В плену его страсти

– 10 Алика -

– Пришла в себя? – спрашивает Камиль довольно резко.

– Ага…

Мужчина отстраняется и убирает от меня руки, а кожу так и покалывает в тех местах, где он держал меня. Опускаю взгляд, ойкаю и тут же натягиваю на себя одеяло до подбородка. Вот дура-то! Я же спать легла в коротком топе, уверенная, что ко мне в комнату никто не зайдет. Ведь я же заперла ее…

– Вы как здесь оказались? – взвизгиваю, поняв, что дверь почему-то незапертая.

Тагаев выразительно приподнимает бровь. Выглядываю из-за него и вижу, что дверь фактически вынесена. А я даже не проснулась?!

– Ты кричала, – весомо роняет Камиль.

– П-простите…

Он, наконец, поднимается с постели, снисходительно смотрит, как я кутаюсь в одеяло, пытаясь прикрыться, и всем своим видом демонстрирует, насколько ему это неинтересно. Что ж, это и хорошо. Мужской интерес от него мне совсем ни к чему.

– Если будешь вопить по ночам, отправишься…

– … в лес? – ляпаю до того, как успеваю хоть немножко подумать. Тут же испуганно замираю.

– Я хотел сказать, восвояси, но такой вариант тоже подходит, – холодно произносит Тагаев. – Я, кажется, ясно дал понять, что не хочу лишний раз тебя видеть или слышать. Так что…

– Это не повторится! – торопливо заявляю. – Просто тяжелый день. Вы меня напугали и… – судя по выражению лица мужчины, ему плевать на мои проблемы. Что ж, в очередной раз убеждаюсь, что Василий был прав, предупреждая про характер босса. Но ради безопасности и возможности заработать себе на будущее, стоит потерпеть. Бывают условия и похуже.

– Я поняла. Правда.

Камиль удовлетворенно кивает и выходит, прикрыв за собой дверь. Естественно, ни о каком замке уже речи не идет.

Остается надеяться на порядочность мужчины. Впрочем, она-то, похоже, у него имеется. В отличие от адекватного характера.

Переворачиваюсь и морщусь от тянущей боли внизу живота. Неужели…

Судорожно подсчитываю даты – да ну рано еще! Но вместе с этим понимаю, что, собираясь второпях, я упустила важный такой момент – не взяла с собой соответствующие средства гигиены. И хотя до месячных еще должно быть прилично, тянущая боль говорит о том, что затягивать с этим вопросом не стоит.

Вот только как быть? Садясь в машину, я не предполагала, что окажусь в такой глухомани. Была уверена, что не возникнет проблем с тем, чтобы дойти до аптеки и купить все необходимое.

А теперь?

Теперь выходит, что придется как-то добираться до города. Самой? Стоит вспомнить мой путь сюда, и меня тут же озноб пробирает. По идее Камиль должен ездить в город за продуктами. Это хороший вариант. Но, может быть, их ему доставляют, и в таком случае…

Застонав в голос, откидываюсь на подушку. Это мне придется к нему идти и просить купить… Стыд-то какой! Учитывая то, как он ко мне относится, после этого, вполне вероятно, моя работа закончится, не успев толком начаться.

Уснуть получается только под утро, и к счастью, без новых кошмаров. Однако настроение с утра так себе. Поэтому не особенно выдумываю завтрак – стандартный омлет с тостами и кофе. Камиль тоже всячески делает вид, что вчера ничего не случилось, и что нам нет причины вообще контактировать. Возможно, предложи я ему просто оставлять еду, он и на это согласится, лишь бы не видеть друг друга. Удивительный человек, конечно.

И я бы, пожалуй, не стала начинать разговор, если бы не необходимость.

– А как вы закупаете продукты? – захожу издалека, когда Тагаев уже поел. По идее, сытый мужчина – добрый мужчина.

– Тебя что-то не устраивает по качеству?

– Нет, дело не в этом, – краснею под его пристальным взглядом. Господи, как же стыдно-то. – Просто хотела уточнить – вы же ездите за продуктами город. Можно мне тоже?

– Съездить в город?

– Ну да.

– Где калитка, ты знаешь. Советую вещи тоже сразу прихватить.

Он уже разворачивается к двери, а я понимаю, что плевать этому мужлану на мои проблемы! Все же Василий явно недооценил ужасный характер своего босса. Черствый чурбан!

– Но так же нельзя! – возмущаюсь. – Я же не пленница!

Мужчина медленно оборачивается.

– Разве я тебя держу здесь насильно? Ты, кажется, сама упрашивала остаться, – насмешливо фыркает он.

– Да, но это не значит, что мне не может понадобиться что-то из вещей.

– Каких еще вещей? – начинает раздражаться Камиль. – Половые тряпки не того цвета, или что? Ты же работать сюда приехала, или, может, решила, что надо шмотки повызывающей носить, но сразу не захватила?

– Да вы… вы… – едва не задыхаюсь от возмущения.

– Что “вы”? – передразнивает он меня. – Правда думаешь, что твои прелести могут заинтересовать меня?

– Знаете что? А вот оскорблять меня не надо! – выпаливаю. – Я вам в любовницы не набиваюсь! Более того – даже если бы предложили, отказалась бы! Вы черствый и циничный! Это нормально, что девушке могут понадобиться прокладки раз в месяц, а в вашей этой глухомани ни одного магазина поблизости!

Замолкаю, и до меня доходит, ЧТО я только что наговорила ему, и каким тоном. Камиль хмурится, сдвигает брови и молчит. А я краснею. Да, еще сильнее краснею, потому что в запале ляпнула про прокладки, хотя ведь придумывала специально обтекаемые фразы.

Дурочка. Ну, точно сейчас выкинет из дома, и плакала моя работа…

– Не отказалась бы, поверь, – вдруг криво ухмыляется этот упырь и уходит. Просто уходит, оставив за собой последнее слово.

Я ошалело смотрю ему вслед. С одной стороны, это его заявление, конечно, так и подстрекает возразить. Но с другой – он же не выгнал меня из-за моего наглого выступления. Значит, не все так уж плохо.

Наверное…

Так как вчера я наготовила от души, сегодня мне особо нечем заняться. Кое-что прибираю по мелочам. На второй этаж даже не рискую соваться. Гуляю по территории – красиво тут, конечно. И тихо. Так безумно тихо, что иногда мне кажется, я начинаю глохнуть.

По негласному договору я просто разогреваю обед и ужин примерно в то же время, что и до этого, и ухожу. А затем после ем сама. Так что с Камилем мы не пересекаемся. То есть я, конечно, периодически слышу его шаги, или как скрипнет дверь в коридоре. Но не более.

Зато на другой день раздается настойчивый стук в дверь, которая, кстати, так и осталась без замка. И когда открываю, вижу Тагаева с пакетом в руках. Он молча протягивает тот мне, а я на автомате забираю.

– Что это?

– Надеюсь, этого хватит, – бросает он хмуро и удаляется в свою спальню. Растерянно провожаю его взглядом, а затем закрываю дверь и озадаченно смотрю на пакет.

Подозрения, конечно, есть, но…

Но как?

А когда набираюсь смелости и распаковываю передачу, я даже не знаю, то ли плакать, то ли смеяться. Потому что у меня ощущение, что Камиль просто беспорядочно забирал с полок все предметы женской гигиены, которые видел. Подряд. Не разбираясь ни в марке, ни в размерах.

И это вызывает неконтролируемый нервный смех. Потому что я хоть и не знаю, как и когда он успел съездить в магазин, но почему-то очень ярко представляю, как этот хмурый, пугающий мужчина бродит в отделе с прокладками и сгребает те в тележку.

Если бы я только знала, что всем этим богатством воспользоваться я так и не смогу, не веселилась бы…

– 11 Камиль -

– Что-то случилось ? – совершенно спокойно интересуется Вася, когда все же набираю этому негоднику.

– Думаешь, случилось? – равнодушно отбиваю его вроде как удивление, наблюдая в окно за своей внезапной горничной. Она так искренне радуется простому снегу, что я ей даже немного завидую.

– Ну, ты сам не звонил первым обычно.

– Так ведь обычно и ты слушал мои приказы. А тут смотри-ка, самоуправством занялся…

Вася шумно сопит в трубку, но молчит. Знает, что продолбался. Брагин со мной давно, и я ему в большей степени доверяю. Однако всегда есть “но”… И вот это “но” сейчас кружится во дворе, ловит снежинки и довольно хихикает.

– Ну, накажи меня, – предлагает помощник. – Да только ты там у себя в лесу совсем скоро одичаешь, – добавляет уже более эмоционально.

– А ты никак соскучился, Вася? Или работы нет совсем?

– Да о чем ты, Камиль? – чувствую, что злится мужик. – Я, что, плохо выполняю свои обязанности?

– Раньше я таким вопросом не задавался. До того вечера, как у девчонки оказался ключ-карта на проход и глушилка для сигнализации. Пояснишь? Или мне самому варианты накидать?

Молчание затягивается, но облегчать участь подчиненному не собираюсь. Он знает про мои требования и про то, как я веду дела. Знает, и все равно накосячил. Походу осознанно.

– Решил тебе жизнь облегчить. Пусть поубирается у тебя там, жрать будет готовить. Тем более что у нее и так жизнь не сахар. А так хоть выдохнет немного.

– Ты что, в бюро добрых дел заделался? Какого хера, Вася? Я сюда зачем уехал? Чтобы ты мне баб подсовывал?

– А она не баба, – вдруг вскидывается Брагин. – Девчонка молодая. Тебе, что, бабла жалко помочь ей? Работящая, нормальная девка. Жопой не крутит, руки при деле. Или тебе полуфабрикаты больше по душе? Скажи еще, что готовит она дерьмово.

Ну, тут, конечно, возразить нечего. Девочка и впрямь готовит вкусно. Я уже и забыл, когда в последний раз так ел. В последнее время было наплевать на это. Не для того я сюда свалил, чтобы ресторанные блюда заказывать.

– Откуда у тебя протеже нарисовалась? Да еще и такая… приметная.

Особенность глаз девчонки до сих пор занозой сидит в башке. Гребаная гетерохромия, которая однажды уже была в моей жизни.

И вот главный вопрос – знал ли про это Василий? По идее не должен был. События тех дней не просто вычеркнуты – уничтожены. Так что это – просто совпадение, или же что-то большее?

– Да вот, появилась. Ну, хочешь, я тебе досье на нее полное предоставлю?

– То есть оно уже есть, – усмехаюсь.

– А как иначе? Я же не идиот – отправлять тебе кого-то левого, – обидчиво фыркает Брагин.

Я раздумываю не больше минуты. Проще всего согласиться. Получить досье с момента рождения и успокоиться. Но вместе с тем пропадет и азарт, который в последние два дня помогает дышать. Впервые боль притупляется настолько, что я хотя бы несколько часов могу поспать.

– Так что? Привозить?

– Если понадобится, дам знать, – скупо отвечаю. В этот момент девчонка смешно плюхается в сугроб, выглядит при этом так, что внутри зудит невнятное что-то. Резко отворачиваюсь и ухожу вглубь спальни.

– Ну, как знаешь. Только это… – Вася мнется, и я уже предчувствую очередную проблему. – Ты не лютуй с ней особо, ладно?

– Ты мне правила общения с нанятым персоналом решил прочитать? – удивляюсь его наглости.

– Нет, но… Николай сказал про его последние закупки и… В общем, я тебя знаю, Камиль, не первый год.

– Вот именно, – осаживаю его. – Полагаешь, я должен выплясывать вокруг девчонки?

– Нет, но когда Коля сказал, что ты приказал среди ночи скупить полмагазина женских средств, даже я прифигел.

– Мне, по-твоему, надо было дождаться, пока она тут кровью истекать будет?

– Нет, конечно, – посмеивается нахал. – Но судя по тому, как она поблагодарила меня за аванс и намекнула, что я недооценил твой характер, ты лютуешь.

Черт, ну, это вообще уже зашквар. То есть эта мелкая дрянь еще и жалуется на меня? Серьезно?

– В общем, дай девочке спокойно работать. И тебе хорошо – в доме порядок, жратва есть, и ей тоже.

– Что-то уж больно ты за нее переживаешь, Вася.

– Да не за нее, – вздыхает он. – Ладно, мне бежать надо. Я Алике, если что, сказал, чтобы связываться по спутниковому телефону. Сам знаешь, связь у вас не ловит, а если вдруг что – обратится к тебе.

И все. Гудки короткие.

Пиздец. Пару минут стою и тупо осознаю, что походу где-то я просчитался, раз мой собственный помощник уже ни черта меня ни во что не ставит, если позволяет себе подобное.

Мыслями возвращаюсь к Алике. Занятная девочка. Бесит своим этим норовом, хотя трясется вся, но нет-нет да как выскажется, что рука так и чешется отшлепать нахалку.

Еще и интерес этот Васин. Неспроста это. Но раз уж делать тут все равно нечего, то пусть остаётся. Будет за кем понаблюдать и подумать в перерывах между…

Бросаю взгляд на дверь комнаты, в которой провожу большую часть своего времени.

Когда увидел девчонку рядом с ней, едва сдержался, чтобы не вышвырнуть. Не хватало еще, чтобы разнюхала. Ведь тогда живой ей уже точно не уйти.

Стоит только мыслям свернуть в эту сторону, как за грудиной снова скребет.

Когда? Когда, сука, эта боль остынет? Когда я перестану подыхать от того, что не предусмотрел, не уберег, не просчитал?

Когда смогу снова закрывать глаза и не видеть тот день?

И смогу ли вообще?

Шумно выдыхаю и делаю шаг к комнате, где мой крест, который нести до самого последнего дня. Феликс был прав – таким, как мы, нельзя иметь слабое место, нельзя заводить привязанностей. Я нарушил это правило, и теперь буду расплачиваться всю жизнь.

Щелчок замка – раньше не было необходимости запирать дверь, но теперь в доме появилась неугомонная заноза. Приглушенный свет плавно загорается, освещая комнату, а я вижу уже привычную картину.

Я отдал бы все, что есть, лишь бы случилось чудо.

Лишь бы хоть что-то изменилось.

Лишь бы появилось пусть даже маленькое, но улучшение.

Снова щелчок замка в двери.

Ну, здравствуй…

– 12 Алика -

Несколько дней проходят спокойно. У нас с Камилем будто негласное перемирие. Я готовлю к уже привычному времени, мужчина приходит и, сдержанно поблагодарив после, уходит.

Все.

Идеальное сосуществование. Кроме того мобильная связь нет-нет да пробивается, так что мне удается немного пообщаться с Марианной, которая интересуется моими делами и заверяет, что если что – она свяжется с Василием.

Пакет, который принес Камиль, так и стоит нетронутый. Живот периодически потягивает, но не совсем привычно. Как правило, ощущения эти довольно быстро проходят. Так что можно было бы и не требовать так срочно запас гигиенических средств. Но что уж теперь – не возвращать же обратно.

Убрав после завтрака помытую посуду и приведя все в порядок, выхожу в коридор и торможу, испуганно глядя на Камиля. Потому что он стоит одетый, а в руках у него ружье. То самое.

– Вы куда? – тихо спрашиваю.

– А что, тоже хочешь прогуляться? – вдруг скалится он. И смотрит так, с прищуром, оценивающе.

– Не хочу, – тут же мотаю головой.

– Уверена? Ты вроде регулярно по территории шастаешь.

Вот тут мне становится не по себе. Я-то была уверена, что Тагаев меня не замечает, а оказывается, он в курсе того, как я провожу время… Нет, я от работы не отлыниваю и все, что нужно, выполняю в полной мере. Просто тут ее не так много – сорить и пакостить некому.

– А ружье зачем? – севшим голосом спрашиваю, вспоминая, как испугалась, впервые увидев хозяина дома.

– Так на охоту с ружьем ходят, – ухмыляется мужчина.

– На охоту? В лес?

– Ну, не в магазин же.

Его ответы сбивают с толку, и, похоже, самого Камиля моя реакция забавляет, что начинает раздражать и злить.

– То есть вы будете убивать бедных животных! – возмущаюсь его заявлением.

– А ты что, с утра вдруг стала вегетарианкой? Или забыла, что отлично уплетаешь этих самых животных?

Чувствую себя такой идиоткой, что хочется сквозь землю провалиться. Ведь справедливо же. Просто… Это как-то не так. Не задумываешься об этом, когда кусок мяса покупаешь в магазине и потом готовишь. А тут…

– Или, может, решила и на это пожаловаться Василию? – добавляет Тагаев. Взгляд его неуловимо меняется. Конечно, я понимаю, о чем речь. Но ведь я не жаловалась! Просто Василия спросил, как у меня дела, ну и я не удержалась, сказала, что про характер нанимателя моего он явно приукрасил.

– Извините, я пойду, мне еще уборку надо сделать, – бормочу и бочком двигаюсь к лестнице.

В общем, да, сбегаю. Но, к счастью, Камилю неинтересно меня преследовать, так что отделываюсь малой кровью.

Я никогда не была на охоте и не представляю, как это все происходит. Но как-то мне не по себе от мысли, что Тагаев будет стрелять, а потом… Кстати, что потом? Принесет домой? И еще вопрос – на кого охотится? Это, выходит, в лесу водятся хищники?

Воспользовавшись отсутствием Камиля, быстро навожу порядок в его спальне, кошусь в сторону запретной комнаты. Конечно, любопытно, что там такое. Но все же не решаюсь зайти проверить. Вместо этого проверяю мобильный, и – о чудо – сегодня сеть показывает почти две палочки, и мне даже приходит пара СМС от Марианны.

Я долго-долго смотрю, гипнотизирую экран в надежде, что, может, мама тоже что-то писала, или хотя бы звонила, и сейчас я получу отчет об этом.

Но снова ничего. Боль от этого уже притупляется, но надежда все равно живет во мне.

Сообщения от подруг одноклассниц даже не читаю – все равно ответить им нечего.

Но поговорить хоть с кем-то все же хочется, поэтому звоню Марианне.

– Алика, рада слышать! – отзывается та. – Связь появилась?

– Да вот сегодня повезло. Как у вас дела?

– Все в порядке. Нашла тебе замену. Дурная, конечно, девка, но справляется.

Улыбаюсь на ее слова.

– У тебя все в порядке? Возвращаться не надумала?

– Нет пока.

– Не надо, – вдруг заявляет она. – Вчера вечером снова заходил старый тип, искал тебя – фото показывал. Утверждал, что знает, что тебя здесь видели.

В груди холодеет. Я же понимаю, кто это устроил.

– Вы ему рассказали? – задушенно спрашиваю.

– Рассказала, что ты работала, а потом уехала. Так что мой тебе совет, рыбка – не возвращайся пока в город. Этот твой отчим, похоже, совсем с катушек съехал.

– Спасибо вам! – горячо произношу. – Огромное! И за то, что Василию порекомендовали! И вообще!

– Не за что. Ты не пропадай – пиши хоть иногда.

Когда начинает смеркаться, замечаю в окно, как отворяется калитка, и на территорию заходит хозяин дома. В руках у него какая-то тушка.

Ружье висит за спиной, а сам он идет расслабленный. Пока я пытаюсь разглядеть, кого же он там подстрелил, вдруг слышу довольно громкий сигнал. Вздрагиваю и растерянно оглядываюсь.

Снова смотрю в окно и вижу, как Камиль уже стоит лицом к калитке, которая открыта, а рядом с ней незнакомец. В длинном темном пальто. С небольшой сумкой в руках.

Я уже жду, что сейчас начнется драка, или Камиль вскинет свое ружье, но вместо этого он подходит к гостю и пожимает ему руку. После чего оборачивается и смотрит четко на меня… Так, словно речь сейчас идет обо мне.

– 13 Камиль -

Девчонка все чаще вместо раздражения вызывает странное умиротворение. Стоит увидеть или услышать ее где-то в доме, как внутри отпускает что-то, что до скрипа натягивает нервы.

Я сознательно выбрал одиночество. Сознательно уехал сюда. Мне не нужен был никто, чтобы разобраться с тем, что внутри, пережить боль, которая сводит с ума.

Но впервые самодеятельность помощника оказывается в плюс. Впервые я готов признать, что он не зря ослушался меня.

Ее реакция забавляет. Такая живая, искренняя. Такого в моей жизни давно уже нет. И не будет. Не тот статус.

Когда достигаешь вершины, это накладывает определенные ограничения. Только недалекий человек может думать, что власть и деньги делают тебя свободным. Наоборот. Они вяжут тебя по рукам и ногам обязательствами и условностями, которым ты вынужден следовать.

Охота стала моим вынужденным хобби. Это отец любил это дело. Когда-то учил и меня, и брата, пока мы пацанами были. И вот здесь, в этой глухомани я впервые за долгое время взялся за охотничье ружье.

Просто чтобы не уехать кукухой окончательно. Дичи тут особо не водится. Так, зайцы только если. И то раз на раз не приходится. Но сам процесс помогает выдохнуть и, возможно, если повезет, то хотя бы одну ночь поспать.

Сегодня удачный день – домой возвращаюсь с тушкой зайца. Вообще настроения стрелять не было, но ради того, чтобы увидеть реакцию девчонки, хожу до победного. Уже предвкушаю, как дам ей добычу, чтобы взяла в работу.

Отец бы сказал, дурость. И я согласен в чем-то. Ведь сам говорил, что видеть лишний раз не хочу, но тлеющий в груди азарт толкает на мелкую пакость девчонке.

Уже прикидывая, что услышу от своей навязанной горничной, прохожу через калитку, но даже до дома дойти не успеваю, как срабатывает сигнализация.

Пиздец. Это что за херь?!

Резко обернувшись, вижу, как сигнал замка сменяется на зеленый, а у меня рука автоматом ложится на ружье. Вот только гостем оказывается Богдан. Мужик, которого я ожидал увидеть в самую последнюю очередь. Даже готов был Багрова лицезреть или его водителя, но Заславский?

– Вечер добрый, Камиль, – здоровается тот, не торопясь проходить дальше. Здравое решение, если вломился на чужую территорию.

Подхожу ближе, пристально разглядываю незваного визитера.

Когда-то мой хороший знакомый спас шкуру этого волчары. Вытащил с того света, считай. Живучий парень оказался. Я еще тогда понял – Богдан крепкий орешек. На такого не грех сделать ставку. И не прогадал. Все эти годы мы плотно сотрудничали. У него есть нужная хватка и достаточно крепкие яйца, чтобы делать верный выбор, не дрогнув.

Матерый волчара.

И от того его визит сейчас выглядит весьма подозрительно.

– Не буду врать, что рад видеть, – отвечаю на приветствие.