Наставления младшим

Отчего плакал хан воюй?

Когда родители наказывают нас за проступок или ошибку, мы иногда плачем от боли и обиды. Но приходилось ли вам слышать историю о том, как ребенка побили, а он горько заплакал от того, что не почувствовал боли?

В империи Хань, в области Лянчжоу жил-был мальчик по имени Хан Воюй. Мать любила его, но была к нему очень строга. За малейший проступок она била сына палкой. Хан Воюй всякий раз покорно склонялся и по доброй воле принимал наказание. Он никогда не перечил матери и не плакал. Когда мать переставала бить его, он искренне признавал вину и просил прощения.

Однажды мальчик снова провинился. Мать, как всегда, взяла палку и принялась наказывать его. Но удары ее стали слабее и не причиняли боли, и на этот раз Хан Воюй огорчился и заплакал.

Мать удивилась, опустила палку и спросила его:

– Раньше, когда я наказывала тебя, ты спокойно принимал это и не плакал. Что же случилось сейчас? Неужели я бью настолько больно?

– Матушка, нет, вовсе не в этом дело. Раньше, когда вы били меня сильно, я знал, что вы еще очень крепкая.

Хан Боюй и его мать

Я мог доставлять вам радость, почитать вас. Однако сейчас мне совсем не было больно. Я понял, что вы постарели и лишились сил, а здоровье ваше уже не такое крепкое, как раньше. Вскоре я могу потерять возможность выполнять сыновний долг перед вами, – поспешно ответил Хан Воюй. Подумав об этом снова, он не сдержался и вновь заплакал. Пораженная его словами, невольно заплакала и мать.

Мы должны смиренно принимать критику и советы от родителей, потому что в них проявляется глубочайшая родительская любовь.

Наставленья родителей слушай внимательно, без возраженья.

Коль накажут родители – молча стерпи со смиреньем.

Император Лю Бан – преданный сын

Мать первого императора династии Хань Лю Бана рано умерла, и он тосковал по ней. Став императором, Лю Бан горевал о том, что матери нет в живых теперь, когда он мог бы должным образом выразить ей свои любовь и благодарность, окружить ее почетом и роскошью; поэтому он ценил время, которое мог уделить старику-отцу.

Отправляясь осматривать свои владения, он неизменно заходил к отцу попрощаться и говорил: «Береги себя. Непременно дождись меня». По возвращении он сразу же являлся к нему и успокаивал: в стране все благополучно. Они пили чай и беседовали. Несмотря на свою занятость (ведь он управлял огромным государством!), император каждый день навещал отца и приветствовал его почтительным троекратным поклоном.

Император Лю Бан

Однажды старик возмутился:

– Ты император! Так почему же со мной ты ведешь себя, как простолюдин? Мне уже невыносимы эти твои земные поклоны! – и затворился в своей комнате, отказываясь видеть сына.

Лю Бан опустился на колени перед входом и сказал:

– Без моих родителей не было бы и меня; тем более не было бы императора Лю Бана! Я хорошо помню время войн и смут: как нашей семье негде было жить, как мы голодали, скитались без теплой одежды; и я также помню, что лучшее из тех крох, что удавалось раздобыть, вы отдавали мне. Именно тогда я решил непременно достичь успеха, чтобы вы, родители, могли больше не беспокоиться за меня и жить без нужды и печалей. Благодаря вам я достиг своей цели. Сейчас, когда власть династии Хань укрепилась, я могу обеспечить вам покой и заботу. Но матушка уже умерла; неужели и ты, отец, не дашь мне возможности чтить тебя должным образом? – и он горько заплакал.

Сердечные слова сына растрогали отца. Он тотчас вышел и помог Лю Бану встать. Слезы струились по его щекам.

– Сынок, не стремись к жизни, полной богатства и почестей, ради меня, старика. Знать, что с тобой все в порядке, часто видеться и беседовать с тобой – вот и все, что мне нужно.

Через несколько лет отец с легким сердцем завершил свой земной путь. После его смерти Лю Бан перестроил его дом в храм предков. Вещи отца хранились там как священные реликвии. Каждые несколько дней император совершал жертвоприношение духам предков. Как и прежде, он приходил сюда попрощаться с отцом перед дальней дорогой; возвратившись же, привычным путем направлялся докладывать отцу, что все благополучно.

Дочери и сыновья – вечная забота родителей. Дитя – как воздушный змей: неважно, насколько далеко и высоко он улетел, нить всегда крепко зажата в родительских руках. Мы знаем, что родители нас любят, однако часто не догадываемся, чего они от нас хотят. На самом деле все, что им по-настоящему нужно, – радоваться за нас, знать, что с нами все хорошо, слышать хорошие новости. Поэтому начните с самого простого: не забывайте, уходя, попрощаться, а вернувшись – сказать, что с вами все хорошо.

Выходишь из дому по делам – домашних предупреди,

По возвращении не забывай сказать:

«Привет! Все хорошо».

Жизнь и так нелегка: избавь родных от лишних забот.

Воспитание детей в семье Вэй

Это было во времена правления династии Северная Чжоу. Прекрасным летним днем в просторном и светлом помещении домашней школы семьи Вэй шел урок. Дети с удовольствием читали книгу вместе с учителем. Прозвенел звонок, но они продолжали сидеть, только на их личиках невольно отразилось волнение. Как только учитель дал домашнее задание, дети вприпрыжку разбежались кто куда.

– Сегодня дедушки нет дома! Наконец-то никто не будет наблюдать, как мы готовим уроки. Давайте-ка хорошо позабавимся после обеда, – предложил самый старший ребенок.

Несколько младших братьев засомневались, но устоять перед соблазном они не смогли. Самый маленький твердо выразил свое мнение:

– Ладно, мы сегодня поиграем, но завтра хорошо поучимся.

И дети принялись шумно обсуждать, во что они будут играть.

Пообедав, братья побежали к речке. Тут они вволю резвились: играли, плескались, ловили рыбу, раков и гонялись за стрекозами. Но в разгар веселья мальчики заметили бегущего к ним человека, который что-то кричал. Когда он приблизился, дети узнали в нем дедушку и очень испугались.

Дедушка Вэй всегда был очень строг, особенно когда дело касалось учебы. Так как семья жила в достатке, он открыл у себя частную школу: предоставил помещение, книги, пригласил учителя. С самого начала дедушка установил внукам строгий распорядок дня. Учеба, отдых – все в свое время. Кто нарушал правила, тому доставалось двадцать ударов линейкой.

Дети, опустив головы, подошли к дедушке. Они не осмеливались посмотреть на него.

– Почему вы опустили головы? Вы знаете, что совершили ошибку. Почему? – спросил дедушка.

Его строгий голос заставил детей опустить головы еще ниже.

– Кто не трудится с малых лет, тому в старости придется горевать, что ничего не достиг. Я сейчас так строг с вами для того, чтобы потом вы стали успешными людьми, чтобы потом вы не сожалели… – не договорив, дедушка закашлялся.

Самый младший из братьев подбежал к нему и легонько погладил по спине. Всхлипывая, он сказал:

– Дедушка, не злитесь, мы знаем, что провинились. Нам не нужно было тайком убегать, воспользовавшись тем, что вас нет дома. Побейте меня, умерьте свой гнев. Я знаю, что виноват.

Этого мальчика звали Хуан Фуцзи. Его отец давно умер, и мать привела его жить в дом своих родителей. Дедушка особенно любил и жалел этого мальчика: любил за ум и сообразительность, а жалел из-за его сиротства.

Дедушка погладил Хуана Фуцзи по голове и сказал:

– Все вы должны понести наказание – не для утоления моего гнева, а для вашей же пользы, ради вашего будущего. Вы должны научиться ответственности за свои поступки.

Этот случай на всю жизнь запомнился детям семьи Вэй. Но не потому, что их наказали, – нет, они внезапно осознали истину, на которую прежде не обращали внимания. С тех пор Хуан Фуцзи и его братья усердно учились и добились успеха, всегда храня в памяти наставления дедушки.

В детстве нам нравится самовольничать, выкидывая из головы наставления старших. Однако если внимательно прислушаться к ним и понять, мы сможем почерпнуть из них любовь и знание жизни!

Слушай старших и запреты никогда не нарушай:

Самовольные поступки нам опасностью грозят.

Даже маленькая шалость обернуться может злом.

Человек, надевший оленью шкуру

Тань-цзы был первым государем княжества Тань в период Чуньцю. Он прославился честностью и эрудицией. Сам великий Конфуций учился у него.

Однажды осенью Тань-цзы прибыл в царство Лу по приглашению государя Чжао-гуна.

На пиршестве Чжао-гун спросил у Тань-цзы:

– Почему род Шао титуловал чиновников названиями птиц?

Тань-цзы ответил:

– Род Шао – мой род. Я знаю его историю. Когда наш предок Шао Чжи основал свое государство, он узрел летящего феникса, а это доброе предзнаменование. Потому он и решил титуловать чиновников в новом государстве названиями птиц.

Конфуций, услышав об этом, лично отправился к Тань-цзы, дабы побеседовать с ним и почерпнуть у него новые знания.

Тань-цзы не только блистал ученостью, он также усердно заботился о родителях, всегда помнил об их нуждах. Известна поразительная история о том, как он излечил отца от слепоты.

Отец Тань-цзы под старость лет ослабел и заболел неизлечимой болезнью глаз. Постепенно он стал слепнуть. Старик часто спотыкался и чувствовал себя беспомощным. Однажды он налетел на дверной косяк и сильно расшиб лоб.

Тань-цзы смотрел на муки отца и страдал сам. Он мечтал помочь отцу избавиться от этой напасти. Не останавливаясь перед трудностями, Тань-цзы повсюду искал лекарство от слепоты и наконец разузнал, что зрение может вернуть оленье молоко. Тогда Тань-цзы решил во что бы то ни стало раздобыть его. Он прошел трудный и долгий путь по горам и отыскал в лесу небольшое стадо оленей, где были самки с детенышами. Но как быть дальше? Олени осторожны и пугливы. Можно убить дикое животное из засады, можно поймать в ловушку, но приручить, успокоить олениху так, чтобы она, как домашняя коза, дала себя подоить, наверное, невозможно… Тань-цзы долго размышлял и наконец придумал, как быть.

Он купил у охотника оленью шкуру и натянул ее на себя. Осторожно он подкрался к пасущимся животным и смешался с ними. Постепенно олени привыкли к нему. Его терпение было вознаграждено! Он сумел получить оленье молоко и потом каждый день протирал им глаза отца.

Через некоторое время здоровье старика поправилось, зрение вернулось к нему. История о том, как Тань-цзы вылечил отца оленьим молоком, распространилась по всей Поднебесной.

Мудрый Тань-цзы всегда помнил о том, в чем нуждаются его родители. Чтобы избавить отца от ненавистной болезни глаз, он совершил почти невероятное. Мы не можем сравняться с ним, но должны на его примере поучиться заботиться о родителях.

Избавь родителей от того, что им не по душе.

А то, что любят они, всегда им предоставляй.

Дун Чжо, навлекший беду на мать

Дун Чжо был известным полководцем в последние годы Восточной Хань. Он родился на северо-западе империи в богатой и влиятельной семье. Детство провел в довольстве и роскоши, а потому стал распущенным, грубым и жестоким.

Дун Чжо захватил власть и ввел жестокие порядки: в стране без суда убивали министров, безнаказанно притесняли народ. Однажды Дун Чжо пригласил всех крупных сановников и военачальников на званый обед. Приглашенные удивились, не зная, что задумал Дун Чжо, но прибыли все – отказаться было невозможно. На пиру Дун Чжо, необычайно воодушевленный, уговаривал гостей не стесняться и пить вволю, допьяна. После третьей чаши он встал и с загадочным видом объявил:

– Чтобы развеселить вас, я приготовил необычное зрелище: наслаждайтесь!

Сказав это, он подал знак, хлопнув в ладоши. В пиршественном зале воцарилась мертвая тишина.

Стражники ввели несколько сотен захваченных бунтовщиков с севера в центр зала. И началась кровавая оргия… Палачи отрубали пленным руки и ноги, выкалывали глаза. Жестокость и бесчеловечность Дун Чжо поразили всех присутствующих на пиру: гости выронили палочки для еды, глаза их наполнились слезами от ужаса, гнева и сострадания. Один Дун Чжо по-прежнему громко смеялся, пил вино и выглядел весьма самодовольным.

Это крайне разгневало народ. Знатные и простые люди – все считали, что терпеть эту власть невыносимо. Ван Юн и другие гражданские и военные чиновники объединились и составили заговор против Дун Чжо. С помощью красивой женщины его заманили в ловушку и покончили с ним.

Смерть Дун Чжо обрадовала всех. Ликующий народ заполнил улицы и площади столицы Чанъань, многие пели и танцевали, словно в большой праздник.

Рассказывают, что мертвое тело Дун Чжо было выставлено на всеобщее обозрение на месте для казней. Побуждаемые ненавистью, стражники воткнули в него зажженные фитили. Эти «фонари» горели три дня и три ночи – так гласит легенда.

Горько вспоминать об этом, но жестокость Дун Чжо навлекла беду и на его семью. Даже его девяностолетнюю мать приговорили к казни как соучастницу преступлений сына.

Мало заботиться о пожилых родителях. Нельзя допускать, чтобы наши поступки навлекали на них беды и позор. Дун Чжо запятнал честь престарелой матери. Это воистину прискорбно!

Дитя заболеет, поранится – родителям боль и тревога;

Дитя поступает плохо – родителям боль и позор.

Мальчик, который заступился за мачеху

Минь Цзыцянь из царства Лу жил в эпоху Чуньцю и был учеником Конфуция. За безукоризненную порядочность его сравнивали с мудрецом Янь Юанем[1]. Однажды сам Конфуций похвалил ученика:

– Минь Цзыцянь, ты действительно хороший сын!

Родная мать Минь Цзыцяня умерла очень рано, и отец женился снова. Мачеха возненавидела пасынка. Когда отца не было дома, мачеха по всякому поводу или даже без повода била и ругала мальчика. Но она никогда не жаловалась на него отцу. Время шло, мачеха родила двоих сыновей. К Минь Цзы-цяню она стала относиться еще хуже, своих же родных детей очень любила.

Мачеха сшила Минь Цзыцяню на зиму очень толстую куртку, выглядела она гораздо толще, чем у его сводных братишек, но Минь Цзыцян почему-то очень замерзал в ней.

Однажды он с отцом отправился в повозке по делам. Минь Цзыцянь погонял лошадь, а сам так дрожал от холода, что кнут несколько раз выпал из его застывших рук на землю. Отец разозлился:

– Ты, бестолковщина! Одет так тепло, а весь трясешься, да еще все время роняешь кнут!

Когда Мин Цзыцянь вновь уронил кнут, разгневанный отец подхватил его и ударил им мальчика несколько раз. От ударов куртка порвалась, и из нее полезла набивка. Изумленный отец застыл: внутри толстой куртки был вовсе не хлопок, а пух семян тростника! Только теперь отец понял, что мачеха все это время мучала Минь Цзыцяна. Он тут же вернулся домой и решил прогнать эту гадкую женщину. Неожиданно Минь Цзыцян стал умолять отца, чтобы он этого не делал. Стоя на коленях, он сказал отцу:

– Оставьте матушку, не гоните ее: ведь теперь только я один мерзну, но если вы бросите мать и снова женитесь, тогда будут мерзнуть и мои братишки.

Отец расстроился и вздохнул:

– Не думал, что мой сын такой растет таким хорошим человеком.

Мачеха, услышав это, тоже заплакала и раскаялась в том, что так плохо относилась к разумному и почтительному ребенку. С тех пор она была добра к Минь Цзыцяну, как к родному сыну.

Как трогателен разумный ребенок, за которого спокойны родители; он искренне заботится о родителях и близких.

Если любят родители нас – разве сложно в ответ любовь проявить?

Коль не любят они – все равно мы должны уважать их и чтить.

Корзина для дедушки

В древности жил человек по имени Сунь Юаньцзюэ. Он был умным и сообразительным, с детства почитал родителей и уважал старших, а вот его отец таким не был.

Дедушка Сунь Юаньцзюэ часто болел и совсем ослаб, он уже не мог ничего делать самостоятельно. Его сын, отец Сунь Юаньцзюэ, думал: «Лучше бы он умер. Только зря кормим старика, пользы-то от него никакой». Он возненавидел своего отца и часто причинял ему страдания. Иногда дедушке не давали есть целыми днями, пока он не начинал кричать от голода, тогда отец швырял ему миску с остывшей едой.

Сунь Юаньцзюэ с болью в сердце глядел на это. Часто он тайком ухаживал за дедушкой: подогревал ему еду, растирал спину и обмахивал веером, иногда рассказывал что-нибудь веселое. Только увидев улыбку на морщинистом лице, мальчик немного успокаивался. Однако забота мальчика мало облегчала жизнь старика. Сунь Юаньцзюэ много раз пытался убедить отца, что нужно почитать и уважать дедушку, но тот не слушал сына.

Однажды, когда дедушка ел, рука его дрогнула, тарелка с едой упала и разбилась. Вспышка гнева заставила отца забыть стыд и совесть: невозможно в это поверить, но он решил совсем избавиться от дедушки!

Отец посадил больного старика в корзину и водрузил эту корзину на повозку, собираясь отвезти дедушку в дикие места и там бросить одного. Тогда Сунь Юаньцзюэ, горько зарыдав, опустился на колени, умоляя отца не делать этого. Но отец оттолкнул мальчика и направил повозку в горы. Сунь Юаньцзюэ шел сзади, плакал и кричал… Пытаясь одурачить сына, отец сказал:

– Дедушка уже очень старенький. Если старый человек не умирает, он превращается в чудовище.

Прибыв в горы, отец стащил дедушку с повозки, развернулся и направился домой. Сунь Юаньцзюэ, плача, подобрал корзину и положил ее в повозку.