- -
- 100%
- +
1 Багрянец
Ай!
Как же больно!
Голова просто раскалывается!
Странный, наполненный шёпотом сон мгновенно рассыпался. Ещё не проснувшийся Чжоу Минжуй почувствовал пульсирующую боль в голове, будто кто-то снова и снова бил его палкой. Нет, скорее было похоже, что в висок вонзился какой-то острый предмет, да ещё и провернулся!
Ай… В оцепенении Чжоу Минжуй попытался перевернуться, схватиться за голову и сесть, но конечности его не слушались. Они отказывались двигаться, оставив его совершенно неподвижным и беспомощным.
Похоже, я ещё не проснулся, всё ещё сплю… Может, через какое-то время я буду думать, что проснулся, но на самом деле продолжу спать… Чжоу Минжуй, привыкший к подобным дезориентирующим переживаниям, изо всех сил пытался сосредоточиться и вырваться из оков тьмы и смятения.
Однако, находясь в полусне, он пытался собрать свою волю, которая казалась нематериальной, словно клочок тумана – вот она есть, и вот её уже нет. Мысли не поддавались ни контролю, ни изучению. Сколько бы он ни старался, сосредоточенность постоянно ускользала, а в голове непрошено всплывали случайные мысли и образы.
С чего бы это у меня посреди ночи так ужасно разболелась голова?
И так мучительно!
Может, это кровоизлияние в мозг или что-то в этом роде?
Чёрт, неужели я вот так умру молодым?
Надо проснуться! Немедленно!
А? Уже не так сильно болит, как раньше, но всё ещё такое чувство, будто тупой нож медленно режет мозг…
Похоже, заснуть уже не получится. Как я завтра буду работать?
Да о какой работе я вообще думаю? С такой головной болью нужно брать отгул! И не придётся беспокоиться о нравоучениях начальника!
Эй, если так подумать, то всё не так уж и плохо. Хе-хе, в итоге у меня появится немного свободного времени!
Пульсирующая боль позволила Чжоу Минжую постепенно собрать нематериальные силы. Наконец, он выпрямил спину и открыл глаза, полностью вырвавшись из полузабытья.
Сначала зрение было расплывчатым, затем подёрнулось лёгким багрянцем. Он увидел перед собой деревянный стол, в центре которого лежала раскрытая тетрадь. Страницы были грубыми и пожелтевшими, а вверху яркой строкой виднелась надпись, сделанная густыми чёрными чернилами.
Слева от тетради лежала стопка аккуратно сложенных книг, числом около восьми. На стене справа от них виднелись серовато-белые трубы и присоединённый к ним настенный светильник.
Светильник был выполнен в классическом западном стиле, размером примерно в половину головы взрослого человека, с внутренним слоем из прозрачного стекла и чёрной металлической решёткой снаружи.
Наискось под потухшим настенным светильником стояла чёрная чернильница, залитая бледным красным сиянием. Её рельефная поверхность образовывала размытый ангельский узор.
Перед чернильницей, справа от тетради, лежала тёмная ручка с округлым корпусом. Её кончик слабо поблёскивал, а колпачок покоился рядом с латунным револьвером.
Пистолет? Револьвер? Чжоу Минжуй был ошеломлён. Всё, что он видел, было таким незнакомым и совсем не походило на его комнату!
В шоке и смятении он заметил, что стол, тетрадь, чернильница и револьвер были покрыты слоем багровой «вуали» от света, льющегося из окна.
Он подсознательно поднял голову, и его взгляд медленно устремился вверх.
В вышине, на фоне «чёрных бархатных занавесей», высоко висела багровая луна, безмолвно сияя.
Ч… – Чжоу Минжуй почувствовал необъяснимый ужас и резко встал. Но не успел он выпрямить ноги, как голова снова пронзила боль, отчего он потерял силы и тяжело рухнул обратно на жёсткий деревянный стул.
Грох!
Боль от удара была пустяком. Чжоу Минжуй опёрся руками о стол, снова встал и в панике обернулся, осматривая комнату.
Это была маленькая комната с двумя коричневыми дверьми по бокам и двухъярусной кроватью у противоположной стены.
Между кроватью и левой дверью стоял шкаф с двумя открытыми дверцами наверху и пятью выдвижными ящиками внизу.
Рядом со шкафом, примерно на высоте человеческого роста, виднелась ещё одна серовато-белая труба, соединённая со странным механическим устройством с несколькими открытыми шестернями и подшипниками.
В правом углу комнаты, возле стола, стояли предметы, похожие на угольные печи, а также суповые кастрюли, чугунки и другая кухонная утварь.
Напротив правой двери висело туалетное зеркало с двумя трещинами. Его деревянное основание было украшено простыми и незатейливыми узорами.
Бросив быстрый взгляд, Чжоу Минжуй мельком увидел в зеркале себя – себя нынешнего: чёрные волосы, карие глаза, льняная рубашка, худощавое телосложение, обычные черты лица, но с довольно глубоким контуром…
Ч… – выдохнул Чжоу Минжуй. Его разум наполнили беспомощные и спутанные мысли.
Револьвер, классический западный декор и багровая луна, не похожая на луну Земли, – всё указывало на одно!
Н-неужели я переместился в другой мир? – Рот Чжоу Минжуя медленно открылся.
Он вырос на веб-новеллах и часто фантазировал о подобных сценариях. Но когда это случилось на самом деле, ему было трудно это принять.
Почти минуту спустя Чжоу Минжуй пробормотал себе под нос, пытаясь найти в ситуации хоть что-то забавное: «Наверное, это и есть та самая любовь к драконам[1]?»
Если бы не постоянная головная боль, обострявшая его мысли, он бы точно решил, что всё ещё спит.
Спокойно, спокойно, спокойно… После нескольких глубоких вдохов Чжоу Минжуй изо всех сил постарался унять панику.
В этот момент, когда его разум и тело успокоились, его начали наводнять воспоминания, медленно проявляясь в сознании!
Клейн Моретти, гражданин Королевства Лоэн, что на Северном Континенте, провинция Авашир, город Тинген. А ещё недавний выпускник Кафедры истории Университета Хой…
Его отец был сержантом Имперской армии и погиб в колониальном конфликте на Южном Континенте. Компенсация позволила Клейну посещать частную среднюю школу, что заложило основу для его поступления в университет…
Его мать была последовательницей Богини Вечерней Тьмы. Она скончалась в год, когда Клейн сдал вступительные экзамены в Университет Хой…
У него также есть старший брат и младшая сестра. Они живут вместе в двухкомнатной квартире…
Их семья небогата, можно даже сказать – бедствует. В настоящее время их содержит старший брат, работающий клерком в импортно-экспортной компании…
Будучи выпускником исторического факультета, Клейн изучил древний язык Фейсак, считающийся источником всех языков Северного Континента, и язык Гермес, который часто встречается в древних гробницах и связан с ритуалами и молитвами…
Язык Гермес? – Сознание Чжоу Минжуя встрепенулось. Он протянул руку, чтобы потереть пульсирующие виски, и посмотрел на раскрытую тетрадь на столе. Текст на пожелтевшей бумаге из странного превратился в чуждый, затем из чуждого в знакомый, и наконец стал читаемым.
Это был текст, написанный на языке Гермес!
Тёмные чернила гласили: «Каждый смертен, и я не исключение».
Хсс! – Чжоу Минжуй почувствовал необъяснимый ужас. Он инстинктивно отпрянул, пытаясь отдалиться от тетради и надписи в ней.
Он был так слаб, что чуть не упал, но в панике успел схватиться за край стола. Окружающий воздух казался неспокойным, и вокруг него раздавался слабый шёпот. Это напомнило ему, как в детстве он слушал страшные истории от старших.
Он помотал головой, говоря себе, что это всего лишь иллюзия. Чжоу Минжуй пришёл в себя, отвёл взгляд от тетради и сделал несколько глубоких вдохов.
На этот раз его взгляд упал на поблёскивающий латунный револьвер. Внезапно в его голове возник вопрос.
Учитывая финансовое положение семьи Клейна, как они могли позволить себе или хотя бы достать револьвер? Чжоу Минжуй невольно нахмурился.
Погружённый в свои мысли, он вдруг заметил на краю стола красный отпечаток руки. Его цвет был темнее лунного света и гуще, чем «вуаль».
Это был кровавый отпечаток!
Кровавый отпечаток? – Чжоу Минжуй подсознательно перевернул правую руку, которой держался за край стола. Опустив взгляд, он увидел, что его ладонь и пальцы были в крови.
В то же время пульсирующая боль в голове не утихала. Хотя она и немного ослабла, но всё ещё была настойчивой.
Я разбил себе голову? – удивился Чжоу Минжуй, разворачиваясь и направляясь к треснувшему туалетному зеркалу.
Через несколько шагов в поле зрения появилась фигура среднего телосложения с чёрными волосами и карими глазами. У этого человека был явный вид учёного.
Это теперь я? Клейн Моретти?
Чжоу Минжуй на мгновение замер. Из-за тусклого света он не мог разглядеть всё как следует, поэтому подошёл ближе, пока до зеркала не остался всего шаг.
Используя багровый лунный свет, он повернул голову, чтобы осмотреть висок.
В чётком отражении в зеркале виднелась ужасная рана на виске со следами ожогов по краям. Это место было залито кровью, а внутри медленно шевелилось серовато-белое мозговое вещество.
[1] Это, по сути, пословица, описывающая Лорда Е. В древние времена Лорд Е очень любил драконов и украшал весь свой дворец – балки, колонны, двери, окна и стены – их рисунками и резьбой. Когда настоящий дракон на небесах услышал об этом, он был глубоко тронут его страстью и решил навестить его. Когда Лорд Е увидел, как настоящий дракон просунул голову в окно его кабинета, а хвост его оказался во дворце, он в ужасе выбежал из дома, спасая свою жизнь. Очевидно, что Лорд Е любил не настоящих драконов.
2 Ситуация
Тук! Тук! Тук!
Чжоу Минжуй в ужасе отшатнулся от представшего перед ним зрелища. Казалось, будто в трюмо отражался не он сам, а высохший труп.
Как человек с такими ужасными ранами может быть ещё жив?!
Он недоверчиво снова повернул голову и посмотрел в другую сторону. Пусть и с расстояния, да ещё и в плохом освещении, он всё равно разглядел сквозную рану и тёмно-красные пятна крови.
– Это… —
Чжоу Минжуй глубоко вздохнул, изо всех сил пытаясь успокоиться.
Он прижал руку к левой стороне груди и ощутил бешено колотящееся сердце, полное невероятной жизненной силы.
Затем он коснулся своей обнажённой кожи. Под лёгким холодком струилось тепло.
Присев на корточки и убедившись, что колени сгибаются, Чжоу Минжуй снова встал и успокоился.
– Что происходит? – нахмурившись, пробормотал он. Он решил ещё раз как следует осмотреть рану на голове.
Он сделал два шага вперёд и вдруг замер. Свет багровой луны был довольно тусклым, недостаточным для его «тщательного осмотра».
Всплыл обрывок воспоминания, и Чжоу Минжуй повернул голову, чтобы взглянуть на серовато-белые трубы и лампу с металлической решёткой на стене рядом с письменным столом.
Это была самая обычная для тех времён газовая лампа. Её пламя горело ровно, а освещала она превосходно.
С финансовым положением семьи Клейна Моретти даже керосиновая лампа была мечтой, не говоря уже о газовой. Их положению и статусу больше всего соответствовали свечи. Однако четыре года назад, когда Клейн ночами напролёт корпел над учебниками, чтобы поступить в Университет Хой, его старший брат, Бенсон, счёл это важным делом, от которого зависит будущее их семьи. Поэтому он настоял на создании для Клейна благоприятных условий для учёбы, даже если для этого придётся влезть в долги.
Конечно, Бенсон, будучи грамотным и проработав несколько лет, не был опрометчивым человеком, не думающим о последствиях. У него в рукаве имелось несколько козырей. Он убедил домовладельца «повысить уровень квартиры, установив газовые трубы, чтобы в будущем её было легче сдать внаём». Домовладелец согласился и выделил деньги на основные изменения. Затем, пользуясь служебным положением в импортно-экспортной компании, Бенсон приобрёл совершенно новую газовую лампу почти по себестоимости. В итоге ему хватило своих сбережений, и занимать деньги не пришлось.
Когда обрывок воспоминания промелькнул в его сознании, Чжоу Минжуй подошёл к столу, повернул вентиль на трубе и начал крутить выключатель газовой лампы.
Раздалось шипение, от трения сверкнула искра. Но свет, вопреки ожиданиям Чжоу Минжуя, не озарил комнату.
Он покрутил выключатель ещё несколько раз, но газовая лампа лишь шипела, оставаясь тёмной.
– Хм… – Убрав руку и потирая левый висок, Чжоу Минжуй попытался найти причину, роясь в обрывках воспоминаний.
Через несколько секунд он развернулся и пошёл к двери. Он подошёл к механизму, который так же был встроен в стену и к которому подходили серовато-белые трубы.
Это был газовый счётчик!
Увидев открытые шестерёнки и подшипники, Чжоу Минжуй достал из кармана брюк монету.
Она была тёмно-жёлтого цвета с бронзовым отливом. На аверсе монеты был выгравирован портрет мужчины в короне, а на реверсе – цифра «1» на снопе пшеницы.
Чжоу Минжуй знал, что это самая основная валюта Королевства Лоэн. Она называлась медный пенни. Покупательная способность одного пенни примерно равнялась трём-четырём юаням до его перемещения. Существовали монеты и других номиналов, такие как пять пенсов, полпенни и четверть пенни. Несмотря на эти три вида, номиналы были недостаточно мелкими. В повседневной жизни время от времени приходилось покупать несколько разных вещей, просто чтобы потратить одну монету.
Несколько раз подбросив монету, – которую начали чеканить и ввели в обращение только после восшествия на престол короля Георга III, – Чжоу Минжуй вставил её в узкую вертикальную «пасть» газового счётчика.
Дзынь! Бряк!
Как только пенни упал на дно счётчика, тут же раздался скрежет шестерёнок, создавая короткий, но мелодичный механический ритм.
Чжоу Минжуй несколько секунд смотрел на счётчик, прежде чем вернуться к массивному деревянному столу. Затем он протянул руку, чтобы повернуть выключатель газовой лампы.
После недолгого шипения раздался резкий хлопок!
Вспыхнул и быстро разросся огненный язык. Яркий свет сперва заполнил внутренности настенной лампы, а затем пробился сквозь прозрачное стекло, окутав комнату тёплым сиянием.
Темнота быстро отступила, а багрянец скрылся за окном. По непонятной причине Чжоу Минжуй почувствовал облегчение и быстро подошёл к трюмо.
На этот раз он внимательно осмотрел свой висок, не упуская ни единой детали.
Осмотрев рану несколько раз, он понял, что, не считая уже запекшейся крови, из уродливой раны больше ничего не вытекало. Словно на неё наложили лучшую кровоостанавливающую повязку. А медленно шевелящийся серовато-белый мозг и заметный рост плоти и крови вокруг раны означали, что через тридцать-сорок минут, а может, даже два-три часа, от неё останется лишь лёгкий шрам.
«Восстанавливающие эффекты от перемещения?» – Чжоу Минжуй скривил правый уголок рта, беззвучно пробормотав.
После чего он протяжно вздохнул. Как бы то ни было, он всё ещё жив!
Приведя мысли в порядок, он выдвинул ящик и достал маленький кусочек мыла. Взяв одно из старых, потрёпанных полотенец, висевших сбоку шкафа, он открыл дверь. Затем он направился в общую ванную, которой пользовались жильцы второго этажа.
«Да, надо бы смыть кровь с головы, а то я выгляжу как ходячее место преступления. Ладно себя пугать, но если я завтра напугаю сестру, Мелиссу, когда она проснётся, это будет довольно проблематично!»
Коридор снаружи был погружён в кромешную тьму. Силуэты едва угадывались в багровом лунном свете, льющемся из окна в конце коридора. Они походили на пару глаз чудовища, что безмолвно наблюдало за живыми глубокой ночью.
Дрожа от страха, Чжоу Минжуй облегчил шаги и направился к общей ванной.
Когда он вошёл, лунного света стало ещё больше, что позволило ему всё отчётливо разглядеть. Чжоу Минжуй встал перед умывальником и повернул ручку крана.
Услышав шум льющейся воды, он вдруг вспомнил своего домовладельца, господина Фрэнки.
Поскольку вода входила в стоимость аренды, этот низкорослый и худой джентльмен в цилиндре, жилете и чёрном костюме всегда активно проверял ванную, прислушиваясь к звукам льющейся воды.
Если вода лилась слишком сильно, господин Фрэнки, забыв о своих джентльменских манерах, размахивал тростью и колотил в дверь ванной, выкрикивая что-то вроде: «Проклятый вор!», «Расточительство – бесстыдство!», «Я вас запомню!», «Если я ещё раз такое увижу, убирайтесь вместе со своим грязным багажом!», «Помяните моё слово, это лучшая квартира за свои деньги во всём Тинген-Сити. Более доброго домовладельца вы нигде не найдёте!»
Отогнав эти мысли, Чжоу Минжуй принялся снова и снова оттирать с лица пятна крови влажным полотенцем.
Осмотрев себя в потрескавшемся зеркале в ванной и убедившись, что остались только ужасная рана и бледное лицо, Чжоу Минжуй расслабился. Затем он снял льняную рубашку и с помощью куска мыла отстирал пятна крови.
В этот момент он нахмурился, вспомнив о возможной проблеме.
Рана была слишком ужасной, а крови – слишком много. Помимо его тела, в комнате, скорее всего, тоже остались следы!
Через несколько минут, закончив со льняной рубашкой, Чжоу Минжуй быстро вернулся в свою квартиру с влажным полотенцем. Сначала он стёр кровавый отпечаток руки со стола, а затем, при свете газовой лампы, стал выискивать другие пятна, которые мог пропустить.
Он тут же обнаружил, что немало крови брызнуло на пол под столом. А слева у стены лежала жёлтая пуля.
«Выстрел в висок из револьвера?» – Сопоставив все имевшиеся улики, Чжоу Минжуй примерно понял, как умер Клейн.
Он не спешил проверять свою догадку. Вместо этого он тщательно вытер пятна крови и прибрался на «месте преступления». После чего он подобрал пулю и вернулся к столу. Он откинул барабан револьвера и высыпал патроны.
Всего пять патронов и одна гильза, все с латунным блеском.
– Действительно… – Чжоу Минжуй посмотрел на пустую гильзу перед собой и, кивая, засунул патроны обратно в барабан.
Он перевёл взгляд влево, и тот упал на слова в блокноте: «Все умрут, и я тоже». После этого в его голове возникло ещё больше вопросов.
Откуда взялся пистолет?
Это было самоубийство или инсценировка?
В какие неприятности мог влипнуть выпускник-историк скромного происхождения?
Почему такой способ самоубийства оставил так мало крови? Потому что я вовремя переместился, и это дало исцеляющие бонусы?
Немного поразмыслив, Чжоу Минжуй переоделся в другую льняную рубашку. Он сел на стул и начал обдумывать более важные вещи.
Переживания Клейна – это не то, о чём ему сейчас стоило беспокоиться. Настоящая проблема заключалась в том, чтобы выяснить причину своего перемещения и можно ли вернуться обратно!
Его родители, родственники, лучшие друзья и знакомые. Увлекательный мир интернета и всевозможные вкусности… Всё это были причины, по которым он хотел вернуться!
Щёлк. Щёлк. Щёлк… Правая рука Чжоу Минжуя подсознательно снова и снова откидывала барабан револьвера и с щелчком возвращала его на место.
«Да, в последнее время моя жизнь не сильно отличалась от прошлой. Мне просто немного не везло, но с какой стати я переместился без всякой видимой причины?»
Невезение… Да, сегодня перед ужином я попробовал ритуал для привлечения удачи!
Мысль вспыхнула в сознании Чжоу Минжуя, осветив воспоминания, скрытые в тумане замешательства.
Как квалифицированный диванный политик, диванный историк, диванный экономист, диванный биолог и диванный фольклорист, он всегда считал, что «знает кое-что обо всём». Конечно, его лучший друг часто подкалывал его, говоря, что он «знает лишь понемногу обо всём».
И одной из таких тем было китайское гадание.
В прошлом году, когда он был в родном городе, он наткнулся в старом книжном магазине на книгу в нитяном переплёте под названием «Основы гадания и тайные искусства династий Цинь и Хань». Она показалась ему довольно интересной и могла помочь выпендриваться в интернете, поэтому он её купил. К сожалению, его интерес быстро угас. Вертикальное письмо делало чтение невыносимым. Он лишь пролистал первые несколько страниц, а затем забросил её в угол.
В последний месяц его преследовала полоса неудач: он потерял мобильный, клиенты сбегали, обманув его, а на работе случались ошибки. Только тогда он вдруг вспомнил о ритуале для привлечения удачи, описанном в начале «Основ гадания и тайных искусств». Более того, требования были предельно просты, без какой-либо необходимости в базовой подготовке.
Всё, что требовалось – взять четыре порции основной еды своего региона и разместить их по четырём углам комнаты. Их можно было поставить на мебель, например, на столы и шкафы. Затем, стоя в центре комнаты, он должен был сделать четыре шага против часовой стрелки, образуя квадрат. На первом шаге нужно было искренне произнести: «Бессмертный Владыка Неба и Земли для Благословений». На втором шаге – молча произнести: «Небесный Владыка Неба и Земли для Благословений». На третьем – «Возвышенный Теарх Неба и Земли для Благословений», а на четвёртом – «Небесный Достойный Неба и Земли для Благословений». Сделав четыре шага, нужно было закрыть глаза и подождать пять минут, оставаясь на месте. Только тогда ритуал считался завершённым.
Поскольку это не требовало никаких затрат, он нашёл книгу, последовал инструкциям и проделал всё это перед ужином. Однако… тогда ничего не произошло.
Кто бы мог подумать, что посреди ночи он и впрямь переместится!
Перемещение!
«Весьма вероятно, что это из-за того ритуала для привлечения удачи… Да, я должен попробовать его здесь завтра. Если дело действительно в нём, у меня есть шанс переместиться обратно!» – Чжоу Минжуй перестал щёлкать барабаном револьвера и внезапно выпрямился.
Как бы то ни было, он должен был попытаться!
Он должен был сделать эту отчаянную попытку!
3 Мелисса
Определившись с планом, Чжоу Минжуй тотчас ощутил, что у него появилась психологическая опора. Его страх и беспокойство были сметены в дальний угол сознания.
Лишь теперь у него появилось настроение внимательно изучить осколки памяти Кляйна.
Чжоу Минжуй по привычке встал и перекрыл вентиль газовой трубы. Он дождался, пока настенная лампа постепенно тускнела и её пламя не погасло, и только потом сел обратно. Подсознательно теребя латунный барабан револьвера, он сжал висок. В окрашенной багрянцем темноте он медленно воскрешал в памяти воспоминания, словно самый внимательный зритель в кинотеатре.
Возможно, из-за прошедшей навылет пули воспоминания Кляйна походили на осколки разбитого стекла. Они не только не складывались в единую картину – в них зияло множество прорех. Например, отсутствовали воспоминания о том, как у него оказался искусно сделанный револьвер, совершил ли он самоубийство или был убит, каков был смысл слов «Все умрут, и я в том числе» в записной книжке, или участвовал ли он в чём-то странном за два дня до происшествия.
Эти конкретные воспоминания не просто стали фрагментарными – в них не хватало целых кусков. То же самое касалось и знаний, которыми он должен был обладать. Учитывая нынешнее положение дел, Чжоу Минжуй полагал, что, вернись Кляйн в университет, он вряд ли смог бы выпуститься. И это при том, что он покинул кампус всего несколько дней назад и ни капли не расслаблялся.
Через два дня ему нужно пройти собеседование на Исторический факультет Университета Тингена…
У выпускников университетов Королевства Лоэн нет традиции оставаться в своей альма-матер… Его научный руководитель дал ему рекомендательное письмо в Университет Тингена и Университет Бакленда…
…
Сквозь окно Чжоу Минжуй молча наблюдал, как на западе заходит красная луна. Она постепенно опускалась, пока на востоке не забрезжил слабый свет, окрашивая горизонт в золотой цвет.
В этот миг в квартире послышался шум. Вскоре к его двери приблизились шаги.
«Мелисса проснулась… Она и вправду пунктуальна, как всегда», – улыбнулся Чжоу Минжуй. Из-за воспоминаний Кляйна при виде Мелиссы у него возникло чувство, будто она и вправду его младшая сестра.
«Однако у меня нет младшей сестры…» – тут же одёрнул он себя.
Мелисса отличалась от Бенсона и Кляйна. Начальное образование она получила не в воскресной школе при Церкви Вечной Ночи. Когда она достигла школьного возраста, Королевство Лоэн издало «Закон о базовом образовании». Был учреждён Комитет начального и среднего образования, который получил специальное финансирование, что увеличило вклад королевства в образование.
Менее чем за три года, при условии включения в систему многочисленных церковных школ, было основано множество государственных начальных школ, чтобы строго соблюдать принцип религиозного нейтралитета. Это было сделано, чтобы не допустить вовлечения образования в конфликты между Повелителем Бурь, Богиней Вечерней Тьмы и Богом Пара и Механики.
По сравнению с воскресной школой, стоившей всего медный пенни в неделю, плата за государственную начальную школу в три пенса в неделю казалась довольно высокой. Однако первая предлагала обучение лишь по воскресеньям, тогда как во второй занятия шли шесть дней в неделю. В итоге цена была настолько низкой, что обучение было почти бесплатным.