Новый путь: китайская стратегия. «Низкий углеродный след+»
- -
- 100%
- +
Рис. 1. Тенденции изменений в области мирового энергопотребления, прогнозируемые ОЭСР (1980-2030 гг.)
В настоящее время крупнейшим потребителем энергии по-прежнему остаётся промышленный сектор, а структура энергетики неизменно продолжает базироваться на использовании ископаемых видов топлива. Наряду с этим, процесс энергопотребления сопровождается значительным объёмом выбросов CO2. По этой причине «энергосбережение» и «сокращение выбросов парниковых газов» стали ключевыми проблемами всего мира. Страны и международные организации используют различные каналы для решения этих проблем, в том числе принятие нормативных актов, таких как законы о возобновляемых источниках энергии и указы по повышению экологической эффективности; вместе с тем устанавливаются чёткие цели и принципы деятельности, среди которых целевые показатели повышения энергоэффективности и показатели развития возобновляемых источников энергии; осуществляется контроль доли квот для различных предприятий, вследствие чего энергетические предприятия принуждаются к повторному использованию энергии. Все стороны, задействованные в решении экологических вопросов, надеются на основе всестороннего подхода остановить глобальное потепление и решить проблемы, вызванные энергетическим кризисом.
Важным рубежом устойчивого развития стало соглашение, достигнутое мировым сообществом 7 декабря 2009 года в Копенгагене, на конференции ООН по вопросам изменения климата. В конференции приняли участие главы Министерств охраны окружающей среды и другие официальные лица из 192 стран. Они встретились в Копенгагене для 12-дневного обсуждения проблемы изменения климата и переговоров о продлении Киотского протокола об ограничении выбросов в атмосферу вредных веществ после истечения срока действия обязательств первого этапа. Конференция продлилась на один день дольше, чем было запланировано первоначально. Итогом стало принятие не имеющего юридической силы Копенгагенского соглашения. Китай, будучи крупнейшей развивающейся державой, взял на себя ответственность и обязался сократить выбросы CO2 на единицу ВВП к 2020 году на 40-45% по сравнению с 2005 годом. Относительно позиции развивающихся стран, это обязательство можно назвать новаторским. Важным способом перехода от индустриальной цивилизации к экологически культурной является зелёное низкоуглеродное развитие, при этом основными движущими силами выступают предотвращение климатических рисков, ресурсосбережение, защита окружающей среды и повышение низкоуглеродной конкурентоспособности. После промышленной революции чрезмерное использование человеком в своей деятельности ископаемых энергоресурсов привело к глобальному изменению климата. В пятом оценочном докладе МГЭИК (Межправительственная группа экспертов по изменению климата) высказывается мысль о том, что если глобальная концентрация парниковых газов не превысит 450 млн. в эквиваленте CO2, то выбросы парниковых газов по причине человеческого фактора должны быть сокращены на 40-70% к 2050 году по сравнению с уровнем 2010 года, а уровень нулевых выбросов должен быть достигнут к 2100 году.
Парижское соглашение, подписанное в 2015 году, подаёт всему миру сигнал о дальнейшем переходе на низкоуглеродные технологии в глобальном масштабе. Целью Парижского соглашения является осуществление положений Рамочной конвенции ООН об изменении климата, в частности, удержать рост глобальной средней температуры «намного ниже» 2 °С в сравнении с доиндустриальным уровнем и «приложить усилия» для ограничения роста температуры величиной 1,5 °С. Таким образом, мировое сообщество сможет в ближайшем будущем достичь пика эмиссии парниковых газов и прийти к чистому нулевому уровню выбросов ко второй половине текущего столетия.
К настоящему времени страны достигли глобального консенсуса в отношении концепции «низкоуглеродного» развития, которое представляет собой будущий вектор совместных усилий человечества.
1.2. ТРУДНОСТИ И ПРОБЛЕМЫ ТРАДИЦИОННОГО НИЗКОУГЛЕРОДНОГО РАЗВИТИЯ
Концепция низкоуглеродного развития получила всеобщее признание в глобальном масштабе, однако, по мере её дальнейшего продвижения постепенно стали возникать некоторые проблемы.
Во-первых, отсутствие связи между низкоуглеродным и промышленным развитием привело к тому, что в некоторых регионах перенос промышленности стал предлогом для перемещения области загрязнения окружающей среды и выбросов парниковых газов. Если перенос промышленности связан лишь с переносом предприятий, характеризующихся высоким уровнем загрязнения окружающей среды и высоким уровнем выбросов парниковых газов, из развитых регионов в менее развитые или из развитых стран в развивающиеся, то, несмотря на возможность промышленной модернизации и ликвидации отсталых и высокоэнергоемких предприятий в краткосрочной перспективе в некоторых регионах, в действительности это не более чем смена местоположения предприятий, не имеющая никакого практического значения.
Во-вторых, низкоуглеродное развитие и ликвидация избыточных производственных мощностей, вероятно, окажут значительное влияние на темпы экономического развития в развивающихся странах, а мероприятия по закрытию и перепрофилированию производства повысят уровень стресса, вызванного поиском работы, у населения, что в дальнейшем может спровоцировать определённые социально-экономические потрясения. По мере экономического роста общее энергопотребление развивающихся стран может относительно увеличиться, однако подобного рода увеличение весьма рационально, несмотря на то, что выбросы двуокиси углерода также будут расти. Низкоуглеродная экономика – это модель экономического развития, основанная на низком энергопотреблении, низком уровне загрязнения окружающей среды и низких объёмах выбросов углекислого газа. Технологические инновации являются ядром низкоуглеродной экономики, и по этой причине предприятия должны укреплять потенциал в области технологических инноваций, поддерживать независимые исследования и разработки, чтобы производимая продукция в большей степени соответствовала требованиям «низкоуглеродной эпохи».
В-третьих, традиционное низкоуглеродное развитие сталкивается с так называемыми «зелёными торговыми барьерами», под которыми понимается введение жёстких и обязательных технических стандартов для ограничения импорта продукции, не отвечающей стандартом энергопотребления и экологической безопасности, что объективно создаёт технические барьеры в сфере международной торговли. В преамбуле «Соглашения по техническим барьерам в торговле» ВТО говорится, что «ни одной стране не должно создаваться препятствий для принятия мер, необходимых для обеспечения качества её экспорта или защиты жизни и здоровья людей, животных или растений, охраны окружающей среды».
По этой причине меры, принимаемые развитыми странами относительно «зелёных торговых барьеров», являются неоспоримыми.
По мере глобального продвижения концепции низкоуглеродного развития, продукция, не соответствующая зелёной концепции производства на низкоуглеродных ресурсах, в обязательном порядке должна быть ликвидирована. «Зелёные торговые барьеры» устанавливаются на фоне значительных экономических и технологических контрастов между развитыми и развивающимися странами и наделены скрытыми и дискриминационными характеристиками. «Зелёные торговые барьеры» будут оказывать определённое воздействие на предприятия в развивающихся странах, главным образом, в области перерабатывающей промышленности, но в определённой степени будут также способствовать модернизации и преобразованию промышленности предприятиями, поощрять их инвестиции в научно-технические исследования и разработки, что фактически является неизбежной тенденцией, в соответствии с которой предприятия будут принимать участие в международной конкуренции.
В заключение отметим, что необходимо усилить интеграцию концепций низкоуглеродного развития с реструктуризацией промышленности, объединить первичный и вторичный секторы экономики, потребляющие большое количество энергии, и всесторонне содействовать низкоуглеродному развитию в глобальном масштабе. Таким образом, постепенно была выработана стратегия «Низкий углеродный след+», представляющая собой сочетание концепций низкоуглеродного развития и экономического роста, перепрофилирования производства и охраны окружающей среды в глобальном масштабе.
2. Сущность стратегии «Низкий углеродный след+»
За десять с небольшим лет своего существования концепция низкоуглеродного развития постепенно была принята людьми, но механизмы её реализации не получили широкого распространения из-за сосуществования с концепциями экологически чистой продукции, энергосбережения, экологической безопасности, экологической среды и др. Стратегия «Низкий углеродный след+» была разработана с целью изучения и расширения нового содержания и «оживления» низкоуглеродной сферы. Кроме того, успешное применение концепции «Интернет+» даёт представление о стратегии «Низкий углеродный след+». Взаимодействие информационных технологий и традиционных отраслей повлекло за собой создание новой точки экономического роста и соединение низкоуглеродной политики с иными курсами, а низкоуглеродные технологии стали инструментом достижения определённых целей государственной политики.
Стратегия «Низкий углеродный след+» тесно взаимосвязана с концепцией «Интернет+». Концепция «Интернет+» была разработана в 2015 году, через десять лет после «рождения» китайской сетевой торговли в 1995 году. На тот момент область интернет-коммуникаций развивалась уже в течение двадцати лет. Концепция «Интернет+» была возведена в ранг национальной стратегии. Китай мгновенно стал мировым рынком электронной торговли с общим объёмом транзакций на сумму 18 трлн. юаней в области электронной коммерции. 5 марта 2015 года на сессии Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) 12-го созыва премьер-министр Ли Кэцян предложил план действий по реализации стратегии «Интернет+». Так называемая стратегия «Интернет+» заключается в использовании интернет-платформы и информационно-коммуникационных технологий для объединения Интернета и различных отраслей промышленности, в том числе традиционных, с целью создания новой экологии в новых областях.
Премьер-министр КНР Ли Кэцян в своём отчёте о работе правительства чётко заявил, что целью стратегии «Интернет+» является «содействие интеграции мобильного Интернета, облачных вычислений, «больших данных» (big data) и Интернета вещей с современным производством, что обеспечит здоровое развитие электронной коммерции, индустриальных сетей и интернет-банкинга, а также поможет интернет-компаниям нарастить присутствие на международном рынке».
С точки зрения промышленного развития, «Интернет+» представляет собой не стоп-фактор существования традиционных отраслей промышленности, но способ их обновления и совершенствования. Приведём конкретные примеры.
Так, в области коммуникационных услуг, в соответствии с концепцией «Интернет + Связь», получили развитие и широкое распространение программы для мгновенного обмена сообщениями. На данный момент почти каждый пользователь применяет те или иные программы мгновенного обмена сообщениями и осуществляет процесс коммуникации путём голосовых, текстовых и даже видео-сообщений. Однако традиционные операторы телекоммуникационных услуг, столкнувшиеся с проблемами из-за появления программ для мгновенного обмена сообщениями, как, например, WeChat, оказались в достаточно сложной ситуации, поскольку доходы от предоставления традиционных услуг голосовой связи и SMS-сообщений резко упали. Тем не менее в настоящее время, с развитием и реализацией стратегии «Интернет+», доходы от предоставления услуг по передаче данных значительно превысили их снижение от услуг голосовой связи. Таким образом, очевидно, что появление и развитие Интернета не подорвало отрасль телекоммуникаций, а скорее способствует изменениям в этой отрасли и модернизациям со стороны операторов.
Что касается транспортного сектора, в прошлом, когда мобильный Интернет не был распространён, рынок транспортных перевозок и транспортных средств не получал полноценного развития, однако с популяризацией мобильного Интернета прежние методы регулирования транспортных коммуникаций претерпели сильные изменения. От зарубежных сервисов Uber и Lyft до китайских мобильных транспортных компаний, таких как Didi Chuxing и Kuaidi Dache, мобильный Интернет дал толчок к созданию ряда программ, позволяющих вызвать такси, прибегнуть к услугам райдшеринга (совместного использования частного автомобиля с помощью онлайн-сервисов поиска попутчиков) или специализированной аренды транспортных средств. Несмотря на то, что применение этих сервисов в различных частях мира по-прежнему вызывает споры, благодаря интеграции мобильного Интернета с традиционным транспортным сектором подобные программы улучшили способы передвижения, увеличили объём использования транспортных средств, способствовали развитию экономики совместного потребления, активное использование Интернета позволило повысить эффективность транспортных единиц, снизить выбросы углекислого газа и внести значительный вклад в охрану окружающей среды.
В финансовой сфере неожиданное появление платёжного сервиса Юйэбао привело к некоторому отсутствию контроля в банковской деятельности, вследствие чего люди ставили под сомнение использование QR-кодов для проведения оплаты, поскольку видели в этом нововведении потенциальную угрозу. Однако, по мере того как государственные исследования в области интернет-финансов становились все более тщательными, UnionPay утвердил стандарт проведения оплаты посредством QR-кодов, благодаря чему интернет-финансы стали развиваться более упорядоченно, а также получили поддержку соответствующих государственных программ.
В последние несколько лет можно отчётливо увидеть интеграцию Интернета со сферой розничной торговли, электронной коммерции и иными областями. Здесь же стоит отметить, что «мобильный Интернет, в частности, сыграл значительную роль в модернизации издавна существующих, традиционных отраслей промышленности».
Действительно, всестороннее применение концепции «Интернет+» не только формирует «новую экологию» в таких областях, как интернет-финансы, интернет-транспорт, интернет-здравоохранение и интернет-образование, но и проникает в первичный, вторичный и третичный секторы экономики. По словам Ма Хуатэна предприниматель, COB (Chairman Of the Board – председатель правления, председатель совета директоров) и CEO (Chief Executive Officer – главный исполнительный директор; президент, высшая управленческая должность) китайской телекоммуникационной компании Tencent, промышленный Интернет проникает из сферы производства потребительских товаров в сферу производства оборудования и энергетики, новых материалов и другие индустриальные области, всесторонне содействуя преобразованию традиционных методов промышленного производства. Интернет в сельском хозяйстве также проникает из сферы электронной коммерции и иных звеньев сетевых продаж в производственную сферу, принося новые возможности и предоставляя широкое пространство для развития сельского хозяйства.
Непрерывное расширение применения концепции «Интернет+» повлекло за собой аналогичные процессы в соответствующих областях. Стратегия «Низкий углеродный след+» основывается непосредственно на концепции «Интернет+». В данной главе рассматривается сущность стратегии «Низкий углеродный след+».
2.1. ТРАНСФОРМАЦИЯ ТРАДИЦИОННЫХ ОТРАСЛЕЙ
Понятие «низкий углерод» в названии стратегии означает её сущность, знак +» – ключевые области развития: промышленность, сельское хозяйство, строительство, транспорт, энергетика, финансы и потребление и др.
«Низкий углеродный след + Промышленность»
На данный момент крупнейшим потребителем энергии в Китае является промышленный сектор. В энергетической структуре по-прежнему превалирует использование ископаемых энергоносителей. Промышленный сектор обладает наибольшим потенциалом декарбонизации как с точки зрения энергопотребления, так и с точки зрения объёма выбросов. Декарбонизация промышленности – важный вектор в рамках стратегии «Низкий углеродный след+», тесно связанный с инновациями, экологичностью, переработкой и интеллектуальными ресурсами.
Успехи промышленного низкоуглеродного производства
12-я пятилетка – период, в течение которого наблюдался активный прогресс в отношении энергосбережения и сокращения выбросов в промышленном секторе Китая. В 2011-2014 гг. промышленные отходы были снижены на 155 млн. тонн стали, более 600 млн. тонн цемента и 32,66 млн. тонн бумаги, что в 1,6 раза, 1,6 раза и 2,2 раза больше, чем обозначено в целях 12-й пятилетки. В первые четыре года 12-й пятилетки интенсивность выбросов ХПК (химическое потребление кислорода) на единицу добавленной стоимости снизилась в промышленности на 36%, а интенсивность выбросов аммиачного азота – на 40%. Потребление энергии на единицу ВВП снизилось на 13,4%, выбросы углекислого газа на единицу ВВП – на 16%, а потребление воды на единицу добавленной стоимости в промышленности – на 2%.
С точки зрения политических решений, изменение климата и нехватка энергоресурсов предоставляют Китаю уникальную возможность для осуществления рывка в социально-экономическом развитии. Китай должен найти наилучший баланс между гармоничным развитием и низким уровнем выбросов углекислого газа путём трансформации своей модели развития, корректировки промышленной структуры и реализации целей в области энергосбережения и сокращения выбросов. Согласно выпущенному Государственным советом КНР в 2013 году «Плану работ по контролю выбросов парниковых газов на 12-ю пятилетку», к 2015 году объём выбросов углекислого газа на единицу ВВП сократится на 17% по сравнению с 2013 годом, и начнётся формирование рынка торговли квотами на эмиссии парниковых газов. Ожидается, что в 2013-2050 гг. Китай найдёт путь низкоуглеродного развития, соответствующий китайским характеристикам, и добьётся 10-кратного увеличения ВВП на душу населения при увеличении объёма выбросов CO2 на душу населения всего лишь на 50%.
Проблемы промышленного низкоуглеродного производства
Нехватка ресурсов и загрязнение окружающей среды
Цель развития низкоуглеродной экономики – ресурсосбережение и обеспечение защиты окружающей среды. Этап стремительного экономического развития, на котором в настоящее время находится Китай, характеризуется не только высокими показателями энергопотребления, но и очевидным ростом спроса на ресурсы. Согласно прогнозам, в 2020 году из 45 важнейших видов полезных ископаемых, необходимых для экономического развития Китая, можно гарантировать наличие только 24 видов, при этом 10 видов являются дефицитными, 9 видов – критически дефицитными; предполагается, что важные минеральные ресурсы, такие как нефть, железо, медь, свинец и цинк, будут в основном импортироваться. Высокая численность населения Китая подразумевает, что объём запасов природных ресурсов на душу населения намного ниже мирового уровня. В следующем десятилетии Китай по-прежнему будет находиться на этапе быстрой индустриализации, вследствие чего нехватка ресурсов станет ещё одним важным фактором, препятствующим экономическому развитию.
Наряду с ускорением темпов урбанизации и модернизации проблемы загрязнения окружающей среды в Китае усугубляются с каждым днём, что не только влечёт за собой экономические издержки на восстановление окружающей среды, но и указывает на необходимость развития низкоуглеродной экономики. Нынешний процесс индустриализации и развития тяжёлой промышленности привёл к высокому уровню загрязнения окружающей среды вследствие функционирования угольной, сталелитейной и химической промышленности, что составляет 70% от уровня загрязнения воздуха. Наряду с этим, загрязнение атмосферы, вызванное выбросами диоксида серы и сажи, усугубляется. 1/3 земли в Китае подверглась пагубному воздействию кислотных дождей, а уровень загрязнения воздуха и грунтовых вод в городах становится всё более и более серьёзным. Кроме того, скорость восстановления окружающей среды не превышает скорости нанесения ей ущерба. Проблема загрязнения окружающей среды постепенно распространилась с суши на прибрежные территории, что демонстрирует сложность ситуации относительно бытового и промышленного загрязнения, в том числе традиционными и инновационными способами, что представляет собой серьёзную угрозу устойчивому развитию экономики Китая.
Трудности в изменении структуры энергетики, основанной на использовании угля
Главными промышленными отраслями Китая являются отрасли, характеризующиеся высоким уровнем потребления энергии. Стремительное развитие китайской экономики требует фундаментальной поддержки со стороны подобных отраслей, вследствие чего спрос на энергоресурсы непрерывно растёт. Согласно данным службы государственной статистики Китая, в 2008 году общее количество потребления энергии достигло 2,85 млрд. тонн условного топлива (в угольном эквиваленте), что практически в три раза больше по сравнению с показателем 1990 года в 0,99 млрд. тонн условного топлива. По последним данным, объём потребления первичных энергоресурсов в Китае в 2010 году составил 3,25 млрд. тонн условного топлива (в угольном эквиваленте), что на 6% больше по сравнению с показателями предыдущего года. Подобные показатели потребления энергии характеризуют Китай как крупнейшего потребителя энергии в мире. С точки зрения энергетической структуры Китая, уголь является наиболее важным источником энергии. Несмотря на то, что доля угля в общем объёме используемых энергоресурсов снизилась, уровень зависимости энергетической структуры от угля не претерпел каких-либо изменений. В 2007 году 69,5% от общего уровня потребления первичных энергоресурсов в Китае приходилось на уголь, в то время как средний мировой показатель составлял 27,8%, в развитых странах аналогичный показатель оставался в пределах 20%, следовательно, зависимость Китая от угля намного выше, чем других стран. По сравнению с прочими ископаемыми видами топлива, удельные выбросы по причине сжигания угля на единицу тепловой энергии значительно выше. Если в качестве примера привести количество удельных выбросов в результате сжигания нефти и природного газа, то удельные выбросы в процессе сжигания угля выше на 36% и 61% соответственно, что также является основной причиной высокого уровня выбросов углерода в Китае. В то же время в существующей структуре промышленности Китая по-прежнему наибольшая доля приходится на вторичный сектор экономики. В 2010 году на долю добавленной стоимости вторичного сектора приходилось 48,6% ВВП, 28,9% – на долю лёгкой промышленности и 71,1% – на долю тяжёлой; наряду с этим, доля третичного сектора экономики, потребляющего меньшее количество энергии, невелика и составляет 40,1%. Подобная структура отрасли, базирующаяся на тяжёлой промышленности, затрудняет повышение энергоэффективности в Китае.
Трудности в развитии низкоуглеродных технологий
Низкоуглеродные технологии – это технологии, соответствующие особенностям низкоуглеродного развития и способствующие эффективному контролю над эмиссией парниковых газов. Низкоуглеродные технологии включают в себя энергосберегающие технологии, технологии использования возобновляемых источников энергии, инновационные энерготехнологии, технологии улавливания и хранения углерода и т.д. Низкоуглеродные технологии являются движущей силой и ключевым звеном в развитии низкоуглеродной экономики. В настоящее время в Китае существуют трудности с инновационным потенциалом, передачей научно-технических достижений и применением низкоуглеродных технологий.
Во-первых, по уровню развития и инновационному потенциалу низкоуглеродных технологий, таких как технологии когенерации (процесс совместной выработки электрической и тепловой энергии), экономически эффективные фотоэлектрические технологии, биоэнергетические и водородные технологии, Китай на данный момент уступает другим странам. Наряду с этим, финансовая поддержка и экономическое стимулирование осуществляются на недостаточно высоком уровне. В докладе ООН «О развитии человека в Китае» (2010 г.) указано, что в настоящий момент в Китае не сформирована база для 42-х ключевых низкоуглеродных технологий из известных 60-ти. Во-вторых, lock-in effect (привязка к поставщику) представляет собой серьёзное препятствие для развития низкоуглеродных технологий. Это означает, что объекты инфраструктуры, транспортные средства и иные объекты инвестирования в данный момент существуют за счёт традиционных прикладных технологий и не могут быть ликвидированы в краткосрочной перспективе, вследствие чего долгосрочность технологий и инвестиций «блокируется», а условия для инвестирования в новые технологии становятся более сложными. В-третьих, несмотря на то, что в Киотском протоколе особое внимание уделяется «передаче экологически безопасных технологий» развивающимся странам, а развитые страны дали на это официальное согласие, данный процесс сопровождается множеством проблем и определённого рода «отговорок», поскольку развитые страны опасаются потерять свою конкурентоспособность. Это ещё больше затрудняет путь Китая к независимым исследованиям и разработкам.