Дерзкая для сурового босса

Глава 1

– Хорошо мы проработали, да, Карина Викторовна? – довольно улыбается шеф, положив руку мне на спину.

Поработали-то мы хорошо, но рука Владимира Николаевича скользит ниже, вот уже на моей пояснице, и я, сразу же вскочив, кричу на весь ресторан:

– Официант, подойдите!

А я ещё думала, что на меня все так смотрели, когда босс объявил: «Едет со мной Карина Викторовна!»

Оказывается, слухи иногда не просто слухи. Девочки из отдела меня отговаривали от этой поездки – я думала, что завидуют. А нет, Владимир Николаевич на самом деле всех командировочных собирается затащить в постель.

Я, конечно, девушка амбициозная, но не до такой степени. Шеф меня как мужчина не привлекает, а подниматься по карьерной лестнице я привыкла исключительно тем, что в голове, а не ниже пояса.

Заказав «Лонг-Айленд», почти залпом его выпиваю и заказываю ещё один. Владимир Николаевич увидит, что взять с тела, которое можно смело назвать бревном, нечего, и отвалит от меня. Только вот я не учитываю, что шеф хлещет коньяк, и с каждым глотком его глаза становятся всё маслянистее и маслянистее.

Чертов старый извращенец!

Второй «Лонг-Айленд» выпиваю, не чувствуя вкуса, хотя знаю, что это убойная смесь. Все, что есть в баре, замаскированное напитком. И вот сейчас бы только дойти до лифта, чтобы снять двенадцатисантиметровые шпильки.

Я же хотела как лучше, а в итоге что получила? Да, контракт заключён, поставщики довольны. Как говорила моя подруга Стася: «Надо закрыть глаза и потерпеть».

Фу, я же потом не отмоюсь. Мои амбиции через постель не будут реализовываться.

– Карина Викторовна! – бежит за мной шеф, и, как назло, в лифте мы оказываемся с ним вдвоем.

– Я не буду с вами спать! – выставив руку вперёд, как будто это кого-то может остановить. – Владимир Николаевич, не доводите до вызова полиции, тем более в этом отеле остановился мой парень.

– Парень? – усмехается пьяно шеф. – Я же вижу, как ты одинока. Ее ломайся, Карина, это тебе поможет в будущем.

Выйдя из лифта, я действительно снимаю туфли, но Владимир Николаевич расценивает это по-своему. А я точно переборщила с коктейлем – он начал побираться в голову. Почти бегу по коридору, то есть мне так кажется, а мой номер в самом конце, когда чувствую хватку чуть выше локтя.

– Карина, мне даже нравится, как ты ломаешься, – улыбается Владимир Николаевич, как будто я ему тут устраиваю ролевые игры. – Открывай свой номер.

Тошнит меня сейчас как раз не от коктейля. Я, кажется, уже и протрезвела, когда поняла, что меня готовы поиметь прямо в коридоре отеля. Черт, и работу терять не хочу, но ладно… Найду другую. С таким решением я бью коленом прямо в место, которое любой мужик, независимо от возраста, считает стратегически важным.

– Сука, – согнувшись, стонет шеф.

Ну, судя по нашим телодвижениям, почти бывший шеф. Он со своим стратегически важным местом явно рассчитывал на другое времяпрепровождение.

– Дорогой, – заметив человека, который двигается медленно к нам со стороны лифтов, бросаюсь ему на шею. – Подыграй мне. Пожалуйста, скажи, что ты мой парень, – умоляю я незнакомого мужчину. Пожалуйста, – повторяю с нажимом. – Или будете давать показания в полиции как свидетель изнасилования.

– Хорошо, – без заминки отвечает он. – Но у меня есть условие.

– Условие? – нервно сглатываю, разглядывая его красивое лицо. Хорош, зараза. Но такой мне и нужен, я же сама девушка хоть куда!

– Проведешь день влюбленных в моем номере. Согласна?

Видимо, ему тоже нужно кого-то отшить, как и мне босса-извращенца!

– Согласна, – шепчу, прижимаясь к нему и посылая почти бывшему боссу победную улыбку. – Проведу с тобой ночь, то есть просто в твоём номере. А ты… Докажи тому придурку, – киваю на извращенца, – что я только твоя.

– Дорогая, – громко произносит мой незнакомец, – мужчине плохо? Может, ему нужна помощь?

– Он сам справится. Правда, Владимир Николаевич?

Работы я точно лишилась – терять уже нечего. А меня всю трясет. Как представлю это потное тело на себе. Фу, даже за должность главного менеджера на такое не пошла бы.

– Да, – слышу сдавленное от начальства, когда дверь уже закрывается.

И только сейчас до меня доходит, что я один на один с человеком, которого увидела впервые пару минут назад. Закусываю нижнюю губу и поворачиваюсь, понимая, что мы даже не представились друг другу.

– Меня зовут… – хочу сказать, но он оказывается рядом в два шага и бросает мои туфли, которые держал в руках, на пол.

– Мы просто два незнакомца, которые в нужное время и в нужном месте оказались рядом.

Звучит пафосно, но так… интригующе. Я перевожу взгляд на мини-бар в этом большом номере и иду к этому оазису спокойствия.

– Ты будешь что-нибудь? – спрашиваю, как будто мой загадочный незнакомец у меня в гостях.

– Виски, – усмехается он и идёт в ванную.

Как будто так и надо. Как будто мы сто раз проводили вечера и… ночи в номерах. Миниатюрные бутылочки, уже пустые, становятся в ряд на прикроватной тумбочке, пока я слушаю шум воды. И нет – я не алкозависимая. Да у меня стресс просто, черт возьми! Пора искать вакансии по своей специальности, хотя за свое… Хм, не знаю, достоинство там или недостаток, но Владимиру Николаевичу это место ещё понадобится. За нанесение вреда здоровью, конечно, претензий ко мне не будет, но работы я точно лишусь. Лучше подыскивать сразу, а не ждать, когда у меня в трудовой появится статья.

– Эй, Белоснежка, что зависла?

Отрываю взгляд от пола и медленно… очень медленно… Все проклятый «Лонг-Айленд» и мини-бар! Поднимаю глаза от ступней выше и выше – от колен полотенце начинается, белое, махровое. Но оно висит так низко. Я вижу темные волосы на уровне своего лица, замечаю не выступающие, но вполне очерченные кубики на животе. По ним стекают капли воды, и это зрелище меня завораживает.

Да нет же, это грёбаный «Лонг-Айленд»!

– Будем спать? – с усмешкой спрашивает мой незнакомец, когда я, наконец пройдясь взглядом по его телу, встречаюсь с глазами.

А когда мне ещё доведётся провести ночь с таким шикарным мужчиной? Была не была – об этом все равно никто никогда не узнает. Страшно, конечно, ведь со мной впервые подобное, но это лучше, чем имитировать оргазм, пытаясь сохранить должность.

Эта ночь будет моей тайной. Два незнакомца, которые никогда больше не встретятся. Случайная встреча, воспоминания о которой останутся чем-то немного постыдным в моей биографии.

Я реалистка, поэтому ничего не жду наутро, когда одним рывком снимаю с моего незнакомца полотенце. А он только этого и ждал…

Глава 2

– А Белоснежка у нас не скромница, – усмехается мужчина.

– А ты тогда кто? Один из гномов? Ворчун, Чихун? – начинаю городить какую-то чушь.

Ну, трепаться я умею хорошо. И когда нервничаю, особенно много говорю. А тут передо мной голый мужик, который явно проводит много времени в спортзале. И вот мой незнакомец точно не нервничает. Из-за чего бы? Его Микеланджело бы на коленях умолял, чтобы позировал. Да Давид нервно в сторонке курит.

– На прекрасного принца не тяну? – спрашивает этот брат Аполлона, рывком поставив меня на ноги и занявшись пуговицами на моей блузке.

– Ну… – задумчиво поднимаю я глаза к потолку.

Тянет, конечно, ещё как тянет. Только с самомнением, судя по всему, у моего незнакомца и так все в порядке – не стоит полировать ему корону.

С лёгкой руки я остаюсь без блузки и бюстгальтера. Может, он фокусник? Так незаметно и виртуозно без одежды я ещё не оставалась. По инерции скрещиваю руки на груди, на что мой незнакомец неодобрительно качает головой.

– Все же Белоснежка скромница, – замечает он. – У тебя там все на твердую троечку, – моментально определяет мой размерчик.

– Так и будем болтать? – снова закатываю глаза.

Боже, Карина, ты точно перебрала. Я на полном серьёзе собираюсь переспать с человеком, даже имени которого не знаю. Или это не «Лонг-Айленд», а стресс от настойчивых ухаживаний шефа? Все же лучше подобие греческого бога, а не обвисшее пузико престарелого ловеласа, который уверен в своей неотразимости.

Развернув меня на сто восемьдесят, снова, между прочим, очень виртуозно, мой незнакомец прижимает меня к стене. Его горячие руки на моей груди и холодок панели, к которой я прижата спиной, создают будоражащий контраст. У меня даже стон вырывается, который словно становится сигналом для мужчины. Он медленно наклоняется к моему лицу, но целует не бережно, не даёт опомниться, как его язык уже вовсю хозяйничает в моем рту. Мамочки! А ножки-то меня подводят, перестают держать. Если бы не сильные руки моего незнакомца, уже бы розовой лужицей осела на пол прямо к его ногам.

Впиваюсь ногтями в рельефные плечи, чувствуя, что не только ноги, но и мозги становятся похожими на желе. Юбка оказывается на полу, и этот змей-соблазнитель, оторвавшись от моих губ, удовлетворённо замечает:

– Чулки оставим.

– Фетишист, – не могу не отметить.

Ну надо же что-то сказать, а то я слишком долго уже молчу. Незнакомец подхватывает меня и закидывает мои ноги себе на поясницу. Я только успеваю охнуть. Даже не спрашиваю, чем ему кровать не нравится. Очередной фетиш?

В принципе, мыслей тоже скоро почти не остаётся. Одно сплошное удовольствие. Я чувствую его в себе. Не так, как с поцелуем. Понемногу. Думает не только о своем удовлетворении, но и о моем.

Закусываю губу, глядя в темные глаза, пока он двигается, постепенно наращивая темп.

– Стони, Белоснежка, кричи, не стесняйся, – говорит, вжимая меня в стену ещё сильнее.

Действительно, чего это я сдерживаюсь? Сегодня я разрешаю себе все, ведь этого сексуального красавчика вижу в первый и последний раз.

Мои стоны впору давать слушать как мастер-класс порноактрисам. Странно, что из соседнего номера нам не начали стучать.

– Белоснежка, ты огонь, – неся меня как пушинку к кровати, отвешивает комплимент мой незнакомец.

– Ты тоже ничего, – серьезно киваю я, поежившись от прохлады простыни.

– Ничего? Ну, Белоснежка, сама напросилась.

Я, кажется, невероятно глупо хихикаю, ведь именно на такую реакцию и рассчитывала. Раньше не замечала за собой склонности к нимфомании, но когда рядом такой секс-экземпляр, мысли невольно утекают из головы ниже пояса.

– Я в душ, – пытаюсь улизнуть ненадолго, но кто мне даст.

– Потом душ, – возражает мой незнакомец и подминает под себя.

Проводит рукой по резинке чулка – и снова готов в бой. Только ко второму раунду не спешит приступать. Дразнит, гладит по бёдрам, прикусывает сосок, языком обрисовывает пупок.

Мамочка, роди меня заново! Звездец этой ночью моим голосовым связкам. С такой прелюдией и секса не надо. Хотя нет! Надо, ещё как надо!

– Ну же… – шепчу я.

– Ненасытная Белоснежка, – довольно произносит и забрасывает мои ноги себе на плечи. – Проси.

Поиграть хочешь? Ну вот же, я его почти чувствую. Пытаюсь податься вперёд, чтобы наконец почувствовать его снова в себе, потому что тугой узел закручивается все сильнее и сильнее. И если этот коварный искуситель меня сейчас не трахнет, то я просто завою.

– Прошу, – с вызовом говорю. – Трахни меня! Ох, черт возьми…

Дважды просить не приходится. Боже, кайф-то какой. Только голос все равно жалко. Мои крики уже больше похожи на хрипы. Я закрываю глаза, и мой незнакомец останавливается. Это ещё что за фокусы?

– Смотри на меня, Белоснежка, когда кончаешь, – взяв меня за подбородок, проводит большим пальцем по нижней губе.

– Всё-таки Ворчун, – еле выдавливаю из себя.

Он смеётся и переворачивается на спину, потянув меня за собой и усадив сверху.

– Давай, Белоснежка, – делает движение бедрами. – Теперь ты трахни меня.

Меня тоже просить не надо дважды, учитывая, что я уже на грани. И когда смотришь на такой ходячий секс сверху, когда он в твоей власти… Это так заводит, черт возьми.

Слежу за реакцией незнакомца и понимаю, что ему все нравится. Он до боли сжимает мои бедра, наверняка останутся синяки, но сейчас мне все равно.

Падаю ему на грудь, чувствуя, как меня всю трясет. Вот это секс-марафон. Вот это мужик.

До душа я вряд ли дойду. Мне бы сейчас просто лечь и немного прийти в себя.

– Белоснежка, я тебя ещё не отпускал, – словно читает мои мысли этот секс-гигант.

Он стягивает сам с меня чулки и, подняв на руки, несёт в ванную. Не мужчина, а мечта. Правда, на одну ночь.

Даже немного грустно, что завтра мы разъедемся по разным городам и больше никогда не увидимся.

С такой мыслью я и просыпаюсь, когда ещё темно. С днём Святого Валентина, Карина. Открытку не получила, зато у меня был обалденный секс.

Мой незнакомец спит, лёжа на животе, и я рассматриваю полосы от своих ногтей. У меня все тело ломит, но это так приятно…

Что ж, обойдёмся без долгих прощаний, обменов номерами и обещаний звонить. Поднявшись, тихо одеваюсь, беру туфли в руки и выскальзываю из номера.

Чемодан, вокзал, родной город, поиск новой работы – вот о чем я должна думать.

Глава 3

Глупая улыбка не сходит с лица, пока я еду в такси на вокзал, когда сажусь в поезд. Всё-таки хорошая порция гормонов может затмить даже огорчение от потери работы.

Вот черт, стоит только вспомнить ночь, проведенную с красавчиком-незнакомцем, так ноги хоть в косичку заплетай, чтобы ничего внизу живота не пульсировало. Уже подъезжая к родному городу, получаю сообщение от секретарши шефа. Сам он, видимо, решил, что писать мне ниже его достоинства. Ну и черт с ним!

Я всегда старалась позитивно смотреть на жизнь и прекращать не собираюсь. Вот сегодня встречусь с девочками, посидим, выпьем, а завтра начну поиски новой работы. Кое-какие сбережения у меня ещё есть, так что не пропаду.

«Владимир Николаевич сказал, что приказ о вашем увольнении готовится», – перечитываю сообщение секретарши.

Пусть в туалет с ним сходит – так и хотелось ответить. Но трудовая и, возможно, рекомендации мне ещё понадобятся. А потом уже можно будет со спокойной душой послать шефа и всех его подстилок, кто ради места под офисными лампами раздвигал ноги.

Хихикаю, привлекая внимание пожилой пассажирки. Сама как будто лучше. С шефом спать не захотела, зато с первым встречным – запросто.

– Прорвёмся, – ещё раз убеждаю себя, идя по перрону.

Так, давно я на нашем вокзале не была, надо сориентироваться. В командировку-то мы ехали вместе с шефом на его машине, а вот обратно пришлось добираться самостоятельно. Но к самостоятельности мне тоже не привыкать.

Наконец я выхожу к проспекту через здание вокзала и подхожу к знакомой машине, которую невозможно не заметить, впрочем, как его владелицу. Ярко-салатовый спорткар и блондинка с прядями разных цветов в красном сарафане.

– Карина! – орет Ритка на всю парковку. – Ты шикарно выглядишь, хотя видно, что не спала. У тебя был секс! – переходит подруга на такое меццо-сопрано, что любая оперная певица рыдала бы горючими слезами.

– Ты чего? – киваю в сторону заинтересовавшихся таксистов.

– Что естественно, то не без оргазма, – глубокомысленно изрекает Рита.

Ага, глубокомысленно она умеет, хотя по ней так и не скажешь, что у нее красный диплом, магистратура за плечами и сейчас аспирантура. И все это совершенно без папиной помощи. Только если машина – то ли на день рождения подарок, то ли на новый год.

– Спасибо, что встретила, – говорю я. – Хотя я бы и такси вызвала.

– Я жажду подробностей, – отмахивается Ритка. – Фу, только не говори, что ты дала шефу.

– С ума сошла? – даже подпрыгиваю я на сиденье. – Кстати, я теперь безработная.

– Может, это и к лучшему, – пожимает плечами подруга. – Зато появится время на личную жизнь. Вот смотрю на тебя и думаю, что секс – это лучшая замена косметологам. Так что? Кто, откуда?

– Рита, – усмехаюсь я, – не знаю я ни имени, места жительства, ни семейного положения. Как-то неудобно было просить заглянуть в паспорт, после того как он спас меня от домогательств шефа.

– Значит, пойдешь работать к моему отцу, – уверенно говорит Ритка. – Давно пора было.

В принципе, про этот вариант я думала, но приберегла его напоследок, если Владимир Николаевич откажет мне в рекомендации. Только хотелось бы все равно самой устроиться, а не слышать вот это: «Подруга дочери». Это уже звучит как приговор, так что в моих профессиональных качествах вряд ли кто-то разбираться будет.

– Я подумаю, – киваю, увидев, что мы почти приехали. – Зайдешь, Рит?

– Не могу, дорогая. Вырвалась, чтобы тебя встретить, – смеётся она. – Я вот как чувствовала, что ты с новостями. Давай вечерком с девчонками в нашем кафе.

Оставшись наедине с собой в квартире-студии, снова вспоминаю своего незнакомца. Ой, мамочки, хоть ты в холодный душ иди.

Нет, надо забыть. Точнее, не забыть. Как можно! Но не зацикливаться на этом, а просто оставить приятным воспоминанием. Хотя чего уж греха таить – я бы с удовольствием повторила.

Интересно, как он отреагировал, когда проснулся, а меня нет? Особа я не сильно романтичная, скорее прагматичная, но иногда же помечтать не вредно?

Почти сюжет для голливудской мелодрамы пока вырисовывается. Он летит на ресепшн, узнает любыми способами мои данные и уже мчится ко мне с букетом роз наперевес.

Ой, дура, Карина…

Скорее всего, он проснулся, с облегчением выдохнул, не обнаружив меня рядом, и занялся своими делами. Может, вообще вернулся к жене и детям. А может, уже следующей ночью найдет очередную Белоснежку. Наверное, специально имена не спрашивает, чтобы не забивать голову. И мне не стоит…

Приняв душ и разобрав чемодан, до вечера просматриваю подходящие вакансии. Несколько добавляю в избранное, но все не то. Фирмы небольшие, зарплаты меньше, чем на предыдущем месте работы.

«В восемь ждём», – всплывает в левом углу экрана ноутбука сообщение от Ритки, и я, ответив коротким «ок», иду собираться.

Когда я приезжаю в кафе, девчонки уже сидят за нашим столиком в конце зала и потягивают коктейли. Рита, Наташа…

– А где Алина? – спрашиваю я, устраиваясь на удобном диванчике и подзывая официанта.

– Трудится, – печально отвечает Ритка. – У нее там какая-то важная презентация завтра.

Ну вот, одна я теперь бездельница. Точнее, в поиске.

– Карин, – обращается ко мне Наташа, с которой мы вместе и пришли работать к Владимиру Николаевичу, – весь офис сегодня обсуждал, как ты отшила нашего престарелого дон жуана. Куда собираешься устраиваться?

– Не знаю, – задумчиво тяну через трубочку принесённый мне коктейль, не чувствуя вкуса. – Главное, чтобы шеф адекватный был, – передёргиваю плечами, вспоминая предыдущего.

– Точно! – Рита едва не опрокидывает свой бокал. – К бате моему идти не хочешь, иди к Бодрову.

– С ума сошла? – крутит у виска пальцем Наташка. – Да, платит он хорошо, но при этом лютый зверь. Я к нему устроиться хотела, так от одного его взгляда поджилки затряслись.

– Зато батя говорил, что он под юбки своим сотрудникам не пытается залезть. Да и вообще противник служебных романов.

– Так, девочки, я потеряла нить, – останавливаю подруг. – Это кто и почему я о нем не слышала?

– Ты просто работу не искала до этого, – смеётся Ритка. – И вообще, чтобы у Карины поджилки затряслись, надо очень постараться, так что одного взгляда не хватит.

А почему бы и не попробовать? Терять-то мне уже нечего.

Глава 4

– Ты что делаешь? – спрашивает Наташка, кивая на телефон в моих руках. – Звонить по поводу вакансии после коктейля нежелательно, да и поздно уже.

– Хочу посмотреть, что там за зверь такой, – вбиваю в поисковик фамилию своего потенциального работодателя. – Как его имя-отчество?

– Не старайся, – смеётся Ритка. – Он только недавно здесь, и то это я знаю от бати, он с отцом Бодрова когда-то пересекался в Питере на какой-то то ли выставке, то ли конференции. Так вот тогда сынуля, то есть этот самый зверь, учился где-то в Европе, там работал первое время, только недавно вернулся в Россию. Может, ностальгия по родине замучила? Пока им особо наша пресса не заинтересовалась, но я вангую, что это ненадолго. Двигается мужик семимильными шагами.

Риткиным прогнозам я доверяю. И если развитие идёт быстро и в плюс, то плевать на зверя-начальника. Детей мне, что ли, с ним крестить? Нет, конечно. Да и не думаю, что мы часто с ним пересекаться будем. Всё-таки где он, а где менеджер вроде меня.

Но любопытство, конечно, съедает, уж очень хотелось посмотреть на этого выходца из Европы. И даже не знаю почему. Наверное, ореол загадочности всегда вызывает интерес.

– Наташка, – вспоминаю я, – ты же его видела. Какой он?

И на кой черт мне эта информация? Может быть, скоро сама увижу. Такое впечатление, что выбираю донора и хочу узнать, какие черты будут у моего будущего ребенка.

– Ну, – задумывается подруга, – симпатичный. А глаза… Ух, как глянет, так прожигает. Такие темные-темные глаза.

Н-да, негусто. Кажется, только взгляд Наташка и запомнила. И тут же я протяжно выдыхаю, вспомнив другой взгляд. Только похотливый. И не прожигающий, а разжигающий во мне нечто порочное.

– Карин, ты чего так покраснела? – хитро посматривает на меня Ритка.

– Коктейль крепкий, – отмахиваюсь я, но мне, конечно, никто не верит.

С девочками поздно не засиживаемся – всем завтра на работу, а мне на ее поиски. Точнее, сразу на прощание со старой.

Девочки из кадров сочувственно вздыхают, увидя меня на пороге, но моя радостная физиономия тут же сбивает их с толку.

– Что, впаял мне этот старый козел статью? – спрашиваю я.

– Карина, – неодобрительно смотрит одна из девочек на меня.

– Ой, прекратите, я здесь работала, знаю, что его все за глаза так называют. Так что?

– Не впаял, – качает головой и передаёт мне документы.

Прежде чем уйти, перебираю их, но характеристики не вижу и, попрощавшись с кадровичками, иду в приемную шефа. Ой, то есть бывшего шефа. Его бессменная секретарша едва ли не протирает линзы очков, увидев меня. Может, думает, что у нее глюки?

– Владимира Николаевича нет, – косится на дверь кабинета.

Ага, верю, верю я, как же…

– Передай ему, – упёршись руками в стол и нависнув над побледневшей мадам, с улыбкой говорю, – если с нового места работы запросят мою характеристику и мне не понравится хоть одно написанное там слово, то очень интересное видео отправится его жене. Ферштейн?

Блефую, конечно. Но как Владимир Николаевич со мной… В общем, с такими типами все средствами хороши. Они же не понимают, если не объяснять их языком.

– Что? – спрашивает секретарша.

– Поняла?

– Я передам, что вы заходили, – деловито отвечает она, указательным пальцем поправив очки на переносице.

– Адьес, подруга, – выдаю сногсшибательную улыбку, делая рекламу своему стоматологу, и даже подмигиваю.

Из офиса вылетаю почти на крыльях. Когда закрываешь одну дверь, непременно должна открыться другая. Вот пора в следующую и постучать. А зачем тянуть? Можно бы было отдохнуть недельку-другую, но я не привыкла сидеть без дела. Да и не факт, что меня сразу же возьмут. Если этот зверь, как назвали его девочки, нахватался европейских штучек, то наверняка собеседование будет проходить в несколько этапов.

– Да, – слышу в трубке ответ и, переключившись на официоз, говорю:

– Здравствуйте, я по вопросу трудоустройства.

Уточнив некоторые моменты, моя собеседница назначает мне сегодня на двенадцать. Да ещё у самого начальника HR. Что-то я и нервничать начинаю.

Хотя что это я? Всему всегда есть объяснение. Ритка потрепаться любит, но никогда не будет приукрашивать такие вещи. Если бизнес процветает и расширяется, то наверняка у отдела управлением персонала работы сейчас много. Вот и сам начальник собеседования проводит.

Время у меня ещё есть, а я даже не завтракала – так мечтала скорее забрать трудовую и закрыть ту дверь. Вижу кафе на противоположной стороне улицы и решаю, что это знак. Голодный человек – раздражительный человек, а я должна излучать позитив. Ну кому нужен сгусток пессимизма на работе? Правильно, никому.

Я заказываю классику: крок-мадам и чашку кофе. Пока жду заказ, смотрю в окно и улыбаюсь, надеясь, что не выгляжу полной дурочкой. Солнце светит, снега почти нет – и это середина февраля.

«В середине февраля ты была в другом месте», – напоминает внутренний голос.

Вот только шизофрении с напоминанием о моем незнакомце сейчас не хватало. Надо настраиваться на собеседование, а не вспоминать о бурной ночи в номере отеля.

Другой город, никаких имён – какова вероятность, что мы можем встретиться вновь? Как человек, разбирающийся в статистике, могу с уверенностью заявить, что коэффициент стремится к нулю. Точнее, он упал до нуля уже тогда, когда я собрала вещи и уехала домой.