Невеста. Цена мира

9 Сандра

Все инстинкты внутри кричат, что надо держаться подальше. Но я понимаю, что это может спровоцировать моего жениха. Поэтому замираю на месте, испуганно глядя, как он шаг за шагом становится все ближе.

В горле пересыхает, а перед глазами проносятся картинки несостоявшейся свадьбы.

– Ты напугана, Сандра, – с едва уловимым неудовольствием замечает Романо. – Боишься меня?

– А не должна? – бормочу, отводя взгляд в окно. К сожалению, у меня пока не хватает смелости посмотреть в темные глаза Чезаре.

– Разве я тебя чем-то обидел? Причинил боль? Ударил? – он медленно перечисляет, при этом оставаясь всего в каком-то метре от меня.

Я не в силах ответить – уверена, голос меня подведет, а выглядеть еще более жалкой я не хочу. Может быть, я не боец в полном смысле этого слова, но и терять крохи гордости, что у меня еще есть, не хочу.

– Ты станешь моей женой через месяц.

Коротко киваю, давая понять, что приняла это и смирилась со своей участью.

– Может быть, у тебя есть какие-то пожелания?

Его вопрос застает меня врасплох. Резко поворачиваюсь к жениху, изумленно глядя на него.

– Пожелания?

Горло сжимает тисками, и голос звучит надсадно и испуганно. На краткий миг во взгляде Романо мелькает досада, но затем он вновь становится безразличным и отстраненным.

– Да, Сандра. У меня нет цели сделать тебя несчастной бледной тенью.

Недоверчиво смотрю на него. Что это значит?

– Я бы хотела поступить в колледж, – медленно произношу, понимая, что никогда не услышу согласия. Мой отец, едва я об этом заикнулась, четко и ясно дал понять, чтобы я и думать об этом забыла. Моя роль была прописана заранее – выйти замуж, чтобы укрепить связи и послужить на благо Unita Forza. Не более.

А после я должна стать женой и послушно играть свою роль, сидя дома и дожидаясь мужа.

Чезаре едва заметно хмурится. Я уже догадываюсь, насколько ему не нравится эта идея.

– Это небезопасно, – наконец, слышу его ответ, и все, что могу – лишь понимающе кивнуть.

На что надеялась-то? Что произойдет чудо?

Едкая горечь разливается в груди, отравляя глупую робкую надежду, вспыхнувшую во мне на несколько мгновений.

Мужчины в нашем мире озабочены только своей борьбой за власть. Для них женщины – всего лишь игрушки, те, кто рожает им детей и греет постель.

Мама всю мою сознательную жизнь вкладывала мне в голове, что это нормально. Что то, как отец относится к ней – норма. Она даже на любовниц его закрывала глаза.

– Может быть, ты хочешь нанять повара, который будет уметь готовить какие-то особые блюда?

– Ничего не надо, – качаю головой и, обхватив себя руками, отворачиваюсь к окну. Ничто не заменит мне того, что я хочу – счастья и настоящей любви.

– Уверена? – доносится мне в спину равнодушный вопрос. Я не была очарована Романо – это просто невозможно после всего. И все же я испытываю разочарование. Словно часть меня, верившая в чудо, начинает понимать, что ничего подобного не произойдет.

– Да, но спасибо за предложение, – вежливо отвечаю, по-прежнему не глядя на мужчину. Даже вот так – на расстоянии, он подавляет меня своей энергетикой.

Тяжелой, мрачной и холодной.

В вязкой тишине, что окутывает нас обоих, каждый шаг Романо слышен невероятно отчетливо. И каждый резонирует во мне. Не поворачиваюсь, но чувствую, что мой жених все ближе. Мне нужно привыкать к тому, что Чезаре будет рядом. Мы поженимся, а значит, у нас будет одна спальня, и ночевать мы будем вместе. Но пока я не могу этого представить.

Романо останавливается у меня за спиной, не прикасается, но ощущение, что мы слишком близко. Непозволительно, даже для жениха и невесты.

– В таком случае тебе стоит знать, что у меня будут некоторые условия, Сандра, – тихо произносит он. – И у тебя есть время, чтобы обдумать и принять каждое из них.

10 Сандра

Ожидание свадьбы в течение месяца в итоге превращается для меня в настоящую пытку неизвестностью.

Я так и не узнала, что за условия имел в виду Чезаре – на террасу вышел Андреа, и мужчины практически сразу удалились, обменявшись безмолвными взглядами.

До конца вечера Романо больше не уделял мне внимания, а подойти сама к нему я так и не рискнула. К тому же Аделина была жутко расстроена тем, что Стефано официально познакомил ее с Марко, дав понять, что его решение никто не изменит.

И вот сегодня, наконец, случится то, что окончательно изменит всю мою жизнь.

Стоя перед зеркалом спальни шикарного номера в одном из лучших отелей южной столицы, я пытаюсь понять, что чувствую. Вспоминаю свои эмоции в день, когда готовилась выйти за Рико, и не могу их найти. Как будто ластиком стерли все подчистую.

Единственное, что осталось от того дня – ужас, когда свадебная церемония превратилась в мужские разборки.

В этот раз все пройдет не в саду. Чезаре решил, что хочет устроить венчание в церкви. Не знаю, был ли против мой отец, или ему было плевать, по какому сценарию отдавать меня в жены, но в итоге наши семьи договорились, что церемония будет в церкви, расположенной неподалеку от отеля, в ресторане которого после пройдет сам праздник.

В этом же отеле нам и остальным гостям были представлены шикарные номера. Насколько я поняла, он принадлежит либо самому Чезаре, либо одному из его людей.

– Сандра, а мама говорит, что мы вот-вот опоздаем, – в комнату словно вихрь вбегает Ванесса. Восхищенно оглядывает меня и тормозит совсем рядом, так и не обняв меня, как частенько любит это делать.

– Она послала тебя?

– Нет, но я слышала, что она с кем-то разговаривала по телефону и ворчала.

– А отец? Он уже вернулся?

Ранним утром он вместе со Стефано уехал по делам, сказав, что без него никто никуда не поедет. В этот раз мы взяли с собой Ванессу, а значит, проблем с безопасностью быть не должно. Но мне все равно как-то неспокойно.

Не то чтобы я так ждала эту свадьбу, но почему нельзя хотя бы на день отложить свои сверхважные мужские дела?

– Нет. Зато Аделина пришла.

Еще раз смотрю в зеркало. Определенно, платье в этот раз выбрано более удачное. В рекордные сроки нанятые портные сшили невероятную красоту – легкое, струящееся ослепительно белое платье с небольшим шлейфом. Я бы обошлась без него, но мама настояла. Впрочем, мне и фату в этот раз тоже подобрали более длинную и дорогую.

Словно каждая деталь моего образа должна подчеркнуть, насколько богаче и шикарнее будет эта свадьба.

Ванесса помогает мне с платьем, и мы вместе выходим в общую гостиную. Аделина сегодня бледная, и первое, что я вижу по ее лицу – она снова плакала.

– Ты как? – тихо спрашиваю, чтобы мама не услышала нас.

– Порядок, – вяло отвечает она.

– Отец? – участливо спрашиваю у нее, но сестра мотает головой. – Значит, Андреа.

Их отношения с братом с каждым годом становятся все сложнее. Вероятно, дело в том, что с момента, как Андреа стал вникать в дела семьи, он медленно, но верно превращался в одного из мафиози. А те, как известно, жестоки и хладнокровны.

– Не думай об этом! Сегодня твой день, и ты просто красавица. Я даже слегка завидую.

– Чему? Платью?

Аделина кивает. Вижу, что она держится, стараясь не портить мне настроения, хотя и знает, что я не испытываю особой радости по поводу всего происходящего.

Вскоре приезжает отец, и мы можем отправиться в церковь. Большая часть гостей собралась, так что когда мы подъезжаем, требуется время, чтобы припарковаться.

Нервно смотрю в окно, ища знакомые лица. Аделина с отцом и братом поехала в другой машине. Как, собственно, и мои родители с Ванессой.

Со мной лишь бессменный Антонио и водитель.

Когда, наконец, с парковкой покончено, дверь с моей стороны открывается, и я вижу Чезаре. Растерянно смотрю на него, удивленно моргая. Как ему удалось подобраться незамеченным? Я же только что смотрела в окно и не видела его.

– Выходи, принцесса, – говорит он глубоким низким голосом и протягивает мне руку.

Это первая наша встреча после помолвки. Пару недель назад отец летал сюда, в южную столицу, вместе со Стефано. Нас с мамой и Ванессой они тогда не взяли.

Романо совершенно не изменился за это время – по-прежнему мрачный, пугающе страшный со шрамом на лице. И с такими же равнодушными глазами цвета черного кофе.

Разве что сегодня на нем белая рубашка. В остальном он все такой же.

Медленно вкладываю свою ладонь в его. Приходится постараться, чтобы выйти из машины грациозно и при этом не испортить платье.

Зачем-то отмечаю, что Чезаре встретил меня, тогда как Рико вышел из дома на правах хозяина, когда мы уже стояли и ждали его.

Казалось бы, мелочь, но…

Когда я, наконец, справляюсь со шлейфом, к нам подбегает Ванесса, которая была невообразимо горда тем, что сможет помогать мне с платьем. Отец и Стефано с Андреа подходят и обмениваются с Чезаре лишь едва заметными кивками. Почему-то мне кажется, что они сегодня уже виделись.

– Гости все собрались, – говорит мой жених. Находит взглядом своего брата и кивает тому. Тот молчаливо кивает в ответ и направляется к входу в церковь.

– Тогда не стоит затягивать, – соглашается Стефано.

Романо оставляет меня на попечение отца и сопровождает остальных к церкви. Мы же идем вслед за ними чуть поодаль.

В этот раз отец не торопится, даже словно специально притормаживает. Непонимающе смотрю на него, а поймав взгляд, понимаю – это не просто так.

– Сандра, этот брак крайне важен для перемирия. Однако ты должна помнить о долге перед своей семьей.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты будешь жить в доме Романо, будешь иметь доступ к мужу в любое время суток. А значит, можешь узнавать что-то полезное для Unita Forza.

Мне не верится, что я слышу подобное. Он что, всерьез рассчитывает, что я стану шпионить за Чезаре? После всего, что я видела?

– Пап, это…

– Это твой долг, Сандра. Помни о цене, которую платим мы все за ту жизнь, что у нас есть.

– А если я откажусь? – тихо спрашиваю, собрав всю смелость, что у меня есть, и подняв взгляд на отца, который только что фактически загнал меня в угол. – Если я не стану? Тогда что?

11 Сандра

От опасной темы меня спасает Оскар, который резко открывает дверь, словно стоял за ней, и выходит на крыльцо. Выразительно смотрит на нас, и я тут же чувствую раздражение отца. Странно, но за все эти встречи я ни разу не слышала, чтобы брат Чезаре разговаривал. Однако ему каждый раз удается одним только взглядом решить все вопросы.

– Мы уже идем, – ворчит отец, заводя меня в церковь. Но все же успевает посмотреть на меня так, что дает понять – разговор не окончен. И отрицательного ответа он не примет.

В этот раз играет другая музыка, не менее торжественная. Странное чувство дежавю, которое вполне объяснимо в моей ситуации, не покидает меня. Впереди я вижу Чезаре, стоящего возле алтаря. Он выглядит настолько уверенно и основательно, что я бы и хотела, но не могу отвести от него взгляда.

Если сравнить его и Рико, то это как небо и земля. Обоих мужчин я боялась, но по-разному. Впрочем, каждому из них жестокости не занимать. Так что вряд ли с Чезаре моя жизнь будет счастливее, чем была бы с его покойным сводным братом.

Перед тем, как передать меня в руки жениха, отец крепче, чем стоило бы, сжимает мою ладонь, очевидно, напоминает своих словах. А у меня душа в пятки уходит от мысли о необходимости шпионить за будущим мужем.

Вставая рядом с Чезаре, я не могу не сравнивать этот момент с тем днем, когда он ворвался на свадьбу с Рико. В отличие от меня Романо совершенно не нервничает, спокойно слушает речь священника, я же нахожусь в каком-то ступоре.

Мне не верится, что в этот раз все случится по-настоящему. Понимаю, что теперь некому нарушить церемонию – я же заметила, сколько охраны здесь. И все же волнение душит, мешая полноценно вдохнуть.

Мое состояние ухудшается настолько, что я едва не упускаю момент, когда должна ответить согласием.

Мне кажется, что Чезаре без труда считывает мое состояние, даже чудится насмешка в его непроницаемом взгляде, хотя, скорее всего, это просто мои страхи дорисовывают всякое.

Момент, когда мы надеваем кольца друг другу, отпечатывается в моей памяти навсегда.

Я и до этого была несвободна, но теперь на мне целых два клейма – два кольца, которые до конца моих дней повязали меня с Чезаре Романо.

Отныне – он моя семья. И если я предам его, то умру. Предателей не прощают – нерушимое правило мафии.

Священник объявляет нас мужем и женой, и Чезаре оказывается ко мне слишком близко, чтобы я могла уклониться от его поцелуя.

Замираю в его руках, пораженная тем, что все это происходит по-настоящему. Столько я мысленно готовилась, но в итоге теряюсь, чувствуя, как тону в моменте. Однако мой теперь уже муж не торопится устраивать откровенное шоу – лишь аккуратно прижимается губами к моим и почти сразу отстраняется.

Темный, полный чего-то мрачного взгляд – вот и все, что я успеваю поймать.

Нас поздравляют гости и родственники. Я лишь растерянно перевожу взгляд по сторонам, ища Аделину. Та снова бледная и взволнованная. Я бы очень хотела бросить все и рвануть к ней, но правила приличия не позволяют подобное – сегодня мы с Чезаре в центре внимания. И я не могу просто так оставить мужа в момент, когда к нам по очереди подходят гости.

Когда с вереницей дежурных поздравлений, наконец, закончено, церковь пустеет, и мы с мужем выходим едва ли не последними. До ресторана мы едем в одной машине. С нами – только Оскар. Снова молчаливый и замкнутый.

Впрочем, Чезаре тоже выглядит хмурым и задумчивым. Словно что-то пошло не по плану. Но я, конечно же, не рискую задавать вопросы, хотя те его слова про условия до сих пор не дают мне покоя.

Что он имел в виду? Вряд ли что-то хорошее. От такого жестокого и циничного мужчины не стоит ждать снисхождения.

Под празднование отведен большой банкетный зал, украшенный белыми и нежно-голубыми цветами.

В этот раз мама даже не пыталась со мной обсуждать какие-то детали предстоящего торжества. Поэтому в первый момент я замираю, зачарованно оглядываясь по сторонам.

Даже на мгновение забываю, зачем я тут. Правда, в реальность я возвращаюсь довольно быстро – едва моей руки касается муж.

Наш с Чезаре стол стоит отдельно, тогда как для гостей накрыто несколько объединенных между собой столов.

Кажется, мой муж не особенно обращает на меня внимание – постоянно обменивается скупыми взглядами с Оскаром и еще парой своих людей. Аделина, которую не без труда нахожу среди гостей, сидит рядом с братом и моей матерью. Ванессу же посадили за стол с другими детьми.

Только сейчас я вдруг понимаю, что на свадьбе с Рико не было ни одного ребенка. Могло ли это быть просто совпадением?

Из-за слишком сильного волнения я не могу есть. С одной стороны, очень хочу, чтобы этот праздник закончился как можно скорее, но с другой, понимаю, что это означает – мы с Чезаре останемся вдвоем в его спальне.

И вот от этого у меня просто мороз по коже.

После очередной смены блюд наступает время танца молодоженов. Чезаре встает из-за стола и вопросительно смотрит на меня. У меня дрожат ноги, а дыхание перехватывает. Муж обходит стол и, подав руку, помогает мне спуститься с небольшого возвышения, на котором стоит наш стол.

Рядом с Чезаре я чувствую себя совсем маленькой. Под медленную и очень красивую музыку муж берет меня за руку, кладет вторую мне на талию и уверенно ведет в танце. Я не могу набраться смелости и посмотреть ему в глаза. Так и разглядываю пуговицы на его идеально белоснежной рубашке.

От мысли, что в спальне он разденется, и я увижу мужа обнаженным, меня бросает в холод.

– Ты побледнела, принцесса, – раздается у меня над ухом.

Вздрагиваю и невольно поднимаю взгляд вверх. Романо пристально смотрит на меня – но сейчас в его глазах мне чудится отблеск интереса. Или, может, мне просто хочется, чтобы это было так? Чтобы муж не оказался абсолютно холодным и безразличным и в семейной жизни.

Смогу ли я в таком случае привыкнуть к этому?

– Все хорошо, – торопливо заверяю его, замечая краем глаза, как за нами наблюдает мой отец, а вместе с ним и Стефано.

– Уверена? Ты всегда можешь сказать, если что-то не так.

– Правда? – вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать о том, разумно ли дразнить зверя.

– Ты моя жена, Сандра. Конечно, если что-то причиняет тебе дискомфорт, ты должна сообщить об этом.

Его слова будто выбивают почву у меня из-под ног. Не верится, что этот жестокий убийца вдруг решил стать добрым и заботливым. С чего бы? Для него наш брак – просто выгодный договор. Не более.

– Все хорошо, – с трудом улыбаюсь, чтобы не продолжать эту опасную тему.

Рядом с Чезаре я ощущаю себя не только маленькой, но и уязвимой. Он мужчина, и он сильнее. И даже если сегодня вечером я откажусь от близости, он будет в праве взять свое силой.

Музыка смолкает, но лишь на миг. Играет новая мелодия, и теперь на танцпол выходят другие пары. Вижу, как отец приглашать мою маму. Аделину же выводит из-за стола Марко. Судя по выражению ее лица, она в ужасе, но покорно следует за Лучано. Мое сердце сжимается от сочувствия сестре, но я понимаю, что у нее, как и у меня, нет и не будет выбора.

Между тем Андреа уже танцует с сестрой Марко – Беллой. Она на два года младше меня, и насколько я слышала, она в детстве попала в плен к каким-то головорезам и с тех пор не разговаривает.

– Ты смотришь куда угодно, только не на своего мужа, – вдруг произносит Чезаре. – Так сильно боишься меня?

В его голосе нет упрека, но мне он чудится.

– Ты сказал, что я не должна бояться, – напоминаю его же слова.

– Не должна, – соглашается он. – И все же ты дрожишь, принцесса.

Больше мы не говорим друг другу ни слова. Когда музыка снова меняется, к нашей паре подходит Стефано. Судя по тому, как недовольство мелькает на лице моего мужа, тот не хочет меня отпускать, но в итоге все же отдает дань традициям. И следующие полчаса я танцую с разными партнерами. Но при этом постоянно чувствую пристальное внимание мужа. Несколько раз, не удержавшись, оборачиваюсь и натыкаюсь на его темный внимательный взгляд.

Он, словно хищник, сидит в засаде и караулит меня.

От этого сравнения у меня снова мурашки по коже, но именно так я себя и чувствую. Когда у меня уже начинают болеть ноги, муж забирает меня у Андреа, который за весь танец не проронил ни слова, и ведет за стол.

Мама обещала, что эти туфли будут идеально удобными, но, кажется, она ошиблась. Я вообще не большая любительница каблуков – мне куда больше по душе кеды и балетки. Правда, так я рядом с Чезаре буду смотреться совсем маленькой.

– Ты устала, – говорит муж спустя пару минут. Гости веселятся, и судя по тому, что я вижу, многие из них уже изрядно напились. До драк, конечно, не дошло, но мой отец уже о чем-то довольно яростно спорит с Марко, который снисходительно смотрит на него, чем, похоже, бесит еще сильнее.

В этом весь мой отец.

– Нет, я вполне еще…

– Ты устала, принцесса, – бескомпромиссным тоном заявляет муж. Поднимается из-за стола и протягивает мне руку.

Нервно сглатываю, понимая, к чему все идет. Вкладываю свою ладонь в его и поднимаюсь следом, натягивая при этом вежливую улыбку на лицо. За весь праздник никто не рискнул крикнуть “ура молодоженам”, как это бывает на свадьбах, чтобы потребовать у тех поцеловаться. Но теперь мне деваться уже некуда – Чезаре ведет меня к выходу. Вслед нам раздаются аплодисменты, пара парней даже свистят и улюлюкают, правда, практически тут же замолкают.

Оглянувшись, я замечаю, что к ним подходит Оскар и как-то так ловко решает этот вопрос, что никакого балагана по поводу того, что мы с мужем уходим в спальню, не происходит.

Я понимаю, что это неизбежно, и все равно боюсь.

Боюсь, что мне будет больно, что я не смогу вынести холод мужчины, который теперь по всем законам – моя семья. Наш отец никогда не баловал нас с Ванессой своим вниманием. Но по сравнению с ним Чезаре для меня совершенно непонятный и чужой мужчина. Тот, кто, не раздумывая, застрелил моего жениха у алтаря.

Мы поднимаемся на лифте на последний этаж. Каждый новый вдох дается все труднее по мере того, как сменяют друг друга цифры на табло. Чезаре не смотрит на меня, но я каждой клеточкой ощущаю его внимание.

Опасный. Жестокий. Непредсказуемый.

Двери лифта раскрываются, и я выхожу. Здесь совершенно иная обстановка – дверей на этаже всего две. Чезаре подходит к той, что слева, и открывает ее ключ-картой.

Он не произносит ни слова, но я считываю его молчаливое приглашение и покорно иду навстречу своей судьбе.

Муж заходит вслед за мной. Щелкает замок, и мы остаемся совершенно одни.

У меня нет выбора.

Мне некуда бежать.

Сегодня я стану женой Чезаре Романо в полном смысле.

12 Сандра

Номер и правда шикарен – огромная гостиная, явно дорого обставленная, дальше – двустворчатые двери, которые сейчас открыты, и я вижу край кровати, которая усыпана лепестками роз.

Все здесь кричит о том, что это номер для новобрачных.

Чезаре так и стоит позади меня, нервируя еще сильнее.

Медленно прохожу вглубь гостиной, рассеянно оглядываясь по сторонам. Я не знаю, как правильно себя вести. Все, что мне сказала вчера мама по поводу первой брачной ночи – доверься мужу и потерпи. Он сделает все, как надо.

А я не хочу терпеть. Не хочу ложиться в постель с мужчиной и отдавать свою девственность тому, кто для меня совершенно чужой.

В детстве я мечтала, что выберу мужа по любви. Что это будет достойный отважный мужчина, который будет защищать меня, и которого я полюблю всем сердцем.

Но все мои мечты разбились. Способен ли такой человек как Чезаре кого-то полюбить? Или, может быть, у него нет сердца?

– Смелее, – раздается голос мужа.

Я понимаю, что мне не сбежать и не уклониться от того, что должно случиться, но сделать шаг в сторону спальни просто не могу. Чезаре между тем, наконец, обходит меня, медленно снимает пиджак и скидывает на один из диванов, стоящих у стены. На столике у окна помимо ведерка с шампанским стоит еще и бутылка с виски. Романо подходит к нему и, взяв ту, неторопливо наливает себе в один из бокалов. А затем поворачивается ко мне и медленно выпивает.

Естественно, у мужа оружие. Учитывая, что он устроил на прошлой свадьбе, понятно, почему он с ним не расстается. И все же я испытываю от этого горечь – такая вот реальность моей жизни. Когда даже в такой важный день, как свадьба, Чезаре не может оставить пистолеты в стороне.

Поняв, что я слишком откровенно пялюсь, отворачиваюсь, чувствуя, как меня бросает в жар.

Ноги все сильнее болят от туфель, но я боюсь их снимать. Боюсь, что это спровоцирует мужа на более решительные действия. Знаю, что этого не избежать, и все равно малодушно оттягиваю время.

Вероятно, чувствует это и Чезаре. Слышу, как он ставит стакан обратно на столик, подходит ко мне и, обойдя, вновь становится у меня за спиной.

– Тебе не следует меня бояться, Сандра. Теперь ты моя жена, и я не обижу тебя.

У меня вырывается нервный смешок. Изо всех сил вцепляюсь ногтями в ладонь, чтобы не сделать ничего, что может привести мужа в бешенство.

Я все еще помню, каким он может быть в ярости.

Легкое прикосновение к плечам отдается холодной волной по телу. Крупно вздрагиваю, не сумев скрыть свою реакцию.

Чезаре мягко подталкивает меня к спальне, и я на ватных ногах следую его приказу. С каждым шагом моему взгляду открывается все больше убранства – шикарная огромная кровать с балдахином, застеленная покрывалом цвета слоновой кости. Алые лепестки роз разбросаны в красивом беспорядке. На небольшом столике у окна в вазе стоит шикарный бело-красный букет из цветов, которых я ни разу и не видела.

Все кричит о том, что здесь должны провести ночь влюбленные молодожены.

Но не мы…

Останавливаюсь посреди комнаты, не сумев приблизиться к постели. Муж снова позади меня, опять проводит пальцами по моим плечам, а затем тихо произносит:

– Не дергайся, принцесса.