Параллельная Земля. Великое Кольцо

Пролог

Итак, свершилось!

«Параллельная Земля» официально догнала «Эренделл» по количеству частей!

На этом моменте уместны бурные аплодисменты, но, увы, пятая часть только начата, так что судить о полноценном догонянии «Эренделла» несколько преждевременно…

Но всё же – де-юре паритет с «Эренделлом» был достигнут, и этим пятая часть весьма важна…

Ещё пятая часть «ПЗ» важна тем, что пишется она… в необычных обстоятельствах.

А конкретно – после продолжительного, даже дольше того, что был после написания примерно восьмидесяти процентов «Тринадцати огней», писательского кризиса.

Мало того – когда писательский кризис завершился, наступил «синдром чистого листа», и та часть, которую вы сейчас читаете, никак не хотела начинаться.

В общем, та ещё писательско-медицинская картина вырисовывалась, но, благо, как пела Анне Вески, «Позади крутой поворот…», и мы движемся дальше!

«Не важно, с какой скоростью ты движешься к своей цели, главное – не останавливаться». (Конфуций)

Глава 1

Центральные миры, Солнечная Система. Четвёртое апреля, вечер.

Место это было действительно мрачным, загадочным, и даже гнетущим.

Это был лабиринт, высокие стены которого состояли из вычислительных блоков, датчики и лампочки на которых периодически мигали, потолок над этим лабиринтом прорезали висящие в воздухе провода…

И всем этим было занят целый зал, в котором, наверное, смог бы поместиться целый Белый дом.

В нём было легко потеряться – однообразные коридоры и закоулки, кое-где – не очень действенные ориентиры в виде небольших пунктов контроля с компьютерами на столах, и на этом, собственно, всё.

Но тот, кто вошёл в это безлюдное помещение, прекрасно знал, куда двигаться – в центр лабиринта.

Собственно, отчего ему не знать маршрут, у него есть карта…

Коридоры, коридоры – чужак, зашедший в это место без карты, заплутал бы уже на втором или третьем повороте.

Но вот, наконец, и цель – гудящие стены расступились, и тёмная фигура оказалась в сердце лабиринта.

Это было полностью квадратное, свободное от вычислительных блоков пространство, в центре которого находилось истинное сердце этого места.

Это был шар, словно светившийся изнутри ярким белым светом.

Он висел в воздухе над своеобразным постаментом, и медленно вращался вокруг собственной оси ровно по часовой стрелке.

— Вот оно… — с непроизвольным восхищением произнёс незнакомец.

Этот шар выглядел совершенно, фантастически, и на некоторый миг незнакомец подумал, что от него сейчас зависит жизнь множества существ на планете…

«Нет уж, если подтвердится наша теория – то ничего особенного не случится – ну, пошумит на планете, потрясётся…» — резко подумал незнакомец, и достал из кармана небольшой ключ.

Затем он подошёл к постаменту, над которым левитировал шар, и, обнаружил на нём небольшую замочную скважину.

Эта замочная скважина была необычной – ключей от неё было всего два, и оба они находились там, откуда украсть их было невозможно.

Невозможно, если, конечно, один из них не выдадут прямо в руки ради выполнения задания…

Незнакомец воткнул ключ в замок, и повернул.

Шар резко замер, а затем начал двигаться быстрее, причём уже против часовой стрелки.

Незнакомец повернул ключ ещё раз.

Шар затрясся, завращался просто с сумасшедшей скоростью, а также слегка просел в воздухе над постаментом.

И вот, третий поворот ключа, и…

Шар мигнул и погас, а затем с грохотом упал на постамент, благо, не разбившись.

В тот же миг все вычислительные блоки резко перестали гудеть – в зале установилась абсолютная тишина.

Лампочки и датчики погасли, как и лампы на потолке, и зал погрузился во тьму.

Незнакомец победно захохотал в темноте:

— Дело сделано!

У незнакомца были причины ликовать и победно хохотать.

Ведь прямо сейчас, с этого зала, начнётся цепная реакция, в конце которой, наконец, прояснится природа того самого, разрабатываемого уже больше полугода «Объекта», и связанной с ним находки…

Ну а то, что ради этого прояснения весь мир ввергнется в шестидневный ужас – для Соединённых Штатов дело второстепенное…

Спустя примерно десять минут на мыс Канаверал стартовал корабль, унося с собой человека, имя которого так и не было узнано.

Но деяние, которое он совершил, прогремело на весь мир, и опрокинуло его вверх тормашками…

Спустя несколько часов.

Пятое апреля, утро.

Николай Сталин сидел в своём кремлёвском кабинете, и переваривал услышанные за сутки новости.

«Началось, и это радостно и одновременно жутко…» — подумал генеральный секретарь, глядя в окно на светлеющее небо.

На нём виднелось Кольцо, чернеющее на фоне неба…

Чернеющее, и как бы знаменующее собой неизбежный конец света, что состоится менее чем через неделю…

Генсек Коммунистической партии Советского Союза, сидя в своём кабинете, сквозь творившийся в голове хаос вдруг осознал одну вещь.

Ведь не всё потеряно, и Апокалипсис – не неизбежен, просто началась очередная веха Пророчества…

Итак, теперь вновь необходим Избранный.

И желательно – поскорее!

Глава 2

Центральные миры, Российская Федерация, Клин.

На календаре был апрель, и это значило, что с момента событий уже «Легенд Края» прошёл… месяц.

Точнее, чуть больше – месяц и примерно десять-пятнадцать дней.

Но что конкретно произошло за это время?

Родные Даниила, конечно, были очень рады возвращению мальчика, и весьма удивились его рассказу о том, где же он был, и что с ним происходило.

А в остальном… ничего необычного не происходило.

Наступала весна, одновременно усиливалась тоска по Параллельной Земле и в частности по Алисе, легендарный кот Барсик показывал чудеса интеллекта…

В общем, всё как обычно.

Но однажды ночью пятого апреля… случилось крайне необычное событие.

Даниилу в третий раз приснился крайне странный сон.

Можете закидывать автора тапками и всем, что попадётся под руку, ведь он такой оригинальный, ну просто жуть!

Ах да, странный сон…

Где-то.

Вокруг снова был густой туман, вот только не фиолетово-пурпурный, а… белый.

Правда, теперь в нём вполне себе вспыхивали и исчезали непонятные вспышки.

Туман постепенно стал расступаться, и Даниил обнаружил себя на поляне, правда, уже вполне себе зелёной и покрытой травкой и цветочками.

Вот, одна вспышка вспыхнула совсем близко, и из тумана вышел ОН…

— Ну, здравствуйте, Николай Виссарионович, и что вам на этот раз надо? – мрачно спросил Даниил.

Мальчик понял, что на Параллельной Земле снова что-то стряслось, и, конечно, без него не обойдётся…

— Вкратце – у нас кое-что масштабное стряслось, так что… — глава СССР развёл руками. – Без тебя мы не справимся, так гласит Пророчество…

— Причём тут какое-то ваше пророчество и я?! И что опять стряслось?

— Об обоих обстоятельствах ты узнаешь буквально завтра – когда, я надеюсь, возьмёшь статуэтку и отправишься к нам… — терпеливо сообщил Николай Виссарионович. – Ведь тебя ждут, и ты об этом прекрасно знаешь…

После этих слов глава Союза вновь ушёл в туман, который сгустился и растворил в себе Даниила…

Позже.

Даниил проснулся, и внезапно вспомнил весь весёлый сон до единой детали.

И началось…

Большая часть утра прошла в тяжких размышлениях.

Ведь на Параллельной Земле опять что-то стряслось, и Даниилу опять придётся это расхлёбывать, хотя мальчику за полгода так и не объяснили, причём же тут он…

Но с другой стороны – вдруг действительно всё прояснится, и та неизвестность и непонимание, появившееся у Даниила с июля, рассеется?

И главное – Николай Виссарионович явно умел давить на нужные точки – его ведь там действительно ждут.

Ждёт Алиса, практически родная и любимая всем сердцем…

На этой фразе Даниил прервал размышления и понял, что когда на чаше весов появилась незарегистрированная гиря под названием «Алиса Грустнова», решение стало ясно и неизбежно.

Итак, мальчик в этот раз, наконец, подумал о маме с бабушкой, и оставил на столе записку в стиле «так, мол, и так, вызвали меня в параллельный мир, всех люблю и целую, скоро увидимся».

Затем Даниил пришёл в сарай, и, глубоко вдохнув и сосчитав до трёх, взял в руки злополучную статуэтку.

Статуэтка щёлкнула, звезда засияла зловещим светом, в сарае стало резко темно, и…

В следующий миг в сарае осталась лишь статуэтка, упавшая на деревянный пол.

Верх литературной оригинальности, конечно, но всё же…

Глава 3

«Центральные миры, СССР, Москва. Шестое апреля, утро»

Даниил материализовался в каком-то тупике, и попытался с ходу определить, где же он конкретно.

Получилось не слишком хорошо – раньше Даниил этот переулок явно в глаза не видел.

Мальчик огляделся, и пошёл в противоположную сторону от, собственно, тупика.

Пара шагов, и переулок закончился, выведя Даниила на малознакомую улицу.

Всюду сновали прохожие, ездили автомобили, а на фоне синевы весеннего неба темнела громада Кольца…

«Хотя нет, улица-то вполне знакомая!» — внезапно осенило Даниила.

Это, очевидно, та самая улица, по которой не так уж и давно он вместе с Алисой и Иваном Эдуардовичем шли на автобусную остановку…

Далее восстановить в памяти маршрут до квартиры под номером двадцать два не было сложно – несколько улиц, двор, и вот она квартира.

Итак, Даниил поспешил по сформировавшемуся в голове маршруту.

Улица, вторая, третья, и вот – вход во двор легендарной «сталинки»!

Даниил подлетел к двери подъезда, открыл её, как на крыльях пронёсся на четвёртый этаж…

При виде знакомой двери с цифрой «22» его сердце затрепетало.

Мальчик, протянув руку, нажал кнопку звонка, и…

Тишина.

Даниил позвонил ещё раз.

Ровно то же самое – тишина…

Мальчик пару раз постучал, но никто вновь не отозвался.

У Даниила начали вырисовываться зловещие гипотезы насчёт того, что же могло произойти, но, благо, он догадался дёрнуть ручку, и обнаружил, что дверь-то заперта…

Для пущей верности глянув в глазок, мальчик обнаружил, что в коридоре тьма тьмущая.

Итак, это означало одно – искать Алису надо явно не здесь…

Даниил, резко растерявший эйфорийное настроение, спустился вниз, и, выйдя из подъезда, внезапно наткнулся взглядом на кучку старушек на скамейке.

«Кто знает, может, они видели, куда ушла Алиса с отцом!» — зажглась у Даниила радостная мысль.

Мальчик осторожно подошёл к старушкам, и спросил:

— Извините… вы не видели, как из вон того подъезда выходил такой… среднего возраста мужчина с бородой и усами, или девочка с красными волосами… или оба вместе?

Одна из старушек, оживившись, прошамкала:

— А, вы про Грусновых? Выходили, конечно, где-то минут пять назад…

— И куда пошли? – обрадовано спросил Даниил.

— К ближайшей остановке, Зинка вона подтвердит, она их там видела! – сообщила старушка, и вдруг, прищурившись, уставилась на Даниила.

— Где-то я тебя видела, дружок-пирожок… — проскрипела она, и вдруг, выпучив глаза, и оглядев своих соседок по скамейке, заорала:

— Девоньки, так это ж тот самый!!!

— Да, Нин Самуиловна, тот самый! – согласно проорала ближайшая старушка. – Который по парку с дочерью Грустнова шлялся!!!

— Признавайся, зачем их ищешь?! – зловеще подхватила третья старушка…

Даниил не стал ждать, пока рота бдительных старушек сдаст его в ближайшее отделение милиции, и ретировался подальше.

Надо было спешить – ведь кто знает, вдруг Алиса с отцом уже отправились на автобусе… ну, куда они могут отправиться?

«Вот именно, почему Николай Сталин их не предупредил о том, что я должен сюда переместиться? – размышлял Даниил на ходу. – Думал, что ли, что я не возьму эту треклятую статуэтку в руки?!»

Если глава СССР так думал, то он явно не знал менталитет Даниила – ведь, как известно, лучше отправиться куда-либо добровольно, чем под дулами посланных из параллельного мира спецназовцев…

В общем, Даниил мчался сквозь толпу, боясь не успеть и окончательно разминуться с людьми, которые стали ему действительно дороги, и главное – могут разъяснить хоть что-то о том, что вообще тут снова происходит.

Промелькнула одна улица, другая, и вот, вдалеке показалась автобусная остановка…

Приблизившись, Даниил сразу различил в толпе волосы Алисы, а затем разглядел и саму девочку, которая вместе с отцом, оглядываясь и словно ища кого-то, направлялась с остановки к дверям удачно (сарказм) подъехавшего автобуса…

Мальчик прибавил скорости, но понял, что не успевает – Иван Эдуардович уже входил в двери автобуса…

— Алиса! Иван Эдуардович! Стойте!! – закричал Даниил так, что, наверное, было слышно даже Глубоководным в Подводной Бездне в другой вселенной.

Алиса остановилась прямо в дверях автобуса, затем буквально выдернула оттуда отца, и что-то ему сказала.

Насколько Даниил видел, Иван Эдуардович удивлённо пожал плечами, и, очевидно, решив прислушаться к дочери, вовсе сошёл с подножки.

Даниил, облегчённо выдохнув, сбавил шаг, и направился к Грустновым уже без боязни не успеть.

Из немногочисленного на остановке народа немалая часть уехала вместе с автобусом, так что Алиса увидела приближающегося Даниила с достаточно большого расстояния.

— Даня! – радостно крикнула девочка, и призывно замахала рукой. – Иди скорее, мы должны успеть к Дворцу Советов!

— Привет Алиса! – не менее радостно сказал Даниил, наконец, достигнув цели.

Алису переполнило желание обнять Даниила, но девочка, едва подумав о таком, прервала себя – они в общественном месте, люди вокруг, надо, же знать правила приличия…

«Почему-то раньше это никого не беспокоило…» — ехидно прокомментировал внутренний голос.

— Слушайте, Иван Эдуардович, вас что, Николай Сталин не предупредил, что я должен тут появиться?! – тем временем возмущённо обратился Даниил к отцу Алисы.

— Нет, ничего такого не было… — удивился глава МИДа. – Просто сейчас по стране какие-то неприятности, электричество отключают, даже тут, в паре районов Москвы полчаса без света сидели, вот он, наверное, и забыл сообщить!

— Ладно, а что тут у вас происходит? Он говорил, что тут что-то масштабное стряслось…

— Я лично ничего не знаю, кроме этих странных отключений электроэнергии по всему Союзу и, говорят, даже миру… — развёл руками отец Алисы.

— Слушайте, давайте уже поедем во Дворец, нас же ждут… — напомнила Алиса, дёргая отца за рукав.

— Поздно уже отправляться, наш автобус отъехал… — слегка мрачно сообщил Иван Эдуардович. – Ждём следующего…

Ждать пришлось достаточно недолго – спустя минут пять к остановке «причалил» очередной автобус.

Все погрузились в него, и, собственно, поехали.

Даниил разглядывал в окно пейзажи уже весенней Москвы, стараясь унять ликующее по поводу встречи с Алисой сердце.

Кое-где уже росла низкорослая ещё трава, всюду зеленели набухающими почками деревья, контрастируя с остатками снега…

В общем, типичная весна – в параллельном мире особых изменений с ней не произошло.

Вновь улицы, проспекты и площади, и вот… остановка «Дворец Советов»!

Автобус остановился на длинной остановке, и, выйдя из его дверей, можно было сразу лицезреть впереди, за дорогой, огромную площадь, рядом с которой и находился Дворец.

Даниил видел это чудо света лишь во второй раз, да и то – с перерывом более полугода, и из-за этого вновь испытал неповторимое чувство удивления и восхищения одновременно.

Огромное, под четыреста метров высотой здание со статуей Ленина на самом верху, перед заданием – трепещутся на ветру многочисленные флаги…

Первый вождь и основатель Советского Союза протягивал руку вперёд, словно призывая последовать за собой, а солнце рассыпало на золочёной статуе многочисленные блики…

В общем, уникальное зрелище.

Иван Эдуардович и ребята направились через брусчатую площадь прямо к гигантским дверям.

Даниил по ходу движения успел разглядеть, что флагов перед зданием ровно пятнадцать, а это означало, очевидно, что это флаги советских республик.

Мальчик убедился в этом, присмотревшись к одному флагу – первому в ряде – и разглядев примерно такую картину:

Красное полотнище, в его нижней части три полосы – белая, синяя и красная, а в верхней части – золотые буквы «РСФСР».

Другой флаг, следующий за первым, был примерно в таком же стиле: красное полотнище, в нижней части флага – голубая и жёлтая полоса, а в верхней – буквы «УССР».

Больше флагов Даниил разглядеть не успел, так как все прошли через ряд высоких флагштоков, а потом и вовсе оставили его позади, подойдя к входу во Дворец.

У него, разумеется, стояли охранники, правда, выглядели они теперь куда иначе.

Если в июле, насколько Даниил помнил, это были… просто охранники в форме и с оружием, то теперь это были настоящие спецназовцы – в шлемах, броне и с лазерными пистолетами в руках…

У самого входа таких бронированных охранников было два, через примерно два метра от каждого – ещё по два…

Было ощущение, что Дворец Советов прямо-таки оцепили охраной из-за боязни каких-то загадочных событий.

— Здравствуйте, я Иван Грустнов. Пропуск вот… — сообщил Иван Эдуардович, приблизившись, и протянул пропуск.

Один из охранников – богатырь, каких поискать – подошёл поближе, и поглядел на протянутый ему документ.

— Всё, верно, проходите… — сообщил он, а затем поднял глаза на спутников главы МИДа…

— Иван Иванович Храпов, вы ли это?! – не сумел Даниил сдержать восклицания.

Храпов, начальник охраны Дворца Советов – а это был именно он – вгляделся в лицо Даниила, и, расплывшись в добродушной улыбке, произнёс:

— О, тот самый Даниил Попов, великий срыватель заседаний ЦК КПСС! Надеюсь, в этот раз ультиматумов Николаю Виссарионовичу не будет?

— Нет уж, одного раза хватило…

— Ладно, идём уже, нас ждут, — прервал разговор Иван Эдуардович, и направился к дверям, которые, словно по команде, открылись.

— А вы, Иван Иванович, с нами не пойдёте? – внезапно спросил Даниил, осознав, что Храпов вернулся на свой пост. – В прошлый же раз пошли…

— Теперь с вами Иван Эдуардович, да и нельзя мне пост покидать – всякое может случиться в последнее время… — пожал плечами Храпов.

Даниил не стал вдаваться в подробности того, что же такое «всякое» происходило в Союзе в последнее время, и последовал за Иваном Эдуардовичем с Алисой.

Двери закрылись.

Далее следовал большой холл с мозаиками, и – ещё одни двери.

У них стоял караул аж из четырёх охранников – притом, что в июле их было двое…

Иван Эдуардович подошёл к дверям, и они открылись.

Охранники не препятствовали.

— Идёмте, — тихо сказал отец Алисы, поманив за собой ребят.

Даниил во второй раз в жизни вошёл в Большой зал Дворца Советов, и вновь был поражён – ведь зал-то был, как известно, на двадцать тысяч человек…

Он вновь был забит народом доверху.

Иван Эдуардович с ребятами тихо двинулись по проёму между рядами кресел к трибуне, на которой уже находились лица высшего состава Политбюро – кроме Николая Сталина.

Многие чиновники и прочие госслужащие оборачивались, и даже тихо приветствовали Ивана Эдуардовича.

Он в ответ кивал и махал рукой в ответ.

Наконец, дойдя почти до последнего ряда, Иван Эдуардович остановился, и тихо шепнул Алисе:

— Вам вон туда, второй ряд, третье и четвёртое место. Увидимся…

Девочка понимающе кивнула, и вместе с Даниилом направилась на указанные места, Иван Эдуардович же отправился на трибуну.

Даниил, тихо сев на своё место, увидел, что отец Алисы уже благополучно взошёл на трибуну, и о чём-то тихо переговаривается со слегка упитанным рыжеволосым человеком.

Даниил вспомнил, что видел его и тогда, в июле – тоже на трибуне, и в феврале…

— А кто это вообще такой? – шёпотом спросил мальчик у Алисы, кивком указав на собеседника главы МИДа.

— А, это Говорушин, министр обороны… — отозвалась девочка, и вдруг шепнула:

— Тише, сейчас начнётся!

Откуда-то раздался стук, и из открывшейся двери позади трибуны вышел и поднялся на неё уже прекрасно известный читателям персонаж – Николай Виссарионович Сталин.

— Здравствуйте, товарищи присутствующие! – объявил он в микрофон.

Весь зал тут же затих.

— Мы собрались здесь, дабы обсудить две масштабные новости. И одна из них, к сожалению, не совсем радостная…

По залу прошёл удивлённый шепоток.

— Итак, первая новость в том, что все отключения электричества по Советскому Союзу и миру, а также отмена рейсов на Орбитальное Кольцо и в целом в космос связаны одним зловещим фактом…

Глава СССР взял воистину зловещую паузу.

— …основной генератор энергии для вращения Кольца был по неизвестной причине отключён, и используются аварийные, на которые направлена значительная часть электроэнергии планеты.

Их хватит до четырёх часов утра одиннадцатого числа, после чего Кольцо упадёт на Землю…

В зале повисла леденящая слух тишина, которая затем сменилась общим воплем ужаса.

Даниил и сам был в не меньшем ужасе, чем остальные, но внезапно начал осознавать, зачем его сюда притащили.

«Нет, быть не может, не настолько же они безумцы?!» — прервал себя мальчик, и, дабы отвлечься от назойливой догадки, посмотрел на Алису.

Она буквально вмиг побледнела, руки её слегка тряслись.

— Алиса, не переживай… всё будет хорошо… — успокаивающе произнёс Даниил, и взял девочку за руку.

Помогло не очень.

Тем временем Николай Виссарионович громко постучал по столу, призывая к тишине.

— Но есть и хорошая новость… — сказал он, когда эта самая тишина настала. – Те, кто в курсе событий, произошедших с марта минувшего года, могут не слушать, а те, кто не в курсе, в том числе и наши уважаемые гости… пусть слушают эту самую новость.

Глава Союза прокашлялся, и начал рассказывать:

— Итак, двадцать третьего марта прошлого года наши археологи, а также археологи параллельного с нами мира откопали около Твери непонятную табличку, датированную началом XVII века.

— То, что было в ней написано, вначале повергло нас и наших «параллельных» коллег в шок, но очень быстро стало ясно, что сказанное в ней не бред сумасшедшего. Очевидно, там было записано некое пророчество, которое выглядело, примерно, так…

Николай Сталин прервался, достал откуда-то лист бумаги, и зачитал:

«Объект 23.03.75/23 и всё, что с ним связано. Приложение. Пророчество, полная версия».

— То, что вы сейчас услышите, было абсолютно реально прочитано с той самой таблички, извлечённой из песков Израиля, и, конечно, выглядит крайне странно. Начнём.

Николай Сталин поставил лист бумаги на специальный фиксатор, и стал зачитывать: