Oris Maari: Ara Avalantis

+ – Мы можем посеять в нем зерно Тьмы, но без должного поддержания оно не взойдет. И в этом можешь посодействовать ты. Направь его мысли и эмоции в нужное русло, пусть он усомнится в своем Владыке, пусть подвергнет сомнению догмы Церкви, систему линий… в твоей голове, это называется касты. Пусть он начнёт размышлять над вопросом расхождения долга личного перед тобой и долга перед Церковью или даже Владыкой. Сомнения напитают наше зерно, позволят ему вырасти, и тогда через какое-то время, мы уравновесим в нём Свет. Если же зерно не получит должной подпитки – оно просто со временем сгорит в его Свете так и не пробудившись. Если бы сеять было так просто, мы бы засеяли всех церковников и всех людей вообще, о даааа, но подпитка необходима. +

+ – Хорошо, я попробую, хоть и слабо понимаю, как направлять его мысли и эмоции. Я сама этих догм не знаю, тех что тут. Боюсь, пока я буду узнавать всё, я просто не успею. Владыка Света следит за мной, в любой момент может выжечь. Ярость во мне кипела, но погасла, я такое долго не могу держать в себе… Да и понимаю, что ни чего не сделаю Ему, одно Его дыхание и от меня даже праха не останется. Ярик, (тепло, приятное, растекающееся тепло, бурлило внутри, опаляя своды ключиц, где недавно была его ладонь, такая тёплая и большая). Поселить сомнение говоришь, но ты только что сказала, что он пропитан Светом. Так что мне сказать, вернее какое моё Слово перевесит Слово Владыки, что вообще может перевесить Слова Владыки, особенно от меня, от чужачки Лионессы? Если бы он чувствовал, если бы в нём была эмпатия, я могла бы касанием пробуждать. И зерно бы подпитывалось. +

Я сидела и смотрела на дверь. Сердце немного успокоилось. Я начинала приходить в чувства, и ощущать усталость во всём теле. Явная перегрузка, но пройтись хочется. Некоторые вопросы задать, понять – насколько Ярик верен мне. Сейчас моё Сердце было раскрыто больше прежнего, алкоголь всегда обострял эмпатию и наедине я смогу копнуть глубже, постараюсь изо всех сил.

+ – Нам кажется, что для Ярика ты не чужачка Лионесса, а прежде всего Пророк его обожаемого Владыки, поэтому любые твои слова он воспримет и услышит, полагая, что эту истину через тебя ему несет Владыка. Он может внутренне не принимать их, сомневаться, а именно это нам и нужно для питания нашего зёрнышка, для того чтобы мы росли внутри, нам нужно противостояние, противоречия раздирающие ум и душу, пробуждающие и освобождающие внутренний крик. Но не перегни палку, иначе он обвинит тебя в ереси, будет встревожено коситься и пихать тебе в рот всякие сгустки света для очередного Суда. +

Я заметила, что речь Тьмы стала более четкой, без лишних многоголосых повторений одного и того же на разные лады. Наверное, это хороший знак.

Ярик закончил раздавать указания, и мы прошли мимо стоящих в вечерних тенях охранников по коридору к лестнице, вверх, во двор монастыря. Было тихо, лунная ночь светла и пуста, все инквизиторы либо спали, либо занимались делами в своих кельях.

– Тебе легче? Что ты хотела обсудить?

Выйти на улицу было хорошей идеей, очень хороший, воздух освежил мой разум. Я ощутила природу, зов мира, красивого, со своими нюансами, но, тем не менее, я начинала свыкаться с мыслью, что теперь мой путь здесь, моя миссия тут, и я хотела помочь этому миру развернуть Истинную Жизнь, задышать так же, как я дышу через то тонкое чувство, которое родилось у меня в сердце.

– Да, Ярик мне гораздо лучше, – я оглядела неподвижный звёздный небосвод, и обернулась к нему, – есть у меня один тяжёлый вопрос, но о нём чуть позже. Скажи это место в центре монастыря, я могу занять его, мне нужно, чтоб, как можно быстрее на это место положили, металлический круг, почти, как в моей келье. Круг должен быть обязательно из серебра, такое можно устроить?

Мысли уже не метались, я просто и ровно дышала. Сейчас на меня ни чего не давило, я просто приняла решение нести то что я есть, ведь, по сути, иначе и не бывает, бессмысленно терзаться Выбором, в котором нет ни сердца, ни собственного узора Искры. Так что либо я принесу Равновесие, либо погибну в попытке это сделать.

Ярик удивился, это было заметно по глазам, но в остальном не подал виду.

– Да, разумеется, ты можешь занять абсолютно любое место в монастыре. Я дам указание кузнецам, и круг будет готов к завтрашнему вечеру. Какого размера нужен круг? На весь двор? И тогда сразу вопрос – другим инквизиторам запрещено будет выходить во двор, пока ты его занимаешь?

– Круг нужен на всю вот эту большую центральную часть. Запрещено кому-либо касаться круга и входить в него вообще, только я могу, моё место Силы. То, что я буду делать, на словах сложнее, но мне нужна будет в моём деле твоя поддержка и помощь. Хорошо, что его так быстро сделают, очень хорошо, почему-то я думала, что это может занять больше времени.

Я видела его непонимающий взгляд, почему-то меня это рассмешило.

– Хочешь знать значение моего Знака, того, что я выбрала, как знамя?

– Да, это любопытно. Предыдущие Пророки вполне логично делали своим знаменем традиционный круг Света, знамя стражей мира, порядка Владыки. То, что ты… отредактировала этот символ… это необычно.

Мне нравилось видеть его любопытство.

– Круг это очень мощный символ, но без точки в центре он теряет свою важную часть претворения. Как меня учили: – «Изначальность есть Круг, Центр которой Везде и во Всём. Центр и Круг – есть Активный Творящий Закон Реальности». Точка – это всё, что есть, сжатое в Единое, вмещающее потенциал каждой частицы основания Силы, имеющей Выбор быть проявленной в отделении и возвратится по Воле Свободной обратно в Ядро Изначальности. Круг символизирует собой Абсолют Меры Ядра, связующий Материю и Дух, Зримое и Незримое, Явное и Тайное. Точка и Круг – это как Бесконечная Беспредельность Возможностей, синтез Пространства и Времени, Начало всех вещей и Явлений. Активная сила Точки – это Порядок всех Элементов в Первозданной Целостности. Точка как бы посередине между Намерением и Свершением, во всём множестве – она всегда Срединное, Уравновешивающее, во времени же она – Суть Настоящее. Мгновение Вечности и Вечность Мгновения, – я замолчала, замерла, вкушая ветерочек, такой ласковый, слегка прохладный, – тебе нравится Красота и Сила моего Знака?

Ярик смущенно почесал затылок.

– Ну… знак красивый, но если честно из того, что ты сейчас сказала я понял только, что точка обозначает порядок. Это… хорошо. Надеюсь, мое примитивное понимание не оскорбляет тебя, Пророк. Я всего лишь солдат и привык больше орудовать посохом, чем вникать в такие тонкости.

– Ярик, я бы хотела, чтоб ты теперь учился думать и анализировать значимость тех или иных вещей. Я буду помогать. Ты научишь меня своей мудрости из того опыта, что у тебя есть, я тебя своей. Не всё будет понятно сразу, слова вообще странный инструмент, ими многое слишком сложно донести. Точка – это Я, – я посмотрела ему в глаза. Мы, не могу пока сказать вслух, но это Мы, – и да, это Порядок, но я прошу тебя подумать, что есть Порядок, как ты его понимаешь? Не отвечай сейчас. Пусть это побудет в Разуме.

– Хорошо, я подумаю. Когда сформулирую – тебе дать ответ? Или держать внутри пока сама не спросишь?

– Когда сформулируешь, поделись сам, я с удовольствием послушаю.

Я посмотрела на луну, большая, в моём мире целых три спутника.

– Слушай, а почему я до сих пор не встретила ни одной сестры, все послушники – подростки или юноши, инквизиторы – мужчины, а где сёстры?

– А сестры… сестры внизу, в подземной части монастыря.

– А почему сёстры в подземной части?

– Ну, так заведено. Они ведь заняты своим служением Владыке Света, оно требует уединения и концентрации на процессе. Кроме того, когда происходят роды – крики из подвала почти не слышно, а иначе с учетом акустики Храма, все башни бы каждый раз на ушах стояли.

Хм, что-то во всём этом мне очень не нравилось. Я немного отошла, чтоб посмотреть, что ни кто не видит нас. Ни кого не было, тишина. Затем я взяла правой рукой левую руку Ярика

– А теперь самый важный вопрос, не ищи Причины, просто чёткий ответ, можешь подумать какое-то время, но ответ мне нужен сейчас. Представь, что тебе сам Владыка Света велит меня убить, а я попрошу меня защитить, чей приказ ты выполнишь?

По телу побежали мурашки. Глаза Ярика расширились и в лунном свете стали похожи на большие монеты. Он постоял какое-то время молча, изучая моё лицо…

– Эээ… такого никогда не было. Как это возможно вообще? Ты же Его Пророк, если бы Он хотел по какой-то причине тебя убить… ну, мог бы сжечь своей волей или, что более вероятно, просто забрать себе, ведь ты близка к Нему, как никто другой, даже ближе чем первоинквизитор. Ему просто незачем отдавать такой страшный приказ, такой ситуации не может быть. А могу я узнать откуда взялись такие… мысли?

– Я когда-нибудь расскажу о мыслях, позже, если бы ты знал, сколько я хочу рассказать. Но нужно многое взвешивать внутри. Допустим, Владыка не может ни как повлиять на меня, не может ни сжечь, ни поглотить, ни как, кроме как через тебя, через самого близкого, ко мне. Вообрази эту ситуацию, пусть её и не было ни когда, но кто знает что может быть, я отталкиваюсь от своих знаний, и понимаю, что может быть всякое. Потому мне важно знать, насколько ты мой, – хотелось плеваться от этого слова, но сейчас без этого, ни как, – насколько ты мой солдат, мой Посох?

Я всё вслушивалась в его Душу, и проникалась его Сердцем, раскрывая эмпатию на полную, насколько позволял этот мир.

Получив отклик от сердца Ярика, я ощутила сильные вихри эмоций, сильное смятение и даже страх, но практически ничего из этого не отражалось на его лице. Я искала в этих вихрях себя, что-то связанное с собой и нашла маленький, но словно изолированный от ветров огонёк, до него можно было дотянуться, почувствовать глубже… это было похоже на медленно открывающуюся дверь. В мире прошла всего секунда, но для меня это были шаги по очень светлому, приятно светлому пространству, сплетенному из воспоминаний и чувств. Вот эпизод, когда Ярик видит, как я полуобнаженная и совершенно озверевшая ломаю кости солдат. Страх, но в большей степени ярость, собранность, желание уничтожить это нечестивое порождение тёмных сил, отомстить… за отца. Обжигающая ненависть. А вот он видит меня бросающую в воду тёмный артефакт. Он смотрит через свою смешную подзорную трубу и видит, что Тьма отпустила меня, что меня терзает вина за сделанное, это выглядело, как вихри в центре моей груди. Ставшая к этому времени холодной, его ярость сминается под напором… сочувствия? Он увидел во мне просто заблудшую душу, оступившуюся и совершившую страшное, но отринувшую Тьму. Нет, это сочувствие ни коем образом не было выше долга, но… сосредоточенность. Поиск решения, повода не убивать… и решение найдено. Убить можно, ведь вина доказана, он сам видел ведьмочку охваченную тьмой, но можно провести Суд Владыки, ведь если даже он, скромный солдат видит борьбу в душе этой девчушки, то может Владыка помилует её? А вот я просыпаюсь после Суда и становится ясно, что я помилована. Радость, облегчение, не пришлось убивать. А тут я говорю, что вижу свечение, это признаки Поборника. Удивление, восторг, отголоски недоверия, но ведь Суд пройден, я чиста и… неужели Владыка сделал своим Поборником какую-то ведьму? Нет… не какую-то. Раскаявшуюся ведьму. Это хорошо, это очень хорошо. А здесь я рассказываю, что не из этого мира и ничего не понимаю. Ещё больше удивления, какое удивительное создание. Чувство ответственности, долга, нужно помочь освоиться, встать на ноги, быть проводником в этом мире. Любопытство. Как это – другой мир? Но долг превыше любопытства. Хыы, здесь выпитая склянка со стимулятором… целиком. А я ведь сказал два глотка, вот неразумное дитя… опомнись, солдат, это же Поборник Владыки… но, как дитя. Теплая волна любви и заботы, как к ребенку. И каждый неуклюжий шаг в этом мире, и глупые вопросы об очевидном для жителей этого мира, всё более поднимали волну отеческой любви и желания опекать и оберегать, заодно подтверждая невероятные слова об ином мире. Статус Пророка… восторг, упоение статусом Посоха Пророка, теперь можно защищать и оберегать официально. Бедное дитя, такая ответственность… опомнись, это великая честь и это не ребенок, это Пророк Света! И всё-таки такая хрупкая…

Меня просто вырубило. Прямо там, на месте, эмпатия хлестанула моё сознание какой-то обратной связью или просто резко вымотала до предела, ноги мои подкосились и последнее, что я запомнила – бережно подхватившие меня руки. Т-тёплые, такие сильные и… тёп…