Рик Саттор. Во славу Империи

– Никак нет, – нестройным хором ответили женщины.

– Не слышу.

– Никак нет! – дружно гаркнули собравшиеся.

– Свободны.

– Но он ведь может и не обратить на нас внимания, – все-таки подала голос Аврора Мовсесян.

– Тем лучше для всех нас, и вы не войдете в список тех, кто посетил кабинет полковника или его постель. Поверьте, это уже очень длинный список, и я не хочу, чтобы мои люди оказались в нем. Мы выполним свою задачу и улетим отсюда. Корвет должен остаться кораблем, где служат добросовестные вояки, а не девочки по вызову.

Последняя формулировка явно задела женщин, и капрал Бхат выразила общее мнение:

– Хрен ему на воротник, а не девичья честь. «Шустрый» не уронит достоинства.

– Отлично сказано, Мэри, – улыбнулся Рик. – В остальном полковник Чоу – наш командир, и его приказы не обсуждаются.

– Есть, – козырнули дамы и покинули кают-компанию.

Саттор проводил их взглядом и, усмехнувшись, покачал головой:

– Эту брешь, надеюсь, закрыл. Пойдем латать дальше.

Вскоре территорию гарнизона покинули пятьдесят один человек. Чоу явно решил дать старожилам отдых за счет новоприбывших, потому что та десятка, в которую не вошли люди с двух корветов, представляла собой сборную солянку из военнослужащих четырех кораблей и двух рядовых, приписанных к гарнизону для несения службы на поверхности Демоса. Понять полковника было можно, но Рика такое решение привело в крайнюю степень раздражения. Адамидис был с ним согласен.

Когда Чоу приказал выделить людей для охраны ученых и места их работы, командиры «Шустрого» и «Княжича» даже представить не могли, что новичками не просто латают бреши.

– Просто охренительно, – ворчал Саттор, разглядывая отряд, готовый к отправке. – Вместо того чтобы обучать новичков, отправляя по несколько человек с подготовленными группами, он сходу кидает людей, не знакомых ни с местностью, ни с флорой и фауной, ни с условиями обитания. Просто сунул в каждую группу по одному старожилу. Один короткий инструктаж и прививка от укусов гнуса. Черт знает что.

– Он или идиот, или прое… свои мозги в конец, – едва слышно поддержал Рика Леандр. – Надо смешать твоих и моих.

– Вооружи своих так же, как я моих, – ответил ему командир «Шустрого».

– На это уже нет времени, – ответил Адамидис, но Саттор лишь криво усмехнулся:

– Не хочешь выдавать пилотам снаряжение десанта, но решил из моих парней щит для своих сделать? Тоже молодец. Ни черта у вас всех не выйдет превратить мой экипаж в пушечное мясо, раз я оказался наиболее осторожным и взял на себя ответственность за вооружение личного состава боекомплектом десантной группы.

– Но уже отправка… – попытался возразить командир «Княжича».

– Отложим, – прервал его Рик. – Если ты готов позаботиться о своих людях, я задержу отправку. Что скажешь?

Адамидис смерил Саттора неприязненным взглядом, после оглядел команду «Шустрого», затем своих людей и рявкнул:

– Задержи, – потом вновь посмотрел на своих и отчеканил: – Команде «Княжича» выйти из строя! За мной.

Люди, не слышавшие тихую перепалку майоров, недоуменно переглянулись, и те, кто входил в состав экипажа корвета «Княжич», последовали за своим командиром. В результате отправка задержалась на час. Естественно об этом доложили полковнику, и он, явившись, застал смену всё еще не в полном составе.

– Что здесь происходит? – сухо, но не повысив тона, спросил Чоу.

– Я приказал задержать отправку, – ответил Рик.

– На каком основании? – полковник окинул майора испытующим взглядом.

– Я дал время группе с «Княжича» вооружиться.

– Они забыли шотеры?

– Я посчитал предписанное снаряжение недостаточным, – ровно произнес Саттор, глядя в глаза Чоу. – Учитывая, что мои люди и личный состав «Княжича» должны самостоятельно постигать премудрости службы охраны, я посчитал необходимым вооружить их сверх того, что они должны иметь при себе. К тому же, учитывая неспокойную обстановку, незнакомую местность, отсутствие привычки к условиям обитания на Демосе, мне хотелось бы максимально обезопасить личный состав.

– По этой причине вы взяли на себя смелость…

– Ответственность, господин полковник, – поправил Чоу Рик.

Полковник прищурился, и в этот раз взгляд его стал колючим. Это было понятно. Его новый подчиненный посмел оспорить приказ. Более того, он принял самостоятельное решение, не поставив в известность своего командира, задержал установленное время смены, опять же не поставив в известность полковника. У Чоу был повод испытать не только неудовольствие, но и неприязнь. Всё это Саттор прочел во взгляде темных глаз коменданта.

– И все-таки выскочка, – наконец, произнес полковник.

– Как вам будет угодно, – едва заметно пожал плечами Рик. – Но я дорожу людьми, и все мои действия основаны на заботе о них.

– Скажи честно, майор, за тобой ведь стоит папочка? Думаешь, генерал и сюда дотянется, чтобы прикрыть зарвавшегося сыночка? – со злой насмешкой спросил Чоу.

Рик ответил ему ледяным взглядом, после отвернулся и сухо произнес:

– Хочу, чтобы вы уяснили раз и навсегда, господин полковник. Мой отец – честнейший и порядочнейший человек. Он заслужил свое звание не через знакомства и не через выбор места службы, которое поможет получить очередное звание. Он – герой Геи. И когда вы еще пачкали пеленки, он уже бил врагов империи, рискуя своей жизнью. Но главное, чему научил меня отец – это беречь личный состав. Нет ничего ценней человеческой жизни. Эту науку я принял всей душой, как и многое другое, что мне посчастливилось узнать от такого человека, как генерал Георг Саттор. А еще знаете, что? – Рик обернулся к Чоу, игравшему желваками. – Мой отец всегда уважал людей за совесть, за честь и ум. Меня он уважает. И знаете, почему? Потому что мне не нужна его протекция, чтобы получать звания – их я зарабатываю верной службой империи и императору. Я – Рикьярд Саттор, сын генерала Георга Саттора, но не генеральский сынок. Учтите и запомните разницу между этими понятиями, потому что я не позволю унижать моего отца грязной ложью. Саттор – это фамилия, которую носят с гордостью, и за нее я готов нарушить устав и субординацию. В остальном в моих действиях нет ни желания оспорить приказ, ни заработать авторитет у личного состава на Демосе. Я всего лишь забочусь о своих людях. Майор Адамидис нашел мое решение разумным и захотел вооружить своих подчиненных похожим образом, потому я задержал отправку, чтобы дать ему время.

– Всё? – спросил Чоу, сверля Рика взглядом исподлобья.

– Так точно, господин полковник, – отчеканил Саттор и козырнул.

– Я обдумаю ваши слова, – ответил Чоу. – Когда вернетесь, я жду рапорт о сегодняшнем происшествии и доклад о проделанной вами работе, как и о ваших наблюдениях.

– Есть, – снова козырнул майор.

В этот момент вернулась группа с «Княжича», но разговаривать с Адамидисом полковник уже не стал. Он только приветствовал людей, а затем ушел. Леандр вопросительно посмотрел на Рика. Тот ослепил его в ответ улыбкой и гаркнул:

– Меняющей смене – по машинам!

– Что он сказал? – спросил Адамидис, пока люди были заняты погрузкой.

– Поболтали немного, – ответил Саттор. – Велел рассказать о своих наблюдениях, когда вернусь, – после хлопнул командира «Княжича» по плечу. – Всё в порядке, не дергайся, – и ушел, чтобы сесть на свое место.

Доставляли смену охраны к месту службы на двух открытых вездеходах, где можно было разместить до двадцати пяти пассажиров. Энергетический экран защищал людей от хищников, слишком привыкших к тому, что они являются хозяевами Демоса, а потому не воспринимавших пришельцев, как серьезную угрозу. И если бы не приказ охранять местных тварей, как великую ценность, то уважения к двуногим захватчикам у клыкастых аборигенов могло бы прибавиться, однако ни охоты, ни истребления с целью защиты на поверхности планеты не велось. Главным оружием против хищников стал парализатор, а он трепета в любителей свежей человечинки не вселял. Зато уязвимость добычи и легкость, с которой ее можно было заполучить, местная фауна усвоила еще со времен появления одичалых.

Рик с нескрываемым интересом рассматривал дорогу до места раскопок, да и не только он. Все, кроме десятка вояк, уже привыкших к местным видам, вертели головами, вглядываясь в диковинные растения. Майор, вернувшись вчера со званого вечера полковника Чоу, посвятил время изучению Демоса. Он просмотрел материал, который ему дал капитан Гогуа, и теперь узнавал то, что успел запомнить из ознакомительного визуала.

Зверей им за время пути почти не попалось. Один раз мелькнул зверек, которого земляне нарекли «нюхач» за бесконечное сопение и шевеление носом. Потом между деревьями протопал топтун на коротких толстых лапах с крепкими длинными когтями. А ближе к месту раскопок дорогу перескочил длинноногий ушан. Это подобие земного оленя отличали длинные висящие уши, за что зверь и получил свое название. Впрочем, оленя он напоминал только издали. Ни рогов, ни короткого хвоста. Но был так же изящен и сходен в движениях. Еще имелись копыта, которыми ушан мастерски отбивался от хищников. А вот шерсти не было, зато имелась кожа – толстая, превышающая размерами тело своего хозяина, чем зверь напоминал бойцовых собак. Шкура ушана собиралась складками, не добавляя ему очарования.

Еще людям попались птицы. Несколько ярких пичуг – мелких, как колибри. И так же, как эта земная птичка, они опыляли большие цветы, наполнявшие воздух чуть терпким и въедливым запахом. Кстати сказать, на Демосе не было никого, кто напоминал бы пчел и бабочек. Из насекомых имелся только ядовитый гнус, чьи укусы могли вызвать галлюцинации, но это в случае, если укусов было два-три, а вот если налетал рой, то возможность летального исхода повышалась до ста процентов. Так что средство защиты от этой напасти было далеко не лишним.

Из-за отсутствия насекомых-опылителей их роль выполняли маленькие птицы. Было несколько видов тех, кто переносил на своих крылышках пыльцу. Но имелись и другие птички. Например, невероятно красивая, словно сказочная жар-птица, вызывающая восхищение. Хищников она привлекала ярким оперением и кажущейся легкостью добычи, людей – своим внешним обликом. Позволяла подойти так близко, что казалось: ее можно взять в руки. Только вот не стоило не то что трогать ее, но даже приближаться.

– Это самец, – сказал Макс Колаш, смотревший визуал вместе с Саттором. – Если такая лапочка сидит в одиночестве, значит, где-то неподалеку самки. Именно они – настоящая сила стаи. Самцы – приманка. Их кормят, используют для продолжения рода, даже бьются за право первого спаривания…

– Он один, что ли?

– Нет, в стае бывает по три-четыре самца. Пять – это максимум. Тут целая иерархическая лестница. Есть несколько главных самок-цариц. Они больше, сильней, опасней и умней остальных. Они и оспаривают право на то, чтобы первой поиметь самую главную красотулю и первой отложить яйца. Ну, и очередность выстраивается в зависимости от исхода схваток. Об этом самце заботится вся стая, потому что он – наложник цариц. Остальные самцы не такие яркие. Тот, который стоит на втором месте, – идет на потребу самок-воинов. А наименее аппетитный, – Колаш усмехнулся, – достается рабочим птичкам. Они не выходят на охоту, но заботятся о потомстве, пока те нуждаются в опеке, охраняют территорию стаи. Мы этих птиц называем амазонками – сам понимаешь, почему.

Так вот, если увидишь этого красавца, то вали оттуда подальше, потому что он – приманка. Его подружки сидят в засаде, и когда добыча подходит к безобидной птичке, толпа оголтелых баб набрасывается не нее и рвет на части. Во, видишь? Это как раз самки.

Рик тогда посмотрел визуал и усмехнулся. В амазонках Демоса не было ничего привлекательного. Они выглядели жутковато, больше напоминая созданий из ночного кошмара. И уж точно было невозможно заподозрить, что между красавцем с ярким оперением и этими пернатыми дьяволицами была родственная связь.

Но здесь амазонки не жили. Их стаи селились в гористой местности, а в низины спускались только для охоты. Рик хотел спросить про участь остальных самцов, но решил, что это не первостепенно. Нужно было познакомиться с остальными обитателями. И самый опасный из них носил милое название… грызлик. Он и выглядел мило. Этакий пушистик с очаровательным розовым носом, торчавшим забавной кнопкой среди серого меха. Ростом грызлик был с земную пуму.

– Грызлик – разумный, – так сказал Колаш. – Коварный до жути и мстительный. Если затаит обиду, пойдет по следу, доведет до заикания и нападет, когда жертва считает, что сумела сбежать. Такая тварь хитрозадая. Он может даже подойти, дать себя почесать и будет жрать с твоих рук. А ночью придет и вывернет твои потроха наружу. Несмотря на приказ, этих мы бьем сразу. Никакого парализатора – потом не отвяжешься. Сразу разряд в лобешник, и никаких сомнений. Даже ползун – не такая мразь, как грызля. Тот больше пугает, но нападет только в безвыходной ситуации, хотя нервы помотать может.

Ползуном называли зверя, длина тела которого составляла от двух до трех метров. Передвигался он на шести коротеньких лапках, потому и казалось, будто ползет. Однако с рептилиями этот хищник не имел ничего общего, хоть и напоминал чем-то крокодила. Его тело было покрыто короткой щетиной того же серого цвета. Почему-то именно этот окрас преобладал среди представителей животного мира Демоса.

В общем-то, установленных видов флоры и фауны было не так уж и много. Если сравнивать с Землей, то Демос был планетой с бедным животным и растительным миром. Заселена была планета полностью, но разнообразия не имелось. Одни и те же морды, одни и те же запахи, одни и те же виды. Рельеф отличался, а вот зелень и живность – нет. И климат. Он был одинаков везде. Абсолютно.

– Уныленько как-то, – резюмировал Рик.

– А то, – откликнулся Макс. – Но ученые мозг выгрызут, если ты скажешь им такое. У них пузыри счастья на губах, а нам хоть вешайся.

– Это как подойти к делу, – хмыкнул Саттор. – Разберемся.

– Валя-ай, – ответил Колаш, широко раскрыв в зевке рот. Рик полюбовался на крепкие белоснежные зубы приятеля и махнул рукой. У них всегда был разный подход к жизни.

Вездеходы приблизились к месту раскопок спустя полчаса. Старая смена уже собралась на месте посадки. И когда машины остановились, до Саттора донеслось недовольное:

– Совсем охренели? Опоздали на час!

– Извините, парни… – начал было один из прибывших старожилов, но его прервало демонстративное покашливание майора.

– Давайте уже, вытаскивайте свои задницы, – недовольно произнес неизвестный Рику капитан.

– Всем оставаться на местах, – приказал Саттор, и прибывшая смена, едва приподнявшись, снова села.

Единственным, кто вышел из вездехода, был майор.

– Что за… – начал тот же самый капитан.

– Слава императору! – гаркнул Рик.

Выучка сработала, как всегда, без сбоя. Нестройная шеренга военнослужащих вытянулась по стойке «смирно». Встала и прибывшая смена, а затем воздух огласило троекратное:

– Слава! Слава! Слава!

Больше попыток проявить недовольство не было. Перед менявшейся охраной стоял майор КФ Геи – старший по званию офицер на данный момент, и личный состав настороженно рассматривал незнакомца. Рик, удовлетворенный тем, что базар прекратился, рявкнул:

– Сменяющейся смене – стройся!

Недоуменно переглянувшись, люди выполнили приказ. Дождавшись, когда строй застыл в немом ожидании, Саттор вновь заговорил:

– Здравия желаю, господа военнослужащие, – он козырнул, и строй отдал честь в ответ. – Мое имя – Рикьярд Саттор, – знакомая фамилия зажгла в глазах личного состава интерес, но его майор оставил без внимания. – Как вы уже догадались, я сопровождаю меняющую вас смену. Сразу отвечу на ваш вопрос: почему произошла задержка? Потому что произошла задержка. Еще вопросы есть? Вопросов нет, – ответил сам себе Рик раньше, чем кто-то успел открыть рот. – Вопросы есть у меня. Первый: как происходит смена вахтенного? Кто желает ответить? – добровольца не нашлось, и Саттор кивнул: – Личный состав не знает Устав. Хорошо, отвечу я сам. Лицо, явившееся для смены вахтенного, обязано предъявить код-допуск, подтверждая, что является новым вахтенным, заступающим согласно графику, утвержденному командиром. Отсюда следующий вопрос: вы видите перед собой сорок одно незнакомое лицо, и только тринадцать вам знакомых – какие выводы? Сорок один вооруженный человек, час задержки, отсутствие уведомления из Штаба… Не настораживает?

Саттор с интересом наблюдал за тем, как вытягиваются лица застывших перед ним людей, как усиленная работа мысли начинает отражаться в глазах и как несколько рук потянулись к кобуре с шотером.

– Вы видите угрозу? – спросил Рик, не скрывая иронии. Шотеры остались на своих местах, но уверенности в людях не прибавилось. Они были в смятении. – Итак, мы пришли к тому, что вы ни черта не знаете о тех, кто прибыл вас менять, но стоите и орете, как толпа идиотов, требуя немедленной смены. Вы. Все. Стоите. Здесь. А между тем… Кто остался на постах?! – гаркнул майор, уже не пряча своего раздражения. – Капитан!

Тот, на кого указал Саттор, сделал шаг вперед и отчеканил:

– Капитан Засульский, господин майор.

– Капитан Засульский, как происходит смена вахтенных на постах? Поэтапно.

– Прибывший для смены предъявляет код-допуск. Далее заступающий вахтенный проверяет наличие и исправность оборудования на посту. После этого сменяющийся вахтенный передает имеющуюся информацию. И если нет повреждений, неисправностей и прочих недочетов, заступающий докладывает дежурному по кораблю либо по объекту о принятии поста, и только после этого сменяющийся может покинуть пост.

– Если меняющая смена задерживается?

– Вахтенный остается на вверенном ему посту, – отведя взгляд в сторону, ответил капитан.

– Не слышу.

– Вахтенный остается на посту, пока не прибудет смена! – гаркнул Засульский.

– Тогда какого черта вы все торчите здесь?! – повысил голос Саттор. – Перед вами новички, которые ни хрена не знают ни об объекте, ни о правилах поведения на нем!

– Разрешите обратиться, – из строя шагнул лейтенант. Он козырнул и назвал себя: – Лейтенант артиллеристской службы Тобиас Чкотуа. Приписан к крейсеру «Петр Великий». Отправлен на Демос командиром в полугодовую командировку в составе группы из пятнадцати человек.

– Говорите, лейтенант Чкотуа, – кивнул майор, когда Тобиас замолчал.

– Нам не передали, что на смену направлены новички. На Демосе принято передавать сообщения о происшествиях, но их не было. И код-допуск нам тоже не передается. Это реалии службы на Демосе.

– Всё?

– Так точно, господин майор, – отчеканил лейтенант.

– Лейтенант Чкотуа, как происходит смена в полевых условиях, если нет связи со Штабом?

Тобиас бросил осторожный взгляд на Засульского, но тот продолжал стоять навытяжку – команды «вольно» не было.

– Отвечать, – приказал Саттор, и лейтенант произнес:

– Часовой не покидает поста, пока не будет снят или пока не появится смена.

– Итак, мы все-таки пришли к тому, что пост покидать нельзя в любом случае. Действия часового, когда прибывает неустановленное лицо, а подтверждения из Штаба так и нет?

– Охранять пост до тех пор, пока не будет подтверждена личность прибывшего на смену, – чуть ворчливо ответил лейтенант. – Если связи нет, то прибывший не может быть подпущен к посту ближе оговоренного расстояния.

– Кроме случая…

Чкотуа ответил растерянным взглядом, и Рик посмотрел на строй:

– Кто поможет товарищу вспомнить устав полевой службы, с которым знакомятся все военнослужащие, даже если им предстоит нести службу на космическом корабле?

Из строя шагнул капрал лет сорока. Он козырнул:

– Капрал Давид Гаджиев. Прохожу службу на Демосе по контракту, приписан к гарнизону два года назад.

– Говорите, капрал.

– Нет исключающей причины, чтобы оставить пост неустановленному лицу, даже если он представится императором. Но если старший по объекту офицер сопровождает новоприбывшего, то смена возможна по приказу старшего офицера.

– Верно, – кивнул Саттор. – Теперь объясните мне, какого черта вы стоите передо мной здесь? Кто охраняет объект, и по какому праву вы покинули свои посты вопреки Уставу? – ответа не было. Майор коротко вздохнул и велел: – Встать в строй. Для передачи постов с нами отправится по одному человеку из сдающей смены. Остальные будут ждать здесь машины и своих товарищей. Вопросы есть?

Вопросов не последовало. Рик некоторое время наблюдал, как строй покидают те, кто должен был выполнить его распоряжение, а затем вернулся в вездеход и встретился взглядом с Кучерой. Тот округлил глаза и покачал головой, показывая, что шокирован увиденным. Саттор едва заметно покривился.

– Бардак, – проворчал он и обратился к капралу Гаджиеву, севшему в вездеход с майором. – Смена всегда происходит таким образом?

– Так обычно задержки не бывает, – ответил тот и отвернулся, понимая, что сказал глупость.

– Полковник в курсе? – задал новый вопрос Рик.

– Нет, – покачал головой капрал. – Это… внутренний распорядок.

– Бардак, – уже более ожесточенно повторил майор и проигнорировал попытку капрала высказаться в защиту себя и товарищей.

В будущем рапорте появилась первая строка о наблюдениях Рикьярда Саттора. Но это он оставил на потом – сейчас прибывшая смена знакомилась с объектом, где им предстояло нести службу.