- -
- 100%
- +
«Действительно, ванная», – удивленная, но довольная собой хмыкнула я.
Зайдя в комнату, сразу же закрылась изнутри и зачем-то выдохнула, словно давно хотелось остаться наедине. Мягкая обувь с маленьким каблучком застукала по серому камню, которым был устлан пол. Яркие вкрапления разноцветного стекла привлекали внимание, заставляли с интересом смотреть под ноги. Окно здесь было, но зашторенное, а единственный источник света – небольшой канделябр, создавал чуть ли не интимную атмосферу в помещении.
Глянув на широкую ванну, в которой могло поместиться несколько человек, я спонтанно захотела наполнить ее тёплой водой, бросить туда специальную ароматическую бомбочку… или хотя бы разбросать лепестки роз, а потом насладиться не столько водными процедурами, но и жаркими мужскими объятиями.
От этой мысли меня бросило в дрожь. Я перевела взор на стену, стала рыскать им по поверхности в поисках того, чем бы отвлечь себя от ненужных мыслей, и остановилась на большом овальном зеркале, висящем над широкой бежевой раковиной.
«То, что нужно! – пронеслось в голове. – И руки помою, и рассмотрю себя, а то мало ли успела запачкаться».
Подойдя к раковине, я открыла воду и с неописуемым удовольствием наблюдала, как она течет из крана. Значит, водопровод есть! Не нужно будет таскать воду… Или заставлять это делать бедных слуг.
Помыв руки, решила на всякий случай освежить лицо, а когда справилась с этим, взор зацепился за кулон, поблескивающий на шее. Зеленый камень теперь так привлёкал мое внимание, что я захотела снять и рассмотреть поближе.
Едва тонкие пальчики коснулись твердой поверхности камня, как холодная дрожь проникла под кожу, ознобом растеклась по всему телу. Проигнорировав непонятное чувство, я все же сняла кулон с шеи, и как только он оказался полностью в руках, вокруг меня с резким звуком вспыхнуло облако зеленой магии, поглотившее целиком.
Я так удивилась, что не знала, что делать, но облако быстро развеялось, через секунды от него не осталось и следа. Из-за непонимания происходящего бросила боязливый взгляд на руку, в которой держала кулон, и заметила на предплечье жуткое коричневое пятно. Подняв взгляд на отражение, я едва не закричала. Вместо красавицы в зеркале была бледная черноволосая девушка, чье лицо наполовину изъедено то ли ожогами, то ли болячками, к которым не то, что прикоснуться, на них смотреть было больно.
Отшатнувшись от зеркала, я тут же разжала руку и трясущимися пальцами стала растягивать веревочку кулона, чтобы побыстрее вернуть его на шею. От страха получилось даже не с первого раза, но когда украшение было на мне, зеленое облако появилось вновь.
Кровь стучала в ушах так, что я едва могла слышать, как кто-то в этот момент постучал в дверь. Первые мгновения после исчезновения облака я не реагировала ни на что, лишь бросила опасливый взор на руку, где совсем недавно красовалась ужасная рана. Предплечье вновь было аристократически бледным и совершенно здоровым. Тогда я решилась подойти к зеркалу и успокоилась, увидев в отражении знакомую красавицу. От разглядывания себя в поисках изъянов меня отвлек повторный стук и голос из коридора: – Госпожа Вайлет? Это вы? С вами все в порядке? Я слышала странную вспышку, словно что-то взорвалось.
Я решила, что это, скорее всего, та женщина, что принесла еду с утра… Или кто-то другой из прислуги. В общем, ничего опасного. Я же закрыла дверь и никто, кроме меня, не видел изуродованную девушку в отражении.
– Все хорошо. Я скоро выйду.
Я услышала удаляющиеся шаги и после того вновь умылась, словно пытаясь стереть ужас, пронзивший изнутри, что было невозможно.
Глава 5
В штабе тайной службы сегодня было неспокойно. Гелла Барнетт, наконец, объявилась. И не где-нибудь, а под самым носом отдела по борьбе с незарегистрированными магами. Какая наглость! Эмиль Лемьер, глава отдела, был бы очень удивлен, если бы давным-давно не знал Геллу лично.
Его отдел, в том числе, занимался беглыми – теми, кто не захотел доучиться в академии, после чего верой и правдой служить королевству и быть на коротком поводке. Она была как раз из таких. Своенравная и стремящаяся к независимости. Единственный тип женщин, которые разжигали страсть в его душе.
Сейчас Эмиль собрал задействованных оперативников на короткое совещание.
– Итак, что мы узнали за день слежки? – без приветствий и расшаркиваний начал он. У него впереди ещё ворох надоевшей бумажной работы, после которой должно состояться несколько встреч, так что тянуть кота за причинные места – не было времени.
– Я начну, – предложил помощник Эмиля, фактически правая рука – Рид Савиано. – Поисковик до сих пор указывает на тот самый дом в Южном квартале, о котором мы говорили вчера. Я заметил всего одно мелкое колебание, но думаю, что оно могло быть вызвано нестабильностью магических потоков после ночной грозы. Что же касается особняка… Насколько мне удалось разузнать, он находится в собственности графа ван дер Роуэн, но он там не проживает, а сдаёт его в аренду. Согласно документам, полученным из налоговой службы, его снимает некий Ксандр Тэрре, младший сын известного купца первой гильдии Альберта Тэрре, владельца нескольких фабрик. Вместе с ним проживает некая Вайлет Дельмас. Никаких сведений о ней нет ни у нас, ни в храмовом, ни в магическом архиве.
– Запрос в провинциальные сделан? – Эмиль внимательно слушал, его лицо не выражало ничего, но едва зашёл разговор о спутнице этого самого Ксандра, как его изнутри будто обожгло пламенем возмездия. Так было всегда, когда чуйка просыпалась и подсказывала – это тот, за кем ты охотишься.
– Конечно, господин начальник, – вежливо улыбнулся Рид. Он не любил, когда его перебивают, и наверняка позволил себе плюнуть ядовитым замечанием, если бы это был не шеф. Эмиля он уважал. Одного из немногих. – Однако вы же сами знаете, покуда эти кабинетные крысы проснутся, мы уж дело закрыть успеем.
– Да уж. И ничего с этими бюрократами не поделаешь, – недовольно вмешалась Лилия, единственная женщина, присутствующая на совещании. Оперативниц в тайной службе всегда было негусто, а если и были, то просиживали в архиве или секретариате, и менялись каждые девять месяцев. Шеф тайной службы даже как-то пошутил, что пора бы просить у королевского совета дополнительное финансирование за перевыполнение плана по повышению демографии.
– Отставить разговорчики, – вежливо попросил начальник отдела. – Что ещё по спутнице этого Ксандра Тэрре?
– Он привез ее из Северного Клемтона, где проходил лечение в известной здравнице «Белая орхидея», – пояснил Рид.
Эмиль Лемьер нахмурился. Ему не нужно было напоминать название, он и сам провел в данном заведении по меньшей мере пару месяцев, когда вышел, вернее, был оправдан и выпущен из тюрьмы едва живым.
– Значит, привез девушку в столицу? – охрипшим голосом спросил он, но тут же откашлялся. – Интересно, в качестве кого?
– Ну, слуги называют ее «невестой господина», но полагаю, что раз у девушки нет кольца на пальце, то в качестве любовницы, – предположил Мартен, доселе внимательно слушавший разговор. – А то, что его нет – однозначно.
Мнение наружника, неустанно следившего за домом весь прошлый день, интересовало всех собравшихся больше всего. Пока они работали в архиве, Мартен мог выведать много полезного делу.
– Однократное колебание, что выдал твой поисковик, – обратился он к Риду, – полагаю, это короткий поход нашей парочки к доктору, который уже был мной опрошен. Он сказал, что пару дней назад, как раз в момент, когда поисковик выдал координаты, Вайлет Дельмас получила травму, вернее, потеряла сознание. На полу обнаружена кровь, но на девушке ни следа.
– Уверен, это из-за свойства иллюзии скрывать несовершенства и повреждения настоящего тела, – перебил его Рид.
Кивнув, наружник продолжил:
– Что интересно, примерно в то же время, если верить прислуге, исчезла и ее личная горничная, привезенная из того же Северного Клемтона.
В помещении возникла напряженная тишина, оперативники переглянулись между собой, будто обмениваясь мыслями. Единственный, кто опустил взор и полностью растворился в размышлениях, был Эмиль. Он ни капельки не сомневался, что Гелла способна очаровать любого – с магией или без – и использовать мужчин без зазрения совести, потому информация, услышанная от подчиненных, показалась ему убедительной. Другой вопрос – как бы ни пойти на поводу у личной обиды и не сломать жизнь невиновной девушке, ведь даже поисковик порой ошибается, так как очень зависим от магических потоков, которые маг-недоучка Клавдий до сих пор не умеет стабилизировать правильно и надолго. Тем не менее, в его голове постепенно рождался план: как проверить эту самую Вайлет.
– Вы уверены, что эта ее травма… может быть причиной того, что заклинания иллюзии, которыми Гелла Барнетт мастерски пользовалась, и которые, очевидно, помогали ей так долго обманывать поисковик, начали давать сбой? Или тому есть какое-то другое объяснение? – спросил Лемьер у собравшихся. Несмотря на то, что мужчина долгое время до тюремного заключения служил в магической академии, он был обычным человеком и всегда консультировался с ведающими. Окружающие смотрели друг на друга растерянными взглядами, и первой откликнулась Лилия:
– Пожалуй, стоит проконсультироваться у нашего штатного мага. Могу я заняться этим прямо сейчас?
– Нет, – отрезал Эмиль, чем смутил Лилию. Она удивлённо посмотрела на него, любившего инициативу и не терпящего пустую трату времени. – Для тебя у меня будет особое задание.
Девушка напряглась, ожидая поручения от шефа. На самом деле, она была бы готова выполнить любое задание, даже если бы Эмиль Лемьер сейчас же приказал бы пройти к нему в кабинет, задрать юбку и лечь на стол. Пожалуй, о таком поручении она бы даже мечтала, но мужчина был с ней, как и со всеми остальными женщинами в службе, болезненно холоден. Девочки шептали, что несчастная любовь сделала его таким, но никто из них не знал подробностей.
– Мартен сказал, что пропала личная горничная. Не думаю, что девушка захочет обходиться без нее. Пока мы будем ее искать, ты посетишь их дом в качестве кандидатки, – отрывисто говорил Эмиль, потому что мысли бурным потоком текли в его голове, и он не успевал ухватиться за все. – Так ты сможешь поближе узнать о ней, после чего доложить мне.
– Погодите, – удивлённо вмешался Рид Савиано. – Мы что, не собираемся ее брать прямо сейчас?
Эмиль Лемьер бросил на него снисходительный взор. Так и хотелось сказать: вот тебе лишь бы схватить и выбить из кого-нибудь нужные показания. А ещё лучше – напоить зельем правды или заставить Клавдия настроить аппарат для «промывки мозгов» – так в обиходе называлась процедура телепатического проникновения в голову подозреваемого. Эмиль ощущал неприязнь, даже думая об этих методах, потому что все из них были опробованы на нем когда-то, и ни один не доказал его безусловную невиновность.
– Не стоит торопиться, Рид. От Геллы Барнетт можно ожидать что угодно. Ловушка, подстава… в конце концов, она может вывести нас на подпольщиков, которые продают ей Алый цветок. Или откуда еще, ты думаешь, она могла черпать энергию для поддержания иллюзии или сбивать нас с толку так долго? Гелла, конечно, талантливая, но без полулегальных источников маны здесь явно не обошлось.
– Может, тогда мне поспрашивать ребят из отдела по борьбе с контрабандой? – задумался Рид.
Эмиль коротко кивнул, и тогда помощник мысленно добавил в список дел этот пункт.
– Значит, решено. Мартен – отоспись пару часов, поешь и вновь выходи на слежку. Завтра тебя сменит Стивенс. Рид – помимо того, о чем мы только что говорили, продолжаешь следить за поисковиком и записываешь маршрут любых колебаний. Лилия – перевоплощаешься в роль идеальной горничной и перед уходом заглянешь ко мне в кабинет, я организую для тебя рекомендации.
Все молча согласились с начальником и стали расходиться, когда он объявил об окончании совещания.
Оставшись наедине, Эмиль продолжал сверлить взглядом белый лист перед собой, на котором он так и не сделал ни единой заметки. Гелла. Его Гелла совсем рядом, почти в его руках. Женщина, разрушившая его жизнь и карьеру в королевском охранном корпусе при магической академии. Сердце обожгло ледяным пламенем – оно вонзилось в живую плоть тысячами игл, от чего мужчина задрожал, но быстро встряхнул головой, прогоняя неприятные ощущения.
Она будет в его руках. Совсем скоро вновь окажется в его власти, и тогда… он обойдется с ней точно также, как она. Не пощадит.
Глава 6
Мне пришлось умыться ещё раз, чтобы стереть с лица маску страха. Опершись на раковину, я зажмурилась, пытаясь подавить приступ тревоги. Такого я точно не ожидала! Ладно, с попаданием более-менее примирилась, но как быть с… этим? Очевидно, зеленый кулон скрывает мое настоящее лицо. Уродливое, покрытое чудовищными ранами… неужели хозяйка не нашла способа убрать эти пятна с помощью магии? Черт, и что теперь? Это, конечно, многое объясняет, в том числе и возможную причину обмена телами, но мне от этого как-то не легче. Мало того, что мой «жених», который красавец с первого взгляда, только и говорит о деньгах, да еще и странно пахнет, так теперь еще и это… Правду говорят, что не стоит судить книгу по обложке. Теперь проблемы из прошлой жизни казались мне сущими пустяками. Что будет, если Ксандр увидит меня такую?.. Почему-то я была уверена, что выставит за дверь сразу же.
Мысли в голове путались, я не понимала, что с этим делать, но почему-то решила, что, возможно, в моем личном кабинете найдется что-то полезное, способное натолкнуть меня на решение проблем. С этими мыслями я и взглянула на себя, вновь красивую, с белоснежной, ухоженной кожей, сглотнула тяжкий ком и заставила себя оставить эту проблему на потом. Сейчас нужно было идти в столовую, иначе Ксандр будет искать, а, возможно, и спрашивать о причине долгого отсутствия. Врать ещё сильнее не хотелось, но доверять кому-либо, тем более, незнакомцу, я не могла. Слишком больно разочаровываться каждый раз.
Чуть отойдя от раковины, я оценила платье – чистое, несмотря на прогулку по пыльной улице, даже подол почти в идеальном состоянии. Чего не сказать о туфлях. Я только сейчас заметила, что на белоснежном кафельном полу от двери до раковины ровным строем расположились серые следы от моей обуви. Теперь понятно, как горничная, или кто там меня окликивал, оказалась рядом с дверью и заметила приглушенную «вспышку». Стало стыдно из-за своей неряшливости, но я быстренько списала не свойственное мне качество на нервное напряжение. В любом случае, надо взять ведро, тряпку и все убрать. Ксандр, полагала я, поймёт, да и вряд ли вся уборка займет больше десяти минут. Кафель же мыть, а не ковер оттирать…
Я густо покраснела, вспомнив, что коврами устлан весь коридор, а потому масштаб трагедии, вероятно, преуменьшила.
Выйдя из ванной, сразу же наткнулась на служанку, которая нагнулась над полом и оттирала результаты моей небрежности. Рядом с женщиной находилось то, что нужно для уборки, а потому я заставила обратить на себя внимание громким покашливанием и спросила:
– А можно взять ведро и тряпку?
– Простите, госпожа?.. – удивилась женщина вопросу. Вскочив на ноги, она отряхнулась передо мной, после чего опустила взор, словно боялась гнева.
– Хочу забрать у тебя тряпку и ведро на несколько минут, – повторила я, отчего глаза служанки округлились. – В ванной нужно помыть пол, а то я случайно наследила. Прошу прощения за это.
Женщина так удивилась, что десяток секунд молча хлопала глазами, не понимая, как реагировать. Быть может, хозяйка изволила шутить, а она, глупая деревенская девка, не понимает? Однако это предположение оказалось в корзине неправильных – не дождавшись ответа, я сама подошла к хозяйственному инвентарю, схватила ведро за ручку и взяла тряпку.
– Нет-нет, госпожа! – перехватила ведро служанка. – Вам нельзя! Ваши руки!..
– Что «мои руки»? – непонимающе покосилась я.
– Ваша нежная кожа загрубеет из-за тяжкой работы! – запричитала женщина. – Я сама закончу с ковром, а потом вымою комнату.
Я настойчиво забрала ведро и под ошарашенный взгляд понесла в ванную.
– Ты, наверное, убираешься здесь каждый день, а я взяла и добавила тебе работы, – неловко ответила я, уже не оборачиваясь. Поставив ведро, аккуратно присела рядом с ним, намочила тряпку и стала убирать следы маленьких изящных ступней. – Понимаешь ли, я не так воспитана. Уважаю чужой труд.
Служанка продолжала стоять на месте и наблюдать через открытую дверь, как хозяйка быстро расправлялась с грязью, словно делала это всю сознательную жизнь, что было в принципе невозможно. Вспомнив о вспышке, которую слышала, когда очищала ковер, служанка задумалась о том, а не навел ли кто проклятье на хозяйку, которая раньше не то, что тряпку в руки – она и смотрела-то на слуг с открытым пренебрежением, как и подавляющее большинство господ на ее памяти. Так или иначе, спрашивать о таком нанимательницу – значит, отхватить грубостей в свой адрес в лучшем случае. В худшем – получить нагоняй за излишнюю болтливость. Так что этой ночью, когда в комнате прислуги соберутся все, она решила, что расскажет обо всем остальным, как обычно немного приукрасив. Этому невероятному событию однозначно не хватает маленькой детали. Например, широких зрачков, трясущихся рук и сильного травяного запаха изо рта – такое с госпожой Вайлет бывало, когда принимала дурманящие эссенции.
– И не смотри ты на меня так! – возмущённо воскликнула я, но только потому, что не любила, когда на меня долго пялятся с таким видом, словно что-то замышляют. – Лучше скажи, где лежат все эти приблуды для уборки, чтобы я больше не искала того, кто подскажет.
– В… кладовой. Она подле комнаты нашенской, – растерянно ответила служанка и, проморгавшись, отвернулась. На ватных ногах дошла до места, где оттирала ковер, но никак не может перестать думать об увиденном. Это ж надо – госпожа и убирается сама! Диво, не иначе! Сплетня об этом разлетится по всей округе!
Плеск воды, выливаемой из ведра в ванну, заставил служанку, обрадованную предстоящей ночной минутой славы, дернуться и устремить взор в сторону звука. Госпожа Вайлет вымыла пол и теперь опустошает ведро, после чего моет тряпку. Служанка решила, что, вероятно, сошла с ума, раз ей видится такое.
– Спасибо, – сказала я и поставила ведро с тряпкой рядом со служанкой. – Где конкретно эта ваша комната? А то я после удара головой малех подзабыла.
У служанки случается просветление, из-за чего на лице появляется радостная улыбка. Конечно же, никто не сошел с ума, просто хозяйка чуток головой приложилась и вновь станет прежней, когда рана сойдёт. Вот только почему на ней нет следов повреждения – не ясно. Сторож когда-то говорил, что она – травница, а значит, возможно, тело мазями вылечила, а на голову не хватило.
– На первом этаже, недалече от кухни, – отвечала служанка, не смотря на хозяйку, как полагалось по этикету. – Дверь направо, ежели по коридору от центрального входа идти.
– Понятно, благодарю, – тепло улыбнулась я и, наконец, оставила приходящую в себя служанку в покое. На самом деле, я не слишком понимала, почему эта женщина реагирует именно так. Вроде же ничего странного не делаю – просто убралась, как и любой воспитанный человек. Надо будет уточнить этот момент позже.
Теперь путь лежит в столовую. Но перед тем, как спускаться, я мельком заглянула в свою комнату, где сменила туфельки и сняла ненужные аксессуары, кроме кулона, конечно. Интересно, и почему диадема с пустой выемкой для украшения? Неужели тоже продали? Хм… сегодня же поговорю с Ксандром про наше финансовое положение. Это первое, от чего я буду отталкиваться, думая над планом приспособления к этому миру.
На первом этаже дверь в столовую была приоткрыта, словно меня уже давно ждали. «Странно, – думала я. – Неужели внутренние часы врут, и я задержалась более чем на десять минут?»
С удивлённым выражением лица я открыла дверь шире, и запах тушеного мяса ударил в нос. Слюна заполнила весь рот, и если бы я сейчас открыла его, то влага, наверняка, потекла бы по подбородку.
Живот скрутило сильным спазмом, будто бы я не ела давно, хотя с утра точно перекусывала бутербродом.
Как только я вошла, Ксандр встал и подошел ко мне, приглашающе протянул руку.
– Вот и ты, – улыбался он, из-за чего его лицо светлело. Какой же он красивый. И как меня отталкивает его запах. Вроде после прогулки от него уже не так несет, но я все еще чувствую последствия обильного употребления алкоголя. – Что-то случилось?
– А почему ты спрашиваешь? – я приняла его руку, но взглядом непонимающе бродила по белоснежной скатерти круглого стола, на которой, кроме пустых тарелок и приборов, пока ничего нет. Откуда же этот пленительный запах еды?
– Ты задержалась, – укорял мужчина.
– На сколько? Минут на пять? Полагаю, немного опаздывать – прямая обязанность приличной женщины.
Ксандр молча отодвинул стул для меня. Подождал, пока я сяду, чтобы задвинуть. «Как хорошо, что пока я не заметила существенных отличий от европейского этикета, – с оптимистичной улыбкой на лице думала я. – Было бы тяжко, если б, к примеру, здесь было принято не придвигать за дамой стул, а вышибать из-под нее, как сделала со мной судьба».
– Значит, память к тебе постепенно возвращается? – с подозрением спрашивал мужчина, когда сел напротив. После этого позвал кухарку, говоря, что она может потихоньку выносить блюда.
– Надеюсь на это, – скромно улыбнулась я, но от пристального взора Ксандра резко похолодела. Он будто тоже проголодался, и если бы не позвал кухарку, я бы решила, что он собирается съесть меня. Прямо здесь. На столе.
Я, конечно, не искушена в любовных делах, но мужское желание трудно спутать с чем-то другим. Ксандр хочет меня. Очень сильно и страстно. Я смотрела на его торс, укрытый белой рубашкой, видела ключицу, которую он не скрывает и вообще пренебрегает верхней пуговицей. Я видела тонкие, красивые пальцы и не понимаю, почему в голове не гуляют мысли о том, как и где они могут доставлять удовольствие. Не испытываю возбуждения, хотя мужчина в моем вкусе, несмотря на нюансы. Что-то здесь не так. Что-то со мной не так. С этим телом… Может, уродливые раны как-то связаны с этим?.. Я могла только догадываться, но в одном уверена точно: я сделаю все, чтобы не остаться жертвой в сложившейся ситуации. Разберусь со всем, что выпадет на мою долю и обустрою быт. Кстати, о быте…
– Ксандр, – нежно обратилась я, чтобы развеять поток мыслей, пока мы ждали еду, – а могу я в свободное время заняться обустройством дома?
На лице мужчины проскользнуло легкое недовольство.
– К сожалению, это не наш дом, милая Вайлет, – с тяжестью в голосе ответил Ксандр. – Этот особняк мы снимаем, хотя и задолжали за предыдущий месяц…
Опять двадцать пять! У нас вообще что-нибудь свое есть? Или все в долг? Я любопытно осмотрела высокие потолки, дорогие колонны и вензеля, картины на стенах в золотистых рамах, много декоративных растений и лакированной мебели. А ещё ковер из белой шкуры какого-то гигантского животного, похожего на медведя. И это в столовой…
– Быть может, нам стоило присмотреть что-нибудь поскромнее? – осторожно спросила я.
– Я предлагал, но ты захотела остановиться именно здесь.
Пока я обдумывала, стоит ли интересоваться причиной такого выбора, нас отвлекли тяжёлые шаги из смежной комнаты.
Дверь за спиной Ксандра после стука тихонько отворилась, и знакомая тучная кухарка внесла первое блюдо. Покачиваясь, быстренько дошла до стола, разгрузила подносы. Видно, что не слишком аккуратно, хотя и старается. На ее лице я замечаю усталость, а потому предлагаю:
– Может, я помогу?
Теперь кухарка смотрела на меня удивлённым взором. «Да что здесь за люди-то такие, что их до глубины души обычной помощью поразить можно?» – спрашивала я сама себя.
Переведя взор на мужчину, поняла, что он также немного в шоке от вопроса.
– Зачем, милая? – хмурился Ксандр. – Оставь грязную работу неотесанной прислуге. Твои ручки не созданы для подобных занятий.
«Как слащаво и неприятно прозвучало», – подумала я, поморщившись.
– Глупости, – ответила я и привстала. – Ей трудно, не видно, что ли? Что я, должна смотреть, как человек страдает?
– Да все хорошо со мной, – испуганно говорила кухарка и вытерла потный красный лоб рукой, – просто немного голова кружится с утра. А на кухне жарко… вот и…
Я встала, обошла стол, но стук кулаком по деревянной поверхности заставил меня замереть в страхе.
– Сядь на место, – процедил мужчина. – Негоже моей невесте всякой черни помогать!
Я опешила, хлопала глазами, потому что совсем не ожидала подобного разговора. А ещё, к его несчастью, с чужими людьми я умела постоять за себя. Научилась за годы травли в школе и больше никогда и никому не позволю навязывать мне свою волю.