Рик Саттор. Во славу Империи

– Командир, это он на…

Но новый удар прервал Кучеру на полуслове, и тот, прикрывшись рукой, замолчал. Майор подтолкнул его к двери, придал ногой ускорение и после этого выдохнул. Стало легче. Пока он слушал, как его подчиненный домогался чужой женщины, а после избил защищавшего ее мужчину, Саттора душило желание проехаться по физиономии дурака, опозорившего планету, космический флот, своего командира и весь экипаж «Шустрого». Более того, Рик уже предчувствовал, какой скандал учинят аривейцы после избиения их собрата, а потому, услышав «инсаро», испытал настоящее облегчение.

Каждый законнорожденный аривеец имел свой гарем. Там жили жены – аривейки и наложницы – представительницы других планет, подписавшие брачный контракт. Но аривейцы не просто так считались самыми любвеобильными мужчинами Альянса. Имея под рукой достаточное количество своих женщин, они никогда не пренебрегали свободными любовницами, даже отдавали им предпочтение. И пока жены и дурехи, попавшиеся на крючок обольстителя и подписавшие контракт, кисли в гареме, их благоверный вовсю развлекался на стороне. И от таких связей тоже рождались дети.

Те, которые рождались от жен и наложниц, носили звание «менсаро», что подчеркивало статус их законного рождения. Правда, на наследство и на главенство над кланом могли рассчитывать только чистокровные аривейцы. Дети наложниц получали опеку, им помогали устроить их будущее, они могли продолжать служить клану, но не больше того. А вот детям любовниц, если отец их признавал (что бывало не всегда и даже не часто), давалось звание «инсаро» – незаконнорожденный. Отец мог помогать ему и обеспечивать это дитя, но для клана он оставался чужаком и пользовался какими-то благами только до тех пор, пока его родитель был жив.

За нападение на менсаро аривейцы могли закатить скандал планете обидчика, могли потребовать наказания и выплаты немалой компенсации. Если же в результате такой вот драки погибал один из наследников, то его клан мог объявить и родовую месть. Именно знание этих законов заставило напрячься командира «Шустрого». Но как только прозвучало «инсаро», Саттор ощутил невероятное облегчение. Дело можно было решить полюбовно.

В общем, Кучера загремел в карцер до самого прилета на Демос, получил единственное предупреждение и теперь мечтал поскорей искупить свой грех, потому что служить на «Шустром» ему нравилось. Да и знал, что Саттор слов на ветер не бросает. А оказаться выгнанным со службы с позором, без права ношения формы, с выплатой неустойки по контракту и немалого штрафа, капралу не хотелось. К тому же после такого его не взяли бы даже в гражданский космический флот. А в соседнюю камеру сел бы его приятель за «лжесвидетельство и попустительство идиоту».

Что до инсаро, то с ним разошлись миром. Во-первых, он успел появиться в участке еще до того, как Саттор и его люди отбыли на корвет. И, увидев окровавленную физиономию Кучеры, испытал удовлетворение. Капрал, глядя себе под ноги, пробурчал извинения под недобрым взглядом командира – и аривеец их принял. А во-вторых, Рик договорился с ним о компенсации за моральный, физический и финансовый ущерб. Разумеется, компенсация выплачивалась из жалования капрала. Закончив таким образом неприятное дело, майор усмехнулся, думая о том, что друг его отца – адвокат Якоб Стивенс – был бы горд сыном старого приятеля.

– Рик! Рик Саттор!

Майор обернулся на голос. Он с недоумением смотрел на мужчину, махнувшего ему. Тот, сунув руки в карманы, шел к командиру «Шустрого», и в его походке было что-то неуловимо знакомое. И в этой привычке держать руки в карманах… А потом Рик понял…

– Макс! – выкрикнул он. – Макс, мать твою, Колаш!

И устремился навстречу старому знакомому по Императорской Военной Академии. Парни начали свое знакомство с драки из-за подруги Макса, которая вертела хвостом перед Саттором. Продолжили в карцере, куда загремели после драки, а затем и на свободе. Колаш закончил академию на год раньше Рика, и общение переросло в редкие встречи и иногда – разговоры по сендеру. Но уже года четыре они не общались. Вышло это как-то само собой. Рик иногда вспоминал Колаша, даже подумывал связаться с ним, но как-то всё не доходили руки. То служба, то личная жизнь, то еще что-нибудь. И вдруг эта встреча…

Мужчины сблизились. Они пару секунд рассматривали друг друга, и Макс протянул руку. Саттор сжал ее и рывком притянул к себе бывшего курсанта ИВА. Хлопнул по плечу и отступил.

– Охренеть, – произнес с улыбкой Рик. – Чего угодно ожидал, но только не встретить здесь кого-то из знакомых.

– Да я тут уже три года торчу, – усмехнулся Колаш. – А тебя за каким чертом сюда занесло?

– Приказ, – ответил Саттор. Вдруг нахмурился и спросил: – А ты с какого хрена капитан?

– С такого, с какого торчу в этой парилке, – кривовато ухмыльнулся Макс. – Свалял дурака… В общем, в звании не понизили, но и следующего мне пока точно не видать. Ну, и Демос в придачу. Потом расскажу, – отмахнулся он, заметив, что Рик готов задать следующий вопрос. – Ты к Чоу?

– Да, – кивнул майор. – Пригласил на ужин, чтобы познакомиться с сослуживцами.

– Ну, меня ты уже знаешь, мой кулак помнишь, – широко улыбнулся капитан.

– Твоя голова, похоже, не забыла мою ногу, раз по-прежнему неудачно шутишь, – усмехнулся Саттор. – Ты тоже к полковнику?

Колаш кивнул, и мужчины продолжили путь вместе.

– Расскажи про Чоу, – попросил Рик. – По первому впечатлению – нормальный мужик.

– Нормальный, – кивнул Макс. – Прикроет, если что. Поможет, если может, – он усмехнулся. – Кобель жуткий, потому лучше своих дам предупреди и прикажи слюни на коменданта не пускать. Бабы на него, как мотыльки на огонь, летят. Сам не женат, так что море по колено. Женщины – вообще его слабость. Но так мужик принципиальный. За людей переживает. Особо не душит дисциплиной, не муштрует. Хотя с нарушителями строг и церемониться не будет – если, конечно, знает о нарушении. Периодически воюет с учеными.

– Почему?

– Так придурки же оголтелые. Фанатики. Для них тут кротовий рай. Никто не мешает – рой, сколько душе угодно. И следы все принадлежат одной цивилизации, причем высокоразвитой. Под ними ничего нет, то есть такое ощущение, что здесь сразу жили люди примерно нашего уровня развития…

– Тоже колонисты?

– Черт его знает, – пожал плечами Макс. – Скорей всего. Но, в отличие от одичавших, ими была заселена вся планета. Шакалы что-то, наверное, находят и в другом полушарии. И эти находки явно с нашими связаны, раз их сюда прет. Года два назад наши копатели что-то интересное в джунглях отрыли. Ну, как интересное – так, остатки былой роскоши. По анализам, находке не меньше тысячелетия. То есть высокоразвитые существа обитали здесь больше тысячи лет назад. Почему исчезли – непонятно. Но знаешь, что любопытно? – Рик ответил заинтересованным взглядом. – Костей нет. Ни одного захоронения пока не попалось. То есть каменная кладка, остатки каких-то лестниц попадались, части предметов есть, а костей нет. Документов тоже не найдено. Хотя, может, просто пока не дорыли. Но если жили, то должны быть какие-то могилы, как считаешь? Ведь не год и не два они здесь были, раз заселили всю планету.

– Должны, – согласился Саттор.

Он вдруг подумал о своем закадычном дружке Ястребе – вот уж кто на Демосе был бы на седьмом небе от счастья. Этому по наследству от родителей передалась любовь к истории и археологии. Рик коротко вздохнул и отогнал ненужные сейчас мысли.

– Ну вот, – продолжил Колаш. – Ученым – рай, а нам сплошная головная боль. Они что-то нароют – глаза светятся, ручки дрожат, от восторга заходятся. Им говоришь, что дальше продвигаться пока нельзя, что это опасно. Тут такая феерия начинается. Одержимые меньше вытворяют, чем наши «кроты». Сразу истерика, инфаркты с миокардами, припадки и паралич мозгов. Им же плевать, что мы себя то под клыки зверья, то под выстрелы Шакалов подставляем, – им рыть надо. Вот Чоу и орет на них благим матом. Поорет, душу вытрясет, ученые вроде сбавят обороты. Нахохлятся, как воробьи, надуются и сидят, ждут, когда разрешение на продолжение работ получат. В общем, постоянный геморрой.

– Но тут, я смотрю, особо охраны-то и нет, – заметил Рик. – В Штаб зайти может любой.

– Шакалы здесь не нападают – только на раскопках, и то нечасто. Но следы их поблизости находим, – ответил Макс. – И охранка хорошая. Если кто-то взломает барьер, датчики продолжат работу даже при отключении энергии. Они на любое несанкционированное движение на нашу территорию реагируют. Да и сигналка установлена, которая срабатывает на отключение питания в заграждении. Защита неплохо продумана. Кстати, Чоу на ней настоял.

– Министерство, я смотрю, особо не озабочено проблемами Демоса, – сказал Саттор, вспоминая злость полковника при их знакомстве.

– Потому что пока ничего, что представляло бы больше, чем научный интерес, не найдено. Мы здесь как силы срочной эвакуации, по-моему, – усмехнулся Колаш. – В случае опасности должны погрузить ученых на корабли и валить отсюда. Если нароют что-то поважней, тогда в министерстве зашевелятся, наверное.

– Логично, – согласился майор.

Скорей всего, именно так и обстояло дело. Министерство не будет отправлять сюда армию для того, чтобы ученые могли и дальше пускать восторженные пузыри, находя очередной камень древней кладки. И все-таки…

– Чоу говорил, что было найдено нечто стоящее, после чего появились Шакалы, – произнес Рик.

– Да вроде какой-то медальон с символами или гербом, черт его разберет, – кивнул Колаш. – Информацию об этой находке опубликовали. Наверное, кто-то знает побольше многих, раз начались сторонние раскопки. Вообще я мало об этом знаю. Спроси лучше Чоу или кого-нибудь из ученых, если встретишься с ними, конечно. О, дошли.

Саттор поднял взгляд и увидел очередное серое невзрачное здание. Правда, этажей тут было три.

– Здесь квартируют гражданский персонал, ученые и штабные, – пояснил Макс. – Есть еще общежитие – вон, видишь? – он кивнул на второе такое же здание. – Но основная часть безумной братии в поле. Их оттуда за уши не вытащишь. Походные лаборатории, палатки. Здесь тоже есть лаборатория, склад для находок. За общежитием санчасть. Слева столовая для тех, кто живет в казарме, но чаще кормят пайками. Их еще лет на десять хватит, так что готовят по праздникам. С кораблей тоже сюда иногда приходят столоваться, но больше для того, чтобы развлечься общением. С этим тут, сам понимаешь, беда.

– Ясно, – усмехнулся Рик, и мужчины вошли в распахнутые двери.

Квартира полковника Чоу находилась на втором этаже. Вообще весь этот этаж был отдан военным, гражданский персонал жил на первом, ученые – на третьем. На протяжении каждого этажа тянулся длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались небольшие квартирки со смежными комнатами.

Что скрывалось за другими дверями, Рик не знал, а у полковника Чоу жилище имело две комнаты. В той, что поменьше, хозяин спал, во второй работал и принимал гостей, как, например, сегодня. Здесь не было большого стола, за который могли сесть гости. Закуски были попросту составлены на расчищенный сейчас рабочий стол. Гости, уже собравшиеся здесь, сбивались группками, заняв пару казенных диванчиков и кресла, или же попросту стояли, сжав в пальцах бокалы. И, судя по их поведению, к таким встречам они привыкли.

Каждый клал себе на тарелку то, что хотел, и отходил к своему месту. Из выпивки имелись только легкие вина. Но от Колаша Рик уже знал, что Чоу не терпит пьяных и сам не злоупотребляет, потому на его импровизированных приемах гости находились в приподнятом настроении, были разговорчивы, но никогда не скандалили и не выясняли отношений. И наутро никто не жаловался на похмелье. Саттор одобрил и это. Полковник ему нравился всё больше.

Адамидис подошел незадолго до Саттора, и он даже, кажется, вздохнул с облегчением, когда увидел командира «Шустрого». Макс и Рик, поздоровавшись с собравшимися, подошли к нему. Так сформировалась их маленькая компания на этот вечер. Хозяин дома, кивнув новым подчиненным, призвал остальных к молчанию. И пока полковник представлял двух майоров и знакомил их с теми, кто собрался в его квартире, Саттор разглядывал новых сослуживцев и их жен, которые пришли вместе с мужьями.

И когда полковник дошел до капитана СБГ, Рик едва заметно усмехнулся, потому что его супругу майор уже знал по совещанию, устроенному Чоу у себя в кабинете. Леандр поперхнулся, и Саттор заботливо хлопнул его по спине.

– Спасибо, – сипло ответил Адамидис. Он женщину тоже узнал.

Чоу бросил на новоприбывших офицеров быстрый взгляд, но те уже натянули на лица вежливые улыбки. Сама же дама – кстати, весьма аппетитная, с порочным ртом – имела невозмутимый вид. Она водила тонкими ухоженными пальчиками по раскрытой ладони мужа, и можно было сказать, без всякого сомнения, что она даже не помышляет ни о каких совещаниях на столах в чужих кабинетах. И лишь когда полковник перешел к следующему гостю, супруга службиста прошлась пристальным взглядом по Адамидису, перевела его на Саттора и задержалась, рассматривая его с исследовательским интересом. Рик сделал вид, что этого не заметил. Ему не нужны были ссоры ни с Чоу, ни тем более с мужем-службистом. Если полковнику нравилось нарываться, то это его дело. У майора с этой братией уже было тесное знакомство, и связываться снова не хотелось.

Женщин на ужине присутствовало еще трое. И лишь одна из них оказалась свободной. Капитан София Обрадович. Она была командиром «Рэкса» – небольшого кораблика серии «RX», также именуемого «Охотником». Такие кораблики входили в состав громоздких космических баз, иногда имелись на борту крейсеров. Но могли действовать и самостоятельно. Использовались они не только в космическом флоте, но частными лицами, не всегда законопослушными. Управлялся «Рэкс» небольшой командой, однако с этим мог справиться и один человек – после некоторой модернизации, конечно.

Что до «Рэкса» капитана Обрадович, то он входил в состав летной группы военной космической базы «Гордость императора» и был прикомандирован к гарнизону Демоса полгода назад. Капитан привезла сюда десантную группу, тоже не слишком многочисленную, но более опытную в деле наземных операций. С ней Рик пообщался более охотно, чем с остальными женщинами. Впрочем, София оказалась немногословна, закрыта и даже сурова. Хотя Саттор нашел причину такого поведения: полковник.

Капитан периодически бросала в его сторону хмурые взгляды, но Чоу особого внимания на нее не обращал. Была ли тут безответная любовь или служебный конфликт, Рик углубляться не стал. Его это не касалось. Так что большую часть времени он так и оставался в составе уже сложившейся компании: Колаш, Саттор и Адамидис. Макс делился информацией о Демосе, майоры его внимательно слушали.

Саттор прислушивался и к другим разговорам, особенно если в них вовлекалась большая часть гостей. Но люди говорили, о чем угодно, кроме службы. Делились сплетнями, обсуждали новости Альянса, просто вспоминали что-то, смеялись, но ничего значимого для себя Рик не уловил. Возможно, дело было в присутствии офицера Службы Безопасности Геи, потому что и Макс особо не углублялся в подробности, а если и говорил о чем-то важном, то понижал голос.

Впрочем, Рику и Колашу было о чем разговаривать, помимо Демоса. Леандр слушал их, иногда отвлекаясь на того, кто подходил познакомиться поближе, но не спешил покидать свой маленький кружок. Адамидис не был общительным человеком, даже чем-то напоминал Софию Обрадович в своей замкнутости. Ему было удобней слушать, чем что-то рассказывать самому. Так что роль приложения к Саттору его вполне устраивала.

Полковник Чоу переходил от одной группки гостей к другой, особо подолгу нигде не задерживаясь, и когда он остановился рядом с троицей офицеров, Рик воспользовался моментом.

– Господин полковник, – сказал он, поднявшись с места, – я хочу попросить вас отпустить меня завтра вместе с моими людьми. Я хотел бы посмотреть, где они будут проходить службу.

– Вы их мамочка? – усмехнулся Чоу.

– Тогда уж папочка, – в ответ усмехнулся Саттор. – Я несу за своих людей ответственность. И мне хотелось бы ознакомиться с местностью. Возможно, это поможет лучше подготовить следующую группу, учесть недочеты и разработать лучшую стратегию несения службы на поверхности планеты.

– Не доверяете нашему опыту? – прищурился полковник.

– У меня нет повода не доверять людям, которые служат на Демосе не один год. И все-таки свежему глазу иногда заметно то, чего не видят старожилы.

– Вы – выскочка или энтузиаст, майор? – спросил с интересом Чоу.

– Энтузиаст, – ответил Рик. – А еще меня учили вникать в тонкости и нюансы, чтобы не упустить нечто важное. И, как уже было сказано, я несу ответственность за свой экипаж. Мне предстоит отправить их заниматься делом, которое им непривычно, потому я хочу на собственном опыте понять, как будет проходить их дальнейшая служба.

– Хорошо, – кивнул полковник. – Вы можете задержаться на раскопках дня три. Думаю, вам этого хватит. Смена групп охраны происходит раз в неделю, но сообщение между гарнизоном и учеными не прекращается, так что сможете вернуться в любой момент. Территория между сектором исследований и нами безопасна – если, конечно, не считать хищников. Но на машины они не кидаются, а не ходить пешком, надеюсь, у вас хватит ума.

– Ума у меня хватает, – ответил Рик. – Благодарю, господин полковник. Я оставлю необходимые распоряжения первому помощнику. Он прибудет к вам с докладом.

– Хорошо, – сказал Чоу и перешел дальше.

Удовлетворенный разговором, Саттор вернулся к своим собеседникам. Он получил от этого вечера то, что хотел.