Элитная школа магии. Чем дальше, тем страшнее…

Теперь о деньгах. Не магические существа (люди) или низшие, со слабой магией, те же дриады или гномы, живут чуть дольше, чем в моем мире, примерно до ста-ста двадцати и даже тридцати лет. Но, чем богаче человек, тем чаще он прибегает к услугам магов-целителей, способных чуть-чуть продлить жизнь. Еще существует черный рынок артефактов, усиливающих природные способности организма по выживанию. Но если с таким поймают…

Если все разговоры о моем уровне силы – правда, то мне в этом мире светит прожить лет этак до трехсот восьмидесяти – четырехсот. Нет, это, наверное, не плохо, но я вот никогда не хотела жить так долго, никогда не представляла себя вампиршей или бессмертной, а-ла Дункан Макклауд. Всегда казалось, что слишком долгая жизнь – это скучно. Хотя с такой движухой, как здесь, и до конца обучения можно не дожить.

Я почувствовала, что окружающая обстановка изменилась, все заметно оживились, когда ректор закончил толкать речь. И все же соизволила вернуться в реальность.

Сначала нам предстоял зачет по теоретическим знаниям по всем дисциплинам, что-то вроде теста. Потом магическая проверка, мы должны были создать несколько заклинаний разного уровня сложности и направленности и удерживать их определенное время. Поскольку боевых заклинаний у нас (у большинства) в активе еще не было, то это была скорее стандартная защитная или бытовая магия. И вишенкой на торте значилась усложненная полоса препятствий.

Победители считались по сумме очков всех пройденных зачетов.

Нас усадили в двух аудиториях, в одну мы не помещались, и выдали задания. Небольшой такой талмудик из почти двухсот вопросов. На все про все отводилось два часа, то есть на каждый вопрос примерно по тридцать пять секунд. Жестко!

Я перевернула первую страницу и углубилась в текст, а вчитавшись, поняла, что вопросы достаточно легкие. Причем, есть вопросы на логику и пространственное мышление, очень похожие на земные тесты на уровень интеллекта. Но, конечно, большинство по пройденному материалу. Сразу для себя решила, что не буду долго думать над вопросами, ответа на которые точно не знаю, обведу первый попавшийся вариант и пойду дальше, чтобы не задерживаться.

Ровно за три минуты до официального окончания тестирования я закрыла вопросник. К моему удивлению, я не знала точного ответа только на семь заданий, ну и над логическими задачками пришлось подумать чуть дольше.

Следующим пунктом нашей программы были магические соревнования. Ну что ж, прощай первое место, здравствуй конец списка. Пока еще в контроле силы я была не сильна, поэтому простые заклинания не давались, а сложным, где нужно вливать поток, а не вплетать тонкий ручеек, нас еще не учили, хотя я уже нарыла интересную дополнительную литературу в библиотеке. Жаль, что учебники за следующий семестр нам не выдают заранее и их удается добывать очень редко и путем невероятных ухищрений. Обычно в игру «отвлеки библиотекаря» мы играли с Орин, но теперь к нам присоединилась и новая соседка.

Когда подошла моя очередь, было уже почти шесть вечера. Можно было бы что-то почитать, но после двухсот вопросов убористым шрифтом в глаза будто песок насыпали, поэтому мы сидели с Ридикой, и перекидывались ничего не значащими фразами. Для нее отбор был очень важен, и она заметно нервничала. Хотя не понимаю почему, все же свой рейтинг во Второй Школе она получила не за красивые глаза. Для женщины этого мира редкость невероятная. Тут было все дело в том, что других наследников у ее семьи нет. Когда же я ее об этом спросила, она рассказала, что ее пра-пра-прабабку прокляла соперница тем, что в ее роду теперь рождаются одни девочки. Учитывая принципы здешнего общества и наследования магии – это смертный приговор семье, потому что на женщинах, не способных родить сына просто не женятся. Однако, из раза в раз они выходили замуж и у них рождались на удивление сильные в магическом плане дочери.

Я уже часа два пребывала в расслабленно-медитативном состоянии и с трудом смогла собрать мысли в кучку, когда меня все-таки вызвали.

За длинным столом сидел декан, в центре, и профессора по всем нашим предметам. Всего шесть человек, не было только тренера.

– Студентка Котова, вам нужно будет создать четыре заклинания, два универсальных, два подвластных только вашим стихиям, – сказал лорд Берес. – Вам понятны условия задания?

Я кивнула.

– Тогда я попрошу вас пройти в зону работы с заклинаниями и создать щит одной из ваших стихий, любой на выбор, но только одной. Держать вы его должны до тех пор, пока я не скажу отпустить.

Я еще раз кивнула и пошла создавать щит. Это у меня, конечно, получилось, но вода, а я по глупости выбрала ее, все норовила обрушится мне под ноги, никак не желая держать форму. Теней на меня нет! Вот тогда у меня со щитами никаких проблем не возникло.

– Студентка Котова, если бы на вас сейчас напали, то можно было бы уже готовиться к похоронам. Ваш щит не выдержит даже слабенькой атаки, – с усмешкой прокомментировал мои потуги декан и направил в мою сторону маленький фаербол. Шит он прошил с легкостью, но я сама успела уклониться.

Под его взглядом я смущенно опустила глаза. Нужно собраться, ведь щиты у меня получались уже не плохо.

– Можете отпустить силу, – разрешил лорд Берес. – Теперь мы хотим увидеть, как вы транспортируете предметы. В углу стоит камень, он довольно тяжел. Задача: положить камень у ваших ног. Желательно, при этом их не отдавив. Времени две минуты на все.

Так… телекинезом я пока не владею, хотя, вполне возможно, что буду. Многие ментальщики это могут. Сначала думала попробовать опять водой, но что-то у меня сегодня с ней не получается, да и с воздухом управляться проще.

Выпустив стихию, создала плотную воздушную подушку, а еще одним щупальцем попыталась закатить на нее камень. Он был не просто тяжел, а неподъемен. По крайней мере, мне так казалось. В общем, получилось сдвинуть чертов кусок гранита только с пятого раза, зато потом пошло веселее. Подушка плавно поплыла по воздуху, поддерживаемая восходящими потоками, и медленно и плавно опустилась к моим ногам. С глазомером у меня всегда было все хорошо, так что конечности не пострадали.

Следующим испытанием для меня стало, ни много ни мало, гипнотизирование бедного сифра – зверька доброго и ласкового, чем-то похожего на маленького толстенького щенка, только с огромным и очень пушистым лисьим хвостом, который периодически перевешивал. Животное чисто декоративное, домашний любимец во многих семьях, хорошо поддающийся дрессировке и внушению. Собственно, моей задачей было убедить зверька, что ему крайне необходимо взять со стола перо и принести его барону Ретиру, нашему профессору магической зоологии.

Я уставилась в красные глазенки животины и представила, как я (то есть он) беру в зубы перо и несу его профессору. Потом я эти образы транслировала в мозг животного. Как ни странно, это у меня получилось сразу. Вообще, на занятиях у декана мы внушение тренировали до потери сознания, и у меня даже стало время от времени получаться. Но чтоб вот так быстро…

Радовалась я рано. Зверь довольно быстро понял, что я от него хочу, взял перо и бодро засеменил в нужную сторону. Но на пол дороги остановился, выронил ношу и стал озираться по сторонам, словно не мог понять, что он здесь забыл.

– Ваша ошибка, студентка Котова в том, что вы слишком много уделили внимания взятию предмета, началу движения, но совершенно не проработали конечный пункт. Животное в какой-то момент просто не вспомнило дальнейших указаний. Это же вам не контроль сознания, тут надо действовать тщательно. – лорд декан сегодня в ударе, по ходу. Не знаю, чем я перед ним провинилась, может просто плохое настроение? А я ведь все хотела еще выбрать момент поудачнее и поговорить, наконец, с ним о профессоре Тоге. Но сегодня делать этого явно не стоит.

– Последнее ваше задание, студентка, вам необходимо разжечь огонь.

Я недоуменно уставилась на профессора Береса. Не помню, чтобы я владела стихией Огня…

– Думайте, студентка, думайте, – с доброй усмешкой выдал он.

И тут меня осенило. Ведь от чего в дикой природе можно получить огонь? От молнии, но пока я не могу ее создать, не спалив при этом аудиторию, от высечения огня из двух камней, которых здесь не наблюдается, и от трения. Эврика!

Мне срочно нужна деревяшка! Обводя взглядом кабинет в поисках оной, заприметила перо, которое уронил сифр. Правда он успел его чуть погрызть. Я притянула его ближе к себе. Теперь моей задачей было так разогнать и уплотнить воздух, чтобы от трения перо загорелось. Проблема была в том, как маленькую искорку при этом не затушить.

У меня в итоге получился небольшой, примерно сантиметров тридцать в вышину смерчик, из очень-очень сухого воздуха, в центре которого вертелось на куске гранита перо. Где-то через минуту мои потуги увенчались успехом, проскочила первая искра, пошел дымок, потом еще одна. Я аккуратно изменила силу ветра в эпицентре на небольшие порывы, раздувая эти маленькие тлеющие частички. Через несколько секунд перо вспыхнуло как факел.

– Достаточно, можете тушить, – после этих слов профессора я создала безвоздушную зону (как хорошо все же знать элементарную физику!) и пламя в момент потухло.

По факту, справиться удало лишь с двумя из четырех упражнений – позор. Не думала, что все будет настолько плохо. В расстройстве я вышла из аудитории, где Ридика поддерживающе меня приобняла.

Время уже клонилось к ужину. Поэтому, высокая комиссия приняла решение на сегодня испытание завершить. Я была последней несчастной, видимо, этим и можно объяснить отвратное настроение декана.

После еды мы разделились. Ридика пошла еще раз пообщаться с Диэлем по поводу вступления в нашу группу. У нее-то все сегодня неплохо получилось. Все четыре задания она могла смело заносить в актив, не без помарок, но все же. А я пошла в комнату. После такого провала общаться ни с кем не хотелось.

Проходя мимо одного из коридоров, я заметила боковым зрением какую-то возню и шебуршение. А повернувшись, увидела то, от чего у меня глаза на лоб полезли.

В коридоре стояли двое, парень и девушка. Студент был явно не из наших и выглядел немного старше, скорее всего курс третий-четвертый, массивный, мышцы буграми перекатываются под форменным кителем. Он прижимал девушку с силой лицом к стене, руки, при этом, заведя назад и не давая ими пошевелить, а между ее расставленных ног втиснул свое колено. Он что-то очень тихо, но жестко выговаривал ей на ухо.

И это было бы совсем не мое дело, и я бы не стала влезать, но меня уже заметили. Парень отпустил девушку и когда она развернулась, я поняла, что это Орин. Вид у нее был весьма бледный, какой-то виноватый и грустный.

Я стояла и неприлично пялилась не в силах вымолвить ни слова.

– Это моя соседка по комнате – Лина, – нарушила молчание Орин и, сделав многозначительные глаза, продолжила: – она уже уходит.

Я же в оцепенении не сдвинулась с места, как будто примерзла к полу. А парень смотрел на меня как на кусок мяса, что тоже не помогало отмерзанию.

Орин напряженно посмотрела на своего спутника.

– Запомни, что я тебе сказал. Если еще раз ослушаешься, пожалеешь.

Она вздрогнула всем телом и рухнула на колени перед парнем.

– Спасибо…

– Можешь идти.

Она встала и, склонив голову, двинулась в мою сторону.

Еще когда Орин встала на колени, моя челюсть с громким стуком приземлилась на пол. Нет, я все понимаю, но она же принцесса! А это кто, король или принц какой? Собственно, этот вопрос я ей и задала, когда мы отошли на некоторое расстояние.

– Он – моя истинная пара, – грустно сказала соседка. – Ты не обращай внимания, он такой не всегда, просто я его сильно разозлила.

– Подожди, но я всегда думала, что истинная пара – это когда версипы обожают друг друга, жить не могут без партнера и умирают чуть ли не в один день.

– Ну в принципе все так и есть. Только, естественно, у всех характеры разные, а Золер, он еще и будущий альфа, к тому же наследный принц – первенец вожака дружественного клана пантер.

– Но это не дает ему права над тобой издеваться!

– Ты не понимаешь! – она покачала головой и грустно посмотрела на меня.

– Да я многое здесь не понимаю и не принимаю! – окончательно вспылила я. – Давай, выкладывай.

– Все версипы подчиняются жесткой иерархии. Так вот, самку всегда подчиняет ее пара, даже если раньше она была выше по статусу в стае, по-другому просто не бывает, потому что мы физически гораздо слабее. Больше того, все любовные игры представляют собой жесткое доминирование.

– То есть как? – я даже остановилась. – Он что может делать с тобой все, что захочет?

– Да, и будет в своем праве. Мы официально объявленная пара уже три года. Наши родители решили подождать с браком, пока мы оба не отучимся, но я все равно его.

Вот это да! Спокойная, целеустремленная, жесткая и самостоятельная Орин может просто так поджать хвост и сдаться без борьбы? Не верю!

– Да успокойся, ты! Слушай, это нормально в нашей культуре, нас так воспитали. Кроме того, он не причинит мне вреда, как ты правильно заметила, в паре партнеры любят друг друга.

Я сделала несколько дыхательных упражнений, как учил профессор Берес, чтобы совладать с эмоциями. Наверное, соседка права и я слишком много внимания уделяю ненормальности этого мира.

– А ты правда любишь его?

– Да, люблю. Он не такой, правда! – Орин опустила глаза. И почему мне в это не верится?

На следующий день магические соревнования продолжились, ну а те, кто уже их сдал, проходили полосу препятствий.

На этот раз мне повезло со временем. Меня вызвали почти перед обедом, то есть вроде и от утренних нагрузок и завтрака уже отошла, но еще и не совсем расслабилась, как это случилось вчера. Ну да, пустые оправдания насчет вчерашнего провала, но как же не хочется признавать, что контролировать Воду временами мне совсем не удается.

Я вышла на полигон, и тренер Камео начал отсчет. Сегодня полоса препятствий существенно отличалась от обычной, она была почти в два раза длиннее и изобиловала ловушками, как я потом узнала. Например, ползание по-пластунски под магическими силовыми линиями едва не закончилось для меня в лазарете. Там всегда было немного грязи, чтобы студенты не расслаблялись, ползая по чистому песочку, так вот теперь этот небольшой слой соседствовал с ямами наполненными пахучей жижей. Причем, когда ползешь, ты не видишь, что там дальше. Вот и я в эту котловину почти метровой глубины нырнула с головой, а ведь это только начало. Чуть не захлебнулась, между прочим.

Потом была сетка, по которой нужно было забраться на высоту пяти метров к разновысокому рукоходу. Это было гигантское сооружение длиной почти в двадцать метров и высотой от трех до пяти, извивающееся к тому же змейкой. Один из самых сложных участков на трассе.

Потом было бревно, на котором я подскознулась и чуть не улетела в еще одну яму с грязью. На канат забиралась уже на автопилоте и, разумеется, сорвалась… дважды. Как справляться с отвесной скальной породой, которая здесь заменяла скалодром, учитывая трясущиеся руки и ноги, я себе не представляла. Хорошо хоть под ним была глубокая мутная жижа, которая раньше была водой, но там уже искупалось довольно много студентов, облепленных грязью. Бултыхнулась туда всего один раз – достижение! В итоге, я все же преодолела полосу, и практически выползла с полигона.

Теперь душ. Я была безумно рада, что он имелся в раздевалке, и не пришлось тащиться через все общежитие с ног до головы заляпанной грязью.

Шла, не разбирая дороги и уже войдя в коридор раздевалки налетела на парня, выходящего из-за поворота. У меня это вообще, по ходу, любимый вид спорта – впечатываться в людей. Пострадали уже четыре студента и два преподавателя. Досталось даже декану, на которого я налетела две недели назад и чуть не сшибла с ног. А что? Я очень торопилась на занятия, причем на его же.

Но сейчас дело обстояло хуже. Я была вся перемазана грязью, а вот старшекурсник нет. До того, как я с ним столкнулась…

– Эй! Смотри, куда несешься! – парень меня поймал, уже в процессе падения на пятую точку, потому что столкнуться с ним оказалось то же самое, что и с бетонной стеной.

– Прости, я нечаянно, – покаянно опустила голову я.

– А мне что с твоего «нечаянно»? Ты меня всего в грязи перемазала! – сказал он, не разжимая рук.

– Ну правда, извини, я не хотела. Хочешь, я тебе химчистку оплачу.

– Химчистку… думаю, ты сможешь по-другому искупить свою вину, – довольно усмехнулся он.

– И как же? – я вскину голову, собираясь уже отвесить нахалу оплеуху, но натолкнувшись на его взгляд и все мысли вылетели у меня из головы.

Парень смотрел не нагло и самодовольно, как я ожидала, а иронично и с легкой насмешкой. Черно-сине-белые глаза затягивали как омуты. Никогда такого не чувствовала, даже дыхание перехватило. Всегда думала, что это такие штампы восторженных дурочек. Нифига, все так и есть! Когда я наконец смогла оторваться от его глаз, то разглядела блондинистые космы, явно нуждающиеся в стрижке, ямочки на щеках, по-видимому, он часто смеется, твердые губы, волевой подбородок. Парень был на целую голову выше меня, не мускулистый, а скорее жилистый, из высокородных, об этом можно было судить по поведению, выражению лица, осанке.

Он также завороженно смотрел на меня.

– Так как же? – пролепетала я. Голос меня неожиданно подвел и звуки получились какие-то скрипучие.

– Ты ведь та иномирянка с первого курса, ментальщица, да? – я кивнула, ощущая острое желание отступить от этого странного и завораживающего субъекта, или чтобы он меня обнял.

– Лина Котова.

– Кириас Лоор. Хорошо, Лина Котова, и что же мне от тебя потребовать? – он сделал вид, что задумался, а потом лучезарно улыбнулся. – Поцелуй. Я хочу, чтобы ты меня поцеловала.

– И все? – недоверчиво спросила я. А когда он кивнул, потянулась к нему в попытке сделать то, что он просит.

– Э нет, так не пойдет! Я не буду целоваться с заляпанной грязью девушкой, у которой, к тому же, уже зуб на зуб не попадает. Тебе надо срочно в горячий душ и переодеться. Давай так, сегодня встретимся после ужина в библиотеке. Ты ведь туда часто ходишь?

– Откуда ты знаешь?

– Да об этом вся Школа знает. Ты, наверное, самая большая заучка… э-э-э, то есть прилежная ученица за последнюю сотню лет. Да еще также дурно влияешь на принцессу оборотней и про́клятую баронессу, которые вслед за тобой воспылали жаждой знаний.

– Не думаю, что это плохо, – нахмурилась я. – И не называй Ридику так!

– Ладно, извини, – он виновато потупился. – А что касается учебы, профессорам может понравиться идея о том, что студенты должны читать книжки помимо учебников, – он подвигал бровями, – и заставят нас поступать также. Ну так что, ты придешь? – спросил он с какой-то непонятной надеждой?

– Ну-у-у, долги надо отдавать.

В следующий момент он меня отпустил, и я, почувствовав, что действительно чертовски замерзла, поплелась переодеваться. А еще, мне очень захотелось, чтобы он меня не отпускал…