Тайна Большой Академии Волшебных Наук "В поиске магических сокровищ"

Озеро страхов

На массивных воротах, причудливо переплетённых с плющом, висел крупный цветок, который то и дело подмигивал прохожим. Костя без колебаний нажал на его бархатистый бутон — цветок противно пискнул, и в самой его сердцевине вдруг открылся внимательный, чуть прищуренный глаз.

— Что вам, деточки? — раздался дряхлый, слегка скрипучий женский голос, доносившийся словно из глубины веков.

— Можно нам посмотреть на ваших питомцев? — бодро и весело отозвался Костя.

Глаз в цветке моргнул, неторопливо окинул взглядом каждого из ребят, изучающе скользнул по их лицам. На минуту повисла тягучая пауза, а затем голос произнёс уже мягче — Что ж, заходите. Как раз время кормёжки, поможете мне заодно.

Тяжёлые створки ворот бесшумно распахнулись, и дети шагнули в дивный сад, который показался им настоящим чудом. Невероятные, ни на что не похожие растения цвели и благоухали вокруг, переливаясь всеми оттенками радуги. Особенно привлекли внимание цветы-зеркала — огромные, как ромашки, только вместо жёлтой серединки у них красовалось кривое, чуть выпуклое зеркало, в котором их собственные отражения искажались до неузнаваемости.

— Смотрите, у Ромыча уши выросли до самых плеч! — залилась смехом Камилла, указывая на его кривое отражение.

— А у тебя животище, как бочка! — не остался в долгу Рома, кивая на её искажённый силуэт.

— А у Полины на голове бардовый ирокез! — хохотал Роберт, разглядывая её нелепый образ в зеркальной сердцевине.

— А у тебя нос, как у слонёнка! — парировала Полина, задорно глядя на Роберта сквозь отражение.

Костя лишь закатил глаза, недоумённо пожимая плечами — мол, ну что тут такого смешного?

Тем временем ветви деревьев, похожие на длинные, узловатые руки, то и дело тянулись к проходящим мимо детям, пытаясь их ухватить, но ребята, заливаясь хохотом, ловко увёртывались.

— Не достанешь! — дразнил Роман неповоротливые ветки, показывая им язык.

Но больше всего их позабавили странные фрукты, напоминавшие огромные арбузы, с забавной сквозной прорезью поперёк, которая точь-в-точь походила на широкую улыбку. Казалось, сами плоды смеялись вместе с ними, озаряя сад беззвучным, радостным весельем.

У этих смеющихся арбузов вместо зубов торчали чёрные семечки, а из открытых ртов высовывались красные длинные языки. Все растения шевелились: кряхтели, шипели и плевались семенами.

Впереди, среди сумрачных деревьев, показалась избушка — она вдруг приподнялась на своих куриных ногах, скрипнув суставами, и медленно развернулась, словно принюхиваясь к пришельцам. Из её тёмного нутра вышла дряхлая старуха, сгорбленная годами, неся в руках два огромных ведра, наполненных чёрной массой. Избушка покорно присела, уткнувшись крыльцом в землю. Старушка поставила вёдра перед собой, исчезла в темноте дверного проёма и через мгновение возникла вновь — уже с двумя другими вёдрами.

— Помогите бабушке, деточки, — прошамкала она, окинув ребят мутным взором.

Мальчики послушно взяли по ведру; одно осталось у старухи. Полина шагнула было к ней, протягивая руку, но старуха резко отдёрнула ношу — Спасибо, я ещё не слишком стара. Мне всего-то… — она на мгновение задумалась, прищурилась, сбившись со счёта, а потом досадливо махнула рукой. — А, забыла, сколько мне уже: то ли триста, то ли четыреста в этом году стукнет.

Дети, сгибаясь под тяжестью вёдер, поплелись вслед за ковыляющей старухой в глубь необычного леса. Чёрная, густая масса в вёдрах булькала и шевелилась, словно живой кисель, готовый выплеснуться через край. Вокруг стремительно темнело, ветви над головами смыкались, образуя плотный шатёр, почти не пропускающий света.

То тут, то там ребятам попадались на глаза диковинные существа: по стволам деревьев неторопливо ползали огромные муравьи с обезьяньими головами, ловко срывали плоды и с забавным покряхтыванием укладывали их в маленькие вагончики. Из земли то и дело высовывались слепые головы с лопатообразными наростами — они подкидывали в воздух разноцветные корнеплоды, которые сами падали в те же вагончики. Целая вереница таких вагончиков плыла по воздуху, плавно лавируя между ветвями, а наполнившись, исчезала в сторону Академии.

— Свежие фрукты и овощи каждый день для учащихся, — шепнул Костя своим спутникам, кивнув в сторону уплывающих повозок.

— Боюсь даже спрашивать, из кого тут делают мясное рагу, — Роман сделал огромные глаза и испуганно закрутил головой.

— Из тех, кто проваливается на экзаменах, — засмеялся Костя, подмигнув.

— Не смешно, — толкнула брата сестра, но в голосе её послышалась тревога.

В воздухе кружили диковинные птицы, формой напоминающие заварные чайники, — они насвистывали причудливые, завораживающие мелодии. Вокруг порхали огромные бабочки с мохнатыми крыльями, на которых непрерывно сменялись фантастические узоры. Полина, не умолкая, рассказывала друзьям о виденных животных и растениях — всё это она когда-то вычитала в старых книгах, и теперь каждое существо оживало перед их глазами.

— Кажись, пришли, — крякнула старуха и тяжело поставила ведро на край полянки, неожиданно открывшейся перед ними.

Посреди поляны серебрилось озерцо — но не с прозрачной водой, а тёмно-чёрной, покрытой радужной маслянистой плёнкой, словно разлитой нефтью.

— Это очень похоже на Озеро страхов, — задумчиво проговорила Полина и тут же обернулась к старухе. — Мы их будем кормить? Зачем?

Старуха молча толкнула ведро к воде и отошла на пару шагов назад, бормоча себе под нос:

— А затем, зачем все смакуют и кормят свои страхи. Кормят их своими негативными эмоциями. Страхи очень любят покушать.

Чёрная булькающая масса стала вытекать из ведра, стремительно увеличиваясь в объёмах, пока не заполнила собой всю гладь озера. И тут началось невообразимое. Из воды, одна за другой, стали показываться самые жуткие, зубастые пасти: скелеты, зомби и мумии вырывались из чёрной глубины, вцепляясь друг в друга, откусывая конечности и распадаясь на части. Чернота сгущалась, словно сама ночь спустилась на поляну, а над озером разносился вой, визг, писк — непрекращающийся, леденящий душу гомон.

Само озеро то превращалось в глубокую бездонную впадину, то вздымалось высокой чёрной волной, то полыхало жарким огнём, то являло собой сгусток жутких глаз на огромных лапах. Огромные морды — крокодильи, акульи, клювоподобные — копошились в нём и остервенело дрались за еду. Повсюду слышался лязг челюстей, хруст костей и чавканье.

Вдруг из самого центра кипящего озера показались огромные щупальца с присосками. Они стремительно росли, вздымались высоко вверх и начинали хаотично ощупывать всё по краю, словно ища добычу. Дети не успели опомниться, как одно из щупалец молниеносно схватило Полину. Она пронзительно закричала.

Роберт, не мешкая, поставил ведро, подхватил с земли тяжёлую дубину и принялся что есть силы колотить по извивающейся конечности. Но щупальце с Полиной уже взметнулось вверх, а другое, не менее проворное, обвилось вокруг самого Роберта. Мальчик отбивался дубиной, но хватка чудовища была железной.

Костя, стиснув зубы, зашептал что-то, направив указательный палец на стоящее рядом дерево. Ветви внезапно ожили, начали стремительно расти, эластично извиваться и опутывать щупальца. Огромная мощь чудища напряглась, пытаясь высвободиться и перетянуть дерево на свою сторону. Но дерево, подпитываемое магией Кости, росло с невероятной скоростью, ещё туже стягивая вражеские конечности. Завязалась отчаянная борьба — перетягивание каната, в котором гигантская сила озёрного монстра противостояла живой магии подростка.

Тем временем Роман пытался поднять другую дубину, но она оказалась ему не по силам; тогда он бросился к большому камню, но и тот не поддался с первого раза.

Над серединой озера медленно показалась верхушка чудовищной головы, и из воды открылся огромный, горящий ненавистью глаз — он шарил по берегу, выискивая Костю. Чудище стало проворнее, сильнее, его щупальца с новой яростью заметались в воздухе. Полина, сжимаемая в стальной хватке, отчаянно кричала. Камилла, стоя на берегу, махала руками и звала чудовище на себя, пытаясь отвлечь его. Роберт, весь в неистовстве, крутил дубиной со всей мощи. Внезапно вокруг его оружия начал закручиваться небольшой вихрь — и с каждым новым взмахом он набирал силу, превращаясь в стремительный ураган.

Наконец Роману, собрав последние силы, удалось поднять огромный камень и с размаху запустить его прямо в глаз чудовища.

Ураган уже бушевал по всему периметру озера, срывая пену с чёрной глади. Чудище взвыло, разжало щупальца и, отшвырнув детей, с грохотом рухнуло обратно в глубину, унося с собой вырванное с корнем дерево.

Костя обессиленно опустился на землю, тяжело дыша. Всё стихло. На поверхности озера вновь образовалась неподвижная радужная плёнка, переливающаяся всеми цветами — тихая, обманчивая, словно ничего и не было.Роман подбежал к Полине, а Камилла побежала к Роберту.

– Как ты это сделал? – озадаченно спросила Камилла Роба.

– Что сделал? – не понимая, о чём речь и поднимаясь на ноги спросил мальчик.

– Ну, этот ураган, как ты его сделал? – настаивала на своём Камилла. – Я ничего не делал – удивился Роберт.

– Полина без сознания! – закричал ребятам Рома. Камилла с Робертом метнулись к лежащей на земле Полине и склонившемуся над ней Роману.

– Кажется она сильно приложилась при падении – обеспокоенно говорил Рома. Камилла нагнулась над подругой, послушала биение её сердца. Затем сняла с себя кулон, открыла его и влила в губы Полины немного серебряного света. Полина глубоко вдохнула и открыла глаза. К ним подошел обессиленный Костя.

– Дай и мне немного – попросил он. Отпив серебряного света, он тотчас выпрямился, как после долгого восстановительного сна.

– Прикольная штуковина – восхитился Роман.

Пока они интересовались самочувствием друг друга, не заметили, как старуха уже ушла налево, огибая озеро по дорожке. Она свистнула детям и прокряхтела – Vamonos amigos adelante.

Дети двинулись за ней, прихватив вёдра.

– Полиш, а что это за Озеро страхов такое? – поинтересовался Роман у подруги.

– Оно показывает, то чего ты больше всего боишься – уверенно говорила девочка.

– Значит получается, что ты боишься спрутов? – рассуждал Роман, обращаясь к Полине.

– Получается так! – пожала плечами девочка.

– Роб, а ты чего боялся?

– Я боялся? – задумался Роберт – с самого начала моего путешествия я боюсь не оправдать ожиданий.

– Чьих ожиданий? – поинтересовалась Камилла.

– Эдварда, наверное, хотя и свои тоже – размышлял мальчик и обратился к Косте – Кость, а ты чего боялся?

– Я боялся, что мне придётся за вас отвечать, в случае чего – ответил Костя.

– А, я боялся оказаться бесполезным – сказал Роман.

– А, ты? – спросили все Камиллу.

– А, я ничего не боялась. Я всегда так, я сначала не боюсь, не боюсь, а потом, когда начинаю обдумывать страшную ситуацию, то страх меня догоняет.

Делу время, потехе час

Вскоре перед ними открылась ещё одна поляна, на которой резвились небольшие динозавры — ростом около полутора метров, с костяными гребнями на носу и передними лапами, покрытыми разноцветными перьями, увенчанными длинными когтями.

— Это овирапторы, — пояснил Костя своим спутникам. — Они сохранились с доисторических времён и водятся только здесь. Захватывающее зрелище, не правда ли?

Динозавры стремительно носились по периметру поляны, мощные задние ноги позволяли им развивать невероятную скорость. Передние лапы они расправляли, словно крылья, и бросались друг на друга — это напоминало петушиные бои. В воздух взлетали разноцветные перья, осыпаясь на землю ярким конфетти. Но перья отрастали мгновенно, и вся земля вскоре оказалась устлана пёстрым ковром.

Старуха обвела детей цепким взглядом и задержалась на Роберте. Вытянув вперёд руку с уродливым крючковатым пальцем, она поманила его:

— Ты, подь сюды, — прокряхтела она.

Роберт послушно приблизился.

— Иди покорми их, — приказала старуха и неожиданно толкнула его с такой силой, что мальчик отлетел в самый центр поляны. В мгновение ока он оказался в окружении оравы необычных существ — их было не меньше пятидесяти. Подбросив ведро в воздух, он бросился бежать, но из ведра уже взмыла вверх чёрная туча саранчи, за секунду заполонив всю поляну. Динозавры пришли в неистовство: они подпрыгивали, метались, ловили порхающую добычу разинутыми пастями.

Роберт не успел уйти далеко — один из овирапторов подскочил сзади, подкинул его мордой вверх, и мальчик, описав дугу, приземлился прямо на спину дикого зверя. Он вцепился в длинную шею, пытаясь удержаться. Друзья что-то кричали ему, размахивая руками, но крики тонули в грохоте и свисте.

Белокурый подросток изо всех сил держался на бешеном динозавре, который прыгал, размахивал передними конечностями, сталкивался с сородичами и мотал головой, пытаясь сбросить седока.

— Сделай же что-нибудь! — взволнованно просила брата Камилла.

— Что я могу? — с горечью ответил Костя.

— Накинь на зверя аркан, притяни его сюда! — предлагала сестра.

— Он слишком быстро движется, я не могу сосредоточиться, — напряжённо проговорил Костя, наставив указательный палец с кольцом на Роберта.

Полина отчаянно кричала — Роб, сюда!

Роман поднимал с земли камни и пытался попасть в разъярённых динозавров. А старуха, стоя в стороне, довольно потирала руки.

Но вдруг случилось неожиданное: с абсолютно чистого, безоблачного неба начали падать огромные капли дождя. Они становились всё крупнее и падали всё чаще — начался настоящий ливень. Саранча прижалась к земле, динозавры замерли и один за другим стали ложиться на сырую траву.

Роберт спокойно спустился с распластавшегося на земле ящера и, приглаживая мокрые волосы, подошёл к друзьям.

— Роб, да ты просто джигит! — восхищённо воскликнул Роман, хлопнув его по ладони. — Ты потрясающе держался на этом бешеном страусе!

— Отлично сработано! — поддержал Костя, вкладывая в руку Роберта свою ладонь.

— Это ты сделал? — с изумлением спросила Камилла, указывая на небесный поток. — Вызвал дождь?

— Не знаю, — пожал плечами Роберт, смущённо улыбаясь от похвал. — Я ничего не делал, просто подумал, что могло бы их успокоить... Наверное, просто случайность.

— Как же, случайность! — проворчала старуха и, сверкнув глазами, добавила с недовольством: — Пойдёмте дальше.

***

Эдвард смотрел через перспекционный монокль в сторону очарованного леса. – Хм, зачем старуха повела детей этим маршрутом? – бормотал озабоченно директор Академии. – Мы используем этот маршрут только для экзаменационных испытаний.

Виктор, перебирающий бумаги, не поднимая головы, предположил – В этом году набор детей больше, может Ягиня использовала эту вариацию, только её лайтовую версию?

– Все версии подписаны лично мной – отрезал Эдвард – маршрутов предостаточно. Ничего не понимаю – продолжал рассматривать и настраивать монокль подтянутый мужчина.

– Виктор, кто-нибудь интересовался списками поступивших? – озадаченно спросил он.

– Да, много кто – начал вспоминать помощник директора – Евгений Петрович заходил, ещё Кирот интересовался, да и Владыковна забегала – перечислял он.

– А ещё, Ментор спрашивал – вспомнил Виктор.

– Ментор? – удивился директор – он ничего не ведёт у начинающих, с чего бы ему спрашивать о них?

– Кто ж его знает? – пожал плечами молодой человек.

– Уму не постижимо, это не кабинет, а проходной двор какой-то – возмущался Эдвард – надо бы ввести правило – принимать только по предварительной записи.

– Ага – кивнул Виктор, поправляя очки – ещё этот заходил Бабоса, ну этот противный такой, по воспитательной работе – уточнил он – спрашивал не прибыли ли в этом году отъявленные хулиганы. А, ещё спрашивал про поступающих, этот из комитета по магическому образованию, как его? А, Гранкин. Он спрашивал: «Вызывает ли кто-то из детей особые надежды?».

– Что ты ему ответил? – поинтересовался Эдвард. – Сказал, что таких данных нет, это будет понятно после начала обучения.

– Ясно, – покачал головой директор Академии и продолжил – после посвящения вызови Ягиню ко мне.

– Будет сделано! – отрапортовал Виктор.

Топь неосознанности

Старуха свернула налево, в обход полянки, которую орошал ливень.

— Может, вернёмся? — с тревогой спросила Полина, настороженно поглядывая на хмурое небо. — Не нравится мне эта затея.

— Не бойся, всё будет хорошо, — мягко успокоил её Костя, обняв за плечи.

Друзья зашагали следом за старухой. Роман, пристроившись рядом с Полиной, поинтересовался — А про то, что мы сейчас видели, ты читала?

— Трудно сказать, — задумалась Полина, нахмурив лоб. — Может быть, это о том, что в погоне за праздником можно потерять друзей... Что-то в этом роде. Вот только не знаю, что значит этот внезапный дождь, — пожала она плечами.

— Может, слёзы? — предположил Роман.

— Вполне возможно, — согласилась Полина.

— Не стоит выдумывать смысл там, где его нет, — наставительно заметил Константин, невольно вмешавшись в их разговор.

— Впереди начинается топь, — прокряхтела бабка, обернувшись. — Идите след в след, и не отставайте, а то дорожка быстро исчезает.

— А ведь это «Топь неосознанности», — с уверенным видом произнесла Полина.

— И что это значит? — озадаченно спросил Рома.

— Если верить легенде, — начала объяснять девочка, — то, когда человек живёт не в моменте, постоянно тревожится о мелочах и суетных заботах, он неизбежно попадает в эту трясину.

— И что потом? — настороженно переспросил Роман.

— Суп с котом! — резко оборвала его старуха, стукнув по земле клюкой, которая невесть откуда появилась у неё в руке. — Хватит болтать, идите за мной.

От её удара в болотистой жиже проступили слабые светящиеся следы, и старуха бодро зашагала по ним. Камилла, недолго думая, опустилась на траву, сняла белоснежные кроссовки и взяла их в руки. Роберт удивлённо приподнял брови, но промолчал, ничего не спрашивая.

Дети гуськом двинулись по буро-зелёной каше, в которой тут и там торчали замшелые пни и коряги. Первым шёл Костя, за ним Полина, затем Роман и Роберт; замыкала шествие босая Камилла, аккуратно ступая след в след за Робертом и погружаясь в вязкую жижу. Внезапно где-то рядом, на коряге, громко квакнула синяя жаба. Горшочек, висевший на поясе девочки, дёрнулся в сторону, и Камилла, не удержав равновесия, с глухим всплеском рухнула в болото, но успела вскинуть руки с кроссовками высоко над головой, отчаянно призывая на помощь.

Старуха, Костя и Полина уже ступили на твёрдый берег, когда услышали крик. Роберт и Роман с ведром мгновенно обернулись.

— Нет! — хрипло закричала старуха, и голос её прозвучал как набат над топью. — Сейчас следы исчезнут, и вы провалитесь! Живее сюда!

Роман, замешкавшись, бросился к берегу, но споткнулся и выронил ведро; оно с глухим плеском ушло в болотную жижу. Роберт же, не раздумывая ни секунды, ринулся обратно к Камилле и протянул ей руку.

Следы уже начинали таять с дальнего конца дорожки. Камилла, отчаянно работая одной рукой, пыталась подплыть ближе, второй по-прежнему держа кроссовки над головой. Она барахталась, карабкалась в вязкой каше, пытаясь ухватиться за протянутую ладонь.

— Брось их! — скомандовал Роберт, и девочка, наконец, понимая, всю безысходность данного положения, подчинилась и бросила свои белоснежные кроссовки. Она изо всех сил вцепилась в его руку, но мальчику не хватало сил, чтобы вытянуть её из трясины.

— Давай, Камилла, ну же, миленькая! — кричали с берега Роман и Полина наперебой. — Роберт, быстрее, следы уходят!

Старуха же лишь довольно ухмылялась, скаля беззубый рот.

— Чего скалишься? — зло выкрикнул Костя. — Сделай же что-нибудь!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.