Второй шанс для жены дракона. Книга 1

Глава 1 — День, когда умерла надежда

Мрамор пола Зала Совета обжигал ступни даже сквозь плотную ткань бальных туфель, но Лиссандра не чувствовала холода. Она чувствовала только взгляды. Семь старейшин, восседавших на возвышении под сенью золотых драконьих гербов, смотрели на нее так, словно она была не живой женщиной, а сломанной шахматной фигурой, которую пора убрать с доски.

А перед ней стоял он.

Рейнар Валтор, герцог Северных Земель, ее Истинный, ее муж, ее мир. Его лицо было высечено из того же холодного камня, что и колонны зала. Ни тени сомнения, ни дрожи в голосе.

— Прошу Совет расторгнуть наш брак, — его голос звучал ровно, и этот ровный тон ранил сильнее любого крика. — По причине… отсутствия потомства.

Эти слова повисли в воздухе, тяжелые и ядовитые.

Отсутствие потомства.

В висках запульсировало. На секунду зал Совета поплыл, подернулся дымкой, и вместо холодного мрамора под ногами она почувствовала шершавый асфальт. Визг тормозов, ослепляющий свет фар, хруст металла и падение в черную, ледяную бездну. А потом… пробуждение. И его лицо. Рейнар, склонившийся над ней, с глазами цвета грозового неба, в которых плескалась такая нежность, что у нее перехватило дыхание. «Ты — моя Истинная, — шептал он тогда, касаясь ее щеки. — Ты — моя судьба».

Пять лет. Пять лет она была его тенью, его светом, его всем. Она училась жить в этом жестоком мире, полном магии и интриг, училась быть герцогиней, потому что он просил ее об этом.

Я была для него всем,— пронзила ее мысль, острая, как осколок стекла. — А теперь — пустое место.

Зал ожил. Шелест шелковых вееров, тихий шепот, осторожные смешки за спинами придворных. Кто-то отводил глаза с неловкой жалостью, но большинство смотрело на нее с открытым, липким злорадством. Падение бесприданницы, которую герцог терпел целых пять лет, было лучшим развлечением сезона.

Старейшина, чей голос звучал как скрежет камней, нарушил тишину:

— Связь Истинных священна. Но если обе стороны согласны на разрыв, Закон не может им препятствовать. Лиссандра Эрвейн, ты осознаешь последствия? Разрыв Истинной нити заберет твою магию. Ты потеряешь статус. Ты станешь никем.

Лиссандра подняла подбородок. Внутри все сжималось от ужаса, но гордость — единственное, что у нее оставалось — не позволяла ей дрогнуть.

— Я осознаю, — ее голос прозвучал тихо, но в мертвой тишине зала его услышали все. — Начинайте ритуал.

Рейнар дернулся. Едва заметно, лишь на долю дюйма. Но он не посмотрел на нее.

Старейшины подняли руки. Воздух в зале сгустился, стал вязким, пахнуло озоном и паленой пылью. Лиссандра почувствовала, как в центре груди, там, где всегда теплилось золотое, живое тепло ее связи с Рейнаром, что-то натянулось.

А потом нить начала рваться.

Боль была не физической. Она была глубже, страшнее. Это был разрыв самой души, выворот внутренностей наизнанку. Казалось, из ее сердца вырвали корень, к которому она приросла за эти пять лет.

Ноги подкосились. Лиссандра рухнула на холодный мрамор, прижимая руки к груди. Крик рвался из горла, раздирая связки, но она сжала зубы так сильно, что на языке tasted медь. Не давать им этой радости. Не кричать. Ни звука.Она вцепилась ногтями в ладони, вжимаясь в пол, пока мир вокруг не покраснел и не померк.

Когда боль отступила, оставив после себя звенящую, мертвую пустоту, она с трудом приподнялась на дрожащих руках. Магии больше не было. Внутри нее зияла черная дыра.

Рейнар стоял все там же. Его профиль был неподвижен, но пальцы на рукояти меча побелели от напряжения.

— Ты получишь поместье Каменный Ключ, — произнес он наконец, и в его голосе впервые за весь ритуал проскользнула едва уловимая хрипотца. — Это всё, что я могу тебе дать.

Каменный Ключ.Забытые руины на краю Северных Земель, где даже трава не росла. Ссылка, замаскированная под милость.

Лиссандра медленно встала на ноги. Она шаталась, но держалась прямо. В последний раз она посмотрела на человека, которого любила больше собственной жизни.

И замерла.

Рейнар смотрел на нее. И в его глазах, в самом дне этих грозовых океанов, она увидела что-то, от чего у нее перехватило дыхание. Это не было равнодушие. Это была боль. Тихая, глухая, отчаянная боль.

Рейнар?— беззвучно прошептала она.

Но он моргнул, и маска герцога снова захлопнулась. Он резко отвернулся первым, глядя на старейшин.

Лиссандра опустила ресницы. Пустота в груди стала еще холоднее. Она развернулась и, не оглядываясь, зашагала к тяжелым золотым дверям, прочь из зала, где умерла ее надежда.