбнулась я. – Может быть, посидим за чашкой чая?

– Да, конечно, леди.

Подхватив одежду, Грант буквально вылетел за дверь.

Я же, вздохнув, тоже занялась приведением себя в порядок. И, прихватив сумку, перебралась в соседнюю спальню. Весьма символично, что она, судя по всему, предназначалась для супруги хозяина…

«Переехала» я быстро и уже минут через десять сидела за столиком в гостиной. Грант не стал ограничиваться чаем. Фарфоровый чайник возвышался над подносом, но кроме него Грант притащил мясо, сыр, хлеб. Еще и извиниться попытался за скудный выбор.

– Оставьте. Это я задолжала вам объяснения. – Улыбка вышла усталая, и ее пришлось запить чаем.

– Леди, вы ясно сказали, что не можете рассказать, и я принял ваше условие, поэтому нет, вы не задолжали.

Угу.

– И все же. Я не знаю, с чего начать… Один человек, он не представился, спас мне жизнь. Тогда же я поняла, насколько заблуждалась и в отношении Гарльтонов, и в отношении лорда ди Монтеро. Человек, который меня спас, использовал родовой артефакт с уникальными свойствами, и я… не могу рассказать, потому что это не моя тайна.

– Понимаю… – медленно выговорил он и отчего-то резко побледнел, почти позеленел.

Я пожала плечами.

– Да, именно так. Древний артефакт чужого рода. Я ему обязана очень многим. Фактически всем. И одно из условий, на которых мне была оказана помощь, – это войти в тот самый род. Точнее, меня просили о замужестве. Это я сама уже ищу разные варианты.

– Значит, вы должны войти в род того человека… – медленно повторил Грант.

– Сначала надо его найти. Так получилось, что я не знаю его имени, а сам он искать меня не будет. Я надеюсь успеть до истечения срока стать его… – парень напротив меня с такой силой стиснул свою чашку, что от нее с тихим треском отвалилась ручка, – сестрой.

Грант слишком заметно выдохнул, откинулся на спинку кресла и повел плечами, как от озноба.

– Леди.

Он задумчиво прищурился на меня и вдруг расплылся в улыбке:

– То есть, как только вы войдете в род того человека, мы можем сразу же заключить магический брак? – Аж засветился, паразит.

И я сказала:

– Да.

Ой. Я действительно это сказала?! Вслух?!

А дальше все завертелось-закрутилось, потому что Грант вскочил, выдернул меня из-за стола, как морковку из грядки, закружил, подкинул к потолку и вдруг прижал к себе и поцеловал. А я… Я утонула в ощущении безграничного счастья, забыла обо всем на свете.

Часть груза, часть самой тяжелой тайны свалилась, и легкость окрылила. Я ответила на поцелуй с жаром, страстью. И, кажется, забралась Гранту под воротник рубашки, снова ощутила тепло его тела и бархатистую гладкость кожи, взялась за пуговицы, ощутила его ладони под лопатками. Когда он успел стряхнуть с меня платье и задрать нижнюю сорочку? Или это я сама?

Неважно…

Кажется, Грант очнулся и попытался отстраниться, но я лишь крепче обхватила его за шею.

– Мелани, нет, – буквально простонал герцог, вопреки своим же словам отвечая на еще один поцелуй. – Нельзя…

– Нельзя, – согласилась я, прижимаясь теснее. – Нельзя… нельзя…

В ответ на меня зарычали, прикусили за губу и резко оторвали от себя. Усадили в кресло, укрыли шалью. Мне показалось, будь его воля – он бы в сейф запихнул, дверь захлопнул и ключ спрятал подальше.

– У тебя есть обязательства. – Грант тяжело дышал, стараясь даже не смотреть в мою сторону.

– А я не допущу, чтобы ты их нарушила и хоть как-то навредила себе. Ты совершенно сумасшедшая, невозможная и нереальная. Я тебя не отдам никому. И тебе самой в первую очередь.

Я прикрыла глаза и постаралась дышать глубоко и ровно. Он был прав во всем, а я сошла с ума. Взрослая женщина, могла бы подумать головой, а не давать волю инстинктам… но как же это оказалось трудно!

– Твои родственники знают, куда ты поехала? Ты что-нибудь им объяснила? А родителям?

– Я оставила письмо дяде и тете, извинилась и объявила, что получила весточку от матери. – Я снова взялась за чай. – О том, что родители скоро приедут с материка на острова.

– Но ведь вы не получали никакого письма, верно? Откуда же вы можете знать, что родители скоро приедут? Насколько мне известно, генерал Тейл очень занят на границе, – этими вопросами Грант явно отвлекал не только меня, но и себя.

– Я просто знаю, – вдаваться в подробности не хотелось. – А вот вам откуда известно, что я не получала никакого письма?

Грант пожал плечами:

– Я отслеживаю все новости, Мелани. Что касается писем, то их доставляют в распределительное портовое отделение. Письма генерала могут идти только первым классом, так что за определенное вознаграждение нетрудно узнать, что появилась запись в журнале регистрации. Говоря откровенно, первый класс можно даже вскрыть и прочитать, не так уж и дорого, если есть деньги. Но не письма генерала, разумеется.

– Почему? – улыбнулась я, ожидая услышать что-нибудь патетичное, пафосно-благородное, что Грант уважает тайну переписки будущего тестя.

Но Грант лишь ухмыльнулся:

– Потому что я уверен, что генерал надежно защищает свои письма. Не хочу, знаете ли, получить смертельное проклятие, снять которое может только он.

Пф-ф.

Я, допустим, письмо тоже защитила. Не проклятием, а двойным текстом. Посторонний увидит обычные дочерние «соскучилась», а вот родители прочтут настоящее письмо.

По моим расчетам, мне нужно продержаться до их прибытия неделю… Уже на два дня меньше – пока я добиралась до «Ясеневого приюта», время тоже шло своим чередом. И если моя подсказка обратить внимание на коменданта поможет, родители вернутся до начала учебы…

– Грант, с моей стороны будет очень бестактно спросить, какие проблемы вам создал лорд ди Монтеро? Не отнекивайтесь, я знаю, что он что-то сделал, чтобы вы не появились на Коралловом острове.

Глава 3

Грант резко помрачнел и отвернулся. Но потом выдохнул и начал рассказывать:

– У дяди давно были некоторые трения с соседом в поместье. Дело несколько раз доходило почти до дуэли, а один раз – до суда. Но всегда удавалось в последний момент договориться и решить все миром. На этот раз не удалось. Дядя ранен.

– Ох… – Я сжала кулаки. Да, это мне знакомо. Эдвин никогда не стеснялся убирать неудобных ему людей такими грязными способами. – Серьезно ранен?

– Достаточно, – вздохнул Грант. – Но опасность уже миновала, дядя выживет и даже вернет себе прежнее здоровье. Нам повезло. Все могло закончиться гораздо хуже.

– Слава всем богам. – Я поежилась и плотнее закуталась в шаль. – А о моем отъезде пока никому не известно? Дядя и тетя не подняли шум, правильно я понимаю? Иначе вы все же не удивились бы так, застав меня в этом доме.

– Ваши родственники покинули пансионат на Коралловом острове и вернулись в столицу. – Грант налил нам обоим еще чаю. – Но о вас ничего не слышно в свете, как и о вашей кузине. Более того, лорд ди Монтеро тоже подозрительно притих и не появляется в обществе.

Я подавила усмешку. Жаль, на таком большом расстоянии мои следилки потеряли силу. Но я успела выяснить, что Кэт довела ритуал до конца и заполучила Эдвина в фактическое рабство. Теперь он от нее никуда не денется.

Я дважды проверяла и во второй раз застала весьма пикантную сцену. Уверившись, что Эдвин ее со всеми, как говорится, потрохами и никуда не сможет увильнуть, Кэт наедине отбросила притворство и показала истинную натуру. Крайне неприятную, надо признать. Кузина откровенно упивалась властью, поставив Эдвина на колени в буквальном смысле и приказав прислуживать в ванной, как обычная горничная, – ухаживать за волосами, подавать полотенце, делать маникюр и педикюр.

Только вот… я ни на миг не забуду, что ритуал ни разу не брачный, а оговорка про империю вышла красноречивая. Кэт показала себя властолюбивой и легко разделит мечту Эдвина. Опять же… Я об этом уже не раз думала – ради власти, ради короны Кэтрин легко позволит Эдвину себе «изменить». Еще и поприсутствует, примет участие…

– Леди, что-то не так?

Я усмехнулась.

Пусть я не могу рассказать Гранту про сэра Эгоиста, я могу в красках расписать, как обернула ловушку Эдвина против него самого. Да и пусть герцог знает настоящий расклад. Мало ли…

Пожалуй, я не буду упоминать про империю, точнее, про то, насколько на самом деле древний наш родовой артефакт. Зато расскажу об уже поглощенном и о том, что Эдвин нацелился на родовой артефакт Эмерсонов.

– Все так, насколько это возможно, – вздохнула я и начала с того, как заметила на Коралловом шпиона, обученного шагу «шоа».

Грант слушал внимательно, и выражение лица его неуловимо менялось по мере того, как раскрывались все новые подробности. От внимательного и напряженного к гневному, когда я рассказала о ловушке, устроенной мне Эдвином. Потом к удивленному, даже уважительному – это когда речь зашла о том, как эту ловушку мне удалось вывернуть наизнанку и поймать ловца.

Подробности о развлечениях Кэт были упомянуты вскользь, и парня буквально передернуло. А еще в его глазах мелькнуло откровенное злорадство, и, поймав этот блеск, я не менее злорадно усмехнулась, разделяя его торжество. Грант заметил и отсалютовал мне чашкой чая.

А вот дальше все снова свернуло в неприятную сторону.

– Ваша кузина вполне может попасть под влияние ди Монтеро, – сразу высказался он. – Простите, леди, но вы сглупили. Не нужно было так долго ждать и позволять этому проходимцу начать ритуал.

– Увы, это я знаю сама. – Мой взгляд утонул в красноватой жидкости, от которой пахло лучшими сортами южного чая. – Но изменить уже ничего не могу. Мне некого было подставить в ритуал вместо себя, кроме кузины.

– Вы должны понимать, что вместо относительной союзницы у вас отныне рядом будет враг, – вздохнул Грант. – Безжалостный и изощренный.

– Я это и так знала, благодарю. Увы, с родственниками не всем везет. На самом деле… Его оговорки были достаточно полезны, так что я не считаю затягивание такой уж большой ошибкой. И вы вот о чем подумайте, Грант. Кто знает, что под маяком находятся руины древнего храма, причем храма действующего? Какие еще ритуалы мог проводить ди Монтеро? Направить бы туда артефакторов, жрецов, лишить его этого места.

– Хм…

– Видите ли… то, что я вам сейчас скажу, напрямую связано с моим спасением, поэтому я не выдам источник сведений. В одной из крепостей предательство, и я терпела Гарльтонов по единственной причине: я не могла отвлекать родителей своими проблемами. Найти предателя и удержать оборону – гораздо важнее.

– Вот как…

– Я поступила в академию и смогу отказаться от проживания в столице, буду жить в студенческом городке. Или воспользуюсь гостеприимством Вудстоков. У них безопаснее, но я не хочу, чтобы они стали для ди Монтеро мишенью.

– Леди, у меня есть… предложение.

– Да, Грант?

– Сегодня мы отдыхаем, а завтра я одолжу у леди Вудсток одну из хранительниц чести ее внучек, и мы, строго соблюдая приличия, отправимся навстречу вашим родителям. Ведь они сначала прибудут не в столицу, а в портовый город. Там можно будет дождаться корабля, уверен, что, пока мы доедем, времени пройдет достаточно и дольше ждать не придется.

Я увижу родителей!

Живыми, счастливыми…

Сердце забилось быстро-быстро. На миг я забыла обо всем на свете. Взрослая женщина куда-то делась, а девочка подпрыгнула, воззрилась на Гранта с обожанием и ожиданием обещанного чуда и эгоистично ляпнула:

– Да!

Я даже в ладоши захлопала, как маленькая.

Грант улыбнулся, и я почувствовала, как невольно теплеет где-то внутри от этой открытой улыбки. Я ее раньше никогда не видела – герцог строго держался своей маски несколько нелюдимого ученого. А для меня…

– И еще одно, – сказал он после паузы. – Увы, нам придется солгать в мелочах. Леди Вудсток нас поддержит и подтвердит, я уверен. Все должно выглядеть так, будто вы не уезжали с Кораллового в одиночестве и вовсе не были в моем поместье. Поскольку наверняка ваши родственники и ди Монтеро следят за домом моих друзей, мы объявим, что в ответ на ваше письмо, которое я передал лично, леди прислала за вами компаньонку, с которой вы сразу же выехали встречать родителей.

Глава 4

Влажный ветер то гладил лицо, играя с газовым шарфом, накинутым поверх шляпки, то вдруг начинал сердиться и наотмашь бил по щекам холодными порывами.

На набережной было много народа. Легче легкого затеряться в толпе. Никто не обращал внимания на юную леди в сопровождении строгой пожилой компаньонки.

Увы, с Грантом нам пришлось расстаться. Его вызвали к дяде, да и леди Вудсток при всей своей доброте поставила довольно жесткие условия: раз она берет на себя ответственность за мои честь и будущее, то все должны подчиняться правилам приличия.

Мне выделили компаньонку, вполне милую даму. Несмотря на свой суровый вид и очки в проволочной оправе, мисс Озия отнеслась ко мне очень по-доброму, и если давала советы, то корректно, мягко и, главное, умно.

В портовый город Деллы мы с ней прибыли только этим утром, и я, не утерпев, сразу же понеслась на набережную. Глупо, чего уж там. Мой порыв никак не ускорит прибытие родителей, но я не сдержалась. Так я могу быть ближе к ним хоть на шажок.

До сих пор я запрещала себе о них думать, отгораживалась от воспоминаний ментальной стеной, потому что иначе бы я, бросив все, помчалась на континент, чтобы увидеть их, обнять, почувствовать, что они живы. Эмоции, которые удавалось сдерживать, прорвали плотину волной цунами и смели здравый смысл.

– Леди, – укоризненно, но одновременно понимающе вздохнула мисс Озия.

Я оглянулась, пожала плечами, сообразила, что вынудила немолодую компаньонку поспевать за собой. Хорошо, дама оказалась крепкой, от моего энтузиазма не пострадала.

– Простите, – извинилась я.

– Леди, вы будто не пару лет, а целую жизнь не виделись.

Еще и проницательная…

– Можно и так сказать, – кивнула я. – В прошлой жизни я была глупой и доверчивой, а в новой… научилась понимать и ценить правильные вещи.

При виде кораблей на рейде мне стало чуть полегче, но не настолько, чтобы покинуть порт.

Я почесала кончик носа, чем вызвала у мисс Озии тяжелый вздох. Леди нос не ковыряют даже снаружи, но я… будем считать, что стимулирую мыслительный процесс.

Родители почти наверняка прибудут на военном корабле, то есть выяснять, когда ожидаются суда с материка, можно, но бесполезно. Разве что чтобы себя занять. Сунуться в военный порт? Ну-ну. Будь дело на континенте, у меня бы, возможно, и получилось, но здесь, на островах, в порту отнюдь не папины подчиненные, и «дочь генерала Тейла» вместо пропуска не сработает. Хорошо, если не задержат до выяснения обстоятельств… То-то папа обрадуется выуживать родную дочь из тюремной камеры.

Но издали взглянуть…

– Смотрите-ка, леди, какой аттракцион, – заметила вдруг мисс Озия и указала на деревянную башенку и устроенную наверху смотровую площадку, да еще и с подзорной трубой. Вход, естественно, платный.

Мисс Озия осталась внизу, а вот я отдала служащему монетку. Меня будто морские демоны подгоняли. Я взлетела по ступеням, приникла к трубе…

Синева глубокой воды, белые барашки, ветер. Рейсовый кораблик, курсирующий между островами, рыбацкая шхуна, лодка.

Когда я увидела огромное тело военного крейсера и флаги, в том числе и флаг папиной армии, я не поверила глазам, подумала, что мне от нервов уже мерещится. Я отводила трубу, возвращала…

В какой-то момент наверх поднялась мисс Озия.

– Взгляните, – попросила я ее.

– Генерал, – кивнула она.

Я чуть ли не вырвала у нее трубу, приникла.

– Папа! – завизжала я. – Мама!

Родители, обнявшись, вышли на нос и нетерпеливо смотрели в сторону порта.

А дальше…

Дальше я сошла с ума, потому что рванула вниз, забыв компаньонку. Я не помню, как я оказалась в обычном гражданском порту, зато смутно помню, как бросила рыбаку кошелек, прыгнула в его лодочку под хилым треугольным парусом. Есть магия, способная поднять попутный ветер. Слишком затратная и оттого в мореходстве почти не применяется, но заклинание я знала, и лодочка рванула военному крейсеру наперерез.

Уже потом я здраво оценила собственный поступок. Глупее придумать было сложно: утлая лодчонка плывет наперерез военному кораблю с официальным лицом на борту. Ведь существует регламент, кто и как может встречать такие суда. А меня же понесло…

Я изругала себя последними словами и… простила. Потому что никому не пожелаю полжизни вспоминать любимых родителей с той горечью и чувством вины, что выпали мне.

Неужели я увижу их живыми, здоровыми? Неужели смогу обнять, попросить прощения, сказать, как люблю, как ни на кого не променяю! Неужели…

– Леди, хоть озолотите, а под самый борт не поплыву, – высказался рыбак, очень недовольно стряхивая воду с весла и хмурясь на меня. – И не прыгайте вы, ради всех богов, как кошка на мачте, перевернемся! Вот дурак, на золото польстился. Как бы жадность боком не вышла.

Последние слова он бормотал себе под нос.

Я его слышала и даже понимала. Но ничего не могла с собой поделать.

Да и вообще… Совсем уж фатальной моя глупость не была. Родители на носу, естественно, они не могли не заметить странное суденышко, мчащееся к ним в порыве самоубийства. А дальше рассмотрели меня, и завертелось – спустили шлюпку, выслали навстречу. С дядей на борту. Я ясно видела, что родители и сами хотели, но, во-первых, им статус не позволял, во-вторых, шлюпку спустили маленькую, рассчитанную на двух гребцов и двух пассажиров.