- -
- 100%
- +
Глава 1
Егор
– Ко мне сейчас девушка придёт, иди погуляй, а, – заглядывает в комнату брат. – Часок–полтора.
Намекает, что хочет поразвлечься с телочкой.
Приподняв наушник с уха, я ржу:
– За пять минут не отстреляешься?
– Иди на.
– Да пошёл–пошёл, – откатываюсь на кресле от компа. – Ща, себе вариант какой–нибудь посексуальнее найду.
После армии я особенно голодный до девочек.
Заглядываю в телефон и мажу пальцем по контактам. «Большие сиськи», «Зачетная задница», «Любит раком», «Горловой минет»…
– О, – останавливаюсь на последнем и заглядываю в переписку.
Там в последнем сообщении висит фотка жопы в красных стрингах. Аппетитная…
«Через полчаса приеду»
Отправляю запрос и через пару секунд получаю в ответ одобряющий огненный смайлик.
Что ж, вечер пройдёт не так уж и плохо – радостно звенят набухшие яйца.
Надеваю теплый спортивный костюм, сверху куртку и закидываю по карманам презервативы, сигареты, карты, телефон.
В полной боеготовности на блатной походке выхожу из комнаты и натыкаюсь на брата. Он с нетерпением ждёт свою девочку.
– Одноразовая? – на ухмылке решаю уточнить.
Жека вопросительно смотрит на меня, не сразу догоняя до сути.
– Ну, я про телочку…
– Не, – категорично мотает головой и как–то придурковато улыбается. – Эта не такая. Хорошая девочка… Хочу с ней серьезно замутить.
Капец он поплыл… Вздохнув, хлопаю по мужскому плечу:
– Не хочу тебя разочаровывать, но все они такие.
– Катись уже, – посылает Жека, явно оскорбившись. – Ты просто её не видел и не знаешь.
– Слава богу, у нас с тобой разные вкусы, – шутливо перекрещиваюсь я.
У Жеки – все девочки вообще на любителя были всегда. Прям не моё.
Перед выходом пшикаю себя духами раз–два, малышки от этого аромата млеют. Глядя в зеркало, провожу ладонью по коротким волосам, потом по легкой небритости на лице – сегодня кого–то щекотать буду в самых чувствительных местах.
– Ладно, я погнал, – накидываю капюшон на голову.
Не успеваю схватиться за ручку двери, как та сама открывается передо мной, и на пороге возникает девушка.
– Ой, – шмыгает красным от мороза носиком она. – Простите…
Мы сталкиваемся взглядами, и в моем сердце больно простреливает.
Твою мать, так это ж моя бывшая…
– Алла, проходи, – включается брат и притягивает её к себе. Целует. – Это Егор, мой брат, он уже уходит.
Я таращусь на девушку, не моргая и не веря, что эта та, которую я когда–то любил до потери пульса.
Убеждал себя, что давно отпустил эту крошку из сердца, которое сейчас сильно сжимается при виде неё. В моих глазах вспыхивает огонь, а в её – пустота, потому что она ни черта не помнит. Ни наших отношений, ни меня.
Забыла всё, как по щелчку!
А теперь еще и встречается с моим братом!
Меня задевает это до скрипа зубов. Я фыркаю в сторону на её милую улыбочку, толкаю дверь и выметаюсь из квартиры.
Глава 2
Алла
– Жень, можно я у тебя какое–то время поживу? – неловко потираю шею, стоя на пороге квартиры своего парня.
– Эм–м… – он зависает и чешет затылок. – Да без проблем. Что–то случилось?
Я облегченно выдыхаю на его положительный ответ.
– Да так, – стягиваю с шеи шарф. – С родителями поругалась.
Морщусь, намекая, что не хочу вдаваться в подробности. И Женя, слава богу, не докапывается. Он помогает мне повесить куртку и пристроить угги.
– Где можно руки помыть? – оглядываюсь я чисто мужскую хату.
Стиль минимал выдержан во всем. Без изысков.
– Тут, – указывает он на дверь. Щелкает по включателю.
Улыбнувшись ему, я скрываюсь в ванной комнате.
Сразу включаю воду, чтобы создать шум и тихо всхлипываю. Вижу своё поникшее отражение в зеркале, и губы начинают еще сильнее дрожать. Моргаю и с ресниц слетают слезы.
На самом деле, я ушла из дома, не из–за того, что поссорилась с родителями.
А из–за отчима.
От одной мысли о нем я начинаю чесаться. Снимаю с себя толстовку, оставшись в топе и принимаюсь замыливать руки до локтей.
Опять он меня лапал! Опять домогался! Мерзкий!
Щеки начинаю гореть, как и моё нутро от гнева.
– Ну чё ты из себя недотрогу строишь, – его голос насилует память. Он зажимал меня, пока матери дома не было. – Тебе и мне будет приятно. Давай покажи сиськи.
Окатываю лицо холодной водой, успокаивая внутреннюю истерию. Но ужасные картинки и слова своевольно всплывают в голове:
– Мать тебе не поверит. Ходишь тут, сама соблазняешь меня, – так отчим оправдывал свои похотливые замашки.
А еще он считает, что я ему должна! Обязана расплатится за его неоценимую помощь, оказанную мне в восстановлении после недавней аварии.
– Я в твою реабилитацию столько бабок вбухал! На ноги тебя поставил! Ты мне по гроб жизни должна! Где твоё нежное и ласковое «спасибо»? А? Так что, не выеживайся, я же вижу, у тебя есть чем отблагодарить дядю Вадима…
Он щипнул мне за соски через кофту, а я въехала ему по яйцам и, пока этот озабоченный кряхтел, сбежала.
Мне кроме Жени не к кому было идти. Он сейчас самый близкий, и я знала, что не откажет в помощи. Но рассказывать ему про Вадима не стану, стыдно как–то, да и проблем не хочу создавать, за маму переживаю. Она же любит его, конченного такого.
Успокоившись, я выхожу из ванной комнаты и топаю в кухню, где только что забурлил и выключился чайник. Женя хозяйничает, расставляет кружки.
– Ты голодная?
Мотаю головой, совсем аппетита нет.
– Но чай буду, – скромно улыбаюсь, обняв себя руками. – Зеленый с лимоном.
– Окей, – парень закидывает в кружку пакетик, а следом и лимон.
Заливает всё кипятком, и я грею холодные пальцы о кружку, вдыхая ароматный пар.
– Слушай, – задумчиво сминаю губы. – А твой брат не будет против, что я тут поживу?
– Егор? Не, не парься, –отмахивается Женя. – Чувствуй себя как дома.
Это вряд ли получится. Как–то не очень дружелюбно его брат меня встретил. Или просто был не в духе, и я вообще не причем? Сомнительно кошусь на входную дверь, которой Егор громко хлопнул, уходя из дома.
И что самое странное – меня не покидает чувство, что я видела этого парня где то раньше. Только вот никак не могу вспомнить, где?
Глава 3
Егор
Заваливаюсь домой только на следующий день.
Башка безумно трещит после бессонной ночки – еще бы, самоуничтожался как мог! Заливался спиртным в баре, разбавлял его разве что сигаретным дымом, там же подцепил шлюшку, на которой от души оторвался.
А всё из-за бывшей!
Хочу забыть её, так же, как и она меня. Но что-то хреново выходит! И если для этого надо будет разбиться с ней на мотоцикле второй раз, то значит я сделаю это.
Р-р-р! Почему в квартире до сих пор пахнет её духами? Этот запах я ни с чем не перепутаю.
Или я попросту свихнулся?
Скидываю берцы в прихожей и быстро топаю в туалет.
Ссать хочу, звиздец! Всю дорогу терпел!
Открываю дверь и резко торможу.
Дух выбивает, как будто битой по грудине приложились.
- Ах! Боже мой! – вскрикивает Алла, прикрывая ладонями обнаженную грудь.
В одних трусиках, с мокрыми волосами она стоит посреди комнаты на коврике и лихорадочно пытается спрятать наготу.
- Какого черта ты тут делаешь? – ползут мои брови вверх.
А жадные глаза мазолят её прелестную фигуру.
- Выйди, пожалуйста, - пищит.
Она дергает со змеевика полотенце и, повернувшись ко мне спиной заматывается им.
Но я то всё уже успел рассмотреть, и спереди и сзади. Красивую большую грудь с торчащими розовыми сосками, тонкую талию с проколотым пупком, округлые бедра и упругую попку, до которой доходят её длинные волосы.
Давлюсь слюной.
- Не обольщайся. Чего я там не видел? Ничего примечательного, - хмыкаю наперекор своим мыслям.
Алла перекрасилась в блондинку – единственное изменение в ней за те полтора года, что мы не виделись. Ей очень идёт. Всё остальное осталось таким же шикарным.
- Что ты до сих пор тут делаешь? – повторяю я вопрос, когда девчонка вновь разворачивается.
Щеки красные от стыда, глаза напуганные, она часто хлопает ресницами и сминает губы:
- Я поживу здесь некоторое время. Женя разрешил. Он не говорил?
- Поживешь здесь? – охреневаю от новости.
Делить с бывшей один воздух на двоих и скромные квадратные метры – кажется нереальным. А уж тем более любоваться тем, как она зависает с моим братцем!
- Ну да, - неловко заводит прядь за ухо она, глядя на меня исподлобья.
- А тебя мама не потеряет, м? – спрашиваю с претензией.
Уж я то знаю про жесткий контроль её родителей. Их предрассудки доставляли вечные проблемы.
- Я уже взрослая, - сглатывает она.
- Да что ты?
Надвигаюсь на неё. Она инстинктивно отступает, прижимая полотенце к вздымающейся груди. Быстро упирается спиной в стену и вздрагивает от прикосновения лопаток к прохладной плитке.
Я сокращаю расстояние между нами на максимум. Моя крупная тень ложится на хрупкий женский образ.
Пожираю её глазами - какая же чертовски сексуальная!
На женских голых плечах застыли капли воды. Я б слизал её с чистой бархатной кожи. Кадык неудовлетворенно дергается.
Собираю взглядом каждую родинку, шумно дышу над ней, сопротивляясь желанию поцеловать её и вспомнить вкус её пухлых губ, которые сейчас приоткрыты.
Глаза в глаза. Мои горят, а её растеряны. Не тем не менее, я замечаю, как расширяется её зрачок от близкого контакта.
Усмехаюсь. Встречается с моим братом, а возбужденные соски даже через махровую ткань пробиваются в мою сторону…
Она не твоя, Егор. Она уже не твоя. Её тело и любовь теперь принадлежит другому.
Напоминание заставляет крылья носа недовольно подрагивать, а сердце болезненно сжиматься.
Я склоняюсь к её уху, и девчонка перестает дышать.
- Это моё полотенце, - рычу я.
Требовательно дергаю за край ткани.
- Я не знала, - испуганно хватается за полотенце Лялька.
Таращится на меня, пыхтит, опасаяясь что оставлю её голой.
А я не могу справится с внутренним раздраем чувств. Больные чувства, неостывшая любовь и гнев смешались воедино.
- Но подтиралась, да, - сверкаю глазами.
Вспоминаю её влажную киску, и в паху пробивает.
А девчонка заливается краской от моего замечания.
- Я… Я постираю, - сбивчиво отвечает она.
Шумно втягиваю носом наэлектризованный воздух, пропитанный ароматом гелем для душа.
- Уходи, - рыкнув, даю ей свободу.
Всхлипнув, Алла тут же убегает, шлепая резиновыми тапочками.
Закрываю двери и понимаю, что задвижка сломана. Её требуется срочный ремонт, как и моему самоконтролю.
Расстегиваю ширинку, потому что за ней неимоверно тесно. Крепкий стояк сигналит о том, что я как и прежде хочу девушку. Плашка «Опасно! Запрещено!» красным цветом мигает в мозгу.
Очень надеюсь, что девчонка поняла моё «Уходи» в глобальном смысле и покинет не только ванную комнату, но и квартиру. А еще было бы не плохо уйти из моей головы и, главное, из сердца.
Глава 4
Егор
*Полтора года назад*
- Ах… М-м-м…
Разгоряченная Лялька стонет, пока я трахаю её, прижав спиной к дверце шкафа. Он скрипит и трясется от толчков, жестко сдаёт нас, а нам нельзя шуметь… На первом этаже находятся ни о чем неподозревающие родители.
- Ещё…
Перехватываю женский вздох губами. Наш языки сплетаются в развратном поцелуе. Глубокими рывками насаживаю девочку на себя, крепко держа за бедра.
Дверная ручка начинает дергаться. За этим следует легкий стук и вопрос:
- Алла?
- Черт…Мама… - шепчет моя девочка.
- Я сейчас кончу, - опаляю её шею горячим дыханием.
- Ты спишь? – слышно за дверью.
Я ускоряюсь. Закрываю ладонью рот Ляльке. По венам растекается адреналин.
Хрипло рыкнув, содрогаюсь в феерическом оргазме. Малышка тоже кайфует. Дарим друг другу безумные улыбки.
- Прячься в шкаф, - шепчет она.
Я скрываюсь, пока она натягивает трусики.
В шкафу тесновато, одежды много, и всё пропитано любимым женским ароматом. М-м-м, затягиваюсь. Притихаю, когда слышу звук открывающейся двери, а за ним диалог мамы и дочери:
- Ты так рано легла?
- Угу. Что-то голова трещит.
- Ты красная. Может температура?
- Не-е…
- Хм, лоб холодный, а щеки горят.
- Мам, ты что-то хотела?
- Да нет. Просто шум какой-то услышала. Показалось.
- М-м-м…
- Слушай, ты хоть проветри перед сном. В комнате душно.
- Ладно, мам. Спокойной ночи.
- Спокойно ночи, девочка моя.
Пару чмоков, и дверь снова закрывается.
А шкаф открывается.
Лялька смотрит на меня смешливым взглядом:
- Выходи любовничек.
Вырвавшись на свободу, роняю её на кровать. Целую ненасытно. Люблю страшно.
- Поехали кататься, - выдыхаю в истерзанные губы.
Она широко улыбается, а я конкретно пропадаю в его красивых сияющих глазах.
Малышка оперативно переодевается, и мы сбегаем на улицу через окно. Не раз проверенный план эвакуации.
Нам нельзя встречаться. Её родители против. Потому что я плохой, безбашенный, учу дурному, порчу правильную девочку, совращаю её.
Но они главного не понимают – я сильно люблю её.
Я хронически помешан на этой девочке. Жадный до её ласки. Хочу её. Украду если надо. И ни за что не отпущу.
Мы запрыгиваем на байк, и гоним по трассе на бешенных скоростях. Мотор ревёт, оглушает, я чувствую, как крепко обнимают меня её руки. Лялька доверяет мне, не боится, хотя по первости визжала, как ненормальная. Я уверено держу руль и топлю вперед. Плевать, куда ехать – главное, с ней. Знаю, её сердце бьется сейчас также сильно, как и моё. В этом виноват адреналин вперемешку с термоядерными чувствами.
Все меняется, когда на встречную полосу вылетает легковой автомобиль.
Столкновение неизбежно. Сильный удар, и нас жестко отшвыривает за обочину. Дальше – темнота.
Мы переломались, но выжили. Сильнее пострадала моя хрупкая девочка. Пролежала в коме неделю. Её мать истерила и проклинала меня как дьявола, что погубил её дочь. Я и сам себя корил, и молился, чтобы любимая поскорее пришла в себя. Если б она умерла, я бы потерял главный смысл жизни.
А когда я от врачей случайно узнал, что она наконец «проснулась», то услышал жесткое « Нельзя. Родители запретили приближаться к ней».
Но разве я когда-то кого-то слушался?
Плевать мне было на всех. Я хотел увидеть свою малышку.
Обхитрив персонал, ворвался к ней в палату. Мамаша её сразу завизжала, но к черту её… Я к Ляльке пришел. Только вот любимая девочка меня не узнавала… Как будто я прохожий-незнакомец.
Уже потом мне рассказали, что в результате аварии она потеряла память – несколько последних месяцев стерлись из её памяти. В том числе все воспоминания связанные со мной. В одно мгновение я стал для неё никем…
Глава 5
Алла
- Дочка, не слишком ли быстро ты решила съехаться с парнем? - стоит над душой мама, пока я собираюсь вещи в сумку.
- Нормально, мам.
- Ты знаешь его всего ничего!
- Ну и что, - хмыкаю. – Ты с отчимом тоже быстро сошлась.
В ответ она только прицокивает. Что тут еще скажешь, против правды то не попрёшь. Не успела мама с папой разойтись, как уже с Вадимом познакомилась.
- Женя – хороший, надежный парень. Так что можешь не переживать за меня.
Складываю банное полотенце и вспоминаю про Егора и нашу последнюю стычку в ванной комнате. Да уж, он совсем не похож на своего брата. Не спорю, внешне он хорош собой, но такой грубый и резкий!
Смотрит как на врага, и обращается так, как будто я что-то плохое ему сделала. Ну взяла его полотенце, надо же было мне прикрыться. Он ведь практически голой меня застал! До сих пор стыдно вспоминать.
Делить со мной квадратные метры Егор не хочет, но придётся. Оставаться дома я больше не могу.
- Оль, поехали уже. Время видела? – заглядывает в комнату отчим.
- Да у меня дочь к парню переезжает, представляешь! Ни с того, ни с сего!
Вадим бросает в меня косые взгляды.
- Большая уже. Сама разберется, - хмыкает он. – Парень надеюсь, тебя обеспечивать будет? Хочешь жить отдельно, денег не проси.
Выжигаю его презрительным взглядом. Урод.
- Мне от тебя ничего не надо, - стискиваю зубы и резко застегиваю сумку.
- Ну и отлично. Оль, тебе нервничать нельзя, - обнимает Вадим маму и гладит по животу. – Пусть переезжает, если хочет. Поехали, у тебя прием через полчаса.
Моя мама беремена от Вадима. И это очередная причина скрывать от неё его домогательства. Чтобы не создавать конфликт, не заставлять переживать женщину в положении. Мне проще уйти.
- Мы тебя довезем, -настаивает мама. – Хоть посмотрю, где ты будешь теперь жить…
- Опаз-ды-ва-ем, - раздраженно скрипит Вадим.
- Сама доберусь, - чмокаю в щеку родительницу. – Собирайся уже.
Они уезжают в больницу, а я иду на остановку с набитой сумкой наперевес и жду автобус. Добираюсь до квартиры и сильно радуюсь, что там нет Егора. Воспользовавшись отсутствием парней, я решаю навести порядок и тем самым показать братьям существенные плюсы моего переезда. Я чистоту люблю и, пока живу здесь буду поддерживать её. А то мальчики совсем не заморачиваются на этот счет, квартира явно нуждается в уборке.
Засунув в уши наушники, я вооружаюсь пылесосом и прохожусь с ним по всем коврам и линолеуму. Заглядываю в комнату к Егору и, мягко говоря, офигеваю от бардака. Это логово дьявола, дитя хаоса, который живет без правил под веянием бунтарского духа – не знаю, как еще оправдать такой срач!
Кровать не заправлена, шмотки разбросаны, на столе хлам и мусор. Со вздохом убираю в пакет упаковку от пиццы и туда же выбрасываю шедевр современного искусства - башню построенную из пустых жестяных баночек колы. Подбираю с ворсистого коврика джойстик от приставки, а носки бросаю в корзину для белья.
- А ты у нас спортсмен… - вытягиваю губы трубочкой, когда замечаю многочисленные медали.
Судя по баннерам на стенах, пристегнутой к потолку груше и валяющимся рядом перчаткам – парень увлекается боксом. У Егора очень прокаченная мускулатура, так что я не удивлюсь, если увижу его на ринге. Там походу ему все мозги вместе с чувством такта к девушкам и отбили.
- И на гитаре то он играет, - вижу в углу инструмент и не перестаю удивляться талантам парня, которые он скрывает за своей суровой оболочкой.
Ради забавы прохожусь пальчиками по струнам и невольно улыбаюсь. Девочки от его песенок, наверно, сразу на шею к нему вешаются. Интересно, а голос у него хороший? Он поёт или только играет?
Да какая мне собственно разница.
- О, мото-шлем, - округлю глаза и подбираю черно-зеленую каску.
Тяжелый, увесистый. Прикусываю губу от навязчивой идеи примерить и в следующую секунду делаю это. Шлем впитал в себя мужской запах. Не скажу, что мне брезгливо. Егор приятно пахнет. Это я еще поняла, когда находилась в сантиметрах от его крепкого нависающего тела. Под его оккупацией насыщенный глубокий аромат хорошо потрепал мои лёгкие.
Снимаю шлем и кладу его обратно на полку.
Остаётся единственный вопрос - а где мотоцикл? Егор ездит на машине. Хотя может шлем - это атрибут его лихого прошлого и сейчас служит лишь поводом для некой ностальгии.
Беру с его стола кружку с недопитым кофе и хочу унести её в раковину. Но торможу и ставлю её обратно.
Содержимое приоткрытого верхнего ящика привлекает внимание.
- Что это... - любопытно моргаю.
Раздвигаю ящик дальше и рассматриваю интересные на вид игрушки.
- У них же нет животных, - беру в руку пупырчатую вещицу, которая очень напоминает резиновый "грызунок".
Другая игольчатая игрушка так и манит прикоснуться к колючему "ёжику" . Щупаю и улыбаюсь от приятной щекотки пальцев.
- Ой...
Вдруг игрушка начинает вибрировать, и я, испугавшись, роняю её на пол.
- Черт, что за ... Как её выключить?
Быстро подбираю резиновую штучку, трясу её на панике.
В этот самый неловкий момент, слышу как сзади открываются двери. Вздрогнув, быстро разворачиваюсь и прячу за спиной игрушку. Дыхание сразу спирает, потому что в комнату заходит Егор...
Глава 6
Алла
- Кто тебе разрешил заходить в мою комнату? – рычит парень, увидев меня.
Его недовольная мина брезгливо рассматривает мой силуэт в домашней пижаме. Бросает на пол спортивную сумку. Даже куртку не снял, снег на плечах медленно тает, как и его терпение в ожидании моих объяснений.
- Я прибиралась, - прочищаю горло и переступающими шагами двигаюсь к пылесосу.
- Вышла, - гаркает он, сверкая глазами.
Проглотив возмущения на его неблагодарность, я иду к дверям, волоча за собой пылесос. Да так, чтобы не спалить игрушку за спиной. А она, зараза, до сих пор вибрирует.
- Стоять! – резко говорит Егор.
Я замираю, выругавшись про себя. Сердце нервно дергается. Только бы он не заметил…
- Ты, что, рылась в моих вещах? – звучит с претензией.
Разворачиваюсь и вижу, что Егор стоит возле открытого ящика стола.
Мамочки…
- Не-ет, - нелепо вру и мотаю головой.
Сама того не замечаю, как начинаю краснеть. А вот парень быстро считывает ложь с моих глаз.
Он идёт на меня, а я пячусь к стенке, вот по ней то он меня и размажет…
Но для начала выжжет своим темным взглядом мою трясущуюся душонку. Нависает надо мной грозовой тенью и шумно пыхтит, как будто придушить готов. Я упрямо и бесстрашно смотрю в его глаза. Они красивые, глубокие, хоть и злые.
В образовавшийся тишине слышно легкую вибрацию, которую издаёт игрушка в моем кулаке. Егор сначала не понимает, прислушивается, греша на телефон или что-то еще. А я звучно сглатываю, потому что он быстро находит объект, который издает своеобразный шум.
- Руки, - требует он, чтобы показала их.
- Я просто посмотрела… - жалко оправдываюсь.
Выдохнув, протягиваю ему открытую ладонь, на которой лежит силиконовое рельефное кольцо и дрожит. Ровно как и я от стыда, что поймана на вранье, да еще и в воровстве. Егор то, наверно, думает, что я стащить её хотела.
- Угу, посмотреть, - хмыкает он и забирает игрушку. – То-то она включена… Ты чем тут занималась, грязная девчонка?
- Она сама включилась… И хватит меня оскорблять! – встаю на защиту своего достоинства. - И тебя тут такой срач! Решила прибраться себе на голову, больше такой чести не увидишь о меня.
- П-ф-ф, тебя никто и не просил. Как и рыться в моих вещах. Сексуального разнообразия захотелось? Так это брату предъяви, пусть лучше тебя удовлетворяет, - закидывает кольцо в ящик и резко задвигает его.
- Что? - оскорбляюсь.
Да у нас с Женей еще ничего кроме поцелуев и не было! Знаю, он хочет большего, но я пока не готова. К чему торопиться?
Будучи девственницей, естественно, я не знала, что все эти силиконовые причиндалы – секс-игрушки. Я же не такая развращенная, как этот озабоченный. Фу, мерзость какая – возникает дикое желание помыть руки, я же трогала вещи, которые он надевал на свой ч… Господи!