Новый путь: китайская стратегия. «Низкий углеродный след+»

Предисловие русского издания

В настоящее время человечество столкнулось с беспрецедентными экологическими проблемами: быстрые темпы экономического роста, повышение производительности труда и, следовательно, интенсивное потребление природных ресурсов привели к серьёзному ухудшению состояния окружающей среды и климатическим изменениям. Глобальное потепление – наиболее значительная из экологических проблем. Причины и механизмы глобального потепления пока ещё чётко не установлены, однако очевидно, что накопление в атмосфере парниковых газов, по большей части углекислого газа CO2, – его основная причина, поскольку в ходе промышленных процессов и человеческой жизнедеятельности CO2 выбрасывается в атмосферу в огромных количествах.

В середине ХХ века, когда давление на окружающую среду, обусловленное экономическим ростом, урбанизацией, увеличением населения и растущей потребностью в ресурсах, стало очевидным, появились первые теоретические исследования о состоянии окружающей среды и климатических изменениях. Человечество осознало необходимость принятия безотлагательных мер по предотвращению дальнейшего загрязнения окружающей среды и сохранению экологического равновесия.

Всё больше государств обращают внимание на проблемы, связанные с экологией и состоянием окружающей среды. Решение экологических проблем является важнейшим аспектом деятельности многих международных организаций, таких как ООН, ОЭСР, МГЭИК и т.д. Экологическое регулирование осуществляется посредством различных инструментов, в том числе международных соглашений, протоколов, конвенций, а также финансовых механизмов для оказания помощи развивающимся странам в борьбе с изменением климата. Принятие Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК ООН) в 1992 году было первым шагом в деятельности по регулированию климата. Конвенция призывала развитые страны принять меры для предотвращения изменения климата. В дополнение к Рамочной конвенции, в которой не были указаны конкретные механизмы регулирования климата, в 1997 году был разработан и принят Киотский протокол, устанавливающий определённые ограничения по выбросам парниковых газов в атмосферу в период с 2008 по 2012 год. Согласно Киотскому протоколу, развитые страны должны сократить выбросы на своей территории до определённого уровня. Так, Евросоюз обязался сократить выбросы парниковых газов на 8%, Япония и Канада – на 6%, а Россия приняла обязательство не превышать уровень среднегодовых выбросов 1990 года1.

В 2015 году взамен Киотского протокола было принято Парижское соглашение по климату, основная цель которого – ограничение повышения глобальной температуры в текущем столетии до 2 °C, а в долгосрочной перспективе – до 1,5 °C2. В соответствии с Парижским соглашением, абсолютно все государства, вне зависимости от уровня экономического развития, берут на себя дифференцированные обязательства по сокращению выбросов в атмосферу парниковых газов, объём уменьшения которых каждая страна определяет самостоятельно. Страны-участницы должны каждые 5 лет пересматривать и корректировать свои обязательства. Санкции для стран, не справляющихся с выполнением принятых обязательств, Парижским соглашением не предусмотрены, а развивающимся странам предоставляется финансовая поддержка3.

Для достижения целей, обозначенных в Киотском протоколе и Парижском соглашении в рамках РКИК, международным сообществом созданы три гибких механизма, основанных на независимости климатических эффектов от места выбросов парниковых газов: 1) механизм международной торговли эмиссионными квотами (International Emission Trading, или IET); 2) механизм совместного внедрения, или механизм совместной реализации проектов (Joint Implementation, или JI); 3) механизм чистого развития (Clean Development Mechanism, или CDM). Торговля эмиссионными квотами – наиболее широко распространённый и эффективный механизм. Его суть заключается в том, что каждая страна получает определённую квоту на выбросы, и если она производит выбросов меньше, чем предусмотрено квотой, то есть не использует свою квоту, она может продать её другой стране, которой выгоднее приобрести часть квоты вместо того, чтобы уменьшать выбросы в атмосферу на своей территории. Этот механизм регулирует так называемый углеродный рынок, где происходит международная торговля эмиссионными квотами4.

В ноябре 2021 года состоится двадцать шестая сессия Конференции сторон (КС-26) РКИК ООН, на которой запланировано обсуждение механизмов реализации Парижского соглашения 2015 года, в том числе посредством механизма трансграничного углеродного регулирования, построенного на системе торговли эмиссионными квотами.

По мнению экспертов, через 5 лет после заключения Парижского соглашения наблюдается явный прогресс в климатическом финансировании и адаптации к изменению климата, однако ситуация с выбросами парниковых газов оставляет желать лучшего. Также эксперты отмечают, что, несмотря на рост объёмов выбросов парниковых газов в атмосферу, есть шансы на кардинальное их снижение к середине века5.

Киотский протокол, несмотря на отсутствие явных положительных результатов, и Парижское соглашение, об эффективности которого мы сможем судить только через несколько лет, стали своего рода импульсом для создания и дальнейшего развития низкоуглеродных концепций. Модели низкоуглеродного развития с низким уровнем энергопотребления и загрязнения окружающей среды при высокой эффективности активно разрабатываются и внедряются во многих странах, в том числе в России и в Китае.

Китай занимает первое место в мире по потреблению энергии и одно из первых – по количеству выбросов углерода. В начале 2020 года Китай объявил о намеченном курсе достижения углеродной нейтральности к 2060 году. В рамках данного курса обозначен ряд стратегических целей и задач в различных секторах экономики страны, в том числе энергетика, сельское хозяйство, промышленность, транспорт и т.д. Одна из важнейших задач – получение 10-20% всей потребляемой энергии из возобновляемых источников6. Создание собственной системы низкоуглеродного развития, соответствующей современным условиям и политической обстановке, для Китая весьма и весьма актуально. Достижение углеродной нейтральности подразумевает значительные изменения в энергетической структуре, являясь в то же время сложнейшей задачей, поскольку Китай – страна с высокой долей и абсолютными объёмами ископаемых источников, в частности, угля в структуре энергопотребления7.

Низкоуглеродное развитие – это необходимый для Китая способ смягчения нагрузки на окружающую среду. Стратегия «Низкий углеродный след+», разработанная группой китайских учёных, предлагает способы и средства эффективного низкоуглеродного развития, основанные на горизонтальной интеграции различных областей экономики, для осуществления преобразований, затрагивающих различные социально-экономические аспекты, и представляет собой конкретный путь создания «инновационной экокультуры». Стратегия вдохновлена концепцией «Интернет+», предлагающей новые идеи для структурной перестройки и промышленной модернизации в соответствии с новой экономической нормой. Целью развития Китая в рамках стратегии «Низкий углеродный след+» является построение низкоуглеродной промышленной системы, которая должна стать определяющей движущей силой экономического роста. Это новая модель развития, которая опирается на технологические и институциональные инновации и концептуальные изменения. Стратегия «Низкий углеродный след+» включает основные направления, на которых необходимо сосредоточиться в первую очередь: сельское хозяйство, промышленность, строительство, транспорт, энергетика, финансы и потребление.

Необходимость экологического регулирования определяет направление энергетической политики всех стран. Традиционные источники энергии становятся менее актуальными ввиду экономических и геологических причин, в частности, их ограниченности, дороговизны и неблагоприятного влияния на окружающую среду. В связи с этим, развитие зелёной энергетики – вынужденный общемировой тренд, обусловленный необходимостью решения проблем, связанных с глобальным экологическим и экономическим регулированием и поддержанием экологического равновесия.

Проблемы, связанные с изменением климата и большими объёмами выбросов углерода, крайне актуальны и для России. Географическое расположение в северных широтах способствует тому, что потепление климата в России в 2,5 раза обгоняет средние показатели по планете. Активное участие в международном процессе формирования политики в отношении изменения климата и сокращения выбросов углерода представляется для России необходимым и важным. Россия является участницей Парижского соглашения, а также Рамочной конвенции ООН об изменении климата и Киотского протокола. Это одна из немногих стран, которые перевыполнили свои обязательства в рамках Киотского протокола в первый период его действия, и с 2013 года добровольно ставит перед собой дальнейшие цели по сокращению выбросов парниковых газов8.

Россия – один из крупнейших мировых экспортёров топливного сырья и промышленной продукции. Поэтому, определяя свою климатическую цель, Россия обозначила важность устойчивого и сбалансированного развития страны в целом и экономики в частности, а также необходимость плавного перехода к низкоуглеродной (декарбонизированной) экономике и энергетике, что позволит мининими-зировать выбросы парниковых газов9. В 2020 году был разработан проект «Стратегии долгосрочного развития Российской Федерации с низким уровнем выбросов парниковых газов до 2050 года», согласно которой к 2030 году количество углеродных выбросов должно сократиться до 67% по сравнению с 1990 годом. Первые углеродные единицы планируется ввести к середине 2022 года, с 2023 года предполагается введение углеродной отчётности и запуск механизма климатических проектов, направленных на сокращение выбросов и увеличение их поглощения10.

У России и Китая схожие задачи и направления низкоуглеродного развития, среди которых развитие технологических инноваций для повышения энергоэффективности и снижения углеродоёмкости в промышленности и сельском хозяйстве, развитие возобновляемых источников энергии, постепенное осуществление энергетического перехода и т.д.11 Поэтому идеи китайской стратегии «Низкий углеродный след+», способы, механизмы и инструменты её реализации могут быть весьма ценными для решения актуальных для всего мира задач по устойчивому развитию и сохранению планеты.

Андрей Горубнов, кандидат технических наук

Члены научной группы

Ма Дэсю

Приглашённый заместитель председателя Китайского центра международных экономических обменов (КЦМЭО), заместитель председателя Комиссии по делам образования, науки и техники, культуры, здравоохранения и спорта Народного политического консультативного совета Китая (НПКСК) 12-го созыва, ранее секретарь партийного комитета Шанхайского университета транспорта

Цзэн Шаоцзюнь

Заместитель председателя и генеральный секретарь торгового общества альтернативных источников энергии Всекитайской ассоциации промышленников и торговцев, приглашённый профессор Университета Гуйчжоу, ранее директор и научный сотрудник Китайского центра международных экономических обменов

Чжу Цигуй

Профессор Антайского колледжа экономики и управления Шанхайского университета транспорта

Чжуан Гуйян

Научный сотрудник института городских и экологических исследований Академии общественных наук КНР

Гу Хайин

Профессор Антайского колледжа экономики и управления Шанхайского университета транспорта Чжан Цзинь

Младший научный сотрудник Китайского центра международных экономических обменов, заместитель директора Департамента промышленного планирования Чэнь Янь

Младший научный сотрудник Китайского центра международных экономических обменов, заместитель директора Министерства информации Сунь Куй

Директор Департамента коммуникаций Китайского центра международных экономических обменов Ху Сяоцзюнь

Преподаватель Института энергетических исследований Шанхайского университета транспорта Инь Хайтао

Доцент Антайского колледжа экономики и управления Шанхайского университета транспорта Хань Юэшань

Лектор Института марксизма Тяньцзиньского научно-технологического университета Ян Лай

Докторант Исследовательского центра энергетической и экологической политики Пекинского политехнического университета

Предисловие

Низкоуглеродное развитие экономики с каждым днём становится всё более широким консенсусом, актуальным для всех стран, и необходимым выбором для решения ухудшающихся изо дня в день проблем загрязнения окружающей среды и потепления климата, а также для реализации программы устойчивого развития человеческого общества. Всё больше стран рассматривают низкоуглеродное развитие в качестве основной национальной стратегии и считают экологичные технологические инновации, связанные с низким углеродом, будущей вершиной нового этапа научно-технической и промышленной конкуренции. Вопреки тому, что Соединённые Штаты Америки, невзирая на критику со стороны мирового сообщества, прекратили участие в Парижском соглашении 2015 года, Китай, страны Евросоюза и другие страны, подписавшие договор, по-прежнему активно продвигают программы по борьбе с изменением климата после 2020 года для достижения цели по удержанию роста глобальной средней температуры ниже 2 °C. Глобальная тенденция к экологичному, низкоуглеродному развитию уже окончательно сформировалась и является необратимой.

С проведением политики реформ и открытости экономика Китая развивается с небывалой скоростью и достигла успехов, привлекающих внимание всего мира. Экономика Китая является второй по величине экономикой мира. Вместе с тем Китай занимает первое место в мире по объёму выбросов углекислого газа. Будучи страной, готовой нести ответственность, Китай принимает активное участие во внешних переговорах по реагированию на глобальное изменение климата, и в 2015 году подписал Парижское соглашение, тем самым взяв на себя обязательства по сокращению выбросов парниковых газов после 2020 года в рамках глобальной инициативы по борьбе с изменением климата. Относительно внутренней политики Китай выдвинул пять основных концепций развития: инновационность, скоординированность, экологичность, открытость, общедоступность, стимулировав таким образом экологичные, низкоуглеродные трансформации экономики и общества.

Суть низкоуглеродного развития заключается в сокращении энергопотребления и выбросов углекислого газа на единицу ВВП. В 13-м пятилетнем плане социально-экономического развития КНР оба вышеизложенных пункта были установлены в качестве обязательных целей социально-экономического развития на период 13-й пятилетки (2016-2020). К 2020 году эти показатели должны снизиться на 15 и 18% соответственно в сравнении с 2015 годом.

Энергетический переход является крепкой опорой низкоуглеродного развития. Опубликованная в 2016 году «Революционная стратегия в области производства и потребления энергии (2016-2030)» является средне-долгосрочной стратегией Китая в сфере энергетического развития, которая, помимо подтверждения целей энергетических преобразований, заключающихся в контроле общего количества потребления электроэнергии в пределах 5 млрд. тонн условного топлива (угольный эквивалент) к 2020 году, в большей степени ориентируется на использование альтернативных источников энергии в качестве основы прироста энергоресурсов в будущем. Это означает, что будущий энергетический спрос будет зависеть, в основном, от степени обеспеченности альтернативными источниками энергии – главного фактора низкоуглеродного развития Китая. В данной стратегии также определены среднесрочные и долгосрочные цели энергетического развития, соответствующие целям Китая по выполнению обязательств в рамках Парижского соглашения: к 2030 году контролировать общее количество потребления энергии в пределах 6 млрд. тонн условного топлива (угольный эквивалент), привести долю неископаемых источников электроэнергии к 20% от общего количества энергопотребления, выбросы двуокиси углерода на единицу ВВП сократить на 60-65% по сравнению с 2005 годом, достичь пика эмиссии «настолько скоро, насколько это окажется возможным», или же примерно к 2030 году.

Низкоуглеродное развитие – это необходимый для Китая способ смягчения нагрузки на окружающую среду, а также неизбежный выбор, которым Китай, участвуя в глобальном управлении, продемонстрирует нравственность великой нации. Содействие низкоуглеродному развитию, укрепление ведущей роли низкоуглеродных технологий, гармоничное развитие экономики и общества – это стратегическая задача, соответствующая новой социально-экономической эпохе Китая.

Научная группа Китайского центра международных экономических обменов, возглавляемая доктором наук Цзэн Шаоцзюнем, провела углублённый анализ и исследование этого вопроса и разработала стратегию «Низкий углеродный след+», вдохновлённую концепцией «Интернет+». «Интернет+» предлагает новые идеи для структурной перестройки и промышленной модернизации в соответствии с новой экономической нормой. «Низкий углеродный след+», в свою очередь, стремится к горизонтальной интеграции смежных областей для реализации низкоуглеродной стратегии во всех аспектах социально-экономической деятельности, преобразований в различных сферах, где экологичный низкий углерод является основной целью и фактором эффективного развития.

Научная группа провела всесторонний анализ фундаментальной теории «Низкий углеродный след+» и практики низкоуглеродного развития ведущих стран и наметила «маршрут» реализации стратегии «Низкий углеродный след+» в Китае. В частности, были даны конкретные предложения относительно трансформации отраслевого развития в рамках стратегии «Низкий углеродный след+ в первичном и вторичном секторах экономики, а также в строительной, транспортной, энергетической отраслях. Учитываются и потребительский сектор и финансовая поддержка низкоуглеродного развития.

В этой книге подчёркивается, что стратегия «Низкий углеродный след+» является продолжением низкоуглеродного развития, а экологичность – это её основа и сущность. Книга представляет собой результат полезных для всего мира исследований, проведённых Национальным аналитическим центром. В ней предлагается новый взгляд на низкоуглеродное развитие и изложен неоценимый опыт. Будем надеяться, что книга сыграет положительную роль в экологичном, низкоуглеродном развитии Китая.

Хань Вэнькэ

Директор Института энергетических исследований Государственного комитета по делам развития и реформ КНР

Сентябрь 2018 г.

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ОТЧЁТ по исследованиям в рамках стратегии «Низкий углеродный след+»