Метод ТриЭр. Практическое руководство по работе с семейной историей

© Цветкова Наталья, текст, 2026.

© ООО «Издательство АСТ», 2026.

Введение

Масштабность, сложность и стремительность происходящих в мире перемен порождают многочисленные стрессы и тем самым повышают востребованность психологического консультирования. Однако до сих пор обращение к психологу-консультанту не стало привычным способом решения проблем.

По данным различных соцопросов, к помощи психологов у нас в стране прибегают не более 15 % взрослого населения. Даже просто «сменить истерическое страдание на банальное несчастье», как призывал своих клиентов Зигмунд Фрейд, среднестатистический россиянин до сих пор пытается не с помощью квалифицированных специалистов, а с помощью «кухонных / гаражных сессий» с друзьями и родственниками.

Иначе говоря, «культура потребления» профессиональной психологической помощи в нашем обществе пока отсутствует (или мягче – не высока).

Основная причина этого кроется в сложном пути развития отечественной практической психологии. Как известно, в первой половине XX в. это развитие было прервано по идеологическим соображениям. Принятие в 1925 г. официального постановления о закрытии Государственного психоаналитического института привело к сворачиванию психоаналитических программ и в конечном итоге к остановке деятельности Русского психоаналитического общества[1].

Затем, в 1936 г., вышло постановление ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов»[2], которое, как пишет А. В. Петровский в своей книге «Репрессированная наука», «фактически наложило запрет на комплексное исследование детства»[3], надолго установило недоверие к личностным тестам, различным опросникам и проективным методикам и «оказало негативное влияние на судьбу всей прикладной психологии в СССР, интенсивно развивавшейся в 20-е гг. и оказавшейся пресеченной в середине 30-х гг.» на пять десятилетий, вплоть до второй половины 1980-х гг., когда в 1987 г. в Москве при факультете психологии МГУ имени М. В. Ломоносова был открыт Консультативный центр «Семья и брак». Позже был реабилитирован психоанализ: 19 июля 1996 г. Президентом России Б. Н. Ельциным был издан указ № 1044 «О возрождении и развитии психоанализа». В это же время была разработана Федеральная государственная программа возрождения философского, прикладного и клинического психоанализа.

В странах Западной Европы и США XX в. стал временем плодотворного развития различных подходов по оказанию психологической помощи отдельному человеку и семье[4]. В результате к началу 1990-х гг. «на рынке идей и практических методик были представлены и конкурировали более 250 теорий психологического консультирования и психотерапии»[5]. Психотерапия на практике доказывала свою эффективность, становясь своеобразным показателем уровня цивилизованности человека в уходе за собой, в заботе о своем психическом состоянии.

Россияне в борьбе с возникающими психологическими проблемами оказались предоставленными самим себе. Как следствие, социометрический статус психологов-консультантов, независимо от их теоретической ориентированности и комплекса применяемых ими методик, был и остается в нашей стране довольно низким. Давление социального негативизма порождает в потенциальных клиентах сомнения в полезности взаимодействия с психологами, недоверие к их профессиональной компетентности, страх оказаться жертвой манипуляций и лишиться самостоятельности в принятии решений.

Еще одним барьером на пути обращения к психологу-консультанту часто выступает страх заглянуть в себя «слишком глубоко» и обнаружить там нечто неприглядное, тогда как «исправлять себя уже поздно».

Наличие указанных проблем не отменяет некоторого (не слишком, впрочем, сильного) роста популярности услуг психологов-консультантов, особенно среди молодежи в больших городах: в возрастной группе от 20 до 35 лет к услугам психологов обращаются более 25 % мужчин и женщин.

В настоящее время на нашем рынке психологических услуг представлены все классические школы психотерапии и психологического консультирования (психоанализ, гештальт-терапия, трансактный анализ, экзистенциальная терапия, системная семейная терапия и др.), а также множество других подходов, среди которых мы особенно выделяем психобиографические, имеющие свою устойчивую армию сторонников и доказавшие свою эффективность в работе российских консультантов.

Востребованность психобиографических методов в современной России вполне предсказуема и легко объяснима. Дело в том, что особенности общественно-политического развития страны привели к тому, что практически в каждой семье наблюдается дефицит знаний о предыдущих поколениях, не искаженных социально-историческими ярлыками. Во многих семьях длительное время присутствовал страх предъявить подлинную информацию о предках социуму. В результате наследники оказывались либо насильственно отрезанными от истории своего рода, либо получали ее в сильно урезанном виде, поневоле становясь Иванами, не помнящими родства.

В наше время опасный разрыв с прошлым может усилиться из-за нескольких набирающих силу тенденций.

Во-первых, интенсивное развитие российской семьи в сторону нуклеаризации (сужения семейного пространства до одного поколения взрослых) приводит к уменьшению семейной сплоченности, обеднению эмоциональной наполненности межпоколенного взаимодействия, потере интереса к старшему поколению. Молодые семьи предпочитают дистанцироваться от родительских семей, сводя личное общение к формальным встречам по праздникам, а в будни заменяя личные контакты общением по телефону и Интернету[6].

Во-вторых, среди молодежи все более распространяется культ свободы от устоев прошлого. Он рождает иллюзию, что прошлое можно просто забыть и начать жизнь с чистого листа, что скачок к богатству и славе, ставший в цифровую эпоху доступным для многих, о чем со всей очевидностью говорят успехи блогеров, звезд Instagram[7] и TikTok, освобождает человека от влияния семьи происхождения.

В результате семья, как аккумулятор культурных, этнических, конфессиональных традиций и ценностей, микросреда социализации личности, перестает осуществлять одну из важнейших своих функций – передачу социального опыта и этнокультурной информации молодым поколениям[8].

В этой связи вооруженность российских психотерапевтов психобиографическими методами приобретает особое значение. Их обзору и посвящена эта книга. В ней я обобщаю свой более чем 30-летний опыт преподавания и практической консультативной работы в парадигме психобиографических методов.

Надеюсь, что книга будет полезна бакалаврам и магистрам, которые еще только выбирают направление своей будущей консультативной практики, а также консультантам, которые уже используют психобиографический подход, в том числе моим ученикам, профессиональные успехи которых впечатляют и – уверена – станут еще более значительными.

Для меня очень важно способствовать расширению круга сторонников изучения семейной истории с позиций осмысления психологической наследственности. Я уверена, что знание и понимание истории рода, любовь к предкам и благодарность им – лучшее наследство, которое каждый человек может оставить потомкам.

Глава I

Цели, задачи, круг проблем, решаемых с помощью психобиографических методов

Время – самый коварный компонент нашей жизни. Оно может быть могучим мотивирующим ресурсом («Впереди столько времени – я еще успею горы свернуть!»), а может пугать своей необратимостью («Делать нечего – мой поезд ушел!»).

Прошлое может паразитировать на настоящем, затуманивая взгляд человека, так что он видит сегодняшний день сквозь дымку вчерашнего, лишаясь свежести восприятия и возможности принятия новых решений.

Прошлое может взять в заложники и будущее, пугая повторением неприятных переживаний и парализуя тем самым волю к движению вперед.

Не менее болезненны и случаи, когда прошлое полностью отрывается от настоящего: абстрагируясь от своего прошлого, человек снимает с себя ответственность за совершенные им поступки, чувствует себя выброшенным за пределы континуума времени и поэтому везде «лишним» (как это произошло, например, с Родионом Раскольниковым в романе Достоевского «Преступление и наказание»).

А отрыв и от прошлого, и от настоящего порождает доходящий до комичности эффект маниловщины, когда витание человека в грезах о будущих свершениях настолько беспочвенны, что им никогда не суждено сбыться (как не суждено воплотиться в жизнь мечтам помещика Манилова из гоголевских «Мертвых душ»).

Искажение ценностного отношения человека к его прошлому, настоящему и будущему, отсутствие ясно структурированного прошлого и неопределенность будущих жизненных перспектив разрушают непрерывность внутренней жизни – необходимое условие сохранения личности. Именно поэтому задача достижения целостности личности через формирование конструктивного отношения ко всем модальностям времени – к прошлому, настоящему, будущему – является чрезвычайно важной.

Решить ее можно через изучение прошлого, обнаружив в нем закономерности, опираясь на которые человек мог бы из «вчера» осознать «сегодня» и заглянуть в «завтра», обретя настоящую свободу в распоряжении своей жизнью.

Историю изменить невозможно. Что произошло, то произошло. Но точно можно изменить то, как человек свою историю понимает. Осознавая, как история работает внутри него, он конструирует свое будущее.

«Мы вопрошаем и допрашиваем прошедшее, чтобы оно объяснило нам наше настоящее и намекнуло о нашем будущем» (В. Г. Белинский).

Интерес к личной истории, к своим истоками и корням побуждал людей к составлению родословных книг, генеалогических древ и таблиц, ведению дневников и написанию мемуаров. На основе этого солидного багажа в психологии возникли способы анализа развития человека в разные периоды его жизни, которые получили название «биографические».

Термин «биография» (отдр. – греч. βίος —жизнь и γράφω – пишу; букв. «жизнеописание») означает описание жизничеловека, сделанное другими людьми или им самим[9]. Биография включает в себя не только основные факты жизни, такие как дата и место рождения, семья происхождения, образование, профессиональная деятельность, семейные отношения; она отражает опыт человека, его переживание событий своей жизни.

Биографические методы в психологии – это «способы исследования, диагностики, коррекции и проектирования жизненного пути личности, основанные на изучении личности в контексте истории и перспектив развития ее индивидуального бытия и взаимоотношений со значимыми другими, направлены на реконструкцию жизненных программ и сценариев развития личности, пространственно-временной организации ее деловой, семейной и духовной жизни, природной и социальной среды»[10].

История становления психобиографических методов как средства изучения психического мира личности длится уже две сотни лет и включает в себя работы выдающихся отечественных и зарубежных исследователей. Ключевые моменты этой истории подробно описаны в разделе «Приложение 1. История развития психобиографических методов» (с. 270). Надеюсь, что представленная там информация вызовет интерес и будет внимательно изучена.

А в этой и следующей главах в фокусе нашего внимания – рассмотрение психобиографических методов как эффективной парадигмы индивидуального и семейного консультирования.

Цель психобиографических методов – способствовать тому, чтобы, говоря словами И. А. Ильина, «из духа семьи и рода, из духовно-осмысленного приятия своих родителей и предков родилось и утвердилось в человеке чувство собственного духовного достоинства, эта первая основа внутренней свободы…»[11].

Задача консультативного процесса – сделать жизнь клиента выражением его глубинной сущности.

Проблемы, решаемые с помощью психобиографических методов, – самые разнообразные.

Прежде всего, это проблема самопринятия – позитивного отношения к себе, своему личностному потенциалу, своим знаниям, навыкам, достижениям.

Затем – проблема мотивации человека к развитию и самосовершенствованию. Актуальная для любого возраста, она особенно значима в периоды личностных кризисов.

В кризис человек утрачивает смысл своего существования, который, по замечательному определению С. Л. Рубинштейна[12], состоит в том, чтобы «быть источником света и тепла для других людей. Быть сознанием Вселенной и совестью человечества. Быть центром превращения стихийных сил в силы сознательные. Быть преобразователем жизни, выкорчевывать из нее всякую скверну и непрерывно совершенствовать жизнь».

Применение психобиографических методов доказало свою эффективность как при консультировании ненормативных кризисов в личной и семейной жизни, вызванных непредсказуемыми драматическими событиями (появление хронического заболевания, неверность партнера, потеря работы/источника средств существования, уход из жизни близкого человека и пр.), так и при консультировании возрастных кризисов среднего возраста и старости.

Кризис среднего возраста наступает в 35–45 лет, когда приходит время первого серьезного подведения итогов. Оказывается, что цели, поставленные в юности, либо полностью достигнуты, либо разошлись с реальностью и оказались не осуществленными, без шансов быть воплощенными в жизнь в дальнейшем. И в том, и в другом случае человек может испытывать бессилие и растерянность, не чувствуя в себе достаточно сил для продвижения вперед и постановки новых целей, теряя веру в себя и в свои жизненные перспективы. Предпринимаемое в рамках психобиографических методов изучение опыта предков, осмысление их стратегий преодоления трудностей дает человеку пищу для размышлений, мотивирует на поиск образцов, достойных подражания, и в целом помогает преодолеть состояние душевного смятения, свойственное кризису среднего возраста.

Кризис старости вызывают неизбежные в пожилом возрасте изменения физиологических возможностей (появление физической слабости, ухудшение памяти, замедление когнитивных процессов), а также такие тягостные переживания, как тоска по утрате социальной активности, страх потерять здоровье и стать недееспособным, оказаться один на один с травмой ухода из жизни близких.

Эти негативные эмоциональные состояния зачастую усиливаются тем, как человек подводит свои жизненные итоги. Здесь, по мнению Э. Эриксона, возможно либо обретение пожилым человеком такого качества, как интегративность – целостность личности, либо переживание отчаяния от того, что жизнь почти окончена, но прожита не так, как хотелось и планировалось[13].

Если, размышляя о прожитом времени, человек сфокусирован на упущенных возможностях, неполученных наградах, премиях, званиях, его общение с окружающими превращается в злобное предъявление им бесконечного списка претензий, которые никто не может удовлетворить. Он погружается в самоотрицание, разрушает родственные и дружеские связи.

Предлагаемая психобиографическими методами работа с историей своей жизни позволяет пожилому человеку лучше понять самого себя, упорядочить свой внутренний мир, выделить из своей жизни и истории рода все лучшее и ценное, чтобы передать это наследие детям и внукам. Возникающее чувство «патриарха» – собирателя и носителя ценных знаний – привносит в жизнь пожилого человека новый смысл и наполняет его новыми силами[14].

Другой обширный класс решаемых с помощью психобиографических методов проблем – проблемы супружеских взаимоотношений на всех стадиях жизненного цикла семьи: от добрачного «конфетно-букетного» до «пустого гнезда», когда дети выросли, отправились в самостоятельную жизнь, а из жизни супругов ушел мощный сплачивающий их дуэт «психологический клей» – забота о воспитании наследников.

Не меньше востребованность психобиографических методов при решении проблем родительства, ведь задача продолжения рода – рождения и воспитания детей – во все времена в любой семье являлась и является важнейшей. При этом именно качество семейного воспитания определяет эффективность подготовки ребенка к жизни в социуме, усвоения им необходимых знаний, умений и навыков. Задача настолько непростая, что, размышляя над ней, Иммануил Кант в свое время писал: «Два человеческих изобретения можно считать самыми трудными, а именно: искусство управлять и искусство воспитывать».

Особенно непросто быть хорошим родителем в сложном, стремительно меняющемся мире сегодняшнего времени. Помимо задач, которые решали родители в доцифровую эпоху, современные родители должны справляться с вызовами, которые привнесла в жизнь виртуальная реальность интернет-пространства, сделавшая доступными не только полезные источники информации, но и множество деструктивных соблазнов, а также существенно изменившая стиль социальной коммуникации, способы обучения, инструменты достижения жизненного успеха.

Все это привело к тому, что семья, взаимоотношения в ней и ее воспитательный потенциал подвергаются изменениям кардинального характера[15]. Тем не менее, как показывает практика, искусство современного родителя во многом определяется тем, насколько осознанными являются паттерны воспитательного воздействия в предыдущих поколениях семьи, что именно из багажа предков в сфере семейного воспитания можно и нужно применять в ситуации сегодняшнего дня, а от чего следует решительно отказаться.

Весьма эффективен психобиографический метод в процессе оздоровления человека через преодоление психосоматических заболеваний. Особенно в свете идеи наследования травм, пережитых предками, среди которых могут быть ситуации массового голода, мучительный опыт лишений военного времени, насильственных переселений и т. д.

Проблемы взаимодействия человека с социумом также могут быть успешно преодолены с помощью психобиографических методов. Это и проблема выбора критериев своей социальной успешности (в бизнесе, карьере, профессии), и проблема реагирования на конфликты, и выработка эффективных копинг-стратегий управления стрессовыми ситуациями, и многое другое.

В семейном консультировании действия консультанта направлены на то, чтобы помочь супружеской паре преодолеть противоречия в представлениях каждого из супругов о том, что такое «хорошо» и что такое «плохо» в тех сферах семейной жизни, которые стали дисфункциональными и вызывают неудовлетворенность. Для этого необходимо, при изучении семейных историй мужа и жены, вывести конфликтные по своей сути представления из области неосознаваемого и сформировать новые, осознаваемые и совместимые друг с другом представления, выработать на их основе новые правила супружеского взаимодействия.

Глава II

Изучение, анализ, осмысление биографии индивидуума в психокоррекционной работе

Консультанты, работающие в парадигме психобиографических методов, следуют в двух направлениях. Во-первых, это реконструкция жизни одного поколения семьи (обсуждение биографии самого клиента) и, во-вторых, это реконструкция жизни нескольких поколений семьи (родителей клиента, его прародителей и более далеких предков).

Цель изучения, обсуждения, анализа собственной биографии заключается в том, чтобы помочь клиенту осознать себя на всем протяжении разных периодов своей жизни, оценить то, что дал или мог дать каждый из этих периодов для развития личности, что было упущено и почему. Такой анализ повышает уровень самосознания и ответственности за свое развитие на жизненном пути. «Можно даже сказать, – утверждал С. Л. Рубинштейн, – что человек лишь постольку является личностью, поскольку имеет свою историю»[16].

Примером исключительной эффективности этого направления в использовании психобиографических методов является консультативная работа с проблемой негативного отношения человека к своим имени и фамилии.

«Имя – тончайшая плоть, посредством которой объявляется духовная сущность», адекватная «плоть личности»[17]. Глубинно, психологически «имя является тем аккумулятором, который содействует накоплению положительных эмоций, обращенных к человеку с первых дней его появления на свет, формированию базового доверия к людям и ценностного отношения к самому себе»[18].

Имя представляет человека в мире как принадлежащего к определенной культуре, выпестованного в истории его страны, верования, мифов и реальных событий. По тому, «какую позицию занимает человек по отношению к именам своего этноса, своей культуры, и по отношению к именам людей, принадлежащих иным культурам, можно судить о ментальности личности, о сущностных особенностях человека»[19].

Тем не менее отсутствие глубокого понимания роли имени как важнейшего структурного звена самосознания некоторое время назад породило «моду» на смену имени в процессе (или в итоге) психологического консультирования[20]. Клиенты, поощряемые консультантами, стремятся таким образом ментально отрезать себя от негативного, как им кажется, влияния на их судьбы имени, выбранного их родителями.

На вопрос: «А были ли в вашей биографии моменты, когда имя послужило вам опорой?» – они, не задумываясь, отвечают отрицательно.

Однако в большинстве случаев самостоятельное конструирование новых имен и фамилий (так, например, Елизавета Трупнова одним росчерком пера работника паспортного стола превращается во Властилину Желанную) вместо ожидаемого положительного эффекта создает дополнительные трудности, в частности раздражение, обиду, непонимание со стороны родных и близких, не одобряющих затеянную процедуру смены имени-фамилии.

Как следствие, возникающая на первых порах эйфория, связанная с ожиданиями по типу «новое имя – гарантия новых успехов», сменяется еще более глубоким, чем прежде, непринятием человеком самого себя, усугублением его сомнений в своих силах, возможностях, перспективах.

Ироничное отношение к подобным попыткам повлиять на свою судьбу выразили авторы классического фильма «Укротительница тигров» (1954 г., реж. Н. Кошеверова и А. Ивановский), вложившие в уста отрицательного героя, самовлюбленного и безответственного Казимира Алмазова (Кузьмы Пыжова), такие слова: «И я сменил свое пошлое имя Кузьма, которое дали мне мои необразованные родители, на благозвучное имя Казимир».

Консультативная работа с проблемой отсутствия целостного самопринятия из-за негативного отношения к своим имени и фамилии состоит из несколько этапов.

Первый этап – информационный, когда консультант предлагает клиенту внимательно изучить этимологию своего имени, постараться найти его этнокультурные корни, понять мотивы своих родителей при выборе именно этого имени. Здесь помощь консультанта состоит в предоставлении информационных ресурсов в сфере ономастики (раздела лексикологии, изучающего собственные имена) и этимологии (раздела языкознания, изучающего происхождение и развитие слов). Список интернет-ресурсов и литературы, которые полезно использовать на этом этапе консультативного процесса, приведен в Приложении 2.

Второй этап – исследовательский, т. е. самостоятельный поиск клиентом ответов на вопросы: «Какова история моего имени? Что оно означает? Какой смысл вкладывали в мое имя родители? Какие имена являются традиционными в моей семье (чаще всего встречаются у членов моей семьи)? Есть ли этому объяснение? Что об этом говорят семейные предания? Когда в семье появилась фамилия? Есть ли истории ее происхождения? Менялась ли она когда-нибудь?»

На этом этапе клиент работает с информационными ресурсами и беседует с членами семьи, что очень полезно не только для решения проблемы непринятия имени, но и для повышения взаимопонимания между разными поколениями семьи.

Третий этап – дискуссионный – проводится в формате совместного обсуждения, консультантом и клиентом, результатов исследовательского этапа.

Четвертый этап – этап рефлексии и обобщений – проводится в форме дискуссии о том, какие чувства вызвала проведенная работа и полученные результаты, что было наиболее интересным, а что – наиболее трудным, удалось ли найти новые ценностные смыслы в своих имени и фамилии, какие выводы удалось сделать.

Такая работа дает клиенту осознание того, что за его именем и фамилией стоят судьбы его предков, переплетение которых позволило возникнуть и состояться его собственной истории. В результате смена фамилии/имени, если она все же происходит, становится процессом более осмысленным и более позитивным по своим последствиям.

Без сомнения, смена имени человеком из мира искусства или шоу-бизнеса на новое, которое становится псевдонимом, – это совсем другой вопрос, и решается он с помощью продюсеров, а не психологов.

Понимая важность имени, психолог, консультирующий супружескую пару, ждущую ребенка, должен обратить внимание будущих родителей на проблему выбора имени. Желание родителей соригинальничать может породить неблагозвучные, оскорбительные, труднопроизносимые имена: от Даздрапермы (производное от лозунга «Да здравствует Первое мая»), Искры и Баррикады, появившихся в 20-е гг. прошлого века как отражение революционного энтузиазма молодых родителей, до имен, содержащих названия гаджетов и компьютерных программ, которые появились в наше время как отражение увлеченности родителей плодами технологической революции.