Ржавчина, руина и искупление

"Терон!" – крикнул Кель сквозь грохот. "Что-нибудь?!"

Терон, чье лицо было бледным, но голос твердым, крикнул в ответ: «Огонь! Они уязвимы для огня! И цельтесь в глаза! Они медлительные, используйте это в своих интересах!» Он быстро распознал опасность, даже на расстоянии. Если бы эти существа приблизились, группа понесла бы серьезные потери, и вероятность побега резко упала бы.

Вспомнив слова Терона, Кель зажег сигнальную ракету, которую он спас ранее, и бросил ее в гущу приближающихся демонов. Эффект был мгновенным. Чумоносцы отпрянули от внезапной вспышки света и тепла, их больная плоть шипела и дымилась там, где их касалось пламя, это дало необходимую передышку, и группа начала методично прорываться, используя слабости врага, которые обнаружил Терон. Группа врезалась в них всем, что у них было, самодельное оружие поднималось и опускалось. Это было некрасиво, но эффективно. Один из рабов сумел повалить чумоносца на землю и несколько раз ударить его по голове камнем. Они сражались изо всех сил, независимо от того, насколько маленьким или незначительным он мог быть.

Битва была жестокой и отчаянной. Рабы, подпитываемые адреналином и первобытной волей к выживанию, сражались с яростью, которая удивила даже их самих. Они больше не были просто обычными людьми. Они были воинами, выкованными в горниле умирающего корабля, их человечность была испытана до предела. Кель двигался как одержимый, его оружие было вихрем смерти. Он пробил череп одному чумоносцу, затем нырнул под неуклюжий взмах другого, нанеся апперкот, который раздробил его челюсть.

Элара, используя свою ловкость в своих интересах, метнулась между медленно движущимися демонами, ее заточка находила бреши в их обороне. Она целилась в их глаза, суставы, в любое уязвимое место, которое могла найти. Она была подобна вихрю движения, смертоносной танцовщице среди неуклюжих ужасов. Это была ее область знаний, позволяющая группе медленно уничтожать орду, ограничивая при этом риск для себя.

Одна из рабынь, молодая женщина по имени Лира, потерявшая свою семью из-за культа, оказалась лицом к лицу с огромным зверем бога Хаоса. Существо, масса гнилой плоти и извивающихся щупалец, потянулось к ней когтистой рукой. На мгновение показалось, что она мертва, но, вспомнив, что она потерянная, девушка яростно взревела и напала, монстр не выдержал и отступил на мгновение, этого момента было достаточно для Кейла, в одно мгновение он разбил голову монстра.

Терон, из своей относительно безопасной позиции в середине группы, продолжал выкрикивать советы, его голос успокаивал среди хаоса. «Берегитесь хаослингов! Они набросятся на вас! Продолжайте двигаться, не позволяйте им окружить вас!»

Битва, казалось, длилась вечность, но в конце концов, последний из Чумоносцев пал. Группа стояла победителем, хотя и побитая и окровавленная, среди изуродованных трупов своих врагов. Они выжили, но они знали, что это только начало.

Они продолжали наступать, сталкиваясь с новыми очагами сопротивления: небольшими группами орков, обезумевших от демонического вторжения; стаями хаослингов, которые роились из теней, их крошечные когти и зубы были на удивление опасны; одинокие культисты, их тела были искажены и мутированы, их разумы были потеряны для шепота Варпа. Казалось, что они не продвигались ни на шаг. С каждым убитым врагом появлялось еще десять. Если бы они остановились, чтобы подумать, что враг быстро их задавит, и им некуда будет отступать, это могло бы легко закончиться прямо сейчас, если бы они позволили своему страху овладеть ими.

В одной особенно жестокой схватке они оказались в ловушке в большой комнате, единственный выход был заблокирован ордой орков и огромным мутировавшим Варбоссом, возглавлявшим атаку. Варбосс, чье тело было изрешечено теми же пульсирующими наростами, которые поразили орка во время ритуала, издал оглушительный рев и бросился в атаку, размахивая огромным зазубренным тесаком. Варбосс был намного сильнее оскверненного орка, которого они видели ранее. Очевидно, культ намеревался воспользоваться своим новым питомцем.

"Терон!" Кель закричал, едва отразив удар Варбосса, который едва не оторвал ему руку. «Есть идеи?» Они оказались в ловушке, возможно, это были их последние минуты жизни в этом проклятом месте.

Терон, осматривая помещение, крикнул в ответ: «Энергопроводы! Они перегружены! Если мы сможем их перерезать, это может вызвать цепную реакцию!»

Увидев возможность, Элара бросилась к массивным энергопроводам, которые тянулись вдоль стен помещения, ее кинжал сверкнул, когда она перерезала толстые кабели. Полетели искры, и воздух наполнился запахом озона. Варбосс, отвлеченный действиями Элары, повернулся к ней, давая Кейлу необходимое ему открытие. Они выиграли для своей группы немного времени. Им просто нужно прорваться прямо сейчас, иначе у них может не быть второго шанса вообще.

С ревом Кель бросился на Варбосса, нацелив свое оружие на открытые, пульсирующие наросты существа. Он ударил своим оружием в Варбосса, и тот издал вой боли, когда его плоть разорвалась и сочилась дурно пахнущим ихором, часть которого брызнула на пол, заставив его зашипеть. Существо споткнулось, его движения стали хаотичными. Имея преимущество, Кель обрушил на зверя удар за ударом, заставив его медленно отступать.

Другие рабы, увидев свой шанс, присоединились к драке, рубя по ногам существа, пытаясь сбить его, молодая женщина схватила трубу и начала яростно бить орка, вкладывая все свои силы, вскоре орк лежал на земле. Кель нанес завершающий удар, теперь спокойный орк поблагодарил героев за освобождение его от оков хаоса, прежде чем он закрыл глаза и испустил последний вздох.

Внезапно помещение сильно содрогнулось. Энергопроводы, перерезанные Эларой, перегрузились, создав цепную реакцию, которая разорвала помещение. Взрывы сотрясли корабль, и орки были отброшены назад, многие из них были раздавлены падающими обломками. Каким-то чудом большая часть группы осталась невредимой, и хотя у них были новые порезы и синяки, они выжили.

Группа, избитая, но не сломленная, вышла из камеры, оставив позади изуродованные останки своих врагов. Они выжили, но цена была высока. Несколько из них пали, их тела забрали ужасы «Деффбринга». Их нынешнее продвижение было медленным, слишком медленным, но пока они могли свести свои потери к минимуму, у них все еще был шанс достичь безопасности.

Пока они двигались дальше, Кель смотрел на лица оставшихся выживших. Они были истощены, окровавлены и покрыты шрамами, но в их глазах все еще горел огонек решимости. Они были выкованы в крови, закалены ужасами корабля, и они не собирались сдаваться. Кель думал о своих павших товарищах. Кель молча поклялся, что вытащит всех, что не позволит их смерти быть напрасной.

Они больше не были просто рабами. Они были воинами. Они были выжившими. И они собирались добраться до спасательных капсул, чего бы это ни стоило. Никто не хотел сдаваться, все шли вперед изо всех сил, у них еще были силы для последнего рывка, и теперь вопрос был в том, быть или не быть. Каждый из них решил, что сейчас самое время.