- -
- 100%
- +
— Выруби нафиг телефон, дай поспать! — раздался хриплый голос Вадика, моего парня, вырывая меня из сонного забытья.
Он легонько толкнул меня в плечо — видимо, чтобы точно разбудить. Затем перевернулся на другой бок, натягивая одеяло повыше.
Толчок помог: вялость рассеялась, и я на ощупь потянулась в сторону смартфона, пытаясь сообразить, почему он звонит — будильник я не ставила.
Протянув руку в сторону тумбочки, я случайно зацепила стакан с водой — тот качнулся, едва не упав. С трудом сдержав вздох раздражения, я сделала вторую попытку: нащупала корпус мобильника, с усилием разомкнула веки и одним движением сбросила вызов с незнакомого номера.
Взглянула на часы: было только семь утра. Я рассчитывала поспать подольше, так как вчера поздно легла, но звонок уже сбил весь сон.
Да и как тут заснешь, когда за ночь, как выяснилось, на меня обрушился целый шквал сообщений. Все — о необходимости оплатить займы. У одних срок истекал сегодня, у других — в ближайшие дни. Потому мне, наверное, и звонили — я к этому привыкла, просто забыла убрать звук.
Кредитов и микрозаймов у нас с Вадиком накопилось немыслимое количество. Хотя, скорее, у меня — мой парень давно не работал, так что все пришлось оформлять на мое имя.
Сегодня мне необходимо было перевести организациям сорок семь тысяч рублей. Но с учетом комиссий — наверняка около полтинника.
В любом случае, таких денег у меня не было. Уже завтра наступал Новый Год, а я не могла организовать нормальный праздничный стол. Мне срочно требовалось получить очередной микрозайм — но, наверное, парочку. Лишь бы хватило, чтобы заткнуть дыры в старых долгах.
От всех этих мыслей подташнивало. Да, мы были по уши в дерьме, и пока что я не понимала, как из всего этого выбираться.
Настроение окончательно испортилось. Я села на кровати. Одеяло сползло до бедер, обнажив кожу, по которой тут же пробежал озноб — батареи еле теплели, а за окном декабрьский ветер пробивался сквозь щели в рамах.
Квартира раньше принадлежала бабушке Вадика, и здесь все застряло во времени: старые обои, облупившийся плинтус, скрипучие двери. О ремонте, конечно, не шло и речи. Иногда мне казалось, что вместе с этой квартирой моему молодому человеку по наследству досталась и привычка ничего не менять. Ну, и я от него заразилась.
Когда мы только съехались, все было иначе: Вадик обещал скоро найти работу, я верила, и мы шутили о кредитах как о временной ерунде. Теперь долги стали постоянными, а смех — редким.
Я уставилась на экран, снова и снова пересчитывая цифры. Как будто надеялась, что сумма уменьшится или испарится.
— Чего ты там все в сотовый смотришь? Иди сюда, погреемся, — донеслось до меня сонное бурчание.
— Смс-ки пришли, — проговорила я. — Пора платить по кредитам и займам.
— М-м, — неопределенно промычал мой парень. — Разберемся.
Я развернулась к нему. Лицо Вадика было спокойным, умиротворенным. Словно все эти долги были не нашей общей проблемой, а какой-то фигней, не стоящей внимания.
— Там почти пятьдесят тысяч, — сказала я чуть громче, в расчете на то, что это его заденет. — Сегодня обязательно заплатить надо.
Вадик, наконец, понял, что снова заснуть ему никто не даст. Зевнул, потягиваясь под одеялом.
— Ну придумаем что-нибудь. Может, тебе заказ какой прилетит. Или отсрочку попросишь.
Спорить не хотелось. Я встала с кровати, босыми ногами наступив на пол — он оказался ледяным.
— Блин, холодно, — тихо выругалась я.
— Я же говорил, надо всегда тапки надевать, — заметил Вадик.
Я молча ушла в ванную. Механически почистила зубы, приняла быстрый душ.
Нужно было что-то решать с деньгами. И на всякий случай взять с запасом, чтобы покрыть выплаты до конца январских праздников.
Я нажала кнопку чайника. Пока тот нагревался, заглянула в холодильник, уставившись на полупустые полки: пара йогуртов с истекающим сроком, кусок сыра в пленке. И... больше ничего.
Схватив йогурт, я повертела его в руках, еще раз проверила дату — есть было можно. Открыла и села за стол, ковыряя ложкой густую массу, не дожидаясь, пока закипит вода.
Из комнаты донесся голос Вадика:
— У нас есть что поесть?
— Йогурт и сыр, — откликнулась я. — Хлеб вчера закончился.
В этот момент щелкнул чайник. Звук показался неожиданно громким. Я вдруг испытала приступ злости — то ли на своего парня, то ли на себя.
— Планируешь куда-нибудь выходить? — продолжал расспрашивать Вадик.
— Пока не знаю, — коротко ответила я.
Вадик нарисовался в дверном проеме и оперся плечом о косяк, наблюдая за тем, как я подхожу к чайнику.
— Будешь кофе?
— Давай. Так у тебя сегодня есть подработки?
— Если повезет, — я залила растворимый кофе кипятком. — Может, что-то и подвернется.
— Окей, — протянул он. — А я дома буду. На улице мороз. Может, приберусь тут.
Я молча кивнула. Вадик регулярно грозился прибраться. Иногда он и вправду это делал. В последний раз это было год назад, как раз перед Новым годом, когда в гости собиралась приехать его мама. Квартира тогда блестела — Вадик постарался на славу.
Но в итоге мама не захотела ехать в холод. Мы сами навестили ее, как обычно. С тех пор Вадик рвения к уборке не проявлял.
— Может, вечером что-нибудь придумаем? — кофе приободрил Вадима. — Кино глянем или закажем пиццу, если у тебя будет желание.
Если у меня будет желание? Если у меня будут деньги на эту пиццу. Где-то внутри всколыхнулся импульс резко отреагировать, но тут же погас — на словесные баталии не было сил.
Я выразительно покосилась на Вадика, но произнесла только одно:
— Посмотрим.
Я уже знала, что ничего мы не придумаем. Пицца, кино — это было из другой жизни, где есть полноценная зарплата, а не копейки из приложения с подработками.
В чашке оставалась еще половина кофе, и я решила заглянуть в «Заказы рядом». Иногда там выкладывали задания, в основном недалеко от дома. Конечно, под Новый Год там вряд ли появилось что-то достойное... А с другой стороны, почему бы и нет?
После того, как меня уволили из агентства, я брала все, что предлагали: разносила листовки, фотографировала витрины, даже однажды чистила снег с машин на парковке. Все ради того, чтобы закрыть хотя бы проценты по займам. Вадик называл меня героиней, но присоединиться не хотел, говорил, что ему такое не подходит.
Я зашла в приложение без особых ожиданий, просто по привычке. Ну что там могло быть в семь утра за день до Нового года?
Но палец все равно мазнул по экрану, нажал вкладку «Срочные». И вот тогда я увидела объявление, от которого сердце на миг сбилось с ритма.
Глава 2. Аванс
Объявление называлось «Приемка частного объекта после работы декораторов». Но впечатлило меня не это, а сумма — сто тысяч рублей. Наверняка это была какая-то ошибка. Или происки мошенников. Таких цифр в приложении я не видела никогда.
Я открыла задание — оно оказалось довольно объемным. Отхлебнула кофе и внимательно вчиталась.
Судя по всему, требовалось проверить визуальное соответствие интерьеров новогоднему ТЗ, сделать фотофиксацию помещений, отметить спорные моменты и зоны, требующие правок.
Требования были просты: внимательность, чувство кадра, наличие камеры или смартфона, готовность к конфиденциальности.
Объект находился на краю города. Выезжать необходимо было прямо сейчас. Детали должны были рассказать уже на месте.
Я перечитала дважды. Все это звучало странно и... маняще. Так хотелось поверить в новогоднее чудо. Но я понимала, что чудес, к сожалению, не бывает.
— Вадик, подойди, посмотри.
Он подошел и склонился над моим плечом.
— Хуя себе, — он взъерошил свои и без того торчащие волосы.
— Прекрати! — поморщилась я. Терпеть не могла, когда Вадик позволял себе грубые выражения.
— Пятьдесят штук аванс? За что? — кажется, мой парень был в не меньшем шоке, чем я.
— За осмотр дома, — задумчиво проговорила я, все еще не веря своим глазам. — Для какой-то новогодней съемки. Подозрительно, да? Обычно за такое платят копейки. Наверное, замануха какая-то. Сомнительно это все.
— Что подозрительного? — прищурился Вадик. — Главное, бабло. Тебе же как раз надо. Принимай, пока не передумали.
— Нам надо.
— Что?
— Не мне надо, а нам. Это общие кредиты.
— Да, — отмахнулся Вадик. — Ну так ты нажмешь «Принять» или нет? Кто-нибудь другой заберет же!
— Нет, — я положила телефон на стол и придвинула ближе к себе. — Это бред. Сто тысяч за прогулку по дому — это развод или что-то мутное.
Вадик усмехнулся. Но не лениво и рассеянно, а с каким-то неприятным терпением, будто объяснял очевидное ребенку.
— Ты вечно все усложняешь. Снежан, ну включи голову. Приложение надежное, ты уже кучу раз работала через них. Что не так?
— Не так будет очутиться где-нибудь в подвале без связи, — отрезала я. — Адрес за городом, заказчик анонимный, «подробности после аванса». Это классическая схема.
— Классическая схема — это когда мы сидим без денег, — Вадим повысил голос. — А тут реальный шанс. Ты просто боишься.
Надо же — все-таки информация не прошла мимо его ушей.
— Да, боюсь, — спокойно подтвердила я. — И это нормально.
Я встала из-за стола, сжимая сотовый в ладони. Хотелось завершить разговор, закрыть приложение и сделать вид, что ничего не видела.
— Снеж, не тупи, — раздраженно бросил Вадик.
От лености не было и следа — верный знак, что ситуация зацепила, не оставила равнодушным.
— Не говори со мной так.
— А как с тобой говорить, блядь? — он уже почти кричал. — Если ты тупишь?
— Туплю? — я обернулась. — Я всего лишь здравомыслящая. Не то, что некоторые.
Вадик приблизился быстрее, чем я успела отреагировать. Его рука сомкнулась на моем запястье, пальцы больно сжали.
— Отпусти, — процедила я.
— Нажимай эту сраную кнопку, — отчеканил он. — Или я нажму сам.
— Ты с ума сошел?
Вадик резко вырвал телефон из моей руки. Я вскрикнула, но он уже отступил на шаг, глядя в экран.
— Вадик, верни, — у меня задрожал голос. — Это не смешно.
— Зато эффективно, — заявил он.
Большой зеленый прямоугольник с надписью «Принять заказ» ярко светился, насмехаясь надо мной. Я метнулась к Вадику, но тот поднял руку выше.
— Не подходи. Приму, и все. Потом спасибо скажешь.
— Я не поеду, — сказала я. — Даже если ты нажмешь.
— Поедешь, — он ткнул пальцем в экран.
Издалека я разглядела, что на дисплее появилось уведомление: «Заказ принят. Ожидайте перевод аванса». Моя карта была забита в приложении, так что все делалось на автомате.
— Вот и все, — Вадик кинул мобильный на стол. — Видишь, ничего страшного.
На все еще не заблокированном экране возникло уведомление о смс. Это было сообщение от банка с информацией о зачислении пятидесяти тысяч рублей.
Я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги, и оперлась о край стола.
— Ты вообще понимаешь, что сделал? — тихо спросила я.
— Спас нас, — пожал он плечами. — Считай, новогоднее чудо, епта.
Я ничего не ответила. Смотрела на цифры и отчетливо осознавала, что придется ехать, несмотря на подставу со стороны Вадика.
В чат приложения тем временем пришло новое сообщение с адресом объекта.
Я села обратно за стол. Руки слегка дрожали, но мысли были удивительно ясными. Я по очереди открывала вкладки кредитов и микрозаймов, вводила суммы, подтверждала переводы. Один, второй, третий. Экран мелькал уведомлениями: «Платеж принят», «Задолженность закрыта», «Обязательства выполнены».
Когда с карты ушли последние деньги, я выдохнула. На счете осталось чуть больше тысячи рублей. Может, и не стоило тут же сливать все на оплату долгов. Но так хотя бы одна проблема была решена.
— Все? — спросил Вадик, наблюдая за мной.
— Все, — кивнула я. — На сегодня.
— Ну вот, — удовлетворенно протянул он. — А ты паниковала.
Я промолчала. Радости не было. Вместо нее ощущалось, что я скинула тяжелый груз — и теперь стояла босиком на холодном полу, не зная, куда идти дальше.
— Когда выезжаешь?
— Сейчас.
— Я с тобой не поеду, — сразу добавил Вадик. — Чего мне там делать?
— Конечно, — невесело усмехнулась я. — Я и не рассчитывала.
Я молча оделась: куртка, шарф, шапка. Вадик не поднялся с дивана, на котором успел развалиться.
— Напишешь, как доедешь, — кинул он мне вслед.
Я хлопнула дверью, не ответив.
Автобус был старый, с жесткими сиденьями и запотевшими окнами. Я заняла место и уставилась на дорогу.
Сначала мелькали знакомые дворы, заправки, торговые центры. Потом — редкие дома, пустые остановки, заснеженные поля.
Я следила за размытыми силуэтами деревьев, стараясь не концентрироваться на том, как холодный воздух автобуса проникает сквозь ткань куртки.
В мыслях крутились Вадик и наша совместная жизнь: почему я все еще с ним, если меня порой так раздражали его пассивность, нежелание работать и привычка полагаться на меня?
Я и сама не знала. Может, потому, что вдвоем морально было проще. В целом Вадик был мягким, забавным, и, несмотря на все, иногда умел поддержать. А еще мне негде было жить, кроме как в квартире его бабушки.
Все это было мерзко, и я, как и всегда, задвинула размышления об отношениях и нашей ситуации в дальний ящик сознания. Достала смартфон, открыла чат заказа — без изменений, новых сообщений не было.
Автобус ехал долго. Людей постепенно становилось меньше, пока не осталось всего несколько пассажиров.
Задумавшись, я вдруг обнаружила, что нахожусь в салоне одна. Не успев испугаться, услышала голос водителя — он явно обращался ко мне:
— Следующая — Озерная, вы спрашивали.
— Спасибо.
Когда автобус замедлил ход, вокруг уже был лес — глухой и укутанный снегом. Никакого озера в зоне видимости не было.
О том, что где-то тут прячутся постройки, указывал только тонкий дымок, пробивающийся сквозь ветви где‑то вдали. Он поднимался неровно, будто боялся быть замеченным, и растворялся в зимнем воздухе.
Я вышла на обочину. Дверь автобуса с шипением закрылась, и машина, качнув фарами, скрылась за поворотом.
Я в очередной раз пожалела, что все-таки поехала. Может, следовало написать в чат, объяснить ситуацию, отправить обратно деньги. Но все равно было уже ничего не вернуть — предстояло найти дом, оперативно осмотреть его и надеяться, что все будет в порядке.
Я зашагала по снегу, с трудом пробиваясь сквозь сугробы. Дорога была обозначена, но уже изрядно намело.
Наконец я увидела перед собой нужный дом. Сравнила с адресом — да, это был он. Строение выглядело как любой коттедж на окраине города с типовым фасадом. Ни признаков роскоши, ни намека на то, что здесь можно заработать сотню тысяч за осмотр.
Но я уже потратила аванс на выплаты, так что отступать было поздно. Подойдя к двери, на автомате дернула на себя ручку — внезапно оказалось открыто. Я вдохнула и шагнула внутрь.
Глава 3. Начнем с осмотра
— Здравствуйте! — неуверенно обратилась я в пустоту, но мне никто не ответил.
Я ожидала, что меня встретит кто-то из заказчиков — менеджер или декоратор, который выдаст задание, объяснит, что именно сфотографировать, какие зоны проверить на соответствие ТЗ. Хотелось быстро справиться и уехать до темноты, но пока никого не было видно.
Может, меня не ждали так рано? Но ведь заказ был в разделе срочных. Не зная, как поступить, я потопталась на месте. Возвращаться на улицу не улыбалось.
В конце концов я разулась, оставила ботинки у двери и совершила пару шагов вперед. Покашляла. Замерла, огляделась.
Внутри не было ничего криминального. Но и обычной обстановку дома тоже назвать было трудно.
Вестибюль был просторным, с потолком, уходящим в полумрак. Где-то высоко висела огромная хрустальная люстра. Свет отражался в полированном деревянном полу, создавая иллюзию, словно я стояла на поверхности замерзшего озера, готового треснуть под ногами.
В прихожей по-прежнему никого не наблюдалось. А еще было довольно жарко, и я расстегнула куртку. Прошла чуть дальше.
Звук моих шагов не отдавался эхом, как должен был бы. Пол будто глотал его. Это показалось необычным, но я отмахнулась: толстые покрытия, особая акустика, ничего мистического.
Затем я увидела гостиную. Новогодние декорации действительно имелись — меня это немного успокоило. Правда, украшения были своеобразными. Например, в углу располагалась пышная елка. Но украшена она была не стандартными шарами, а прямоугольными подвесками.
Я подошла ближе — это были карты! Но не игральные, а из какой-то колоды Таро, если я правильно помнила картинки из интернета: слегка светящиеся символы покачивались, как от легкого сквозняка, хотя воздух был неподвижен.
Я пожала плечами. Вкусы у людей разные, особенно когда дело касается праздников. Кто-то любит минимализм, кто-то — нестандартные подходы. Главное, что декорации были, а значит, заказ реален.
— Нравится?
Я аж подпрыгнула, услышав вкрадчивый голос, скорее напоминающий шепот. Резко оглянулась.
В глубине комнаты проступили две мужские фигуры. Я нервно облизнула моментально пересохшие губы. Мне и так было не по себе, а теперь я окончательно растерялась.
Оба были наряжены по-новогоднему — как Деды Морозы. Хотя, если подумать, ничего такого в этом не было. Наверняка тут намечалась съемка или какой-то праздник — так что я тут же перестала искать в этом подвох. Костюмы, декор, срочный заказ: все складывалось в какую-то концепцию, пусть и странную.
Один из мужчин был мощным, мускулистым, с широкими плечами. На его голове виднелся красный праздничный колпак. Вместо шубы на нем была отороченная мехом жилетка. Смотрелось это очень... горячо.
Однако вид этого мужика пробуждал единственное желание — убежать и спрятаться где‑нибудь в углу. От него исходила энергия контроля и порядка: она читалась в позе, в том, как он скрестил руки на груди, оценивая меня ледяным взглядом серых глаз.
Власть ощущалась абсолютной, манящей подчиниться. От этого по моей коже пробежали мурашки. Я даже разозлилась на себя за эти мысли, настолько им тут было не место.
Я сглотнула и перевела взгляд на второго. Он был не таким накачанным, но не менее впечатляющим. Черные волнистые волосы до плеч, аристократичная холодность в чертах, синяя расстегнутая шуба и синий же колпак.
Темные глаза, казалось, видели меня насквозь. Встретившись с его взглядом, я на секунду забыла, зачем вообще прибыла сюда. Мне пришлось моргнуть, чтобы вернуть себе ощущение реальности.
Тут я поймала себя на том, что уже неприлично долго разглядываю этих незнакомцев.
— Добрый день, — я приложила все усилия, чтобы голос звучал уверенно, хотя внутри все сжималось от их присутствия. Шагнула ближе, сжимая телефон в кармане. — Я по заказу из приложения, на осмотр дома. Вы, наверное, хозяева? Можете дать техническое задание — что именно требуется проверить и сфоткать?
— Как тебя зовут? — вместо ответа спросил первый.
Его взгляд скользнул по мне от головы до ног — медленно и оценивающе. Вопреки здравому смыслу, это движение вызвало в теле неожиданный отклик — я уловила томление внизу живота.
Почему-то я вдруг ощутила себя полностью раздетой, хотя расстегнутая куртка, объемный свитер и джинсы не особо располагали к фантазиям.
Темноволосый же едва заметно улыбнулся. От этого по спине заструился холодок, щекочущий между лопатками.
— Снежана, — пискнула я, не в силах отвести глаза, пошевелиться — сделать хоть что-нибудь.
— Я Император, — представился мужчина. — А это Маг.
Второй церемонно поклонился. У меня мелькнула мысль, что я очутилась в психбольнице. Ни разу не слышала, чтобы кто-то называл себя так всерьез. На всякий случай я не подала вида и спокойно кивнула.
— Ты здесь не для простого осмотра, — пророкотал Император низким, вибрирующим голосом. — Правила этого места устанавливаю я, и ты их примешь, если хочешь остаться.
Хочу остаться? Я хотела лишь сделать фотки и убраться отсюда восвояси, пока еще ходили автобусы.
Меня бросило в жар, хотя в комнате было тепло. В животе сжалось нехорошее предчувствие. До меня вдруг дошло, что я слишком далеко от двери — и при всем желании вряд ли успела бы удрать.
Черные глаза Мага блеснули.
— А я помогу тебе осознать их глубину, — мягко добавил он. — Ты пришла по зову карт, Снежана, ведь так?
— Не думаю, — осторожно проговорила я. — Наверное, вы меня с кем-то перепутали. Я приехала по объявлению. Мне нужно получить от вас ТЗ. Если я ошиблась, мне лучше уйти.
Император шагнул ближе, и я инстинктивно съежилась под его взглядом.
— Ты останешься, — отчеканил он, и это не было вопросом, а утверждением. — И узнаешь, что такое настоящая свобода через подчинение.
Холодея от ужаса, я отчетливо поняла: Император произнес это не образно и не для эффекта. Сказанное не было попыткой напугать или впечатлить — это было констатацией факта, изложением приговора.
Мысль о том, чтобы просто развернуться и сбежать, вдруг показалась невозможной, почти запрещенной. Я истуканом приросла к месту, как пойманная в свет фар, и впервые за все время испытала не смутную тревогу, а чистый, животный страх.
— Итак, ты что-то говорила об осмотре, — ласково промурчал Маг с лукавой улыбкой. — Так?
— Так... — пролепетала я.
— Тогда начнем с осмотра, — жестко проронил Император. — Раздевайся.
Глава 4. Ловушка
— Вы... что? — прохрипела я. На большее меня не хватило.
В уме заметалось множество мыслей, и поймать мне не удалось ни одну. Тело напряглось и застыло статуей, а все внутренности покрылись коркой льда. И все-таки, несмотря на страх, внизу живота вспыхнуло теплое, тревожное пульсирование — сладкая боль, которую я не просила и которой не понимала.
Император не моргнул, его серые глаза оставались холодными.
— Ты слышала, — тяжело произнес он. — Раздевайся. Немедленно.
Я покачала головой, отступила на шаг. Сделала вдох и сорвалась. Наверное, сказались нервные дни, долги, поведение Вадика — все одновременно. Я была не в силах сдерживаться. Все вывалилось наружу горьким, липким потоком.
— Что это за бред? — выкрикнула я. — Я приехала на осмотр дома, по объявлению, чтобы сфотографировать декорации, а не... не раздеваться перед двумя незнакомцами в костюмах Дедов Морозов! Это извращение или пранк? Я не согласна, ясно? Я ухожу отсюда прямо сейчас!
Я выплевывала из себя все это, захлебываясь собственными словами и, кажется, слезами, но по-прежнему не двигалась. Просто не могла, пригвожденная мягкой полуулыбкой Мага и стальным взором Императора.
Темные глаза Мага с лукавством блеснули. Он заговорил обволакивающим и спокойным голосом.
— Шок — это нормально, Снежана. Это реакция на призыв карт, на шанс, который выходит за рамки твоей привычной реальности. Что бы ты ни думала, ты прибыла не просто по объявлению, а по зову. Пора пробудиться от цепей иллюзий.
С каждой репликой Мага я убеждалась, что угодила в логово маньяков, последователей сект, зависимых — но не людей, которым нужны осмотр дома и проверка декораций. Пятьдесят тысяч — такой оказалась цена моей свободы.
— Ты все еще в одежде, — отчеканил Император.
— Я пришла работать, а не... не это! Я не для того ехала!
Как я еще не упала в обморок и продолжала выкрикивать все эти слова? Должно быть, так организм пытался защитить меня от ужаса происходящего.
Но самое страшное, что я испытывала все что угодно, но не ужас. Тело отказывалось подчиняться страху: сердце колотилось как бешеное не только от паники, кровь жгла, а пульсация щекотала, тревожила и... возбуждала. Взгляды и голоса этих загадочных мужчин касались меня, пробуждая то, что я давно позабыла, будучи с Вадиком.
— Ты соглашалась на возможность, Снежана, а не на форму, которую она примет, — нежно проговорил Маг. В другой обстановке его тон убаюкал бы меня, но не сейчас. — Карты показывают путь, но шаг делаешь ты — разве не в этом свобода?
Император же вдруг кивнул, не меняя позы.
— Можешь идти.
— Правда? — пролепетала я.
Это было так неожиданно, что я не сразу поняла, о чем он вообще.
— Иди. Если сможешь.
Я резко развернулась и рванула к двери, пока эти безумцы не передумали. До выхода было несколько шагов, и они показались мне вечностью. Практически добежав, я внезапно споткнулась на ровной поверхности пола и чуть не улетела вперед, но вовремя сориентировалась.
Наугад сунув ноги в ботинки, я с силой дернула за ручку — ледяной воздух ударил мне в лицо, мгновенно проникнув под свитер и заставив покрыться мурашками. Застегивать куртку не было времени и смысла.