- -
- 100%
- +
Старших, кстати, было гораздо меньше. Не вообще, а если считать по курсам. Так что отсеиваются явно многие.
Нашу сотню, ну я так определила, что колонна, в которая я стояла, составляет примерно сотню человек, привели в большой лекционный зал и приказали занимать места. И все, ожидаемо, ринулись на галерку, пытаясь усесться как можно дальше от преподавателя. Зачем? Преподаватели же, как раз наоборот на них будут чаще внимание обращать.
Женщина, которая нас привела, встала за трибуну, когда мы расселись, и пришлось опять вставать, чтобы ее поприветствовать.
– Добрый день, студенты! Правило номер один на сегодня: никто не садится, пока старший офицер не даст на это разрешения. Меня зовут офицер Ларитен, и я у вас буду преподавать теоретическую магию. Правило номер два: на моем занятии должна быть полная тишина. Открываете рот только тогда, когда я вас спрашиваю. Теперь садитесь.
Мы сели. Так получилось, что я оказалась в первом ряду у окна, что меня устраивало, потому что и не перед самым носом у магистра, но и не далеко. Сюзанна села рядом, но только потому, что ее знакомых в нашей группе не оказалось.
И понеслись учебные будни, так сказать. Магистр читала лекцию, мы послушно скрипели перьями в своих тетрадях и блокнотах. В аудитории и правда стояла абсолютная тишина, за исключением голоса преподавателя, конечно.
По окончании занятия нам сообщили, что вторая лекция будет проходить через тридцать минут в корпусе номер двадцать – это самое отдаленное здание отсюда, и мы нестройною толпой пошли туда. Кто-то не успел поесть утром и даже заскочил в столовую за перекусом, который теперь на ходу усиленно хомячил.
На втором занятии, а было оно по основам оборотной магии, включающей и, собственно, оборотничество, и анимагию, и метаморфию, ничего интересного не было. Все так же в тишине мы сидели и писали. Правда, кое-кто решил поболтать и тут же был награжден нарядом по уборке помещения, а конкретно общежития, где он проживает. В любой день в течение этой недели он должен был отработать два часа.
После второй лекции у нас был час на обед, а после еще две лекции по общим дисциплинам. Обед, как много в этом звуке!.. Особенно, если завтрак был всухомятку.
Здесь Сюзанна оставила меня одну, убежав к друзьям, а я принялась за еду, стараясь не обращать ни на кого внимания. Благо, это было несложно, потому что обедал одновременно весь первый курс, а это более четырехсот голодных студентов.
После обеда нас ожидало еще две лекции, одна по магическим животным, точнее, по их боевому применению, а вторая по общей войсковой подготовке. Начали мы с устава, разумеется.
Но надо сказать, что последние полчаса все сидели как на иголках. Скоро, уже скоро, буквально через какой-то час, мы узнаем, как нас всех распределили.
Не знаю, кто как, а я решила перед этим сходить поужинать. Между окончанием последней лекции и временем, в которое обещали вывесить списки, есть еще час. Так что это время можно слоняться перед первым корпусом, а можно провести с пользой. Тем более неизвестно сколько времени у нас займет вводная лекция и ценные указания декана. К тому же еще будет выбор старосты.
А еще нам дадут расписание и, кто знает, может еще придется после всего этого мероприятия готовиться к завтрашним занятиям. Так что сначала еда, а уж потом всякие списки.
Прикинув, что двадцать минут мне должно хватить на то, чтобы найти себя в списке и галопом добежать до нужного корпуса, я пришла в шесть десять. Надеялась, что основная толпа уже схлынет. Наивная…
В холле было полно народу, так что к стендам со списками нужно было еще продраться. Благо, по стенам развесили несколько экземпляров в разных концах зала. Ну что ж, приступим.
Я все же где-то в глубине души надеялась, что меня зачислят на артефакторный. Но сейчас я уже второй раз просматривала список и не находила своей фамилии. Вот Сюзанну нашла сразу, а себя нет.
Итак, я не на артефактном, но тогда на каком? На целительский точно зачислить не могли – нет соответствующей магии. Остается боевой и разведки. М-да, можно посмотреть оба, но это потеря времени, которого и так нет.
Надо подумать. Раз выводы делаются исходя из результатов испытаний, а я от прямых боевых столкновений уклонялась, значит, на боевой меня зачислили вряд ли.
Подошла к списку разведки, у которого стояло несколько парней. При виде меня они галантно посторонились, а то за их спинами я бы ничего не разглядела.
Я скользила взглядом по списку, второму с конца по количеству студентов. Меньше только целителей. Нашла себя я где-то в середине, под тридцать третьим номером из шестидесяти четырех. И это был не просто номер по списку, а, скажем так, оценка моих способностей.
За каждый этап испытания, как я поняла, давалось максимально десять баллов. За тест я получила семь, что вовсе не странно, потому что уже чертовски устала. Эссе заработала еще семь, а за само прохождение дистанции шесть.
Как-то не слишком высоко меня оценили, честно говоря. С моей подготовкой я могла получить более высокие оценки. Могла, но в попытке не проколоться, кажется слегка переусердствовала. Ведь на те неоднозначные вопросы, где надо порассуждать, взвесить все за и против и принять верное решение, я знала точные ответы. Но если бы я на все ответила верно, это бы определенно вызвало подозрения, если не в том, что я агент, то в моей гениальности уж точно. А мне этого совершенно не надо.
– Черт! – сквозь зубы выругалась я, делая вид, что сильно расстроена.
И дело не в том, что мне так уж хотелось разыгрывать перед всеми актрису погорелого театра, а в ощущении, что за мной наблюдают. Нет, оно не было конкретным, когда следит человек, скорее я чувствовала что-то похожее на сетку слежения. Казалось, что тут постоянно наблюдают и оценивают. Еще вчера я это заметила, но сначала подумала, что от усталости мне уже мерещится, но сегодня это впечатление только усилилось. В нашей разведшколе тоже постоянно наблюдали за студентами, но на более тонком уровне, что ощущаешь лишь изредка. Здесь же работали более грубо.
– Прошла на разведку? – спросил один из уступивших место у стенда парней.
– Угу, – стараясь не выдать голосом, что несколько расстроена, ответила я.
– Дай угадаю, хотела ты на артефакторный?
– Тебе не откажешь в проницательности, – улыбнулась я. – А ты?
– Да, я тоже на разведку, но я на нее и хотел. Андрес Келлер, к вашим услугам, миледи.
– А я Каталиса Уортон. Нам, наверное, пора идти? Не стоит опаздывать на встречу с деканом.
– Нам не далеко, – парень показал на цифры рядом с названием факультета. – Второй корпус – это соседнее здание. Но ты права, лучше не опаздывать. До встречи, парни!
Его друзья остались изучать список боевого факультета, кроме одного, мрачного неразговорчивого оборотня.
– Ты не обращай на него внимания, – кивнул новый знакомый на своего друга. – Так-то Мик нормальный парень, но сегодня не в духе.
– А вы давно знакомы?
– С детства практически, – пожал плечами Андрес. – Земли его клана находятся неподалеку от нашего имения.
Так за болтовней мы дошли до соседнего здания, где народу было уже не так много. Получается, у нас всего шестьдесят четыре первокурсника. Впрочем, помимо студентов тут еще наблюдалось некоторое скопление кадетов-старшекурсников, которые, кажется, следили за порядком. Они-то и не пускали никого в зал, где должно было быть собрание. Так что народ толпился у закрытых дверей.
Но ровно в восемнадцать тридцать двери распахнулись и толпа повалила внутрь.
Мы с Андресом и Миком, который так за все время и не сказал ни слова, не торопились, а пропустили самых буйных и нетерпеливых. Кстати, таковых нашлось не слишком много, человек пятнадцать, остальные спокойно входили и чинно рассаживались, впрочем, оставляя передние ряды свободными.
– А почему?.. – удивилась я, кивнув на такую странную рассадку.
– Это места для тех, кто хотел бы стать лидером, для лучших, – ответил Андрес, садясь как раз на первый ряд.
– Тогда мне лучше пойти наверх. Еще увидимся.
– Эй, Каталиса, подожди, думаю, ничего не случится, если ты сядешь рядом со мной.
На эти слова Мик недовольно сдвинул брови, а я, подумав секунду, согласно кивнула. Может, и не стоило этого делать, но почему бы не обратить на себя немного внимания? Да и неизвестно как бы парень воспринял мой отказ просто сесть рядом с ним. В конце концов, он же ничего больше не предлагает.
Глава 6
Стоило всем занять свои места, как в аудиторию вошел декан Кемер собственной персоной. Я его, конечно, уже видела вблизи, но на испытании настолько вымоталась и устала, да к тому же было темно, что я к нему не особо присматривалась.
Теперь же получилось так, что он встал за кафедру чуть ли не передо мной. И надо сказать, он впечатлял. Высокий, скорее жилистый, чем мускулистый, лицо довольно молодое, небольшой шрам над бровью, необычный, не красавец, но привлекателен. Черные глаза и абсолютно белые средней длины волосы довершали образ.
Я только через пару секунд поняла, что в нем так диссонирует. Волосы были не просто белые, а абсолютно седые. С моего первого ряда это было отчетливо видно.
– Садитесь, – оглядев наши ряды, спокойно сказал декан, совершенно не прибегая к магии голоса. Но, уверена, его было слышно в каждой части немаленького зала.
Я опустилась на скамейку рядом с Андресом, Миком и еще одной девушкой, явно оборотнической наружности. Но вроде бы они не были знакомы, просто та пришла одной из последних.
– Я рад приветствовать вас на своем факультете, – начал мужчина, но ни единый мускул на его лице не подтвердил, что действительно рад. Камень, кремень просто, никаких видимых эмоций. – Но перед тем, как мы начнем, я хочу, чтобы встали те, кто опоздал на утреннее построение.
Как я и думала, опаздывать не стоило. Встали около дюжины студентов, потом поднялись еще несколько.
– Два наряда по уборке помещения вне очереди, – отчеканил декан. – Срок выполнения, до конца недели. Место прохождения уточните у командиров своих групп. Садитесь.
Мужчина опять обвел зал своим жутким взглядом.
– На первый раз опоздавшие отделались небольшим наказанием, но учтите, постоянные опоздания – прямой путь на выход из Академии. Кстати, об этом. Среди вас есть один опоздавший на утреннее построение, который не встал вместе со всеми. Студент Малей получает пять нарядов и предупреждение с занесением в личное дело. Три таких предупреждения и вас будет ждать гражданская жизнь за воротами. Не нужно думать, что магистры или руководство Академии могут чего-нибудь не знать, не заметить, не догадаться. Абсолютно вся информация о вас собирается и будет учитываться при принятии тех или иных решений.
Еще один беглый взгляд по залу, потом декан остановил его на мне. Ну правильно, я ведь перед самым его носом. Нет, все-таки надо было сесть подальше.
– Теперь организационная информация. Вас разбили на три группы, исходя из ваших способностей и достижений на испытании. У каждой из групп в дальнейшем будет определенная направленность: разведывательно-магическая, глубинно-диверсионная, агентурно-аналитическая. Подчеркиваю, группы хоть и сформированы, но пока не закреплены окончательно, исходя из ваших результатов могут быть изменения. Более того, поскольку наш факультет является в некотором роде привилегированным, тех, кто не справляется, но все же показывает не слишком низкие результаты, мы будем переводить на боевое или артефакторное направления. Естественно, залетчиков, то есть тех, кто на постоянной основе нарушает правила, Устав и внутренний распорядок, это не касается. Вопросы?
Вопросов по этой информации не было. Точнее, у меня был, но я пока решила промолчать. Заметить меня должны, но вот демонстрировать излишнюю ретивость не стоит.
– Расписание вам раздадут командиры ваших групп, когда будут назначены. Чем мы прямо сейчас и займемся.
Мне показалось, или в черных глазах нашего декана блеснул предвкушающий огонек?
– Итак, среди вас есть лидеры, те кто чувствует в себе силы и желание командовать? – Кемер опять оглядел зал. – Конечно, хотеть и реально мочь управлять людьми – это разные вещи. Командование – это не только привилегия, но и, временами, тяжкая ноша. Право отдавать приказы нужно заслужить, одного желания и самолюбия недостаточно. Так что подумайте и примите осознанное решение, готовы ли вы к этому прямо сейчас. Тем не менее, каждый из вас когда-нибудь станет командиром и это хорошая возможность для старта блестящей карьеры.
Не знаю кто как, а я в себе желания командовать никогда не ощущала. Я не то чтобы ведомый, скорее индивидуалист.
– Встаньте те, кто претендует на командирские должности, – отдал наконец распоряжение декан, закончив стращать студентов и заманивать их сладкими посулами власти.
Поднялись около десятка человек, людей и оборотней, парней и девушек. Впрочем, парней все же было больше.
– Что ж, отлично. Представлены все три группы, так что заставлять брать командование на себя никого не придется. – Мне лично в голосе декана послышался сарказм.
Сосед мой, кстати, тоже встал, как и девушка-оборотень, которая села за наш стол. Выходит, в первые ряды она попала неслучайно.
– Значит, у нас конкурс примерно по три человека на место. – Вот теперь сарказм не смог бы не услышать только глухой. – Что ж, начнем отбор.
Я думала, что ребята что-нибудь расскажут о себе, а мы выберем того, кого посчитаем наиболее достойным. Как бы не так!
– Вилаер, сесть – низкие баллы, – скомандовал декан. – Гиртас, сесть – чересчур эгоистична. Найтер, сесть – слишком самовлюблен.
Декан Кемер не просто выбирал того, кто на его взгляд достоин, он унижал других, показывал, что они не лучше остальных, не имеют права. Он бы мог просто назвать три фамилии и все, но он говорил о слабостях во всеуслышание. Теперь эти студенты будут выгрызать уважение к себе либо озлобятся.
Может, это продолжение проверок?
Надо привыкнуть к тому, что теперь испытания – это просто часть жизни. Каждый день, каждый час, каждую минуту меня оценивают, препарируют все аспекты поведения, успеваемости, даже личной жизни. Не в том, конечно, плане, что она у меня тут есть или будет, но все же друзей я завести планирую, потому что иное было бы крайне подозрительно.
Кстати, не удивлюсь, если они и соседок моих уже успели ненавязчиво опросить на тему, что они обо мне думают. Или это уже паранойя?
Через пару минут стоять остались только трое. Двое парней и девушка, двое людей и оборотень. Среди прошедших фильтр нашего декана, кстати, оказался и Андрес.
Хотелось бы попасть с ним в одну группу, мне он показался милым. Работа работой, но почему бы не наладить связи?
– Студент Зильтер, – декан посмотрел на парня-оборотня, – назначается командиром разведывательно-магической группы.
Ну, это понятно. Уверена, в этой группе и так если не все, то почти все оборотни, если я правильно определила ее назначение. Оборотни в среднем сильнее и быстрее людей раза в три даже в человеческом обличии, так что кому как не им заниматься разведкой на поле боя или пленить кого-нибудь для допроса?
– Студент Келлер, – декан посмотрел на соседа, – вы назначаетесь командиром агентурно-аналитической группы.
Ага, наверное, он мой будущий староста. Точнее, командир.
– Студентка Гровер командует глубинно-диверсионной группой.
– Есть, – ответила невысокая блондинка с холодным сосредоточенным взглядом, сидевшая через стол от меня.
– Списки своих групп и расписание заберете у меня на столе. Ваша задача познакомиться с личным составом, раздать расписание и завтра утром, в семь ноль-ноль, быть у меня для получения указаний.
После этих слов, не прощаясь, декан Кемер вышел из зала, а командиры подошли к столу и забрали бумаги.
Келлер решил знакомиться со своей группой не стоя, а сидя на своем же месте, так что я сразу сунула нос в список. И была безмерно удивлена…
Меня, будущего аналитика Королевской разведслужбы, лучшего аналитика Королевской разведшколы… Ладно, пусть не лучшего, но одного из лучших, не зачислили в агентурно-аналитическую группу! Как так-то? Не могли же меня раскрыть и так поиздеваться? Да ну, бред!
Я глубоко вздохнула, успокаиваясь. Потом подумаю, какие мои ошибки привели к подобному результату. Да и как можно составить верный план, если четко не видишь целей? Например, я вообще была не в курсе, что тут есть разные направления обучения. Вот к чему приводит спешка и плохая подготовка!
Методом исключения я таки отмела разведывательно-магическую группу. На оборотня я не похожа, и под магическим огнем противника вряд ли смогу через линию фронта протащить пленного. Да в общем-то и не под огнем тоже не смогу, банально силы не хватит.
Так что остается только глубинно-диверсионная группа. Ну вот где я и где глубинная разведка?
Про себя истерически хихикнула, потому что, по ходу, скоро этот вопрос у меня станет любимым на ближайшее время.
Чтобы не занимать место у и так окруженного народом Андреса, я встала и направилась к командиру моей группы. Подошла. Около нее уже стояло несколько человек, причем совершенно разной наружности, комплекции, пола и расы.
– Фамилия? – строго и сосредоточено спросила девушка. Этакий белокурый ангелочек, даже ниже меня ростом.
– Уортон, Каталиса.
– Есть такая, – проведя по списку пером, ответила Гровер, даже на меня не взглянув.
Тут подошли еще двое, и мне пришлось сместиться чуть в сторону. Я делала вид, что осматриваюсь, хотя на самом деле приглядывалась к командиру и одногруппникам и делала выводы. И были они не слишком лестными. Мне в этой группе будет сложно.
– Меня зовут Диана Гровер, – наконец представилась девушка. – Сейчас я раздам расписание и у меня есть некоторые инструкции для вас. Точнее, для нас.
Она помахала списком и еще каким-то листом.
– Итак, помимо основных дисциплин, у нас будет и еще одно задание от декана. Каждый из нас до конца этой недели должен пробежать не менее тридцати километров. Более подробных инструкций нет, так что завтра я постараюсь уточнить, как будет вестись учет, нужно ли пробегать равные доли каждый день или можно это сделать, например, за три раза, в каком месте и в какое время можно и нужно этим заниматься.
Часть группы тяжело вздохнула, а я начала еще раз внимательно оглядывать народ. Конечно, когда мы все в форме, понять уже сложнее, но сдается мне, эта часть из незнатных студентов. Всех знатных в академиумах гоняют так, что тридцать километров в неделю – это увеселительная прогулка. Ну хорошо, пусть не увеселительная, но вполне посильная. Каждый день по пять километров и один выходной – нормально. В среднем, в академиуме я бегала больше, ведь бег – неотъемлемая часть контроля магии. В разведшколе так напрягаться не приходилось, по крайней мере, мне. И дело не в том, что я какая-то необычная, а в том, что аналитикам это все не сильно надо. Но вернуться в форму будет несложно, потому что я все равно старалась не расслабляться.
– Есть в нашей группе залетчики? – прервала мои размышления староста.
И что странно, руки подняли только двое. В других группах проблемных оказалось больше.
– Вы, на время отбывания наказания, передаетесь в подчинение комендантам своих общежитий. Они дадут вам задания. – Тут наша блондинка, до того нейтральная, неуловимо изменилась, и жестким металлическим голосом отчеканила: – И не дай боги вам завтра опоздать к нему или вообще не явиться. Будете бегать сверх нормы еще десять километров, я лично за этим прослежу.
Гровер оглядела подчиненных, кажется, довольная произведенным эффектом. Большая часть группы известие о беге в качестве наказания восприняла без энтузиазма. Впрочем, никто не возразил, хотя я предполагала, что начнется борьба за власть. Может, обойдется?
– И последнее. Думаю, после того как я все узнаю, нам стоит еще раз собраться и обсудить дальнейшую работу, а также познакомиться получше. Поскольку промежутков в расписании у нас нет, предлагаю остаться после последнего занятия. В свою очередь, если будет срочная информация, я доведу ее до вас в перерывах.
После этого, наша маленькая, но, сдается мне, совершенно не миленькая блондинка, раздала расписание и всех отпустила.
Итак, у нас завтра занятия начинаются в восемь утра. Две лекции, потом обед, потом еще два занятия, одно из которых по физической подготовке. Причем, сразу после обеда: жизнь – боль.
Расходились мы уже в темноте. Было предложение отметить первый день учебы, но встречено оно было без энтузиазма. Все были усталы и задумчивы. Предполагаю, на тему, а нужна ли им вообще эта Академия. Потому что расписание у нас…
Каждый день кроме воскресенья четыре двухчасовых занятия. Начинается вся эта прелесть в восемь утра, а заканчивается в шесть вечера с перерывом на обед. Ну еще дается некоторое время между лекциями, но, полагаю, его хватает лишь на то, чтобы добежать от одного здания до другого. А ведь есть еще обязательными минимум по бегу, будут домашние задания и черт еще знает что. И очень сомневаюсь, что тут можно учиться вообще без мелких залетов, которые придется отрабатывать.
Так что и правда, грусть, печаль, тоска, а не учеба. И даже сходить развеяться некуда, до ближайшего города четыре часа на дилижансе, да и покидать территорию нельзя. Хнык…
Глава 7
Вот нравится мне в этом месте! Сарказм, ага.
Хоть я и пролистала правила внутреннего распорядка, но ведь получила книги я лишь вчера и особенно не вчитывалась. Поэтому, собственно, не знала, что у нас отбой в десять, то есть гасится верхний свет, остаются только настольные лампы, а побудка в шесть ноль-ноль. А начало занятий у нас в восемь, то есть свободных еще два часа.
Услышав сирену и подскочив с кровати, я попыталась перевернуться на другой бок и поспать еще часок, но поняла, что ничего у меня не выйдет – не засну. Тем более, старшие девчонки наперегонки подорвались в ванную.
Полежала минут пять с открытыми глазами, уставившись в потолок. Подумала. Собственно, было над чем. Конечно, можно тренироваться вечером, можно вообще не сегодня начинать, но вчерашний день для бега уже потерян, а необходимых километров как-то не убавилось.
– Мариата, а где тут обычно народ бегает? – спросила я вышедшую из ванной соседку.
В уборной ее сменила Николетта, а Сюзанна, лишь перевернулась на другой бок и продолжила дрыхнуть.
– Можно бегать вокруг Академии, там даже дорожка специальная есть. Общая протяженность этого маршрута четыре километра. Еще можно бегать за ручьем и по горам, но новичкам я бы пока не советовала туда соваться, по крайней мере в одиночку.
– Почему? – я поднялась на локте и следила за тем, как соседка складывает книги в сумку.
– По многим маршрутам бегают только оборотни, и они очень не любят, когда люди путаются у них под ногами. Впрочем, вам тренер все покажет и расскажет. У вас физподготовки будет много.
Еще вчера после собрания факультета я поделилась новостью с девочками, и они дружно мне посочувствовали. Дело в том, что у нашего факультета гораздо больше нагрузки, причем разносторонней, чем у остальных. Боевой налегает на магию и физподготовку, артефакторы и целители на теорию и практику по своим дисциплинам, а нам надо знать и теорию разведдеятельности, и практику, и физподготовка должна быть на уровне, не говоря о магии. Ну и по чуть-чуть в других науках тоже надо разбираться.
На этом вопросе из ванной выскочила Никки, сушась на ходу, и не сбавляя темпа запрыгнула в форму и схватила собранную с вечера сумку.
– А куда вы в такую рань?
– Я бегать, – ответила Мариата, – у нас тоже жесткие физические нормативы.
– А я в библиотеку. Наш декан решила, что практикум – отличный способ проверить, что мы забыли за каникулы.
Ага, значит все-таки женщина – это декан артефакторов. А то позавчера я их как-то не идентифицировала, а потом забыла спросить.
Обе соседки выскочили из комнаты, а я поплелась умываться, после чего натянула спортивный костюм и пошла искать, где тут народ бегает.
Значится, круг четыре километра, следовательно, мне желательно пробежать полтора-два круга. Хотя это очень амбициозно. Ну хорошо, минимум один полный круг. Но где эти круги с отсечкой начинаются? Варианта, собственно, два: у ворот или у полигонов. У ворот я была, но ничего подобного не заметила. Впрочем, и не смотрела. Да и логика подсказывает, что двигаться нужно к полигонам.
– Эй, – остановила я какого-то старшекурсника, – не подскажешь, где тут начинается беговая дорожка?
Парень меня недоуменно оглядел с ног до головы. Даже как-то не по себе стало.
– Первокурсница? – Я кивнула. – Похвальное рвение. Вот второй полигон, видишь, он с красными рельсами вокруг. Прямо за ним начинается общая дорожка, та, которая четыре километра.