Ходячее недоразумение в академии Примы

Пролог

В небольшом городке близ столицы, где все еще каким-то чудом ощущался дух старины и даже дорожки кое-где оставались не асфальтированными, а мощенными камнем, внезапно словно ниоткуда появился мужчина неопределенных лет в странной для этого времени и места одежде.

Он повел плечами, сощурился на солнце и снял строгий черный сюртук, который гораздо гармоничнее смотрелся бы на этой улочке в середине девятнадцатого века, аккуратно его вывернул и перекинул через руку. Высокий черный цилиндр тоже покинул его голову. Мужчина задумчиво оглянулся, приметив что-то, снова посмотрел на свой головной убор. Внимательный наблюдатель наверняка бы протер глаза от изумления, потому что цилиндр в его руках непостижимым образом превратился в обычную легкую кепи.

Теперь в этом человеке все казалось вполне обычным, но явно очень дорогая черная трость в его руке и аура властности все равно выделили бы его в толпе.

Мужчина, постукивая этой тростью, размашисто пошагал по тротуару, оглядывая все вокруг с явным ностальгическим интересом. Наконец, он дошел до открытой веранды летнего кафе, которое расположилось на углу улицы. Там его ожидала очень красивая женщина в замысловатой шляпке, которая ей невероятно шла.

Рыжеволосая красавица с миндалевидными зелеными глазами явно нервничала и время от времени покусывала губы, позабыв об остывшей чашке капучино.

– Ну, здравствуй, невестка, – усаживаясь напротив, поздоровался мужчина.

– Глеб Харитонович, то, что у Варвары проснулся дар, еще ничего не значит! – вместо приветствия выпалила донельзя взвинченная женщина.

Упомянутый Глеб Харитонович на это лишь хмыкнул и с укоризной на нее посмотрел:

– Как всегда импульсивна и непоследовательна, – вздохнул он. – И что только мой сын в тебе нашел? Но не будем об этом, – оборвал он сам себя. – Маргарита, артефакт показал, что у моей внучки проснулся семейный дар, и, боюсь, что хочешь ты того или нет, но рано или поздно она сама попадет в Параллельности. И тогда за последствия лично я ответить не смогу. Ей необходимо обучение.

Маргарита молчала, в отчаянии комкая салфетку. Этого она боялась больше всего и ужасно не хотела отпускать дочь туда, где ей может грозить столько опасностей.

Мужчина видел это нежелание и зашел с козырей:

– Не лишай девочку того, что ей может дать магия. Вспомни, до побега ты вряд ли представляла жизнь вне Примы. И… Мой сын очень бы хотел, чтобы его дочь получила должное образование. Хотя бы в честь его памяти ты…

– В том то и дело! – оборвала его женщина. – Параллельность может как многое дать, так и отобрать! Я не хочу, чтобы то же самое, что случилось с Марком, повторилось и с его дочерью! Здесь, на Земле, она в безопасности, а там что ее ждет с этим вашим специфическим даром?! – Щеки женщины раскраснелись, а руки сжались в кулаки.

– Марго, – мужчина вздохнул. – Наш дар – не то, с чем шутят. Пусть хотя бы выучится, а там уже сама решит, где ей жить и что делать.

– Я… Я не хочу! Не отпущу! Найду для нее артефакт, и никуда она не провалится!

После этих слов напускная мягкость тут же слетела с мужчины, глаза его блеснули опасной синевой, и он с силой ударил тростью об пол, высекая сноп искр:

– Я сказал – Варвара будет учиться в Академии Примы! И не тебе, глупой женщине, перечить главе рода!

– К вашему роду, Глеб Харитонович, я сейчас принадлежу лишь номинально, и вправе не подчиниться вашим решениям, – не дрогнула женщина, хотя было заметно, что далась ей подобная смелость очень нелегко.

Лицо мужчины потемнело, а глаза начали явственно фосфоресцировать. Марго отвечала ему тем же, но свет ее глаз светился опасной зеленью.

Неизвестно, чем бы закончилась эта война взглядов, но внезапно прямо за невысокой верандой летнего кафе, около которой они сидели, раздался грохот и послышалось сказанное от души:

– Вот, блин, долбаная булыжная мостовая!

А потом прямо над ограждением появилась всклокоченная рыжая голова молоденькой девушки. Увидев, кто на нее в удивлении уставился, она нацепила на лицо широкую обаятельную улыбку, поправила непослушные рыжие пружинки-волосы и помахала рукой:

– Привет, мам! Здрасте! – кивнула незнакомому импозантному мужчине, потирая ушибленную коленку.

Ловким движением прислонила к бедру скейт, с которого упала, съехав с асфальтированной дороги на брусчатку, и улыбнулась еще шире.

– Варя! – со стоном выдохнула женщина и прикрыла рукой глаза.

– И это моя внучка?!

Глава 1

Нет, ну чего делать такие круглые глаза? Можно подумать, он первый раз видит девушку со скейтом. А то, что я упала… ну так у всех же бывает! Все время забываю про эту улицу, а тут еще маму увидела в кафе, отвлеклась и… вот.

Я сдула рыжую пружинку со лба, и только тут до меня дошло, кем меня назвал этот мужчина! Внучка? Правда, что ли?

Теперь уже я пялилась на него с недоверием.

– Нет, и это ходячее недоразумение и правда моя внучка?

Мама тут же отняла руку от лица и возмутилась:

– Вас что-то не устраивает?!

– Да это же… – он помахал в воздухе рукой, силясь подобрать подходящее определение. – …пацан в юбке! – и, снова меня оглядев, исправился: – то есть в шортах! – присмотрелся и с возмущением добавил: – Драных шортах!

И чего, спрашивается, так разоряться? Ну и что, что драные? Это же модно! Нет, на попе потертости я заработала сама, но смотрится все вполне гармонично, а остальное – дизайн… ну, почти. Но я ведь на скейте катаюсь, а тут чего только не бывает.

– Ты кого, вообще, воспитала?! – обратил дед свой негодующий взор на мою маман.

Я даже могла его понять. Он, наверное, ожидал увидеть нечто в розовом платьице и с бантиком в волосах, а тут такой облом. Нет, я могу нарядиться и так – вообще не проблема.

К слову, мама у меня дама своеобразная, но чего у нее не отнять, так это любви ко мне и креативного подхода к воспитанию. Вот, например, в семь лет мне жутко захотелось в карате – мама согласилась при условии, что я параллельно буду ходить на спортивные танцы. В девять я воспылала любовью к брейку – и она опять согласилась, но при условии, что я поменяю карате на музыкальную школу. А в четырнадцать я нежно полюбила скейт. И это поначалу привело маму в ужас, но она опять дала добро, не забыв стрясти с меня обещание посещать курсы кройки и шитья. Зачем? А кто его знает, но иначе скейта мне было не видать, как своих ушей. Так что к своим шестнадцати годам я и швец, и жнец, и на дуде игрец.

Но раз дедуля… хотя, глядя на этого подтянутого моложавого мужчину, так его называть язык не поворачивается… хочет видеть во мне пацанку – ради бога!

– Ведьму! – с вызовом ответила мама, и я даже опешила, не ожидая такого определения. – Уж извините, но нежная дева-магичка из нее точно не получится!

Дед перевел злой взгляд с матери на меня, увидел мой обалдевший от такого заявления родительницы и внезапно хмыкнул:

– Хм, а ведь и правда – ведьма! Причем с проснувшейся не так давно стихийной магией, раз умудрилась заполучить нашу родовую особенность, – и посмотрел на меня уже задумчиво. – А ведь ты уникум, Варвара!

И если от ведьмы я опешила, а упоминание магии меня откровенно озадачило, то «уникум» из уст этого человека заставил выпустить скейт из рук. Я снова посмотрела на мать, на ее злой взгляд, устремленный на того, кто называл себя моим дедом, и решила тихонечко ретироваться. Кто бы что ни говорил, а стратегическое отступление трусостью точно не назовешь. Потому что я не трус, но я боюсь. И тут либо мир сошел с ума, либо я, а ни то, ни другое меня не устраивало.

– Эм… Ну ладно, тогда. Уникуму нужно на эту… как ее… встречу, ага? – и подхватила упавший скейт, собираясь по-быстрому сбежать.

– А вот так делать хочешь научиться? – внезапно спросил мужчина, и на его ладони появился самый настоящий огненный шарик!

Он зазывно переливался разными оттенками красного, оранжевого и желтого. У меня даже челюсть отпала.

– Дешевый фокус, – фыркнула на это мама.

– Зато впечатляющий, – невозмутимо парировал он.

– Эт-то как, а?

Я переводила ошарашенный взгляд с шарика на мужчину, потом снова на шарик, на мать и понимала, что ничего не понимала. Я, конечно, читала фэнтези-романы, того же Гарри Поттера, но это ведь выдумки, а тут…

– Я тоже так хочу! – внезапно вырвалось у меня.

Я поняла, что даже если мама в обмен затребует пойти на курсы кибернетики, от одного названия которой у меня ум за разум заходит, я туда побегу, лишь бы разобраться в том, что делает этот странный мужчина.

– Заканчивайте уже эту демонстрацию, – горестно вздыхая и явно сдаваясь, проговорила мама. – Теперь этот клещ найдет вас и в параллельности, но заставит рассказать, как вы это делаете.

– В смысле «в параллельности»? Это что? А вернее – где? А это сложно? И вообще…

– Так, Машенька[1], – мама сделала знак рукой, призывая меня замолчать, – мы обязательно обо всем поговорим дома. Не так ли? – обратилась она уже к деду.

– А почему Машенька? – спросил он, вставая.

– Потому что вы ввалились в нашу жизнь, как медведь! – отрезала она и с гордым и независимым видом направилась на выход.

Мужчина явно не понял аналогий, но ведьминскую душу постичь даже не пытался, а потому просто последовал на выход.

Несмотря на то, что мы живем в городе, у нас собственный частный дом с участком. Мама всегда говорила, что не представляет, как вообще можно жить в этих многоэтажных человекоульях, которые нас окружали и в которых люди живут друг у друга на головах. К нам уже несколько раз приходили из самых разных организаций, чтобы выкупить наш клочок земли и не портить общую высотную архитектуру района, но мама была непоколебима. И я лично слышала, как ей не раз неслось в спину от злющих риелторов: «Ведьма!» И кто бы мог подумать, что все эти обиженки будут так близки к истине!

– Да, Варвара, и ты, и твоя мать – ведьмы, – сидя за столом на нашей уютной просторной кухне с важным видом вещал мой, как все же оказалось, дед.

Я перевела вопросительный взгляд на маму, все еще не до конца веря, что это было сказано на полном серьезе. Но она демонстративно отвернулась к плите и варила в турке свой фирменный кофе. Наверное, если бы не тот огненный шарик в руке мужчины, я бы сейчас только посмеялась, даже несмотря на то, что мама ничего из сказанного и не думала опровергать.

– А… почему я об этом не знаю? – продолжила я сверлить мамину спину вопросительным взглядом. – Мам?

Внезапно ее плечи опустились, и она обернулась:

– Варя, я переселилась на Землю Изначальную не для того, чтобы и ты увязла во всей этой магии и, как и отец, рисковала жизнью. Я хотела уберечь тебя. И если бы ни этот чертов Дар, я бы с ним, – она показала на деда рукой, – даже разговаривать не стала! – Она выдохнула и присела за стол, опершись на него локтями. – Земля Изначальная слишком бедна на магию. Что-то мы можем и здесь, но немногое. Ты бы просто прожила обычную счастливую жизнь, не зная о параллельностях и магии. К тому же многому я тебя и так обучила без сенсационного объяснения, что ты ведьма! – под конец она эмоционально хлопнула ладонью по столу.

– Чему обучила? – вытаращилась я на нее.

– Варвара, по-твоему, твоя помощь в функционировании моего интернет-магазина натуральной косметики – это что?

– То есть… Ты хочешь сказать, что все эти кремы, мыла, настои и прочая дребедень, которую мы варили по бабушкиным рецептам, это…

– Именно. И все те закорючки, которые я тебя учила вышивать, и сказки, которые тебе рассказывала.

– Но я ведь ничего такого не делала! В смысле, не магичила. Или что там делают ведьмы? Ведьмачила?

– Да, ты не колдовала… осознанно. Но для осознанности и для того, чтобы раскрылся весь твой потенциал, нужно пройти посвящение в кругу ведьм, а это здесь, на Земле, не делается. Слишком мало магических потоков.

– А где делается? – обалдела я.

– В Параллельностях, – ответил дед. – И твой дар Ходока может в любую минуту туда тебя перенести.

– Ага…

Ну, что я ведьма – еще могла хоть как-то вот так с ходу уложить в своей непутевой голове, но при чем тут ходок? Какой ходок, зачем ходок?

Этот вопрос я и озвучила.

– Этот дар очень редок и просыпается в основном у магов. Что он может проснуться у ведьмы, до этого времени известно не было. Так что ты, как я уже говорил, уникум!

Он ниоткуда достал красивую резную трубку, уже набитую табаком, критически ее осмотрел, засунул в рот мундштук и начал пальцем, на котором появился огонек, ее распаливать. Затем со вкусом затянулся и выдохнул дым сразу через нос и рот. И так красиво у него это получалось, что я даже представила себя с трубкой. Представила и прыснула со смеху. К моим кудряшкам трубка явно не шла, как и запах табака, который мгновенно пропитал кухню.

Мама демонстративно поморщилась, и мужчина, как-то хитро свернув пальцы, направил струйку дыма в открытое окно. Я только глаза шире распахнула, в очередной раз столкнувшись с настоящим волшебством. На плите зашипел уже почти готовый кофе, и мама встала, чтобы его снять.

– А что такое Параллельности? Это параллельные миры? И почему они тогда так странно называются? – спросила я, отрываясь от завораживающего зрелища уплывающих струек дыма.

– Параллельности так называются потому, что без Земли Изначальной существовать не могут, – вновь выдохнув густой сизый дым, ответил дед. – А вернее – они созданы были по ее образу и подобию.

– То есть все параллельности одинаковые? – с разочарованием спросила я.

– Они все разные. Ведь магия многое меняет, моя дорогая. Многое…

– А почему на земле нет магии?

– Ну почему же нет? – удивился он. – Есть, просто очень мало. Собственно, параллельности для того и были созданы, чтобы перенаправить в них магические потоки и уберечь Землю от магических существ и последствий выяснения, кто из них сильнее. Земля Изначальная сейчас своеобразный заповедник, где живут обычные люди.

– Но люди сейчас и без магии вполне в состоянии уничтожить Землю, – резонно заметила я.

– Сейчас да. Кто бы мог подумать, что человеческая мысль за такой короткий срок может так далеко шагнуть… – философски изрек он, а дым начал плести странные закорючки вокруг его аккуратно подстриженных усов.

Задумавшись, дед продолжал потягивать трубку.

Подперев рукой щеку, я сидела напротив него и ждала продолжения. Наконец, устала ждать и представила, как дым вокруг его лица превращается в цветочки. И – о чудо! – струйки дыма начали формироваться именно в них. Обернувшаяся в этот момент мама еле сдержала улыбку и, подмигнув мне и чуть поведя бровью, превратила цветочки в сердечки, и теперь брутальный мужчина сидел в облаках дымных сердечек. Зрелище было столь забавным, что руки зачесались запечатлеть это на смартфон!

Но в следующее мгновение дед опомнился, заметил вокруг себя неподобающие значки и махнул рукой, выдувая весь дым в окно.

– Так вот, сейчас Земле Изначальной ничего не угрожает. Мы об этом позаботились. Но люди умудряются снова и снова придумывать такую дрянь, что прямо диву даешься их суицидальным наклонностям!

– Маги тоже грешат созданием разрушительных и убийственных заклинаний, – возразила мама, – не зря же были созданы параллельности.

– Н-да, что есть, то есть. Но ближе к делу, – он отпил из кружки поставленный перед ним кофе и довольно сощурился. – Маргарита, у тебя получается превосходный кофе. Пожалуй, только поэтому мой сын мог на тебе жениться. Так вот. Как я и говорил, Варвара должна учиться. Надеюсь, теперь ты не будешь против?

Я вся подобралась. Неужели меня и правда отправят учиться самой настоящей магии? В душе я ликовала! Но открыто радоваться было рано – мама «да» еще не сказала.

Она посмотрела на меня, на деда, долила в свой кофе приличную дозу коньяка и почти залпом выпила:

– Очень надеюсь, что ты, Варвара, за пять лет обучения наешься магией под завязку и вернешься домой, на Землю. А вы, уважаемый Глеб Харитонович, позаботьтесь, пожалуйста, о безопасности моей дочери, или я лично позабочусь о том, чтобы разнести вашу чертову академию по камешкам!

Я подскочила со стула и кинулась к маме обниматься:

– Да! Да! Ура! – А когда мои восторги немного стихли, спросила: – Кстати, а чем магия отличается от моих ведьминских способностей? В какую параллельность мы пойдем? Когда? А там правда есть магические существа? Какие? А они тоже учатся в академии? Кстати, а как она называется?..

Дед поперхнулся дымом, мама налила себе очередную порцию кофе с коньяком, а я с удивлением наблюдала за их реакцией. Нет, ну а что тут такого? Мне же интересно! К тому же это далеко не все вопросы, на которые я вот прямо сейчас хочу получить ответы!

– Знаешь, невестка, – наконец, откашлялся мужчина, – мне, пожалуй, пора. А вы тут все обсудите и собирайтесь. Через недельку я за вами зайду. Ты ведь захочешь проводить Варвару в академию?

Мама осуждающе и обреченно на него посмотрела и пошла провожать, а я пристроилась в кильватере, чтобы она ненароком не исчезла. А то были пара случаев…

На пороге вспомнила, что не узнала самого главного:

– Глеб Харитонович, вы так толком и не рассказали, кто такие ходоки и что они делают. А еще…

Позади меня в коридоре что-то бухнулось, я обернулась, увидела, что это упала какая-то книга, а когда повернулась обратно, деда уже не было.

– Нет, ну надо же! Сбежал! – возмутилась я.

– Он явно не привык общаться с молоденькими ведьмами, – вздохнула мама. – Но у него все впереди, раз уж он решил объявиться. Старый хрыч…

На старого хрыча он совсем не походил, но, глядя в пустой дверной проем, перечить матери я не стала.

– …Пошли уж, ходячее недоразумение, будем разбираться с твоими вопросами.

Глава 2

Мимо пролетали привычные пейзажи окраин столицы, также мимо, но уже моих ушей, пролетали мамины нотации, а я сидела на пассажирском сиденье и с трудом сдерживала нетерпение: сегодня мы отбудем в параллельность Примы!

За промелькнувшую неделю я успела узнать столько интересного, невозможного и удивительного, что до сих пор не могла поверить, что все это правда. Вот попаду в параллельность, тогда, наверное, поверю.

А ехали мы сейчас к стационарному порталу, который в эту параллельность и должен был нас перенести! Хотя сделать это прямо из дома мог и дед, все-таки он ходок немаленькой силы. И дар ходока и позволяет ему без проблем и препон путешествовать по всем параллельностям – арки порталов ему не нужны. Но в первый раз все же лучше было переместиться официально через портал, там заодно и зарегистрируют, и поставят на учет. Оказывается, просто так прыгать по параллельностям тоже позволялось не всем, а уж все, что связано с Землей Изначальной, вообще под неусыпным серьезным контролем.

Дед же благодаря своему дару мог нас с мамой перенести из любой точки, но тогда мороки с легализацией было бы гораздо больше, и нам с мамой пришлось бы топать в мэрию Новокая – города параллельности Прима, куда нам нужно попасть, – записываться в очередь на прием и регистрироваться уже там.

Дед приходил к нам несколько раз на неделе, и я все же смогла из него выудить немного информации. Тогда же мне удалось подслушать очень занимательный разговор между ним и мамой:

– Глеб Харитонович, я боюсь за Варю. Вы ведь не хуже меня знаете, что я не просто так затерялась здесь, на Земле Изначальной, – тихо сказала мама, и мне пришлось перестать дышать и сильно напрячь слух, чтобы все услышать.

– Знаю, Маргарита, – вздохнул дед. – Но с тех пор, как погиб мой сын, ничего не указывает на то, что те события могут повториться. Скорее всего, преступника уже нет в живых, все же прошло уже двенадцать лет.

– А может, он просто затаился?

– Так надолго? Вряд ли.

– И все же я переживаю за Варю, теперь ведь преемник именно она.

– Но она ведь ничего не знает, и для нее это будет лучшей защитой.

На кухне повисла тишина, а я старалась почти не дышать, даже голова, кажется, закружилась от нехватки кислорода.

– Я возвращаюсь в параллельность, – внезапно громко и уверенно произнесла мама, и я чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. – Мне так будет спокойнее за Варю.

– Ничего не имею против. Мой особняк в Новокае всегда рад принять вас обеих.

– Спасибо, Глеб Харитонович, но у нас там есть свое жилье.

– Тоже мне жилье! Ты когда там была в последний раз? Небось, все давно пришло в запустение.

– Не пришло. Зря я, что ли, духов звала, чтобы они за домом и садом следили в мое отсутствие?

– Ну, как знаешь, – недовольно ответил он. – Налей-ка мне еще кофейку. Что-то егозы твоей не слышно. Странно.

– Это ненадолго. Скорее всего, в сети зависла.

Дальше я уже не слушала, стараясь как можно дальше убраться от кухни, где меня в любой момент могли застукать. Да уж, вроде и узнала много и всякого, а если задуматься, то ничего толком.

Задумавшись, даже вздрогнула, когда пропиликал смартфон, сообщая об очередном полученном сообщении. Друзья возвращались с летних каникул и хотели встретиться. А я наоборот – уезжала и даже не могла представить, когда появлюсь на Земле вновь.

За прошедшую неделю я так и не придумала вразумительного объяснения тому, что уеду и не смогу с ними общаться. Сейчас интернета нет разве что в глухой Сибири, но не выдумывать же и правда про ссылку? А потому отделывалась общими фразами и обещаниями писать и постить свои фотки. Хотя уже знала, что делать этого не буду.

Все это сильно сбивало радостный настрой и заставляло сжиматься в тоске и неуверенности сердце, но впереди ведь ожидала сказка, от которой я точно ни за что не откажусь. К тому же я ведь буду посещать Землю. Жаль только, что я не могу забрать с собой Мишку с Пашкой. Вот по ним я точно буду скучать! У меня вообще по жизни с мальчишками как-то лучше контакт налаживался, а с ними мы и вовсе были не разлей вода. Карате, брейк, скейт – везде вместе. Но сейчас ребята еще не приехали с летних каникул, и мы даже не попрощались.

Я снова вздохнула, но представила, как после обучения смогу сама ходить по параллельностям, изучать новые миры, и настроение снова скакнуло вверх, хотя мама почему-то надеется, что после окончания академии я вернусь домой и думать забуду о магии.

– Не вздыхай так тяжело. Все будет хорошо, – улыбнулась она. – Возьми в бардачке свои любимые ириски.

Ну, от ирисок я точно не откажусь! Я быстро развернула конфету и засунула за щеку.

– Мам, а меня точно примут в академию? Я же к поступлению совсем не готовилась и даже не знаю, что там нужно сдавать.

– Варя, мы с тобой уже неоднократно это обсуждали, – осуждающе покосилась на меня она. – Для поступления достаточно проснувшегося дара, а всему остальному вас научат. А вот если поступивший учиться не захочет, то никто его заставлять и держать в академии не будет.

– А к ведьмам я попаду?

– Попадешь, куда же ты денешься? Но учиться будешь в магической академии. Потому что ведьминским наукам при желании можно обучиться потом, а вот научиться контролировать дар ходока нужно уже сейчас. К тому же до ведьминского посвящения ты еще не доросла.

Я насупилась. Не доросла я, видите ли. Мне, если что, уже шестнадцать! И когда же дорасту? Мама на этот вопрос только загадочно улыбалась и отмалчивалась. Тоже мне тайну развела.

– Ну вот и приехали, – мама отстегнулась и повернулась ко мне. – Ты же помнишь, что нужно представляться фамилией бабушки?

Я закатила глаза.

– Об этом сложно забыть, если ты об этом упоминаешь каждые полчаса.

– Я же объясняла, что это не моя прихоть! Отнесись, пожалуйста, серьезно.

– По-моему, у тебя паранойя! Даже дед говорит, что оснований для волнения нет.

– Я в курсе, но все же отпускаю тебя учиться только при условии, что ты будешь использовать фамилию бабушки.

– Так себе маскировка.

– Я в курсе, – ответила мама и вышла из машины.

Я последовала за ней и только тут обратила внимание, куда мы приехали. Это же надо было так задуматься!

– Университет? Правда, что ли?

С парковки и правда открывался отличный вид на высокое монументальное здание одного из старейших университетов столицы. Его шпили уходили высоко вверх и, кажется, протыкали облака.

– Да, университет. Как ни странно, но это самая лучшая маскировка для арки перехода. Здесь всегда много разных людей, но в то же время без специального пропуска никто внутрь не попадет.

– Ага… – продолжала я пялиться на здание, которое внезапно открылось для меня с совершенно невозможной стороны.

– Рот закрой, а то муха залетит, – усмехнулась мама, – и пошли, поможешь достать вещи.

– А ничего, что мы в универ с чемоданами?