Сквозь время я пойму себя

Глава первая

– Эмиллия! – крик разнёсся по всему поместью лордов Антуран.

Грузная напыщенная тётка старалась найти дочь главы рода. Пот стекал каплями, из-за чего часть макияжа подтекла, оставляя грязные разводы на лице. Пышная причёска превратилась в птичье гнездо: то тут, то там свисали выбившиеся пряди. Платье прилипло к телу и мешало передвигаться.

В свои сто двадцать с хвостиком демоница из рода Ашамал ясно поняла, что в жизни нужно срочно что-то менять. Вот только шанс на лучшее существование преграждала несносная девчонка. Госпожа Сааши просила приготовить дочь главы к приезду знатного гостя. Ясное дело, господин не имел понятия, что его любимицу хотят продать в бордель.

Да-да, именно так. Коварно и жестоко. Продать, и не за малые деньги. А если работать будет хорошо, то и выручку получать смогут. Госпоже ни к чему, а вот её демону пригодится на счёт положить да на лучшую жизнь накопить.

– Эмиллия! – с каждым шагом силы пропадали, и нервы уходили вслед за ними.

Девушка сжалась от страха и плотнее прижалась к пыльной стенке потайного хода. Осталось совсем чуть-чуть, и она сможет добраться до апартаментов отца.

Пару дней назад совершено случайно Эмиллии удалось подслушать разговор между гувернанткой и мачехой, и то, что она услышала, повергло в неописуемый шок. Как назло, после того дня попытки проведать родного человека не увенчались успехом. А теперь и подавно оказались невыполнимой задачей, но сдаваться – удел слабаков.

Дождавшись, когда демон в алом платье уйдёт, Эмиллия вышла из укрытия и перебежками добралась до спальни. Дверь от толчка противно скрипнула. Шаги показались топотом тысячи дракончиков. Дыхание вырывалось, как маленький необузданный ветер.

На бархатном кресле, возле затопленного камина, сидел трёхсотлетний старик. По меркам их страны, мужчина в самом соку, но после смерти жены он сдал. Лицо осунулось, появились морщинки. Глаза впали и смотрели на мир со скукой. Раньше длинные волосы каскадом спадали до талии, а что теперь? Обрезаны, как у отшельника, и стали седыми, как белесый снег на горных вершинах Азарда.

Потрёпанная одежда не менялась неделями, но его и не заботил внешний вид. Обманывая самого себя, граф надеялся, что новая возлюбленная любит его, но это ложь.

Каждую ночь перед глазами маячило лицо Изольды, истинной пары, достойной королевской семьи. Только смерть не дала ей стать королевой, а ему королём.

– Папа, – тихо произнесла Эмиллия, опускаясь на колени перед ним.

– Изо… – присмотревшись, мужчина устыдился, замолк и более уверенно назвал имя дочери. – Эми, моя милая.

– Па…

– Дорогой! – пропела мачеха у порога и засеменила к ним. – Эндрю Стив приехал.

Мачеха была высокой стройной женщиной с копной чёрных волос. Небольшая диадема украшала причёску. В зелёных раскосых глазах бушевала злоба. Натянутая улыбка играла на лице. Тонкие классические черты заострились. Нос прямой без горбинки покрылся веснушками. Платье обтягивало её фигуру, как вторая кожа. Не запрещены, конечно, были такие наряды. Но! Некультурно, ей-богу, ходить в таком откровении, выставляя тело на всеобщее обозрение.

– П…

– А ну, марш одеваться! – рявкнула мегера, растеряв всё очарование, но мигом спохватилась и елейно добавила: – Милый, тебе нужно переодеться, так гостей не встречают.

Не успела Эмиллия выйти, как за кисть руки схватились мёртвой хваткой. Гувернантка вне себя от ярости тащила бедное дитя в гардеробную. Никто из слуг и стражи не рискнул заступиться за будущую главу рода. Но такими темпами род перекочует в чужие руки. И кто знает, к чему это может привести.

Девушку облачили в кожаный корсет с жёсткими упругими вставками из дерева. Расчёт оказался верным, талия стала подчёркнутой, грудь более объёмной и пышной. Поверх накинули полупрозрачную рубашку, с пушистыми рукавами и вертикальным разрезом, создававшим впечатление, словно пуговицы не застёгнуты. Синяя юбка годе, длиною чуть ниже колен из хлопкового материала с завышенной талией, считавшаяся разновидностью клинки, сочетала черты расклешённого изделия и фасона «карандаш». Вверху вещь имела прямой покрой, а потом, из-за белых клиньев, становилась расширенной книзу. Тонкие капроновые колготки телесного цвета плотно облегали стройные ножки. Неудобные чёрные туфли на высоком каблуке завершали всю композицию.

Гувернантке понравилась собственная работа, и она алчно потирала вспотевшие ладони. Оставалась одна незначительная деталь – причёска.

Чёрные непослушные локоны Эмиллии никогда не удавалось уложить. Приходилось прибегать к нехитрым действиям при помощи согретых на солнце прутьев, от которых кончики секлись, и их следовало каждый раз обрезать. Вот и теперь нужно было как-то это недоразумение быстро подстричь. Решение пришло неожиданно: парикмахер госпожи предложила экстравагантную стрижку каре. Заднюю часть обрезали коротко, а передние пряди оставили длинными, ниже плеч.

– Вам подходит, – неуверенно пролепетала женщина.

– Ещё как! – расхохоталась демоница, подталкивая ту на выход.

Эмиллия нерешительно посмотрела в зеркало и отпрянула. С той стороны на неё смотрела сероглазая бледная девка лёгкого поведения. Открытый наряд показывал все прелести, хотелось укутаться в одеяло, но она понимала, что не сможет. Ей не позволят и шагу сейчас ступить, когда на кон поставлено всё.

– Хватит пялиться! – гаркнула гувернантка и повела подопечную в гостиную. Та не упиралась, понуро опустив голову, только в глубине души росло отчаяние от безвыходной ситуации.

Комната встретила звуками пианино и звонким смехом мачехи. Запах спиртного ударил в нос. Эмиллия поморщилась, но вошла. Возле окна стоял высокий статный мужчина с сединой в волосах, одетый во фрак. Он лениво обернулся, окинул сальным взглядом дочь друга и сглотнул вязкую слюну. Такого Эндрю Стив не ожидал. Прекрасный экземпляр в его коллекцию!

– Дядюшка Эндрю?! – воскликнула Эмиллия.

Она не могла поверить своим глазам. Дядюшка Эндрю являлся лучшим другом отца. Вместе они возглавляли фонд помощи неимущим, держали пару приютов для сирот. В детстве этот приветливый мужчина приносил ей конфеты горстями и дарил плюшевые игрушки. Как сейчас девушка вспомнила, как признавалась ему в любви, а он трепал её по головке, говоря, что это детский лепет.

– Малышка, – Эндрю Стив улыбнулся и отсалютовал бокалом с вином в воздухе, подмигнув. – За тебя!

Воздух наэлектризовался, горькие слёзы застилали обзор, но Эмиллия держала эмоции под контролем. Этому обучали каждого ребёнка семьи Антуран с семи лет, постепенно увеличивая нагрузки и моральное напряжение в неожиданных ситуациях.

– Отец…

– Мой муж скоро подойдёт, – елейно пролепетала женщина, перебив падчерицу. – Стоит отправить её сейчас, не хочу травмировать его.

Эндрю Стив закивал в знак согласия. Взмах руки, и рядом возник дух – привратник его владений. Призрак прятал внешность под простынёй с прорезью для глаз. Существо поклонилось в пол и спросило:

– Господин, чего желаете?

– Отведи леди Эмиллию Грант в карету. – Немного подумав, добавил: – Извозчику прикажи нигде не останавливаться, пусть везёт девушку прямиком в загородный дом. И сразу возвращайся в поместье, приготовь там всё для гостей, к вечеру они прибудут на смотрины.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой сир.

Девушка потеряла контроль над телом и разумом, могла только видеть, как мелькали синие, зелёные, красные дорожки. Гасли огни подвешенных фаейрболов в виде лотоса. Сгорая дотла, они, как фениксы, вновь могли вернуться к жизни. С картин укоризненно провожали взглядами мужчины и женщины, все те, кто решил остаться в роли наблюдателей после своей кончины. Их судьба, к сожалению, не так уж была весела, как представлялось многим.

Эмиллия оступилась на неровной поверхности, угодив прямо в руки к пожилому кучеру. Тот цокнул, но помог юной леди сесть в карету, запряжённую вороными скакунами. Выслушав наказ духа, кучер дёрнул поводья, и экипаж тронулся с места. Только не по указанному направлению, как стоило ожидать.

Мужичок постучал по дереву, но не дождался ответа. Прокашлявшись, он открыл незаметное для глаз простого люда окошко. Дощечка легко перекочевала в левую часть транспорта, а девушка удивлённо смотрела на это чудо техники.

Свежий воздух, заполнивший экипаж, пьянил не хуже дорогого вина из Пустоши. Человек, отвечающий за поездку, вдруг стал меняться в лице: то разрез глаз, то губ изменялись со скоростью света. Дошло до такого, что Эмиллии показалось, что это ребёнок, но она точно помнила, кого видела вначале. И поэтому постаралась протереть глаза, но не помогло, как и щипание руки до боли, только синяки оставила.

– Эмиллия Грант, – проговорило существо, и улыбка заиграла, превращая его в юношу.

– Кто… – она запнулась, подбирая слова, но, не найдя подходящих, спросила прямо: – Что вы такое?

– А ты? – передразнило существо, ничуть не обидевшись.

Другая леди на её месте давно бы упала в обморок, а за дерзость – возмутилась либо обиделась на подшучивание непонятного существа.

Однако так мог поступить только обычный человек. Но не элементалии, коими являются все в роду Антуран. Самый древний род на материке и во всей Вселенной. После королевской династии, конечно.

Узнай король, с кем разговаривала его поданная, то с удовольствием поменялся бы с ней местами. Вот только такая удача может улыбнуться раз в сто лет, и не факт, что она будет на том же самом месте, где сейчас.

– Воздух, – вылетело из уст Эмиллии.

– Моя стихия, – довольно похлопал себя по груди мужчина и признался. – Я должник твоей матери.

– Должник? – Девушка удивилась, помня, что после её рождения матушка захворала и больше не выходила из поместья.

Всё время менявшее вид существо нахмурилось, уставилось, разглядывая сидящую заложницу, кивнуло своим мыслям и продолжило:

– Примешь плату за долг?

– А? – Эмиллия потянулась к окну, ладонь обожгла жгучая боль, кровь закапала на белый махровый коврик под ногами.

– Спасибо, – прозвучало вдалеке.

Карета рассыпалась в прах, и вскоре Эмиллия приземлилась пятой точкой в фонтан, изображавший сражение двух гигантов на скалках.

Тёплая вода всегда приятна, если ты намеренно в неё залез. А когда нет, то и эмоции соответствующие.

– Да чтоб тебе икалось! – в сердцах воскликнула она.

Глава вторая

«Змеи, драконы, грифы, охраняя сокровища,

всегда охраняют пути к бессмертию,

ибо золото, алмазы и жемчуг есть символы,

воплощающие в себе сакральное начало

и дарующие силу, жизнь и всеведение».

Мирча Элиаде

С трудом выбравшись из чаши, в которой стояло произведение искусства, Эмиллия замерла с открытым ртом. Пред ней возвышалось огромное круглое многоэтажное здание из прозрачного хрусталя. В нём, как в муравейнике, копошились разные существа.

Всё, конечно, выглядело просто. Подростки в форме спешили по своим делам: кто на занятия, кто торопился на обед после них. Преподаватели незаметной тенью проходили по краю карниза, нисколько не боясь падения с огромной высоты. А на шпиле необычного здания восседал самый настоящий грифон с головой, когтями и крыльями горного орла и львиным телом, покрытым золотистой шерстью. Казалось, острие пронзает мифическое существо насквозь. Но если приглядеться, можно увидеть тонкую полоску белесой иглы.

Почувствовав на себе взгляд, грифон стремительно полетел вниз, издав громкий клич. Приземлившись рядом с незнакомкой, он непроизвольно понюхал её макушку и расчихался.

Эмиллия отпрянула и, не рассчитав, угодила в фонтан повторно. Брызги взметнулись ввысь, окатив её голову и превращая в некое чудовище из-за потёкшего макияжа.

– Простите, леди, – выпалил мужчина, стоявший на месте, где секунду назад стоял грифон. – Не рассчитал траекторию приземления.

Приветливая улыбка улетучилась, когда девушка завела прилипшие пряди за уши, открыв серые глаза с тонкой полоской зрачка.

Кошачьи глаза – предвестники гибели. Так гласилось с древних времён на пике Сме-Ртий.

– Элементалий, – скривился он, почувствовав силу, витавшую возле девушки.

Эмиллия замерла на месте, ощутив явную неприязнь. Ноги начинали мёрзнуть, а от них и всё тело. Пользоваться своей силой она не умела, да и рано было до её пробуждения. Поэтому на заявление грифона она ничего не ответила.

Молчание затягивалось, останавливая время на месте.

– Дан… Дан… Данц Льинов, – запыхавшись, сказал щуплый адепт, разрядивший обстановку. Высокий не по годам, он смотрел сверху вниз на мужчину. Чёрно-синяя форма висела на нём мешком. Впрочем, рубашку и брюки можно и подшить, но, видимо, что-то мешало это сделать.

– Агр Риххил Титдж? – удивился декан, а грифон являлся именно деканом экспериментального факультета. Неудивительно, что и студенты отличались как внешними данными, так и специфическими способностями. От чего страдали не только сами, но и остальные учащиеся.

А как армия «радовалась» их приходу, век бы не видела лучше. Вы даже не представляете. Чего стоил последний эксперимент с эльфийской расой в придачу. А они – те ещё затейники и с природой были в сговоре, поэтому тот взрыв многие запомнили надолго, а эффект с растениями по сей день пытаются утихомирить всеми доступными способами. Так что над генералом тихо подтрунивает император который год подряд, а служащий взамен забывает напомнить стражам, что когда приходит любовница, двери обязательно нужно охранять от императрицы. Так и живут.

– Д-да? – голос Агра дрогнул. Он уже был не уверен, стоило ли, сломя голову, бежать к декану, когда рядом находилась преподавательница. Но что оставалось делать, если её в кустик фикуса превратили? И ладно бы специально, так случайно всё получилось. А противоядия, ясно дело, ещё не придумали.

Медальон из алмаза мягко засветился голубым сиянием. Картинка в розовой каёмке показалась напротив Данца Льинова. Оттуда на него смотрела неописуемой красоты женщина с копной рыжих волос. Зелёные глаза пылали праведным гневом, а на лице было написано одно: убью! Ректор жалела, что согласилась на экспериментальный факультет под предводительством троюродного брата, а теперь отрывалась на мужчине по полной.

– Данц! – грозно прозвучало в пространстве.

Эмиллия вздрогнула от резкого голоса. Поёжилась и неосознанно обняла себя руками. Усталость накатила на девушку неожиданно, сказалось и перемещение в непонятное место, и знакомство с мифическим существом.

– А это кто? – спросила Нидель Амстердам, заметив на территории академии постороннюю.

– Элементалий, Дана, – пожал плечами мужчина, стараясь не показать всю степень отвращения. Знал, что сестра разозлится на такое отношение к этим существам.

Адепт присвистнул, разглядывая Эмиллию с ног до головы. Раньше ему не приходилось видеть вымирающий вид, а теперь… Он не знал, что и подумать. Для него элементалии являлись в виде духов: воды, огня, земли и воздуха, как маленькие шарики, превращающиеся в пламя либо другие элементы, когда необходимо. Даже в учебниках они были нарисованы бесформенно. А тут – раз, и симпатичная девушка, за которой и поухаживать можно при желании.

– М-м-м, – Дана задумалась, вспомнив прочитанное в запретном талмуде. Очень давно элементалии решили уничтожить в себе человечность. Причина была, но страница обрывалась на самом интересном месте. Словно кто-то хотел стереть их из памяти. Вот только почему?

– Девушку к Кичинэ Даске, – ректор произнесла и отключила связь, понимая, что сейчас Данц Льинов начнёт оспаривать её решение, а проблем и так навалилось выше крыши.

Мужчина заскрежетал зубами от злости. Пусть ему и не нравились ТАКИЕ, как она, но отсылать девушку к этому драному вояке! Ни за что!

– Вам не холодно? – краем уха услышал Данц лепет Агра. И действительно, незнакомка до сих пор стояла по колено в воде. Дрожала и боялась выбраться из фонтана.

План… нет, не так… Это вовсе не план. Сам ещё не определившись с точным решением, как поступить, он дал распоряжение Агру отвести девушку в лекарское крыло к Земфире.

– Но… – Парень замялся, не зная, что сделать: послушать ректора или декана. Непослушание выйдет боком с любой стороны, как ни крути.

– Адеп…

Не успел Данц Льинов возмутиться, как проблема мужчин свалилась в обморок, уходя под воду. Телепорт сработал мгновенно, испаряя кристальную жидкость.

– Чёрт! – взвыл декан, испепеляя парня взглядом. – Ты понимаешь, куда её теперь закинуло?

– К-к-ку-да? – прошептал Агр, пятясь назад. Нет, предположения были, но тогда влетит всем по первое число, если только не прошлым днём ещё аукнется.

– Тайплейс, – одно название корпуса этих существ говорило о многом.

***

Невесомое сияние расширялось над шёлковой кроватью, где, свернувшись в клубочек, тихо дремала виверна1. Сонорх Фейл сидел за столом, заваленным бумагами, даже не ожидая, что вскоре обыденная жизнь превратится в сплошной нелепый водоворот событий.

Виверна, почуяв неладное, зашевелилась. Растопыренные крылья и длинная змеиная шея первыми очутились на коврике, а две ноги и очень подвижный хвост с красной кисточкой на кончике пострадали от хлынувшей воды. «Родственник» драконов взвыл и кинулся к хозяину, роняя всё на своём пути.

– Белка!

Да-да, вы не ослышались, именно так звали это милое зелёное создание. Детёныш, найденный год назад в лесу, больше напоминал повадками бельчонка, чем гордого дракона. И сейчас вместо того, чтобы защищать хозяина, прятался за его спину.

Сонорх Фейл тяжело вздохнул, помотав головой. Сколько раз грозился отдать виверну к драконам, но не мог, такую юную могли растоптать в гнезде сильных.

Плюх. Мужчина был готов ко всему, кроме этого. На кровати оказалась та самая девчонка, которую он волей долга спас много лет назад.

– Не может быть… – задумчиво произнёс он. – Я же отправил её в то время, где она сможет найти свою судьбу. Ошибся в расчётах?

Белка уже научилась понимать речь хозяина и поэтому с любопытством начала разглядывать незнакомый объект женского пола. И всё бы ничего, но это было её любимое место, как и то, об которое она упёрлась головой. Мягкое и тёплое плечо.

– Курлык, – вырвалось у виверны.

– Нашла время нежитс… – Фейл не договорил. Ещё ни разу Белка не подпускала к нему девушку, и не важно, в каком та будет состоянии. А за постель и вовсе приходилось сражаться не на жизнь, а на смерть.

А что сейчас? Вместо того чтобы скинуть «гадость» (так мужчина обозвал весь женский пол после неудачной помолвки), она курлычет и трётся об шею.

Видимо, и до Белки дошёл сей факт. Хрясь! Голову убрали подальше и пошкрябали по полу в гостиную. Уж слишком резво, как будто напортачила в неположенном месте.

– Белка!

Крик разнёсся по северной части академии, заставляя многих вжаться в стены от страха. Задрожали стёкла главного здания, не скрытого от глаз посторонних. Ректор академии серьёзно задумался об отпуске лет так на десять, если не больше. Злить тайплейсов было опасно, этому учили с детства каждое живое существо.

***

Невесомость даёт прекрасное представление о полёте. Ветер ласкает тело, словно обмывая его в своих потоках. Но всему рано или поздно приходит конец. Даже у столь мощной стихии есть свой предел, который нужно пополнять. Давая отдых своему владельцу.

Эмиллия Грант застонала от боли во всех мышцах. Такое чувство возникало только после тяжёлых тренировок в зале стихий. Но как же это было давно. Стены, усыпанные мелкими осколками минералов для отражения стихий. Пол, застеленный мягким ковролином, при падении на который не остаётся синяков. Инвентарь для тренировок в дубовом лакированном шкафу ограждённый от магических всплесков. Запах жасмина и мяты в аромосвечках, распространявшийся по помещению.

Ресницы девушки затрепетали. Вот-вот она очнётся, и что говорить ей, молодая нага совершено не представляла. Попробовать объяснить, что резервы истощены, или просто дать лекарство и скинуть остальную работу несносному деканату – тайплейса, который и принёс больную?

– Как же сложно! – проговорила Земфира, растрепав пепельные волосы изящными пальцами, которые могли как подарить, так и отнять жизнь всего, несущего искру души. От волнения она перекинулась в человеческую ипостась. Грудь обтянула невесомая синяя ткань. Набедренная повязка спустилась мини-юбкой, едва прикрывавшей ягодицы. Холодная рельефная плитка заставила вздрогнуть, стройные ноги как всегда оказались не готовы к резким переменам. Но подумать об этом не вышло, элементалий распахнула серые очи.

– Как вы? – спросила Земфира, прикусив нижнюю губу.

– Хорошо, – неуверенно пролепетала Эмиллия.

Белизна слепила не хуже солнечных лучей. Больничный запах щекотал ноздри и вызывал нервное раздражение. Хотелось поскорее сбежать из этого места. Да куда же, если нет никаких представлений о месте нахождения.

– М-м-м… – задумалась Земфира. – Не знаю, как вам сказать, но у вас полное истощение магических каналов. Меня предупредили о том, что вы элементалий. Вот только, как бы помягче выразиться? Таких, как вы, я вижу впервые. Поэтому надеюсь, вы не сильно обидитесь на то, что я взяла вашу кровь на анализы?

Ветер возмущённо засвистел. Стихия впервые могла вырваться, и отношение к своей хозяйке ей явно не понравилось. Эмиллия застонала от головокружения, воздуха стало не хватать. Щит невесомой паутинкой убивал создателя, а сила, те крохи, что были, не могли ничем помочь в столь нелепой ситуации.

– Что с вами? – шок, и нага вновь предстала в виде древнего существа, чем испугала Эмиллию и только ухудшила положение дел.

Дверь с треском слетела с петель. Элементалий? Нет, в лекарское крыло влетел разъярённый тайплейс собственной персоной. Тёмные пряди мокрых волос обрамляли овальное лицо, синие глаза светились всполохами серой дымки. Изодранная одежда висела ненужной тряпицей.

– Какого чёрта здесь происходит?!

Заметив посиневшую Эмиллию, он замер. Пелена окутывала её, не пропуская ничего внутрь. Не медля, Сонорх Фейл сорвал опутывающий кокон, усмиряя стихию рунным знаком. Та нехотя повиновалась, но запомнила обидчика.

Вздох тяжёлый, но такой желанный наполняет воздухом лёгкие. Больно, но жива. Слёзы облегчения скатываются по щекам. Только после этого она видит смутно знакомого мужчину.

– Вы?

– Я?

– Мне выйти? – конец хвоста наги нервно подрагивал. Земфира чувствовала появившееся напряжение в пространстве и желала поскорее ретироваться, а то, кто их знает? Вдруг всё разнесут, а ей потом перед главным отчитываться.

– Да!

– Нет.

Прозвучали два голоса враз, и кого-либо слушать в данный момент Земфире не хотелось. Ничем хорошим для неё это явно не кончится. Поэтому она приняла единственное верное решение: уйти куда подальше. Остальное пусть сами решают. А начальник пусть лесом идёт, достал со своей чрезмерной опекой.

– Как я сюда попала? – порядком нервничая, решила узнать Эмиллия. – Что произошло? Да кто же вы на самом деле?

Сонорх грозной скалой навис над Эмиллией. Сейчас ему хотелось одного: спокойно принять душ и отдохнуть после тяжёлого дня. Первая попытка не увенчалась успехом, одна из куриц подкараулила его в душевой для преподавателей. Оттуда Сонорх неожиданно для себя переместился вблизи лекарского крыла, где ощутил что-то неладное.

– Мне тоже интересно, почему ты здесь, – хрипло произнёс Сонорх.

Одежда на Эмиллии высохла, из-за чего вновь начала просвечивать, показывая аппетитную грудь второго размера. Сонорх не мог оторвать взгляда, и от этого зверел ещё больше. Как юнец, чувствовал желание уложить девчонку и ворваться в неё своим естеством. Но ему давно за тысячу лет, и он научился сдерживать свои инстинкты.

– Чёрт! – выругался Сонорх, обратив внимание на смену цвета волос Эмиллии. Вместо чёрных они стали тёмно-русыми. Знак того, что их судьбы теперь объединились.

– Этого мне ещё не хватало! – взвыл глава факультета тайплейсов в опасной близи от губ Эмиллии.

Виверна1 – это существо считается «родственником» дракона, но у него всего две ноги, вместо передней – нетопыриные крылья. Для него характерна длинная змеиная шея и очень длинный, подвижный хвост, оканчивающийся жалом в виде сердцеобразного наконечника стрелы либо копья. Этим жалом виверна ухитряется резать или колоть жертву, а при соответствующих условиях даже пронзить её насквозь. Кроме того, жало ядовито.

Глава третья

Эмиллия Грант затаила дыхание. Неизвестное существо стояло до неприличия близко. Ещё немного и могло бы произойти непоправимое! От переживаний сердце ускоряло темп, бешено стучась в грудной клетке.