Бесстыжая для нахала

Глава 3

-Что ты сказала? – Лицо Себастиана нависает над моим. Он фиксирует мою голову двумя руками и буквально не дает сделать ни одного движения.

– Не… помню. Не знаю. – Мне не комфортно. – И твоя хватка меня пугает.

– Прости. – Парень сдвигается в сторону. – Мне показалось, что ты что-то сказала.

– Может, вырвалась благодарность? – Пользуюсь моментом и встаю с постели. После секса совершенно не чувствуется расслабленности и покоя. Мне отчего-то даже хочется быстрее оказаться подальше от этого парня.

– Возможно. – Он вытягивается на постели. – Куда ты собираешься?

– Домой. – Поддеваю пальцами блузу и накидываю на плечи. Хотя в квартире тепло, по моему телу пробегает дрожь. – Вызовешь такси?

– Зачем? Тебе было… плохо? – Себастиан приподнимается на локте. Кажется, он нервничает. Его с головой выдает усилившийся акцент.

– Знаешь, – усмехаюсь, – даже в этом плане мне не с чем сравнивать, так что не беспокойся. Ты был хорош и не в тебе дело. Я просто хочу домой.

– Я отвезу.

– Ты пил. – Останавливаю его. – Не надо. И из такси я никуда не денусь.

Парень несколько минут медлит и я успеваю полностью одеться. Потом он оттаивает и набирает комбинацию цифр.

– Что ж, до завтра? – Слабая улыбка появляется на моих губах скорее из вежливости, чтобы не обидеть парня. – Во сколько ты заедешь?

– В шесть. – Себастиан привлекает мое тело к себе и целует в макушку. – Я говорил тебе, что ты великолепна?

– Не помню.

– Что ж, тогда будет не лишним повториться, – с этими словами он обхватывает мое лицо ладонями и оставляет на губах легкий поцелуй. – Ты украла мое сердце, Майя.

Хочу ответить ему, что я верну его в целости и сохранности, но отделываюсь каким-то неопределенным кивком. Не хочу его обижать сильнее, чем уже есть.

На улице меня уже дожидается машина. Спешу быстрее оказаться в теплом салоне и зажмуриваюсь, как же холодно етить-колотить!

– Куда вам девушка? – таксист устало смотрит в зеркало заднего вида и нетерпеливо постукивает по рулю. – Девушка, какой адрес?

Называю координаты и погружаюсь в молчание. И чтобы хоть как-то скрасить поездку, решаю послушать музыку. Но вот незадача, наушники никак не хотят найтись в этом бауле. Женская сумочка, чтоб ее! По закону подлости они должны найтись где-то на самом дне, до которого надо еще докопаться. И возможно я бы плюнула на это гиблое дело, если бы водитель не включил шансон. А слушать заунывные блатные песни вообще не было желания. Поэтому ныряю внутрь и активно шарю рукой. Так… еще чуть-чуть… стоп… зараза. Они за что-то зацепились и приходится хорошенько дернуть их на себя.

– Есть! – Выдаю победоносный клич, когда спутанный комок показывается на свет. – Так, а это что такое?

Среди проводов что-то мелькает и я понимаю, что это остатки от брелка. Кольцо на котором нет ключа, зато есть подвеска в виде лапы. Прищуриваюсь и вижу гравировку с адресом. А вот это что-то новенькое.

– Простите, я хотела бы изменить маршрут.

– Что?

– Я говорю, что передумала. Разворачивайте.

Двадцать минут под бурчание недовольного таксиста и вот я уже стою перед огромным домом. Сколько тут? Этажей двадцать? И что я тут забыла? С ухающим сердцем захожу в подъезд и сразу же натыкаюсь на пустующую стойку, где должен быть консьерж. Где-то с боку, где виднеется небольшая дверь, слышатся звуки воды. Возможно, я поступаю глупо, когда проскакиваю мимо и взмываю вверх по лестнице. Может быть, стоило дождаться и расспросить человека о своей находке. Однако страх быть непонятой взял верх и вот, я уже на девятом этаже, а номера квартиры с брелка я так и не вижу. Легкие горят, язык на плече и сумка по своей тяжести напоминает мне мешок с цементом.

– Кто бы сомневался, что все будет так легко, – цокаю языком, когда оказываюсь на восемнадцатом этаже и передо мной маячат нужные цифры. – И что дальше, Майя? Что делать будем?

Готова поспорить, что разговор с собой выглядит не так странно как то, что я в половину третьего ночи оказалась хрен знает где. Подумаешь брелок, может я его вообще на улице нашла и забыла выбросить? Ну добралась я сюда, а дальше то что? Стою перед металлической дверью и гипнотизирую ее, словно удав кролика.

– Зря сюда приехала, – шепчу в пустоту и разворачиваюсь обратно. – Здесь ничего нет.

Лифт медленно опускается вниз и я морально готовлюсь к объяснениям. Однако стоило его дверям раскрыться, как я натыкаюсь на удивленный взгляд пожилой женщины. Она кутается в пуховой платок и привстает с места.

– Доченька, ты как здесь оказалась в такой час? Ничего не случилось?

– Случилось, – вырывается у меня, – нашла вот эту вещь и думала вернуть хозяину. Да вот незадача, время позднее. Передадите? А то вдруг ее ищут.

Старушка смотрит на меня как на больную. И я ее не осуждаю, чувствовала я себя так же. Надеюсь, не погонит меня метлой отсюда.

– Так куда ж мне его передать?– Она хлопает руками.– Квартира то за тобой числилась, пока ты не съехала.

– Я здесь жила? – Ноги прирастают к полу. – Долго?

– Долго. – Подтверждает она. – Батюшки, Майя, да что же с тобой произошло-то?

Знаете, ведь бывают такие люди, которые располагают к себе. Вот и баба Нюра стала для меня какой-то отдушиной. Мне хотелось рассказать ей абсолютно все. Что в принципе я и сделала. И с каждым моим словом, она все больше охала и подносила морщинистую ладонь к лицу.

– Ну и дела, – качает она головой, когда я заканчиваю свою эпопею. – То-то я удивилась твоему быстрому исчезновению и тому, что твоя мать тут командиршей заделалась. И главное, ни слова не сказала об аварии. А мы тут с Дамиром извелись оба.

– С кем? – Меня как будто шандарахнуло током при упоминании этого имени.

– Так с соседом твоим. С которым ты жила.

– У меня был сожитель?

– Кхе-кхе, – баба Нюра усмехнулась, – ну не знаю, как у вас, у молодых это правильно зовется. Он тебе соседом приходился, потому что жил в соседней квартире. Однако насколько я поняла, то вы крутили шуры-муры. Красивой были парой. Да не срывайся ты лапушка, нет его здесь больше. Твоя ж мать квартиру освободила, а он ее арендовал. Все ждал, что ты вернешься. Когда мы поняли, что вестей от тебя не будет, то и Дамир съехал. И не в обиду будет сказано, но мать твоя та еще зараза. Представляешь, если бы не Дамир, то был твой пес сейчас на холоде где-нибудь на мусорнике. А так с собой забрал.

– Спасибо, – слезы душат так, что голос стал хриплым, – за все.

– Да за что ты меня благодаришь. – Она махнула рукой. – Вот если б я тебе помогла, было бы другое дело. А так, только рану разбередила. Может, чаю хочешь? Побледнела вся вон, как лист бумаги стала.

– Нет- нет, все в порядке. Пойду я, пожалуй. – Слабо улыбаюсь в ответ. – Может, еще зайду как-нибудь.

– Хорошо, деточка, хорошо. Не пропадай да и духом не падай. – Баба Нюра как-то странно не отрывала от меня взгляда. – И запомни, что если оно твое – оно к тебе же и вернется.

Состояние после такого разговора… как у реанимированного оленя, попавшего под колеса. Мои подозрения и догадки лишь укрепились. Святая парочка в лице матери и Себастиана играла в очень не честную игру. И пора их выводить на чистую воду.

Глава 4

Заснуть после такого рандеву было сложно. Можно даже сказать, что я не спала, а дремала. И, конечно же, даже с закрытыми глазами прекрасно поняла, что в комнате нахожусь уже не одна.

– Может, хватит уже сновать туда- сюда? – Раздраженно бросаю из-под своего теплого укрытия.

Кажется, она только этого и ждала. Потому что вопросы на мою бедную голову посыпались, словно из рога изобилия.

– Так, я не поняла. – Мать оказалась на краю постели и стянула с меня край одеяла. – Почему ты дома?

– А где мне быть?

– Как где? У Себастиана конечно! Или вы поссорились? Хотя с твоим скверным характером это вполне все объясняет. – Кудахчет она.

– Классно. – Скрипя зубами, поднимаюсь с постели. – Мне кажется или моя мать вместо того чтобы поддержать дочь почему-то переживает за совершенно незнакомого ей человека?

– Не говори глупостей! – Мать перестает мельтешить перед глазами и останавливается прямо передо мной. – Себастиан – золотой человек. И далеко уже не незнакомец для нашей семьи. Ваше будущее уже предопределено и не смей вертеть носом.

На последнем слове прищуриваюсь и бросаю внимательный взгляд на маму.

– У меня такое подозрение, что будь ты на пару десятков лет моложе, то уже бы висела на шее у Себастиана.

– Майя!

– Что? А то я не заметила, как ты краснеешь рядом с ним. Как начинаешь себя вести.

– Снова ты говоришь какую-то ерунду. Да, не скрою, он мне очень симпатичен. Но я не имею никаких странных мыслей, которые тебе пришли на ум. Я просто хочу для тебя хорошей жизни. Выйдешь за него замуж, заберет он тебя с собой в Швецию. У вас же будет не жизнь, а сказка.

– Ага, прям мечта. – Не удерживаюсь от сарказма.

– Уж поверь, это будет лучше, чем прозябать здесь. А любовь… она придет. Хотя тебе должно быть достаточно и того, что Себастиан тебя любит. – Она передергивает плечами. – Завтрак на столе.

– Мам, – останавливаю ее у двери своей комнаты, – а у меня были животные?

– Не поняла, к чему этот странный вопрос? – Ее выражение лица меняется. И вместо надменности появляется настороженность.

– Не знаю, просто стало интересно. У каждой ведь порядочной девушки должен быт питомец, на котором она практикует свои материнские инстинкты. Кот, хомячок, рыбки или какой-нибудь собакен. Неужели я была совсем нелюдимой отшельницей?

– Отчего же, был пес. Но потом ты поняла всю правоту моих слов и сдала его обратно.

– Что же было не так?

– Много грязи, постоянные многочасовые прогулки, изодранная мебель. Уж поверь, ты уставала и вскоре передала его в другие руки. Ты разве что-то вспомнила?

– Нет. Если бы что-то промелькнуло, я бы вряд ли спрашивала у тебя. – Отворачиваюсь к окну. – Ты иди, я скоро подойду.

Стоило двери закрыться, из груди вырывается тяжелый вздох. Ложь, вокруг сплошная ложь. Почему-то бабе Нюре я верила больше, чем маме. Что-то подсказывает мне, что если мы и были в хороших отношениях, то сейчас они трещат по швам.

Но стоило мне высунуть свой нос в прихожую, как я слышу яростный шепот, который доносился из кухни. На удивление, отец в кои-то веки вышел из своего кабинета. Иногда мне казалось, будто он намеренно избегает общество матери. И честно говоря, я тоже была близка к этому решению.

– Не смей мне указывать! – яростно отвечает мама. – Я устраиваю жизнь своего ребенка!

– София, ты перешагнула все границы. И это наш ребенок. НАШ! Я не могу больше смотреть на то, как ты нагло пользуешься ее состоянием. Что ты творишь?! Я долго терпел, все надеялся, что ты одумаешься. Но чем дальше, тем больше ты гробишь будущее нашего ребенка.

– Надо же, ты вспомнил, что у тебя есть дочь! Не поздновато? И к твоему сведенью, я даю ей нормальное будущее, которое ей не даст ни один мужик в этом городе.

– А мне кажется, что ты попросту стараешься реализовать свои мечты, но никак не мечты Майи. Ты посмотри, явился этот напыщенный индюк и все, все перед ним растеклись лужей. Ну что он ей может дать? Деньги?

– И это в том числе. Но главное, что он обожает ее!

– А она? Ты дочку спрашивала? Хочет ли она быть с ним?

– Будет, куда она денется. – Самодовольно отвечает мать и я слышу, как раздаются ее шаги. Видимо, она снова расхаживает из угла в угол. – Да, возможно, я выгляжу монстром. Но я рада, что случилась эта авария и она потеряла память. Теперь у нас есть возможность начать все с чистого листа.

– Ты сошла с ума, раз возомнила себя настолько умной. И ваша авантюра с этим приезжим хахалем… я надеюсь, что вы проиграете.

– Это мы еще посмотрим. Сегодня Себастиан сделает ей предложение. Вот увидишь, Майя согласится. А ты как примерный отец, порадуешься за нее.

– Нет. Я в этом не участвую.

– Что ты сказал?

– К тому же, я тут подумал и решил, что нам стоит отдохнуть друг от друга.

Едва успеваю заскочить обратно к себе в голову и тут же слышу торопливые шаги по коридору. Затем стук в мою дверь и вот, я вижу лицо своего отца. Где-то сбоку маячит мама и настойчиво оттягивает его за край домашнего костюма.

– Майя, ты должна кое-что узнать.

– Не смей, не травмируй мне ребенка! – вскрикивает она.

– Что случилось? – подаю голос.

– Все, что рассказывает тебе твоя мать…

– Нет! Не смей!

– Мама, что происходит?

– Она лжет, – папа едва может перекричать визги матери.

От такого шума у меня начинает раскалываться голова. Вдобавок, я едва могу устоять на ногах, которые предательски подкашиваются после всех новостей. Их голоса смешиваются в один сплошной поток, который смывает меня. Еще чуть-чуть и я потеряю сознание. А, нет, уже потеряла и хорошенько прикладываюсь многострадальной головой об паркет.

Глава 5

– Шампанского? – Раздается голос рядом со мной и я оборачиваюсь к официанту. Пока никто не видит, беру изящный бокал с шипучим напитком. И пусть, что голова потом будет болеть еще сильнее, чем до этого. Но отказаться от любимого напитка я не могла. И да, я любила шампанское, а не красное вино. Так что отличие от других девушек я все же имела. Я бы даже сказала, что была одним сплошным отличием. Перевожу взгляд на сцену, где сейчас находится Себастиан. Он умопомрачителен в смокинге и многие дамы не скрывают своих заинтересованных взглядов, которыми осыпают его фигуру. Да, красивая конфетка в шикарной обертке. Потом они обязательно посмотрят в мою сторону и презрительно скривят свои напудренные носики. Как бы меня не отштукатурили в салоне красоты, я все равно выбивалась из общего стада. Ростом, веснушками, цветом волос и так далее по всем пунктам. Все они, как и остальные сотрудники в недоумении перешептываются с того момента, стоило мне войти в зал под руку с их шефом.

После его проникновенной речи, Себастиан возвращается на место рядом со мной и переплетает наши пальцы. Я уже давно привыкла к тому, что контакт с парнем меня никак не заводит. Даже более того, он меня раздражает. И вообще, я собиралась расстаться с ним после банкета. Думаю, что он поймет. Ну невозможно полюбить того, к кому ты вообще ничего не чувствуешь. Смешно сказать, но даже секс не помог.

– Шампанское? А врач в курсе? – Себастиан выгибает одну бровь и вопросительно смотрит на пустой фужер, который я кручу в своих пальцах. – Ты же только вчера вышла из больницы.

– Да брось, все в порядке. Я просто переутомилась и перенервничала, а так все хорошо. – Моя улыбка выходит немного кривоватой.

– Пойдем, пройдемся, – парень протягивает мне руку. – У меня для тебя есть небольшой сюрприз.

Вкладываю свою ладонь и смиренно поднимаюсь с места. А сама мысленно прошу всех и вся, чтоб он не делал мне это треклятое предложение. Так не хочется начинать тяжелый разговор в такой прекрасный вечер. Что я, зря что ли терпела экзекуции в салоне и надела это ужас под названием "платье"? Все, кто был со мной знаком, прекрасно знали о моей любви к кедам и джинсам. Постойте… что???

– Ты прекрасна, – голос Себастиана возвращает меня в реальность.

– Спасибо, – автоматически благодарю его.

– Но я хотел бы дополнить твой образ кое-чем. – С этими словами, он лезет во внутренний карман и достает бархатный мешочек. – Как только я его увидел, то сразу понял, что это должно принадлежать тебе.

Я вижу колье необычайной красоты. Мелкие черные камни обрамляли центральный камень, который поражал глубиной своего цвета. Будто кто-то вложил гранатовое зерно в оправу. Не могу оторвать взгляда от этого сокровища. И не потому, что оно прекрасно. Я определенно где-то его уже видела. Себастиан пользуется моим замешательством и проворно надевает колье мне на шею. Стоило холодному металлу соприкоснуться с моей кожей, как перед глазами вспыхивает абсолютно другая картинка. В которой руки другого человека касаются меня, чтобы застегнуть цепочку украшения. Я не знаю, почему именно этот момент послужил для моего мозга спусковым крючком. Но факт остался фактом и воспоминания не щадя меня, потоком обрушились на каждую клеточку моих полушарий. Я как будто стала лыжником, который попал под снежную лавину. Не имея возможности ни пошевелиться, ни спастись.

– Майя, что с тобой? – слышится обеспокоенный голос где-то в дали. – Майя!

Открываю глаза и обнаруживаю себя сидящей на корточках и прижимающей руки к голове, словно стараюсь укрыться от какой-то опасности. Опасности, которую несли эти голубые глаза напротив. Себастиан помогает мне подняться, но при этом не сводит с меня взгляда.

– Я же говорил, что выпивать спиртное – не лучшая идея. – Шепчет он, прижимая меня к себе. – Как ты? Я так испугался.

– Все в порядке. Но мне надо на воздух, здесь слишком душно. – Ложь срывается с губ и он вроде бы верит.

– Я с тобой.

Черт, как же мне от тебя отделаться? И меня как будто кто-то слышит сверху, так как стоит нам выйти из комнатки, как Себастиана окружают со всех сторон. Ему вновь надо на сцену, но он сопротивляется ровно до того момента, пока я не убеждаю его в том, что посижу за нашим столиком. Да, так я хотя бы на несколько минут остаюсь одна. А когда он отвлекается, я и вовсе сбегаю из зала. Трясущимися руками достаю телефон и судорожно подключаюсь к вай-фаю. Ввожу всплывшие в памяти цифры и чуть не задыхаюсь. Мои аккаунты социальных сетей теперь доступны. Я вижу множество оповещений от знакомых, от друзей… и от Дамира.

– Я же попросил тебя побыть в зале, – раздается яростный голос за моей спиной. – Неужели так сложно меня слушаться?

– А тебе не кажется, что ты забываешься, дорогой? – Оборачиваюсь к нему и презрительно окидываю взглядом. – Слишком много контроля, как для любящего человека.

– Ты сомневаешься в моей любви?

– Нет. Я считаю, что ты настолько ослеплен своим желанием, что перепутал любовь и одержимость. – Поражаюсь своему тону.

– Вспомнила, да? – Парень криво усмехается.

– Не все, но вспомнила. И знаешь, что самое интересное? Я тут осознала то, что мы с тобой никогда не были парой. Удивительно, да? Зачем тогда весь этот цирк?

– Затем, что мне открылся поистине редкий шанс и я не мог его потерять. Что ты так смотришь? Считай, что тебе повезло. Амнезия спасла тебя от длительного оплакивания твоих неудавшихся отношений. Этот парень… он же отказался от тебя. Да ты и сама это знаешь.

Нет, не знаю. Этот фрагмент прошлого еще не восстановился. Но я не показываю этого. Лишь выставляю вперед руку, когда Себастиан шаг за шагом сокращает дистанцию между нами. Парень резко хватает меня и притягивает к себе, стараясь против воли поцеловать.

Где-то я это уже видела. Где-то я это уже ощущала. Память услужливо напомнила о пустующем кабинете и том, как Себастиан пытался меня утешить. Как я вырывалась и бежала от него. Как сейчас, когда ударив парня коленкой в пах, умудряюсь проскочить в уже закрывающийся лифт. Вот только с разницей в том, что на этот раз я успеваю притормозить и не выскочить на проезжую часть.

Глава 6

Если вкратце описать свои ощущения после возвращения памяти… это удивительное чувство. Как будто ты до этого был просто тенью, оболочкой, пустым сосудом. Который внезапно наполнили до края. Исчезли все сомнения, все встало на свои места. И я больше не терялась в догадках и подозрениях. Даже дышать стало легче, верите? Это я осознала в течении той небольшой поездки в такси по пути домой после банкета.

Душе хотелось праздника и кого-нибудь расстрелять. Причем второе было в приоритете, но пока невыполнимо. Родительский дом встретил меня тишиной. Отец, как и обещал, уехал на конференцию. Вернется он оттуда или нет, я не была уверена. В конце концов, он тоже имел право на жизнь. Если я раньше я думала, что родители столько лет держатся вместе лишь благодаря огромной любви. То теперь отчетливо осознала, что их брак держался на отцовском терпении. За которое людям при жизни стоит ставить памятники. Мама… мама… эх, ты, мама… Глупая женщина, которая забылась и заигралась в вершительницу судеб. Ей слишком многое позволялось и сходило с рук, но не в этот раз.

Когда она вернулась домой после очередного занятия йоги, чемодан и несколько сумок с моими вещами уже аккуратно стояли возле стенки.

– Майя? Майя, где ты? Что случилось? Что за сумки?

– Съезжаю. – Прохожу мимо и ставлю последний пакет.

– Как? Куда? Неужели к Себастиану? Ох, я так долго этого ждала!

– Еще раз произнесешь его имя, и я взломаю твои сети и выставлю твой реальный возраст. А еще выставлю на обозрение ужасную фотографию, где ты в сальном халате копаешь огород у бабушки на даче. Пусть твои подписчики посмотрят на тебя настоящую. Без макияжа и укладки. На страшную бабу, которая такая не только снаружи, но и внутри.

– Как ты смеешь! – Родительница моментально включила свой излюбленный образ жертвы.

– Я вот только одного не пойму, – облокачиваюсь об косяк двери, – на что ты надеялась? Что память ко мне вообще не вернется?

– Не понимаю, к чему ты клонишь? Почему это я надеялась? Врач сам сказал, что если в течении этих месяцев не будет сдвигов, то значит память мы трогать больше не будем.

– Ах, вот оно что!

– Что ты на меня взъелась, как на врага народа? – Мама делает шаг вперед. – Что я тебе сделала?

– Дай подумать, – потираю подбородок, – наверно, я в шоке от того, что моя мать скооперировалась с незнакомцем и решила провернуть аферу. А ты в курсе, что я попала под машину благодаря твоему ненаглядному Себастиану? Спасалась бегством от навязчивого парня, который перестал себя контролировать? А когда пришла в себя, то вместо поддержки, моя же мать стала лепить из меня новую дочку. С новыми привычками и укладами жизни.