Школьный литературный театр

© Александр Цоколов, 2021

© Общенациональная ассоциация молодых музыкантов, поэтов и прозаиков, 2021

Выражаем большую благодарность семье Дмитриевых и, в частности, Андрею Игоревичу Дмитриеву – основателю бренда «НАСПОРТЕ» (г. Новосибирск) за финансовую поддержку данного издания в интересах образования и воспитания детей и молодёжи

От составителя

Автор сборника ставит своей целью дать школам и другим учебным заведениям своего рода практический материал для воспитательной и образовательной работы в области русского языка и литературы средствами школьных театральных кружков и различных молодёжных студий. Называя это школьным театром, автор считает такую творческую ученическую и студенческую работу важным педагогическим звеном в учебновоспитательном процессе, чрезвычайно положительным делом в школах, гимназиях, вузах и средних специальных учебных заведениях, где уделяется внимание эстетическому воспитанию и гуманитарному образованию. Ведь хорошо известно, что дети и подростки, молодые люди нередко хотят проявить силы на сцене, попробовать себя в этом искусстве, и данная книга поможет в этом.

Известно, что литературное обучение в школе, гимназии, средних специальных учебных заведениях всегда ставит цель подготовить грамотных в широком смысле слова молодых людей с тем, чтобы они в дальнейшем в жизни умели пользоваться устной и письменной речью на высоком уровне грамотности.

Сборник включает инсценированные материалы: несколько пьес и сценические композиции для речевого хора. Пьесы составлены по роману А. С. Пушкина «Евгений Онегин», рассказу И. С. Тургенева «Бежин луг» и его повести «Первая любовь», а также рассказу А. П. Чехова «Злоумышленник». В форме пьесы даны «Четвёртый сон Веры Павловны» по роману Н. Г. Чернышевского «Что делать?» и историческая дума К. Ф. Рылеева «Иван Сусанин».

Другие инсценированные материалы предлагаются для исполнения речевым хором, т. е. чтецами. Это исторические песни (думы) К. Ф. Рылеева и древнерусский литературный памятник «Слово о полку Игореве».

На взгляд автора, эта работа имеет важное воспитательное значение.

Приведём хорошее высказывание известного педагога, методиста по ученическим сочинениям Л. С. Айзермана. Он справедливо отмечает, анализируя недостатки школьных сочинений: «…ученик видит мысль не в тексте, а вне текста, идёт не от слова писателя, не от написанного в книге и в ней увиденного, а от заранее известного ему положения, под которое подгоняется, к которому привязывается прочитанное».

Активное участие детей в сценических драматизациях по художественным произведениям, в школьных спектаклях, речевом хоре на сцене учит детей правильно понимать главную мысль художественного текста. Давно известно, что умелая работа с детьми и молодёжью, любителями сценического искусства, является эффективным методом воспитания эстетического восприятия литературы и всех видов большого искусства, закладывает основы любви к искусству, литературе, поэзии, способствует повышению языковой грамотности и культуры речи.

Для достижения этой цели в школе используются разные методы организации уроков и внеклассной работы. Как раз драматизация изучаемых произведений сыграет важную роль и будет иметь большое значение в деле привлечения детей к творческой работе на сцене по произведениям изучаемых писателей, раскрытия в детях таланта и способностей. Это важно именно в области обучения детей школьного возраста, а также студентов. Известный педагог-методист М. А. Рыбникова указывала, что «читая драму, роман, рассказ, мы переживаем события, участвуем в них и это самый первый и естественный путь читателя». Нельзя не согласиться с этим, и можно продолжить эти мысли: инсценированные тексты на школьной сцене также учат постижению литературных произведений, помогают переживать и понимать литературные эпизоды, характеры героев. Именно школьные формы сценической творческой работы детей чрезвычайно полезны в школьные и студенческие годы.

Участие в речевом хоре (хоровое чтение) тоже привлекательно и полезно для детей. Оно вырабатывает чувство слуха, ансамбля, ритма, культуру речи и поведения на сцене, художественный вкус, воображение, что чрезвычайно важно в период формирования личности в школьном и студенческом возрасте для воспитания эстетического восприятия звучащего художественного слова. Это оказывает положительное влияние на сознание и чувства молодых. Участие в речевом хоре полезно ещё и потому, что исполнители-дети лучше проникаются умением видеть текст, понимать мысль автора в тексте и выстраивать свои интонации (переживания), идя от словесной ткани писателя или поэта. Каждое выступление перед зрителем – это всегда осознаваемый законченный результат коллективных усилий, что благотворно сказывается на молодёжи. Пусть они на ступени детского школьного или студенческого возраста обязательно встретятся с искусством сценического творчества и поймут, как много оно даёт их культуре и восприятию окружающей действительности. Автор инсценировок в воспитательных целях сознательно ввёл в состав действующих лиц каждой инсценировки роль ведущего, обязанность которого – грамотно подавать открытие и закрытие спектакля, концерта или литературного вечера. Эта роль нравится детям старшего возраста и, безусловно, также будет полезна для повышения уровня языковой культуры.

Автор надеется на активный творческий подход учителей и воспитателей к этой столь нужной и интересной работе с детьми и молодёжью, всегда приносящей радость коллективного художественного творчества.

Автор выражает большую благодарность Андрею Игоревичу Дмитриеву (г. Новосибирск) – создателю бренда «НАСПОРТЕ» – за финансовую поддержу издания данной книги.

А. А. Цоколов,

почётный работник общего образования РФ

Пушкин есть явление чрезвычайное… это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет.

Пушкин – отец, родоначальник русского искусства, как Ломоносов – отец науки в России.

В Пушкине кроются все семена и зачатки, из которых развились потом все роды и виды искусства во всех наших художниках…

Велик подвиг Пушкина, что он первый в своём романе поэтически воспроизвёл русское общество того времени и в лице Онегина и Ленского показал его главную, то есть мужскую сторону; но едва ли не выше подвиг нашего поэта в том, что он первый поэтически воспроизвёл, в лице Татьяны, русскую женщину.

А. С. Пушкин

(1799–1837)

Роман «Евгений Онегин».

Инсценировка для школьного театра

Евгений Онегин Инсценировка в трёх картинах

1. Татьяна Ларина, дочь помещиков Лариных, 17 лет.

2. Филипьевна, крепостная крестьянка, 60 лет, няня Татьяны.

3. Проша[1], внук Филипьевны, в первой картине ему 5 лет, в третьей картине – 13 лет.

4. Евгений Онегин, аристократ из Петербурга, 18 лет.

5. Дворовые девушки в доме Лариных, 5–7 человек (танцевальная группа).

6. Рассказчик (от автора).

7. Ведущий спектакля (юноша или девушка).

Занавес закрыт. В е д у щ и й (выходит на авансцену, перед занавесом обращается к зрителям)

Здравствуйте! Вашему вниманию предлагается спектакль школьного театра. Александр Сергеевич Пушкин. «Евгений Онегин». Инсценировка по 3-й, 4-й, 7-й и 8-й главам романа в трёх картинах.

Татьяна Ларина, дочь помещиков Лариных, исполняет ученица (называет фамилию и имя исполнительницы).

Филипьевна, крепостная крестьянка, няня Татьяны, исполняет ученица (называет фамилию и имя).

Проша, внук Филипьевны, исполняет ученик (называет фамилию и имя).

Евгений Онегин, аристократ из Петербурга, исполняет ученик (называет фамилию и имя исполнителя).

Дворовые девушки, танцевальная группа (называет фамилии и имена исполнительниц танца).

Занавес раскрывается

В е д у щ и й (выходит и говорит)

Картина первая. Вечер. В большой проходной комнате Лариных крестьянка Филипьевна и её внук Проша за работой. Дворовые девушки вышивают, убирают комнату, то выходят, то входят с вещами в руках. Звучит русская народная песня «Ах ты, ноченька». Все поют. Действие происходит в XIX веке, в поместье Лариных. (Уходит).

Звучит песня. Пауза.

Рассказчик

(выходит).

Звучание песни уменьшается; к концу слов рассказчика все девушки постепенно расходятся, закончив свои дела. Остаются Филипьевна и мальчик. Они продолжают работу.

Меж тем Онегина явленье

У Лариных произвело

На всех большое впечатленье

И всех соседей развлекло.

Пошла догадка за догадкой.

Все стали толковать украдкой,

Шутить, судить не без греха,

Татьяне прочить жениха.

Татьяна слушала с досадой

Такие сплетни; но тайком

С неизъяснимою отрадой

Невольно думала о том.

И в сердце дума заронилась.

Пора пришла, она влюбилась.

Давно сердечное томленье

Теснило ей младую грудь.

Душа ждала… кого-нибудь

И дождалась… Открылись очи;

Она сказала: Это он!

Увы! Теперь и дни и ночи,

И жаркий одинокий сон —

Всё полно им. Всё деве милой

Без умолку волшебной силой

Твердит о нём.

Татьяна выходит из своей комнаты, незаметно для няни и внука идёт к окну и, немного постояв, глядя в окно, подходит к диванчику у стола, садится, задумывается.

Рассказчик

(продолжает)

Татьяна, милая Татьяна!

С тобой теперь я слёзы лью.

Ты в руки модного тирана

Уж отдала свою судьбу.

Ты пьёшь волшебный яд желаний,

Тебя преследуют мечты:

Везде воображаешь ты

Приюты счастливых свиданий.

Везде, везде перед тобой

Твой искуситель роковой.

Няня замечает Татьяну в тот момент, когда она садится у стола.

Филипьевна

Что, Таня, что с тобой?

Татьяна

Не спится, няня. Здесь так душно!

Открой окно да сядь ко мне.

Няня идёт к окну, открывает, поправляет занавеску и возвращается к Татьяне, присаживается рядом с ней, обнимает её, говорит ласково, участливо. В это время Проша, закончив работу, смотав клубок ниток, уходит.

Филипьевна

(пытается понять, что с Татьяной)

Что с тобой?

Татьяна

Мне скучно, поговорим о старине.

Филипьевна

(оживилась, пытается развеселить Татьяну)

О чём же, Таня? Я, бывало,

Хранила в памяти немало

Старинных былей, небылиц

Про злых духов и про девиц.

А нынче всё мне тёмно, Таня,

Что знала, то забыла (вздыхает).

Да, пришла худая череда!

Зашибло…

Татьяна

Расскажи мне, няня,

Про ваши старые года.

Была ты влюблена тогда?

Филипьевна

(смеётся)

И, полно, Таня! В эти лета

Мы не слыхали про любовь.

А то бы согнала со света

Меня покойница свекровь.

Татьяна

(всё больше оживляясь)

Да как же ты венчалась, няня?

Филипьевна

(старается с интересом рассказывать, вспоминает, задумывается)

Так, видно, бог велел. Мой Ваня

Моложе был меня, мой свет.

А было мне тринадцать лет…

Недели две ходила сваха

К моей родне, и, наконец,

Благословил меня отец.

Я горько плакала со страха,

Мне с плачем косу расплели

Да с пеньем в церковь повели.

И вот ввели в семью чужую…

(Татьяна не слушает, задумалась)

Да ты не слушаешь меня.

Татьяна

(решается сказать сокровенное)

Ах, няня, няня, я тоскую,

Мне тошно, милая моя…

Я плакать, я рыдать готова!

Филипьевна

(волнуется, пытается понять Татьяну)

Дитя моё, ты нездорова.

(встаёт, крестится)

Господь помилуй и спаси!

Чего ты хочешь? Попроси.

Дай окроплю святой водою.

Торопится, идёт на свою половину и возвращается с внуком. Он несёт чашку с водой, Филипьевна держит в руках кисточку и, макая в воду, брызгает в лицо Татьяне.

Ты вся горишь…

(рукой касается лба Татьяны)

Ты вся горишь…

Татьяна

(очень взволнована)

Я не больна… Я, знаешь, няня, влюблена…

Филипьевна

(испугалась)

Дитя моё, господь с тобою!

(крестится)

Татьяна

Я влюблена…

(почти в полуобморочном состоянии)

Филипьевна

(ещё больше волнуется, суетится возле Татьяны)

Сердечный друг, ты нездорова!

Татьяна

Оставь меня, я влюблена!

Няня пытается успокоить Татьяну, снова брызгает святой водой, отсылает мальчика, он уходит. Татьяна в сильном волнении, её голова на груди у Филипьевны. Она ласкает Татьяну, поправляет ей волосы. С последними словами рассказчика Татьяна решительно отстраняется.

Рассказчик

(появляется)

И между тем луна сияла

И томным светом озаряла

Татьяны бледные красы,

И распущенные власы,

И капли слёз, и на скамейке

Пред героиней молодой,

С платком на голове седой,

Старушку в длинной телогрейке.

И всё дремало в тишине

При вдохновительной луне.

Татьяна

(решительно)

Поди, оставь меня одну.

Дай, няня, мне перо, бумагу.

Да стол подвинь. Я скоро лягу.

Прости.

Няня, соглашаясь, уходит, возвращается, несёт бумагу, перо, чернильницу. Ей помогает внук. Они расставляют принадлежности на столе, пододвигают стол ближе к диванчику. Проша приносит дополнительно свечи в подсвечнике, зажигает. Татьяна, погладив мальчика по голове, отпускает его. Няня и Проша кланяются и уходят.

Рассказчик

(появляется)

И вот она одна.

Всё тихо. Светит ей луна.

Облокотясь, Татьяна пишет,

И всё Евгений на уме.

И в необдуманном письме

Любовь невинной девы дышит.

Татьяна одна. Она в большом волнении сочиняет письмо Онегину: то сидит за столом, пишет, то встаёт, ходит, обдумывая, садится, чтобы записать мысли.

Т а т ь я н а (одна)

Я к вам пишу. Чего же боле?

Что я могу ещё сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать.

Но вы, к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня,

Вы не оставите меня.

(Пауза, думает)

Сначала я молчать хотела.

Поверьте, моего стыда

Вы не узнали б никогда,

Когда б надежду я имела

Хоть редко, хоть в неделю раз

В деревне нашей видеть вас,

Чтоб только слышать ваши речи

(Улыбается сквозь грусть, воображая радость),

Вам слово молвить, и потом

Всё думать, думать об одном

И день, и ночь до новой встречи.

(Воображает разговор с Онегиным, загрустила)

Но, говорят, вы нелюдим,

В глуши, в деревне всё вам скучно,

А мы. ничем мы не блестим,

Хоть вам и рады простодушно.

(пауза, думает)

Зачем вы посетили нас?

(Рассуждает сама с собой, присев за столом)

В глуши забытого селенья

Я никогда не знала б вас,

Не знала б горького мученья.

Души неопытной волненья

Смирив со временем….как знать?

По сердцу я нашла бы друга,

Была бы верная супруга

И добродетельная мать.

(Пауза, Татьяна размышляет)

Другой?.. нет, никому на свете

Не отдала бы сердца я!

То в вышнем суждено совете…

То воля неба: я твоя.

(Ходит по комнате, размышляет)

Вся жизнь моя была залогом

Свиданья верного с тобой.

Я знаю, ты мне послан богом,

До гроба ты хранитель мой.

Ты в сновиденьях мне являлся,

Незримый, ты мне был уж мил.

(Останавливается в задумчивости, мечтательно)

Твой чудный взгляд меня томил,

В душе твой голос раздавался

Давно. нет, это был не сон!

(Оживляется, радостно, мечтательно)

Ты чуть вошёл, я вмиг узнала,

Вся обомлела, запылала И в мыслях молвила: вот он!

(Словно беседует с Онегиным)

Не правда ль? Я тебя слыхала.

Ты говорил со мной в тиши,

Когда я бедным помогала

Или молитвой услаждала

Тоску волнуемой души?

(Радостно)

И в это самое мгновенье

Не ты ли, милое виденье,

В прозрачной темноте мелькнул,

Приникнул тихо к изголовью?

(Живо, с надеждой, радостно)

Не ты ль, с отрадой и любовью,

Слова надежды мне шепнул?

(задумалась, грустно)

Кто ты? Мой ангел ли хранитель?

Или коварный искуситель?

Мои сомненья разреши…

(Садится за стол, задумывается, пауза)

Быть может, это всё пустое…

Обман неопытной души.

И суждено совсем иное…

(Пауза, потом решительно, но спокойно)

Но так и быть! Судьбу свою

Отныне я тебе вручаю,

Перед тобою слёзы лью,

Твоей защиты умоляю…

(Пишет, вслух проговаривая последние строки письма)

Вообрази: я здесь одна,

Никто меня не понимает,

Рассудок мой изнемогает,

И молча гибнуть я должна.

Я жду тебя. Единым взором

Надежды сердца оживи

Иль сон тяжёлый перерви,

Увы, заслуженным укором!

Кончаю! Страшно перечесть…

Стыдом и страхом замираю…

Но мне порукой ваша честь,

И смело ей себя вверяю…

Задумалась, поникла головой. Скоро рассвет. Отпила немного остывшего чаю. Прижимает к груди написанное письмо, запечатывает.

Рассказчик

(Пока Татьяна за столом занята письмом)

Она зари не замечает,

Сидит с поникшею главой

И на письмо не напирает

Своей печати вырезной.

Но, дверь тихонько отпирая,

Уж ей Филипьевна седая

Приносит на подносе чай.

Утро наступает, в комнате светлеет, раздаётся голос няни за кулисами

Филипьевна

Пора! Пора-а! дитя моё, вставай!

(появляется с подносом и чаем, подходит к столу, ставит чай, говорит радостно)

Да ты, красавица, готова!

О пташка ранняя моя!

Вечор уж как боялась я!

Да, слава богу, ты здорова.

Тоски ночной и следу нет.

Лицо твоё как маков цвет!

Татьяна, выпив чаю, ставит на конверте свою печать, поднимается. Решительно подходит к няне

Т а т ь я н а

Ах, няня, сделай одолженье.

Филипьевна (встаёт, живо, участливо)

Изволь, родная, прикажи.

Т а т ь я н а (волнуется)

Не думай. Право. подозренье.

Но, видишь… ах! Не откажи!

Филипьевна

(крестится)

Мой друг. Вот бог тебе порука.

Т а т ь я н а

(решительно)

Итак. Пошли тихонько внука

С запиской этой к О., к тому,

К соседу… да велеть ему,

Чтоб он не говорил ни слова,

Чтоб он не называл меня.

Филипьевна

(пытается понять, шутливо)

Кому же, милая моя?

Я нынче стала бестолкова…

Кругом соседей много есть!

Куда мне их и перечесть.

Т а т ь я н а

(тоже шутливо)

Как недогадлива ты, няня!

Филипьевна

Сердечный друг, уж я стара,

Стара… тупеет разум, Таня…

(шутливо)

А то, бывало, я востра…

Бывало, слово барской воли…

Т а т ь я н а (нервничает)

Ах, няня, няня! До того ли?

Что нужды мне в твоём уме?

Ты видишь, дело о письме

К Онегину.

Филипьевна Ну, дело, дело.

Не гневайся, душа моя,

Ты знаешь. непонятна я.

(Встревожилась, увидев лицо Татьяны)

Да что ж ты снова побледнела?

Т а т ь я н а

Так, няня, право ничего.

Пошли же внука своего.

Няня соглашается, крестится, идёт на свою половину и вскоре возвращается с внуком Прошей. Татьяна передаёт няне конверт. Наклонившись к мальчику, обе что-то говорят ему, разъясняя путь, куда идти. Няня рукой показывает, куда надо идти. Филипьевна сопровождает внука несколько шагов: они спускаются в зрительный зал, няня доводит мальчика до двери, он уходит, няня возвращается на сцену, где её дожидается Татьяна. Няня успокаивает Татьяну, и они уходят.

В е д у щ и й (выходит и говорит)

Картина вторая. День клонился к вечеру, наступила ночь, а затем рассвет, Татьяна вся в ожидании Евгения. На ней красивое выходное платье. Вот она задумчиво ходит, вот стоит молча у окна, выводит пальцем две буквы: «О» и «Е» (Уходит).

Рассказчик

Но день протёк, и нет ответа.

Другой настал: всё нет как нет.

Бледна как тень, с утра одета,

Татьяна ждёт: когда ж ответ?

(наступает вечер)

Смеркалось. На столе, блистая,

Шипел вечерний самовар,

Китайский чайник нагревая.

Под ним клубился легкий пар.

Разлитый Ольгиной рукою

По чашкам тёмною струёю

Уже душистый чай бежал,

И сливки мальчик подавал.

Татьяна пред окном стояла,

На стёкла хладные дыша,

Задумавшись, моя душа,

Прелестным пальчиком писала

На отуманенном стекле

Заветный вензель: О да Е.

И между тем душа в ней ныла,

И слёз был полон томный взор…

Вдруг… топот!.. кровь её застыла,

Вот ближе! Скачут… и на двор Евгений!

(вдруг порывается бежать).

Т а т ь я н а

Ах!…

(бежит)

Рассказчик

Ах! – и легче тени

Татьяна прыг в другие сени,

С крыльца на двор, и прямо в сад.

Летит, летит. Взглянуть назад

Не смеет; Мигом обежала

Куртины, мостики, лужок,

Аллею к озеру, лесок,

Кусты сирен переломала,

По цветникам летя к ручью,

И, задыхаясь, на скамью упала.

Бежит через зрительный зал к сцене, запыхавшись, в волнении опускается на скамью в саду, закрывает лицо руками.

Занавес не закрывается

Т а т ь я н а

(приподнимается и снова садится)

Ах! Здесь он! Здесь Евгений!

О боже! Что подумал он?!

(взволнованно ходит у скамьи, садится)

Рассказчик

(появляется, говорит участливо, переживая вместе с Татьяной)

В ней сердце, полное мучений,

Хранит надежды тёмный сон.

Она дрожит и жаром пышет,

И ждёт: нейдёт ли? Но не слышит.

В саду служанки на грядах

Сбирали ягоды в кустах

И хором по наказу пели.

Действие в саду. С последними словами рассказчика в зал, где у авансцены изображён сад, вбегают дворовые девушки под музыку Чайковского. Звучит хор «Девицы-красавицы». Девушки символически изображают в танце сбор ягод. У каждой девушки в руках лукошко для ягод, всё это обыгрывается в танце. В танце каждая из девушек по очереди на мгновение садится рядом с Татьяной и пытается еёразвеселить. Девушки одна за другой, сохраняя рисунок танца, убегают, песня девушек продолжается за сценой. Татьяна взволнована ожиданием встречи с Онегиным.

Девицы, красавицы,

Душеньки, подруженьки,

Разыграйтесь, милые!

Затяните песенку,

Песенку заветную,

Заманите молодца

К хороводу нашему.

Как заманим молодца,

Как завидим издали,

Разбежимтесь, милые,

Закидаем вишеньем,

Вишеньем, малиною,

Красною смородиной.

Не ходи подслушивать

Песенки заветные,

Не ходи подсматривать

Игры наши девичьи.

Рассказчик

Они поют, и с небреженьем

Внимая звонкий голос их,

Ждала Татьяна с нетерпеньем,

Чтоб трепет сердца в ней затих.

Но наконец она вздохнула

И встала со скамьи своей,

Пошла. но только повернула

В аллею, прямо перед ней,

Блистая взорами, Евгений

Стоит подобно грозной тени,

И, как огнём обожжена,

Остановилася она.

Появляется Евгений Онегин в тот момент, когда Татьяна, поднявшись, делает несколько шагов вперёд, решив уйти из сада. Онегин, улыбающийся, весёлый, радостный, останавливается.

Рассказчик (выждав время немой сцены)

Минуты две они молчали.

Но к ней Онегин подошёл

И молвил.

О н е г и н

(подойдя, кланяется, говорит весело)

Вы ко мне писали?

(шутливо)

Не отпирайтесь! Я прочёл

Души доверчивой признанья,