- -
- 100%
- +
Его имя всегда высвечивалось в новостях, как владельца крупнейшего холдинга страны и молодого, успешного бизнесмена.
– Что непонятного в моих словах? – вальяжно расположившись, посмотрел с высока на бармена, как на какую-то букашку, что мешалась под ногами, готовый раздавить в любую минуту.
Дерзкая манера в обращении ввергла в ступор бармена, но, быстро оправившись, Макс пояснил:
– Мари Вас чем-то оскорбила? Заказ или обслуживание заведения не было предоставлено Вам в должном виде? Если так, сотрудница будет наказана немедленно…
– Ничего подобного! Марьям здесь больше работать не будет, думаю это вам понятно? – вновь грубо прервал его Абдулла и Максим неуверенно добавил:
– Ну как же так, бой-ака*. Я не могу просто взять и уволить Мари. У нас нет замены…
– Какой еще бой-ака, мать твою! – бросил на парня испепеляющий взгляд.
– Да и, – тут Макс замялся, всё также продолжая лепетать в попытках угодить клиенту, – сейчас выдать ей расчёт, нет возможности…
Пока Максим заискивающе подбирал слова чуть ли не заикаясь, взгляд Абдуллы уничижительным блеском придавливал парня, как бетонной плитой.
– Расчёт оставь себе, – фыркнул на парня, ехидно оскалившись, и, глянув на близстоящий столик, обратился к своему водителю, – Тоха, расплатись за заказ и, если необходимо, выплати неустойку за отсутствие на рабочем месте… – выдержав многозначительную паузу, на этот раз он посмотрел на Марьям и продолжил, – вашей бывшей сотрудницы.
Слово «бывшей» из его уст прозвучало так двусмысленно, что щеки Марьям вспыхнули от досады.
Всё еще находясь в легком недоумении Максим обратился к Марьям:
– Мари, что происходит?
Уловив неловкость парня и поняв, что без вмешательства не обойтись, Марьям попыталась избежать конфликта:
– Макс, мне скорее всего придётся отлучится на пару дней…
– Никаких пару дней! – оборвал на полуслове угрожающим рыком Абдулла, – Ты здесь больше не работаешь! Я ясно выражаюсь!
– Извините, но по какому праву вы позволяете себе решать судьбу нашей сотрудницы? – неожиданно решил вступиться за коллегу Максим, как старший по залу.
Ему не раз приходилось разруливать возникающие скандалы между клиентами, но то были чаще пьянчуги и хулиганы. А в этот раз представитель высшего общества снизошедший до их скромного заведения, на удивление, в противовес всем нормам этикета соизволил саботировать разногласия внося смуту на пустом месте.
До сей минуты Абдулла, что по его мнению вел себя более чем достойно, чинно восседая в этом убогом местечке, метнул презрительный взгляд на бармена. От одного такого взгляда Марьям всегда ощущала себя незначительной песчинкой, букашкой в этой огромной вселенной. Паника начала подкрадываться к ней тихой поступью. А Абдулла не торопясь, с грацией хищника встал напротив Макса вытягиваясь во весь рост. Во весь свой громадный, высоченный рост в метр девяносто пять. Одним лишь своим видом он мог задавить собеседника. Брутальность мускулатуры, широкие плечи, выпуклые вены, что не скрывала футболка с короткими рукавами – могли подавить решимость любых смельчаков противостоять этому бугаю.
Марьям с мольбой посмотрела на Макса покачав головой, чтобы тот не перечил.
Сверкнув взглядом, Абдулла словно пригвоздил Максима на месте, который ошеломленно глядел чуть ли не запрокинув голову назад из-за своих мизерных метр шестьдесят восемь. Одним словом, метр с кепкой. Марьям, в принципе, также дышала ему в пупок, за счёт своих метр шестьдесят пять…
Рядом стоявшая Наташа восхищенно разинула рот.
“Закрой пасть, дура, чтобы муха не залетела!” – так и хотелось гаркнуть Марьям, только назревающий скандал был ей не с руки. Ей действительно нужна эта работа! А значит придется обойтись малой кровью. Для начала утихомирить разъярившихся мужчин.
Она последует за своим бывшим “фальшивым” супругом, а дальше… что будет дальше, она подумает об этом позже!
Или завтра!
Как говорила её любимая героиня Скарлетт: “Об этом я подумаю завтра!”
Лучше бы вообще никогда! Но кто её спрашивать будет?! Как обычно!
Пока Марьям перебирала в голове варианты для ответа и возможность решения проблемы, что позволило бы ей в дальнейшем вернуться на прежнее рабочее место, Абдулла опередил высокомерно выплюнув:
– На правах мужа! Есть еще вопросы?!
Максим глупо захлопал ресницами, как и ошалевшая девица, что стояла рядом и чуть ли не разрыдалась от услышанного.
– Пошли! – грозно произнес в этот раз Абдулла уже обращаясь к Марьям.
Обреченно взглянула на мужа, у которого желваки дернулись от напряжения. Видимый предвестник бури! В самую пору, для Макса, провалиться сквозь землю.
Паника разрасталась и Марьям умоляюще взглянула на мужа, пока тот не смягчил взгляд. Затем обратилась к Максу не отрывая взгляда от Абдуллы:
– Макс, всё хорошо. Это мой муж.
Хищный оскал появился на губах, а сарказм, как яд начал травить душу:
– Хорошая девочка! – не разрывая зрительного контакта, приблизился и совсем тихо выдохнул в лицо, – Дома покажешь, насколько ты хорошая жена!
Безнадежно опустила веки, понимая, что последует за ним…
А в душе рыдала, зная, что идет на эшафот!
_____________________
Бой-ака* – редко используемое, в простонародье уважительное обращение к почтенным людям, соотношение с обращением мистер либо господин. В отдельных значениях “бой” богатый, богач, “ака” – брат.
Глава 5
Отойдя от шока, после брошенных фраз экс-супругом с откровенным намёком на что-то большее, чем есть на самом деле, заметила завистливый блеск в глазах Наташи. Это яростный блеск соперницы, что готова распластаться перед мужиком, но тот, останавливает выбор на другой.
Поняла, что Наташа расслышала слова Абдуллы, несмотря на то, что он прошептал ей почти в ухо обжигая своим жаром.
Жаром ненависти или же жажды желания?
Марьям не была осведомлена в этих вопросах. Поэтому предпочла оставить на потом разгадку еще одной тайны харизмы Абдуллы.
И засеменив вслед за экс-супругом, еще раз бросила сочувствующий взгляд на Наташу, что провожала с разочарованием объект своего обожания. Марьям все же не смогла отказать себе в удовольствии тихо прошептать ей на ушко проходя мимо: “Не огорчайся, Натали! Просто Абдулла не болеет мечтой молочного фермера!” – и улыбнулась с пониманием похлопывая по плечу, словно они давние подружки.
Следуя за Абдуллой, Марьям завершила с грустью фразу озвученную Натали с откровенным подтекстом размера её груди: “… как и второго размера!”
“ А какого размера груди тогда он фанат? Третьего? Четвертого? Да чёрт его знает? – безумные мысли посетили Марьям, пока смиренно опустив голову семенила, как агнец, которому уготовано жертвоприношение, – Да какая разница? СТОП! Марьям!!! Не о том думаешь!”
Неожиданно она врезалась в Абдуллу погрузившись в свои раздумья и не заметила, как выйдя на парковку они дошли до его машины. Ах, да! Его любимица! И как она могла не заметить этот автомобиль?! Помнится весь Ташкент гудел от восхищенных фанатов этого кроссовера, что наконец-то появился на наших улицах! Этому событию посвящались обзоры на ютуб-канале и так далее, возглавляя рейтинг самых популярных и просматриваемых роликов в соцсетях.
Застыла разглядывая его серебристый «Ferrari Purosangue».
Абдулла любил шиковать! Просто невозможно было не узнать его любимицу. Он часто гонял по шоссе, и однажды помнится жутко напугал её разогнав скорость. Марьям зажмурилась рефлекторно, не желая вспоминать весь ужас, что пережила в те минуты.
Смущенно извинилась поднимая растерянный взор на него.
Самодовольная гримаса превосходства продолжала красоваться на его лице. Это действительно начинало раздражать.
Снял с пульта автомобиль, одновременно давая указания водителю.
– Тоха, на сегодня свободен. А завтра с утра дежуришь у подъезда, и чтобы глаз с нее не спускал.
На что тот кивнул головой и направился к своей машине чёрному, как смоль Chevrolet Tahoe, который неустанно всегда следовал за Абдуллой сопровождая того в любых поездках.
А Абдулла подвел её к передней двери своего автомобиля, пафосно открыл, элегантно помог разместиться внутри салона…
Всё это могло казаться повадками отъявленного жигало, или же высоко ценимые ею качества джентльмена. Если только не учитывать, что в данный момент, её чуть ли не силком тащят в неизвестном направлении, запихнув в машину против её воли.
Усадив в машину, Абдулла заботливо наблюдал, удобно ли разместилась Марьям, молча потянул ремень безопасности и чуть наклонившись лично его закрепил, проверил на тугость и крепость для комфорта.
Сперло дыхание от этих манипуляции. Так близко находился, что лицо обдало жаром. В ноздри врезался острый запах одеколона, а еще… еще аромат этого мужчины, пропитанный силой и властью…
Чуть задержался повиснув над ней. Ощутила его дыхание у основания шеи, что обдало холодком. Неосознанно съежилась. Хотя от жара дыхания тело покрылось мурашками.
Непривычные ощущения…
Ничего подобного раньше не чувствовала находясь рядом с ним. А сейчас… какое-то наваждение!
А разве раньше, он вообще мог находиться рядом, тем более в такой близи?…
Вновь ощутила мороз расползающийся по всему телу, словно напоминал отрезвляя очередными флешбеками.
Вздрогнула от звука хлопнувшей двери, что не дал погрузить память в грёзы. Абдулла обогнул капот и сел за водительское кресло. Взревел мотор, хищно и опасно, как и его хозяин. С диким визгом машина тронулась с места за доли секунд покидая свое родимое кафе, где она провела более полугода. Единственное место работы, где она задержалась на более длительный срок. До этого приходилось перебиваться любой мелкой работой, что попадалась. В этом придорожном кафе, ей казалось более менее была стабильность, и вряд-ли кто из знакомых заглянул бы в подобное заведение. И поэтому исправно работала официанткой, получая свои кровно заработанные гроши. Успела лишь бросить последний печальный взгляд на кафе, в который теперь явно дорога ей заказана, после инцидента с этим гадом!
“Придется искать другую работу”, – грустно подумала не сдержав вздох разочарования. Конечно это не было работой мечты, что позволяла шиковать, только это были деньги заработанные лично. Самостоятельно! Что доставляли неописуемое удовлетворение собой! Это давало ей чувство – свободы!
А, теперь, он отнял у нее и это.
Внезапно нахлынуло жуткое ощущение жалости к себе, что обняла себя за плечи, поглаживая успокаивающим жестом.
Машина гнала по трассе, но Абдулла периодически бросал взгляд. Переключая коробку передач, рука внезапно соскользнула касаясь бедра и обжигая своим прикосновением. Вздрогнула, словно ужаленная.
– Ты озябла. Тебе холодно? – сиплым голосом спросил, внезапно проявляя неуместную заботу в данной ситуации похищения в прямом смысле.
Подняла взор не решаясь смотреть прямо, но поймала его пожирающие глаза.
О, Боже!
Куда это он смотрит?
Жаркий взгляд был устремлен на ее грудь, соски которой, бесстыже выпирали из кружевного бюстгальтера откровенно выдавая очертания даже из под блузки.
Вспыхнула от смущения. Щеки горели яростным огнем. От стыда не могла усидеть на месте, заерзала пряча взгляд.
А этот наглец крепче сжал бедро, мучительно медленно двигая рукой вверх.
Крепче вжалась в кресло. Дрожь окатило с головы до ног.
По всей видимости нужно брезгливо скинуть наглую лапищу этого мерзавца, только отчего то рассудок пищал только об опасной близости мужчины, некогда желанного ею…
Только не сейчас!
Сейчас она выросла из глупых девичьих грёз, чтобы верить в сказки о прекрасных принцах. А этого монстра она знает, как облупленного. Больше полугода находилась под его гнётом! И отлично знает, кто прячется под этой ослепительной улыбкой, которую не скрывает растянув на все тридцать два белоснежных зуба. Поистине голливудская улыбка!
А в душе всё тот же тиран, монстр и мерзавец!
А разве, нет?!
Ну и что, что она сейчас покорно следует его указаниям! Это лишь доказывает, что он лишний раз подчёркивает свою власть над ней. Но никак уж не её согласие!
Абдулла резко притормозил у обочины дороги. Рука, что по-хозяйски ранее двигалась по бедру переместилась на спинку её сиденья.
Подсознание напомнило, что нужно было бежать, как только увидала подозрительно-знакомый силуэт мужчины.
Не знала чего ожидать от этого холодного, пафосного, высокомерного, самодовольного тирана. Не понимала с какой целью остановился, лишь ощущала на себе его сальный раздевающий взгляд, после постыдно выпирающих сосков. Смутилась еще больше.
Понаблюдав за ней некоторое время Абдулла, как удав, что гипнотизирует жертву, вдруг приблизился.
Паника начала подмигивать напоминая о себе. Вжалась сильнее в сиденье от страха, зажмурившись. А он нагнулся меж сиденьями пытаясь дотянуться рукой до чего-то на заднем сиденье.
Медленно, как кошка растянувшись, Абдулла всё же достал пиджак, что валялся на заднем сиденье и накрыл им плечи Марьям.
Обескураженная этим жестом, потеряла дар речи.
Стыдно стало, что нафантазировала себе всякую ерунду испугавшись.
Страх на пустом месте.
А в целом, страх чего?
Что может придушить или же поцеловать?
Нет!
Скорее всего от страха новых ощущений, что накатывали волнами от разительных изменений в его отдельных поступках, в манере поведения…
– Было бы лучше надеть пиджак, – тепло произнес неизвестно почему севшим голосом, – так быстрее согреешься.
– Не обязательно, – отречено ответила, мысли уносили в прошлое, как качели кидая её то в жар, то в холод, не могла сконцентрироваться.
Зацепился с ней взглядом и не стал отпускать. Протянул руки и начал растирать ей плечи словно помогая согреться. Одна рука словно невзначай коснулась лица. Кистью руки провел по скулам, большой палец начал исследовать подбородок, ладонь легла на шею и плавно скользнула к затылку, а глаза удерживали зрительный контакт.
– Дома согреешься, асалим*, – хрипло прошептал и отстранился, вновь заводя мотор.
“Мерзавец, такой! – промелькнула мысль, – Что он задумал? Решил проверить, насколько крепки мои нервы?”
_______________
*Асалим – в переводе с тюркск. яз. (сладкая моя).
Глава 6
– Куда ты меня привез? – в недоумении разглядывала высотки элитного жилого комплекса рядом с Ташкент-Сити.
Остановив у подъезда, Абдулла загадочно улыбнулся и вышел из машины. Обойдя капот, вежливо проявляя внимательность открыл дверцу помогая Марьям выйти.
Осторожно оглядываясь по округе остановила свой вопросительный взор. Хлопнув дверью Абдулла фривольно упираясь руками о кузов по обе стороны Марьям угрожающе навис:
– Детка, не в твоем положении задавать вопросы.
Нависал над ней, как грозная туча. Смотреть в глаза не получилось, слишком сильно пылали. И чем ближе приближался, нависая над ней, тем жарче становилось. Опустила взор, иначе сгорит в этом огне, превратится в пепел. Итак в душе осталось лишь пепелище, что прожгло огроменную дыру, бескрайнюю, как бездонный колодец…
Тяжело дышал ей в лицо.
Страх обуял настолько, что не могла пошевелиться, как жертва удава. Ни малейшего движения. Даже дышать не смела. Не могла понять, почему так остро действует на нее его властность. Зажмурилась, когда ощутила лицо в сантиметре от себя.
Испугалась, что сейчас возьмет и поцелует. Внезапная дрожь пронеслась разрядом по телу, когда к щеке прикоснулся его нос и тяжелое дыхание опалило шею. Мурашки поскакали галопом наперегонки с паникой. В голове запищали мигалки сирены предупреждая об опасности.
Но Абдулла мягко потерся носом о щеку и выдохнул бархатным голосом:
– Ты пахнешь печеньками…
От его томного голоса, наполненного жаром желания, поняла, что безумно хотелось почувствовать, так ли сладок его поцелуй, как предвещают страстно-манящие, мужские, чувственные губы. В животе запорхали бабочки вытесняя обиды прошлого.
Абдулла тяжело вздохнул, словно наполнял легкие её ароматом.
Безумная сирена, что мигала в подсознании, неожиданно вырвала из глубокой памяти фразу, что ранила своей откровенностью: «Как женщина, ты мне не интересна! Абсолютно!»
Очнулась внезапно, словно облили ушатом холодной воды гася пожар.
Не поняла, как смогла вырваться из-под гипноза этого дурмана. Уперлась ладонями в его широкую грудь пытаясь оттолкнуть. Только эта груда мышц, стоял твердо на ногах, как непоколебимая скала.
– Не смей ко мне прикасаться! – прошипела из последних сил скрывая дрожь.
– Поздно, дорогая! У тебя нет другого выхода! – угрожающе произнёс, а голос всё также оставался томным, зовущим, приторно-сладким, что казалось непроизвольно продолжала таять от одного лишь его звука.
– Я буду кричать… – с придыханием смогла ответить, а руки продолжали отстранять эту глыбу, что не желал сдвигаться ни на миллиметр.
– Вообще-то, я на это очень рассчитывал, – глубоко вдохнув вновь сладко и тягуче произнес чуть-ли не в губы, – Хочу услышать, как ты кричишь… м-м-м… в постели… подо мной…
И усмехнулся.
Марьям опешила еще больше, сердце бешено заколотилось, разгоняя адреналин, что огромный потом мурашек устремился к голове бунтуя и противясь его самонадеянности.
Язык прилип к нёбу в поисках колкости на его наглость, но Абдулла вдруг резко отстранился.
Стало легче дышать, почувствовала свободу от его рук, что теснили с обеих плеч.
– Я привёз тебя в своё логово. Ты ведь еще здесь не была, – также мягко продолжил, словно с барского плеча одарил милостью предоставив ответ на её вопрос по прибытию.
***
Квартира, куда привел её Абдулла, оказалась очень просторной, просто огромная по квадратуре. При входе в квартиру, они оказались в просторном коридоре с грамотной организацией пространства. Сразу слева располагалась кухня-столовая, которая является центром квартиры. Ну и для женщины из средней Азии, это место – центр вселенной!
Большие окна наполняли эту зону светом, а яркие акценты в виде оригинальных аксессуаров и столовых принадлежностей делали атмосферу дружелюбной и теплой.
Рядом гостиная, где стоял широкий угловой диван с мягкой текстурой. На стене висел огромный телевизор, точнее домашний кинотеатр, а рядом минималистическая система хранения с книгами и элементами декора, которые подчеркивали интересы и личные предпочтения владельца.
“Неужели этот гад еще и читает?” – промелькнула в голове Марьям шальная мысль.
Просторная зона отдыха была отделена небольшой барной стойкой, что создавало уютное разделение пространства.
Абдулла конечно же не удосужился провести для неё мини-экскурсию для ознакомления со всеми деталями. Ей пришлось мимолетно окинуть взором для первоначального ознакомления с логовом этого мужчины.
– Располагайся, – сказал Абдулла, заведя её в огромную спальню, которая была обставлена уютной кроватью с высоким изголовьем и качественным постельным бельем, – завтра привезут твои вещи.
– А где будешь спать ты? – молниеносно вырвался вопрос, прежде чем она могла бы подумать о чем-либо.
Плотоядно улыбнувшись ей, этот мерзавец явно наслаждался её неловкостью:
– А ты как думаешь?
Щеки Марьям вспыхнули от возмущения. Она, как термометр сегодня прыгала по шкале от минуса до плюс сорок, что тело начинало неметь вблизи этого человека.
“Ни-за-что!!!” – завопил возмущенный внутренний голос.
Абдуллах внезапно громко расхохотался, глядя на нее и снисходительно произнес:
– Ты хозяйка дома и… – внезапно замолчал с теплом посмотрев на неё, – одним словом, теперь это твоя спальня. Я буду спать в гостевой, не переживай!
“Ну надо же, какая милость! С каким доброжелательным тоном он это произнёс, словно идёт на уступки! Даже не понятно, кто тут жертва обстоятельств…”
***
Пока пыталась свыкнуться с мыслью о том, что вновь оказалась, как птица в клетке, тихо подкралась ночь. Вымоталась за этот день, стресс валил с ног. Понятия не имела, как готовиться ко сну, всё необходимое находилось в съёмной квартире, начиная от одежды до зубной щетки. И надо же! Осматривая душевую комнату, что прилегала к личной спальне Абдуллы, взгляд упал на все необходимые принадлежности для любой кокетницы, заботливо упакованные в огромной подарочной корзине с аккуратной карточкой, привязанной тонкой шелковой ленточкой. А на карточке красивым почерком была выведена надпись: “Для тебя! Наслаждайся!”
Рука на автомате потянулась к сокровищнице, наполненной женскими штучками от различных кремов дорогого бренда до тампонов и прокладок.
Какая заботливость с его стороны!
От этой мысли, по телу разлилось приятное тепло отодвигая стресс этого дня на задний план и вынуждая любопытство исследовать содержимое огромной корзины.
Первым делом взгляд поймал ароматный гель для душа в комплекте с шампунем для всех типов волос. Счастливая возможности принять душ, чтобы освежиться перед сном, Марьям чуть не захлопала в ладоши.
Затем, огорчение в миг вернуло её на место. Никакой подходящей одежды для нее не было в наличии. Исследовав шкаф, что был предоставлен в её распоряжение, нашла более подходящий вариант для ночного сна – футболку Абдуллы. Правда она была огромного размера для её комплекции, но за то идеально заменяла ей сорочку.
С внутренней благодарностью, что тщательно скрывался за фасадом безразличия и досадой на супруга, приняла душ. Натянула на себя громадного размера футболку, ворот которой держался на плечах на честном слове. Стоило чуть потянуть за край рукава, как готов был сползти с плечика раскрывая добрую часть груди, которая итак не отличалась большим размером. При этом длина футболки была идеальной, срамные места полностью были прикрыты, но всё же до колен не доходила. Потянула низ футболки и ворот вновь оголил соблазнительную верхнюю часть груди. Поспешно поправила ворот прикрывая грудь и махнула рукой “И так хорошо!”
Подошла к раковине приступая к вечерней традиции чистки зубов перед сном, как вдруг в зеркале промелькнул образ проходившего Абдуллы, ступающий тихой поступью и грации пантеры. Лениво потянулся проходя мимо, словно и не замечал Марьям вовсе. А она замерла, как статуя, забыв, как дышать с зубной щеткой во рту и ошарашенно хлопая ресницами. Глядела в зеркало во все глаза не смея обернуться.
Шок охватил её не только от такой наглости войти без приглашения, без стука в её спальню, но и то, что бесцеремонно начал скидывать с себя одежду…
Абдулла двигался так, словно расхаживал по подиуму. Рубашка слетела с его плеч, словно шоу-стриптизёра было предназначено в честь Марьям. Поистине, есть, на что смотреть! Атлетический вид с хорошо развитой мускулатурой, крепким телосложением и V-образным силуэтом демонстрировал совершенство физической красоты мужчины, приобретенные регулярными тренировками. С самодовольным видом, полностью убежденный в своей неотразимости, подвигал крепкими плечами играя мускулами, что перекатывались при малейшем движении. Нарочито деловито, растягивая удовольствие медленно стянул спортивные брюки…
У Марьям, аж перехватило дыхание при виде голого торса. Никогда ранее не видела обнаженных мужчин… вблизи… и тем более супруга! Почувствовала, как земля начала уходить из-под ног. Страх обуял с неимоверной силой. Резко обернулась к нему лицом припадая к стене, иначе дрожь в коленках не позволит удержаться, рухнет распластавшись на мраморном полу, что плиткой выложен по всей ванной комнате.
Обомлела от такого откровенно наглого представления. Удивленный взгляд был устремлен на обнаженного мужчину, который игриво смотрел ей в глаза, а большими пальцами зацепил резинку боксеров, что недвусмысленно говорило о его намерении. Нервно сглотнула скопившуюся слюну. В горле першило от страха предстоящего пикантного зрелища.
Внутренне кричала ему: “Что ты делаешь, мерзавец? Остановись!”, – только вымолвить не могла, словно потеряла дар речи. Продолжала пожирать его глазами. Буря эмоции проносилась в душе от негодования до восторга, от этой божественной мужской красоты. Скульптура древних богов могла бы позавидовать его физической подготовке и идеальным формам тела.
Показательное выступление Абдуллы явно было не завершено. Мальчики стриптиз-клуба позеленели бы от зависти, удивительному сочетанию пластики и мужественности, в способности мастерски раздеться, сохраняя при этом сексуальность движении вызывающих порочные соблазны.
Последний штрих этого грандиозного зрелища – боксеры, что слетели с Абдуллы со скоростью света. Марьям даже не успела зажмуриться. В подсознании все-таки запечатлелся образ его мощного орудия, размером в двадцать сантиметров, не меньше. Набухший член, в полной боевой готовности был направлен в её сторону и Марьям рухнула, потеряв самообладание.