Услада душ, или Бахтияр-наме

И наконец после долгих часов страданий подул попутный ветер и выбросил купца на берег. Купец, с голодным нутром, голым телом и скорбным сердцем, худой и бледный, двинулся по безлюдной пустыне, надеясь найти или спутника, или приют.

Он шел весь день и всю ночь и вдруг увидел гору, зелень которой была столь прекрасна, что даже отражалась в небе.

«Идти в этом направлении, – сказал он себе, – самый верный путь!» – и погнал коня намерения прямо к горе. Дорога привела его к селению. Это была обильная и приятная земля прохладных ветерков и прелестных видов: лужайки там смеялись, тучи плакали, небо было подобно эфиру, а земля – амбре. Посередине селения он увидел красивый дом с высоким балконом, широкими воротами, высоким порогом и приемным залом. Хозяин дома, богатый дихкан и состоятельный хадже, сидел на балконе, а перед ним стояли слуги и рабы. Дихкан увидел с балкона купца, горестного и лишенного радости, увидел на его лице пыль странствия по чужим странам и следы печали. Он подозвал странника и стал расспрашивать о его злоключениях. Купец рассказывал ему свою горестную историю л сверлил слезы остриями ресниц. Дихкан дивился чудесам и изменчивости судьбы, в нем росло изумление удивительными приключениями и неслыханными превратностями жизни пришельца, и ему стало жалко скорбного чужестранца. В общем, он велел тотчас предоставить купцу жилище, обеспечить довольствием, дать одежду. Это был конец горестным скитаниям несчастного.

Купец пришел в себя под сенью великодушия благородного мужа и после долгого ночного бдения уснул в тени благ, непрестанно повторяя стихи:

В семье Мохаллаба нашел я кров,Вдали от родины, в тяжелую годину.Гостеприимство встретил и добро.Как будто мне они роднёю были.

Слава благородному мужу, который способен встретить чужестранца и отереть пыль с бледного лика рукавом великодушия! Да сгинет добро, которое не станет бальзамом для скорбящего; греховно богатство, которое не станет лекарством для раненого.

Никто не уклонится от твоих щедрот!Из рук твоих судьба щербет великодушья пьет!

Как говорят: «Предупреди богатство скупца о превратностях судьбы и о наследнике». Богатство скупца становится или мишенью для стрелы напастей, или же лакомым куском для наследника. А богатство мудрых мужей, как уверяют миряне, есть необходимо сущее. Ведь говорится: «Кто щедр, тот и властвует».

Тот, кто богатство хранит, а не тратит,Разве он пользу его извлечет?Если судьба не отнимет богатства,К наследникам в руки оно попадет.

Сказано же: «Щедрость – это слова человечности в лучах духовности».

Одним словом, дихкан вручил купцу власть над имением и сказал:

– Будь управляющим в доходах от посевов и скота, судьей в спорах и примирениях.

А случилось так, что в этом году собрали хороший урожай, зерна было настолько много, что купец вернул понесенные убытки благодаря божественному промыслу и божьей милости. Когда солнце из созвездия Рака перешло в созвездие Льва [10], зерна в колосьях стали твердыми. Купец подсчитал вознаграждение за свои труды и увидел, что плата будет высока и что вознаграждение влечет радость. Он подумал: «Надо позаботиться, чтобы дихкан уплатил мне полностью. Самое верное – это утаить без его ведома то, что мне полагается, дабы не оказаться обделенным. Если он отдаст Мне всю причитающуюся сумму, то я верну ему припрятанное зерно. Если же он не заплатит, то я избавлю себя от переживаний из-за утраты своей доли».

И вот, когда зерно было обмолочено, а тока выметены, купец взял свою долю урожая и спрятал в пещере. Но по воле случая пронюхали об этом воры и украли ночью зерно.

Коли судьба человека темнеет,Он совершает пустые дела.

Урожай привезли в закрома дихкана, и он, убедившись что сбор велик, велел уплатить купцу вознаграждение за труды. Тому отправили долю фруктов и плодов. Купец, увидев выделенную ему часть урожая, поцеловал прах перед дихканом и сказал:

– Да пребудешь ты вечно! Я не думал, что в сем просторном мире живет человек с сердцем как море. Твое благородство – священная щедрость, твое ремесло – дарить и усердствовать в дарах. Я сомневался в том, что ты уплатишь мою долю, подозревая, что ты обойдешь меня, и уже взял то, что мне причиталось, и спрятал в пещере на горе. А ты по великодушию своему не сократил моего вознаграждения, поэтому я пойду к пещере, возьму спрятанное зерно и вручу хранителю.

Он и не ведал, что кто-то уже побывал там и забрал все зерно!

Хулил я племя Бану Амр, я поносил их долго –Быть может, от невежества опомнятся они.Увы, не излечить убогого рассудком:Здоров, как бык, лишь разума лишен.

Купец взобрался на гору, но не нашел ни зернышка. А дихкан, прослышав об этом, разгневался на купца за нечестность и за обман, велел отобрать у него выданное вознаграждение и прогнать из округа с позором.

И вот купец, без хлеба и воды, без еды и покоя, побрел по пустыне, где нет помощи, повторяя пословицу: «Твои руки полны, уста твои дуют».

Наконец он вышел на берег моря и повстречал там ныряльщиков. Увидев купца, они сразу догадались о его состоянии. Чело бедняги покрывала пыль скитаний по чужим странам, а сам он был потрясен горестями судьбы.

– Что с тобой? – спросили они. – Почему ты странствуешь по свету без коня и припасов?

– История моя длинная, – отвечал купец, – пути мой лежали и по низинам, и по высям.

Когда бы продавалась смерть, купил бы я ее!От этой жизни нет давно мне пользы никакой.Пускай помилует Аллах смиренного раба,В могиле даст ему приют и благо, и покой.

Купец стал рассказывать о том, какие тяготы он перенес; он сверлил кончиками ресниц жемчужины слез и горевал.

Дни целовали руки моей воли,Но те же дни меня подвергли боли.

Сказал пророк: «Воистину я жалуюсь Аллаху на свою скорбь и горе».

Ловцы жемчуга сжалились над ним и сказали:

– Надо почитать этого мужа и воздать ему должное за его прошлое.

И они решили нырнуть в море и отдать ему то, что найдут там: тощее или жирное, дорогое или дешевое.

И вот ныряльщики извлекли из морских глубин шесть драгоценных жемчужин, каждая из которых стоила царской казнь и была достойна украсить шаханшахский венец. Купец взял те жемчужины, и сердце его преисполнилось силой, в теле же разлилась радость. Он вновь обрел то, что порождает уверенность, к нему вернулось то, что облегчает жизнь.

– Весна моей жизни, – сказал он, – вновь обрела свежесть, а горечь моих дней обернулась сладостью!

Хвала всевышнему за милости его!Вернулась истина опять на место.

И вот с радостным сердцем купец направился в Бахрейн. Но случилось так, что по воле судьбы его спутниками оказались воры. Купец опасался ехать вместе с ними и потерял голову, страшась общения с ними. Он подумал: «После долгих бед я нуждаюсь в исцелении, моей злосчастной судьбе нужна искренняя дружба. Если эти злокозненные приятели и проклятые спутники проведают о моих жемчужинах, то они без промедления прольют мою кровь!»

И купец спрятал жемчужины во рту. А две жемчужины он вытащил изо рта и положил в карман в ожидании, чем разрешится тягость этой ночи, что покажет изменчивое время.

Судьба не балует меня, насильница она,Взираю я без сил на ход светил.

Они проехали немного, но вдруг купец раскашлялся и жемчужины выпали у него изо рта. Воры, увидев такое, стали истязать купца, приговаривая:

– То, что было во рту, выпало. А теперь живо отдавай то, что ты спрятал в рубище!

Но как они ни искали, не смогли найти две спрятанные жемчужины. Тогда они связали его и бросили в степи.

До чего удивителен мир:Будто все его розы – шипы.

Купец лишился чувств от истязаний, лежал без сознания, Утратив то, чего так жаждал. Мимо него ехал в город крестьянин. Он увидел, что на земле лежит человек, проливая слезы скорби, тяжко вздыхает и жарится на огне страха. Крестьянин слез с осла, окропил его водой. Купец пришел в себя и рассказал крестьянину о своих злоключениях, а потом попросил:

– Отвези меня в город, воры ограбили меня, похитили все мое состояние и предали во власть горестей и скорбей.

Крестьянин усадил его на осла, и они поспешно двинулись в город. Увидев город, купец возликовал, и мирские горести покинули его.

Дела и цвета, и оттенки – все вдруг изменилось,И мир весь вдруг неузнаваемым стал.Случилось же так потому, что к решению Сальма склонилась, –И тяготы легче намного, и дух мой возликовал.

«Слава Аллаху, – подумал он, – что у меня остались две жемчужины. Я продам их и буду жить безбедно на вырученные деньги и понемногу накоплю достаток».

Он немедля отправился в ювелирный ряд, вытащил обе жемчужины и показал старому ювелиру. Старик увидел две жемчужины чистейшей воды, которые излучали блеск самоцвета и пламя чистоты, свет и сияние. Ювелир тотчас схватил купца за ворот и закричал:

– Эй, дерзкий убийца! У меня похитили много сокровищ и эти жемчужины в придачу! А ну, сознавайся, куда ты девал мои драгоценности? Где ты их спрятал?

Тут сбежались люди и стали говорить купцу:

– Верни добром сокровища этого мужа, а не то отберут силой и тебе придется худо.

Купец стал было рассказывать историю своей жизни, говорить о потере имущества, о странствиях и Путешествиях, но никто не хотел ему верить, и беднягу в горестном состоянии отправили в темницу, заковав в кандалы. Купец склонил голову на колени и предался горестным размышлениям в узах печали, лишенный радостей жизни.

Мне сказали: «Ты заточен». Я ответил: «Препятствия нетМоему заточенью. Предназначены ножны любому мечу».

Но вот по воле случая один из тех ловцов жемчуга пришел в темницу навестить друга, желая вызволить его из заключения. Он увидел купца, который лежал на боку, опечаленный. Стоило ему увидеть ныряльщика, как он тут же закричал:

– О любезный брат и друг в беде и удаче! Помоги мне!

От беды меня избавь, если можешь!Руку дружбы протяни, если можешь!

– За что тебя заточили сюда? – спросил ловец жемчуга. – Что за беда с тобой приключилась?

Купец рассказал ему о своих злоключениях, а ныряльщик тут же пошел к друзьям и сказал им:

– Поднимайтесь, давайте вызволим того благородного мужа из темницы. Ведь говорят: «Помогай своему брату независимо от того, насилуют ли его или сам он насильничает».

Воистину тот юноша пленен –Бегут ручьями слезы по щекам.Томится он в плену, а между темВ плену сирийском сердце у него…

Ныряльщики отправились к правителю города и заявил:

– Такой-то купец обижен, он лишился счастья и благоденствия. Прежде он был богатым и великодушным мужем, но в шахматах надежд получил мат, его состояние проглотили превратности мира. Те две жемчужины принадлежат ему, это – го законное имущество. А ювелир – обманщик и насильник, бессовестный и коварный человек.

Эмир тут же отправил ювелира в темницу, а купца выпустил, попросив извинения. «Кто слушает, тот освобождает, а правда украшается прощением».

Когда купец пришел в себя, правитель велел отправить его у баню и выдать ему полное одеяние.

Не огорчайся тому, что тебя постигает,Воистину счастие всех навестит в свой черед.

Эмир оказал купцу покровительство и благоволение и сказал:

– Этот муж испытал всю несправедливость коловращения судьбы и испил горечь несчастий рока. Он достоин быть приближенным собеседником и сотоварищем любого шаха.

Он вручил купцу сокровища и передал ключи от казны. Жизнь купца пошла на лад, яства его жизненного пути стали приемлемыми, его бледное лицо приобрело цвет аргавана, его обиженная судьба стала лучезарной.

И вот однажды купец сидел в эмирской сокровищнице, как вдруг сверху на него посыпалась земля. Посмотрел он и увидел мышиную нору, которая вела сквозь стену. Он хотел было заделать отверстие, но часть стены отвалилась, и получилось нечто вроде окошечка в царские покои. Он заглянул в отверстие, а за стеной как раз сидела красавица шахиня, и шах предавался с ней утехам любви. Купец нечаянно посмотрел в покои, а падишах встретился с ним взором. Он позвал слугу и приказал:

– Узнай, кто там подглядывает в мой гарем, как тать! Выколи ему тотчас глаза, ибо предатели не заслуживают снисхождения. Как говорят: «И глаза прелюбодействуют!»

Стражник побежал, схватил купца и выколол ему оба глаза.

Коварный рок, зловредная судьбаПодстерегли его в засаде, без сомненья,Явили вновь насилие своеИ навсегда его лишили зренья.

– Да будет тебе известно, о великий падишах и повелитель мира, – закончил Бахтияр, – что никто не в состоянии противостоять намерениям небес и злой судьбы. Я нахожусь в таком же положении, как тот купец, игральные кости которого падали не по его желанию, а судьба дарила не по его дарованиям

Да, коли в мире счастье отвернулось,Скажи себе: «Смирись».

– Великодушие шаха в том, – продолжал он, – чтобы прощать раненных превратностями и убиенных бедами, чтобы не спешить с казнью осужденных. Быть может, моя невиновность будет доказана и светильник моего освобождения еще загорится.

Падишах выслушал рассказ, а солнце в это время было как раз в зените. Он приказал заковать Бахтияра в цепи, отправить в темницу и передать стражникам.

На другой день, когда просторы вселенной благодаря милости великого светоча стали жасминовым садом, а местные холмы и пригорки прелестью уподобились лужайкам, желтыми розами которых были лучезарные лучи, а красными розами – лилии с янтарными лепестками, падишах явился в тронный зал и заговорил о Бахтияре со вторым везиром.

– О падишах, – сказал тот. – Отдай этого малого мне, я его подвешу на виселицу вниз головой и велю бить камнями так сильно, чтобы это послужило назиданием для других и примером для всех людей.

Падишах приказал повесить Бахтияра. Когда его привели в тронный зал, шах сказал:

– Эй, проклятый раб, преступный молодчик! Я приказал тебя повесить, ибо казнить тебя – это наивысшая справедливость, убить тебя – сама премудрость.

– Да будет сопутствовать жизни падишаха счастье и радость, – сказал Бахтияр. – Темницу придумали древние цари и мудрые мужи. Того, кого заточают в темницу, как бы лишают жизни: он действительно убит и казнен. Не спеши с моей казнью, ибо я не могу ни бежать, ни защищаться. Быть может, падишах слышал историю о том ювелире, который спешил жить, так что его постигло то, что постигло, и он увидел то, что увидел.

Приказал падишах рассказать ему историю, и Бахтияр раскрыл уста и начал.

Глава третья

История о ювелире, о невзгодах и бедствиях, которые постигали его сначала, об улучшении положения и достижении им желаемого в конечном итоге. В этом рассказе говорится о чудесах божественного промысла и содержатся бесчисленные изречения

В книгах написано и в свитках начертано, что жил на свете ювелир, знаток драгоценных каменьев, обладатель несравненных самоцветов. Он не знал себе равных в оценке горных каменьев и превосходил всех в определении жемчугов и редкостных даров моря. Он сразу отличал истинное от подделки, распознавал ходовой товар. У этого молодого ювелира была добродетельная и благородная жена, которая провода время под покровом благочестия и накидкой целомудрия, была украшена красотой и совершенством и носила во чреве плод от него.

И вот один из царей мира, счастливейший из шахов, призвал к себе ювелира для отбора каменьев и жемчужин с тем, чтобы некоторые употребить на расходы, а другие сохранить в сокровищнице. Ювелир сказал жене:

– Коли меня вызывает могущественнейший и великодушный шах, надо считать это добрым предзнаменованием, ибо приближение к нему будет для меня счастьем, а его доверие возвысит меня. Ты без меня разумно присматривай за доходами и расходуй с умом. Если нам повезет, и у нас родится сын, то нареки его Бехрузом, а если родится дочь, то назови ее достойным именем по своему усмотрению. Эта поездка принесет мне успех, это путешествие повлечет блага. Пророк – да будет мир ему! – сказал: «Путешествуйте, чтобы быть здоровыми и обретать богатства».

Человек своим трудом достигает сана,Обращается в луну месяц, путь пройдя.

Ювелир сложил свои пожитки, взял дорожный припас и оседлал коня. Словно месяц, переезжал он от одной стоянки к другой, странствовал по горам и долам, пока наконец не прибыл к шахан-шаху.

Падишах, убедившись в высоком мастерстве и глубоких познаниях ювелира, приблизил его к своей особе.

И вот ювелир отбирал редкостные жемчужины и сверкающие каменья, рассказывая при этом падишаху смешные истории и занимательные сказки. Падишаху он понравился своею образованностью и высокими нравственными качествами, и тот заказал ювелиру инкрустированные венцы, редкостные пояса и другие диковинные изделия.

Ювелир пробыл в той стране целый год. Каждый месяц Шах одаривал его халатом и посылал ему за труды вознаграждение сверх ожидаемого. Но как ни благоприятствовала ювелиру судьба, как ни сопутствовало ему счастье, его непрестанно угнетали думы о жене и ребенке.

Разлуки, друг мой, берегись!Давно расстался я с Лейли.О если бы сердца моглиСей дальний путь преодолеть!

И случилось так, что жена ювелира родила двух мальчиков-близнецов, похожих на две жемчужины. Прекрасные дети казались двумя счастливыми светилами и жемчугами из двух морей. Они были парными жемчужинами, двумя сверкающими каменьями, симметричными ветвями и двумя блестящими звездами. Жена отправила к мужу письмо с радостной вестью что, мол, всевышний и всеславный господь даровал нам двух сыновей, похожих на нарциссы. Каждый из них соразмерен телом, а лицом – словно нежная весна. Одного, мол, я назвала Рузбехом, а другого – Бехрузом.

С тех пор отца не покидала дума о сыновьях. По истечении года он приготовился в путь на родину и попросил у шаха разрешения ехать, но получил отказ. Тогда ювелир рассказал о жене, сыновьях, о желании видеть их.

– Вели доверенному человеку привезти их сюда, – отвечал падишах, – и получи из казны с избытком расходы на их переезд.

Ювелир поразмыслил и сказал:

– Хотя благоволение шаха безмерно и милости безграничны, но служение царям таит опасность. Говорят же: «Знайте, что цари гневаются при невыполнении их прихотей и не считаются ни с чем, когда рубят головы».

Служение царям таит в себе угрозу,Но ради выгоды нельзя пить собственную кровь!Пусть славен ты умом в подлунном мире –Червя безумия в себе остерегись.

Трудно расстаться с детьми, с домом, с любимым инструментом. Если у кого-либо дела на чужбине даже пойдут в гору, если даже он достигнет своих желаний и цели, но не получает известий со своей родины, то его радости – все равно что разведенная жена. Родной дом и друзей невозможно покинуть навеки, нельзя отторгнуть сердца от родины, от братьев, от места, где рос.

Родная та земля, чья пыльК моей впервые прикоснулась коже.

Когда Аммар Ясир бежал из Мекки в Медину, то господин всех людей – да будет мир ему и да благословит его Аллах! – после первых приветствий спросил о Мекке:

– В каком состоянии ты покинул Мекку и ее долины.

– Деревья в Мекке зазеленели, – отвечал Аммар Ясир, – воды прозрачны и воздух чист.

– Да успокоятся сердца! – сказал пророк. – Не говори больше о красотах Мекки, ибо огонь в моем сердце еще № улегся.

Одним словом, ювелир решил: «Я подожду еще несколько дней. Может быть, шах сжалится над моими детьми, смилуется над моим сердцем и душой и разрешит мне вернуться к семье и детям».

Ювелир пробыл у шаха еще два года. Жена его в разлуке проливала слезы, дни и ночи рыдала в смирении и покорное!

О удод! Ты отсутствовал долго средь нас,Принеси же нам добрую весть из Сабеи.

Ювелиру стало стыдно перед далекой женой, а сыновьям, росшим без отца, уже исполнилось по три года, и отцу стало невмоготу выносить разлуку. Он вновь обратился письменно к падишаху, рассказывая о своих горестях. Шах ответил:

– Ни за что не разрешу тебе уехать! Отныне всю жизнь тебе надлежит исполнять мои поручения и жить под сенью нашего благоволения.

И бедный ювелир пробыл у падишаха еще три года в почете и уважении. Он проводил время, словно Якуб, в доме горестей и разлуки и, словно Аййуб, сеял семена терпения, насколько это было в его силах.

Еще три года прошло, и от коловращения судьбы чаша с ядом разлуки переполнилась, и страдания от жизни на чужбине лишили птицу радости крыльев. Сыновья его меж тем уже научились читать Коран и каждую неделю отправляли отцу письма, полные скорби, словно послания влюбленных, описывая страдания сыновней любви и огорчения от разлуки.

Написал я ему, что разлука легла между намиИ страдает в разлуке душа.Недоступный для взора, живешь тыСреди горестных вздохов моих.

У ювелира иссякло терпение, и он написал жене: «О любезная подруга! О супруга моя! О исцеление превратностей жизни! Тебе следует оставить наши владения и имущество и выехать с сыновьями ко мне, ибо я не предвижу утра этой ночи разлуки, не могу дождаться вечера для того дня, опаляющего мое сердце. Сердце мое изнемогает в разлуке, а терпение не может ничему научиться в школе разума.

Прекрасны пределы земные, но нетБез друга мне счастия даже в раю.О ветер-гонец! Отнеси мой приветПечальному сердцу в родимом краю.

Молодость гибнет от рук разлуки, а свежесть щек вянет от насилия судьбы.

Меня про молодость спросили, и я ответил так:«Мукой сомнений побелило время мою главу».

Жена ювелира взяла мальчиков и с радостным сердцем пустилась через обширную пустыню. Пройдя половину пути, они остановились у большой реки. Воды ее были солеными, а перебраться на другой берег можно было только на корабле с кормчим. День клонился к концу, солнце уже облачилось в одеяние ухода, лучи его побледнели, словно лицо Вамика, а Дыхание времени напоминало вздохи влюбленного. Им сказали:

– Уже поздно. Проведите ночь на берегу реки, а завтра переправитесь через реку.

Когда паланкин сняли с верблюдов, дети бросились к реке, стали резвиться на лужайке у самого берега.

Отец меж тем уже получил весть, что прибывает жена с детьми, он выехал навстречу им и расположился на другое берегу реки. Еще не настала пора вечерней молитвы и мир еще не облачился в ночные одеяния, но солнце уже пожелтело а дыхание времени стало холодным. Ювелир подошел к реке чтобы совершить ритуальное омовение и обязательный намаз. С ним был кошелек золота, он положил его рядом и начал намаз. От прославления Аллаху он перешел к изъявлению покорности всевышнему, завершил молитву, вернулся к своей стоянке и снял накидку с паланкина. Не успел он, как говорится, проглотить первый кусок и слова «Во имя Аллаха» [11] еще не успели слететь с его уст, как он вспомнил, что оставил на берегу реки золото и все, что заработал за долгую жизнь.

Вернувшись на берег реки, он из-за густой травы и кустов, а так же из-за нахлынувших мыслей не смог найти место, где совершил омовение и намаз. Больше часа бегал он по берегу, рыская меж деревьев. Но сколько он ни искал, ничего не нашел. И тут набрел на двух мальчиков, игравших друг с другом и ласкавшихся, как братья. Ювелир схватил их и закричал:

– Верните мой кошелек с золотом, а не то несдобровать вам! Здесь ни одной души живой не было, кроме вас.

Но дети не были повинны в грехе, а укоры и угрозы не помогли делу. Тогда ювелир исторг из сердца жалость и бросил обоих детей в воду.

Видя, что Рузбех и Бехруз задержались с возвращением, что белый сокол востока повис в когтях ворона запада, черный мускус ночи смешался с белой камфорой дня, а снопы лучей скатились с гор, что черный ночной локон спустился на уши холмов, – словом, что стало темно и пришла пора вечерней молитвы, мать при лунном свете побежала по берегу и стала кричать:

– Эй, Бехруз! Эй, Рузбех! Где вы? Вернитесь к матери!

Ювелир узнал голос своей супруги. Тут же погнал коня в реку, переплыл ее и обнял жену.

После того, как счастье вновь соединило их, когда были обретены вновь их прежние отношения, муж сказал жене:

– Ты звала Рузбеха и Бехруза. Где же они? Сердце мое жаждет видеть их, глаза мои хотят лицезреть их красоту.

– О господин мой! – отвечала жена, – дети пошли поиграть. Но день кончился и настала ночь, а их все еще нет.

Отцу не терпелось увидеть детей, и он в тоске воскликнул:

– В какую сторону пошли дети?

– Они пошли по обе стороны реки, – ответила жена. – Они хотели посмотреть прозрачную текущую воду и увидеть, как ветер разгоняет волны, чтобы отдохнуть сердцем и полнее вздохнуть грудью.

Как только ювелир услышал ее слова, он стал бить себя по лицу и рвать на себе одежду.

– О жена! – воскликнул он. – Наши дети стали пищей небосвода-насильника, погрузившись в пучину гибели. Я поступил необдуманно и бросил своих детей в воду.

Всю ночь напролет искали детей, надеясь найти их хоть полуживыми или даже мертвыми. Но так ничего и не нашли. Отец и мать остались ни с чем, они раздирали траурные одеяния рукой печали.

Под какой звездой я родился, о боже, что рокТак лелеет меня для беды, где б она ни была?

Отец и мать пребывали в отчаянии и скорби, но божественная милость и безмерное милосердие божие не дали детям утонуть: каждого господь спас из пучин, снисхождение всевышнего представило им место в паланкине спасения, чтобы отринуть от них гибель. Река выбросила мальчиков на берег в разных местах. Каждый недоумевал, что за беда на него обрушилась, что это за губительная молния попала в него.