Развод. Он забрал микроволновку

Глава 1. Как я докатилась до жизни такой

Я сижу на кухне и вытираю слезы извещением за квартплату. Судорожно проверяю баланс в банковском приложении – ноль. Нет, не просто ноль. Минуса – ведь висят на мне кредиты, которые я брала для нашей семьи.

А что мне оставалось?

Роме нужен новый компьютер. У Ромы машина сломалась. У Ромы новая мечта – стать фотографом.

А Аня работает няней, каждое утро ездит в пригород, чтобы получать достойную зарплату и оплачивать все хотелки Ромочки.

Шмыгаю носом. Идиотка, как она есть. Две недели назад я официально развелась и то, потому что как-то раз хозяйка меня пораньше отпустила домой и я застукала своего благоверного в нашей супружеской кровати вместе с Ариной. Может, было бы не так больно, но ведь Арина – моя подруга по университету. Вместе закончили педагогическое направление. Правда, я смогла устроиться достойно приходящей няней через одно агентство. А она прошла какие-то дополнительные курсы и ушла в преподавание для взрослых.

И вот смотрела я на язык моего мужа в ее… стесняюсь даже произносить это! В общем, хороший у нее опыт в преподавании. Может убедить своих учеников выполнять самые разнообразные задания. В отличие от меня. Мне такого Рома никогда не делал!

И такая обида меня захлестнула. Схватила пульверизатор для своего воскового плюща с полочки, где этот самый плющ стоял, и как угорелая увлажнила и его язык и ее… ну это самое.

Надо было их видеть! Обидно было, да! Но ржала я как конь, или лошадь! Жаль перца не было в той воде!

Потом Рома и Арина мне пытались внушить, что я сумасшедшая. Что Арина теперь у нас инстаграмный сексолог, а Рома набирается опыта, чтобы меня, любимую женушку, потом порадовать.

Я мелкая. Но рука у меня тяжелая. Обоим раздала пощечины и потребовала свалить в закат. А вечером сидела и рыдала. Думала даже вернуть этого гаденыша и простить его! Ужас!

Меня спасла София Андреевна Макарская от этих мыслей. Это моя работодательница. Мама маленькой девочки Ники, няней которой я и работаю. Заодно учу ее английскому, русскому и математике, пускай девочке всего четыре года. Очень умненькая и способная растет, крошечка! И так я ее полюбила! Как и Софьюшку свою Андреевну.

– У тебя пока нет детей. У тебя своя квартира без ипотеки, и работаешь хоть и непросто, и без выходных, порой, но платим мы тебе достойно. Я поговорю с мужем, уверена, мы сможем поднять тебе жалованье еще на десять процентов. Нас все в тебе устраивает, Анечка!

София Андреевна старше меня всего на год. Но уважение к ней испытываю неимоверное, словно она уже две жизни прожила, пока я тут болтаюсь со своими глупостями, разводами и работами.

– Радуйся, что освободилась от этого мудака сейчас. Разводись и продолжай жить! А мужика ты себе всегда найдешь. Видала я, как на тебя они смотрят! – ткнула она меня локтем в бок однажды на прогулке.

София Андреевна прекрасно могла бы справляться с ребенком одна. Но она очень одинока в своем огромном богатом особняке. И чтобы не свихнуться, как я предполагала, делила обязанности по воспитанию ребенка со мной. Ее муж был слишком занят и редко уделял время дочери.

Я прикипела к ней и Нике, как к сестре и племяннице, которых у меня никогда не было. И очень-очень боялась, что однажды мне скажут – в твоих услугах больше не нуждаемся.

Знаете, как говорят – чего больше всего боишься, то и случается.

Мы гуляли с Софией Андреевной и Никой в один ужасный, промозглый сентябрьский понедельник. Девочка все время плакала, а ее мама была сама не своя. Постоянно озиралась по сторонам. Ника захотела в туалет и София попросила подождать нас на скамейке.

После этого я не видела ни Софью Андреевну, ни Нику.

Они бесследно пропали!

Меня все время допрашивал ее муж, суровый Вадим Викторович. И начальник их охраны, Анатолий. Но хуже всего мне пришлось от ее, как я поняла потом, любовника, Яна Белогорцева. Он просто рвал и метал от бессилия. Мне казалось, что он землю руками рыть готов, лишь бы ее найти.

Страшное что-то в семьях Макарских и Белогорцевых произошло. Но я в какой-то степени успокаиваю себя, что теперь нахожусь от кипевших вокруг них страстей подальше. А то мало ли, пропаду также, как София Андреевна на прогулке.

Я очень переживаю за них. И каждый день звоню Яну в надежде, что он порадует меня хорошими новостями, но увы.

Кроме потери девочек, ставших моей семьей, я еще и лишилась хорошо оплачиваемой работы, которая покрывала мои кредиты и платежи.

Возвращаюсь сегодня с очередного бесполезного собеседования и устало плюхаюсь на стул в кухне. Рыдаю, утираясь квитанцией за квартплату – денег-то у меня нет почти совсем! Пойду, наверное, завтра официанткой устроюсь! Может, если буду мило улыбаться, чаевыми перекроюсь.

Ладно, хватит, рыдать. Слезами горю не поможешь. Хлюпаю носом и на автомате бреду к холодильнику, а его… нет! Смотрю на пустой угол кухни и пытаюсь себя убедить, что мне это не кажется!

Вся остальная техника, кроме компьютера Ромы, к счастью, на месте.

Звоню этому придурку, чтобы высказать все, что я о нем думаю, но трубку берет тренер-сексолог Арина и объявляет:

– Мы теперь живем с Ромой вместе. Не звони нам больше.

– Верните холодильник! – ору в трубку.

– Это техника Ромы. Он ее покупал. У него чеки есть, – хладнокровно сообщает Арина. – Ты что, со своей зарплатой не можешь себе позволить холодильник купить? Че взъелась-то?

Бросает трубку и, конечно же, кидает меня в ЧС.

С моей зарплатой? Какой? Если бы еще работа у меня была.

Ну, все. Конец. Даже пожрать у себя же в доме не могу.

И так мерзко от того, что они вдвоем заходили сюда, когда меня нет. У меня появляется отчаянное желание надраить полы и поверхности. Сменить постельное, выкинуть оставшиеся вещи Ромы. Забыть! Хорошо, что квартира моя.

Я приехала в Москву из Красноярска учиться в университете.

Чтобы жить здесь, я продала небольшую квартиру, доставшуюся мне в наследство от бабушки, родители добавили еще денег и я купила недвижимость на стадии котлована. Рискованное мероприятие, но теперь я живу в достаточно престижном и благополучном районе с хорошей инфраструктурой. До центра недалеко, но по иронии судьбы, работала я загородом на Рублевском шоссе. И считала, что мне сказочно повезло. До недавнего времени. Как такое возможно, чтобы одним разом у меня все схлопнулось?

Надо бы замки поменять, но у меня нет денег. Совсем. Все, что было в запасах, я отправила родителям. Еще пару лет назад мой папа занимал крутую должность на алюминиевом заводе, но случился внезапный инсульт. Он жив и еще готов побегать, но очень сильно устает и двигательная функция правой части тела до конца не восстановилась. Мама моя – учительница начальных классов. Ее зарплаты едва хватает на еду, а ведь еще нужны лекарства и одежда – в Сибири зима холодная, это тебе не Москва, что можно, порой, всю зиму в кроссовках и коротком пуховичке побегать. И папа в последнее время превратился в заядлого дачника. Урожай им собрать нужно! Отправила денег, чтобы наняли кого-то вместо них сделать картофельные раскопки.

Хоть бери, бросай все, и езжай им помогать. Хотя, что мне бросать?

Деньги на билет заработаю, квартиру сдам и поеду… чтобы у папули еще один инсульт случился? Я родителям так и не сказала про развод.

А ведь мама говорила мне, что Рома мне не подходит. Но когда девчонки влюблены, разве слушают они опытных женщин? Нет.

Кредо каждой женщины – чтобы стать настоящей женщиной, нужно не девственности лишиться, а хотя бы раз в жизни отстричь челку и повстречаться с мудаком. Ну, посвящение огнем я прошла, потому что с челкой еще в одиннадцатом классе на выпускном “покрасовалась”.

Эх, тоска меня совсем одолевает – еду-то они вместе с холодильником вывезли. И что мне есть? Это же… капец какой-то!

Ладно, вызову доставку. Открываю приложение, смотрю параллельно в кошелек… мне хватит только на дорогу, чтобы в ресторан устроиться. Пару дней туда поездить. А потом… потом хана.

С тоской думаю о своем телевизоре – пожалуй, надо выставить его на авито. Восстановлюсь, найду работу репетитором английского хотя бы, и куплю себе другой. Ну, люблю я сериалы!

Доставка пока что отменяется, но мой урчащий желудок извещает меня о своем желании потчевать. М-да, я даже студенткой бедной не была, а тут…

Беру ключи от дома и спускаюсь вниз. Сейчас зайду в “Пятерочку” на цоколе и куплю себе какой-нибудь готовой еды, что ли. Мысль возникла о быстрозавариваемой лапше, но это как-то совсем фу. К тому же я от нее еще больше есть захочу. А мне надо до завтра крепануться.

Купила какое-то картофельное пюре с котлеткой, овсянку в пакетике на утро. Может, завтра мне повезет больше.

Поем, чай попью и спать лягу, если усну.

Вот такой вот план.

Хороший план, между прочим! Придя из магазина, я мою пол в квартире, чтобы изгнать плохую ауру, меняю постельное. После уборки моюсь сама. Тяну время, как могу. В конце концов, желудок мой исполняет знаменитую арию Баха. Теперь можно и поесть.

Довольная беру одноразовый контейнер с едой и тянусь к микроволновке.

Но ее тоже нет!

Что? Какого…

– Так, Аня. Ругаться нехорошо! Ты же воспитанная и образованная, ты… – Пытаюсь себя убедить. Но очень-очень плохо получается. Ладно, плита на месте, хоть и странно такую еду греть в духовке. Духовка не включается. Да в смысле?! Варочная панель тоже.

Видимо, этот мудачелло, когда вытаскивал холодильник, снес мне розетки у плиты. Или отключил как-то. А я что? Что я могу?

С электроникой у меня напряг. Максимум зарядку в телефон воткнуть и батарейки правильно в пульт от телевизора вставить, при условии, конечно, что нарисована картинка, где плюсик, а где минусик.

Мне теперь кажется, что именно поэтому я позвала Рому жить к себе. Айтишник, весь из себя технарь, казался мне, наивной девчонке из Сибири, кем-то вроде супергероя. Ну того, который электричеством питался.

Хихикаю. Сексом он занимался также. Бездумно, технически, равномерно.

И что за тупости в голову лезут? Этот придурок меня на голодную смерть обрек, а я ржу над его умениями в постели? Кажется, совсем я неадекватная. И зачем я замуж вышла за него, раз он такой вот в сексе был?

Да, вот сама не знаю. Не понимаю. У меня был парень до Ромы, но видимо, у того с техникой было еще хуже, раз Рома показался мне идеалом со всех ракурсов. Но красив ведь, зараза, что уж лукавить и таить. Втюрилась.

Ну, видимо его техника Арину полностью устраивает. А мне пожрать бы, ну вот правда.

Вспоминаю, что живет со мной в одном подъезде Ирма, моя землячка с Красноярска. Девочка-фитнес, вся в моменте, вся на спорте. Видела ее недавно. Сняла здесь шестьдесят первую квартиру. Яркая такая, кудри на голове. Замуж не собирается, детей рожать тем более. Ведет свой блог и тренирует местных куколок в фитнес-клубе на цоколе, в противоположном от “Пятерочки” месте.

С Ирмой мы были неразлучны все детство, пока ее родители не переехали на другой конец Красноярска. И мы хоть и пытались поддерживать общение, но к старшим классам наше общение сошло на нет.

Моему удивлению не было предела, когда мы вместе поднимались на лифте. Я на шестой, она на десятый. Дом у нас слегка необычной планировки, и на каждом этаже свое количество квартир. У меня на этаже их шесть, а у Ирмы четыре.

Вот и сговорились, что как-нибудь в гости к Ирме зайду. Сейчас-то она уже точно дома – фитнес-клуб работает до девяти, а время уже ближе к десяти.

Холодную еду сомнительного качества я есть не хочу. Ее совершенно точно нужно погреть и обеззаразить в микроволновке. За лапшой в пакетах спускаться поздно – “Пятерочка” благодаря бдению местных мамаш работает до девяти.

Ну, вот и отличный повод к Ирме в гости заглянуть, поболтать. И еду погреть. Живет она одна, поэтому я оставила свою черную ночнушку на себе. Все остальные пижамы и белье отправились в стирку. Не могу, надо отстирать даже от воздуха, испорченного Ариной и Ромой.

Накинула на плечи и завязала длинный серый вязаный кардиган поверх ночнушки, засунула ноги в тапки с сердечками, взяла в руки свой обед и ключи от квартиры и отправилась добывать соседскую микроволновку. Удачи мне!

Глава 2. Дзынь!

Смотрю на большую железную дверь без номера. Точно знаю, что это квартира Ирмы. Отдельный отсек в углу. Нехило нынче фитнес-тренеры зарабатывают. Не ту специальность я выбрала, однозначно.

Несколько раз нажимаю на звонок, но мне никто не открывает. Смотрю на свою пюрешку с котлеткой и мысленно договариваюсь с собой съесть их полусырыми.

Нет, я не могу так просто сдаться! Нажимаю на дверную ручку и… чудо! Дверь открыта.

Да, совесть меня мучает совокупно с любопытством, но я и не в таких жилищах бывала, работала у самих Макарских, что мне какая-то квартирка в моем подъезде?

Захожу внутрь и уже в коридоре испытываю шок. Конечно, я в чужой карман не хочу лезть, но представляю, какая у Ирмы зарплата, чтобы такую квартиру снять. С трудом признаюсь себе, что меня одолевает зависть.

– Ирма? – зову ее, оглядывая на стенах большие холсты, залитые эпоксидной смолой изумрудных оттенков в модном акварельном стиле.

Вообще, хоть свет и горит повсюду, но обстановка довольно мрачноватая, темная. Мужская. Хм, может она поселилась у какого-то знакомого временно?

Торчу в коридоре, а желудок мой с этим очень не согласен.

Ай, к черту!

Сняла свои тапки и пробежалась по коридору, доверившись интуиции.

Кухня… офигенская! Мечта любой домохозяйки. Вся техника встроена. Свет разноуровневый. Навесные шкафы идеальной формы и конструкции. Стены эти под мрамор. Шикарно, слов нет!

Микроволновка, конечно же, тоже присутствует. Чистая и зеркальная настолько, что в отражении можно накраситься. Закидываю свою многострадальную пюрешку в микроволновку и удивляюсь, кристальной чистоте этой кухни. Как будто и не пользовались ни разу. Конечно, когда Ирме готовить? Она ж работает с утра до ночи и живет на своих доставках правильного питания по часам. Эх, молодец она. И за фигурой следит, и зарабатывает хорошо. У меня из-за пристрастия к сладкому так себе попа и живот, но Рома не жаловался, а мне было все равно до того момента, пока я не увидела своего мужа и Арину с идеальным телом. У нее даже татуировка там имеется. Ну вот там, да, внизу.

Все равно стесняюсь женский детородный орган правильно назвать. Ужас какой. Мои наитупейшие мысли прервал колокольчик микроволновки, оповещающий конец разогревания. Дзынь!

– Что здесь происходит? – слышу громкое возмущение. Голос мужской, глубокий такой и пугает меня до смерти. Пюрешка тоже в шоке шлепается из моих рук прямо на пол. Потому что горячая посудина, стала еще горячее от моего стыда и ужаса.

Медленно поворачиваюсь в сторону, откуда раздается голос.

– Кто ты такая? – продолжает меня донимать.

Я поднимаю глаза.

Ну разве мог у этого дня быть спокойный вечер? Не-а. Давайте сделаем эту среду еще кошмарнее.

Передо мной стоит сосед. Тот самый, на которого все женщины нашего дома смотрят и втайне пускают слюни.

– Ты? – удивляемся мы оба вслух. Одновременно, как олимпийские чемпионы по синхронным прыжкам в воду.

Мамочки.

Он всегда неизменно вежлив со мной. Здоровается. Двери придерживает. Спрашивает в лифте, на какой этаж я еду. Один раз помог пакеты с “Пятерочки” донести. И он настолько шикарный, что я не в силах ему даже в глаза смотреть. Утону ведь! Смущаюсь всегда, как маленькая девочка перед Дедом Морозом. Он-то, конечно, не дед. Да, старше меня и ему явно чуть больше тридцати, но до чего же он… крутой! И я совсем расстраиваюсь, что Ирма его отхватила.

Я вот на обочине своей жизни по чужим микроволновкам бегаю, а у кого-то дом полная чаша и мужик.

Сексуальный мужик. Очень. С него тестостерон хлещет. Можно собирать возле него воздух в пустые банки и продавать, как виагру для женщин.

Идиотка, ну о чем я опять думаю?! Он смотрит на меня своими серыми глазищами – и почему я их раньше не замечала? А, да, я же всегда боялась смотреть на него и максимум, что я ему сказала за все время – “здрсти” и “спсипа”.

– Я тут, это, разогревалась, – мямлю невразумительно. И кардиган-собака предательски сползает с меня. Надо было покупать его на три размера больше на летней распродаже? А чего, Анечка, здорово же, для дома сойдет – убеждала я себя сама, радуясь такой вещице с приличной скидкой.

Но тут, как говорится, скупой платит дважды. И эта вещь отправляется следом к моему несостоявшемуся ужину.

– Я вижу, – удивительно, но этот охрененный мужик не злится. Напротив, улыбается так по-хмельному, зазывно.

И понимаю я, что больше не хочу есть. Вот так. Смотрю на своего секси-соседа, вернее, на то, как он смотрит на меня и отчего-то жидким воском растекаюсь у него на кухне по столешнице. Аня, соберись!

– Мне нужна была твоя, то есть, ваша микроволновка, – лепечу, а мой возбудитель спокойненько так подходит ко мне. Бросает взгляд на мое недоразумение вместо ужина – хорошо я не отрывала пленку сверху и мне удалось не уничтожить шикарную кухню.

Он наклоняется, поднимает кончиками пальцев, брезгливо морщась, мою пюрешку с котлеточкой и демонстративно выбрасывает в мусорное ведро, спрятанное как раз за дверцей.

– Хоть бы тарелку взяла. Нельзя же греть в пластике, – ворчит на меня, возвращаясь. Вот сюда. Напротив меня. На расстоянии дециметра. Не больше.

Мое сердце бешено колотится, оглушая меня. Потому что дурацкие мысли все лезут и лезут. Он такой высокий. Я всегда вот когда в лифте с ним еду, смотрю ему в точку на груди, или на цепочку серебристую, так ярко выделяющуюся на его загорелой шее и очередной черной оверсайз футболке. Модник весь из себя. Всегда стильно пострижен, борода ровная и идеально ему подходящая. И запах. От него хлещет флюидами, феромонами, тестостероном и каким-то дорогим парфюмом, сносящим мне крышу напрочь. Раньше еще в мозгах звенел звоночек типа: “Эй, ты чего. Ты же замужем!”. Сейчас мои слюнявые мысли об этом мужике не столкнулись ни с каким препятствием. И это плохо. Ой, как плохо.

Я снова решаюсь посмотреть ему в глаза. И задыхаюсь. Вижу, как улыбка сходит с его лица. Может, я ему и не нравлюсь вовсе? Может, он просто вежливый и прожигал взглядом каждый раз меня, встречая, потому что ему моя одежда не нравилась или напоминаю кого? Да-да, я не слепая! Все замечаю. С детьми же работаю. И взрослых подмечаю.

А вдруг, он сейчас разозлится и скажет, чтобы выметалась из его кухни, квартиры и жизни тоже?

Я же не выдержу. Все мои влажные мечты о нем, секретные от уже бывшего мужа и от себя самой, порой, рассыпятся в прах, если я ему даже на секундочку не интересна.

И я приготовилась идти в атаку. Ошеломлю его поцелуем и сбегу!

Глава 3. Вместо ужина

Поднимаюсь на носочки, прижимаюсь к нему всем своим телом, обвиваю шею руками, чтобы притянуть поближе, и касаюсь своими губами его в легком и почти невесомом поцелуе.

Меня молнией шарахает тесный контакт наших тел. Он такой сильный, такой… такой родной! И снова усмехается. Неужели он не чувствует того же? В расстройстве отмираю. И хочу уже начать извиняться, но его руки лежат на моих ягодицах и талии и отпускать от себя не собираются.

И на этот раз он сам меня целует. Как надо. Его настойчивые пламенные губы раскрывают мой рот, щекоча слегка колючей бородой. Наши языки встречаются и я все… я теряюсь и растворяюсь. Он вкусный. Пряный и мятный. Очень напористый. Не заигрывает, не ласкает, нет. Берет. С сочным причмокиванием целует меня глубоко и очень жарко, отключая мое сознание, оголяя мои нервы. И не только нервы. Не замечаю, как ночнушка сползает с плеч на талию. И вот уже его руки сжимают и гладят не только мою попу, но и грудь. А я очень даже непротив. Подставляюсь для его удобства. Он что-то бормочет невразумительное мне в губы, а я киваю. Пофиг, вообще на все. Пусть делает со мной все, что ему нравится.

Он легонько поднимает меня и сажает рядом с микроволновкой на разделочный стол. Сейчас он меня тоже приготовит? Разделает? Что-о-о-о…

Его рука пробирается мне между ног и творит там совершенно невероятные вещи. Подготоваливает да. А я и стонать не могу – снова целует меня до потери пульса. Мысли шальные в голову лезут, а я их не пускаю, потому что пусть будет вот это волшебство сейчас. Потом жалеть и страдать, но сейчас я хочу этого невозможно шикарного мужика. Его пальцы теребят меня там… внизу. А язык в пламенной ласке исследует каждый уголок моего рта. И я чувствую, как что-то нарастает во мне. Уже трусь об его руку сама, а ногами обхватываю его за талию. Он смеется и разрывает наш контакт.

Мой сосед – обладатель не только шикарной кухни и микроволновки. Еще он быстро соображает. Не размышляет о том, как дальше поступать с полуфабрикатной мной. Снимает с себя футболку и швыряет ее на пол.

Он не дает мне даже на секунду опомниться и возвращает руку на тоже место, раздвигая мои ноги шире. Я же не верю ни своим глазам, ни ощущениям. Может, я так сильно устала, что просто вырубилась? И все, что со мной происходит – горячий эротический сон? Сколько у меня не было секса? Сосед со мной такое проделывает и… был ли у меня вообще секс до этого кухонного бесстыдства?

Я провожу ладонью по его животу. Помимо шикарной кухни, крутой соображалки, у него есть кубики! И это же вообще невероятно! Я обвожу пальцами каждую мышцу на его напряженном прессе, веду вверх к массивной груди. Да этот парень не вылазит из спортзала. И ооо… его пальцы из меня тоже…

– Какая ты… – с легким шипением пытается мне что-то сказать. Его кожа меня обжигает. Не понимаю, чего хочу, но понимает он. Хватает меня за бедра и подтягивает к самому краю столешницы. И сам вжимается в меня. Я чувствую не только силу его возбуждения, но и масштаб грозящей мне катастрофы.

Что я делаю вообще?

Передумать он мне не дает, расстегивая ремень, а затем и ширинку джинсов. Я пытаюсь ухватиться за его широкие плечи, когда он стаскивает с себя одежду. Черт побери, я трогаю вот это совершенство? Я? Девчонка с соседнего этажа? Разве я заслуживаю? Что я такого сделала, чтобы этот великолепный мужик обратил на меня внимание? И свой… мм… член. Это я произнести могу, потому что невозможно его детородный орган назвать как-то иначе. Я по-прежнему не верю себе и в свою удачу. Погрела еду, называется! А сейчас погреют меня!

Я, как завороженная, обхватываю его ладонью, шокированная размером и полной готовностью продолжать процесс разогревания, но уже изнутри. Он слегка стонет и ловит своими губами мои. Наш поцелуй из страстного голодного перерастает в нежный и уверенный. И я упиваюсь этим упавшим на меня с неба мужчиной. Мне нравится, до одури нравится, трогать его повсюду. Как будто бы что-то такое произошло и я вместо безвкусного ужина выиграла джекпот в виде потрясного и горячего соседа.

Он снова вжимается в меня, убрав мои руки. Меня пробирает легкая дрожь от дикого желания. Я хочу его! Невероятно! Человека, которого пару раз видела и… он скользит губами по моей шее, задевает ключицы, царапая своей бородой мою кожу, вызывая невероятные ощущения. Его пальцы, увлажненные моими соками, прекращают меня доводить до беспамятства. Освободившимися ладонями он накрывает полушария моей груди. Легонько сдавливает и растягивает мои соски, попавшие в плен между его пальцев.

Я всхлипываю. Слегка дрожу. Не от холода. Я очень-очень хочу этого мужчину! Но он продолжает измываться надо мной. Опускает свои поцелуи до самой груди и втягивает губами соски по очереди. Я кричу и впиваюсь руками в его предплечья. Рисунок вен на его руках сводит с ума. Какой он сильный и уверенный в себе. И делает со мной все, что хочет. Я ему позволяю. Да-да. Я растаявшее мороженное, стекающее с поверхности разделочного стола. Эта кухня не для еды предназначена, а для разогревания и готовки вот таких незадачливых девчонок, вроде меня.

Его язык проделывает с моей грудью что-то волшебное и магическое. Еще чуть-чуть и я, кажется, сама его трахну.

Аня! Как ты можешь?

А я что… я извращенкой в его руках становлюсь. Жадной. Агонизирующей и низменной. И неважно вообще чего я там стесняюсь, и о чем думаю. Я. Хочу. Этого. Мужика.

Столешница подо мной стала мокрой. Я почти соскользнула на него. Зараза смеется надо мной. Но я снова ловлю его налитый член рукой, наслаждаясь гладкостью и мягкостью кожи на нем. Твердость и сила словно сами напрашиваются поскорее войти в меня. И да, соседушка мой опять шипит и стонет. Не выдерживает. Подхватывает меня – видимо я уже в достаточной степени приготовлена. Не аль-денте всякие, а вполне размякшая и растекающаяся по кухонным поверхностям лапша. Пусть делает со мной все, что пожелает. Я даже на эксперименты с ним готова. Но вначале хочу узнать, каково это, когда он внутри.