Тайна Большой Академии Волшебных Наук "В поиске магических сокровищ"

Глава

Всё написанное в книге чистый вымысел,

любое совпадение - считать случайностью.

Ночная вылазка

Атомный ледокол «Максим» набирал ход…

Это была необычная поездка, пассажирами на этом судне были одиннадцатилетние дети. Многие уже расселись по своим каютам, а некоторые ещё сновали по коридорам туда-сюда в поисках своего номера.

На пересечении коридоров ледокола столкнулись два пятиклассника. Они столкнулись на полном ходу, выскочив из-за угла одновременно, словно сговорившись. Звук удара глухо раскатился под высокими палубами: лязгнули за спинами рюкзаки, эхо заметалось по стальным переборкам.

Белокурого мальчика качнуло назад, он едва удержал равновесие, инстинктивно выставив вперёд ладони. Девочка с серебряными, почти белыми волосами охнула и оступилась. Из её расстёгнутой сумки веером вылетели мелочи: пенал, блокнот с мятой обложкой, несколько разноцветных заколок, маленький фонарик и что-то ещё: всё это с сухим стуком рассыпалось по металлическому полу, закатилось под трубы, идущие вдоль стен.

— Ой! — выдохнула девочка, но не для того, чтобы извиниться. — Что стоишь, как истукан? Может поможешь? — недовольно хмыкнула она.

Её взгляд скользнул мимо мальчика, вниз, к самому полу, где что-то зелёное, маленькое и стремительное сделало резкий скачок. Её питомица Лягушка, она уже прыгала дальше, отскакивая от плинтуса.

— Стой! — крикнула девочка и, не думая ни о разбросанных вещах, ни о сбитом с ног незнакомце, сорвалась с места. Её серебряные волосы взметнулись на бегу — и она скрылась за поворотом, туда, где по коридору, гулко ударяясь лапками о переборки, ускакала лягушка.

Мальчик остался стоять посреди этого беспорядка.

Секунду он смотрел вслед девочке, приоткрыв рот, потом перевёл взгляд на пол. Пенал, блокнот, заколки, фонарик. Всё это лежало на холодном настиле, сиротливо и ненужно. Кто-то другой, возможно, пошёл бы дальше, посчитав, что виновата та, кто убежала, не оглянувшись.

Но он опустился на корточки.

Первым он поднял блокнот, аккуратно стряхнул с обложки невидимую пыль. Сложил в стопку тетради, подобрал с пола фонарик, нашёл под трубой заколку в форме маленькой рыбки. Всё это он укладывал в открытую сумку, которая так и осталась лежать на боку, пока по коридору, где-то далеко впереди, ещё слышался удаляющийся топот и азартный девичий голос:

— Стоять! Я сказала — стоять!

Догнав лягушку уже у следующего поворота, девочка посадила её в горшочек. Он был похож на тот, в котором запекают еду, только с ручками, как у женской сумки. Закрыв горшочек крышкой и повесив его через плечо, она вернулась к мальчику. Тот успел всё собрать и поднялся с пола.

— Благодарю, кстати, я Камилла, приятно познакомиться — подала руку девочка для рукопожатия. — И мне приятно, — робко сказал мальчик, не отводя взгляд от необыкновенных волос девочки и пожимая её руку.

— Что ты так пялишься на меня? — удивлённо спросила Камилла.

— Они такие красивые — завороженно проговорил белокурый мальчик, потянувшись рукой к её волосам.

— Понятно, будем знакомы, вообще то я искала себе подруг, но как-то с девочками здесь не особо, ты заметил? Ты в какой каюте? — тараторила девочка.

— Если честно, я так и не понял, мне дали карту, но на ней ничего нет, ни номера, ни картинки, абсолютно ничего — покрутил он карту и пожал плечами.

— Дай, посмотрю, — она взяла карту из рук мальчика и поднесла её к его губам, приказала — подуй.

Он подул и на карте высветилась стрелочка. Эта стрелочка, подобно навигатору показывала, где находится его каюта В11.

— О, а, у меня В12, так что пойдём вместе, кстати ты не сказал, как тебя зовут — продолжила Камилла.

— Роберт — ответил мальчик и они направились по маршруту, который показывала карта. – Ты ведь знаешь куда мы направляемся? — спросила Камилла.

– Я слышал, это вроде как школа для одарённых детей. Тебе что-нибудь известно о ней? – поинтересовался Роберт.

– Это Большая Академия Волшебных Наук, крупнейшая в России, – ответила Камилла.

– Наверное, там адский холод, раз мы плывём на ледоколе, а такие суда обычно бороздят Северный Ледовитый океан, – обеспокоенно заметил мальчик, ведя пальцем по стрелке на карте.

– Возможно, но не обязательно, – загадочно улыбнулась Камилла.

– Забавная штучка, – кивнул Роберт на карту, шагая с ней по коридору. – Такая же забавная, как твои волосы.

Они лавировали между встречными детьми с огромными чемоданами и вскоре остановились у двери Роберта.

– Ну, мы на месте – сказала Камилла. – Кстати, что у тебя на вечер?

Роберт удивлённо пожал плечами и ответил, что ничего особенного.

– Тогда предлагаю увлекательную вылазку, – глаза её озорно сверкнули, и она приложила палец к губам. – Только никому ни слова. И держи, возьми эти наушники. Вставь в уши – скоро заиграет музыка, и все уснут. Теплее одевайся и жди меня. Договорились?

Она вложила ему в ладонь два круглых предмета, похожих на пуговицы с двумя дырочками посередине. Роберт кивнул, и девочка скрылась за дверью своей каюты.

В каюте не было ничего примечательного: кровать, крошечный столик, встроенный шкаф и дверь, вероятно, в уборную. Даже иллюминатора не оказалось. Роберт не стал разбирать скудные пожитки – лишь поставил на столик у кровати любимых героев-мультяшек, Улиток-ниндзя, достал синий пуховик и натянул на голову вязаную шапку. Воткнув в уши пуговки, он принялся ждать. Достав из внутреннего нагрудного кармана маленькое круглое зеркальце, он взглянул в него, поцеловал и спрятал обратно. Закрыв глаза, откинулся на кровать.

***

В дверь постучали. Роберт смахнул непрошеную слезу и открыл – на пороге стояла Камилла. Волосы её скрывала шапка с помпоном, лишь одна непокорная прядь сверкала у лица. На ней была белая меховая шубка и мягкие меховые сапожки. Она взяла его за руку и повела за собой.

– Куда мы идём? – спросил Роберт.

– Тихо, – шепнула Камилла. – Скоро всё узнаешь.

Сквозь наушники доносился смутный отголосок нежной мелодии, но Роберт не мог разобрать, что именно играет. Они несколько раз поднялись по лестницам, то и дело оглядываясь и прислушиваясь. Где-то будто что-то просвистело, и на мгновение погас свет. Дети замерли, затем двинулись дальше и выбрались наверх. С огромным трудом распахнув тяжёлую металлическую дверь, они вышли наружу.

Мороз был лютым. Ледяной ветер хлестал в лицо, и они казались крошечными муравьями на огромном стальном стадионе. Им приходилось бороться с ветром, чтобы сделать шаг. Добравшись до носа ледокола, они увидели перед собой бескрайний ослепительно-белый океан.

Ледяные глыбы вздымались из тёмной воды и с хрустальным треском разбивались о форштевень, рассыпаясь мириадами искр. Зрелище было исполнено суровой, леденящей душу красоты, от которой захватывало дух и в то же время оно источало первобытный ужас.

Дети, стиснув пальцы в поисках опоры друг в друге, стояли на самом носу судна, совершенно одни под серебряным сиянием полной Луны, что прокладывала для них призрачную дорогу по беспокойным волнам. И в этот миг Роберт острее, чем когда-либо, осознал собственную хрупкость и никчёмность пред лицом разбушевавшейся стихии. Ему нестерпимо захотелось оказаться дома, укрыться от пронизывающего, колючего ветра, от бескрайней угольной бездны океана и от того липкого, змеящегося под кожу страха, что их вот-вот обнаружат. Тогда Камилла, порывисто откинув полушубок, извлекла из-за пазухи кулон на длинной цепочке.

Лунный свет, струящийся с небес, словно вторил серебряной дорожке, разлитой по воде, и эти два сияния сливались воедино. И вдруг, в какой-то непостижимый миг, поток небесного света обратился к кулону девочки, начал медленно вливаться в его холодный металл, наполняя его живым, пульсирующим сиянием. Это было нечто запредельное зрелище, от которого перехватывало дыхание.

Роберт инстинктивно сжал ладонь Камиллы с такой силой, будто боялся, что её вот-вот унесёт ввысь по этому сияющему столпу, словно в каком-то фантастическом кино.

Внезапно ветер стих, и воздух наполнился непривычным, почти летним теплом, разительно контрастирующим с ледяным океаном вокруг.

Секунды тянулись, но Роберту казалось, что время остановилось навечно. Он не мог оторвать заворожённого взгляда от девочки, что сияла в его руке, словно живая звезда. Жар, исходящий от её пальцев, становился всё ощутимее — ему чудилось, что его собственная ладонь вот-вот начнёт плавиться от этого нестерпимого жара.

«Может быть, это оттого, — промелькнула лихорадочная мысль, — что сердце бьётся так, что, готово вырваться из груди от невероятного адреналина».

Но столп света исчез так же внезапно, как и появился, — и мир рухнул обратно во тьму. Холод вернулся с новой силой, впиваясь в кожу, а ветер снова завыл, вздымая волны. Роберт, всё ещё не придя в себя, выдохнул дрогнувшим голосом — Что это было?

Вместо ответа Камилла резко дёрнула его за руку, и скомандовала — Бежим! Скорее!

И они побежали. Ветер подгонял их в спины, так, что дети практически летели по палубе. Как только они успели добежать до входа в корабль, сверху на мостике загорелся свет и оглушительный голос крикнул – Эй, кто здесь?

Они вошли в пространство ледокола, и массивная металлическая дверь с грохотом захлопнулась за ними. Тут же сверху послышались тяжелые быстрые шаги.

Дети понеслись сломя голову по коридорам и прыгая по лестницам через множество ступеней. За ними гналось нечто ужасное, рычащее и булькающее. Краем глаза Роберт видел лохматую фигуру с коричневыми длинными волосами, похожую на медведя. – Медведь на ледоколе? – пронеслась в его голове дикая мысль. От такой погони перехватывало дыхание. Еще чуть-чуть и монстр настигнет их…

Они забежали за угол коридора и внезапно дверь одной из кают открылась и их втянули внутрь. Каюта закрылась с молниеносной скоростью.

– Быстрее в стенной шкаф прячьтесь – скомандовал мальчик. Они залезли в стенной шкаф. Закрыв за ними дверь, мальчик прыгнул под одеяло и сделал вид, что спит.

В дверном глазке показался огромный жёлтый глаз. Роберт видел этот ужасный глаз, в малюсенькую щелочку между дверьми шкафа. Глаз водил жёлтым зрачком, осматривая каждый уголок комнаты. Через несколько секунд глаз исчез, и они смогли выдохнуть.

Ещё пару минут они стояли не шелохнувшись, потом шкаф открылся и напротив них появился взъерошенный парень.

– Выходите, беда миновала, – выдохнул он – с какой целью вы бегаете по ледоколу?

– Не твоё дело – сказала, Камилла, отряхиваясь от пыли – а, ты почему не спишь?

Мальчик показал на ухо, в котором был такой же наушник, похожий на пуговицу, как и у них только другого цвета.

– Да, вот решил почитать перед поступлением, а потом услышал погоню, подумал, что кому-то нужна моя помощь. А, всё-таки скажите, что вы там делали? – допытывался новый знакомый.

– Я заряжала свой тотемный талисман от лунного света, понятно? – проговорила Камилла.

– Понятно, чего ж не понятного – сказал парень – а ты? – перевел он взгляд на Роберта?

– Сам не знаю – пожал плечами растерянный белокурый подросток.

– Что, ж давайте знакомиться, Роман Пушкарёв – потомственный водный Maг – протянул руку для рукопожатия мальчик со смешной торчащей чёлкой.

– Камилла – дочка лесной нимфы – произнесла девочка, пожав ему руку.

– Роберт, просто Роберт, для друзей можно Роб – произнёс Роберт, отвечая на рукопожатие.

– Окей, Роб, будем друзьями – обрадовался Роман новым знакомым.

– А, что это за монстр, который гнался за нами? – спросил Роберт.

– А, это страж ледокола – Циклоп, у него самый чуткий слух и самый зоркий глаз.

– Не очень-то зоркий и чуткий, как я погляжу – ухмыльнулся Роберт.

– Или это мы просто счастливчики – усмехнулась Камилла и все засмеялись.

***

Позже, оказавшись в своей каюте Роберт, впервые в жизни ощутил не просто испуг или облегчение, а самый настоящий, пьянящий азарт. Усталость взяла своё мгновенно — он провалился в сон с блаженной улыбкой, ещё не успевшей сползти с его лица. «Что ж, забавное начало для моего путешествия», — успел подумать он, прежде чем провалиться в объятия Морфея.

Сон.

Сквозь плотные бархатные занавески в комнату сочился призрачный свет полной луны, высвечивая лишь очертания огромного, во всю стену, окна. За ним раскинулся ночной город, переливающийся живыми жёлтыми огоньками, которые, отражаясь в тёмной маслянистой глади воды, подмигивали в ответ загадочным мерцанием. В глубине богато обставленного кабинета, залитого этим серебристым сумраком, стояли две тёмные фигуры.

Одна из них, согнутая в подобострастном поклоне, говорила с заискивающими нотками — Это всего лишь бред сумасшедшей старухи Банги.

Вторая, облачённая в длинное чёрное одеяние, молчаливо слушала, надменно постукивая костяшками скрюченных, неестественно длинных пальцев по массивной дубовой столешнице. Грубый, хриплый голос, сорвавшийся с её уст, сочился глухой яростью — Бред, который сбывается всякий раз! Всегда! Мальчишку нужно найти — и уничтожить!

— Да, мой господин, — посетитель замялся, подбирая слова. — Но смею заметить, и это кажется мне важным... В пророчестве Банги сказано: «Всё падёт в пучину тьмы». — Он растягивал каждое слово, будто пробуя их на вкус, и медленно продолжил — Не обернётся ли это гибелью не только для всех остальных, но и для нас самих? Мне бы не хотелось кануть в ту самую пучину.

Тишина повисла в кабинете, тяжёлая, как свинцовое одеяло. Костлявые пальцы с чёрным кольцом, украшенным камнем в виде черепа, продолжали выбивать нервную дробь по дереву. Голос хозяина кабинета стал глубже, зловеще, перетекая в звериный рык — Мы и есть эта самая ТЬМА! Мальчишку надо найти — и немедленно. Скорее всего, маги попытаются его спрятать. Обшарь все их поселения и эту... как её... Академию, будь она проклята.

— Но, мой господин, — голос посетителя дрогнул от отчаяния, — нам неизвестно о нём ровно ничего: ни имени, ни лица. Только год рождения да город.

— Мне всё равно, каким способом ты его отыщешь. Проверь всех мальчишек этого возраста в этом городе, если потребуется. Любой ценой! Слышишь? Любой ценой! — хриплый голос набирал силу, становясь почти нечеловеческим. — Я чувствую, эти маги могли укрыть его, я знаю это...

И в тот же миг всё вокруг закружилось в мутном, тягучем тумане, растворяя видение в вязкой пелене беспамятства…

Новые знакомства

Роберт открыл глаза, сердце его колотилось от странного сна. – Куда ночь, туда и сон – гнал он от себя беспокойные мысли.

– То, что я видел во сне, не может быть правдой, просто запугивания Эдварда, возымели действие на моё подсознание и поэтому мне теперь снятся кошмары – успокаивал себя мальчик. – Никто не ищет меня, это всего лишь уловка хитрого Эдварда, чтобы нагнать на меня, как можно больше страха.

***

В коридоре царила суматоха. До его слуха донёсся голос, который казалось исходил прямо отовсюду – Туманный Альбион, десятиминутная готовность к высадке, всем поступающим собраться на палубе.

Не успел Роберт свесить ноги с кровати, как в дверь постучали. В подобии глазка появился серый глаз с густыми ресницами. Роберт догадался, что это Камилла и крикнул – Входи. Дверь сразу же открылась в неё тут же влетела Камилла с рюкзаком, чемоданом, и перекинутым через плечо горшочком.

– У меня есть идея: пойдем поищем столовую, так как покормят нас не скоро, а я вчера не успела поужинать – протараторила Камилла, помогая собраться мальчику.

– Ты знаешь где она? – спросил Роберт.

– Сейчас узнаем – Камилла достала карту, и подув на неё, попросила – Покажи столовую. На карте засветилась стрелочка показывающая направление.

– Идём, оставим вещи под лестницей, чтобы не таскаться с ними – предложила девочка.

Выходя из каюты, Роберт на мгновение задержался у двери и, повинуясь внезапному любопытству, приник глазом к крошечному отверстию с наружной стороны — ему хотелось понять, что же можно разглядеть оттуда. Однако взору его предстала лишь пустота: ни очертаний мебели, ни намёка на интерьер, ни единого предмета — лишь однородная, бесконечная серая пелена.

— Странно, — нахмурился он, отстраняясь. — Почему же ничего не видно?

Камилла бесшумно скользнула в номер и коротко велела ему взглянуть ещё раз. Роберт снова припал к глазку — и на этот раз сквозь серый туман проступил мягкий серебристый огонёк, похожий на крошечную звезду, мерцавшую ровно на уровне груди, где должна была стоять девочка. Когда она вышла обратно в коридор, то принялась терпеливо объяснять, что на самом деле это вовсе не обычный дверной глазок — он устроен иначе и снаружи позволяет видеть лишь сердечную чакру человека. У этого устройства было своё, невероятно мудрёное название, но Роберт, как ни старался, не сумел его запомнить — язык сломаешь, пока выговоришь.

***

Они уже подошли к лестнице, когда навстречу им из тени вынырнул Роман — его лицо сияло широкой, во весь рот, улыбкой, а непослушная чёлка, как всегда, забавно топорщилась в разные стороны.

— О-о, приветики! А я как раз вас ищу! Куда это вы собрались? — поинтересовался он, с любопытством проводив взглядом их вещи, оставленные под лестничным пролётом.

— Подкрепиться идём. С нами? — задорно бросила Камилла, и в голосе её звенело приглашение.

— Ага! — Роман мигом пристроил свой чемодан рядом с их вещами и уже через мгновение догонял ребят, что бодро спускались по ступеням вниз.

Преодолев один лестничный марш, они свернули направо и зашагали по длинному коридору. Где-то впереди уже плыл соблазнительный, тёплый запах свежезаваренного кофе и только что испечённой сладкой выпечки. Дети толкнули дверь — и перед ними предстала просторная, залитая светом столовая. За одним из столов, уставленным тарелками, расположилось несколько моряков, но взгляд ребят тут же привлёк человек у стойки: пухлый, добродушный мужчина в белоснежном поварском одеянии и высоком колпаке. Он уже стоял с широкой улыбкой, держа в руках поднос, на котором красовались три чашки горячего шоколада и горка только что приготовленных пышек, щедро присыпанных сахарной пудрой, от которой исходил умопомрачительный аромат.

— Налетайте, ребятки! Я вас заждался! — провозгласил он так, словно заранее знал, что они появятся именно в эту минуту. Роберт застыл в лёгком изумлении — откуда повару могло быть известно об их приходе?

Но тот, с грацией, совершенно не свойственной его комплекции, расставил чашки на столике, после чего вдруг заключил Камиллу в свои пухлые объятия и с лёгкостью приподнял над полом.

— Солнышко моё! Какая же ты красавица стала — вылитая мать! Передавай ей от меня самый горячий привет, — затараторил он, сияя. — Я бесконечно рад, что увидел тебя, моя дорогая!

С этими словами он наклонился к самому уху девочки и что-то быстро прошептал. Камилла едва заметно кивнула в ответ. Повар ещё раз крепко обнял её и с поклоном исчез за стойкой.

Девочка бесшумно опустилась на стул, присоединяясь к трапезе друзей.

— Откуда ты его знаешь? — поинтересовался Роман, прожевав очередной кусок пышки.

— Это наш давний друг семьи, — коротко ответила Камилла и с аппетитом принялась за угощение, словно не случилось ничего необычного.

***

Спустя каких-то пару минут они уже взлетали по трапу на верхнюю палубу, где всё давно было заполнено народом. Начало капитанской речи они, увы, пропустили, но до их слуха донеслись обрывки заключительной части:

— ...В связи с этим вам надлежит объединиться в группы по четыре человека и дожидаться своей очереди для посадки в Картелы. По прибытии вас ждёт контроль, после чего вам укажут место для хранения вещей. О дальнейших распоряжениях сообщат дополнительно, когда все соберутся в условленном месте.

Камилла тотчас обратилась к стоящей рядом девочке:

— Скажите, пожалуйста, а что он говорил вначале?

Девочка оказалась худощавой, с тёмными волосами, в которые были вплетены разноцветные пряди, и бледным, строгим лицом в очках. Над оправой приподнялись её чётко очерченные брови домиком. Она окинула Камиллу внимательным взглядом сверху вниз, недовольно фыркнула и отрезала — Надо было слушать. Я тебе не справочная. — И с вызовом отвернулась.

Но почти сразу за их спинами раздался мелодичный, словно колокольчик, девичий голос — Ледокол вошёл в зону туманного Альбиона. Дальше он идти не может, чтобы не потревожить магический мир. Всех пересадят на Картелы — это такие кареты, только вместо колёс у них полозья, как у саней. В один Картел помещается четверо, так что нужно найти себе попутчиков.

Девочка, произнёсшая это, улыбалась с завидной уверенностью. У неё была модная удлинённая стрижка «каре» яркого бардового оттенка, и сзади её причёски напоминала сочную, спелую вишню.

— Кстати, меня зовут Полина. А вам ведь нужен четвёртый человек? — спросила она с лёгкой хитринкой в глазах. — Я с удовольствием составлю вам компанию.

Все просияли — такое удачное стечение обстоятельств их обрадовало. «Она довольно милая» — подумал каждый из новых друзей.

Опасения Роберта сбываются

Прошло не более получаса, и они уже неслись по искрящемуся снежному насту. Белоснежные Картелы, управляемые карликами в таких же белых одеяниях, совершенно сливались с окружающим пейзажем: на фоне снежной равнины их было почти невозможно заметить. Со стороны никто не догадался бы, кто скрывается внутри, — цвет экипажа подстраивался под местность, словно живой хамелеон. Ребята, затаив дыхание, слушали Полину, которая охотно делилась всё новыми подробностями об этих удивительных каретах. Её познания в самых разных вопросах были поистине обширны, и это не могло не радовать спутников.

— Вот бы нам всем оказаться в одном классе, — мечтательно протянул Роман, с теплотой глядя на новых друзей. — Вы такие классные!

И все, не сговариваясь, согласно закивали.

***

Выйдя из Картела, дети очутились перед небольшой площадкой, которая висела в трёх метрах над землей. К площадке вели два траволатора, достаточно широких чтобы на них могли уместиться три человека в ряд. По двигающимся траволаторам поднимались дети с чемоданами и стекались на площадку. На повисшей в воздухе площадке уже образовалась приличная толпа. Стоя в очереди дети рассказывали друг другу о своей обычной жизни и разные смешные моменты из неё. Камилла на перебой с Романом делилась своими наблюдениями, Полина задавала участвующие вопросы, развивая и поддерживая беседу.

Роберт окинул взглядом площадку: впереди высился пропускной пункт, а через ров с тёмной незамерзающей водой был перекинут широкий подвесной мост, ведущий к крепостной стене. Саму стену разглядеть целиком не удавалось — над ней клубился плотный, молочный туман, и уж тем более нельзя было понять, что скрывается за ней. В голове Роберта роились самые разные мысли, начиная с мучительного сомнения: а что он, собственно, здесь делает? Ведь он — самый обычный мальчишка, не маг и не чародей, без капли волшебной крови.

Последней, самой тревожной мыслью было: «успел ли Эдвард оформить все нужные бумаги для поступления?»

— А если меня не пропустят? — лихорадочно размышлял он. — Скажут: «Ты вообще кто такой, мальчик? Тебе здесь не место!» Вот будет позор перед новыми друзьями... Хотя, с другой стороны, какие они мне друзья? Так, случайные попутчики, знакомы всего несколько часов. И интересно, ледокол всё ещё стоит у причала, чтобы увезти обратно тех, кому откажут? А мама... что она скажет, когда я заявлюсь ни с того, ни с сего? Ведь сейчас она даже не знает, кто я?»