Грани сексологии 2 Нарушая запреты
- -
- 100%
- +
– Я буду на крыльце вас ждать, – заверила Кристина девчонок, когда они подорвались идти следом за ней.
И Лера, и Вася прекрасно понимали состояние подруги, сами все видели и считали своим долгом дать ей побыть хоть немного одной. Они дружно сели на свои места, наблюдая уже за Кристиной, которая скрылась в недрах коридора. Только за ней закрылась дверь, как девочки обратили свой взор обратно на сцену, где происходили заключительные аккорды… Все ждали выхода актёров на поклон, но самый главный персонаж, на которого хотели взглянуть все собравшиеся внезапно испарился…
Максим добился того эффекта, которого хотел, краем глаза он наблюдал весь спектакль, как Кристина Валерьевна ревновала его… Парень добился своей цели, когда она одна выбежала из зала… Это был его триумф, его «демоническая» задумка, только ради этого он и затеял это всё и вообще согласился выступить в этой волнующей даже его самого роли. Максим хотел окончательно свести с ума своего преподавателя, чтобы она полностью потеряла над собой контроль и перестала сопротивляться их взаимному влечению… Чернышеву сейчас было все равно, что он уйдёт и его будут искать…, свою роль он отыграл блестяще, а овации ему не нужны, его ждёт другая награда… Сейчас пусть хоть весь мир рухнет, но он сделает её своей. Только зазвучали последние музыкальные аккорды и все актёры пошли на поклон зрителям, как Максим, не теряя ни одной драгоценной секунды, вылетел из зала через заднюю дверь, чтобы её верные подруги, да и все остальные решили, что он неожиданным образом испарился. Потом скажет, что полностью вжился в образ Демона, а ему чуждо всё земное и обыденное…
Прежде чем спуститься вниз, чтобы выйти на воздух, Кристина вошла в дамскую комнату, где по какой-то непонятной причине не было света. Девушка пощёлкала выключатель, но ничего не произошло. Было жутко находиться здесь в кромешной темноте, лишь слегка освещённой лунным светом. В коридоре раздались чьи-то крадущиеся приглушённые шаги…, ей стало ещё страшнее, особенно после такого спектакля, который до сих заставлял сотрясаться мелкой дрожью всё её тело… Кристина прислушалась, но внезапно звуки затихли, а когда она вышла из туалета в слегка освещённом коридоре никого не было.
Лестниц, по которым можно было добраться до первого этажа, было три: две по краям холла и одна посередине. У нее был выбор: спуститься вниз по самой крайней лестнице, которая располагалась в двух шагах от неё, но самой тёмной из всех, где уже нет ни души, или же пройти дальше по коридору к более освещённой, но это будет дольше. Кристина выбрала первое, посчитав, что бояться ей нечего, а Максим сейчас проигрывает спектакль и ему точно не до неё. Ей даже стало смешно от своих страхов, да это же её родные стены, и она миллион раз бегала по этой лестнице и в более тёмное время суток. С улыбкой на лице девушка уверенно стала спускаться вниз. В сумке зазвонил сотовый, на экране светилось имя Валерии. Кристина ответила на звонок, голос Леры был взволнованный, но, кроме её тревожного «с тобой всё в порядке?», она больше ничего не успела услышать…. Кто-то очень сильный зажал ей рот рукой, чтобы Кристина не могла издать ни звука, выхватил из рук сотовый и потащил её куда-то в темноту…
Кристина не сразу поняла что происходит и куда её волокут, как безвольную куклу. Когда пришла в себя, стала вырываться изо всех сил, но было бесполезно, человек сзади был слишком силён. Извернувшись она всё же умудрилась укусить незнакомца за палец, в том что это мужчина у неё уже не было сомнений. Он зашипел, но руку с губ не убрал, только ещё быстрее стал бежать с бесценной ношей в руках. Метров через двадцать назад вверх по лестнице парень открыл маленькую дверь рядом с театральной студией, где шло выступление, быстро толкнул туда Кристину и плотно закрыл за ними дверь, погрузив их обоих в кромешную темноту. Кристина сразу прикинула где они находятся, вспоминая направление их движения, а отсутствие в комнате окон наталкивало на мысль, что они в костюмерной, рядом с местом, где сейчас находятся Лера с Васей. Она уже догадывалась кто стоит за её спиной, знала кто часто дышит ей в шею, сводя с ума своим дурманящим дыханием, заставляя её грудную клетку вздыматься с каждой секундой все чаще и чаще… Сейчас темно…, никого вокруг, все рамки и грани между ними стёрты… Соблазн был слишком велик поддаться этому искушению…
– Ты дьявол…, – вздрагивала она всем телом, когда его руки уже нагло поднимали её платье.
– Да…, я именно он…, и я хочу вас, Кристина Валерьевна… Только ты и я, никто не узнает… Всё, что здесь сейчас случиться, останется в пределах этой комнаты… Отдайся мне…, – шептал его голос, искушая и маня теми удовольствиями, которые ей сейчас придётся познать.
Раздался щелчок ключа, Максим закрыл их изнутри… Одним движением руки он развернул Кристину к себе и с громким стоном впился ей в губы… Как же он об этом мечтал…, много месяцев, бессчётное количество дней и бесконечное количество минут… Кристина отпустила себя из оков на волю и уже не думала, что их все ищут, что они находятся всё ещё в здании университета, а со всем пылом отдавала себя ему, позволяя сжимать её талию до боли, ласкать спину, что трещала каждая косточка на теле девушки, но ей, так же как и ему, было мало… Было темно, но их ощущения были их глазами, их желание на уровне первобытного инстинкта руководило ими… Её уже вовсе не дрожащие, а обжигающие ладони, скользили по его груди, обводя их рельеф. Соски были твёрдыми, и Максим задохнулся от удовольствия, когда Кристина к ним прикоснулась указательными пальцами, а потом языком.
– Боже… да, – стонал Максим, позволяя ей делать с собой всё что она хочет.
Ему не хотелось спешить, а всю долгую ночь ласкать прекрасное тело Кристины, но сейчас надо было поторопиться взять её здесь и сейчас, или она опять ускользнёт. Этого допустить он не мог никак! А потом он планировал забрать её к себе и страстно любить до рассвета и больше никогда не отпускать, и пошли все обстоятельства постоянно разъединяющие их к чёрту! Раздевать девушку он не стал, только развернул обратно лицом к стене и быстро стянул колготки с трусиками до колен. Кристина так хотела его внутри, что неосознанно оттопыривала попку, предлагая ему взять себя немедленно. Приспустив в нетерпении штаны, чтобы скорее ворваться в столь желанное тело, парень всё же не спешил… Максим не смог удержаться и проник в желанную расщелину между ног своего преподавателя. Чувства так захватили его, что он маниакально стоял и гладил эту розовую плоть, то погружая два пальца внутрь, то лаская только клитор нежными круговыми движениями. Стоны Кристины были такими сладкими, что он повернул за волосы ее голову к себе и поцеловал со всей страстью скопившейся в нём, продолжая работать рукой.
– Кончи для меня, Кристина… Я хочу выпить твой оргазм до дна…
Он стал ещё интенсивнее и нежнее касаться тугой горошины, наслаждаясь её состоянием полёта: дыхание стало частым и прерывистыми, стоны более тихими и проникновенными…, а там внутри её тела ещё сочнее от обильной смазки, как доказательство того, как Кристина Валерьевна на самом деле желает его… Как же он хотел света, много света, чтобы видеть её всю, как на ладони, смотреть в глаза, когда она взлетит к звёздам, а главное чтобы она видела его и что это он, а не её муж, сделал ей приятно…
Последние всполохи удовольствия прокатывались по телу Кристины, когда Максим внезапно вошёл одним резким толчком вглубь тела девушки, вырвав из её горла громкий стон. Он был намного выше, поэтому обхватив её за талию немного наклонил корпус вперёд и, подняв тело руками вверх, нанизал её сладкую сочившуюся влагой дырочку на себя. Кристина была разомлевшая, буквально таяла в его руках и только стонала, позволяя своему студенту делать с ней, что его душе угодно. А хотел Чернышёв очень глубоко погружаться в неё насколько это возможно, так он её любил… слиться навеки…, стать одним телом и душой…, как давно он их воспринимает в своих мечтах…
– Максим, где ты? Маааакс! – звала девушка на весь коридор, разыскивая своего парня.
Ручка на их двери интенсивно задвигалась и быстро успокоилась, любовники затихли, не издавая ни звука, ещё сплетённые воедино. Девушка убежала дальше по коридору, а Криси чувствовала, как пульсирует внутри неё его до сих пор твёрдый член, наполняя своим горячим семенем. Она потеряла голову и уже второй раз переспала с ним без предохранения. Минуты страсти прошли и на нее обрушилась вся непроглядная правда, что сейчас их реально обнаружат здесь в такой компрометирующей обстановке, и она пропала…
– Не переживай, я не позволю, чтобы ты пострадала, хорошо? Ты мне веришь? – нехотя вышел Максим из её тела и медленно развернул к себе, обхватив трепетно ладонями лицо Кристины, поглаживая большими пальцами её скулы.
Их дыхание ещё было частым и прерывистым, а в душе у Максима столько нежности, что он еле держался, чтобы не наброситься на неё вновь. Он не видел её лица, но чувствовал смятение, которое охватило девушку. Зная Кристину очень хорошо, Максим догадывался какие противоречивые чувства разрывают её сейчас изнутри.
– Тебя твоя девушка ищет…, – тихо прошептала Криси, отстраняясь от его рук.
– Она не моя, мы просто играли…, это роль…
– А она об этом знает? – с ноткой сарказма хмыкнула она.
– Послушай, Кристина….
– Не стоит, Максим, не ври мне, я видела вас не так давно в кафе, вы держались за руку, – сглотнула она, еле сдерживаясь от обиды, – и вы совсем не выглядели со стороны равнодушными друг к другу….
– Это не то что ты думаешь, она мой близкий друг….
– Не стоит, ничего больше не говори… У тебя есть девушка, – закрыла она ему рот ладошкой, когда он хотел в очередной раз это опровергнуть, – не отрицай очевидное, а у меня муж, если ты не забыл….
– Ты его не любишь, не обманывай себя. Поехали ко мне, я не хочу тебя отпускать…
– Это невозможно, Максим…, ты получил что хотел, теперь уходи….
– Но я хотел вовсе не этого…, вернее этого, но…
– Вот именно этого ты и хотел… Ты добился, своего, переспал с преподавателем, наставил моему мужу рога, а мне доказал, что я шлюха, которая, как Анна Каренина, презрела супружеские узы… Можешь гордиться своими подвигами…
Никогда ещё Кристине не было так паршиво, как сейчас. В тишине послышался тихий всхлип, она еле держалась, чтобы не расплакаться. Максим бережно вытер вытекающую сперму между бёдер девушки и одел её сам, как маленького ребёнка, прижимая к своей груди. Надо было возвращаться в зал, пока их не обнаружили, в первую очередь он заботился о репутации Кристины Валерьевны и знал, как для нее это важно. Максим выглянул наружу и убедился, что в коридоре никого нет и вывел Кристину, положив ей в руку её мобильник, который всё это время был у него. Не сказав ему ни слова, только обхватив себя руками, она пошла в сторону лестницы, чтобы поскорее скрыться от своего позора. Чернышёва винить смысла не было сама виновата, могла уйти, оттолкнуть, но не смогла, потому что любила, а он…. Он просто играл с ней, играл очередную роль…, оказывается он актёр и актёр хороший…
– Постой, – догнал он её у лестницы, не в силах отпустить, – останься…, я люблю тебя, тебя одну…, – с пылом заверял он девушку, целуя влажные щёки и красные от слёз глаза.
– Максим, наконец-то, я тебя нашла! Где ты был? Я уже с ног сбилась тебя разыскивать? Тебя все ждут…, – внезапный запыхавшийся немного неуверенный голос раздался за их спиной.
– Инна, иди, я сейчас приду! – отсылал он её подальше, даже не посмотрев на девушку, которая им внезапно помешала.
– Не заставляйте девушку ждать, Чернышёв, это некрасиво с вашей стороны! – окинула Кристина его презрительным взглядом. – Мне нужно идти, меня ждут дома, и вас как я вижу тоже, надеюсь мы поняли друг друга?!
Вырвав руку из его хватки, она побежала, не разбирая дороги, пока не оказалась на крыльце, где уже минут пятнадцать с сильным волнением на лице её ждали девчонки…
Глава 5. О, как обманчива фортуна…
Еразм не спал всю ночь из-за дикой боли в одном месте, которое ему недавно подстрелили. Утром ему на работу, но он даже передвигаться мог с трудом, ни о чём большем не могло идти и речи. Кое-как наш герой добрался в поликлинику, в которой работала его хорошая знакомая и любовница по совместительству, чтобы с её помощью, как он делал всегда, взять больничный.
В коридоре были пациенты, но парень внаглую прошмыгнул в кабинет, кряхтя и постанывая от вполне реальной боли, и плотно закрыл за собой дверь, по-хозяйски повернув ключ в замке.
– Вик, привет, мне нужна твоя помощь.
– Еразм, – обрадовалась девушка и подскочила из-за стола ему навстречу, – давно не заходил, что тебя так задержало?
– Возникли кое-какие сложности, детка, мне нужен больничный.
– Тебе? – удивилась она, пристально его осматривая. – Выглядишь на первый взгляд вполне здоровым.
– Загляни в мои штаны и убедись, что я ой как не здоров.
Девушка потянулась стянуть штаны спереди, но Еразм намекнул ей посмотреть с задней стороны своего тела.
– Ничего себе гематома! – негромко присвистнула она.
– А то, еле до тебя дошёл…
– Не знала, что ты любишь женское доминирование. Кто это тебя так отшлёпал? У тебя ещё кто-то есть кроме меня?
Ревностные нотки так и плескались в голосе Вики и Еразм решил соврать им обоим во благо. Ревнивая женщина – бешеная дикая кошка, а он совсем не был готов пострадать ещё и от её коготков.
– Ты что там навыдумывала, крошка, ты у меня одна, самая моя любимая девочка и единственная. А это, – кивнул он головой в сторону синяка, – как лох последний вступился за девушку, которую какой-то придурок избивал прям на улице. Вступил так сказать в схватку и в ходе борьбы получил эту травму, но вышел победителем, потому что занимался с детства греко-римской борьбой и чуть не стал бронзовым призёром среди юниоров в своём весе. Меня надо пожалеть, – похвалялся своими мнимыми подвигами он, сделав жалостливое лицо, и это как всегда подействовало на ура.
– Какой ты смелый, Еразм, просто настоящий дикий зверь, мой Гепард! – зарычала она, изобразив на лице дикую страсть, готовая разорвать его на части. – Ты меня так возбудил этой историей, не знала, что ты такой отважный. Иди ко мне, возьми свою Вишенку! – грубо притянула Вика его к себе, и в одно касание расстегнула на себе белый халатик, покрутив у его носа своими аппетитными дыньками, которые её любовник просто обожал.
Женщин всегда заводят такие истории, и Еразм знал, как заставить любую из них проникнуться к нему симпатией. С Викой они были знакомы давно, ещё с тех пор как он в первый раз пришёл оформлять больничный. Тогда этот ненасытный парень трахнул её так хорошо, как никто и никогда в её жизни. С тех пор он и захаживал к ней, когда ему заблагорассудится, а секс на рабочем месте так заводил их обоих, что им хотелось ещё и ещё. Еразм был для неё, как наркотик, и девушка каждый день ждала, что он придёт и возьмёт её, дико и необузданно, как умеет только этот парень. Но сегодня впервые в его жизни что-то пошло не так.
– Давай скорее, Еразм, я уже вся мокренькая, надо поторопиться, – подгоняла она его поскорее наполнить её изнутри.
Но когда этот всегда горячий парень спустил штаны, ничего не произошло. Вика потянулась к его всегда такому твёрдом члену, который сегодня висел мешком и не подавал признаков жизни.
– Не поняла? Это что ещё такое? – сначала щупала она его вялый член, потом принялась массировать, пытаясь поднять, но всё бесполезно.
Еразм сам был в шоке и смотрел себе в район паха огромными глазами непонимания. Желание было и ещё какое, но этот змеевидный товарищ игнорировал все приказы своего хозяина, не желая повиноваться.
– Вик, прости…, сам не пойму в чём проблема, скорее всего болевой синдром перекрывает всё возбуждение. Дело не в тебе, я тебя так хочу, как никого и никогда в своей жизни. Видимо, у меня болевой шок, детка, вот и вся отгадка, – искал он вполне логичные причины своей мужской несостоятельности.
– Ну ладно, натягивай свои штаны, – недовольно покосилась на него Вика и села написать справку, на основании которой ему выпишут в регистратуре больничный. – Придёшь через четыре дня покажешься, надеюсь, тогда уже будешь в норме и очень надеюсь трахнешь меня хорошенько?
– Можешь не сомневаться, Вишенка, а пока жди меня с нетерпением и не одевай трусы, хочу чтобы ты ждала меня без них.
– Хорошо, мой Гепард! Я уже в огне и жду с нетерпением… Вот ещё название мази, смазывай два раза в день, утром и вечером. Как бы больно не было избегай застоя и больше двигайся, быстрее будет рассасываться синяк.
Четыре дня Еразм, как зверь, зализывал свои раны, закрывшись в своей берлоге. Ему нужно было поскорее выздоравливать, чтобы вернуться к дому Снежаны и забрать свою машину. Пока болел, заказал курьером новый мобильный, а позже, собрав все силы в кулак, добрёл до салона связи и восстановил симку. К концу четвёртого дня Еразм все-таки осмелился и прислал Снежане сообщение:
– Снежок, как мне забрать мои ключи от машины?
Несколько часов была тишина, но потом она ответила:
– Здравствуй, смотрю тебе отстрелили не только жопу, но и совесть? Ни здрасте тебе, ни как у тебя дела? Снежинка, ты там жива вообще или по пакетам по частям в мусорном баке лежишь? Я думала ты мужик, а ты фуфло, даже не смог за мою честь постоять, в морду мужу дать, ссыкло ты недоделанное! Жаль, что он тебя не поимел. Все твои вещи в мусорном мешке валяются ещё в доме, урод!
– Прости меня, Снежинка, если сможешь, просто это всё стресс, мне вовсе не наплевать на тебя. Напиши, когда он пойдёт их выбрасывать. Сотри нашу переписку.
– Хорошо.
Больше она ничего не написала, но Еразм итак понял, что ей сейчас приходится туго. Если Виктор до сих пор не нашёл время выбросить вещи на помойку, значит плотно занимается воспитанием своей жены. Ему стало даже жаль Снежка, ходить ей на раскоряку в ближайшие недели, пока он не выместит на жене всё своё зло и обиду. Да и он хорош, надо было ей раньше весточку послать, ну ладно, покричит, да успокоится. Вещи в доме – это были хорошие новости, значит Еразм может вернуть их назад, теперь главное вовремя оказаться на помойке. К ним в дом он приходить теперь боялся, а подставлять Снежка и просить вынести ему ключи не мог, ей итак досталось. Выхода нет, придётся лазить в мусоре, всё бывает в жизни первый раз.
За эти дни, что Еразм был дома, он перепробовал всё: смотрел порнуху, подрачивая во время просмотра свой член, пересматривал своё же собственное видео, где он драл свою соседку Катю, но всё бестолку, он так ни разу и не встал за эти четыре дня. На парня уже накатывала такая реальная паника, потому что боль в ягодице уже не была такой острой и не должна быть причиной отсутствия потенции. Такое было впервые, и Еразм был в полном недоумении, что делать дальше…
Завтра был приём у Вики, и он никак не мог оплошать, это было дело чести, поэтому вечером он набрал своего друга и попросил достать для него виагру.
– Дожился.., какой позор в мои-то молодые годы.
На вопросы зачем, Еразму пришлось соврать, что его попросили, не мог же он терять свой авторитет и среди мужской части населения. Все знали его, как бабника, любителя пошалить и совершенно безотказного малого, который просто прожигает свою жизнь и наслаждается ею сполна, не забивая себе голову ненужной лирикой…
До поликлиники идти было минут тридцать пешком, и Еразм этим днём решил прогуляться, чтобы соблюдать рекомендации Вики и больше двигаться, предварительно выпив таблетку виагры. Расчёт был на то, что пока он дойдёт до её кабинета, она подействует, и он больше не опозорится, такого его гордость точно не выдержит.
– Ты прям вовремя, сейчас никого, и мы можем…, – шаловливо заулыбалась его личный терапевт, недвусмысленно намекая на секс на рабочем месте.
Быстро расстегнув пуговицы, Вика распахнула свой халатик, наглядно показывая Еразму, как она тщательно выполнила его просьбу, и полное отсутствие нижнего белья, как нельзя лучше это доказывало. На ней больше ничего не было из одежды, кроме белого халатика, чёрных ажурных чулок и туфель на высоком каблуке. Парень вошёл внутрь кабинета, как всегда закрыв дверь изнутри на ключ, и уже с большим стояком в штанах с предвкушающей жаркий секс улыбкой двинулся к своей Вишенке.
– Иди ко мне, мой Гепард, я ждала долгих четыре дня и дико соскучилась по тебе, любимый…
– Как же мне всего этого не хватало…, – набросился Еразм на её губы, а его руки без остановки сжимали то её сочные груди, то ныряли во влажную щель между ног.
Вишенка тоже не терялась и, спустив с него штаны, то водила рукой по его члену, то до боли сжимала яйца, показывая ему своё нетерпение и страсть, которую она испытывала именно к этому мужчине. Но фортуна и в этот раз посмеялась над нашим героем и на этот раз окончательно отвернулась от него.
– Что с тобой? – испуганно смотрела на него Вика, когда увидела в разгар их лобызаний, что его глаз стал заплывать, а рот как-то неуклюже двигаться.
– Не знаю, – еле ворочая языком прохрипел он не своим голосом. – Язык такое чувство опух во рту, и я его перестаю чувствовать…
Девушка дальше стояла и с большими глазами наблюдала, как её парень расплывается, включая глаза, которые из-за век уже не было видно, шею, пальцы на руках и губы, которые превратились в огромные такие вареники. Еразм больше не мог говорить, только хрипеть, свалившись на пол.
– Еразм, это похоже на аллергию, ты очень быстро опухаешь, – помогла она ему подняться с пола и положила на кушетку, натянув штаны, где так и продолжал стоять колом член.
– Ты ел или пил последний час что-нибудь необычное?
Парень прекрасно знал что, но не мог в таком ей признаться, поэтому прикинулся, что не понимает о чём идёт речь, помотав отрицательно головой. Он уже хрипел и задыхался, отчёт шёл на минуты. Вика понимала, если ничего не сделать, Еразм умрёт прям здесь на её глазах. Вика пыталась справиться с быстро накатывающей на неё истерикой и, собрав всю волю в кулак, решила действовать, чтобы спасти любимого: заправилась, привела себя в порядок и побежала в сторону выхода со словами:
– Жди меня, я мигом!
Пока она бегала в процедурный кабинет за антигистаминными препаратами, сам Еразм не мог поверить в то, что это с ним случилось. Оказалось, что у него аллергия на виагру, без смеха не расскажешь. Но на данный момент ему было так плохо, что смеяться – это последнее чего бы ему хотелось. Он был на последнем издыхании и ему становилось всё хуже и хуже. Ради своей репутации Еразм сейчас был готов отдать Богу душу.
Влетела запыхавшаяся Вика и поставила ему уколы в вену. Она так перепугалась, что её сотрясала мелкая дрожь ещё долгие несколько минут, пока она не убедилась, что он точно дышит. Когда девушка начала осознавать происходящее, и что реально Еразм мог сейчас умереть, она расплакалась и долго сидела гладила его опухшие руки и повторяла одно и тоже бесчисленное количество раз:
– Слава Богу ты не умер…
Долгое время они оба молчали, каждый приходя в себя. Парню стало немного легче, и он мог уже сказать ей спасибо. Вика спасла ему жизнь, и Еразм был ей безмерно за это благодарен.
– На приём можно? – заглянул в кабинет больной, который уже долгое время ожидал своей очереди.
– Подождите ещё немного, пациенту стало плохо, – показала она на Еразма, который выглядел больным вполне правдоподобно, – еле откачали парня, – выпроводила его Вика и, закрыв за ним дверь, принялась изучающе смотреть на своего бойфренда.
Шок прошёл и до неё кое-что стало понемногу доходить, тем более Вика – врач и такие вещи видела сразу. Она была сильно в него влюблена, но не считала себя полной идиоткой, и такую делать из себя не позволит!
– Твой член до сих пор стоит, Еразм, – потрогала она внушительных размеров бугор. – Не знаю даже что и думать, но склоняюсь к мысли, что ты выпил виагру или тому подобную хрень перед тем как ко мне прийти? Я права?
– Да ну ты брось, он стоит от той экстремальной ситуации, в которую я попал, ты же знаешь, как меня это заводит…
– Ну ладно, – с неверием посмотрела на него Вика, – думаю, что я закрою тебе больничный, Еразм, тебе пора выходить на работу. Купи в аптеке супрастин и попей ещё дней пять по таблетке два раза в день. Можешь идти, у меня пациенты, я итак потратила слишком много своего времени напрасно, – обиженно надула губы Вика. – Приходи, когда на самом деле будешь меня хотеть, а не притворяться и уж тем более не пить поднимашки члена. Ты даже не представляешь, как оскорбил меня этим.
Еразм хотел возразить, что так как её он никогда никого не хотел, Вишенка была особенная для него в его коллекции женщин, и единственная в виде исключения незамужняя, но Вика не дала ему и слова сказать в свою защиту, показав на дверь.
– Пригласи войти того мужчину, пожалуйста.
Больше она на него не смотрела, а наш герой понял, что опять облажался. Почему-то именно перед этой девушкой ему не хотелось выглядеть полным ничтожеством. Глаза ещё были заплывшие и координация немного нарушена, но он мог уже двигаться и видеть.