- -
- 100%
- +
Пролог
– Мое имя тебе знать необязательно. Будешь называть меня хозяин.
Последние слова прозвучали так грубо и беспринципно, что мне захотелось отодвинуться. Но не из-за страха, а потому что, вопреки здравому смыслу, между ног намокло.
– Я не буду вас так называть, – прошептала злобно только потому, что гневалась на своё тело за возбуждение. Грязно и отвратительно заводиться от таких слов, тем более от незнакомого человека. Мужчина ухватил меня за подбородок, но я тут же вырвалась и выскользнула из-под него. – Никогда не буду! И не смейте меня трогать!
Незнакомец склонил голову набок. Мои слова должны были разозлить человека, который просто пришёл попользоваться мной и выкинуть, но… почему он не гневается? Почему так спокоен? От непонимания голова затуманилась. Я ожидала, что буду рыдать от боли и унижения, а вместо этого со мной разговаривают и даже не на повышенных тонах.
– Значит, хочешь поиграть со мной в Шекспира? – хмыкнул он. Я вопросительно посмотрела на него, ища спиной новую опору. Нашла в виде ближайшей стены.
– «Укрощение строптивой», – с хитрой ухмылкой пояснил он. – В таком случае, посмотрим, сколько ты продержишься до того блаженного момента, когда из твоих уст прозвучит слово «хозяин».
Глава 1
За несколько дней до.
– Это третья сигарета за полчаса, Мир. Может, расскажешь, что случилось?
Делиться проблемами с коллегами по цеху считалось дурным тоном, к тому же, было откровенной глупостью. Никогда не знаешь, кто захочет воспользоваться полученной информацией в собственных целях, чтобы уничтожить тебя, карьеру и жизнь. Нож в спине – совсем нередкое явление для модельного бизнеса.
– Да ничего, – отмахнулась я и сглотнула. Ком боли и отчаянья медленно, но верно подбирался к горлу, грозя перекрыть дыхательные пути. – Так, жизненные неурядицы.
За внешним спокойствием скрывалась огромная дыра в душе из-за трагедии, произошедшей накануне вечером. «Алло, ваша мама попала в аварию», – меня оповестили таким тоном, словно доставщик пиццы уточнял адрес проживания. Несмотря на поздний вечер, я примчалась в указанную больницу и поняла, что дело плохо. К счастью, мама не умерла. Но была на грани. Лежала вся перевязанная, под капельницей в реанимации. Я не смогла смотреть на неё больше десяти секунд, потому что от одного её вида растеряла последние частички самообладания.
– Нужны деньги, – я стряхнула пепел и нашла в себе силы посмотреть в глаза Неле, знакомой манекенщице, с которой у нас был один агент, и потому мы часто пересекались по работе.
– Много? – поинтересовалась она. Возможно, даже искренне. Хотя пёс её знает.
– Прилично, – я тяжело вздохнула и одним движением потушила сигарету, оставив окурок в пепельнице. На операцию и последующую реабилитацию нужно было двести тысяч долларов. Причём в ближайшее время, иначе… я её потеряю. А это недопустимо. Потому я должна найти деньги как можно быстрее.
– Знаешь, ведь существует более доходные способы заработка, – она приблизилась ко мне и сбавила тон, словно мы в курилке были не одни. Аромат приторной сирени, смешанный с дурманом лака для волос, заставил меня поморщиться. Ненавижу этот запах.
– Ты имеешь в виду эскорт? – спросила я напрямую. Благодаря ангельской внешности у меня были все шансы построить карьеру в теневом бизнесе, но существовали две проблемы: я была девственницей и слишком гордой. Если за первое заплатили бы очень хорошо, то второе – препятствие для той, кто собирается зарабатывать телом. По крайней мере, я так думала.
– Это если надо заработать немного. Если солидно, то могу подсказать один верный способ… – Неля прошептала мне на ухо, словно разбалтывала тайну за семью печатями. Я снисходительно улыбнулась, потому как не знала, за что ещё молодой девушке без образования могут платить солидные деньги, если не за интимные услуги. В лотерею предлагает выиграть что ли? Или казино ограбить?
– Есть один интересный клуб, – начала она. – Название не скажу, это секрет, но там можно поднять нехилые бабки за один вечер. Интересует?
– Конечно, – ответила я, заинтересованно поглядывая на знакомую.
– Так вот, по пятницам там подводятся закрытый аукцион, где богатые мужчины могут приобрести женщину за необходимую ей сумму, – Неля говорила спокойным тоном, а у меня по телу побежали мурашки. Разве такое могло твориться в двадцать первом веке? Торговля людьми – это же варварство какое-то.
– И чем это отличается от эскорта? – я вскинула бровь, понимая, что она предлагает мне почти тоже самое.
– Суммой. Сроком аренды тела. Намерениями покупателя. Помнишь Сандру? Ну, такую, платиновый блонд, тощая, как пигалица? – спрашивала Неля. Я что-то припоминала. Видела её на показе и запомнила лишь потому, что из толпы других девушек она выделялась чрезмерной даже для модели худобой.
– Ну.
– Она продала себя на один вечер за десять тысяч долларов. И знаешь, что она делала за эти деньги? – интриговала Неля, а мне казалось, что ничего, кроме сексуального обслуживания, таких денег не стоит. – Купивший заставлял её весь вечер играть с ним в шахматы! Вот это жесть, представляешь!
– Кошмар, – иронизировала я, пытаясь подавить ухмылку. Получалось плохо. – Как же она, бедненькая, это пережила?
– Не знаю. Ну, короче, могу дать твой номер мужику, который и занимается подбором девочек на аукцион. Сам тебе позвонит. Окей? – Неля достала телефон и начала что-то печатать, хотя я ещё даже не согласилась, но и отказать не могла. Все-таки деньги нужны были огромные. Ради близкого человека, наверное, стоило попробовать даже продать себя, хотя попытки Нели обелить мероприятие и намеренья покупателей немного напрягали.
– Двести тысяч смогу получить? – как бы невзначай поинтересовалась я. Именно столько стоила перевозка матери в лучшую швейцарскую клинику и полный курс реабилитации.
– Рублей? Да легко, – кивнула Неля.
– Долларов.
Неля аж поперхнулась и прижала руку к груди, ошарашено глянув на меня пустыми взглядом.
– Сколько?! – в её тоне можно было услышать искреннее удивление. – Ладно, не мое дело знать, для чего. Думаю, что можно попытаться, но лучше уточни у Роберта, так зовут менеджера по подбору девочек.
Сжав губы, я подавила отчаяние от осознания, что другого выбора нет. Либо я воспользуюсь шансом, который мне предлагает Неля, либо… нет, никаких других вариантов быть не может. Я найду деньги и спасу маму, даже если придется вляпаться в эскорт.
Глава 2
Вернувшись домой после утомительных съёмок, я была настолько вымотана, что забыла о коротком разговоре с Нелей, а потому звонок с неизвестного номера привёл меня в ступор.
– Алло? – я прижала смартфон плечом к уху, чтобы иметь возможность снять туфли на высоком каблуке и освободить многострадальные ноги.
– Мира? Это Роберт, – необычное имя наполнило мне курилку и Нелю, которая обещала дать мой номер нужному человеку.
– Да, здравствуйте, – я механически улыбнулась, несмотря на то, что собеседник не мог меня видеть. Вежливость – моя визитная карточка.
– Неличка рассказала мне о том, что вы отчаянно нуждаетесь в деньгах, а я как раз тот человек, который может эту проблему решить в самые кратчайшие сроки, – он говорил тоном мошенника, играющего роль сотрудника службы безопасности Сбербанка ради финансовой выгоды. И это, черт возьми, подкупало.
– Она говорила мне об этом, – ощущая блаженство от ходьбы голыми ногами по холодному полу, я дошла до кухни, где решила найти хоть что-нибудь, что можно закинуть в желудок, чтобы он перестал издавать голодное урчание.
– В таком случае, предлагаю встретиться в самое ближайшее время, – одним только голосом Роберт умудрился и успокоить, и вселить в меня оптимизм.
– Очень хотелось бы, но завтра у меня день забит под завязку… ни одной свободной минуты… – жаловалась я, словно старому другу. И как мужчина умудрялся так действовать на людей через телефон? Наверное, именно так мошенники и отбирают деньги у обычных людей. Манипулируют, чуть ли не гипнотизируют голосом, заставляя отдавать последнее.
– Не вопрос! Заеду за тобой прямо сейчас, – отрезал Роберт, не давая мне даже шанса передумать. – Где тебя забрать?
Словно заворожённая, я продиктовала ему адрес ближайшего супермаркета, не желая раскрывать адрес квартиры, но и об этом пожалела почти сразу. Нужно было взять время на размышления или хотя бы расспросить подробнее по телефону. А теперь, получается, согласилась непонятно на что. Ну, ладно. Сегодня четверг, так что прямо на аукцион Роберт меня не увезёт. Ведь так?
Продолжая думать об этом, я все больше чувствовала беспокойство, какую-то странную тревогу, словно интуиция намекала на что-то, но я не могла понять ее. Достав початую бутылку вискаря из холодильника, я налила себе немного и выпила залпом. Это должно было помочь успокоиться. Всё же на кону жизнь матери, единственного близкого мне человека, которому я теперь даже не могу позвонить. Она в реанимации, и врач обещал сообщить, когда очнётся, а пока я могла ей помочь только медицинскими расходниками и попытками собрать деньги на качественное лечение за границей.
Вернув бутылку на место, я пошла в душ. Нужно было смыть пот и тяжёлые мысли. Стоит ли двести тысяч того, чтобы перестать цепляться за гордость и отдаться тому, кто купит мое тело? Ответ был очевиден, хотя и доставлял мне боль. Мама говорила, что я бесценна, и не одобрила бы моего поступка. Но она и не узнает. А когда спросит, придумаю что-нибудь.
Едва я помылась и накрасилась, как на телефон пришло сообщение от Роберта о том, что он минут через десять будет на месте. Это подвигло меня собираться быстрее, вот только что надеть – я понятия не имела. У нас же будет обычная деловая встреча? Тогда остановлю выбор на классической юбке и блузке, но ничего больше сверху, потому что на улице очень жарко даже ночью. Погода в августе беспощадна.
Серебристый мерс отличался от всех других машин на парковке новизной и ухоженностью в первую очередь, поэтому я сразу поняла, что это машина Роберта. Не мог человек, вертящий дела с богатыми людьми, ездить на разбитой бэхе. Мерс просигналил, и я подошла к нему вплотную, заглянув на водительское сидение через тонированные стекла. Водитель вышел из машины и открыл мне дверь, где на заднем сидении расположился хозяин.
– Добрый вечер, красавица, – приветствовал он меня. – Присаживайся, не стесняйся. Дядя Роберт к твоим услугам.
Он раскинул руки, заняв собой почти все пространство сидения. Я залезла в салон и ощутила дискомфорт от того, насколько Роберт близко. Он не был красивым мужчиной, даже наоборот: коричневая от загара кожа трескалась на волосатых руках, огромный пивной живот был заметен невооружённым глазом, хотя одежда ничего. Довольно солидная. И зачем ему темные очки в салоне машины?
– Добрый вечер, – как только водитель закрыл за мной дверцу и вернулся на место, мы тронулись, что заставило меня забеспокоиться. В машине, наедине с незнакомцами. О чем я вообще думала, садясь к ним? Подавив тревогу, я слегка улыбнулась и осторожно спросила: – Куда мы едем?
– Пока просто катаемся, – ответил Роберт, а сам осматривал меня пожирающим взглядом, от которого становилось не по себе. Я поерзала на сидении и поправила юбку, убеждая себя, что на показе и на фотосессиях видела и более похотливые взгляды, но почему-то этот пугал меня сильнее всего. – И потихоньку узнаём друг друга.
– Это нужно для… аукциона? – поинтересовалась я.
– Конечно, – Роберт смерил меня высокомерным взглядом маленьких крысиных глаз. – Не могу же я кого попало продвигать на такое ответственное мероприятие.
– Продвигать? – удивленно повторила я. – Значит, мне еще нужно пройти проверку?
– Без нее никак, – тонкие губы искривились ухмылкой, от которой мне стало дурно. – Давай же начнём прямо сейчас. Отвечай на вопросы честно.
Я коротко кивнула, почувствовав, что Роберт положил руку мне на плечо и одобрительно погладил.
– Итак, первый вопрос. Ты когда-нибудь занималась экспортом? Проституцией? – буднично спросил он, а я от беспокойства сжала руки в кулаки. В любое другое время задай мне кто подобный вопрос, получил бы по роже, но сейчас нужно было смерить нрав.
– Никогда. Я девственница.
Роберт поднял очки на лоб. Его глаза расширились настолько, что едва не выскочили из орбит.
– Серьезно?
– Угу.
Роберт замер, поглаживая свой подбородок, словно обдумывал следующий вопрос.
– Но хотя бы сосать приходилось? Или в задницу давать? – грязные вопросы он задавал слишком спокойно, будто интересовался о таком у каждой незнакомой женщины. Меня же они привели в смятение. Да, я раздевалась на фотосессиях до нижнего белья и, бывало, дефилировала в откровенных нарядах, но никогда не оголялась полностью, и вообще относилась к этому, как к рабочим моментам. Сексуальная сторона человеческой жизни была для меня пока что неизведанна.
– Н-нет, – запнулась я от волнения, что Роберта только позабавило.
– Очень плохо, – покачал головой мужчина. – В таком случае, придётся начинать учиться на мне.
Я ошарашено посмотрела на него и вцепилась рукой в ручку двери. Она не поддевалась, хотя я была готова открыть ее и выпрыгнуть из машины на ходу.
– В каком смысле? – проглотила я гнев и желание совершить необдуманный поступок.
– В прямом, – Роберт дотянулся до ремня и начал его расстёгивать. – Отсосешь и получишь место на аукционе. И не смотри на меня так. Я тебе скидку сделал, как целке. Другие и пиздой, и жопой отрабатывают.
Я сглотнула ком и уставилась на член, который Роберт вытащил из штанов. Он был такой маленький, окруженный густыми чёрными волосами, что хотелось то ли смеяться, то ли плакать.
– Ну так что? – настаивал он, тряся член с сочащейся красной головкой в руке. – Соси или сделки не будет.
Я замялась, потому как внутри меня шла борьба. С одной стороны, противно, мерзко, унизительно. С другой – жизнь дорогого мне человека. Я должна проглотить гордость и сделать это. В конце концов, чего еще можно было ожидать от этой встречи? А что еще предстоит сделать за двести тысяч долларов? Лучше не думать.
Нехотя нагнувшись, я обхватила член рукой и осторожно коснулась губами головки. Горький секрет попал в рот, заставив зажмуриться, но я тут же переборола отвращение. Закрыв глаза, я высунула язык и стала неуверенно облизывать головку, постепенно переходя к стволу, который вместе с этим слегка надрачивала.
– Глубже бери, – тяжело дыша, приказывал Роберт. Я старалась, но это был мой первый опыт, а потому даже такой маленький я вобрать целиком не могла. Не знала, как.
Тем не менее, губы постепенно дошли до середины, и член стал упираться в нёбо. – Молодец, хорошая девочка.
Пытка все продолжалась и продолжалась. Жирный козел никак не хотел кончать. Всему виной моя неопытность. Я откровенно медленно сосала член, один раз даже умудрилась подавиться и закашляться, что, в конце концов, ему надоело.
Положив руку на мой затылок, Роберт стал двигать моей головой, заставляя вбирать член быстро и глубоко. Я утыкалась носом в волосатый лобок, чувствуя ужасный запах, от которого тошнило, а горло разрывало кашлем. Салон автомобиля заполонило громкое мычание. Из глаз брызнули слезы, когда он прижал меня к паху со всей силы, игнорируя возражения, которые я могла выражать только руками, вцепившись в пиджак.
– Да, вот так… – шептал Роберт, – проглоти всё…
Когда горячая струя хлынула в рот, меня затошнило с новой силой. Слёзы стекали по щекам, размазывая макияж, капая на мужские брюки. Горькая сперма на вкус оказалась отвратительной, благо она быстро стекла по горлу, и только тогда Роберт решил отпустить меня. Я поднялась и тут же стала вытирать рот, ощущая такое отвращение, что не могла найти себе место в салоне. Через зеркало заднего вида встретилась взглядом с безмолвным водителем, отчего стало еще хуже.
– Умница, – похвалил Роберт, застёгивая ширинку. – Так уж и быть, место за тобой.
После пережитого я уже ничего не хотелось, разве что вернуться домой и прополоскать горло, почистит зубы, отдраить рот… в общем, сделать что угодно, лишь бы забыть о произошедшем.
– Так сколько хочешь заработать на аукционе? – как ни в чем не бывало поинтересовался мужчина. – В душу не лезу, исключительно деловой интерес.
– Двести тысяч, – прошептала я одними губами. На душе было так гадко, что я не могла посмотреть в глаза собеседнику. На всякий случай, пояснила: – Долларов.
Роберт смерил меня удивленным взглядом.
– Хороши запросы, девочка. Впрочем, девственность на моей памяти продавали и дороже, – он прервался, чтобы осмотреть меня с ног до головы. Без разрешения расстегнул блузку, оголив лифчик, и тут же засунул огромную лапу в чашечку. Совершенно разбитая, я не сопротивлялась, когда он доставал грудь наружу, чтобы полюбоваться формами. Хуже уже все равно не будет. – Сиськи хороши. Но не для двухсот тысяч. Ладно, что-нибудь придумаем.
Я ничего не ответила. Отвернувшись к окну, я смотрела вдаль, пытаясь подавить желание расплакаться прямо здесь. Слезы ни к чему. Я должна пережить все, что уготовила мне судьба, чтобы получить нужную сумму. Я сильная. Я выдержу.
Видя мое состояние, Роберт заправил грудь в лифчик и больше не пытался прикоснуться, вместо этого достал бутылку шампанского и слишком легко открыл ее, словно уже пил до этого.
– Кристал, – показал он этикетку. – Дорогущая вещь. Будешь? За нашу маленькую сделку.
В горле действительно сильно пересохло, к тому же, повод он придумал, что надо. Отказ мог обидеть, потому я кивнула и приняла наполненный бокал из его рук. Шампанское пахло так приятно, что я сразу же поднесла стекло к распухшим губам и отпила несколько больших глотков.
– Теперь приляг, отдохни, – говорил Роберт. – Дорога предстоит долгая.
Не знаю, почему, но меня моментально потянуло в сон. Ослабленная, я легла на заднем сидении и не понимала, почему не могу поднять даже руку. Могла только сидеть и смотреть, как за тонированным стеклом дома сменяются один за другим, пока окончательно не погрузилась во тьму.
Глава 3
Я пришла в себя от того, что кто-то настойчиво тряс меня за руку. Голова раскалывалась так, что первое время не могла разлепить глаза, словно находилась не в томной полутьме, а на солнечном пляже.
– Вставай, – будил меня незнакомый женский голос. Я недовольно промычала, словно школьница, которую поднимает мать ранним утром на занятия, и перевернулась. Простынь, которой я была накрыта, резко сдёрнули, оставив меня совсем обнаженной в прохладной комнате. Стоп. Почему я без одежды? Последнее, что помню – машина, Роберт… выпила шампанское и отрубилась. Он подмешал мне отраву? Но зачем? Я же на всё согласилась.
Мгновенно разлепив глаза, я приподнялась на твердой кровати и стала искать, чем бы прикрыться. Незнакомая женщина в маске возвышалась надо мной, недовольно скривив тонкие губы.
– Не время разлеживаться, – запричитала она. – У нас есть всего полдня, чтобы привести тебя в товарный вид. Поднимайся.
– Товарный вид? – сонно повторила я. – Значит, я…
– Да, – прервала она меня. До меня дошло, что мне подмешали что-то в шампанское лишь для того, чтобы я не видела дорогу до аукциона. – Для начала мне нужно тебя осмотреть. Роберт сказал, что ты девственница, и мне необходимо в этом убедиться, чтобы после продажи к нам не предъявили претензий из-за некачественного товара.
Я сглотнула от неприятных слов, которыми она меня обозначала. Всё же я человек, у меня есть гордость… или была до того момента, когда я согласилась отсосать у незнакомого мужика в машине ради попадания на аукцион.
– Можно мне воды? – прохрипела я, чувствуя, что к горлу подступает тошнота от воспоминаний о мерзком члене во рту. Он был таким маленьким и волосатым, что будет сниться мне в кошмарах. Я закрыла рот, чтобы натурально не проблеваться, когда вспомнила запах.
– Принесу, – кивнула женщина в маске. – Но выпьешь после того, как раздвинешь ноги. Осмотрю быстро и безболезненно.
Она развернулась и пошла в другую часть комнаты, где стоял кулер со стаканчиком. Я провожала её пустым взглядом в спину, рассматривая через глубокий разрез платья лопатки, до которых не доходили уложенные светлые волосы. Женщина ходила в дорогом вечернем платье. Чёрный бархат был обшит серебряными нитями, отражающими свет. В ушах и на шее – перламутровый жемчуг, на подделку не похож. Очень дорого и красиво. Раз она так одета, значит, я уже в клубе? Иначе зачем такой дресс-код?
Не успела я оглянуться, как она вернулась с пластиковым стаканчиком в руках, но вместо того, чтобы отдать мне, поставила на тумбочку рядом.
– Сначала проверка, – напомнила она условия.
Я поерзала на кровати и, в конце концов, положила подушку под спину, чтобы было удобнее сидеть, раздвинув ноги. Половину лица женщины я не видела, но судя по морщинкам, собравшимся вокруг её рта, она была недовольна.
– Или становись на четвереньки, или клади подушку под попу, – скомандовала она.
Опустив взгляд, я решила, что стоять раком перед незнакомым человеком как-то слишком для меня, а потому взяла маленькую подушку и, приподнявшись, положила под ягодицы. Удовлетворённая моим выбором, незнакомка распаковала медицинские перчатки и начала демонстративно их надевать. Мне стало немного легче от понимания, что ко мне не полезут грязными руками.
Она присела на край кровати и заставила меня развести ноги. Я откинулась на подушку сзади, понимая, что обратного пути нет, и надо пройти путь унижений и позора до конца, раз уж я ступила на скользкую дорожку.
Пальцы коснулись моих складок, аккуратно раздвинули. Женщина нагнулась, дабы посмотреть ближе, и неожиданно приставала палец к анусу. От такого поворота событий я попыталась свести ноги, но она не дала мне.
– Сиди смирно, – гаркнула она, – а то случайно не то задену, и будет больно.
Набравшись мужества, я глубоко вздохнула и вновь откинулась на кровати, в тот раз закрыв глаза. Палец вновь упёрся в кольцо задних мышцы и стал упорно преодолевать нетронутый барьер.
– Анальный секс был? – бесцветно поинтересовалась она.
– Никакого не было, – ответила я и сразу поняла, что соврала. Минет – тоже разновидность секса, вот только я не могла воспринимать произошедшее между нами с Робертом как половой акт. Скорее как… насилие надо мной, хотя я сама согласилась отсосать.
– Заметно, – произнесла она и ввела одну фалангу внутрь, заставив меня прошипеть и попытаться сжаться. Женщина тут же достала палец из меня и начала снимать перчатки. – Все в порядке. Можешь вставать и идти мыться. Душ там.
Незнакомка указала на неприметную дверь слева, а сама встала и выкинула перчатки в мусорную корзину рядом с кулером. Я провожала взглядом ее до тех пор, пока она не уселась на диван. Словно находясь в салоне красоты, она взяла глянцевый журнал со столика и, закинув ногу на ногу, стала его листать.
– У тебя полчаса, – произнесла женщина, не поднимая взгляд. – Или тебе помочь?
Меня бросило в краску от вопроса. Я никогда не мылась в душе с женщиной, а потому предложение показалось мне слишком вульгарным, чтобы его принимать.
– Нет, сама, – ответила я и встала с кровати, ощутив прохладу комнаты всем телом.
Пить хотелось жутко, потому я одним глотком опустошила пластиковый стаканчик. Холодная вода покарябала горло, но показалась мне настолько вкусной, что я не сдержала довольной улыбки.
Потянувшись, я пошла в указанном направлении и за дверью обнаружила просторную душевую с несколькими кабинками, некоторые из которых были заняты. Меня удивило, что плеск воды не был слышен в соседней комнате. Великолепная здесь изоляция. Наверняка, даже если захочешь, никто не услышит.
Ближайшая к входу кабинка не была занята, потому я решила остановиться на ней. Никого рядом не было, потому я без стеснения ступила внутрь и прикрылась шторкой. На полках по бокам стояло всё необходимое для водных процедур: и дорогой шампунь, и крем-мыло для душа без приторной отдушки, и полотенце. Правда, не знаю, как решусь им воспользоваться, ведь кто знает, кто его трогал до меня. Взяв его в руки, я понюхала ткань и поняла, что оно абсолютно чистое. Что же, тогда чуть-чуть оботрусь, чтобы совсем не замёрзнуть на выходе.
Я включила душ, и звук текущей воды мгновенно развеял тревожные мысли. Струи приятно массировали напряжённую спину, стекали по бёдрам, падали на кафель. Стало жарко, настолько, что душевая затуманилась паром. Однако даже из-за этого я не решилась сделать воду холоднее. Горячие капли развеивали тревогу, накопившуюся за сутки, смывали грязь от встречи с Робертом, и хотелось стоять под ними так долго, как только могла.