Красная пыль

Глава 7. Туман и зеркальная лента

Густой клочковатый туман затопил все овраги, а потом осмелел и медленно выполз, разливаясь белой пеленой, просочился в распахнутые окна, тронул изящные дверные ручки, оставляя на них россыпь крохотных холодных капелек, превратил заросли кустарника в низкую колючую тень. Бесшумно парящий над крышами Красный казался огромным хищным монстром, лениво облетающим свои охотничьи угодья в надежде поживиться.

Недалеко снова звонко хрустнула тонкая веточка. Запирающий массивную дверь Иллеон вздохнул – туман не отступал уже третьи сутки. Вся округа превратилась в зыбкое, размытое отражение в старом забытом зеркале. Лео чудилось, будто он завис здесь, в этой мутноватой молочной пене. Красный же, напротив, бодро рассекал туда-сюда, пугая местную измельчавшую фауну негромким, но внушительным клекотом.

– Красавец… – заметила Уна и продолжила увлеченно следить за пируэтами сверхбыстрого. – Он похож на пробудившегося от векового сна древнего ящера. Такой весь пла-а-авный, сильный. Я ему завидую. Очень.

– Думаешь, он счастливое существо? – Лео покосился на Тихушницу с интересом.

– Да, в моем понимании, – она кивнула очень убежденно. – Свободный от целого набора дурацких страхов и сомнений по поводу стоимости тех или иных поступков, выбора.

Уна нахмурилась, шагнула к будущему попутчику, поймала его взгляд и решительно выступила:

– Ты задал маршрут, выбрал интересующие тебя точки, но мне нужно прояснить кое-что заранее. Договориться.

– Просто кормежка уже не актуальна? – молодой Экгер сунул руки в карманы комбеза и приподнял бровь. – Требуются еще какие-нибудь… хм, высокопарные речевки, обещания, гарантии, девиз для нашего научно-исследовательского трио?

– Нет. Это… это о другом, – Ракуна не оценила его иронии и продолжила, проговаривая слова немного отрывисто, торопливо. – Мне нужно попросить тебя… кое о чем. На пути следования меня не раз и не два узнают в лицо. Могут и по внешнему виду определить, кто я есть такая – оружие, одежда. Некоторые просто равнодушно отвернутся, чуть более психованные могут напасть, а какие-нибудь сердобольные доброхоты с удовольствием напоют тебе на ухо мно-о-ого всего интересного обо мне, особенно за вознаграждение, и все…

– Слушай, мне насрать, кто там и что, – фыркнул Лео было, но Уна раздраженно топнула, чтоб не перебивал:

– И все, что наговорят, будет правдой! Ну, почти, – она нервно одернула на себе куртку. – Возможно, наш народец даже начнет спасать тебя, мол, ах, бедный чистенький мальчик, ах, брось каку! Так вот, если проникнешься их россказнями, просто скажи мне, чтоб проваливала, и дело с концом. Без экивоков. Не надо линять тайком или тащить меня за собой из жалости и благородства, понял? Одно слово, и все. Мне нужно правильно оценивать ситуацию и свое положение. Не хочу неожиданно обнаружить, что меня уже никто не прикрывает.

Техник Первого уровня очень быстро и профессионально разобрал все сказанное ею на составляющие, как несложный механизм, и сделал выводы. Он прихватил рыжую за локоть, чтоб не улизнула, и негромко процедил:

– Договориться, значит? Без экивоков? Давай. Ты какая-то странная. Мутная, как туман, которого боишься. Грубоватая, с матерком, а потом вдруг ни одного едкого словечка за два дня, древний ящер, свобода от страхов, правильно оценивать ситуацию… нестыко-о-овочка выходит. Поясни. Не люблю, когда с двойным дном, – он договорил и отпустил локоть, вспомнив ее «Не трогай меня!»

– Это я с двойным?! – Тихушница вспыхнула и ринулась в атаку, забыв, что вообще-то должна побаиваться этого двухметрового громилу. – Личный боевой транспорт, сложные дорогие инструменты, натертые до блеска разноцветные стеклышки-витражи на круглом окне, ожившие лампы-цилиндры, игра света и работа искусного мастера… эстет долбанный! Может, у тебя еще и фамилия имеется, а ферт?

Красный, крадучись, надвинулся на фурию сзади и задумчиво приподнял за кончик ее огненную косу. Уна отмахнулась палкой, бросив ему:

– Хватит лапать! – и снова сердито уставилась на Лео. – Ну так что? Имеется?

– Может, обсудим по дороге?.. – предложение было дельным, но собеседница негромко зашипела, и Лео, приняв слегка высокомерный вид, представился ей полным именем: – Дориэнн Лоренс Иллеон Экгер, если ты так настаиваешь. Но лучше просто Лео, я уже говорил. Теперь ты.

Красный медленно покачался из стороны в сторону, проверяя работу стабилизаторов. Уна замерла с приоткрытым ртом, но быстро опомнилась и забормотала:

– Все-таки Высокобеложопие, надо же, угадала… Я – Ра… Ракуна.

– И все? Это полностью? – такие скрытность и упрямство даже вызывали некоторое уважение. – Фамилия? Род?

– Нету, – Уна мотнула головой и, чуть помявшись, пояснила. – Папашка у меня был и есть предводитель одной крупной группировки у Тухлой речки. Напыщенный, чванливый, но безродный. Его жена – другое дело. Алеар. Чистая, одна из тех самых Лангеров, Ланов. Папаша ужасно гордится ею, даже больше, чем своими породистыми вихрастыми голубями, наверное. Только я не ее дочь, а одной из многочисленных отцовских женщин, ну, со стороны. Он называет их «бабье стадо», а меня и сводных – босяки и еще… кое-как.

Лео закатил глаза и проинформировал:

– Слушай, меня уже подташнивает от этого вашего серого мироустройства, но и разобраться в нем хочется, хоть немного. Давай выдвигаться, мы и так слишком долго здесь…

– Еще кое-что, последнее, – Уна отошла немного и вытянула руку с черной палкой. – Смотри.

Оружие ощерилось полупрозрачными чешуйками и защелкало. На его черной поверхности вспыхнули блеклые желтые полоски, словно неровные следы от удара когтистой лапкой. Лео медленно пересчитал зарубки – одиннадцать – и поймал взгляд своей спутницы. Уна смотрела твердо, выжидающе, мол, «Гожусь?»

– Какая опытная сотрудница мне попалась, – съехидничал Техник и задумался. – Отец всегда говорил, что с персоналом надо работать очень тщательно. Интересно, что бы он сказал про эту занимательную арифметику? Стоимость поступков, выбора… и как? Тебе пока есть, чем платить по счетам? Или уже в долг существуешь?

Тихушница пожала плечами, тихо предположив:

– Скорее живу любой ценой.

– Принято, буду знать, – кивнул Лео и протянул ей руку. – Приятно познакомиться, Ракуна.

– Просто Уна, – попросила та, крепко пожимая его жесткую ладонь.

Техник не отпустил ее руку, а осторожно притянул Уну к себе и внес последние, очень важные для него пункты в их договор о сотрудничестве:

– Запомни, я никогда тебя не брошу. Не слиняю. Это не в моих правилах. И всегда буду на твоей стороне, если что.

Уна опасливо покосилась на свою жалкую лапку, зажатую его загорелой ручищей, и усмехнулась:

– Что, все-таки решил толкнуть высокопарщину? Речевки, девизы? – она прищурилась и замурлыкала. – Не бросишь, значит? Не могу обещать тебе этого – слишком ссыкливое я создание. В случае опасности буду в панике искать темную норку, ввинчиваться туда кверху задом и трястись, пока все вокруг не успокоится. Так что…

– Тоже принято, – Лео отпустил ее руку и кривовато улыбнулся, представив себе картинку с «кверху задом». – Начнем с первой точки нашей чудесной познавательной экскурсии с элементами выживания. Побережье. Ты уверена, что там нет тумана?

– Да, уверена. Пелена накрывает только континент. Всегда в одно и то же время. Это сезонное явление, так что пока нам лучше держаться у береговой линии.

Уна с интересом потрогала панель управления, задрала голову и присвистнула:

– Ого-о-о! Командная рубка даже больше, чем в старом транспортном корабле моего папаши. Снаружи зверь кажется меньше, но внутри…

– Корабле? – уточнил Лео, снял чехол с кресла второго пилота и проверил крепежные ремни. – Интересная терминология.

– Ага, – сияющая огнями панель, казалось, ввела гостью в состояние гипнотического транса. – Мы называем так транспортники и рыбацкие… – еще одно осторожное прикосновение пустило по радужной поверхности тонкие прожилки света. – Ух, кака-а-ая! Восхитительная, совершенно невероятная штуковина!

– Хорош наглаживать, он и так лезет к тебе каждые пять минут, – хмыкнул Лео, выставляя ограничение скорости, чтобы не тревожить чуть затянувшиеся бока Красного.

Махнув Уне на кресло, он пробормотал: «Я сейчас», – и ушел в хвостовой отсек – еще раз инспектировать швы на корпусе.

Уна проводила его взглядом, с любопытством покрутила головой, тронула ногой закрепленные под панелью черные контейнеры, случайным прикосновением активировала потрескивающий, но пустой Экран; приметила лежащее в нише темное Стекло с трещиной и прислушалась – Техник гремел железками где-то в отдалении.

Тихушница подцепила из ниши теплую тяжелую пластину, легонько постучала по Стеклу пальцами, ойкнула от яркости вспыхнувшего первым отпечатка, воровато оглянулась – никого – и присмотрелась к изображению.

Высокие холмы. Много света и красивая синеглазая женщина, окутанная нежным розовым платьем, теплым ветром, разлетевшимися белыми волосами – она взмахнула руками, как большая грациозная птица крыльями, и улыбалась кому-то, очень нежно.

Уна вздохнула, быстро мазнув по Стеклу пальцами. Немного неровная поверхность выдала еще один отпечаток.

Все те же уверенные свет и ветер. Почему-то изрядно похудевший Лео и обнимающая его со спины, вернее практически повисшая на нем… одна сплошная широченная улыбка – изящная девушка: идеальная белая кожа, копна идеальных локонов, пышное идеальное платье в полоску.

– Открой следующий.

Застигнутая на месте преступления Тихушница подпрыгнула, чуть было не выронив и без того взятое без спроса Стекло, но Лео почему-то совсем не разозлился. Он быстро глянул ей через плечо и повторил:

– Следующий отпечаток. Там их несколько, все с Феста в прошлом году.

Уна еще раз оценила идеальную полосатую девушку, перелистнула и в изумлении приподняла брови – на крупном плане Лео зачем-то бодался с зеркалом или… На следующем изображении уже была видна разница в комплекции и внешнем виде – здоровенный, почти лысый Техник держал свою более худосочную и пушистую копию в «нежном» захвате, а девчонка в локонах куда-то тащила охапку разлетающихся в стороны ярких гирлянд и платков. Уна рассмотрела детали и прыснула, отметив:

– Без волос ты просто зверюга, жуть! Встретишь в темном переулке и… ну, я бы описалась точно! – Она обернулась на его смешок и спросила. – А на самом первом, в розовом, это…

– Мама, – коротко ответил помрачневший Иллеон и ушел в коридор, зачем-то распотрошив шкаф у входа.

Уна вздохнула и снова тронула Стекло.

На следующем отпечатке был тот самый человек с тяжелым взглядом – плечистый, словно переполненный уверенной силой, коротко стриженный, черноглазый, только уже не в строгой темной форме, а в небрежной майке и распахнутой рубашке. За его спиной висел крупный острокрылый Симплекс.

– Увидела знакомое лицо?

Уна снова дернулась, укоризненно глянув на подкравшегося к ней Лео, и кивнула:

– Да, он был у нас. Представился как «Эксперт по безопасности Содружества», – воспоминание было коротким, но ярким. – Хотел договориться о соместных действиях, но они с Борхом не сошлись характерами, – Ракуна поднялась, осторожно положила Стекло на место и пробормотала. – Придурки Оры отказались. Мой папаша тоже. Ланы затребовали подогнать им чуть ли не весь межгалактический флот, шизанутые. А теперь…

– Мы все под сетью, – резюмировал Лео. – Отправляемся. Кстати, ты любишь музыку? Какая у меня есть? Громкая. Готова?..

– Лорна! – Эксперт Экгер неуклонно впадал в состояние, близкое к легкой панике. – Лорна, я тебя туда не отпущу, и это даже не обсуждается! Недели не прошло с процедуры замены, а ты…

– Так, Стекла для записей взяла, хм, – Госпожа Экгер остановилась посреди забросанной вещами и бумагами светлой гостиной и нахмурилась. – Что-то забыла, точно забыла, – вспомнив, она вскинулась, хлопнула в ладоши, – свитер для Айсы! – и быстрым шагом удалилась в спальню.

Рэй, вздыхая, потащился за ней. Из гардеробной раздавались шорохи и бормотание.

– Лорна! – Рэй устало примостился на кровати, насупился и приказал себе продемонстрировать кое-кому, что такое «Отказ без права апелляции»: – Тебе сейчас повредят любые перелеты.

– Мне повредят бездействие и отсутствие нормального сна из-за постоянного беспокойства, любимый! – раздалось в ответ из гардеробной.

Эксперт понял, что сдает позиции и зашел с другой стороны:

– На Границе выставлен Патруль. Вас с Белым скатом просто развернут безо всяких разговоров.

– Отчего же без разговоров? – Лорна выглянула, пристально оглядела мужа и снова скрылась из виду, продолжая возиться и грохотать содержимым контейнеров. – Я поговорю с милыми мальчиками из Патруля, непременно! Пообщаюсь! Заодно проверю твой персонал на стрессоустойчивость. Все-таки контрольная точка «Двадцать лет». Посмо-о-отрим, смогу ли я их переубедить.

– Лорна! Я сделаю тебе очень подробную голограмму места происшествия, сегодня же. Обещаю! – попытка снова получилась очень слабенькой.

– Не-е-ет, дорогой, лучше покажешь мне все на месте. Я посмотрю на ту планету, на сеть и на систему «Лисья-Фера». На расстоянии, близко не полезу, не волнуйся, но посмотрю.

Из гардеробной, прижимаясь к полу, выскользнули две широкие белые ленты Скиннера, сунулись было к хмурому Эксперту, но тут же отпрянули и боязливо юркнули под кровать.

Окруженная сияющим хрустальным роем Госпожа Экгер выскочила из-за зеркальной перегородки, бросила в кресло несколько увесистых свертков и пристально глянула на мужа. Подобрав полы тонкого халата, она присела рядом с ним и пристроила подбородок ему на плечо. Роящийся белый Скиннер, поклацывая, закружил вокруг высокой люстры, очевидно, признав в ней свою дальнюю родственницу.

Рэй вздохнул, покосился на Лорну и прошептал:

– Можно послушать?

– Опять? – она закатила глаза и поморщилась. – Как там Рид говорит… учет и контроль? Давай.

Лорна забралась на кровать и легла, прикрыв глаза. Рэй примостился рядом, ослабил пояс ее халата, прижался ухом к ее груди, еще поблескивающей серебристыми точками, и замер, выслушивая ровное сердцебиение…

– Чувствую себя старушкой, – тихонько посетовала Лорна. – Все носятся вокруг меня и лечат. Муж нежно, вдумчиво прислоняется лишь за тем, чтобы выяснить – не откину ли я тапки в ближайшее время, не пора ли составлять Стилл о наследовании, угу.

– Отличный ритм и наполненность, – хрипловато шепнул Эксперт и улыбнулся, коснувшись губами маленькой родинки под правой грудью жены. – Еще поскрипишь… бабуля.

– Рэй, я просто посмотрю, сделаю отпечатки, сканы и вернусь, не буду тебе больше мешать там. Честное слово!

Белый Скиннер нежно огладил щиколотку хозяйки с уже нечетким витым узором и захрустел.

– Хорошо, – сдался Эксперт. – Только туда и обратно. Посмотришь, как Лео сигналит, как передает нам огнями координаты своего следующего пристанища. Видимо, он решил не оставаться на одном месте. Думаю, это правильно – пусть Оры с Ланами и прочая шелупонь попробуют отследить и догнать сверхбыстрый Красный.

– Он так похож на тебя, – Лорна часто заморгала, судорожно вздыхая. – Наш мальчик. Он справится. Справится.

Рэй сел и нахмурился. От одного взгляда на плачущую жену ему захотелось передушить всех Оров, Ланов, разогнать ту самую прочую шелупонь, наорать на своенравного двухметрового мальчика и запереть его на годик-другой в особняке, лишив Первого квалификационного уровня за вопиющее несоблюдение техники безопасности. Норовистого красного зверя загнать туда же, привязав у крыльца за продолговатый хвост. Розовым кордом. В назидание обоим.

«Лишь бы живые…»

Эксперт поднялся с кровати и протянул руку всхлипывающей Лорне:

– Иллеон справится, а после я с ним поговорю. По-отцовски. Уж больно грандиозную замуту он учудил. Думаю, на моем веку его вряд ли кто переплюнет. Не плачь, синеглазка. Твой Белый слишком медлительный и мирный. Полетишь со мной. Можешь считать меня своим гидом. Согласна?

Пробраться на посадочную площадку оказалось совсем просто. Юркнуть в полуоткрытый шлюз – еще проще, почти весело.

Специальный отсек небольшого Симплекса был заполнен почти доверху. Аварийные стропы и паруса были свернуты тугими тюками и уложены поленницей. По стенам и потолку протянулись ниши с надежно закрепленными контейнерами – шкурки, лекарства, вода. Джуно усмехнулся – идеальное место для перелета, не зря Лео всегда советовал забиваться именно сюда в случае «какого-нибудь глобального пиздеца или просто проблем по жизни!»

Зеркальная лента анти-скана неприятно тянула кожу и похрустывала.

Джуно снял с себя длинную куртку, свернул ее, забросил на высокие тюки, зацепился, подтянулся, забрался наверх и улегся, улыбнувшись в блаженстве – тишина, полоски холодного света сквозь узкие слоты в корпусе, одиночество.

Симплекс дернулся, задраив все шлюзы.

Джуно задумался – иногда ему очень не хватало ярких эмоций: например, волнения или страха. Без них ощущения были как будто неполными. Джу закрыл глаза, предвкушая: «Сильные эмоции полезны, не так ли? А вдруг я все же смогу их почувствовать? Нужно проверить, непременно…»

Тюки дрогнули у него под спиной. Симплекс загудел мощными соплами.

Взлет.

Выныривающие из тумана подчиненные, едва завидев перед собой широко шагающую фигуру Орингера, старались немедленно занырнуть обратно, чтобы не попасть ему под горячую руку.

Тяжелая, окованная железом дверь основательно приложилась об стену, в угол полетела грязная коричневая куртка, черный прут с серебристыми вставками лег на массивный стол.

«Блядская завеса! – яростно, со свистом прошептал взбешенный Ор. – Нихрена не видно. Куда, куда ты делся, Арнес, говнюк?! Уже все обыскали… куда? Ни тебя, ни рядовых, ни этой вертлявой рыжей блошки…»

Орингер дернул из сумки сверток и выложил содержимое рядом с прутом.

Обрывок коричневого сукна с темными жесткими пятнами, несколько светло-серых перламутровых чешуек и радужный комок. Сорванная, выброшенная и забытая чужаком блестящая, зеркальная лента.

Ор склонил голову и тяжело оперся на скрипнувшую под его внушительным весом столешницу: «Где он? Где? Куда пропал? Найду, зашибу, паскуда! Больше никаких ему самостоятельных вылазок, никаких… никаких…»

Глава 8. Ветер с солью

Красный радостно заклекотал и Лео понял, что они уже близко. Система управления верно определила отвесный обрыв впереди – скалистый берег резко врезался в океан, вызывая у того бурное негодование. Огромные злые волны яростно атаковали сушу, безуспешно пытаясь прогнать со своей территории массивное темное плато. Сверхбыстрый, поймав бортами соленый влажный ветер, раскалил сопла и стремительной хищной птицей нырнул в темно-синюю глубину, оставляя за собой облачко горячего пара.

Лео послушал немного, как потрескивают от давления воды швы на корпусе, и покосился на соседнее кресло – одеяльный пирожок с торчащей наружу рыжей макушкой продолжал сладко посапывать. Тихушница и впрямь оказалась очень тихой попутчицей, соней и просто патологической сладкоежкой. Лео уже пожалел, что сразу же отдал ей мешок с конфетами и сухофруктами, сунутый ему в дорогу Армандой: «Надо было заныкать, а потом с помощью этого богатства шантажировать, интриговать, быть благодетелем… дрессировать опять же», – он оценил упущенные возможности, прыснул и снова глянул – из уютно простеганного кокона уже показалась заспанная скукоженная мордочка.

Уна сдула упавшую на нос пушистую прядку, потерла глаза, лениво осмотрелась, замерла и ошалело уставилась на Экран – подводный пейзаж действительно впечатлял до мурашек.

– Не пугайся, – Лео нравилось наблюдать за ней. – Просто проверяем обшивку.

– Нормально, – сипло оценила Уна, засунулась обратно в свою теплую нору и начала канючить уже оттуда. – А без меня на борту нельзя было проверить?! А если прорвет? Я воду не очень. Побаиваюсь, простужаюсь… и вообще…

– Цыц мне тут! – шутливо скомандовал Техник, наблюдая проплывающую недалеко стайку узких серебристых рыбин. – Разговорилась. У тебя там конфеты закончились, что ли? Ну-ка быстро зажевала парочку, чтобы рот обратно залип.

Одеяльный пирожок шумно вздохнул и зашевелился – Уна решила повернуться к обидчику задом и еще подремать, но сверхбыстрый едва ощутимо дрогнул, потом еще раз, и она, резко щелкнув креплениями, подорвалась с кресла и подскочила к Экрану:

– Черт! Мы далеко от берега?! Скажи, чтобы он не двигался, быстро!

– Стоп! Замри, – Лео нахмурился и пожал плечами. – Просто какое-то подводное течение, наверное.

– Нет! – Уна тронула мутноватое изображение, показывая на правый верхний угол. – Видишь? Это крюки с сетями. Мы чуть не напоролись на рыбацкие боты. Нужно всплывать. Только медленно, осторожно, чтобы нам тралом не прилетело, он очень громоздкий, с утяжелителями.

Лео разглядел еле заметную черную тень, бороздящую толщу воды справа, отметил про себя, что спец-датчики не сработали в более плотной среде, и скользнул по панели ладонью. Вода вокруг быстро посветлела и окрасилась тонкими розовыми лучиками – побагровевшее светило вышло из-за серой пелены туч только для того, чтобы вновь скрыться из виду в темно-синей неспокойной глубине океана.

Красный с шумом выпрыгнул из воды, почти теряясь в сглаживающей горизонт огненной пелене заходящего солнца.

Лео прикрыл глаза от такой ослепительной яркости, мотнул головой и прошептал:

– Я должен увидеть это вживую.

Техник ринулся к шлюзу, быстро разблокировал его и почти выпал наружу, прямо в сумасшедший алый закат. Спрыгнув на подножку, он ухватился за скобу у выхода и на секунду зажмурился – в лицо метнулись прохладные брызги – Красный на скорости игриво срезал верхушку у ближайшей волны, Лео рассмеялся – на мгновение показалось, будто он самостоятельно летит над этой прорвой воды и растопленного в ней света. Красный очень любил воду. Иллеон купался и дурил с ним почти каждый день на одном из безлюдных дальних пляжей Полиса.

Уна подползла к открытому шлюзу на коленках и боязливо выглянула, не решаясь вылезти подальше. Соленый ветер в момент растрепал ей волосы, и Техник тут же понял постоянно домогающегося до ее косы Красного – потрогать эту яркую разлетающуюся гриву захотелось до чертиков, но Лео лишь ухватился за вторую скобу, подтянулся, сел на край шлюза и поделился впечатлениями:

– Не такая уж она и Серая, ваша планетка, – шелковистые пряди огладили его по плечу и щеке. – Надо подправить название.

– Подправить? – Кое-как замотав запутанную копну в узел, Уна натянула сверху капюшон своей просторной кофты. – Опять вые… эстетствуешь?

– Ага, – он насмешливо приподнял бровь. – Хм-м-м. Знаешь, бывает такой побочный эффект от очень правильного, высокородного воспитания. Я бы назвал эту планетку… Рыжей.

– Ну, строго говоря, она по большей части Синяя, – прищурилась Тихушница. – Или, опять же, Рыбацкая. Рыба, морепродукты, редкие виды лекарственных растений и ягод – специализация Серой.

Вдали загрохотали огромные черные коробки, низко висящие над водой, словно стадо массивных медлительных животных. Их неровные, старательно залатанные бока были покрыты белыми солевыми наростами, из воды на толстых цепях поднимался наполненный доверху гигантский сачок с уловом. Местные юркие селедки бились в сетях, не теряя надежды вырваться на свободу.

Лео привстал, снова цепляясь за скобу, и с любопытством проследил за работой заскрежетавших на всю округу ботов, явно переделанных из старых транспортников. Задумав кое-что, он предвкушающе потянул носом и азартно поинтересовался:

– Слушай, а вон та рыба, крупная… на крюках, она вкусная?

– Спорный вопрос, – Уна усмехнулась. – Смотря сколько раз в день, и как долго ее есть. По началу – да, вкусная.

– Хочу попробовать, – озадаченно нахмурился любопытный турист. – Эти боты ведь автоматические? Все движения стандартные, никаких отклонений в работе, явно задан алгоритм. Одинаковый для всех.

– Ты собрался у них, что ли, стырить? – покривилась гид-экскурсовод. – Ой, не советую! Щупы и крюки у них… покруче, чем у Красного, и алгоритмик имеется на случай кражи, будь уверен!

– Не-е-ет, зачем тырить? – Лео еще раз рассмотрел неторопливых рыболовов. – Лучше открыть свой скромный промысел неподалеку. Во-о-он в том заливе плещется, видишь? Эй, друг! – он похлопал Красный по бугристому боку. – Разомнемся немного, а? Давай туда, только потихоньку, не спугни!..

Уна вскочила на ноги, покрепче уцепилась за поручень у входа и искоса глянула на Техника, отметив, как загорелись его и без того ярчайшие глаза: «Экгер. Настоящий -гер, будто на лбу написано. На этих хоть сто невзрачных униформ напяль, все равно боевитое нутро вылезет!»