Исповедь сталинского поколения

Кратко об И.Т. Шеховцове

Шеховцов Иван Тимофеевич, 1926 года рождения, уроженец Курской области. В 1930 году после «раскулачивания» вся семья, включая родителей И.Т. Шеховцова, его самого и двух младших братьев, была выслана в Кировскую область. Летом 1930 года, после опубликования статьи И.В. Сталина «Головокружение от успехов» как необоснованно раскулаченные возвратились в Курскую область, а затем переехали на постоянное место жительства в г. Харьков. Не вернулся из ссылки младший брат И.Т. Шеховцова.

В конце августа 1943 года 17-летний И.Т. Шеховцов ушел добровольцем на фронт. Воевал в качестве наводчика противотанкового орудия. Был ранен при разрыве вражеского снаряда, инвалид Великой Отечественной войны. Награжден орденами Славы и Отечественной войны, медалью «За отвагу», двумя медалями «За боевые заслуги».

В 1951 году с отличием окончил Харьковский юридический институт, в 1957 году – также с отличием исторический факультет Харьковского государственного университета. В течение 30 лет работал следователем и на различных прокурорских должностях (прокурор следственного отдела и отдела по надзору за законностью рассмотрения судами уголовных дел; прокурор-криминалист; начальник следственного отдела областной прокуратуры, старший помощник прокурора области). Четыре с половиной года работал адвокатом. Публиковался в издававшихся Прокуратурой СССР сборниках по вопросам расследования уголовных дел об умышленных убийствах и организации борьбы с тяжкими преступлениями, а также в союзных и республиканских журналах и местных газетах по проблемам правового, нравственного и военно-патриотического воспитания молодежи.

Личные качества И.Т. Шеховцова – обостренное восприятие несправедливости, непримиримое отношение ко лжи, нравственный максимализм. Эти проявившиеся еще в юности качества в зрелом возрасте укрепились и получили определенную направленность, связанную с образованием и профессией. Эти человеческие качества способствовали тому, что в разгар антисталинской истерии 1988–1990 годов И.Т. Шеховцов на знаменитых московских судебных процессах защищал честь и достоинство оболганного в годы перестройки поколения советской эпохи и своего Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина.

Об этих процессах, и не только о них, Иван Тимофеевич впоследствии написал книгу «Дело Сталина-»преступника» и его защитника», получившую высокую оценку читателей. В ней представлен огромный фактический материал, иллюстрирующий грандиозный исторический путь, пройденный советским народом под руководством И.В. Сталина, аргументированно разоблачены ложь и клевета, которые на протяжении ряда лет изливались на сталинскую эпоху и руководителей Советского государства.

В 2016 году И.Т. Шеховцову исполнилось 90 лет. Несмотря на свой более чем почтенный возраст, И.Т. Шеховцов и сейчас ведет активную общественную и литературно-публицистическую деятельность. Его часто приглашают на встречи со школьниками и студентами, в его квартире собираются молодежь и комсомольцы, чтобы послушать ветерана, узнать правду о героической советской эпохе. За эту активную позицию И.Т. Шеховцов уже не раз получал угрозы в свой адрес со стороны националистически настроенных элементов и от украинских властей, объявивших в Украине «декоммунизацию».

Однако в адрес И.Т. Шеховцова продолжают поступать и письма от его горячих сторонников, выходят статьи о нем в различных средствах массовой информации. В этих письмах и публикациях отражено отношение людей к И.В. Сталину, к истории нашей страны, поднимаются актуальные вопросы сегодняшнего времени и тех проблем, которые возникли в России и Украине после разрушения СССР.

По этой причине И.Т. Шеховцов принял решение опубликовать свой обширный архив, в котором содержатся бесценные свидетельства сталинского поколения об этом трагическом и героическом периоде нашей истории, оболганном в той клеветнической антисталинской кампании, которая началась, когда у руля нашей страны и Коммунистической партии оказалась группа людей, предавших свой народ, партию и национальные интересы своей родины.

В настоящем издании содержатся также отдельные выдержки из книги И.Т. Шеховцова «Дело Сталина-»преступника» и его защитника», выпущенной в г. Харькове издательством «Победа» (в 2004 и 2008 годах), опубликованные в них письма-отклики на судебные процессы и посвященный им фильм «Очищение».

Вместо предисловия

Знаете ли вы, что такое наводчик противотанкового орудия? Пример, достойный подражания

Мы уже неоднократно писали об Иване Тимофеевиче Шеховцове, мужественном борце за доброе имя И.В. Сталина. В годы перестройки и очернительства всего советского, социалистического И.Т. Шеховцов на ставшими знаменитыми московских судебных процессах 1988–1990 годов защищал честь и достоинство поколения сталинской эпохи и нашего Верховного Главнокомандующего.

Но ветеран и дальше ведет сражение, уже за сердца и умы современной молодежи. Ежегодно, 13 сентября, Иван Тимофеевич Шеховцов собирает у себя в небольшой харьковской квартире молодежь и ветеранов, и собравшиеся отмечают день рождения Зои Космодемьянской, героической партизанки, казненной фашистами 29 ноября 1941 г. Товарищ Шеховцов постоянно выступает перед школьниками с рассказами о героической советской эпохе, о строителях и защитниках Советской Родины, о высоком нравственном и патриотическом подъеме, который царил в сталинский период строительства и защиты социализма. На его квартире часто собирается молодежь, комсомольцы, слушающие слово правды ветерана.

Публикуем, с небольшими сокращениями, статью Первого секретаря Харьковского обкома комсомола Любы Ткачевой «Знаете ли вы, что такое наводчик противотанкового орудия?».

И я не знала. Ответ на этот вопрос нашла в опубликованном газетой «Черкасская правда» письме «Наш воин-Геракл – это мощная сила духа». Автор письма – белорусская партизанка Нина Ивановна Осадченко, секретарь подпольного райкома комсомола в Витебской области в годы Великой Отечественной войны. Нина Ивановна приводит рассказ советского писателя Евгения Носова, тоже наводчика противотанкового орудия. Вот отрывок из этого рассказа: «Война с ее кромешным грохотом и землетрясением, с рыжими выбросами матерой девонской глины, взрытой пикирующими «юнкерсами», командир орудия с перекошенным лицом в подтеках пота и налипшей пыли, что-то кричит мне, наводчику орудия, должно быть важное, нужное в сию роковую минуту, но неслышимое мною, потому что в ушах стоит звон и гул возбужденной крови; эти пятнисто окрашенные чудища, лязгающие, мельтешащие блескучими траками, ловящие, кажется, именно тебя черной дырой надульника, иногда харкающим коротким плевком выстрела, после которого, за отпущенный тебе миг ты должен распластаться под колесами собственной пушки, чтобы уцелеть и снова вскочить к прицелу, пока там, под толщей крупповской башни, перезаряжают утробу казенника, успеть выпустить свой поспешный, не очень вымеренный снаряд…».

«Легко представить, – пишет Нина Ивановна, – какую силу сдерживал совсем юный мальчик Ванечка Шеховцов, теряя товарищей, пока самого не ранило».

«Шел парнишке в ту пору восемнадцатый год» (из довоенной советской песни «За фабричной заставой»).

Командир 54-го противотанкового артиллерийского полка майор Коваленко: «В боях за освобождение родной земли от немецко-фашистских захватчиков Вы проявили себя бесстрашным и мужественным воином непобедимой Красной Армии, верным сыном великого советского народа. Вашим подвигом гордится вся наша часть. Объявляю Вам благодарность и от души поздравляю. Желаю здоровья и новых побед над врагом во славу нашей Советской Родины».

С каким подвигом поздравил командир полка наводчика противотанкового орудия? Об этом Иван Тимофеевич рассказал в московском киноконцертном зале «Баку» 20 декабря 1999 г. на торжественном собрании, посвященном 120-й годовщине со дня рождения Иосифа Виссарионовича Сталина. Вот этот рассказ (он приведен в 3-м томе его четырехтомной книги «Дело Сталина-«преступника» и его защитника»):

«25 августа 1944 г. Противотанковое орудие на прямой наводке. Рядом окопалась наша пехота. Немцы при поддержке танков пошли в контратаку. Еще не обстрелянные наши пехотинцы дрогнули. Положение критическое. С автоматом в руках поднимаюсь им навстречу со словами: «От кого убегаете?! (и первые в жизни нецензурные слова). Вперед! За Родину! За Сталина!». Пришли в себя наши пехотинцы и за мной устремились вперед. Вернулись в окопы и отразили атаку немецкой пехоты. А мы, артиллеристы, начали «разбираться» с их танками. Один танк и на моей, наводчика орудия, «совести». И сейчас помню свои ощущения, когда призывом «За Родину! За Сталина!» увлек пехотинцев вперед. Ног под собой в буквальном смысле слова не чувствовал. Как будто летел. А в душе и сердце – ярость и злость».

Наверное, и этот эпизод имела в виду Нина Ивановна, когда писала: «Наш Геракл отличается редкой, мощной силой духа». Когда прочла книгу Ивана Тимофеевича, поняла, что этими словами Нина Ивановна (я с ней согласна) оценивает и его послевоенную биографию.

Тридцать лет на передовом крае борьбы с преступностью. Какую силу духа нужно иметь следователю, чтобы одержать победу в схватке с «умным» убийцей. Какую преданность делу, которому служишь, какую силу воли и духа нужно иметь, чтобы вступиться за честь и достоинство Феликса Эдмундовича Дзержинского, изобличить клеветника и «обеспечить» ему пять лет лишения свободы.

А потом, с первых лет «перестройки», – не заканчивающаяся до сих пор борьба за честь и достоинство Иосифа Виссарионовича Сталина.

Солдат Великой Отечественной войны, до сих пор носящий в себе осколок немецкой мины, предъявляет в московские суды 17 исков в защиту чести и достоинства своего Верховного Главнокомандующего, а газета, орган ЦК КПСС, еще за три года до «отмены» Советского Союза называет его «торжествующим защитником палачей».

Организуют судебный процесс по делу «Сталина-преступника и его защитника». Моральный террор и травля в СМИ: «Интеллектуальная и моральная жертва сталинизма», «сталинистов нужно уничтожать» и т. п. И, наконец, «к подследственным применял методы, перед которыми бледнеет средневековая инквизиция с ее нечеловеческими пытками». Шесть месяцев клеветники срывали заседания, чтобы не допустить опровержения этой чудовищной лжи и избежать публичного извинения за нее.

От Ивана Тимофеевича отрекается и Генеральная прокуратура СССР – от одного из лучших начальников следственных отделов областных прокуратур Союза, под руководством которого пять лет подряд в области (единственной в стране) раскрывались все умышленные убийства.

Позорным провалом для организаторов судилища закончился тот судебный процесс. Только за два месяца после него на Центральное телевидение поступило 7,5 тысяч писем граждан, откликнувшихся на телефильм о судебном процессе. Подавляющее их большинство поддержали позицию Ивана Тимофеевича в суде и благодарили его за мужество и стойкость в защите доброго имени И.В. Сталина и правды величественной истории Советской Родины.

Много этих писем опубликованы в книге Ивана Тимофеевича.

Не могу не привести запомнившийся мне взволнованный рассказ пионерки первых послевоенных лет: «Когда приняли в пионеры, я весь год утром вскакивала (не вставала, а вскакивала), когда по радио начинал звучать Гимн Советского Союза. Я стояла у репродуктора, отдавала салют, а потом вновь засыпала».

Женщина-грузинка пишет: «Через неделю поеду в родное село, где живут фронтовики и старики. Соберу их возле братской могилы, буду переводить на грузинский и читать им Ваше интервью. И уже сейчас вижу их лица и наполненные слезами радости глаза, слышу грузинские молитвы о Вашей долгой жизни и здоровье».

Потом были другие судебные процессы, на которых Иван Тимофеевич защищал доброе имя солдат Великой Отечественной и их Верховного. Три года они продолжались (1988–1990). И каждый раз со всей страны в Москву приезжали люди, чтобы оказать моральную поддержку Ивану Тимофеевичу.

Последнюю точку в трехлетнем судебном марафоне поставил Верховный Суд РСФСР, решившийся в обстановке антисталинской истерии и травли всего советского признать правоту Ивана Тимофеевича.

На следующий день после выступления в Москве, в киноконцертном зале «Баку», о котором я говорила выше, Иван Тимофеевич в день 120-й годовщины со дня рождения И.В. Сталина идет на Красную площадь к его могиле. Там у Ивана Тимофеевича спросили, почему он первую часть своей четырехтомной книги назвал «Мой последний бой «За Родину! За Сталина!»». И вот его ответ:

«Это был долгий, на протяжении трех лет, изнурительный «судебный бой» с превосходящими силами коварного наглого врага, посягнувшего на мою Советскую Родину и моего Верховного Главнокомандующего, на честь и достоинство поколения героических, одухотворенных 30-х и 40-х «пороховых» годов. На фронте было легче. Там все ясно, никакого коварства и предательства. Немецкий танк щупает тебя хоботом ствола своего орудия, а ты наводишь на него свою пушку. Кто первый сделает точный выстрел – тот и победил, доказал свою правоту. Вот и все. Честный открытый бой без всякой фальши и лицемерия. Первый мой бой «За Родину! За Сталина!» произошел в Эстонии 25 августа 1944 г. Тогда я, 17-летний наводчик противотанкового орудия, этим призывом поднял в атаку растерявшихся было пехотинцев. Мой последний бой «За Родину! За Сталина!», начатый в 1987 г. предъявлением судебных исков в защиту чести и достоинства Сталина и судебными процессами 1988–1990 годов, еще не закончился».

Этот бой продолжается вот уже 20 лет.

Любимый его поэт – Михаил Юрьевич Лермонтов. Когда прочла книгу Ивана Тимофеевича, мне стало понятно, почему он ищет открытые публичные схватки с оборотнями и перевертышами в облике докторов наук – исторических, философских и других. Потому что его жизненное кредо – в строке из стихотворения Лермонтова «Парус»: «А он, мятежный, ищет бури, как будто в буре есть покой».

Мне понятно возмущение Ивана Тимофеевича ложью и лицемерием этих обласканных Советской властью перевертышей. На конкретных примерах он разоблачает ничтожество этих людей, считающих себя интеллектуальной элитой общества и не скрывающих своего презрения к поколению, создавшему могучую Державу и защитившему ее в годы Отечественной.

Ничтожество и трусость этих «ученых» проявилось и в том, что они не решились на публичную дискуссию с наводчиком противотанкового орудия, юристом и историком высшей пробы. Последний из них – доктор исторических наук, профессор Харьковского университета В.В. Калиниченко. Он не решается на публичную дискуссию перед студентами исторического факультета университета, несмотря на то, что они дважды через газету обращались к нему с призывом принять вызов Ивана Тимофеевича.

Почему они не решаются на публичную схватку с ним? Наверное, потому что не забыли обошедший экраны всего мира телефильм о первом судебном процессе по делу Сталина-«преступника» и его защитника, на котором Иван Тимофеевич публично разоблачил их ложь. Не забыли они и недавно вышедшую и уже заслужившую восторженные отклики читателей его четырехтомную книгу, в которой представлены блестящие образцы разоблачения лжи.

Сейчас много «историков» пишут о Сталине. Начались повторения, заимствования, вымыслы – и ничего личного, выстраданного, пережитого авторами.

Книга Ивана Тимофеевича уникальна во многих отношениях. Это, прежде всего – личность автора. Ставший в детские годы вместе с родителями жертвой незаконного раскулачивания, потерявший в ссылке младшего брата, не ожесточился против Советской власти, не стал клеветать на нее.

Все изложенное в книге прошло через его душу, сердце и биографию, а московские судебные процессы, составляющие основу книги, остались неповторимыми. Сотнями благодарных писем откликнулись на книгу читатели. Вот одно из них: «Не могла оторваться от книги. Счастлива и благодарна судьбе за знакомство с вами (пусть и заочно). Считаю самым дорогим то, что Вы в этой жизни и доказательно представили миру гениальный духовный мир целого поколения нашего народа.

Своим четырехтомником Вы сумели снять боль нашего поколения, вселить в каждого из нас чувство радости за восстановление правды, гордость своей Родиной, в которой мы счастливо жили. Спасибо за Ваш великий труд патриота-ученого, борца за великие идеалы добра».

Наводчик противотанкового орудия, не раз смотревший смерти в глаза в единоборстве с фашистскими танками; следователь и прокурор, продолжавший в схватках с преступниками, а потом на фронте борьбы с оборотнями и перевертышами защищать свою Советскую Родину, показал сегодняшней молодежи, а это особенно важно, достойнейший подражания пример мужества, принципиальности и высокой нравственности.

Л. Ткачева, Первый секретарь Харьковского

обкома комсомола, г. Харьков

Газета «Рабоче-крестьянская правда»,

№ 12 (129), 2007 г.

Отклики на судебный процесс И.Т. Шеховцова и фильм «Очищение»

…Это был неофициальный общенародный референдум. Незапланированный, без объявления вопросов, на которые надлежало ответить, без разъяснительной работы и «предвыборной» агитации. И потому, может быть, более объективно отражающий состояние общественного мнения, мысли и настроения граждан. Сам фильм, обращенный к миллионам наших граждан, поставил вопросы четко и конкретно:

1. Ваше отношение к освещению средствами массовой информации отечественной истории «сталинского периода» (объективное, необъективное).

2. Считаете ли Вы, что личность Сталина сегодня исследуется доказательно и всесторонне?

3. На чьей стороне Ваши симпатии – Адамовича или Шеховцова?

Газеты писали о «взрыве» читательских откликов на фильм «Очищение», на Центральном телевидении мне сообщают, что ни одна передача на общественно-политическую тему не вызывала столько откликов (только за 2 месяца 7,5 тысячи писем), поток писем в мой адрес. Выше я уже приводил результаты «референдума». Теперь, думаю, самое время поговорить подробнее о читательских откликах на фильм и их авторах. В подавляющем большинстве писем содержатся ответы на все перечисленные выше вопросы. Около двух третей писем – отклики на фильм ветеранов войны и труда. Авторами значительной части писем являются представители послевоенного поколения, много писем от молодежи – рабочей и студенческой. Половина авторов поступивших писем – женщины, есть письма от военнослужащих. Откликнулись на фильм и бывшие осужденные, «сидевшие» при Сталине.

Письма эти – исповедь поколений, для которых фильм дал долгожданный повод высказаться о сокровенном, наболевшем. Это прежде всего исповедь поколения, уходящего из жизни и потому спешащего высказаться. Поколения, не дождавшегося неленивого, неравнодушного писателя, журналиста, которым так много хотелось сказать. Что может быть ценнее рассказа свидетелей и непосредственных участников героических событий 20–40-х годов, уже уходящих в область истории? По каким источникам будет писаться история «сталинского периода», кто еще донесет правду первых пятилеток, коллективизации, Отечественной войны и послевоенного восстановления до сегодняшних и будущих поколений?! С горечью пишут ветераны: мы не раз направляли в газеты и журналы свои свидетельства о том героическом времени, но не нашлось никого, кто ими бы заинтересовался или хотя бы по-человечески объяснил – почему об этом сейчас писать нельзя, даже не отвечали на письма – словно в глухую стену стучишься…

И хотя после фильма «Очищение», как сообщали газеты, произошел «взрыв» читательских откликов, не нашлось откликам ветеранов места на страницах газет. Их письма-исповеди не публиковались. Лишь иногда приводились короткие выдержки из писем, но, опять же, не с доброй целью, а чтобы представить автора как «сталиниста». Во многих письмах-исповедях рассказы о таких судьбах человеческих, которые могли бы составить материал для целой повести. И не только о себе, о гордости за прожитую вместе со страной трудную жизнь, но и об эпохе, о дне сегодняшнем, о боли своей за оскорбленное и униженное поколение. Об этом поколении пишут и дети ветеранов, их близкие и знакомые. И в каждом письме – боль нанесенной обиды, несправедливость содеянного в отношении ветеранов, горечь непоправимой утраты.

Сложная проблема встала передо мной при размышлении о том, как представить читателям поступившие мне письма. Думал как-то сгруппировать их – по проблемам, в них затрагиваемым, по возрасту их авторов или по каким-либо другим признакам: ветераны войны и труда, рабочий класс, колхозники, интеллигенция, молодежь, дети военных лет и т. д. Но вскоре убедился в непродуктивности каких-либо группировок. Ибо в подавляющем большинстве писем затрагиваются не только проблемы ветеранские, профессиональные, возрастные, но и проблемы, волнующие всех, и в каждом письме – об отношении к фильму, его участникам и процедуре судебного разбирательства. Представляется целесообразным выделить лишь письма женщин-фронтовичек (по причине особого отношения к ним автора – «у войны не женское лицо»), письма самых молодых авторов (они несколько отличаются от писем людей зрелого возраста), а также письма граждан, не разделяющих моей позиции.

Уже на следующий день после показа фильма «Очищение» убедился, как много у меня единомышленников, доброжелателей. Радость «узнавания» на лицах людей: «Это Вас вчера показывали», – и слова благодарности, вопросы, добрые пожелания. Первой меня опознала утром 23 ноября контролер станции «Московский проспект» Харьковского метрополитена: «Извините, гражданин, не Вас ли мы видели во вчерашнем фильме? Какой Вы молодец, как мужественно держались. Всем понятно, что процесс был подготовлен. Они вызвали свидетелей, которые ничего конкретного не могли сказать. Продолжайте борьбу. Вас многие поддерживают».

Останавливали на улицах, заговаривали в троллейбусе, трамвае, метро. И подавляющее большинство граждан – с искренней заинтересованностью, улыбкой, доброжелательностью. И так не только в Харькове, но и в других местах, где приходилось бывать, – Москве, Ленинграде, Киеве и в городах, в которых в июне 1989 года делал остановки туристический теплоход «Юрий Андропов», – Ярославль, Кострома, Горький, Чебоксары, Ульяновск. Нередко ловил на себе изучающие враждебные взгляды. Чувствую: «он» меня узнал, мысленно шлет проклятия. Но заговорить почему-то не решается. А когда заговаривали, короткая беседа нередко заканчивалась на угрожающих нотах: «Скоро вас, сталинистов, будем вешать». Удивляли озлобленность таких «типов», дремучее невежество, фанатичное упорство и полное отсутствие каких-либо аргументов. Единственное возражение: «Огонек» об этом писал, в «Литературной газете» и в «Московских новостях» читал. На таком примерно уровне состоялась в Ленинграде беседа с опознавшим меня на улице работником Смольнинского райкома партии.

Отклики на фильм «Очищение» в виде телеграмм начали поступать на Центральное телевидение уже на следующий день после демонстрации фильма. П.И. Кусанин из города Маркс Саратовской области: «Шеховцов прав. Преклоняюсь перед его доблестью и мудростью. Ходатайствую, предоставьте мне возможность выступить на процессе вместе с Шеховцовым в качестве истца по защите священной истории советского народа от посягательств на нее реакционных элементов».

Кипшидзе Циала. Тбилиси. Телеграмма на ЦТ 23.11.88 г. «Дорогой Иван Тимофеевич. Вы замечательный человек, Вы неоценимое золото. Хочу пожелать доброго здоровья, прекрасного настроения Вам и Вашей семье. Хочу написать письмо».

Конверт, вложенный в письмо на ЦТ, и единственная просьба – «напишите адрес на конверте и перешлите письмо Шеховцову».

Ю.Ф. Некрасов из Краснодарского края: «Смотрел передачу о судебном разбирательстве по исковому заявлению Шеховцова И.Т. Очень прошу на конверте написать его адрес и опустить в почтовый ящик». (Не написали, не опустили…).

Много таких писем с конвертами поступало на ЦТ для пересылки мне. Там и оставались эти письма.

Были и такие адреса: г. Харьков. Горком партии. Для передачи адвокату Шеховцову И.Т. (кандидат медицинских наук, доцент Квеквескири Х.М., г. Сухуми). В письме: «От души приветствую Вас, стойкого борца за справедливость и законность. Успехов Вам в деле защиты прав человека, в том числе Сталина. В Сухуми много Ваших друзей, единомышленников».

Прежде чем читателю будут предложены поступившие мне письма, представляется целесообразным дать краткий их обзор, назвать основные затронутые в них вопросы. По-разному выражали авторы писем солидарность со мной, но все они были искренни в своем порыве и желании помочь мне в деле защиты правды нашей истории.