Окно с розовыми занавесками. На повороте не оглядывайся

Оля продолжала идти, громко рыдая. В слезах она опустилась на заснеженную скамейку и расплакалась навзрыд.

8.

На другой день в воскресенье погода совершенно изменилась. В ослепительно синем бескрайнем небе светило зимнее солнце и ни одно, даже самое невесомое облачко, не препятствовало его свету.

Около двух часов дня Настя потянулась в своей постели и открыла глаза. Приятные воспоминания о вечере на дне рождении Вики, заставили её улыбнуться. Настя вспоминала вечеринку с того момента, когда они с Ирой вручили подарок имениннице, как один за другим собирались гости, как с Ирой сговорились напоить Вику, и как они успешно свели их с Юрой.

«А потом? Потом мы танцевали и, что было дальше…» – У Насти промелькнула мысль о внезапном исчезновении Оли.

«Так, а куда же Олька-то ушла? Она пошла в ванну… или нет?» – пыталась вспомнить Настя. – «Стоп. За ней же Серый куда-то побежал … ну, и что потом? Он вернулся… или не возвращался? Блин, сама я ни фига не помню»

Мучаясь в воспоминаниях, Настя глядела в потолок.

«Да уж, хорошо погуляли. Ничего не скажешь. Ну, так что ж с Олькой-то?»

Тут Настю осенило: «Она же не перенесла того, что было между Юрой и Викой! Бедная Олька!» Настя спрыгнула с постели и бросилась к телефону. Набрав по памяти домашний номер Оли, Настя с нетерпением начала ожидать, когда кто-нибудь ответит, но в трубке раздавались монотонные и безучастные гудки.

– Блин, неужели она спит?

9.

Утром в понедельник, Юра стоял у подъезда, где жила семья Васнецовых и дожидался, когда выйдет Вика. Оксана Борисовна, стоя на кухне около окна, краем глаза наблюдала за ним через занавеску и допивала свой кофе.

– Вик, гляди. Юрка стоит, тебя караулит, – мама улыбнулась и повернулась к дочери. – Давай выходи уже – замерзнет ведь.

– Я видела, мам, сейчас иду, – ответила Вика, сидя в прихожей и застёгивая свои сапожки. – Всё, мамочка, я побежала, пока!

Вика захлопнула за собой дверь и выбежала на улицу.

Оксана Борисовна с улыбкой продолжала наблюдать за тем, как из подъезда вышла Вика, и Юра её встретил. Обнявшись, они поцеловались и пошли вместе в школу.

Оксана Борисовна понимала, что после этого дня рождения отношения между её дочерью и Юрой укрепились и стали более определёнными.

К слову сказать, Оксана Борисовна никогда не препятствовала, а наоборот уважала решения дочери и поддерживала её во всём, и не была против отношений Вики с Юрой. Кроме всего, она хорошо его знала с детства, часто бывая в гостях у его матери – своей подруги Татьяны Алексеевны.

После этих выходных Юру и Вику стали чаще видеть в одних и тех же местах. Они вместе уходили на перемены, вдвоём куда-то бегали за школьный двор, слегка опаздывали на занятия и на многих уроках уже сидели за одной партой.

В классе произошли перемены и с ещё одной ученицей. За последнее время успеваемость по предметам у Оли Ситцевой снизилась. Она всё чаще не являлась на занятия по не совсем веским причинам. Из круглой отличницы Оля постепенно становилась хорошисткой, а однажды учительница по математике Вера Сергеевна была вынуждена поставить ей тройку. Такое неожиданное поведение девочки и её отношение к учёбе настораживало не только её маму и бабушку, но и учителей, в особенности классную руководительницу.

– Оля, подойди ко мне, – сказала однажды после урока литературы Мария Фёдоровна.

Оля молча подошла и взглянула на учительницу.

– Оля, ты мне можешь объяснить, что происходит? Вчера Любовь Николаевна пожаловалась мне, что ты пропустила её урок. В чем дело, Оля?

Оля молчала, опустив голову.

– Ни в чём… – еле слышно проговорила девочка.

– А Вера Сергеевна поставила тебе тройку в журнал. Это как, Оля? Ведь по математике ты одна из сильных учеников в классе. Ты же на олимпиаду даже ездила, а тут на тебе – тройка.

Оля молчала, а Мария Фёдоровна продолжала, не дожидаясь ответа:

– Конечно, отрывок из поэмы ты тоже к сегодняшнему уроку не подготовила? – она взяла руку девушки и, ласково улыбнувшись, заглянула ей в глаза.

Оля осторожно подняла голову и посмотрела на добрые глаза Марии Фёдоровны. Ей показалось, что учительница догадывается о причинах её переживаний.

– Олечка, я тебя прошу, – обратилась Мария Фёдоровна к Оле, как к своей родной дочери, продолжая держать её руку. – К следующему уроку подготовь и прочитай нам вот этот отрывок, – учительница придвинула уже заложенные страницы книги, – Мне кажется, что в нем ты найдешь для себя ответ на свои беспокойства.

Оля взглянула на открытый и искренний взгляд своей учительницы и ответила:

– Хорошо, Мария Фёдоровна, я выучу.

– Давай, Оленька, всё наладиться… – она выпустила руку девушки.

Оля подняла свою сумку и вышла из класса.

10.

На одной из больших перемен, когда все отправились на обед, Ира подошла к Вике и спросила её:

– Ну, что, Викуль, как делишки?

– Ну, вроде, нормально всё, – улыбаясь, ответила Вика, глядя на себя в зеркало и поправляя ворот сорочки.

– Как Юрик?

– Да прикольно всё. Даже не представляешь, мы так клёво время проводим! – подмигнула Вика и, повернувшись от зеркала лицом к Ире, направилась в сторону столовой.

– Это тебе так кажется или на самом деле? – недоверчиво посмотрела Ира, догоняя подругу.

– Слушай, по-моему, всё отлично. Что будет дальше – увидим, – не останавливаясь ответила Вика.

– А, по-моему, Юрик тебя вообще не воспринимает, как свою девушку, – донимала Ира. – Мы с Наськой заметили, как он изменился с того раза.

– Ну, и что же вы заметили? – лукаво улыбаясь, посмотрела на неё Вика.

– А ты будто не видишь. Сама ж знаешь, пацанов нужно «динамить», а то они сразу начинают «выделываться».

– Да ничего он не «выделывается». Сама ж говорила, что, типа, хватит из себя… сама знаешь кого строить, – Вика с упреком посмотрела на Иру.

– Ты чё с ним уже спала? – Ира остановилась и настороженно уставилась на Вику.

– Чё я совсем ку-ку?! Ненормальная. – Обиделась Вика и зашагала прочь.

Ирина догнала её и продолжила идти рядом.

– Слушай! Юра никогда сам ничего не сделает, его нужно как-то «развести».

– Ира, отстань от меня. Никого я не буду обманывать, поняла?

– Ну не обманывать, а просто проверить. Есть один способ, посмотреть, как он себя поведет.

Вика остановилась и посмотрела на подругу.

– Какой ещё способ?

– А то мы с тобой никогда так не прикалывались! Короче, все знают, что Дружков «запал» на тебя… – заговорщицки начала Ира, чуть снизив тон.

– Ты что говоришь-то?! Думай вообще! – Вика не поверила своим ушам, хотя понимала, что хочет сказать Ира.

Вика, конечно, и сама замечала, что новый тренер по физкультуре Дружков Вячеслав Геннадиевич всячески оказывал ей знаки внимания. Он был молод, хорошо сложен, но Вика не проявляла особого расположения к нему, тем более у неё с Юрой начинали завязываться более тесные отношения.

– Да ладно тебе, Вик. Прикольно «развести» его! Я ж не говорю переспать, – Ира горела желанием обвести вокруг пальца взрослого мужчину и, вероятно, эта мысль не раз приходила ей в голову. – Короче, дать ему понять, что ты, типа, не против, а заодно на Юрика посмотреть – чё он делать будет! Викуль, делов-то!

– Ир, ты ненормальная… Вика недоуменно смотрела на подругу. – Мне кажется, что прошло то время, когда мы с тобой этим занимались. Потом, мне не нужно Юрика проверять: я итак вижу, как он ко мне относится.

– Викуль, ну чисто для прикола. Тут такой случай клёвый! Делать-то ничё не надо: тебе лишь намекнуть и всё! Ну, давай поприкалываемся над ним? – Ира сделала умилительное лицо и нетерпеливо дожидалась Викиного ответа. – Ну, последний раз.

– Нет. Не знаю я, Ирка. Как-то это… не знаю, короче. Нет. Всё.

С этими словами они зашли в столовую.

11.

– Класс! В одну шеренгу становись! – скомандовал учитель физкультуры Вячеслав Геннадиевич.

Ребята построились вдоль «шведской стенки» и успокоились.

– Так, сегодня у нас пройдет подготовка к предстоящей сдаче нормативов по легкой атлетике, – объявил Вячеслав Геннадиевич. – Сначала мы с вами проведем разминку, а потом, если останется время, перейдем к предварительным смотрам. Вопросы есть?

– А оценки в журнал? – спросила Ира.

– Сегодня нет. Я же сказал, мы будем только готовиться и работать над ошибками. Всем понятно? – выждав небольшую паузу, тренер продолжил. – Класс, равняйсь! На первый-второй рассчитайсь!

В группу с четными номерами, куда попали Ира и Вика, перешли Митя и Юра, поменявшись местами с одноклассниками.

– Четные номера идут на канаты, нечетные – на «козла» – объявил Вячеслав Геннадиевич, и ребята разошлись по залу.

Пока Вячеслав Геннадиевич объяснял, каким образом нужно подниматься по канату, Ира перешептывалась с Викой, стоя в сторонке ото всех.

– Вика, ты меня слушаешь? – остановил объяснения тренер, обратившись к Вике, хотя разговаривала одна Ира.

– Да, да, мы вас очень внимательно слушаем, – отозвалась Ира, скрывая свою плутовскую улыбку.

– Ира, я вижу, как ты внимательно слышишь всё! Потом опять будешь переспрашивать и говорить, что не поняла, – сказал Вячеслав Геннадиевич. – Вика, тебе все ясно?

– Мне всё ясно, Вячеслав Геннадиевич! – заманчиво улыбаясь, мягким голосом ответила Вика.

Как только учитель снова повернулся к ним спиной, девочки едва не лопнули со смеху.

– Чё вы ржёте? – подошли к девушкам Юра с Митей.

– Ой, не спрашивай, – прикрывая улыбку ладонью, ответила Ира.

– Так, Зацепин, готов? – раздался голос Вячеслава Геннадиевича.

– Да! Я готов.

– Всё, Зацепин, иди, – отправила его Ира, продолжая улыбаться.

– Давай к канату. Ребята, смотрим внимательно, – похлопав по Митиному плечу, Вячеслав Геннадиевич отошел в сторону. Митя начал карабкаться вверх, а Ира тем временем отвела Вику к запасному канату, закинутому за «шведскую стенку».

– Ну, чё, давай тоже попробуем? – спросила Ира и перекинула канат.

– Давай я первая! – увлеченно попросила Вика.

– Ну, на.

– Ой, слушай, как тут хвататься? – с усмешкой посмотрела на Иру Вика.

– Ну, вот так, наверное.

– Не, не, не! Не так! – смеясь, отгоняла её Вика, стараясь зацепиться.

– Вика, у тебя хватка не совсем удобная! – неожиданно послышался голос Вячеслава Геннадиевича.

Учитель подошел к ней сзади и, взяв её запястья, попытался поставить Викины руки в правильное положение. В этот миг, длившийся, быть может, несколько секунд, Вике показалось, что прикосновение становится уже чересчур продолжительным, и она приложила силы, чтобы самостоятельно подтянуться. Вячеслав Геннадиевич отступил на шаг и оставил девочку без своей страховки.

– Вот, а сейчас старайся подтягивать к рукам корпус.

– Ага, особенно с маникюром классно лазать… – чуть слышно промолвила Вика и переглянулась с Ирой.

– Шире, шире руки ставь, Вика! И тянись, тянись! – сопереживая, приговаривал Вячеслав Геннадиевич.

– Вячеслав Геннадиевич, я не могу! – изо всех сил стонала Вика, едва удерживая смех.

– Давай, Вика! Ногами помогай! – «болел» Вячеслав Геннадиевич, направляя её ноги в обхват каната.

Вика уже просто визжала и смеялась, представляя себя в совершенно неловком положении перед одноклассниками и тренером.

– Я не могу!!! – сквозь смех кричала уже ослабленным голосом Вика. – Я падаю! Я падаю!

Она отпустила руки и упала в объятия Вячеслава Геннадиевича, который был начеку и успел вовремя подхватить её. Забывшись на мгновение, Вика еле улыбнулась, глядя истомным взглядом в глаза учителя и, немедленно придя в себя, поднялась и отошла к Ире.

– Так, ну, кто следующий? – обратился немного вспотевший Вячеслав Геннадиевич к ребятам.

– Вик, молодец! – одобрила подружку Ира, отводя её всторону. – Видела. Как на вас Юра смотрел?

– Кто? Юра? – спросила раскрасневшаяся Вика. – На кого он смотрел?

– На тебя с Дружком!

– А чё такого было-то?

– Ну, он, типа, тебя обнял! Юрец, явно заревновал!

12.

Прозвенел звонок с урока, и коридорное безмолвие начало оживать детскими голосами школьников начальных и средних классов, для которых этот пронзительный вызов на перемену означал не только окончание скучного урока, но и давал начало детскому бесстрашию и безумству. Ребятня почти единовременно хлынула из распахнутых дверей классов и заполонила коридоры и лестницы, носясь и сбивая с ног недовольных учителей и свирепых старшеклассников.

Позади шумного и озорного водоворота детворы, прислонившись к стене, стояли Юра с Митей, молча наблюдавшие, как в конце коридора у окна Ира с Викой, о чем-то отвлеченном беседуют с учителем физкультуры Вячеславом Геннадиевичем. Сидя на подоконнике, Вика кокетливо покачивала своими стройными ножками, с поддельным любопытством слушая учителя.