Красная книга магических животных

Глава седьмая

— Простите, — обескураженно сказал он. — Я гоняюсь за ней со дня своей последней экспедиции.

Я его понимала. Сколько я переловила собак и кошек, не желающих, чтобы их спасли, и потому терпела. Но одно дело — терпеть птичку на голове, а другое — собственного немелкого заместителя на себе.

— Слезьте с меня, будьте так добры, — прохрипела я чуть придушено. Дезмонд тотчас вскочил, и вот кто бы другой стал отряхиваться и прихорашиваться, но ему было словно бы все равно. Он только витиеватым жестом подал мне руку, виновато улыбаясь.

— Я вас не ушиб?

Я помотала головой. Не ушиб, но у меня было странное чувство, что чего-то мне не хватает. Маска!

Я необдуманно хлопнула рукой по лицу, и от Дезмонда это, разумеется, не укрылось.

— Что? — встревожился он.

— Да так… — я помялась. — Маска. Кажется, ваша птичка ее утащила.

— Я давно хотел спросить: а зачем вы ее носите? Это мода такая? — он смотрел достаточно добродушно, так что гадость сказать в ответ я не смогла. Язык не повернулся съязвить касательно своих шрамов, поэтому пришлось отвечать серьезно.

Маски… Я даже открыла рот. Потом закрыла. Зачем, казалось бы, да. Ну, нас полтора года приучали их носить, вот перчатки не прижились, зато масочная индустрия развернулась. Но я маску надевала по двум причинам: первая — она отгораживала меня от людей. Мне так было спокойнее. Вторая…

— Привыкла, — коротко объяснила я, и настроение поползло к нулевой отметке. Может быть, потому, что я взглянула на своего заместителя немного иначе. Интересный же мужик. Или парень? Не поймешь, сколько лет, разве что в личное дело залезть. Так что, пока не поздно, отказаться и вернуться? Прочитать бы для начала договор.

Вся спина у меня была мокрая. Но это уже не беспокоило, я отвернулась и помахала рукой неопределенно: куда теперь? И просто тянуло надеть что-то на обожженное лицо.

— Виктория, — позвал Дезмонд. — Я достану вам маску! Обещаю! В крайнем случае, закажу специально для вас. Очень странный предмет одежды, но я был в разных странах и мирах. В Далении, например, все жители старше подросткового возраста полностью закрывают лицо… Традиция.

— У нас тоже разные традиции есть, и лицо скрывают, — ответила я и подумала — сколько все-таки общего. — Но маски это… временное явление. Хотя и глобальное.

Я не удержалась и повернулась к Дезмонду. Он, что-то соображая, хлопал глазами, и до меня вдруг тоже дошло. Наверное, он посчитал, что маска скрывает мои шрамы, вот оно что. Шрамы ведь свежие, он не может не видеть этого!

Я решила все объяснить.

— Это после пожара, — на лицо я не стала указывать, но Дезмонд и так меня понял и почему-то спокойно кивнул. — Ну… я ни о чем не жалею.

— У меня тоже есть шрамы, — он с улыбкой пожал плечами, будто говорил «ну подумаешь». — Куда больше, чем у вас. И я тоже ни о чем не жалею. — Я на него воззрилась с изумлением, потому что он без всякого стеснения продолжал, одновременно вытаскивая из пояса брюк рубашку: — Сейчас сами увидите.

Я жалобно пискнула, выражая протест, но Дезмонд уже демонстрировал мне хорошие следы от чьих-то большущих когтей на животе. И да, шрамы были хоть и длинными, но аккуратными — медицина здесь была на высоте. Шрамы впечатляли.

Как и Дезмонд под рубашкой. М-да… Впрочем, чего я ждала, ведь уже знала, что он не кабинетный работник? Вот это кубики, на редкой обложке любовного романа такие увидишь.

Да-да, в довершение к тому, что он и повыше кубиков очень неплох. И спина хороша… И ниже! Это он что, штаны снять решил?!

— Есть еще на…

— Не надо, — сказала я. — Я вам верю. — И надо было еще что-то срочно сказать, пока я не развернулась и не заявила, что не намерена здесь работать. — Расскажите мне о… сотрудниках… и…

— Сотрудники, — Дезмонд словно что-то вспомнил и принялся сосредоточенно запихивать рубашку обратно. Хорошо, что не расстегнул штаны. — Совсем забыл и мы с вами загулялись. Скоро же собрание, на котором вы познакомитесь с ними со всеми.

Собрание? Великолепно. А я как чушка и без маски. Здравствуйте, меня зовут Вика, я буду вами руководить.

Хотя, может, и к лучшему, с порога всех испугаю, зверское лицо сделаю, и вокруг меня на цыпочках будут ходить. Жаловаться на начальство ни в одном мире не принято, особенно если некуда жаловаться. Выше меня по идее только попечители. Ой, Вика, ты еще документы не подписала, а уже на что-то рассчитываешь! И на кубики лучше не заглядываться!

— Вы мне не ответили, почему не собираетесь в экспедицию, — напомнила я. Пока у меня окончательно не снесло мозги.

Мы стояли друг напротив друга. Грязные, мокрые, хорошо хоть не замерзшие. Солнце через листья приятно грело.

— Думаю, скрывать что-то нет смысла, — вздохнул Дезмонд. — В конце концов, вам работать здесь, и… — Он постоял, посмотрел по сторонам. — Надо бы нам переодеться.

— Угу, — согласилась я, грязной ни на какие встречи идти не стоило. Но то, что он вдруг начал юлить, мне совсем не понравилось. — Есть что-то, что мне стоит узнать до того, как я подпишу договор?

— Вы еще не?.. — удивился Дезмонд.

— Еще нет. И, думаю, так будет честнее. Лучше сразу узнать обо всем и сделать правильный выбор. Предложение мне очень нравится, — я сказала правду, потому что, несмотря на полное непонимание происходящего, я уже подмечала и запоминала, куда идти, как и с чем разобраться, что нужно узнать, с кем познакомиться… Вот только убрать бы последние преграды на пути к этой должности.

Обдумывал Дезмонд мои слова какие-то доли секунды, но я нарисовала себе катастрофу вселенских масштабов.

— У нас… скажем так, нам необходимо как можно скорее провести полную перепись всех животных в заповеднике. Дело в том, что мы в прошлом году сильно расширились, получили новые территории и животных из еще нескольких миров… и произошел небольшой сбой, — сказал Дезмонд, а у меня завертелось на языке «выкрутился». — И пока я этот вопрос не решу, уехать никуда не могу.

Мы потихоньку двигались к домику.

— Так много дел? Пересчитать всех?

— Немало, — кивнул мне Дезмонд и рукой указал, куда идти. — Есть шесть больших секторов, отделенных друг от друга, и один центральный для живых организмов, которым подходит обычный местный климат и растительность, а также павильоны с особой экосистемой. Территория заповедника большая, ограждена от внешнего вмешательства куполом. Единственный вход — там, где мы с вами появились сегодня.

— Официальный? А как же для персонала и других нужд? — уточнила я. Всегда же есть лазейки. Такая большая территория, и как же без, так сказать, входа только для персонала? И без отдельных подъездов для приема груза?

— Работникам они не нужны, станция аэробуса тоже рядом с входом в заповедник. Иначе придется очень долго искать хоть какой-то транспорт, рядом с заповедником городов нет. Как происходит прием кормов и другие хозяйственные вещи, я вам потом расскажу… Или не я. А еще дело в том, что проще всего дойти до любой локации специальными переходами, а они начинаются опять же в главном здании.

— То есть вы хотите облазить все эти шесть с чем-то секторов?

— Не только сектора. Еще проверить склады, функциональные и технические помещения, животных туда, бывает, заносит, жилье для персонала — многие предпочитают оставаться в заповеднике, центральный офис и даже ваше крыло.

— Это сложно, — прикинула я. Но интересно. И правда — задачка отличная. — Мне по идее лазить с вами, да?

— Я бы не рекомендовал, — нахмурился Дезмонд. — Это я не к тому, что я запрещаю. Просто ваша квалификация немного не та. Опыт нужен. Многие животные совершенно дикие — такое условие их содержания. Многие ведут скрытный образ жизни. Это тоже условие их нахождения в заповеднике: полностью приближенное к природному. Даже будь у вас мои навыки, это займет немало времени. Поэтому я отложил любые экспедиции...

— Но можно же что-то придумать? — я тоже нахмурилась и даже в затылке почесала, авось идеи придут. Алгоритм у этого мероприятия должен быть простой, например, ловить и цеплять какой-то маячок на лапу пойманному. Как у нас отслеживали пути миграции птиц или некоторых животных.

— Я буду рад, если вы найдете решение, Виктория, — слегка поклонился мне Дезмонд и напомнил: — И все-таки — договор.

Я молча кивнула, уже немного погрузившись в мысли о переписи здешнего населения. Лес вокруг светлел, становилось больше пространства, Дезмонд вывел нас к лестнице, которая вдруг начиналась у одного из огромных деревьев, похожих на очень широкие дубы, только с более светлой древесиной. Я покосилась через плечо, странно, что Дезмонд не развернулся и не повел меня обратно, мы же должны были вернуться в мои комнаты… Я слегка заволновалась, еще и так некстати вспомнила про исчезнувшего моего предшественника.

— Стойте, — потребовала я. И когда Дезмонд обернулся, спросила: — Почему мы идем не в ту сторону?

— Почему не в ту? — удивился он. — Уж что, а заблудиться в заповеднике, к постройке которого сам же приложил руку и средства, я не могу! Мы сейчас идем в тот самый переход, который нас выведет к центру быстрее, чем если бы мы вернулись обратно…

— Если вы такой всезнающий, то куда делся мой предшественник? — очень уж меня это тревожило. А то Дезмонд такой добрый и милый, такой заботливый, пусть и странный моментами, такой бескорыстный, да еще и с кубиками проклятущими на животе, и косые мышцы как канаты натянулись, ух, вот подозрительно же!

— Честно? Не знаю, — пожал плечами он и даже спустился обратно ко мне с лестницы. — Расследование ведется до сих пор.

— Так почему вы уверены, что мне это не грозит?! — чуть ли не выкрикнула я и вообще старалась смотреть хмуро. Раз Дезмонд такой умный, то пусть уж объясняет, ведь слишком все вокруг идеально, даже проблемы заповедника это так, не проблема вовсе, а текучка и обыденные дела. — Зачем вам вообще я? Да, можете пудрить мне мозги, рассказывать, как здесь все чудесно… Но я же без образования, без опыта фактически. За героичность и спасенных кошек на работу не берут.

— Почему не берут? Мы берем. А с вашим предшественником все просто. Он был весьма состоятелен и многим оказывал покровительство, в том числе и заповеднику. И поскольку он сам очень увлекался прикладной зоологией, то назначить его на пост местного управляющего это было естественно. У него были недоброжелатели, родственники, которым не нравилось, что он тратил деньги на детенышей уххи, а не на наряды для двоюродной племянницы… По крайней мере, это то, что я слышал и сам видел.

— А как его звали?

— Эдвард. По идее, он все-таки лорд Эдвард, но когда он по колено в навозе и по локоть в заднице тайленской кудрявой коровы, тут как-то не до титулов, — хохотнул Дезмонд. И я тоже не удержалась, хотя и прикрыла губы рукой. — Я совсем забыл, у вас же нет аристократов. Лорд это…

— Не нужно, я поняла, — остановила я его. — В моей стране нет, но были, так что слово понятное. А кто в Андорре власть представляет?

— Андора — монархия, есть король, есть лорды и есть выборные представители…

— Думаете, его… ну, Эдварда, родственники как-то устранили? — снова вернулась я к интересующей меня теме.

— У меня нет доказательств, — нервно дернул головой Дезмонд. Еще бы, с исчезновением бывшего управляющего все, наверное, перевернулось с ног на голову, еще и заместителю досталось. — Но его исчезновение определенно с вами не связано, вы явно не наследница огромного капитала…

— Но зачем я здесь тогда? — я сделала шаг ему навстречу, и теперь мы смотрели глаза в глаза друг другу. И твердый взгляд Дезмонда заставил меня нервничать. А вдруг он не такой, как вел себя? А вдруг?.. Но тут он как-то тяжело вздохнул и выдал:

— Все из-за правил, нам выставлена квота — на двадцать работающих один должен быть из другого мира. А еще среди сотрудников должен присутствовать хотя бы в количестве одного человека житель того мира, откуда мы растения и животных берем. Разумеется, это касается только добровольных решений и тех мест, где есть разумная жизнь, — скороговоркой ответил Дезмонд. — Вот так и совпало: ваше интервью, исчезновение Эдварда… и уход на пенсию Леонида полгода до того. Он в вашем мире лесником был, если я правильно помню. Здесь много лет отработал, но потом ностальгия замучила. Хороший был работник.

— О-о-о… — я вытаращилась на него и почти что расхохоталась. Ну надо же, я проскочила, потому что кому-то сверху по ушам дали, что разнообразия на рабочих местах не хватает. Но зато очень похоже на правду.

Глава восьмая

— Так что с договором? — теперь уже Дезмонд нависал надо мной.

Я вздохнула: работа была интересной, даже захватывающей, и немного опасной, немного боязно было и из-за того, что я мира не знала. Хотя если здесь и правда были такие же наемные работники, как и я, то не так и страшно. Я всего лишь очередной случай, разве что сразу «из грязи в князи» с хорошей зарплатой. Может, у них здесь типа Скандинавии и разница между зарплатой директора и охранника не такая и большая?

И потом, что мне делать там… дома, если можно сейчас пустое и холодное место назвать домом.

— Подпишу, — кивнула я, — только вы мне на последний вопрос ответьте.

— Хорошо, — махнул рукой Дезмонд. А я мысленно злобно рассмеялась, он-то не знал, что я собиралась спросить.

— А вам какая выгода с моего здесь нахождения? Я вроде бы вам не особо понравилась, когда мы встретились, так с чего такая забота?

Дезмонд почесал лоб, пожевал губу и потом признался:

— Есть причины для заботы, очень даже обыкновенные. Во-первых, на это место кого только ни примеряли, от некоторых кандидатов волосы шевелились. Во-вторых, меня перестанет забрасывать сообщениями королевский секретариат, что мы не выполняем условия о найме, и вообще, где управляющий. Если не вы, то меня точно назначат, и тогда прощай любые экспедиции. А я, знаете ли, не особо желаю быть погребенным под бумажками…

— Отдаете мне эту честь?

— Что вы, какая честь, — отмахнулся Дезмонд и обвел рукой пространство вокруг нас. — Вот только неужели вам самой не хочется остаться здесь? Там, в вашем мире, есть что-то дорогое, из-за чего следует вернуться в холод?

— Нет. А вы так не любите холод? — хмыкнула я.

— Ненавижу, — поморщился он. — Как-то пришлось неделю бродить по льдам, все обошлось удачно, хотя и обморожение было. Но с тех пор стараюсь держаться подальше. И, Виктория… Послушайте, мои слова, может, показались вам не особо добрыми или даже приоткрыли мои корыстные цели. Но поверьте, заповедник чудесное место работы…

— Еще какие-то причины есть? — уже решила я дожать Дезмонда, к тому же он не особо и сопротивлялся. Видимо, и самому не хотелось играть в шпионов.

— И за вас очень просил его высочество наследный принц. Все уши прожужжал. Китце ведь жив, мил и полностью доволен жизнью.

О как! Я мысленно присвистнула. Теперь-то все сходилось и можно было спокойно подписывать договор. Да, у меня, как оказалось, в этом мире была своя мохнатая лапа! То есть я практически по знакомству сюда попала, а не за красивые глаза. Мне даже как-то спокойнее стало. Все-таки больше уверенность в завтрашнем дне дают не ласковые слова, а то, что кто-то решил ответить добром на добро. Не с потолка моя должность прилетела!

— Вижу, я все-таки вас убедил, — чуть расстроенно прокомментировал он. Я сначала не поняла, о чем это Дезмонд, а потом чуть не взвыла. На мне же маски не было! А я уже привыкла гримасы корчить за этой преградой. Но я тут же взяла себя в руки, сделала вид, что не было ничего, и потребовала:

— Ведите меня обратно, только не быстро, я дорогу запоминаю.

Те самые быстрые пути оказались будто деревянными коридорами, слегка округлыми, но через что они проходят и почему так быстро выводят к центральному зданию, мне осталось непонятным. Окон там не было, а Дезмонд молчал и пытался оттереть грязный рукав рубашки таким же не особо чистым подолом. Да и после разговора он, кажется, чувствовал себя не совсем уверенно, а может, делал вид, чтобы я его пожалела и не приставала больше.

Мы вывалились в уже знакомое мне здание внезапно: неожиданно повернули, появилась обычная такая офисная дверь — оп — и я снова вижу бабулю с розовыми волосами. Только с другого ракурса.

— Сюда выходят все двери в сектора, — указал мне Дезмонд. Я обернулась и увидела, что в почти круглом зале действительно шесть дверей и один широкий проем без двери, который и вел в холл центрального здания. — Такой же проход есть еще в трех местах — ближе к корпусу для работников и к ветеринарной клинике.

Я покивала головой: а ведь и правда было удобно. Телепортацию не использовали, наверное, чтобы животных не смущать, они же тут необычные. А может, чтобы какая-то крокодилобегемота не сожрала нерасторопного зеваку с телепортом и не оказалась у кого-то на кухне в другом мире. Мне еще повезло, мне просто котейку с двумя хвостами подкинули.

— Отсюда самостоятельно доберетесь до вашего офиса? — поинтересовался Дезмонд. — Я с удовольствием провожу, конечно, если нет…

Я прикинула расстояние, посмотрела на коридоры и поняла, что в принципе заблудиться не должна. Сначала дойти до зала, где меня, так сказать, собеседовали, а потом свернуть... Да, придется немало прошагать, но и привыкать стоило, раз уж я готова к работе!

— Я думаю, разберусь, — отважно кивнула я.

— Замечательно, — отвесил вежливый вычурный поклон Дезмонд, что смотрелось несколько потешно, учитывая, насколько он был грязным, а в волосах и вовсе торчали какие-то листья. — Я как раз попытаюсь найти замену вашей испорченной маске.

— А, спасибо, — брякнула я и с некоторым неудовольствием поняла, что как-то быстро расслабилась в чужой компании. Наверное, виновато напряжение и слишком обильный поток информации. Но то Дезмонд — он хотя бы один был, а показаться вот так перед кучей народа не было особого желания.

Я думала на эту тему очень-очень долго, так сильно погрузилась в мысли, что каким-то чудом вдруг дошла до своих комнат. Но первым делом не за договор схватилась, а за зеркало.

Шрамы были на месте, увы, не делись они никуда. Но кожа воспаленной не казалась, а значит, все хорошо. А то я явно забыла все врачебные советы и выписанные мази. Может, в этом мире что-то найдется? У Дезмонда шрамы очень аккуратные были, пусть и видные… Так, Вика, не стоит надеяться так опрометчиво!

Я даже на себя зашипела: уже известно, что бывает, когда строишь замки из песка, их сносит к чертям! Но на себя злиться сил не было и судьбу клясть тоже, потому что шанс мне сегодня очень замечательный выпал: и опыта набраться, и денег скопить.

В животе забурчало, напоминая, что уже обед прошел и время, может, даже к ужину двигалось. Из-за напряжения последних часов внутрь ничего не лезло, а стоило чуть расслабиться, как организм возмутился.

Договор. Но сперва я посмотрела на то, что было моим обедом: ничего не пищит, не шевелится, признаков жизни не подает. Спит, может? Я потыкала нечто, похожее на гибрид отбивной с холодцом, но оно, на мое счастье, оказалось действительно не живое и очень даже вкусное и сытное. Пока я лениво жевала неизвестное мне блюдо, пробежала по строчкам договора.

Жизнь меня приучила читать документы. И работодатели, и банки, так что знакомилась я с текстом хоть и быстро, но внимательно. Но в отличие от нашего мира, здесь довольно тщательно прописали обязанности сторон, причем всех одинаково, и от меня ожидали общего руководства, кучи отчетности, пребывания на рабочем месте за исключением двух дней в неделю на мой выбор — ого! — и этим «рабочим местом» считался весь заповедник. То есть я, как солдат-срочник, возможности выезжать отсюда когда мне заблагорассудится была лишена, но не очень-то и хотелось. А вот заповедник предоставлял одежду, питание, зарплату, жилье… все это заняло страниц пять и могло служить отличной инструкцией, что я должна, а что не должна, но по опыту я знала — все равно придется делать много больше. Не критично. Жаль только, что «общее руководство» не подразумевало возни с животными, а больше управленческую работу.

Была у меня и ответственность. Что-то такое я ожидала: растрата средств, пропажа животных… договор предусматривал порядок действий, например, немедленно заявить в полицейское управление при малейших подозрениях, и даже номера телефонов были. Наверное, в полиции был специальный отдел или как минимум человек, который отвечал за махинации в заповеднике. Ну и, конечно, контакты людей из совета. Я отметила эту страницу найденной тут же яркой клейкой закладочкой и понадеялась, что никогда.

Как я могу обнаружить махинации? И как вообще это делается? А если пропадет животное? И какое? Что там говорил Дезмонд — провести учет, вот это уже интересно. Играет ли роль то, что я именно как человек из нового мира ни с кем не могу тут быть связана, а потом совет надеется на мою добропорядочность? Версия, я вздохнула, с грустью посмотрела на тарелки, потому что пока я читала договор, слопала все, что мне принесли, и плевать, что остыло…

Я взяла ручку и подписала договор там, где было указано. И не успела отнять от листа руку, как подпись вспыхнула и отпечаталась на всех листах. Я подумала, магия это или же технологии, но надо было — что там мне сказали? — ах да, отвезти этот договор куда-то там… В королевскую канцелярию. Да, покровители у меня… выше некуда, но как говорят: подальше от начальства, поближе к кухне? И еще собрание. На мою голову. Так что сначала?

Я сложила документы в папку, приготовилась к выходу на люди и тут с запозданием вспомнила, что одежды-то никакой толковой не взяла. А здесь собрание! Новые люди, опять чужие взгляды, еще и обсуждать будут — я в этом была уверена. Тут же захотелось никуда не идти, спрятаться в шкафу или под столом… В принципе, зачем я им там? Я могу и бумажки просто разгребать, а с людьми общаться необязательно!

Я вздохнула: ну кого я обманывала, для того чтобы уверенно управлять огромным заповедником, с людьми общаться придется хотя бы ради того, чтобы увидеть их в деле, узнать, на что, как они сами считают, они способны. Можно снизить число контактов, но они все равно будут. И от сегодняшнего вечера зависело, как на меня потом смотреть станут. В боку тревожно закололо, я вспомнила, что из чистого и нового у меня только трусы, и скорее от отчаяния, чем всерьез, заглянула в тот самый шкаф, куда эти трусы и запихнула. И обомлела. Да, память у меня точно девичья или отшибло ее от количества впечатлений.

На вешалках висела форма, несколько комплектов, немного разных, рубашки, обычные штаны и какие-то майки еще… Я побоялась зарыться глубже и обнаружить еще и казенную пижаму или чесучие панталоны прямо из сказок. Но нет, никакого нижнего белья мне не выдали. То ли не носят, то ли это уже изыски, которые нужно покупать самостоятельно. Внизу стояла обувь, на вид определенно моего размера. Откуда все это? Кто все это мне принес и когда, ведь до моего прибытия, я уже видела этот ассортимент! И почему оно моего размера? Все это мне было непонятно. Но я тут же схватилась за ближайшую вешалку и быстро принялась переодеваться.

Одежда в принципе была не так чтобы чуждая, материал приятный, ткани натуральные, короткое легкое пальто — то ли пиджак, то ли что-то официальное — обтянуло плечи, но не казалось маленьким. Внутри пальто было несколько скрытых карманов, снаружи тоже этого добра хватало. Рубашка вообще оказалась такой же, как у Дезмонда, только с поправкой на размер и с парой вытачек на груди, наверное, у него тоже форменная.

Слава местным порядкам, никаких юбок! Хотя могли же и такое придумать, и корсеты, и кринолины, и другую шушеру! Я бы сдохла, прежде чем разобралась. Но, видимо, должность у меня беспокойная, нужно долго и много бегать, так что достались мне штаны, широкий кожаный пояс и ботинки-берцы. Милитаризированный стиль, так сказать, такое ощущение, что я оделась для какого-то фестиваля. Но в принципе я была не против. К тому же никаких сложностей с застежками — кое-где магнитными, а в целом в ходу были пуговицы, у меня не возникло.