Русалочка с дипломом

Глава 1. За воротами Академии

Лунное Море – самое сказочное и одновременно деловое во всём волшебном мире. В таинственной лазури светятся коралловые подводные мегаполисы, где шныряют россыпи серебристых рыбок.

Жизнь здесь течёт, кипит и булькает. Подводные обитатели учатся, работают, взбираются по карьерному рифу, выплачивают кредиты и долги, а по выходным валяются на губчатых диванах и читают «Морские Вести».

Хрустально-чистая вода полна магии и чудес, но кого интересует волшебство после долгого трудового дня? Все мечтают об одном – заработать немного жемчуга и спокойно вернуться вечером домой. А то на улице можно попасться на глаза акулам из косметической компании «Рифофлейм», которые все жабры прожужжат своими эликсирами для красоты чешуи, плавников и хвостов. И попробуй только не взять пробники! Мало кто способен отказать зубастой акуле, пусть она и беседует вежливым консультантским тоном.

Море поделено на три уровня: Дно, Середина и Светловодье. В общем-то, названия говорят сами за себя. Дно – унылое и тёмное, Середина – приличная и скучная, а Светловодье – элитное, сверкающее и перспективное.

В этих хитросплетениях взрослого мира и предстояло освоиться Шелье – хрупкой русалочке с сине-зелёными волосами и озорной улыбкой. Но обо всём по порядку…

Когда в Часовой Башне зажурчала полуденная арфа, ворота Морской Академии распахнулись и оттуда выплыла группка выпускниц. Это были медузницы – полудевушки-полумедузы. Они расправили юбочки-колокольчики и радостно воскликнули:

– Наконец-то свобода!

– Ох! Не думала, что у меня получится защитить диплом, – призналась медузница Лала, колыхнув студенистой юбочкой.

– Профессор подводной биологии сказал, что в жизни не видел столько воды, сколько в твоей работе! – захихикали её подружки.

– Что я могу поделать? Ведь медузы на 98% состоят из воды, – звонко засмеялась Лала.

– Нам далеко до успехов Шельи, – признали медузницы, обернувшись к единственной выпускнице-русалочке.

Хрупкая красавица покачивала лиловым хвостиком со сверкающей чешуёй.

– Пустяки, – Шелья кокетливо поправила волосы, которые завитками струились по спине.

– Какие пустяки? Твоё исследование «Технология пузырчато-пенной магии» прогремела на всю Академию! – зааплодировали медузницы.

– Благодарю-благодарю! – шутливо раскланялась Шелья. – Но из-за кропотливой подготовки я окончила Академию на неделю позже своих подруг-русалочек, – с грустью вздохнула она. – Должно быть, они уже успели найти работу…

– Я так завидую, – всплеснула ладонями Лала. – Вы, русалочки, такие самостоятельные! А нас всю жизнь опекают родители…

– Тс-с-с, – медузницы ткнули Лалу в бок. – Это невежливо…

Шелья кисло улыбнулась и пожала плечами. Дело в том, что у русалочек не было родителей. Они рождались из лунного света, который попадал в море, уносился благоприятным течением и спускался в объятья подводных лилий. Поглотив лунный свет, лилия закрывала лепестки, а через девять месяцев раскрывалась – и на свет появлялась малышка-русалочка.

Девочек сразу забирали в Морскую Академию, где они росли и взрослели. Так что, Шелья не знала иного мира, кроме стен Академии.

Из левой башни Академии выплыли мамули-медузницы. Юбки пухлых матрон были огромными, будто зонты, а прозрачные шевелюры напоминали шапки.

– Доченьки! – позвали они выпускниц. – Пора домой! В Светловодье!

– Уже? – встрепенулись медузницы.

– Мы только что из бухгалтерии Академии. Расплатились за вашу учёбу, – сообщили мамули. – По триста отборных жемчужин за каждую выпускницу.

– Ну и расценки, – цокнули языками дочери.

Медузницы распрощались с Шельей и поплыли с родительницами наверх, к васильковым течениям Светловодья. И матери, и дочери синхронно сжимали и расправляли юбочки, рывками перемещаясь в воде.

Шелья с завистью глядела им вслед, пока медузницы не превратились в малюсенькие стеклянные колокольчики высоко вдали.

У каждой семьи медузниц было какое-либо ремесло, которое передавалось из поколения в поколение… У русалочек же не было никакого наследия. И некому было заплатить за их обучение…

– Зато я могу стать кем угодно! – шепотом подбодрила себя Шелья. – Никаких ограничений и родительского контроля.

– Кхм… кхм, – русалочку окликнул незнакомый голос.

Она обернулась. Перед лицом плавал морской конёк синего цвета. На изогнутой шее висел галстучек, а в скрученном хвостике был деловой портфель.

– Позволь представиться! Я – Конёк, – пробасил он голосом, который был слишком низким и сочным для существа размером с мизинец.

– Шелья, – ответила русалочка, удивленно замигав бирюзовыми глазами. – Ты помощник, которого прислали из бюро по трудоустройству?

– Не помощник, а наставник, – поправил Конёк. – Моё дело – помочь тебе освоиться во взрослом мире. Я буду присматривать за тобой, пока ты не выплатишь долг за учёбу.

– Триста жемчужин, – вздохнула Шелья.

– Триста жемчужин, – кивнул Конёк. В его взгляде промелькнуло сочувствие.

– Ты раньше уже бывал наставником? – спросила Шелья.

– Нет, но с молодёжью возиться привык, – усмехнулся Конёк. – У самого девятьсот мальков в детский сад плавают.

– Девятьсот? – воскликнула Шелья.

– Да. Вся зарплата уходит на них, проказников. Пашу как конь.

– Повезло им с папулей… Вырастут – и переселятся со Дна куда-то повыше.

Русалочка мечтательно уставилась вверх. Сквозь колышущееся мерцание воды блестели купола Светловодья, сделанные из гигантских спиральных раковин. На сушескрёбах горели неоновые огни, а в толще воды танцевали разноцветные лучи, похожие на свет прожекторов. Кое-где пенились водовороты жемчужных пузырьков, которые спиралями уносились к поверхности моря. Какое существо производило эти пузырьки? И зачем они были нужны?

А ещё казалось, что на скалистых склонах росли ивы… Их ветви мерно колыхались, сверкая фиолетовыми листиками, похожими на серёжки. Между листьями росли ярко-жёлтые плоды, по форме напоминающие полумесяцы. Интересно, что это за фрукты? И какой у них вкус?

Шелья вытянула шею и напряглась, как струна, тщетно пытаясь разглядеть. Она видела Светловодье только на книжных картинках и еще раз – внутри гадательного шара на уроке морского прорицания.

– Могу я туда подняться и глянуть одним глазком? – спросила русалочка у Конька.

– Нет. Только когда выплатишь долг, – непререкаемый тоном сообщил он. – Если сейчас всплывешь – морские стражи арестуют тебя и бросят в темницу.

Конёк указал на оранжевые пузыри, которые висели на нижней границе Светловодья. На них морским языком было написано: «Посторонним вплыв запрещен».

– Нам пора на Дно. В бюро по трудоустройству, – напомнил Конёк.

Шелья поникла и мрачно ссутулилась. Увидев, что русалочка расстроена, Конёк добавил:

– Слушай… Если устроишься на работу, то тебя могут отправить с заданием в Светловодье. Тогда-то и рассмотришь там всё.

– Правда? – немного оживилась она.

– Конечно.

Шелья решительно сжала кулаки и задрала носик:

– Даю слово, что заработаю кучу жемчуга и моим детям ни за что не придётся расплачиваться!

– Детям?! – выпучил глазёнки Конёк. – Ты собираешься иметь детей?

Шелья со смущением накрутила прядку волос на палец:

– Знаю, что русалочкам романтика не свойственна…

– Конечно! Вы же луннорождённые! К тому же хладнокровные, как и все морские обитатели!

– Но моя кровь иногда нагревается, – робко заметила Шелья. – И хвостик краснеет, когда сердце трепещет.

– Любопытно, – хмыкнул Конёк.

– Встречу в Светловодье симпатичного русалуса и заведём милых русальчат.

– В детский сад записывайтесь заранее, – посоветовал Конёк. – Все места забиты на сотни лет вперед.

– Да ты что? А я сама буду их нянчить! – с вызовом произнесла Шелья. – Разумеется, после того, как сделаю головокружительную карьеру.

– А ты необычная русалочка, – сощурился Конёк. – Амбициозная слишком.

– Ещё бы! Глянь-ка! – Шелья ткнула наставнику в нос свой диплом.

Диплом выглядел диковинно: перламутровая пластина висела на цепочке, которая обвивала талию русалочки. Пластина была похожа на чешуйку доисторической рыбы. На сверкающей поверхности были вырезаны русалочьи письмена.

– Мои оценки говорят сами за себя!

– Мне ничего не говорят, – признался Конёк. – Я в русалочьем языке не силён.

Шелья обиженно фыркнула.

– По предмету «Раскрытие уникальных даров» у меня пятёрка!!! – гордо воскликнула она.

– И что у тебя за уникальный дар? – спросил Конёк.

Шелья загадочно улыбнулась. Раскинув руки, она завертелась как юла, а потом рассыпалась на тысячи пенистых пузырьков! Белоснежная вьюга закружилась вокруг Конька, щекоча его со всех сторон. Этот поток источал аромат лилий и имел цветочный вкус.

Из пузырьков донёсся тихий русалочий смех. Он раздробился и превратился в булькающий хор.

– Ай! Ой! Как ты это делаешь?! – ошарашенно выпалил Конёк. – Это невероятно!

– Я же говорила… говорила… говорила… – послышались голоса Шельи.

Пузырьки вновь собрались, уплотнились и превратились в изначальную фигурку Шельи.

– Та-да! – воскликнула она, словно фокусник, проделавший волшебный трюк. – Ну как?

– Великолепно! – признал Конёк, но тут же взял себя в плавники и уже более сдержанно молвил. – Неплохо, неплохо… Очень даже неплохо.

В его глазах Шелье почудилась не радость, а какая-то тоска и невыразимая скорбь, будто он увидел не веселое представление, а расточительство чего-то драгоценного.

– Надеюсь, твой дар когда-нибудь засверкает, – дрогнувшим голосом сказал наставник. – А пока что… Нам пора в бюро, – мягко напомнил он. – Если не приплывем в бюро до заката, ты будешь считаться преступницей и тебя посадят в темницу. Но перед этим состригут половину волос.

– Но в волосах же русалочье бессмертие! – ужаснулась Шелья.

– Вот именно. Давай поторопимся, – сухо сказал Конёк. – За мной.

Шелья ещё раз обернулась к узорчатым воротам Академии, мысленно попрощалась и последовала за наставником в новые, неизведанные дали.

***

Шелья и Конёк направились прямиком ко Дну. По мере опускания лазурная вода стремительно потемнела и стала вовсе темно-фиолетовой, напоминая разбавленные чернила. А ещё вода здесь была прохладной и немного вязкой, так что плыть становилось труднее.

Внизу простирался удручающий пейзаж: черные илистые луга бурлили и пузырились. В них застряли обломки кораблей и валуны. Присмотревшись, Шелья обнаружила, что это были не валуны, а спины гигантских… ржавых крабов.

– Что это такое? – пугливо прижалась русалочка к Коньку.

– Затонувшие щитобрюхи, – спокойно ответил наставник. – Не бойся. Они дохлые как уж тысячу лет. Город уже близко.

Вдали замерцало голубоватое зарево столицы. Город был обрамлен лесом черных водорослей, словно границей. Шелья и Конёк нырнули в эти дебри и поплыли вперёд. Скользкие стебли щекотали кожу и лезли в нос, но оказались безобидными.

– Добро пожаловать в Мутнополис! – провозгласил Конёк, когда они выплыли из леса.

Шелья ошарашенно застыла. Её разум пытался охватить бешеный ритм города, но не мог.

В глазах рябило от обилия огоньков, пузырьков и косяков рыб, стрелами проносящихся по улицам. Отовсюду навалился шум голосов и споров.

– Вот это да! – разинула рот русалочка.

Мутнополис напоминал многоуровневый лабиринт. Сотни улиц петляли и перекрещивались между собой, огибая коралловые стены и скалистые горы.

Высокие башни-трубочки были сделаны из позвонков доисторических морских драконов. Они сдавались под офисы и разные конторы. Во многих окнах горел свет. Из форточек высунулись сомы и угри, нервно курящие перламутровые трубки.

– К морскому дьяволу всё! Увольняюсь! – бурчали они себе под нос. – Сплошной стресс! Как можно работать под таким давлением?

Шелья запрокинула голову, пытаясь разглядеть верхушки башен, но те уходили в мутную толщу воды, где лишь размыто маячили тени.

– Поплыли! – скомандовал Конёк. – Здесь правостороннее движение. Смотри не выплыви на встречную полосу.

– Хорошо, – оторопело выдавила Шелья.

Они с наставником отправились по улице, плавно уходящей вниз, к самому дну. Путь освещали столбы, на верхушках которых дремали рыбы-фонари. При каждом всхрапе рыбы мигали и недовольно булькали.

Шелья со жгучим любопытством глядела по сторонам, пытаясь впитать каждую деталь. Вот они проплыли мимо затонувшего корабля, обвешенного гирляндами. На скрипучей вывеске написано: Бар «Кривой Руль».

Вот клумба с розовыми и фиолетовыми актиниями, венчики щупалец колышутся и мягко светятся.

Вот булыжный домик. Из трубы валит зеленоватая дымка, а на круглых окнах висят шторки из водорослей. Над крыльцом табличка: Лавка зелий «Кикиморов отвар».

Вот целый ряд пивнушек «Чешуйчатая кружка», «Пьяный шторм» и «Скользкая палуба».

Далее следовал небольшой парк, усаженный светло-зелёными водорослями. На сплетенных из камыша лавочках звонко болтали рыбы-бабульки с обвисшими от старости плавниками.

На перекрёстке рядом с парком случилась авария: столкнулись две пузатые красные рыбины. Ни одна из них не хотела уступить дорогу. Пухлые бока противников раздулись от гнева, а спинные плавники встопорщились иглами.

– Дай проплыть! Полип ты ротоглазый! – заорала одна рыбина.

– Захлопни ракушку! – огрызнулась вторая.

– На кого булькаешь, каракатица?

– Я тебе жабры выверну!

– Чтоб тебя рыбаки веслом шибанули!

Бабульки на лавочках с интересом наблюдали за сценой, выпучив глаза.

– Не помню такой перепалки с тех пор, как была икринкой! – воскликнула одна.

– Это верно-верно, – вторили подружки.

– Давай повернем налево, – предложил Конёк. – Там можно срезать путь.

– Как скажешь, – пожала плечиками Шелья.

Они свернули на тёмно-синюю улицу с башенками-спиралями. Здесь располагались обмены валют, ломбарды и кредитные конторы.

– У тебя есть при себе какие-нибудь вещи? – обеспокоенно спросил Конёк.

– Да, немного, – Шелья указала на сумочку, перекинутую через плечо. – Гребень для волос, зубная щётка, зеркальце и пара нагрудных ракушек.

– Держи сумку покрепче. На Дне водится множество воришек, – предупредил наставник.

– Ясно, – кивнула подопечная.

Как будто в подтверждение его слов, на тротуаре рядом с ломбардом случилось преступление! Осьминог в маске пытался стащить золотую подзорную трубу, но его окружили стражи – скаты, облепленные морскими звёздами.

– Щупальца вверх! – потребовали стражи. – Иначе сделаем предупредительный выстрел!

Грабитель не послушался. Он скрутил щупальца, жадно поджал трубу и попытался ускользнуть в переулок. Но не успел.

– Раз! Два! Три!

Скаты отстегнули от себя морских звёзд и швырнули в преступника. Звёзды прилипли к его глазам и сковали щупальца, как наручники. Осьминог выронил подзорную трубу, но продолжал сопротивляться, дёргаться и вырываться. Скаты подплыли к нему и шибанули электрическими хвостами.

– В темницу его! – приказал самый крупный скат.

– Так точно! – ответили остальные.

Шелья нервно сглотнула и прижалась к Коньку.

– А стражи здесь суровы, – испугалась она.

– Да. Никогда их не зли, – посоветовал Конёк. – Послушным гражданам бояться нечего.

Русалочка с наставником продолжили путь. Только сейчас Шелья заметила, что на фонарных столбах были расклеены портреты какого-то русалуса.

– Вот это красавчик! – засмотрелась Шелья, оторвав листовку.

Черные волосы русалуса торчали задиристым гребнем, а на точёных скулах топорщились чешуйки, уходящие к вискам. В заострённых ушах красавца сверкали серьги, а мужественную шею обрамлял воротник из шипов. Парень смотрел с портрета насмешливо. В красных глазах плясали озорные огоньки.

Шелья прочитала надпись: «Разыскивается! За надувательство рыб-шаров в особо крупных размерах! Приметы: кличка Ёрш, умеет стрелять шипами и обидными фразами».

Очарованно рассматривая портрет, Шелья и не заметила, как её хвостик покраснел.

– Чего застыла? – с недоумением обернулся Конёк.

– Ничего-ничего! – русалочка скомкала листовку, а затем быстро сунула её в сумку.

– Не отставай, а то потеряешься, – пожурил Конёк, поправив галстук.

– Извини, я…

Шелья не успела договорить. Из соседнего здания выплыл шумный косяк золотистых рыбок. Они держали в плавниках чемоданчики и возмущались.

– Коллеги! Видали сегодняшний курс морского жемчуга к наземному золоту?!

– Это ужас! Это ужас! – наперебой зашушукались рыбки.

– За жемчужину дают лишь три золотые монеты! Я чуть планктоном не подавился, когда читал «Морские Вести»!

– Жемчуг продолжает обесцениваться. Так и до двух золотых монет докатится.

– Гарпун тебе на язык! – шикнули другие рыбки.

– Потому-то я давно вкладываюсь не в жемчуг, а в амбру, – поделился секретом лидер группы.

– Амбру? Отрыжку кашалота? – брезгливо поморщились коллеги.

– Смейтесь-смейтесь. Но её сгустки нынче дороже золота! – с важностью сообщил он. – Наземные колдуны кладут её в зелья и снадобья, отчего волшебная сила увеличивается в десять раз!

Косяк стремительно уплыл прочь, а Конёк поправил галстучек и шепнул в узел:

– Не забыть вложить три жемчужины в покупку амбры.

– С кем ты говоришь? – удивилась русалочка.

– У меня пишущий галстук. Он вместо блокнота.

Конёк нажал на узелок и из галстука донёсся его голос: «Не забыть вложить три жемчужины в покупку амбры».

– Очень удобно, – согласилась Шелья.

– Верчусь, как могу. В море надо быть гибким, иначе не выживешь.

– Гибкость – жизнь. Заскорузлость – смерть, – проговорила старую морскую пословицу Шелья.

– Именно, – кивнул Конёк. – А то обрастёшь ракушками, заржавеешь и утонешь в бурлящем иле.

– Жуть какая, – передернуло Шелью.

Внизу по дороге ползли разноцветные морские улитки и игольчатые ежи, а ещё семенили омары в жилетках и с деловыми бумагами в клешнях.

– Тысяча якорей! Кого тут только нет! – воскликнула Шелья. – Я даже в книгах не видела столько удивительных существ! Только морских ведьм не хватает.

Шелья хихикнула, сама испугавшись своих мыслей.

– Шучу, конечно. Хвала волнам, что их тут нет. Я столько страшных сказок о них слышала. Если бы встретила вживую – умерла бы на месте, – сказала она.

Конёк покосился на русалочку и вздохнул. Он остановился так резко, что Шелья чуть не врезалась в него.

– Ты только не пугайся, – предупредил он. – Но на Дне… Всеми учреждениями управляют именно морские ведьмы.

– Что?!! – ахнула Шелья. Она издала такой громкий возглас, что изо рта выскочили три огромных пузыря.

– От фабрик до мелких пивнушек, все хозяйки и начальницы – именно морские ведьмы, – с расстановкой сказал наставник.

– Тысяча якорей! Надо спасаться! – запаниковала Шелья. – Чего мы ждем? Плывем отсюда!!!

Русалочка растерянно оглянулась по сторонам, пытаясь вспомнить дорогу назад. Сердце колотилось от паники.

– Успокойся, – твёрдым тоном попросил Конёк. – Всё не так страшно, как кажется. Да, ведьмы могущественны, но…

– Они же исчадья ада! Какие «но»? – возмутилась русалочка.

– В современном мире исчадья ада – идеальные начальники, – сказал Конёк. – Они властные, деловые и жадные. Никогда не упустят шанс обогатиться и извлечь какую-либо выгоду… К тому же вековой опыт заключения коварных колдовских контрактов сделал их юридически подкованными.

– Мне уже страшно!

– Поздно что-то менять! Мы уже приплыли! – Конёк кивнул в сторону. Там возвышалось бюро по трудоустройству. – Куда ты спрячешься? У тебя всего два варианта – либо работа, либо темница.

Шелья обреченно уставилась на Конька.

– Не съедят же они тебя, – подбодрил он. – Это невыгодно.

– И на том спасибо, – фыркнула она. – Ладно уж… Быстренько отработаю и переселюсь в Светловодье.

– Хороший настрой! – одобрил Конёк. – Я ещё буду гордиться тем, что побывал твоим наставником. Нутром чую.

Глава 2. Бюро по трудоустройству

Здание бюро оказалось скалистой пещерой, облепленной устрицами и корявыми наростами. Издали эту скалу можно было спутать с огромной пупырчатой жабой, которая присела отдыхать на Дне. Только круглые окошки давали понять, что это здание.

Шелья застыла у входа.

– Хм… А вода здесь соленее обычного, – распробовала она вкус.

– Это слёзы лентяев и неудачников, которые не смогли трудоустроиться, – хмыкнул Конёк. – Не повтори их судьбу.

– Об этом не беспокойся, – загадочно улыбнулась Шелья. – У меня уже есть грандиозные планы на свою карьеру. Я задумала такое дело! Такое! Закачаешься!

– И какое же? – заинтриговано спросил Конёк.

– Скоро узнаешь.

Русалочка с наставником вплыли в бюро. Внутри оказалось темно и душно. Лишь парочка светящихся медуз витали под потолком вместо лампочек.

Впереди располагалась будка со стеклянным окном. Туда выстроилась очередь цветастых рыб, улиток и ракообразных. Соискатели заполняли какие-то анкеты, стараясь приукрасить свою биографию и придумать на ходу особые навыки и умения. «Стрессоустойчив и спокоен» – с нажимом написал лангуст, который трясся всем телом и даже сломал от волнения карандаш. «Активная и проворная» – по одной букве в минуту выводила морская улитка. «Коммуникабельный и дружелюбный» – заявил рак-отшельник, который то и дело прятался в свою раковину и недоверчиво озирался по сторонам.

Всё бюро было увешано ветхими списками, графиками и таблицами, которые прикрывали дыры и трещины в стенах.

Шелья подплыла к одному из дряхлых плакатов. На нём были нарисованы рыбёшки с натянутыми улыбками. Текст гласил:

«Наше бюро трудится, не покладая плавников!

За этот год мы устроили:

– Более 5 тысяч рыб-игл на швейные заводы.

– Более 3 тысяч рыб-молотов и рыб-пил на строительные предприятия.

– Более 2 тысяч рыб-клоунов в развлекательные заведения».

– А о русалочках ни слова, – проворчала Шелья.

– Не отвлекайся, – окликнул её Конёк, а потом обернулся к толпе: – Прибыла русалочка-выпускница! Их положено пропускать вне очереди! – объявил он.

Морские существа послушно уступили место.

– Вперёд, – Конёк подтолкнул Шелью к окошку.

Шелья робко подплыла и заглянула в будку. Оказалось, что по ту сторону сидела старая ведьма в очках с толстенными линзами, из-за которых зеленые глаза напоминали блюдца. Старые щёки обросли ракушками, а в столетиями нечесаных волосах поселилась семья крабиков. Обвислую грудь ведьмы украшали безвкусные ожерелья из гальки, ракушек и янтаря. Нижняя часть её тела уходила в огромную спиральную ракушку, которая служила вместо кресла.

– Как звать? – скрипучим голосом спросила ведьма и причмокнула морщинистыми губами.

Шелья оцепенела и забыла обо всём на свете. Перед ней – морская ведьма!!! Ведьма!!! Существо из жутких сказок, которыми Шелью по ночам пугали подружки. Да и воспитательницы в детстве грозились отдать Шелью в когтистые лапы ведьм, если она не будет хорошо кушать и спать…

– Не робей, – подбодрил Конёк.

Голос наставника привёл русалочку в чувство. Шелья вздрогнула и наклонилась к окошку.

– Я… ммм… Шелья, – ответила она.

– Шелья, – повторила монотонным голосом старуха и сделала запись в журнале. – На какую вакансию претендуешь?

Ведьма обслюнявила карандаш, готовясь записывать.

– Я хочу открыть свое собственное дело! – с энтузиазмом выпалила Шелья.

В бюро повисла ошеломленная тишина. Морские существа выронили анкеты и выпучили глаза, уставившись на самоуверенную русалочку. Кто-то нервно хохотнул, кто-то поперхнулся, а кто-то раздраженно цокнул языком.

Ведьма приспустила очки и смерила русалочку презрительным взглядом.

– Хотеть не вредно. Я вот хочу себе тонкую талию и упругую кожу, – прохрипела она, водрузив очки обратно на нос.

– Вы не так поняли! – поспешила объяснить Шелья. – У меня есть конкретный план. Я уже всё продумала до мельчайших подробностей!

– Поделись, деточка, – издевательским тоном попросила ведьма, предчувствуя бесплатное развлечение.

– Глядите!

Шелья закружилась и рассыпалась на тысячи мелких пузырьков. Этот вихрь задорно пронёсся по всему бюро, содрал со стен шелестящие бумажки и шуганул медуз-лампочек. Затем пенистый поток промчался над соискателями и вновь вернулся к окошку ведьмы. Пузырьки собрались в фигурку Шельи.

– Браво! Браво! – загалдели морские существа. Они весело аплодировали плавниками, щупальцами и клешнями.

– Забавный трюк, – флегматично вскинула брови ведьма. – Но какой в нём толк?

– Очень большой! – возразила русалочка. – Я способна просачиваться даже через малюсенькие щели и скважины! Таким образом я могу изведывать сложные коралловые лабиринты в поисках артефактов, а ещё пробираться на затонувшие корабли. Слышала, что на дне Кровавого Залива полным-полно пиратских кораблей, трюмы которых набиты драгоценностями, но туда никто не может пролезть… А я могу! 50% добычи буду отдавать в счет долга, а 50% – оставлять себе…