Второй шанс попаданки. Почти элита

Пролог

С того памятного допроса прошло два дня. И это было интересное время, я бы даже сказала познавательное. Правда нервов мне это стоило…

Когда я сидела перед президиумом и боялась посмотреть на рена Зеера, это было очень тяжело. Во-первых, ужасно страшно, ведь непонятно, что меня ждало в будущем. Как тут относятся к попаданцам? Не похоже, чтобы меня пытались спеленать или убить прямо сейчас. Мужчины вели себя вполне расслабленно, будто не видят от меня угрозы. Да и какая может быть угроза?

Во-вторых, мне действительно нравился Алек. И что он теперь обо мне думает? Что я какое-то отродье дьявола или что-то в этом духе? Мало того, что наши отношения, если они когда-нибудь будут, конечно, – мезальянс, так я еще и не просто человек. Он точно от меня отвернется.

– Ренна Синель, – мягко обратился ко мне декан Гош. Хотя уж кто-то, а при взгляде на него не думаешь о мягкости, выглядел он как наголо обритый борец. – Ренна Синель, вам нечего бояться.

– Нечего? – я посмотрела на мужчину, начисто проигнорировав Алека, хотя я кожей чувствовала его заинтересованный взгляд.

– Совершенно нечего.

– Чем докажете? Теоретически, если бы я была тем, кого вы во мне подозреваете.

– Ната, – теперь уже заговорил рен Зеер и мне волей-неволей пришлось перевести взгляд на него, хотя в глаза ему я старалась не смотреть, – вы, скитальцы, хоть и редкие гости в нашем мире, но давно известные. Поверьте, вам действительно ничего не угрожает.

– Скитальцы?

– Да, души людей, которые умерли в своем мире, как правило, насильственной смертью, но которые были связаны с жизнью столь тесно и имели столь сильную волю, чтобы не разрушиться в момент перехода. Вам правда ничего не угрожает. За историю нашего мира известна дюжина скитальцев, а сколько-то еще прожили жизнь, так и не раскрывшись. Но, думаю, их немало. Один из скитальцев и вовсе стал Императором Итарии полтысячелетия назад.

– И вас совершенно не волнует, кто мы и откуда? – спросила я, признавая, кто я есть.

Как говорится, от судьбы не уйдешь. Они либо сейчас меня убьют или закуют в кандалы, либо им и правда от меня ничего не надо.

– Вы, наверное, думаете, что мы пытаемся вызнать у скитальцев какие-то секреты их мира, их магии и технологий, но это совершенно бессмысленно. Так что мы этого не делаем.

– Но почему? Вы считаете, что вам нечему поучиться?

– Послушайте, Ната, – тут уже вступил в дискуссию рен Марч, – мы не прочь поучиться и что-то перенять, но… Как показала практика, скитальцем может стать кто угодно. Последний выявленный ваш собрат был простым лавочников в мире, который отстал от нашего на несколько сотен лет в развитии. А может это был ваш мир, но течение времени в межмирье нелинейно. Вы ведь понимаете, о чем я говорю.

– Да, понимаю. Нет смысла спрашивать мелкого лавочника из средневековья о перспективах развития паромобилей, – кивнула я. – А если я скажу, что из гораздо более развитого в технологическом плане мира? Техномира.

– Вы из техномира? – спросил рен Гош. Похоже, его это очень заинтересовало. – У вас нет магии? Совсем?

– Нет. Совсем, – я покачала головой, уже смирившись со своей судьбой. Отпираться сейчас уже бессмысленно.

– Это многое объясняет. Но вы упомянули, что студентка. Что вы изучали?

– Правоведение, – подумав, ответила я. В этом языке правоведение – это то, что касается правоохранительной деятельности, а вот юриспруденция – это полностью гражданская специальность, типа нашего гражданского и корпоративного права. Такое вот разделение.

– То есть спрашивать вас об устройстве сложных технических систем бессмысленно?

– Я могу вам только рассказать, что у нас есть… было. Но как это работает я знаю только в общих чертах.

– Вот о том и речь. Смысла вас пытать, допрашивать с особым пристрастием или еще что-то подобное – нет совершенно, – тяжело вздохнул рен Марч.

– А если я вас обманула?

– За вашей спиной эмпат сидит и она сигнализирует о том, что вы говорите чистую правду.

– Ну я же артефакт обманула…

– А кстати, как? Как вы догадались, если большая часть местных не в курсе?

– Да все очень просто, – я пожала плечами. – У меня не было выбора. Я должна была попробовать получить документы на это имя и месяц его заучивала и свыкалась.

– А кстати, – опять влез Алек, – как вас на самом деле зовут, вы помните?

– Я могу не помнить?

– Можете, – неохотно откликнулся рен Марч, недовольно посмотрев на Зеера. – Иногда скитальцы не помнят какую-то часть своей жизни. Обычно, это касается убийства – воспоминания слишком…

– Травмирующие?

– Да, пожалуй.

– Ну, хорошо. Тогда я представлюсь, – я собралась с духом и нырнула в новую реальность, как в ледяную воду. – Меня зовут Наталья Владимировна Синельникова, то есть Ната Синель – это первые слоги моего имени и фамилии. Я студентка пятого и последнего курса Московского государственно правоведческого университета, это столичный университет, один из лучших. Я не дожила до его окончания три месяца.

МГЮА, конечно, юридический, но тут вступают в силу языковые тонкости. Так им проще объяснить.

– Мне было двадцать два года, меня толкнул знакомый, не специально, случайно получилось, я ударилась головой и умерла.

– То есть смерть была не насильственная? – нахмурился рен Марч, что-то усиленно соображая.

– Ну, я ведь не сама упала и умерла. Но Савелий не собирался меня убивать. Он очень много выпил и просто сильно меня оттолкнул.

– Ваш мужчина? – спросил рен Алек и мне показалось, что как-то он излишне нервно прореагировал. Ревнует? Да нет, не может быть.

– Просто мой друг детства, вместе учились в школе.

– Вот, кстати, насчет школы, – вернул меня в конструктивное русло рен Марч, – не слишком ли вы хорошо разбираетесь в математике?

– Ну вообще-то в моем мире, в моей стране, обязательная школа – это девять лет обучения, но я закончила все одиннадцать классов, а потом еще сдавала зачет по высшей математике в университете.

– Вы же правовед?!

– А никого это не волнует. Есть учебная программа, она едина для всей страны. Если кого-то что-то не устраивает, можно идти работать грузчиком – там образование не нужно. А то, что мы сейчас проходим здесь, я изучала в средней школе, в самом ее начале.

Я не стала углубляться в подробности, что все-таки училась в лицее с математическим уклоном, чтобы их не запутать. В принципе, то, что мы сейчас проходили, проходили все школьники моего старого мира классе в седьмом. Так что какая разница, чего людей пугать?

– Сильная математическая школа?

– Профессии, связанные с математикой, хорошо оплачиваются.

– Но вы выбрали не такую?

– Мой отец, как бы это сказать?.. Один из глав столичной жандармерии. Не самый главный, но один из.

– Так вы дворянка?

– В моем мире нет дворян. Точнее, их нет в моей стране, в некоторых других аристократия сохранилась. Просто мой папа занимал высокую должность, и я хотела пойти по его стопам.

– У вас женщины служат жандармами? – поразился рен Зеер.

– Вообще, служат. Даже простыми жандармами служат. Но я получила (почти) высшее образование и могла рассчитывать на работу следователя. Это человек, который занимается раскрытием сложных уголовных преступлений, не рядовой сотрудник.

– Тогда понятен ваш интерес к делу, – пробормотал рен Марч.

– Ну конечно мне интересно, почему пропадают девушки в Академии, где я учусь. Тем более что когда я появилась в этом мире, за мной тоже следили. И вряд ли с благими намерениями.

– Так, а вот с этого места можно поподробнее? – нахмурился Алек.

Ну я и рассказала, как очнулась в этом мире и как меня гоняли по городу. Ну, положим, не то чтобы гоняли, но следили точно. И что-то сомневаюсь, что с добрыми намерениями. Потом пришлось рассказать и про хижину. Но, во-первых, я кое-что в своем рассказе упустила, например, про найденные артефакты и то, что я каждое утро и вечер махала ручкой демонической Роще. А во-вторых, это моих визави не очень-то заинтересовало.

Конечно, хижина, посреди леса напротив Рощи Демонов, что может быть менее подозрительным?

Но в конечном итоге, выудив всю возможную информацию (поверхностную, чего уж там), меня просто отпустили в столовую. Да, уже подошло время обеда, а мы, получается, сидели и разбирались с убийством Сатты и моим прошлым почти четыре часа.

Впрочем, мысли о еде – это последнее, о чем я сейчас могла думать. Так что быстренько поев, я пошла в общежитие собирать вещи, на случай внезапного бегства.

Глава 1

Бежать мне не пришлось, однако вещи я собирала не зря. Меня отселили в другую комнату, чтобы я поменьше пересекалась с Геттой и Римой. Как оказалось, в нашем общежитии имелись пустые помещения и мне досталось одно из них. То есть соседей у меня теперь не было! Правда, компенсировалась такая прелесть тем, что я жила сейчас на первом этаже рядом с душевой и прямо напротив входа в здание – не самое лучшее место. Здесь было сыро, пахло плесенью и я даже видела пару мокриц или насекомых на них похожих, а еще и шумно – гудели трубы, лилась вода, сновали люди. Постоянно билась о косяк и скрипела входная дверь.

Но я была рада даже этому! Плевать на сырость и шум, главное, я одна и теперь не обязана ни перед кем отчитываться.

Меня, правда, предупредили, чтобы я не особо радовалась, потому что ко мне могут кого-то подселить. Это, так называемый, маневренный фонд, который используют, когда есть реальная необходимость кого-то из студентов удалить из комнаты, пока они с соседями, например, не поубивали друг друга.

Вообще, переселять кого-то нельзя по правилам Академии, чтобы не создавать бедлама. А то сначала все будут меняться к знакомым, потом переругаются и опять меняться, в общем, решили сделать попроще и запретить вовсе. Но в отдельных случаях такое все же допускалось, а старшекурсники и вовсе менялись как хотели и никого не спрашивали. За этим просто особо никто не следил.

– Вы как, нормально переехали? – спросил рен Зеер, как всегда застав меня в библиотеке.

Новые документы на вселение мне выдали в воскресенье, а с нашего допроса, точнее беседы, прошло уже два дня. За это время мы не виделись и ни о чем не говорили. И честно говоря, я боялась этого момента, хотя знала, что он когда-нибудь наступит.

Вчера на занятии я видела Алека, но он был какой-то озабоченный и в мою сторону вообще не смотрел. Конечно, я приняла это на свой счет. А что еще можно было подумать?

– Спасибо, все хорошо, – я улыбнулась мужчине и предложила сесть, на что он согласился.

– Комната, конечно, не самая лучшая, но, надеюсь, вам там будет комфортнее, чем с соседками.

Он что, поинтересовался, что у меня за комната?

– Это по вашему приказу меня переселили? – догадалась я.

– Мне показалось, что вам лучше жить одной.

– Спасибо, – поблагодарила я, но потом нахмурилась: – Вы считаете меня угрозой или боитесь, что я проболтаюсь?

– Ни то, ни другое. В газетах, конечно, я вам объявлять о том, что вы скиталица, не советую. Существует некоторое количество мракобесов и просто городских сумасшедших, которые могут захотеть вам навредить. Но поскольку явление это все же достаточно редкое, это не какие-то организованные силы, специально охотящиеся за такими, как вы.

– Ну хоть это радует. В принципе, я болтать и не собиралась. И я никому не угрожаю, я же говорила.

– Я вам верю, но все равно призываю быть осторожней. Что касается вашего переселения, то у нас есть корыстный интерес, вы правы.

– У нас? Это у кого, у нас? – спросила я и хлопнула глазками. Так, оставить флирт. Сейчас не время, в конце концов!

– Ну хорошо, больше у меня, – усмехнулся он. – Марч правда мою идею не одобряет, но…

Если первые слова меня даже обрадовали, то последняя фраза ввела в недоумение. Марч? Он-то тут при чем? Что именно он может не одобрять? Нет, подозрения имелись, конечно, но слишком уж смелые, чтобы быть правдой.

– Что именно? – все же спросила я.

– Я хотел бы просить вас помочь в нашем расследовании.

– Хм… но я ведь и так сказала все, что знала и думала.

– Понимаете, Ната, расследование подобных преступлений – это не совсем наш с реном Марчем профиль. Но, похоже, что вы учились именно этому и могли бы нам помочь.

– Но я не знаю специфики этого мира и совершенно не разбираюсь в магии, что с помощью нее возможно, а что нет.

– Но ваш новый взгляд на это дело мог бы пригодиться. По крайней мере, ваше предположение насчет дара богов, похоже, подтверждается. Могу вам предложить какую-то денежную компенсацию за вашу работу.

– Рен Зеер, не оскорбляйте меня! – нахмурилась я. – Я готова представить вам свой взгляд, если вы мне дадите всю собранную информацию. Только я не хочу вам давать никаких обещаний и брать обязательств. В конце концов, я не опытный сотрудник жандармерии, который раскрыл десятки подобных дел.

– И вы готовы работать бесплатно? – удивился мужчина.

– Я хочу, чтобы похищения и убийства девушек прекратились. Мне этого будет достаточно, – твердо ответила я. Нет, деньги – это, конечно, хорошо, и мне бы они не помешали. Но я прямо чувствовала, что сейчас их брать нельзя – не тот случай.

– Вы такая бескорыстная или у вас так принято? Ну, в вашем мире.

– Я не бескорыстная, а что касается моего мира, никому бы в голову не пришло платить дополнительно деньги за то, что и так должно быть сделано. А если еще и недостаточно быстро сделано, то возмущенная общественность может и пинка выдать для ускорения. Все же это дело-то нешуточное.

– Только не говорите, что у вас жандармы денег не берут! Никогда не поверю.

– Нет, ну почему, могут брать, но не в этом случае. Ну, то есть, могли бы взять, чтобы, скажем, кого-то сделать не подозреваемым, а, например, свидетелем. Но чтобы не расследовать или наоборот вымогать деньги, чтобы расследовать похищения и убийства десятков девушек – это не невозможно, но очень маловероятно. Тут же жандармам, похоже, все равно.

– Жандармы просто предпочитают ловить мелких жуликов, а не вмешиваться в дела магов.

– И кто занимается подобными делами?

– Вы все верно подумали, – усмехнулся Алек, – этим занимается Служба магической безопасности. Только… Мы с Марчем не специалисты в подобных делах, а специалиста сейчас прислать не могут.

– А здесь вообще-то говоря не опасно об этом говорить? – неожиданно мне в голову пришла умная мысль. Я огляделась, в такое время в читальном зале обычно никого не было, но ведь оставался еще библиотекарь.

– Не волнуйтесь, никто не слышит, о чем мы говорим.

– Но купол вы не ставили, верно? Когда его ставила ренна Марч, все пространство исказилось.

– У Мали другой профиль, все же она – целитель. Купол я не ставил, хотя если бы и поставил, таких эффектов бы не было. Просто это немного подозрительно. Но у нас, у рунологов, есть возможности заглушить или исказить звук и без купола.

– Хорошее умение, очень полезное.

– Учитесь и у вас тоже получится. Кстати, я слышал, вы взялись преподавать?

– А что, Академия против?

– Да нет, про мелкие подработки студентов мы знаем и не препятствуем, – Алек пожал плечами. – Просто вы точно все успеете?

– Рен Зеер, я не могу себе позволить отказаться от ученицы, но брать других не буду.

– А что, есть еще желающие? – заинтересовался он.

– Еще трое хотели, я думала взять еще одну-двух, но пока окончательного решения не приняла. В конце концов, мне же и самой учиться надо, и если с математикой у меня пока нет проблем, то вот все остальные предметы мне приходится учить.

– Особенно я бы на вашем месте приналег на магию.

– Да, это в первую очередь, – согласно покивала я.

– Я бы на вашем месте больше медитировал и учился управлять потоками. Без этого никакая математика вам не поможет.

– Совет магистра?

– Совет магистра, – кивнул тот. – Если от денег за помощь вы отказываетесь, то может я вам помогу освоить магию? Я мог бы показать вам несколько упражнений, да и вообще…

– А знаете, – я посмотрела на Зеера заинтересованно, – вот от этого я, пожалуй, не откажусь.

– Договорились. Задам традиционный вопрос: вас проводить?

– От этого я тоже не откажусь. Кстати, буду вам благодарна, если вы меня просветите по некоторым моментам, касающимся тварей и прочих мутантов.

– Просвещу. Тем более что если вас-таки сожрут, это будет не в моих интересах, – ухмыльнулся мужчина.

Тут вышел библиотекарь и всем своим видом показал, что он от нас уже устал. Тем более что мы с реном Зеером слишком часто мелькали перед ним поздно вечером и уходили вместе, а это уже может его навести на какие-то нежелательные мысли. Так что пришлось срочно сдавать книги и двигаться в сторону общежития.

А на следующий день мы с магистром договорились встретиться у него. Да, вот так просто. По какой-то причине рен Зеер не хранил ни в одном из своих кабинетов документы, связанные с расследованием.

Так что я, не таясь, направилась к его коттеджу. Мне, конечно, не очень хотелось попадаться кому-нибудь на глаза, ведь мало ли кто что подумает, да и в целях конспирации это все не очень хорошо. Но выбора не было. Документов набралось много и тащить их все в рабочий кабинет просто нереально. А носить по частям – нелогично, мало ли какой вопрос возникнет и что может понадобиться?

Сейчас день, только закончились занятия, так что на открытой поляне перед коттеджами магистров никого не было.

– Так, третий слева, он сказал? – пробурчала себе под нос и направилась в нужном направлении. Когда я в прошлый раз здесь была, не запомнила, какой именно его.

Что ж, как говорится, бедненько, но миленько. В том смысле, что домик был совсем небольшой, по крайней мере, внешне аристократическими хоромами он не выглядел. Впрочем, я припоминаю, что даже самые богатые дома в центре не то что до дворцов моего мира не дотягивали, но и могли посоперничать, например, с нашей генеральской дачей. Да, мы не бедствовали, дом у нас был кирпичный в три этажа, но не сказать, что самый богатый в нашем поселке. То ли тут не принято выпячивать богатство, то ли не так уж и хорошо живут дворяне.

Сам по себе домик был двухэтажным из чего-то типа силикатного кирпича, плюс открытая деревянная терраса перед входом. Ну натуральная дача!

Я подошла и уже занесла руку, чтобы постучать, как дверь распахнулась.

– Проходите, – Алек гостеприимно повел рукой и посторонился, давая мне пройти.

– А у вас тут миленько, – повторила я свои недавние мысли.

– Миленько? Сразу уж скажите, что вы дом дворянина не совсем так представляли, – хмыкнул он.

– Ну, я тут богатых домов и не видела.

– В городах их и нет – земля слишком дорогая, все дворянские резиденции находятся за пределами города. По крайней мере там, где далеко от Рощи Демонов, где близко – все иначе.

– Хм… Это многое объясняет, – кивнула я. – У меня что, все на лице написано?

– О чем вы?

– Я просто когда подошла, именно об этом думала…

– Несложно было догадаться, – мужчина пожал плечами и проводил меня в гостиную, совмещенную со столовой, которая занимала почти весь первый этаж.

– Присаживайтесь, могу предложить чаю с нашими местными сладостями.

Ну да, мне только сладости и есть!

– А можно просто чай без сладостей?

– Это вас тренер запугала? На мой взгляд, вы отлично выглядите, – улыбнулся он, впрочем, поставив на поднос только чашки с чаем.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила. Ну не настаивать же, что я тот еще хрюндель, по моим собственным меркам, разумеется. Впрочем, вдруг ему пышки нравятся?

Но нет, подстраиваться в данном вопросе я не согласна!

– А документы? – спросила я, сделав глоток обжигающего напитка. – Отличный чай! Как же я давно не пила ничего подобного!

– Да, у нас в столовой… – Алек поморщился. – Но вы же выходите в город…

– Если нужно выбрать чай или кофе, предпочту кофе. Кстати, а нет ли тут какого-то прибора или артефакта, чтобы воду кипятить? А то я бы у себя в комнате пила.

– Ната, – мужчина посмотрел на меня изумленно, – вы же маг! Мы, конечно, только в начале пути, но руны разогрева воды я вам давал!

– Хм… Ой… Просто для меня непривычно, что я так могу, вот и все, – засмущалась я. – Да и пробовать как-то страшновато.

– У нас практические занятия начнутся через неделю, хорошо бы вам к тому моменту свыкнуться с мыслью, что вы теперь маг, – хмыкнул он. – И теорию подучить.

– Да помню я теорию! Я просто не понимаю, как это будет выглядеть на практике.

– Вот и увидите. Я вам обещал помочь, помните? Так вот, в воскресенье и займемся. А то здесь щитов-поглотителей нет, а я не хочу, чтобы вы мне случайно дом сожгли.

– Можно подумать, вы меня не сможете остановить, если что-то пойдет не так, – буркнула я обиженно.

– Может, и смогу, но не факт, – пожал плечами мужчина. – Артефакт, когда вы поступали сюда, выдал, что сила у вас не очень велика, однако из того, что я видел лично тогда, в Роще Демонов, у меня сложилось противоположное мнение.

– Вы думаете, что у меня сильная магия?

– Не знаю. Артефакт обычно не ошибается, но вы скиталица, а это, возможно, как-то могло повлиять.

– Но вы точно не знаете?

– Из всех скитальцев был только один маг кроме вас – тот самый император. И во-первых, он жил полтысячелетия назад, а во-вторых, кто ж нам скажет, какова была его реальная сила?

– Ну да, логично. А остальные?

– Обычные среднестатистические рены. Ну те, о ком мы знаем.

– Сафиев не было?

– Нет, скорее всего привязка к новому телу как-то связана с магическим потенциалом.

– Но вы же сказали…

– Все рены имеют потенциал для управления магией и магические каналы, просто у кого-то дар настолько мал, что практически не определяется. Ни о каком применении магии в таком случае и речи не идет. Для простоты мы считаем, что у таких ренов дара нет, чтобы не путаться. Существует балльная система. Если уровень магии меньше единицы, то значит это просто человек. От единицы до двух – это слабый дар, который разве что спичку поможет поджечь или собрать воду из атмосферы, чтобы не умереть от жажды. Да и то не факт. Людей с таким даром обычно даже не учат – нет смысла напрягаться. До тройки – это ниже среднего дар. С ним, как правило, идут на курсы, но даже в Академии на алхимии такие люди учатся. У тех, у кого дар от двух до трех, контроль на очень высоком уровне. А вот если ниже – наоборот хромает. У вас, например, сила почти четверка, судя по артефакту. Это неплохой уровень.

– Неплохой, но не самый лучший и даже не средний?

– Не средний, – покачала головой Алек. – Средний – с четырех до пяти, а вот то, что выше пятого – это уже прямо очень хорошо.

– А высокий – это какой? Шестерка?

– Да, шесть, семь, но семерка – это уже практически заоблачная сила. Людей с такими задатками и не рождается почти, только если в старых аристократических фамилиях. И то, может, раз в полвека у кого-то родится настолько одаренный ребенок.

– А у вас сколько? – ляпнула я. – Ой, если о таком неприлично спрашивать, то извините.

– Ничего, – мужчина хмыкнул. – У меня чуть больше пяти. Но это информация не публичная, надеюсь, вы понимаете.

– Конечно, понимаю и никому не скажу. То есть получается, что все попаданцы – маги, просто сила у нас разная, у кого-то и неопределима почти.

– Попаданцы?

– Ну да, так их называют у нас.

– У вас они тоже есть? – нахмурился рен Зеер. – Но у вас же нет магии.

– И магии нет, и реальных попаданцев нет. Наверное. Это известный книжный сюжет, есть у нас такой жанр – истории про то, чего быть не может. Причем не обязательно попаданцы в магические миры, могут быть и попаданцы во времени или в каких-нибудь известных личностей прошлого. В общем, полный простор для фантазии.

– Очень интересно! – задумался мужчина. – Но откуда этот жанр взялся?

– Ну, если во вселенной что-то существует, то человек может до этого додуматься. И наоборот, если человек до чего-то додумался, то это точно существует или может существовать, потому что нельзя придумать того, чего не бывает. Есть у нас такая спорная философская концепция.

– Да уж, спорная.

– Ну, я до того, как умерла, тоже так думала, – невесело усмехнулась я и почувствовала, что мужчине, сидящему напротив меня, немного неловко от того, куда повернулся разговор. Мне тоже, кстати. – Ладно, рен Зеер, может, приступим к изучению материалов?

– Вы правы, – Алек встрепенулся и направился в соседнюю комнату, потом развернулся обратно. – Где вам будет удобно работать, здесь или в кабинете?

– Мне нужен хороший большой стол и освещение, – я пожала плечами и кивнула на столовый стол. – Можно и здесь.