Грани сексологии 2 Нарушая запреты

Глава 1. Большое греческое фиаско…

– Мой Геркулес, ты снова в бой готов, твоё копье пускай меня пронзит…, – мурчала эта чертовка, призывно проводя рукой по бёдрами, а пряди её длинных, вьющихся огненно-рыжих волос ниспадали на плечи и грудь.

Она неспеша вышагивала на высоких шпильках в одних лишь чулках и при каждом шаге её аппетитные булочки игриво перекатывались, вызывая дикое желание.

– Ну возьми же скорей своё сокровище, алмаз что блестит в моей попке ждёт тебя…, – и она наклонилась вперёд, раздвинув ягодицы, меж которых вполне себе уютно располагалась анальная пробка.

Но Еразм, как бы дразня, не спешил наполнять собой свою ненасытную подругу.

– Детка, ты уверена, что твой муж приедет только завтра ближе к обеду?

– Конечно уверена, мой Геркулес… Он всегда звонит перед тем как вернуться домой… Хватит болтать, я замёрзла, согрей меня, мой Бог…, мой Геракл…

– О да, люблю когда ты такая распутная, ложись на кровать и снова раздвинь свою попу шире, твой бриллиант пора заменить чем-нибудь покрупней, – покрутил он в руках внушительных размеров стеклянный фаллос.

– О да…, – вытащила она из своей попки пробку самого большого размера из всех возможных, которая уже около часа украшала анальное отверстие Снежаны и облизнулась, предвкушая более глубокое туда проникновение.

Женщина лежала на спине в нетерпении ощутить эту штучку-дрючку, подняв обе ноги вверх, а потом плотно прижала их к себе, параллельно своему телу, облегчая Еразму доступ к её смачной попке.

– Классная задница, пышная, есть на что посмотреть и за что подержаться…, – смачный шлепок вырвал громкий стон наслаждения из горла Снежаны, которая любила пожёстче. – Обожаю её трахать…

Он капнул немного смазки на эту прозрачную красоту в своих руках и медленно стал погружать внутрь. Одной рукой она держала ноги, другой разводила ягодицы в стороны. Еразму нравилось заниматься с ней сексом, Снежана была безотказная, а главное выносливая и ненасытная, собственно как и он сам, и парень мог шпилить её без остановки очень долгое время, пока последние силы не покидали их обоих. Идеальная любовница и замужем – всё как он любил. Обожал не иметь ни перед кем обязательств, вдобавок ко всему наставлять рога нерадивым мужьям доставляло ему особое наслаждение, возбуждая в десятикратном размере. Пока муж Снежаны вкалывал по три месяца на вахте, сам Еразм захаживал к ней стабильно раз в неделю, зависая на все выходные.

– Нравится? – спросил он свою любовницу, когда начал то погружать дилдо в попку, то почти доставать его наружу, а та громко стонала, доказывая ему, как она обожает анальные ласки.

– Да….

– Скажи мне, что ты хочешь, развратная моя Снежинка… ммм… ?

– Хочу твой горячий член…вот здесь, – проникла она сама туда пальцем, когда её Геркулес вытащил оттуда в очередной раз искусственный фаллос. – Войди в неё, растяни пошире… Накачай спермой… Хочу, чтобы потом она вытекала оттуда…

– Хочешь сперму, Снежок? Хорошо…, только лежи так, как сейчас… Попу повыше подними, – придвинул он её тело ближе к себе и подложил подушку, чтобы угол наклона позволял ему максимально глубоко входить в столь манящее отверстие.

Она вся в такой позе была у него на обозрении, и этот развратный вид обнажённой гладко выбритой плоти срывал у него крышу. Желание у Еразма было только одно: наблюдать весь процесс от начала и до конца. Он любил смотреть, как его член целиком, до самых яиц погружается в розовую дырочку, а потом наблюдать, как стенки ануса пульсируют и сокращаются, сначала расширяясь, а потом смыкаясь вновь, выталкивая сперму наружу. Чтобы сделать проникновение ещё более приятным, парень вставил пробку ей во влагалище, а сам направил свой немаленьких размеров член ей в анус, медленно погружаясь внутрь, давая время привыкнуть. И вот лёгкая боль партнёрши сменилась стонами удовольствия и громкими пошлыми выкриками:

– Да…, сильнее, глубже, вы…би меня как следует…

По просьбе партнёрши Еразм быстро нарастил темп, вбивая своего друга как можно глубже. Через некоторое время наш герой сбавил темп, вытянул пробку, отбросив на кровать, и принялся чередовать свои проникновения то в киску, то в попку, делая Снежане ещё приятнее. Эта ненасытная шлюшка была та ещё штучка, ей было вечно мало, она хотела ещё глубже, ещё быстрее, ещё жёстче, поэтому руками бесконца пыталась схватить кончиками пальцев Еразма за ягодицы, желая сделать их соединение ещё пикантнее, чуть не вбивая в себя его тело.

Пока наш герой любовался нижней частью их соприкасающихся тел, даже не заметил, как по лицу Снежаны постепенно разливается ужас и страх… Она перестала стонать, а из её горла вылетали с этой минуты только спазмом сдавившие горло карканья, больше похожие на скулёж или плач.

– Что с тобой? Тебе больно? – спросил Еразм, когда в очередной раз бросил беглый взгляд на её лицо, чтобы насладиться видом кайфующей женщины, а вместо этого наткнулся на гримасу ужаса, как будто Снежана увидела привидение.

Он притормозил и перестал так резво вбиваться в её попку, ожидая ответа, но она ничего не сказала, только, вытянув слегка руку вперёд, показала на дверь за его спиной. Не подозревая кто стоит сзади, так же резво, как и развальцовывал её задницу, Еразм повернул корпус влево и наткнулся на казалось бы на первый взгляд спокойного мужа Снежаны, который по всей видимости уже долгое время стоял, сложив руки на груди и наблюдал за спариванием этих голубков. Эта парочка так была увлечена процессом, что совсем не услышала, как в квартиру открылась дверь и даже громкое:

– Милая я дома…

Теперь в шоке был и Еразм, застывший на месте с членом внутри Снежаны, которая только и могла что хлопать глазами и хватать ртом воздух, как та рыба, выброшенная на сушу.

– Вы продолжайте, не обращайте на меня внимание…, у вас неплохо получается, я такого даже в порно не видел, – нервно ухмылялся хозяин дома, а взгляд совсем не внушал этим двоим ничего хорошего и был просто убийственным, а в следующий миг невзначай остановился на коллекции предметов для анальных шалостей, которые в беспорядке лежали по краям кровати, что не ускользнуло от взгляда этих двоих.

– Витенька, медвежонок мой, это не то что ты подумал…, – обрела дар речи Снежана, пытаясь оттолкнуть от себя Еразма, который не знал что делать, потому что застуканным в постели с чужой женой ещё не был, а значит и опыта побега у него не было совсем.

Взгляд самого парня уже метался по комнате в поисках хотя бы трусов, но ничего приблизительно похожего не находил, так и метаясь по комнате в поисках своей одежды, попутно вспоминая куда они со Снежаной в порыве страсти их забросили. Виктор наблюдал за шоу бегающего голого мужика по своему дому, у которого член уже не просто опал, а болтался, как тряпочка, так он перепугался. Это было не удивительно, если учесть что хозяина дома Снежана не просто так называла медвежонком, таким огромным он был, словно лесной, дикий медведь. Еразм боялся его не зря, и подсознание, пока он бегал, сверкая своей голой задницей, бесконца твердило ему и совсем небезосновательно, что его это слишком спокойное состояние только обманка, а ледяной взгляд просто обжигал, готовый убить этого любителя чужих жён на месте.

Но Виктор пока не спешил что-то предпринимать, он шокировано наблюдал, не веря в реальность происходящего, ведь все это время мужчина даже не подозревал, что его скромная, добропорядочная и такая целомудренная в постели супруга оказалась двуличной, похотливой тварью. Как только он вошёл в квартиру, сразу услышал громкие стоны своей любимой Снежаны, которые совсем не напоминали стоны боли, а звучали так страстно, что не оставляли сомнений в том, что происходит за дверями их же супружеской спальни. А разбросанная вокруг одежда ещё больше доказывала его уже не предположение, а твёрдое убеждение, что его жена самая настоящая дрянь.

Первым делом он закрыл дверь на ключ, чтобы тот, кто пашет его жену, не сбежал раньше времени прежде чем до конца испытает его страшную месть. Первым делом Виктор неспеша собрал в кучу всю их одежду, пренебрежительно швырнув в мусорный пакет, а дальше двинулся в спальню и совсем не тихо так открыл дверь, но эти двое были так поглощены друг другом, что совсем не обращали на него внимания. Стоял долго, наблюдая весь процесс в действии, и узнал много всего интересного о своей жене, в первую очередь что она оказывается та ещё блядь, а во-вторых, она обожает АНАЛЬНЫЙ секс… С ним она никогда не была такой, никогда они не делали ничего подобного. Снежана сразу пресекла даже разговоры на подобные темы, ибо она не будет уподобляться всяким там падшим женщинам. Ну ничего, взращивал Виктор свою страшную месть, с этого момента ей предстоит тяжёлая работа – ни на минуту не выпускать его член из своей задницы, отрабатывая ему свои долги за десять лет их супружеской жизни…

В то время как это долговязое недоразумение бегало по комнате, боясь выбежать вон из спальни в сторону выхода, ведь Виктор стоял в дверях, преграждая ему путь, его жена уже прикрыла все свои обнажённые телеса и обдумывала, как выкрутиться из этой щекотливой для них всех ситуации. Снежана знала, что её муж был очень добрым и миролюбивым человеком, но она никогда до этого дня не попадала в такую переделку, поэтому не знала, как тот себя поведёт.

– Любимый, – подала она дрожащий голос, – это впервые…, прости меня, бес попутал…

– Заткнись, поняла! – зарычал он и в один шаг преодолел расстояние между ними, схватив жену за длинные волосы, намеренно причиняя ей боль, но она терпела, понимая что виновата.

– Я понял, что тебе надо было другого, слишком долго я был мягок и добр с тобой, а ты, смотрю, обожаешь пожёстче! С этого дня будешь ездить со мной в командировки, и я буду драть тебя во все щели, чтобы ты знала кому принадлежишь, маленькая дрянь! Нравится, когда с тобой обращаются как со шлюхой? Я тебе устрою, мерзавка такая, будешь и днём и ночью ходить на раскоряку!

Пока он учил уму-разуму свою непокорную жену, этот деятель уже натянул на себя первую попавшуюся одежду – какие-то ярко-розовые легинсы Снежаны, они единственные лежали на полке в шкафу прихожей, и пытался открыть входную дверь, которая была закрыта изнутри. Обшарив близ лежащее пространство, Еразм так ничего не обнаружил и понял, что заперт в шестидесяти квадратных метрах с этим сумасшедшим, который только громко смеялся из спальни на все его попытки выбраться из заточения.

– Любишь меня, говоришь, да, Снежинка? Тогда сделай для меня кое-что, а? Не слышу?

– Да, всё что угодно, только отпусти, Витенька, больно…

– А ты знаешь, сука, как мне больно? – отшвырнул он её от себя, как вонючий мусор. – А теперь, детка, ты же так любишь, чтобы тебя называли, возьми этот стеклянный член в руки, будем проводить воспитательную работу с твоим Гераклом. Думаю тебе понравится, да и у них это было в Древней Греции в норме.

Огромными шагами Виктор настиг Еразма и, как щенка, швырнул в то место, где он предавался греху вместе с его женой, придавив коленом его дрожащее тело.

– Ты же здесь драл в жопу Снежану, теперь тебя вы…бет этой штукой моя шлюха-жена и сделает это с огромным удовольствием, так ведь, детка?

– Да.., – дрожала уже всем телом от страха она, с сочувствием посматривая на Еразма, который не жалея сил начал вырываться из захвата Виктора, когда понял, что сейчас его, потомка самих великих греков трахнут в задницу. Может в древние века содомия и была нормой, но он не был её поклонником, являясь гетеросексуалом.

Снежана никогда не видела своего мужа в таком состоянии и поняла, что он был добрым и любящим, пока она этого заслуживала, а теперь она злоупотребила его хорошим отношением к себе и получит по полной. Но она даже не представляла какой с этого вечера её ждёт ад… Все познаётся в сравнении и скоро она почувствует на себе эту разницу сполна…

– Мне что, Снежана, повторять дважды!? – загрохотал Виктор на всю квартиру, когда даже через две минуты она так и не приступила выполнять его приказ. – Сделай ему приятно, как и он тебе несколько минут назад, не стесняйся, – неожиданно сменил он грозный бас на нежный голосок, а в глазах стояла жажда расправы, если она немедленно не приступит.

Виктор держал его крепко: придавив нижнюю часть тела своим корпусом, а руки вверху прижав своими огромными ручищами, что попытки Еразма вырваться или хоть что-то сказать в свою защиту приравнивались к писку и барахтанью заморенного воробья. Сглотнув сухую слюну, Снежана дрожащими руками спустила с него свои же розовые лосины, обнажив ягодицы.

– И давай без смазки, я думаю ему будет очень «приятно»! – предупредил её Виктор, как только она метнула взгляд в сторону лубриканта.

Еразм сжал насколько мог колечко сфинктера, не желая пропускать эту штуку внутрь, когда почувствовал ее стеклянную прохладную головку у входа в своё тайное место.

– А я смотрю, он робеет! Ничего, давай, Снежинка, поймай момент, вдарь ему посильнее по ягодицам и резко засаживай внутрь. Ты умеешь так, я теперь знаю…, подогрей его страсть…

Женщина так была напугана, что со всей мочи ударила своего любовника по мягкому месту, которое в этот момент было не таким уж и мягким, а твёрдым, как камень, так сильно он сжал ягодицы, что она отбила себе руку и застонала от боли. Еразм сам не понял откуда у него взяли силы на сопротивление, этот удар послужил окончательным сигналом, что пора отсюда делать ноги и как можно скорее. То ли Виктор немного ослабил хватку, увлечённый процессом ниже пояса своего врага, то ли адреналин в крови самого Еразма сыграл ему на руку, но через пару секунд он уже бежал на пределе своих возможностей в кухню, где был балкон, через который тот надеялся обрести свободу. Ему сильно повезло и здесь, ведь квартира, в которой он находился, была на втором этаже, да ему уже было и без разницы… Даже разбиться насмерть было не так страшно, как оказаться в таком унизительном положении и быть оттраханным этим хоть и искусственным членом, с такими последствиями его гордость точно была не готова столкнуться.

Времени на раздумья не было, потому что Виктор совсем не был намерен отпускать свою жертву. Еразм встал на стул и вылез в окно, цепляясь руками за оконный проём, чтобы так резко не шлёпнуться со всего маха вниз. Как ему помогли сейчас его регулярные занятия спортом, он чувствовал себя ловким и шустрым, как обезьяна. И вот сейчас он, как наши далёкие предки, должен был ловко спуститься по ветвям растущего за окном клёна. Хозяин дома метнулся вслед, чтобы вернуть пропажу на место, но этот гадёныш резко прыгнул на дерево, стремительно спустился вниз и спрыгнул, но всё же слегка повредил ногу. Ему в спину полетел его же новенький смартфон, который разбился вдребезги, и отборный трёхэтажный мат…, но это по пояс розовое чудо хромало через весь двор, привлекая к себе внимание окружающих, и не обращало на это абсолютно никакого внимания. Был полдень и его прекрасно было видно, он был главным событием сегодняшнего дня и все, кого он встречал на своём пути во дворе, с улыбкой провожали его.

Еразм повернул голову в сторону места, откуда он сейчас только дал дёру и столкнулся с угрожающим взглядом Виктора, ноздри которого раздувались от гнева, что этот наглый щенок ушёл безнаказанным. Каждый в этот момент думал о своём: Виктор решил это так не оставлять и немедленно отомстить гавнюку, который неизвестно какой промежуток времени наставлял ему рога, а Еразм думал о другом, что ключи от машины остались в его вещах в квартире, а значит он должен сейчас пройти мимо своей тачки, чтобы тот не дай бог не прознал, что это его машина. Раз он уехать сейчас на ней не может, значит и выдавать себя не намерен. Он был уверен, что иначе получит ее в разобранном состоянии, или вообще больше не увидит. Так и проходил мимо своей белой ласточки, уныло кидая на неё взгляд.

Начало мая выдалось довольно-таки прохладным и Еразму в одних штанах было мягко говоря некомфортно, но это были мелочи… Сейчас он был счастлив как никогда прежде: главное он жив и выбрался из этого кошмара не потеряв своё мужское достоинство, да и потрахаться успел со Снежаной напоследок всласть. Парень он был оптимист по жизни и совсем не унывал, у него таких, как она, ещё несколько, а надо и новых любовниц найдёт, какие его годы!

И вот когда Еразм уже спокойно выходил со двора, насвистывая себе под нос и наслаждаясь тем, как жизнь прекрасна, подсвечивая окружающим своим голым торсом, Виктор схватил свой травматический пистолет, проигнорировав все настойчивые просьбы своей жены успокоиться и не совершать глупостей, и уже бежал вслед за «розовой пантерой», чтобы хоть и не трахнуть, но отстрелить его наглую задницу, а ещё лучше вырвать блудливый член, сделав его евнухом. Но парень даже не представлял, что за ним идёт охота, пока первая пуля не пришлась ему по ногам, заставив того затанцевать на месте. Еразм сразу смекнул, что дело плохо и пора бежать, этот Виктор хоть и был огромен и неуклюж на его взгляд, но жажда мести творит чудеса и из самого неповоротливого медведя делает шустрого малого. Ноги уже бежали, сверкая своими пятками, когда Еразм повернул голову назад, чтобы оценить ситуацию и увидел метрах в двадцати бегущего мстительного мужа Снежаны, направляющий ему пистолет ниже его пояса. Он припустил ещё быстрее, но это не помогло, сильная боль в правой ягодице обожгла всё его существо, заставив его заорать. Безумный крик боли разнесся по всем окрестностям, ненадолго лишив парня координации. Еразм упал на колени, но громкий топот Виктора заставил его через преодоление себя подняться и побежать вновь, спасаясь бегством от этого ненормального психа. Больше парень не хотел рисковать своей задницей и спасти хотя бы её вторую половину, поэтому свернул с тротуара на проезжую часть и буквально упал на землю, сложив ладошки в молитве, перед первой проезжающей мимо машиной, водитель которой едва успела затормозить и не проехаться сверху по этому самоубийце. За рулём сидела девушка, которая думала, что у неё двоиться в глазах от огромного количества выпитого этой ночью алкоголя, если учесть, что она до сих пор ещё была пьяна. Еразм не терял время зря, а уже сидел на одном полужопие на заднем сидении её красного Mini Coopera и командовал, как у себя дома:

– Поехали, поехали, крошка, иначе мне крышка!

Девушка моргнула пару раз, не сводя своих стеклянных глаз с почти обнажённого парня сзади и, нажав на газ, сказала самой себе:

– Срочно бросай пить, Вася, уже не весть что мерещится.

– Эй, я настоящий! И я не невесть что, а Еразм Диамантис! – возмутился парень, что так неуважительно отзываются о таком важном человеке, как он.

– Да хоть президент! Что тебе надо в моей машине, я уже еду на последнем издыхании, так спать хочу, хочешь со мной вместе в обрыв или под встречную машину?

– Крошка, мне хоть на небеса, хоть в ад, хоть в преисподнюю, только подальше от этого места!

– Тогда пристегни ремни, туда вполне могу доставить!

Глава 2. Дежавю…

– Куда летишь, дура, поворачивай! – заорал Еразм и рванул руль влево, чтобы избежать столкновения с передвижной шиномонтажкой, которая немного дальше поворота внезапно выросла на их пути. – Когда сказал, что мне без разницы куда мы едем и выживем ли вообще, я пошутил, думал, что и ты тоже… Фух, сумасшедшая…, одни ненормальные вокруг!

Вася начала смеяться на самом деле нездоровым смехом, когда увидела, кто вышел из той машины, на которую они только что чуть не наехали.

– Дежавю, так не бывает…, – сквозь туман сознания хохотала она, сдвинув стекло вниз, рассматривая мужчину, который уже стоял рядом.

– Бывает, но вижу только у тебя, надоедливая блондинка…! – рыкнул на неё Никита. – Хоть в этот раз не въехала в мою рабочую лошадку и на том спасибо. Тебе что мёдом здесь намазано, что ты в меня так и норовишь въехать, а?

– А ты сам хорош, что тут торчишь каждый раз, как тот пень на опушке, и не сдвинешь! – заплетающимся языком, не сильно внятно промычала Вася.

– Обедаю я здесь каждый рабочий день, ясно! И не должен отчитываться перед тобой! Я уже много лет останавливаюсь на этом месте, и только ты одна уже дважды в меня въезжала. Может, ты это специально делаешь, а? Кто знает, вдруг у вас развлечения у богачей такие?

– Да больно надо! – выползла Вася на свет Божий, но её так шатало, что она еле стояла на ногах. – Ты что пуп земли…

– Не понял…, а ну дыхните, девушка…

– Ща…, разбежалась…, с какой это стати, ты что внезапно переквалифицировался из шиномонтажника в полицейского? Пошёл ты, Никита Андреевич! – и красивый средний пальчик с ярко красными маникюром уткнулся ему в лицо.

Никита злился, вернее был просто в бешенстве, и уже не знал от чего больше. Мужчина пришёл в ужас, Василиса лыка не вязала и еле держалась на ногах. Он был итак не сильно высокого мнения о ней, но это переходило всякие границы.

– Ты просто безмозглая кукла! Совсем с головой не дружишь в таком состоянии за руль садиться? Я конечно знал, что ты умом не блещешь, но чтобы такое вытворять…, – развёл руки в стороны он, находясь в шоке от такого её поступка, будучи человеком очень ответственным и сознательным. – Ты прошлый раз, когда в меня въехала, из-за царапины на меня накинулась, за отца переживала, а сейчас что, всё ни о ком не думаешь, даже о себе? Какая же ты эгоистка, ты хоть соображает, что на дороге из-за тебя могут другие люди пострадать? – тряс он её за плечи, пытаясь привести в чувства. – А я уже на миг стал думать, что ошибался в тебе, а ты опять всё испортила…

– Ээээ… полегче, друг, – выполз наружу Еразм, схватив того за руки, чтобы он перестал трясти Васю, как тряпичную куклу.

В нём сейчас проснулся истинный джентльмен, ну не мог он быть в стороне и не оплатить добром на добро этой девушке и решил притормозить Никиту.

– Ты кто такой? – рассматривал Никита этого непонятного то ли мужика, то ли бабу ещё и голого по пояс.

Он резко отпустил Васю, что та чуть не свалилась на землю. Девушке стало обидно, что он вообще её ни во что не ставит, и она решила его научить манерам, приготовив гневную тираду, готовую обсушить на его заносчивую зад…. ой, голову.

– Да ты просто, хам, господин большое нравоучение, учи своих детей, понял, ты не мой папочка, да и вообще мне никто…

Василиса это говорила, уверенная что её слушают, но Никита был занят другим и совсем больше не обращал на неё внимание. Откуда-то непонятно взявшиеся собственнические чувства к этой девушке взыграли в нём и ему не нетерпелось пересчитать рёбра этому деятелю в розовых штанах. Ещё помаду на губах и вылитый трансвестит!

– Ты её трогал хоть пальцем? Прикасался к этой девушке? – наступал на него Никита, а Еразм думал, да что за день такой и куда подевалась фортуна, которая всю жизнь сопровождала его бок о бок. Этот парень был фартовый, но не сегодня… Сегодня в который раз он опять отступал назад, а на него надвигался не менее огромный, чем Виктор, медвежонок, готовый вцепиться ему в горло.

– Да нет, я не успел… эээ… вернее я и не собирался…, мы только познакомились…

Глупость за глупостью сыпалась из него, от чего глаза Никиты ещё больше наливались кровью, а руки на глазах вырастали в огромные кулаки, готовые превратить противника в лепёшку. Думать приходилось быстро, и Еразм не нашёл ничего лучше, как снова залезть в машину и заблокироваться изнутри. Быть избитым ему как-то не хотелось, он итак сегодня пострадал, что сидеть уже совсем не мог, так болела и горела огнём его мягкая зона.

– Выходи!

– Не выйду! И не подумаю! Зачем мне это делать, если ты меня покалечишь.

Вокруг было слишком тихо, и Никита ненадолго переключил своё внимание на эту блондинистую пьянчужку, но её нигде не было видно.

– Не понял…, – даже растерялся он, обыскивая глазами территорию, вдруг девушка уснула где-нибудь под берёзой, от неё в таком состоянии всего можно было ожидать, если учесть, что Василиса и трезвая иногда опасна и временами не совсем адекватна.

Никита походил по близлежащим окрестностям, но так никого и не обнаружил, даже не догадываясь что эта егоза уже давно уютно так устроилась с салоне его шиномонтажки. Мужчина подёргал ручку, чтобы открыть дверь, но не тут то было, Вася закрылась изнутри, чувствуя себя вполне комфортно, и поедала его шаурму.

– Положи на место мой обед! – угрожающе пробасил он.

– И не подумаю! – показала она ему язык. – Я голодная и есть хочу. Сходи вон в то милое кафе, – показала она на небольшое здание, на котором было написано «Дымок», – и купи себе ещё, ты же настоящий мужчина и не дашь прекрасной даме умереть с голоду.

Как же она его бесила, у него было большое желание разбить это стекло и проучить как следует эту несносную девицу. Он даже на минуту живо так представил, как он будет учить её уму разуму… Для начала он бы взвалил её миниатюрное тело себе на плечо, а потом понёс до ближайшей скамейки. Она бы брыкалась, обзывала его самыми неизвестными ему до селе ругательствами, но сам не знает почему, но ему стало нравиться с ней вступать в перепалки… Сложно было в этом признаться самому себе, но это было так…, как бы он не боролся с собой все эти дни с момента их расставания в дачном посёлке…. Потом он бы положил Васю животом себе на колени и обнажил ягодицы…, белые, ровные и такие сексуальные…, а потом… погладил, слегка сжимая сначала одну половинку попки, потом другую… Девушка уже вовсе не сопротивляется, а вполне себе громко стонет, с удовольствием принимая его ласки… А дальше… его рука нагло скользит туда, где он давно хотел побывать в своих снах, раздвигая нежные складочки, а там так горячо и влажно, что он еле удерживается, чтобы не взять её здесь и сейчас…