Аддикции и психопатии. Избранные статьи по психиатрии, психологии, педагогике
- -
- 100%
- +
Рассмотрим соотношение параметров темной триады, наиболее соответствующее определенной группе людей – руководителям низшего и среднего звена, управляющим не непосредственно производством, а другими чиновниками и специалистами (в наших реалиях занятие таких должностей требует определенного уровня академического образования, то есть мы говорим о «белых воротничках»), притом что часть из подчиненных потенциально могут претендовать на место начальника и поэтому начальнику следует одновременно заботиться и о сохранении своего места в структуре управления, и о собственном подъеме на следующую ступеньку в иерархии.
Отметим, что только наиболее «слабосидящим» на своем месте и весьма слабо реально претендующим на собственное повышение в рамках иерархической структуры свойственно заметное выражение нарциссизма. Более способные и целеустремленные начальники только в малой степени проявляют (по крайней мере в трудовом коллективе) свойства самолюбования, не доверяют открытой лести и относительно мало ждут этой лести от нижестоящих работников («признания» их заслуг в руководстве вверенными им трудовыми коллективами – хотя сама категория «трудовой коллектив» сегодня отрицается достаточно многими исследователями, считающими, что группа совместно работающих под единым управлением работников достаточно редко является коллективом единомышленников, объединенных общей целью, а скорее является конгломератом отдельных личностей, решающих на работе и посредством работы свои личные задачи и стремящихся к достижению своих личных целей). В таком положении льстящий работник скорее теряет очки в глазах начальника, чем их приобретает. Эти начальники заняты совсем другим – достижением и демонстрацией своим вышестоящим начальникам трудовых успехов вверенных их руководству коллективов, но, что особенно важно, эти успехи должны строго соответствовать направлению, ожидаемому начальством. На этом пути гораздо большее значение имеет не демонстрируемый, но реально используемый в руководстве коллективом макиавеллизм: власть нужно крепко держать и использовать для распространения этой власти на иные подразделения существующей структуры и на создание базы и причин для своего повышения. И вот именно уровень макиавеллизма с его жесткостью и с его достаточно явно выражаемым пренебрежением другими сотрудниками, беззастенчивым использованием знаний подчиненных специалистов при полном приписывании их себе или безличной подчиненной группе (нашим коллективом (под моим руководством) достигнуто, предложено и т.д.) без признания перед начальством вклада отдельных подчиненных сотрудников четко коррелирует с уровнем третьей составляющей темной триады – психопатичностью. Именно психопатичность имеет значение опоры и двигателя макиавеллизма, и чем ближе психопатичность приближается к значениям клинического уровня (не достигая их, оставаясь в доклинической форме), тем сильнее выражаются черты макиавеллизма, при этом корреляция с уровнем нарциссизма остается весьма малой. Можно считать, что именно уровнем компонента психопатичности в составе темной триады определяется весь облик такого начальника, а потому критически важным становится предложенное нами в данном тексте определение уровня психопатичности на его доклинических уровнях.
Рассмотрим наиболее типичные черты стиля управления такого типа начальников (напомним, что мы говорим об обладателях темной триады в определенной группе руководителей и ни в какой мере не имеем в виду общее рассмотрение стилей руководства):
• одними из наиболее явных черт таких начальников являются достаточно полное отсутствие ви́дения стратегии, перспективы как структуры, в которой он работает, так и области деятельности в целом, отсутствие представления о стратегических и отдаленных задачах как своего коллектива, так и структуры в целом и отсутствие способности планирования относительно отдаленного (перспективного, стратегического) будущего. Эти начальники хорошо ориентируются в текущем моменте и могут составлять только относительно краткосрочные ближайшие планы. В известном смысле можно говорить о мышлении на каденцию (каденциальном мышлении), не дальше (что, к сожалению, вслед за политической системой стало характерно и для многих структур профессионального управления);
• отлично развитое чувство опасности (исходящей от конкретных людей, их групп или складывающихся ситуаций). Этому чувству соответствует хорошее умение нейтрализации возникающих опасностей без открытых столкновений;
• общая тенденция избегания столкновений (так как в них, как правило, исход не очень определен, а этому человеку нужен безусловный успех), особенно с вышестоящими уровнями управления, тщательное старание решить возникающие противоречия и несогласия политическими (мирными) методами даже ценой некоторых отступлений;
• демонстративная внешняя преданная подчиненность вышестоящему начальнику (чаще всего без примеси лести) при отсутствии истинной верности и готовность поддержать победившего в борьбе в уровне управления над тем, в котором находится наш начальник (синдром Талейрана; Шарль Мори́с де Талейра́н-Периго́р (1754—1838) – французский политик и дипломат, занимавший пост министра иностранных дел при трех совершенно разных режимах, начиная с Директории и кончая правительством Луи-Филиппа. Известный мастер политической интриги. Имя стало едва ли не нарицательным для обозначения хитрости, ловкости и беспринципности); Талейран
• жесткое удержание своего руководящего положения, сопротивление разделению полномочий или делегированию части своих полномочий кому-либо другому;
• скрытность (обо всем личном вне работы и избегание любых разговоров о начальстве);
• агрессивность к нижестоящим, скрытая за безупречной вежливостью. Агрессивное требование беспрекословного подчинения. Тщательно скрываемое пренебрежительное отношение к подчиненным (отношение к ним как к легко заменяемым болтикам в машине). Использование подходящих ему идей подчиненных, зачастую без признания их вклада;
• сосредоточение в своих руках практически всех контактов с вышестоящими, всех решений, исходящих из руководимой группы (директивный стиль руководства). Только он единолично во всех деталях представляет руководимый им коллектив;
• сокрытие рабочей информации от нижестоящих, передача им только той информации, которая необходима для выполнения порученной им работы. Управление за счет владения бо́льшей, чем подчиненные, рабочей информацией с целью демонстрации некомпетентности нижестоящих и своей собственной незаменимости, а не за счет умения принимать более верные решения, не за счет более широкого ви́дения рабочей ситуации;
• частое присутствие некоторого уровня гипоманиакальности (и когда он все успевает?).
1.3.6. Заключение
1. В настоящей работе (серия из трех статей: [Дацковский И., 2019 (статья 1.1 в настоящем сборнике); Дацковский И., 2020 (статья 1.2 в настоящем сборнике)] и настоящая статья) показано, что сегодня принципиально есть три способа оценки уровня психопатических черт и диагностики психопатии:
А. Весьма традиционный, названный нами исключительно для нужд данной работы феноменологическим (характерологическим) подходом, который через тест ПДО, предложенный А. Е. Личко, и многие аналогичные тесты и опросники пытается оценить тип характера пациента и через типологию характеров пытается насколько можно не ошибиться в выборе типов коррекционно-педагогических воздействий (а в дальнейшем, возможно, и физиотерапевтических, и медикаментозных, и иных лечебных воздействий), так как эффективность коррекционно-педагогических воздействий явно зависит от типа характера пациента.
B. Ненамного более молодой «экспертный» подход к диагностике, который пытается в двоичной системе «психопат – не психопат» диагностировать психопатию, уделяя, по нашему мнению, недостаточное внимание предпсихопатическим (доклиническим психопатическим) состояниям и не рассматривая характерологические особенности (типы характеров) пациентов.
C. Объективные или приближающиеся к объективным методы исследования и визуализации мозга (пока не вышедшие на клинический уровень диагностики) для диагностики психопатии.
2. Показано три пути приобретения пациентом психопатических черт:
A. Врожденное недоразвитие некоторых структур мозга (паралимбической системы мозга). Такое состояние может приводить как к психопатоподобным чертам личности (акцентуациям характера, в терминах К. Леонгарда и А. Е. Личко), так и к истинным психопатиям.
B. Травматические и интоксикационные повреждения изначально правильно развитого (или развивающегося) мозга. Как правило, такие повреждения не приводят к истинным психопатиям и останавливаются на психопатоподобных чертах личности (акцентуациях характера).
C. Отрицательное воздействие социальной среды.
Понятно, указанные пути приобретения пациентом психопатических черт могут полностью или частично совпадать и пересекаться.
Замечено, что для первых двух случаев (А и В) пункта 2 всевозможные воздействия для коррекции психопатических черт оказываются весьма малоэффективными и только для подпункта С в пункте 2 правильно выбранные и правильно реализованные коррекционно-педагогические воздействия обладают заметным положительным эффектом.
3. На базе подросткового Перечня психопатических черт, приведенного в книге [Кил К., 2015], во второй статье данной серии [Дацковский И., 2020] предложена измененная и дополненная версия этого перечня для более ранних возрастов ППЧ-МД (Перечень психопатических черт – модифицированный детский) с внесением в него весьма заметных изменений по сравнению с оригиналом (как разделение опросника на три шкалы разной важности, так и изменение схемы назначения баллов). Пробное использование ППЧ-МД показало его эффективность для оценки уровня психопатичности и более взрослых (юношей и молодых людей до 22 лет), ведущих относительно нормативную жизнь пациентов. Также введены пробные численные характеристики для границы нормы по психопатическим чертам личности, границы подозрения на психопатический склад характера и границы психопатического склада характера (явной акцентуации характера).
4. И дополнительный весьма важный вопрос, который мы кратко поставим только в заключении к данной статье (для подготовки к постановке этого вопроса нами в текст данной статьи введен не особенно тесно связанный с темой работы параграф 1.3.5 о темной триаде).
Для начала приведем мнение о типах людей Альфреда Адлера. А. Адлер делил людей на четыре типа (мы цитируем по [Макаров И. В., 2019, с. 666]):
«1. Управляющий тип, к которому он относил самоуверенных, напористых, эгоцентричных и антисоциальных [явный набор психопатических черт, или – шире – черт темной триады. – ]. И.Д.
2. Берущий тип – эгоцентричные, малоактивные люди, стремящиеся получить от жизни, от окружающих все, ничего не давая взамен.
3. Избегающий тип – эгоцентричные, тревожные, малоактивные, склонные к бегству от всех жизненных проблем люди.
4. Социально полезный тип – люди мужественные, социально ориентированные, стремящиеся принести пользу другим людям.»
Нетрудно заметить, что у первого типа преобладают в основном «низшие» с точки зрения морали поведенческие акты (агрессия, конкуренция, стремление к доминированию), а у людей, в первую очередь руководителей, четвертого типа существенную роль в структуре личности играют «высшие» с точки зрения морали стремления человека (альтруизм, сотрудничество, самопожертвование). В работах [Уилсон Э. О., 2015] и [Эфроимсон В. П., 2002] показано, что как «низшие», так и «высшие» с точки зрения морали черты личности являются генетически закрепленными приспособительными формами поведения. Второй тип представлен во множестве людьми с доклинической формой психопатических черт при полном отсутствии остальных параметров темной триады.
Любое развитое цивилизованное общество для регулировки своей деятельности, для сохранения и поддержания своей устойчивости многие функции регулирует системой сдержек и противовесов. Расчет на сплошное присутствие альтруистов, бескорыстно развивающих общество, его экономику, науку и промышленность, заведомо относится к фантазиям и благим пожеланиям. Систему сдержек обеспечивают законодательная власть (включая следственно-судебно-правовую систему государства) и государственное чиновничество в форме регулятора (со всеми преимуществами и недостатками, присущими подобной системе сдержек). Но такая система без системы противовесов быстро привела бы к загниванию общества. Четвертый тип А. Адлера явно не годится для создания системы противовесов хотя бы в силу своей законопослушности и дисциплинированности в иерархичной подчиненности. Систему противовесов в обществе создают именно люди первого типа по А. Адлеру, многие из которых обладают психопатическими чертами характера, иногда дополненными до всех составляющих темной триады. Редко можно добиться серьезного успеха (в политике, в науке, в промышленности), если соискатель не обладает амбициозностью, напористостью, эгоистичностью (эгоцентризмом), тщеславием, честолюбием. Отметим, что такие люди часто добиваются успеха не только в личной карьере и в положении в обществе, но и пользуются успехом у противоположного пола, особенно в обществах и субкультурах, которые при официальных моралистско-строгих запретах блуда и прелюбодеяния фактически такое поведение позволяют, а то и скрыто поддерживают и даже поощряют.
Но тогда напрашивается вывод: такие люди при всей их опасности, проблематичности и неприятности для общения с ними и для подчинения им нужны в обществе, как хищные волки нужны в лесу для поддержания здоровья популяции зайцев. Да, эти люди зачастую несут много бед попавшимся на их пути другим людям, да, далеко не все из них занимаются развитием общества (весьма не забывая о своей личной пользе), но без их присутствия общество перестанет развиваться и не сможет экономически себя поддерживать.
Да, в обществе нужны мощные и эффективно работающие контролирующая и судебно-правовая системы для ограничения деятельности таких людей, деятельности зачастую преступной в самых разных аспектах понимания преступности. Сегодняшняя судебно-правовая система во всех цивилизованных странах со своей необходимой работой по отношению к психопатам явно не справляется ни в аспекте предупреждения противоправных действий психопатов, ни в аспекте защиты общества от психопатов, уже доказавших свои уголовные наклонности.
Поэтому весьма важными направлениями деятельности будут как совершенствование судебно-правовой системы для адекватного реагирования на деятельность психопатов (в частности, защита потенциальных жертв, предотвращение возможностей криминально настроенных психопатов продолжать совершать преступления), а то и прелиминарная, до совершения преступления, изоляция или опережающий запрет занимать те или иные должности, так и поиск путей исправления слишком выходящих за границы нормы психопатических черт отдельных людей, эти чертами обладающих.
1.3.7. Литература
), Примечание: в тех источниках, к которым мы имели доступ в их типографской форме, мы при цитировании указываем номер страницы цитаты. В тех же источниках, которые были нами получены в интернет-формате, сделанном с типографского или электронного источника (например, куплены в интернет-магазине «Литрес» или заимствованы из (URL: ) и из других интернет-источников а потому имеют несовпадающую с типографским оригиналом нумерацию страниц, мы стараемся привести адрес цитаты в виде ссылки на статью, главу, параграф и т. д. бесплатной электронной библиотеки RoyalLib.ru https://royallib.com/book/
1. Александровский Ю. А. Пограничные психические расстройства: Руководство для врачей. М., 2000. 496 с. URL: (дата обращения: 10.07.2019). https://www.koob.ru/alexandrovskij_u_a/pogranichnie_psyhicheskie_rasstrojstva
2. Александровский Ю. А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС, 2006. 1280 с.
3. Белянин В. П. Основы психолингвистической диагностики. (Модели мира в литературе). М.: Тривола, 2000. 248 с.
4. Дацковский И. Два подхода к диагностике психопатий // Клиническая и медицинская психология: Исследования, обучение, практика. 2019. №4 [Электронный ресурс]. URL: (дата обращения: 03.02.2020). http://medpsy.ru/climp/2019_4_26/article00.php Эта статья опубликована под №1.1 в настоящем сборнике.
5. Дацковский И. Тест диагностики детской психопатичности ППЧ-МД // Евразийский союз ученых. 2020. №9 (78). Т. 2. С. 39—51. URL: (дата обращения: 04.11.2020). https://archive.euroasia-science.ru/index.php/Euroasia/issue/view/2 Эта статья опубликована под №1.2 в настоящем сборнике.
6. Дружинин В. Н. Варианты жизни. Очерки экзистенциальной психологии. СПб.: Питер, 2010. 156 с.
7. Егорова М. С., Ситникова М. А. Темная Триада // Психологические исследования. 2014. Т. 7. №38. С. 12. URL: http://psystudy.ru/index.php/num/2014v7n38/1071-egorova38.html (дата обращения: 18.11.2019).
8. Иванец Н. Н., Тюльпин Ю. Г. и др. Психиатрия и наркология: учебник. М.: ГАОЭТАР-Медиа, 2006. 832 с.
9. Кербиков О. В. К учению о динамике психопатий // Проблемы судебной психиатрии (Пограничные состояния). Сб. 19. Научн. труды под ред. Г. В. Морозова. М., 1961. С. 5—32.
10. Кербиков О. В. Клиническая динамика психопатий и неврозов (1962) // Избранные труды. М., 1971. С. 188—206.
11. Кил К. А. Психопаты. Достоверный рассказ о людях без жалости, без совести, без раскаяния. М.: Центрполиграф, 2015. 360 с.
12. Краснушкин Е. К. Избранные труды. М., 1960. 608 с.
13. Личко А. Е. Типы акцентуаций характера и психопатий у подростков. М.: ИОИ, 2016. 336 с.
14. Макаров И. В. (ред.) Психиатрия детского возраста. Руководство для врачей. СПб.: Наука и техника. 2019. 992 с.
15. Классификация нарушений развития в детском возрасте. 2017. URL: (дата обращения: 30.10.2019). Морева Ю. В. https://nsportal.ru/vuz/psikhologicheskie-nauki/library/2017/11/26/klassifikatsiya-narusheniy-razvitiya-v-detskom
16. Печерникова Т. П. Паранойяльные состояния в динамике психопатий // Журнал неврологии и психиатрии. 1979. Вып. 11. С. 1578—1582.
17. Уилсон Э. О. О природе человека. М.: , 2015. 352 с. Кучково поле
18. Фелинская Н. И. О понятии и классификации пограничных состояний // Проблемы судебной психиатрии (Пограничные состояния). Сб. 19. Научн. труды под ред. Г. В. Морозова. М., 1970. С. 19—35.
19. Хаэр Р. Лишенные совести. Пугающий мир психопатов. Вильямс, 2007.
20. Шевченко Ю. С. (ред.) Детская и подростковая психиатрия: Клинические лекции для профессионалов / под ред. Ю. С. Шевченко. 2-е изд., испр. и доп. М.: МИА, 2017. 1124 с.
21. Эфраимсон В. П. Генетика гениальности. М.: Тайдекс Ко, 2002. 376 с.
2. Аддикции
2.1. Личностные и социальные характеристики в континуально-дискретной модели оценки выраженности аддиктивного поведения
2.1.1. Отрицательные свойства развившихся
до высокой интенсивности положительных
аддикций, они же – свойства отрицательных
аддикций
В ранний период зарождения научной аддиктологии, рождающейся фактически из необходимости изучения отрицательных аддикций, Уилльям Глассер [Glasser W., 1976] попытался противопоставить преимущества «положительной» аддикции недостаткам отрицательной, саморазрушительной для человека аддикции. Он же сформулировал группу из 6 критериев для определения аддикции, в первую очередь положительной. Приведем эти критерии по [Калинин С., 2018]:
«1. Этот род занятий не конкурирует за ваше время с другими видами жизнедеятельности. Ему вполне достаточно посвящать один час в день.
2. Это легкий и удобный для вас род деятельности, не требующий больших затрат и доставляющий позитивные эмоции.
3. Это то, что вы можете делать самостоятельно, независимо от участия или помощи других людей.
4. То, что вы делаете, должно быть ценно и полезно для вас (на физическом, ментальном или духовном уровне).
5. Вы должны верить (независимо от мнения окружающих), что то, что вы делаете, обязательно изменит к лучшему вашу жизнь в будущем.
6. Вам должно нравиться, что и как вы делаете (гордость за себя значительно перевешивает самокритику).
На самом деле в качестве «позитивной зависимости» может выступать любая деятельность, в том числе профессиональная или хобби. Главным результатом формирования «позитивной зависимости» У. Глассер считает не столько позитивные эмоции и ощущение счастья (их человек получает и от патологических зависимостей тоже), сколько ощущение силы и контроля над собственной жизнью. Человек чувствует себя рабом негативных зависимостей, в то время как позитивная зависимость помогает ему стать лучшим хозяином своей жизни и автором своей судьбы» (конец цитаты).
Эту линию на разделение и различение «отрицательных» и «положительных» аддикций продолжил Г. Рахлин [Rachlin H., 2000]. Но уже на начальном этапе изучения «положительных» аддикций, первой из которых У. Глассером было названо увлечение спортом, быстро выяснилось, что даже аддикция к спорту может быть не только положительной, но при своем развитии оказывается отрицательной и приводит к таким же симптомам и следствиям, как и «отрицательные» аддикции (уже не говоря о многочисленных и тяжелых заболеваниях профессиональных спортсменов).
После иного разделения аддикций, после разделения их на химические и нехимические аддикции [Короленко Ц. П., 2000] появилось понятие социально приемлемых аддикций (шопоголизм, гемблинг и многие другие). Указание на наличие социально приемлемых форм аддикции без анализа их интенсивности содержится также и в книге под ред. В. Д. Менделевича [Менделевич В. Д., 2007]; подробный анализ различных видов аддикций и их критериев приведен в книге А. Ю. Егорова (2007).
Их название «социально приемлемые» происходит от понимания, что на ранних стадиях они являются социально нейтральными, не вредящими обществу и общество, социум не может и не хочет столь детально регулировать частную жизнь индивида, чтобы радикально вмешиваться в распределение индивидом своего свободного времени или своих легальных финансовых средств. Однако даже на средних интенсивностях подобные зависимости начинают проявлять свои отрицательные черты в отношении личности аддикта, а при существенном развитии начинают мешать уже и обществу за счет выпадения аддикта из нормального социального функционирования.
Отрицательное отношение как общества в целом, так и медицины (психологии) к аддикциям можно объяснить рядом отклонений в социальном и личностном функционировании, которые проявляет аддикт. Причем социально приемлемые и «положительные» аддикции несут все те же отрицательные черты, может быть поначалу менее общественно остро выраженные, а потому воспринимаемые окружением более терпимо, чем явно отрицательные аддикции:
1) уход аддикта от активной и разнообразной внешней жизни. Потеря интереса к другим видам деятельности, в частности к прежним хобби;
2) отсутствие общественно ценного или лично ценного продвижения аддикта, его развития в общественно или лично значимых областях;
3) при высоких степенях интенсивности аддикции – социально и лично опасные состояния, большие общественные и личные убытки при реализации этих состояний (преступность, самоубийства, разрушение семей);
4) появление сверхценной идеи – замыкание на одном интересе, на одном состоянии;
5) толерантность к предмету аддикции, необходимость повышения (до определенных пределов) «дозы» (при нехимических аддикциях дозой может служить время, затрачиваемое на увлечение, интенсивность занятия увлечением в период его выполнения и проч.);
6) тяжелый синдром отмены при недоступности объекта, аддикт при этом легко впадает в дисфорические или депрессивные состояния;
7) упадок настроения, ухудшение качества жизни при невозможности реализации аддиктивного занятия или задержке в его реализации (отличается от синдрома отмены);
8) проявление обсессивно-компульсивного расстройства при занятии темой аддикции, приводящее к ощущению выполнения Миссии при этом занятии, даже если эта деятельность не имеет никакого общественного значения.
Оказалось, что набор критериев У. Глассера достаточно расходится с более универсальным шестикомпонентным набором критериев любой аддикции Брауна – Гриффитса, но критерии Брауна – Гриффитса хорошо описывают не только «отрицательные», но и «социально приемлемые» и «положительные» аддикции. Эти критерии, изложенные в [Griffiths M.D., 2013], мы приведем по их переводу на русский язык [Мандель Б. Р., 2012, гл. IV]:
1) сверхценность определенного поведения;