Патриаршие 100 лет спустя

Патриаршие 100 лет спустя

В бар под названием «800» вошли две девушки. Одна блондинка, другая брюнетка. У обеих шикарные волосы спускались почти до пояса. Подруги соревновались в длине, сами того не сознавая.

Девушки давно не виделись, им было, о чем поболтать, хотелось сесть за уединенный столик. Но хостес заведения, высокая на каблуках шатенка, со стянутыми в хвост пышными волосами, окинула гостей молниеносным взглядом и предложила:

– У нас сегодня дегустация мяса и вина, приглашаем вас поучаствовать.

И пока подруги в недоумении переглядывались, она, понизив голос, добавила:

– Для вас это бесплатно. Двое гостей не явились, остались их места, каждое из которых уже оплачено по 4500 рублей.

– Вообще-то мы хотели пообщаться, – проговорила девушка с темными волосами.

– У нас есть время подумать? – пришла на помощь то ли своей подруге, то ли озабоченной хостес, блондинка.

– Конечно, дегустация начнется в 20.00.

– Тогда мы часик посидим, а потом присоединимся, – обернулась блондинке к брюнетке и вопросительно на нее посмотрела.

Девушек проводили на второй этаж ресторана, официант спросил не принести ли что-нибудь из напитков, брюнетка помотала головой:

– Мы подумаем.

Девушку звали Милана, она углубилась в меню.

Ее подруга напротив смотрела куда-то вверх и размышляла о том, что как раз с понедельника хотела попробовать поститься. Сегодня начиналась последняя неделя Великого поста, так называемая, Страстная. Девушка была далека от церкви, но почему-то ей очень захотелось попробовать отказаться от мяса и молочных продуктов на целую неделю. Странно, однако, что именно она выбрала для встречи с подругой мясной ресторан. Цифра «800» в названии не что иное, как температура печи, в которой готовится мясо, что позволяет сразу закупорить его поры и сохранить всю сочность…

«Закон подлости, – сетовала она про себя, пока глаза бездумно бегали по чужим столикам. – Решила поститься и вот приглашают бесплатно поесть стейков и попить вина. Да еще, наверное, в мужской компании…»

– Ты что будешь? – вывела ее из раздумий подруга.

– Не знаю, – пожала плечами блондинка.

Звали ее Маргарита. Удивительно, что именно так ее с детства именовали, не сокращая по русской традиции в Риту, как редуцируют все самые красивые и поэтичные имена – Екатерину в Катю, Анастасию в Настю, Марию в Машу, а Евгению в Женю. Словно русский язык, кроме того, что он красивый и сложный еще и ленивый и всех 16 мышц его главного артикуляционного органа не зватате, чтобы произнести целиком Е-ка-те-ри-на. Хотя на самом деле, как у нас язык только поворачивается сказать «Кать».

Милана заказала тако с креветками и свежевыжатый апельсиновый сок.

– Мне тоже тако, но с авокадо, – попросила Маргарита. – И бокал мартини, пожалуйста, – она добродушно улыбнулась официанту, сама этого не сознавая.

– Ну что, ты выбрала купальник? – спросила Милана, отложив телефон.

– Да, сейчас покажу, – ответила Маргарита, в свою очередь доставая свой из сумочки.

В Москве в начале апреля по традиции, еще не старой, но укоренившейся за последние несколько лет, шел снег, но Маргарита собиралась на отдых в Таиланд.

– Сколько стоит? Он заплатил? – спросила Милана, разглядывая красный сдельный купальник.

– Я еще не купила. Честно говоря, нет денег, все потратила на билеты.

– Ты же говорила, он тебе билеты купит! – подняла брови Милана.

– Он сказал, что потом отдаст, после возвращения.

– И ты, получается, остаешься в другой стране без денег, с этим мужиком, которого знаешь… сколько? Три недели?

– Не знаю, что делать, но мне уже так хочется хоть с кем-то быть…

Вот так за обсуждением личной жизни Маргариты, которая заняла бы десяти минут если бы не фантазия девушек, прошел этот час.

Хостес незаметно возникла у столика и широко улыбаясь пригласила подруг:

– На дегустацию вам нужно будет пересесть за тот широкий стол.

– Да, конечно, – застигнутая врасплох, засуетилась Милана.

– Только, может быть, вначале оплатить ваш заказ? – напомнила хостес сквозь ту же широкую, словно наклеенную, улыбку.

– А мы и забыли, наверное, подумали, что нас тут сегодня только угощают, – призналась Маргарита, обезоруживая своей искренностью.

Выражение лица хостес не изменилось, а вот официант, стоявший со счетом за ее правым плечом, уже во второй раз подумал, что не отказался бы от номера телефона этой красивой блондинки, с загадочным светом в глазах.

Сомелье сидел во главе стола. Он орудовал бокалами, как шарами для жонглирования. Наливал красное вино, не проронив ни капли, поднимал на свет, показывал, как нужно вдыхать его аромат, и передавал сидящим за столом.

Слева от него расположился мужчина в сером костюме и очках, который никак не мог найти удобное положение – ерзал на стуле, брал портфель, проверял что-то, ставил на место. Дальше сидела женщина, внешность которой сразу бросалась в глаза. Но потом что-то начинало резать взгляд и хотелось отвернуться. У нее тоже были светлые волосы, но неестественной желтизны, или даже белизны и красные губы. Дальше – дама лет шестидесяти, самая старшая из собравшихся, она очевидно, была владелицей ресторана, переделанного из столовой, поэтому не обращала внимания на общество, а интересовалась только качеством и ценой представляемой продукции, раздумывая стоит ли она ее вложений.

По правую руку от сомелье сидел средних лет мужчина в нарядной синей тройке в клетку, он промолчал весь вечер. Дальше Милана и Маргарита. И наконец во главе другой части стола, напротив сомелье, мужчина с отсутствующим выражением лица. Маргарита даже чувствовала страх, что своим присутствием может помешать мужчине в его размышлениях непонятно, о чем.

– Что такое вино? – сомелье замолчал, окидывая всех загадочным взглядом. – Ну же друзья, как бы вы его охарактеризовали?

– Алкогольный напиток, – сказала дама-директор, у нее оказался удивительно низкий голос.

– Без сомнения, – сомелье поощрительно кивнул. – Но давайте отложим банальности для энциклопедий. Давайте скажем, что такое вино для нас.

– Вино – это жизнь, – вдруг выпалила женщина с бело-желтыми волосами, и обрадовалась, словно, выиграла лотерею.

– Прекрасно, – снисходительно улыбнулся сомелье. – Не что иное. А что еще?

– Тайна, – выдал мужчина в сером костюме и очках.

– Красиво! – сомелье подмигнул, непонятно, кому. – Что еще?

За столом воцарилось молчание.

– Вино – это ответ на наши вопросы, – вдруг послышался неуверенный бархатный голос Маргариты. – Но иногда оно создает еще больше вопросов. Особенно, после того, как заканчивается.

– Превосходно, – сквозь общий смех одобрил сомелье.

– Как вас зовут?

– Маргарита.

Мужчина справа от девушки на секунду вышел из своей задумчивости.

– Тогда скажите нам, что вы чувствуете. Смелее, вдохните аромат и сделайте первый глоток.

Маргарита вовсе не собиралась стать центром общего внимания, но решила следовать инструкциям, надеясь, что это поможет ей успешно пройти тест, и ее оставят в покое.

– Все остальные тоже, пожалуйста, сделайте глоток, и подумайте, что вы чувствуете, – дирижировал сомелье.

Маргарита почувствовала во рту горечь и сладость одновременно. Еще ей почудился вкус красной смородины, и на секунду она перенеслась в детство, когда сидела на подоконнике бабушкиного дома и прямо оттуда протягивала руку за светящимися изнутри спелыми ягодами.

– Уют, спокойствие, укрытие, – честно сказала Маргарита то, что она чувствовала. Она научилась осознавать свои чувства на приеме у психотерапевта, которого посещала уже второй год, и который неизменно в конце каждой сессии спрашивал ее о них.

– Ну это уже слишком поэтично, – снисходительно улыбнулся сомелье, не приняв ответ. – Кто какой вкус различает? – обратился он к остальным.

Маргариту залил румянец. Не поднимая головы, она убедилась, что теперь все внимание переключилось на яркую блондинку. Но заканчивая экзаменующий рейд, заметила, что сидящий справа мужчина, не стесняясь в упор ее разглядывает. Она смутилась еще больше… Однако в этот момент к ним подошла хостес, нагнулась к Милане и Маргарите, открывая сидящим напротив содержание декольте, и сказала, все так же широко улыбаясь:

– Простите, пожалуйста, но те два гостя, которые опоздали на дегустацию, все-таки пришли. Вы могли бы освободить места?

Милана, открыла рот и набрала воздух, чтобы протестовать, а Маргарита, наоборот, не могла даже вдохнуть от смущения, но мужчина справа вдруг встрял в разговор:

– Я уступаю свое место этой обворожительной брюнетке, – он указал на Милану.

– А вас приглашаю на прогулку вдоль прудов, – протянул он руку Маргарите.

Девушка хотела спастись от позора, и ни на кого не смотря, вложила ладонь в руку незнакомцу. Она хотела попрощаться с Миланой, но та не отрывала глаз от сомелье, который невозмутимо продолжал предлагать гостям свои шарады.

– Хотя это даже не пруды, а пруд, так ведь? – спросил джентльмен, когда они спускались к гардеробу.

– Да, пруд. Никогда не задумывалась, почему называется Патриаршие пруды, – улыбнулась Маргарита, отыскивая номерок в сумочке. – Вы не из Москвы?..

– Да, я приехал сегодня вечером.

– Откуда, если не секрет?

– Издалека, – уклончиво ответил джентльмен, помогая Маргарите надеть пальто.

Маргарита подумала, что неделикатно будет расспрашивать детали и молча повязывала шарф.

– Вам неинтересно, откуда я приехал?

– Интересно, конечно. Просто….

– А если я скажу, с того света, вас это удивит? – джентльмен открывал перед Маргаритой дверь.

– У вас слишком горячие руки, – остроумно, как ей показалось, ответила Маргарита на шутку своего спутника.

– А вы думаете, там все мертвые и холодные?

– А как иначе?

Они подходили к пруду, дул порывистый московский ветер, но мужчина не застегивал курку.

– Вы не верите в загробную жизнь? – поинтересовался мужчина.

Маргарита подумала, что разговор у них какой-то странный, и возможно ей стало бы жутко, не успей она выпить бокал мартини перед дегустации.

– Честно говоря, я не верю, что есть жизнь после смерти.

– То есть вы и в Бога не верите?

– Честно говоря, не очень. А вы?

– А зачем тогда поститься?

Маргарита с удивлением обернулась на своего спутника, откуда он мог знать о ее мыслях по поводу провальной попытки попоститься.

– Сейчас ведь пост? Все эти люди зачем-то ведь постятся, – ответил он на ее недоумение.

– Знаете, удивительно, но я тоже хотела попробовать поститься эту неделю… Она называется Страстная. И надо же такое совпадение, нас пригласили на эту бесплатную дегустацию.

– Ну, благочестивая хостес спасла вас от искушения, мяса вы попробовать не успели.

– Ну я же выпила вина.

– Об этом можете не беспокоиться. Даже монаху дозволяется в Великий пост выпивать по красовуле вина. А уж мирянину по две или даже три.

Маргарита рассмеялась на слово «красовуля» и даже не стала переспрашивать.

– Ну чем живет Москва? Присядем, – предложил мужчина.

Он опустился на лавочку, откинувшись на спинку, и по-прежнему не застегивая куртку.

– Вам не холодно? – поеживаясь, спросила Маргарита.

– Нет. А вам? Хотите я вас согрею?

Маргарита вдруг поняла, что не знает даже имени этого человека. И уже стала подумывать, не прекратить ли ей это чересчур загадочное знакомство, как мужчина достал из внутреннего кармана фляжку и открутил металлическую пробку, которая оказалась ладной маленькой стопкой.

– А как вас зовут? – все же спросила девушка.

– Простите, разве я не представился? – мужчина поспешно встал. – Волан-де-Морт, – он поклонился.

Маргарита рассмеялась:

– Я как раз закончила вторую книгу «Гарри Поттера».

– Надеюсь, на языке оригинала.

– Нет, на русском. Так как ваше имя?

– Имя… Ну что оно вам скажет. Ну вот знаю я, что вас зовут Маргарита и что мне с того? А вот если вы выберите себе какого-нибудь персонажа из того же «Гарри Поттера», то я уже очень много о вас узнаю.

– А меня и так зовут, как персонажа.

– Да? И какого же?

– А разве вы не догадываетесь?

– Честно, нет.

– Ну как же, знаменитый роман. Его в школе проходят. Но его и взрослые читают с удовольствием, в отличие от остальных произведений русской классики. Хотя один литературный критик, одна – она женщина – недавно сказала, что это книга для подростков. Забавно, Булгаков там так ополчается на этот пресловутый советский союз писателей, а его продолжают недолюбливать критики…

– Вы сказали Булгаков? Это автор?

– Да, автор. Вы что не знаете эту книгу?

Маргарита никогда не могла отличить, разыгрывают ее или нет. Вот и сейчас она не на шутку испугалась, увидев искреннее недоумение на лице нового знакомого.

– Ну, конечно, знаю, – расхохотался он.

– Маргарита! – раздалось сзади.

Милана под руку с сомелье приближались к лавочке.

– Вас прогнали, а мы сами ушли, – девушка говорила громко и невнятно, видимо, полностью разделив страсть своего спутника к вину.

– Нас не прогнали, – угрюмо ответила Маргарита, все еще тая обиду на подругу.

– Ну зато ты нашла своего Мастера, – захохотала Милана.

– Мастер и Маргарита, – подхватил сомелье.

И хохоча, они пошли дальше.

– Даже не извинилась, – пробубнила Маргарита себе под нос.

– Выпьем? – Волан-де-Морт налил тягучий напиток в стопку, похожую на наперсток, и протянул ей.

– Это вторая красовуля? – улыбнулась Маргарита.

– И третья, – ответил он.

Маргарита выпила. Вначале ей показалось, что в напитке совсем нет алкоголя, а только сладость и терпкость и вкус лимона, точнее, даже лимонной цедры. Но потом она ощутила, как одна за другой в голове накатывают волны. Ей вдруг стало хорошо и спокойно.

– Пройдемся еще? – предложила она и резко встала. И на секунду ей показалось, что ее ноги не касаются земли. И пальцам на ногах уже совсем не было холодно.

– Так вы все-таки тот самый Воланд? – спросила она, и ее собственный голос показался ей звонким и дерзким. – Вы дьявол? –она не понимала, как слова вырываются у нее из рта, не успев сформироваться в мысли. – И что, мы сейчас будем летать?

– Хотите?

– Мне раздеться? – часть сознания Маргариты удивлялась тому, что выдает вторая часть, но она ничего не могла с этим поделать.

– Да вы уже раздеты.

Маргарита улыбнулась и посмотрела на себя:

– Да, действительно. О, а этот тот самый купальник. Как он тут оказался? Вам нравится?

– У вас очень хороший вкус.

– У вас, значит, тоже.

– Я все-таки накину на вас куртку… Дело в том, что что бы вы сейчас не сказали и не захотели, это исполнится, и я тут не при чем… Поэтому будьте осторожны. Нужно было бы провести инструкцию, но у меня слишком мало времени…

– Что угодно? Серьезно? Хочу увидеть Фергюсона.

– Вы любите спорт?

– Нет, просто слышала эту фамилию. Фамилию запомнила, а как выглядит этот футболист понятия не имею. Ну вот, ничего не происходит.

– Вы не совсем корректно формулируете желания. В данный момент Фергюсон зашел на сайт авиабилетов, потому что понял, что хочет прилететь в Москву. Поэтому вы сможете увидеть его только через несколько дней…

– Хочу увидеть Фергюсона прямо сейчас, – выпалила Маргарита.

Перед ней как диафильм на простыне появился Фергюсон, сидящий за своим компьютером дома на диване с бокалом вина на столике и выбирающий билеты в Москву.

– Да что ж это такое! – топнула голой ножкой Маргарита. – Хочу, чтобы этот Фергюсон, знаменитый футболист, появился сию минуту прямо передо мной во плоти, – скомандовала она.

И не успел Воланд сказать: «Узнаю свою королеву», как перед ними возник пожилой, лет семидесяти или даже восьмидесяти, мужчина совершенно растерянного вида.

– What happened? – произнес он и схватился за сердце. На нем была пижама, и он отличался от того молодого накаченного парня, которого Маргарита видела секунду назад по диафильму.

– Это кто? – уставилась Маргарита на мужчину, уставившегося на нее. Впервые она увидела, что значит, когда у человека буквально глаза вылезают из орбит.

– Это знаменитый футболист сэр Александр Чепмен Фергюсон, более известный как Алекс Фергюсон. С 1986 по 2013 главный тренер Манчестер Юнайтед… Не суть. Он просто самый знаменитый из всех футболистов с этой фамилией. А сидящим за компьютером вы видели Тони Фергюсона, знаменитого бойца смешанного стиля… Не футболиста. Вы перепутали. Но давайте вернем его на место. У вас в любом случае здорово получается колдовать. И может быть, вы хотите что-нибудь еще.

– Хочу, чтобы эта дурочка Милана на коленях просила у меня прощения.

Подруга Маргариты в расстегнутом пуховике с задернутой кофточкой и спущенными чашками бюстгальтера оказалась перед ней.

– Фу, что это? – отвернулась девушка.

– А вот что, – Воланд щелкнул пальцами, и тут же возник сомелье со сбившимися волосами (оказывается, он зачесывал залысину) и расстегнутым ремнем.

– Какая гадость. Убирайтесь, – скомандовала Маргарита.

Парочка исчезла.

– Что-нибудь еще? – как в ресторане предложил Воланд.

– Ничего больше не хочу. Хочу домой, – устало произнесла девушка.

И через мгновение они оказались в дорогих стильных апартаментах.

– Это не мой дом, – сказала Маргарита, таращась по сторонам.

– Теперь ваш, – ответил дьявол. – Я помню, вы как-то посмотрели на ютубе ролик про какого-то комика, который снимает, как это у вас сейчас называется «на Патриках», и сказали, что тоже не отказались бы здесь жить.

– Кому сказала?

– Не знаю, может быть, коту. А вот и он.

Воланд взял Маргариту под локоть и отвел в широкий коридор, предварявший вход в просторную кухню. Кот жадно ел из своей старенькой мисочки, в пылу аппетита двигая ее вдоль стены.

– Он отказался от новой посуды, просил оставить эту, – пояснил Воланд. – И лоток тоже старый… Что делать, привычки, я его понимаю, – пожал плечами мужчина.

– И что же я вам за это должна? Продать душу?

– Нет, вовсе нет. Все, что мне нужно было, я уже получил.

– И что же это?

– Узнать, что нужно людям. И что они будут делать, когда у них появится возможность, это получить…

Маргарита стояла как замороженная.

– Кажется, действие моего напитка заканчивается… – задумчиво произнес Воланд. – Мне, пожалуй, тоже пора.

– Я вас разочаровала, – она села на диван и спрятала лицо в руки. На снова было ее платье, куртка Воланда висела у него на руке.

– Если бы я обратился к кому-либо не с такой тонкой душевной организацией, как у вас, все было бы гораздо хуже. Они за несколько секунд могут снести половину Москвы, или какого-нибудь другого города, с которым у них счеты, начиная с младенчества и заканчивая гробовой доской. А мне потом наводи порядок. Все-таки, чем меньше людей будет знать о моем существовании, тем лучше.

Воланд обернулся к двери.

– Бог, он есть? – вдруг подняла голову Маргарита.

– Что?

– Вы слышали, что я сказала!

– Понимаете, смотря, что есть Бог?

– Христос. Иисус Христос, который воскрес. Он был? Он есть? Тот, который за меня умер?

– О, какие познания… похвально… – Воланд задумался. – Давайте так, я отвечу на этот вопрос, но тогда вам придется отказаться от одного из трех уже исполненных желаний. И так как «развидеть» Фергюсона, неважно какого, вам уже не удастся, а также ваша подруга перед вами уже оказалась на коленях, остается квартира. Если я отвечу на этот вопрос, вы вернетесь в свою съемную квартиру в Бутово с проступающим на обоях грибком, который, кстати, вызвал у вас тот кашель, который не закончится и с наступлением лета. Вы всю жизнь будете собирать на ипотеку или отдаваться мужчинам, которых не любите и от которых в конечном итоге ничего не получите. И прямо сейчас (а именно в два ночи) окажетесь на том месте, на улице на Патриарших прудах, откуда мы с вами перенеслись сюда. Идет?

– Идет, – тихо ответила Маргарита, из коридора вальяжно выходил, осматривая новые владенья, сытый кот. Девушка подбежала, схватила его и крепко прижала к груди. Кот не рыпался, чувствуя сумасшедшее биенье в груди хозяйки.

– То есть вы отказываетесь от шанса, который выпадает людям не раз в жизни, а раз в сто лет… Думаете, я тут часто появляюсь?

– Отказываюсь. Хотя, почему… Может быть, я его использую…

– Смешнее не придумаешь, дьявол – единственный, кто может поведать вам, есть Бог или нет… Что ж, может, и не так плохо идут мои дела. А можно поинтересоваться, что вам это даст?

– Не знаю.

Воланд снял куртку с руки, взял ее за воротник.

– А ведь все так хорошо начиналось, – и с силой ударил ее об пол. – Я уж думал, все в порядке в этом городе… Ну вот зачем этим людям, живущим в убожестве или в комфорте, зачем им Бог? Зачем?

– Я не знаю, – ответила Маргарита по щекам у нее катились слезы. Ей было очень страшно. Действие таинственного напитка полностью закончилась, и теперь она явно ощущала каким ужасом веяло от этого человека… или кто он там. Если бы не теплый комок шерсти в руках, она бы уже упала в обморок, или заорала дико, или просто потеряла рассудок.

– Ну ладно. Все-таки я ведь хотел узнать, как оно на самом деле. Значит… надо работать… – он поднял куртку с пола. И Маргарите показалось, что это уже не кожаная куртка, а черная мантия. И пошел к выходу.

У Маргариты потемнело в глаза. Она очнулась на лавочке у пруда.

– Маргарита, Маргарита, – ее будила Милана. – Что с тобой?

Маргарита села, в голове у нее было как никогда ясно.

– Ты что заснула? – Милана растеряно смотрела на нее. – Я уж думала, тебе плохо. Извини меня, пожалуйста, что не пошла с тобой. Мне этот сомелье понравился, мне казалось, что он мне глазки строит, а когда все закончилось, он ушел с мужичком в сером костюме. Помнишь? Такой невзрачный, в очках. Оказывается, это его парень.

Маргарита смотрела перед собой.

– Пойдем, вставай.

Милана помогла подруге подняться. Взяла ее сумку.

– Милана, – Маргарита остановилась. – А за столом был такой мужчина, ухоженный, справа от меня сидел?

– В смысле был? Ты же с ним ушла. Где он?

– Не знаю… То есть мы уже попрощались.

Подруги пошли дальше.

– А я ведь уже до дома доехала, – рассказывала Милана. – До подъезда дошла, и тут меня что-то возьми и останови: «Надо ехать обратно, искать Маргариту мою, что с ней, вдруг это вообще был маньяк, с которым она ушла». Я назад в метро, а времени без пяти час, мне кричат, не успеете на последний поезд. Я вниз, успела, подождал машинист, представляешь. И сюда, а тут ты лежишь… Господи Боже мой.

Маргарита остановилась, посмотрела на Милану, и грустными-грустными глазами улыбнулась.

– Милан, пойдем завтра в церковь сходим?

– Ты что рехнулась, – Милана поправила сползающие с плеча сумки, свою и Маргаритину.

– Не надо?

– Ну, конечно, не надо. Бог он ведь в душе…

– В душе… – чуть слышно произнесла Маргарита и покрепче взяла подругу под руку.

– Ой, смотри, кто-то по льду ходит, – сказала Милана.

– Где? – встревожилась Маргарита.

– Да вон, узбек, наверное…

– Да, это же сомелье твой.

– Нет, я тебе говорю он ушел со своим парнем, – и Милана засмеялась. – Ой, да он к нам идет.

– Девушки, вас подвезти? – молодой человек в замотанном до носа шарфе подошел, как ни в чем не бывало.

– Мы с незнакомыми не ездим? – ответила Милана и потащила Маргариту за собой.

– Вы меня не узнаете? – парень размотал шарф, под ним показалась бабочка. – Я официант, обслуживал вас сегодня.

– А что вы на льду делали? – спросила Маргарита.

– Не знаю, что-то взбрело в голову… Вообще я нормальный, честное слово. Не бойтесь меня. У меня машина тут, пойдемте?

– Нет, спасибо, мы на такси, – твердо ответила Маргарита.

– Правда, не бойтесь меня. Я в семинарии духовной учусь, на священника, хотите студенческий покажу? А вечером подрабатываю официантом.

– Иисусик что ли? – спросила Милана…

– Что? – не понял парень.

– Давайте ваш студенческий, – сказала Маргарита, а сама посмотрела вверх проверить, хватит ли света луны, чтобы прочесть, что написано в билете (фонари горели через один) или нужно включить ее посильнее.